ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения

Дело №А65-11524/2023

г. Самара

26 сентября 2024 года

11АП-8723/2024, 11АП-12904/2024

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 сентября 2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено 26 сентября 2024 года

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Александрова А.И.,

судей Мальцева Н.А., Серовой Е.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Горянец Д.Д.,

с участием:

от ФИО1 - представитель ФИО2 по доверенности от 08.11.2022;

иные лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале №2, апелляционные жалобы ФИО1 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 07 мая 2024 года об обоснованности требования кредитора по делу №А65-11524/2023 о несостоятельности (банкротстве) АО «ТР-Телеком», г.Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26 июля 2023 г. в отношении должника АО «ТР-Телеком» введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО4.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18 октября 2023 г. АО «ТР-Телеком» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на 6 (шесть) месяцев. Конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов АО «ТР-Телеком» в размере 640 449,26 рублей (вх. 37217).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22 августа 2023 г. заявление принято к производству, назначено судебное заседание по его рассмотрению.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 08 ноября 2023 г. суд в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принял уточнение заявления в части уменьшения размера требования кредитора до 557 117 руб. основного долга.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 07 мая 2024 г. заявление удовлетворено. Заявление ФИО3 признано обоснованным в размере 557 117 руб. основного долга и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 закона «О несостоятельности (банкротстве)» и п. 8 ст. 63 Гражданского кодекса РФ (очередность предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить в части понижения очередности, в отмененной части принять новый судебный акт о включении требования в состав кредиторов третьей очереди.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24 июня 2024г. апелляционная жалоба ФИО3 принята к производству, судебное заседание назначено на 15 августа 2024 г.

Протокольным определением от 15 августа 2024 г. в судебном заседании  рассматривающим апелляционную жалобу ФИО3 объявлен перерыва до 29 августа 2024 г.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21 августа 2024 г. апелляционная жалоба ФИО1 принята к производству, судебное заседание назначено на 12 сентября 2024 г.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29 августа 2024 г. рассмотрение апелляционной жалобы ФИО3 отложено на 12 сентября 2024 г.

Информация о принятии апелляционных жалоб к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебном заседании 12 сентября 2024 г. представитель ФИО1 поддержал ходатайство о восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной жалобы, а также поддержал апелляционную жалобу своего доверителя в полном объеме, просил определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 07 мая 2024 года отменить, апелляционную жалобу удовлетворить. Поддержал апелляционную жалобу ФИО3.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей не обеспечили, в связи с чем жалобы рассматриваются в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Судебная коллегия рассмотрев ходатайство ФИО1 о восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной жалобы не усматривает оснований для его удовлетворения, исходя из следующего.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 18 постановления  Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", если факт пропуска срока на подачу апелляционной жалобы установлен после принятия апелляционной жалобы к производству, арбитражный суд апелляционной инстанции выясняет причины пропуска срока. Признав причины пропуска срока уважительными, суд продолжает рассмотрение жалобы, а в ином случае - прекращает производство по жалобе применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 АПК РФ; если после удовлетворения ходатайства о восстановлении пропущенного срока будет установлено отсутствие оснований для восстановления, суд апелляционной инстанции прекращает производство по апелляционной жалобе применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 АПК РФ.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21 августа 2024 г., с учетом положений п. 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12, апелляционная жалоба ФИО1 принята  к производству. Указанным определением ФИО1 предложено представить доказательства в обоснование доводов ходатайства о восстановлении срока на подачу апелляционной жалобы, которые будут рассмотрены  судом апелляционной инстанции в судебном заседании с учетом правовой позиции, выраженной Конституционным судом Российской Федерации в Постановлении № 11-П от 17.11.2005 и в определении № 233- ОП от 16.01.2007, по заслушиванию доводов подателя жалобы и иных участников процесса, и оценки доказательств, представленных в их обоснование.

Проверив доводы ФИО1 в обоснование ходатайства о восстановлении пропущенного срока на обращение с апелляционной жалобой, позицию сторон, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в удовлетворении ходатайства о восстановлении пропущенного следует отказать и прекратить производство по апелляционной жалобе, по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 223 АПК РФ, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с ч. 3 ст. 188 АПК РФ жалоба на определение арбитражного суда первой инстанции может быть подана в арбитражный суд апелляционной инстанции в срок, не превышающий месяца со дня вынесения определения, если иные порядок и срок не установлены данным Кодексом.

В соответствии с ч. 1 ст. 259 АПК РФ апелляционная жалоба может быть подана в течение месяца после принятия судом первой инстанции обжалуемого решения, если иной срок не установлен настоящим Кодексом.

Таким образом, определение суда от 07 мая 2024 г. могло быть обжаловано не позднее чем через месяц со дня его принятия, то есть, с учетом положения п. 3 ст. 113 АПК РФ, последний день обжалования определения суда истёк 07 июня 2024 г.

Однако, ФИО1 посредством электронного сервиса «Мой Арбитр» обратился с апелляционной жалобой непосредственно в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд при наличии в суде апелляционной инстанции возбужденного апелляционного сора 19.08.2024 г., о чем свидетельствует информация, размещенная в электронной картотеке арбитражных дел (kad.arbitr.ru), то есть с пропуском срока, установленного для обжалования.

В соответствии со ст. 259 АПК РФ по ходатайству лица, обратившегося с жалобой, пропущенный срок подачи апелляционной жалобы может быть восстановлен арбитражным судом апелляционной инстанции при условии, если ходатайство подано не позднее шести месяцев со дня принятия решения и арбитражный суд признает причины пропуска срока уважительными.

В обоснование ходатайства ФИО1 ссылается на нетрудоспособность и отсутствие финансовой возможности привлечь специалиста.

К тому же во исполнение определения суда от 21.08.2024 ФИО1 представлена справка о приеме ФИО1 у специалиста эндокринолога от 11.09.2024. Доказательств нахождения ФИО1 на лечении в стационаре не представлено.

В силу части 2 статьи 259 АПК РФ арбитражный суд апелляционной инстанции восстанавливает срок на подачу апелляционной жалобы, если данный срок пропущен по причинам, не зависящим от лица, обратившегося с такой жалобой.

Для лиц, извещенных надлежащим образом о судебном разбирательстве, такими причинами могут быть признаны, в частности, причины, связанные с отсутствием у них по обстоятельствам, не зависящим от этих лиц, сведений об обжалуемом судебном акте, а также связанные с независящими от лица обстоятельствами, в силу которых оно было лишено возможности своевременно подготовить и подать мотивированную жалобу (например, введение режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации на всей территории Российской Федерации либо на ее части).

Как следует из материалов дела, при оглашении резолютивной части обжалуемого судебного акта от третьего лица ФИО1 участвовала представитель ФИО2 по доверенности от 15.01.2024.

Данный представитель также представляет интересы ФИО1 в суде апелляционной инстанции по доверенности от 08.11.2022, в том числе им была подана настоящая апелляционная жалоба.

Следовательно, с даты оглашения резолютивной части обжалуемого определения суда (24.04.2024) у ФИО1 имелись сведения об обжалуемом судебном акте.

Кроме того, Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации предусмотрена обязанность судов публиковать принятые судебные акты на своих сайтах в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и на сайте Арбитражных судов Российской Федерации.

Как следует из отчета о публикации судебных актов в электронной картотеке арбитражных дел (kad.arbitr.ru) определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 07 мая 2024 г. опубликовано 09 мая 2024 г.

Таким образом, у заявителя апелляционной жалобы имелась возможность получения не только открытой информации о движении судебного дела, но и возможность получения копий судебных актов при помощи сети «Интернет» (автоматизированных копий судебных актов).

Доказательств отсутствия доступа к электронным коммуникационным сетям и носителям (информационному ресурсу «Картотека арбитражных дел», расположенному на официальном сайте Федеральных арбитражных судов Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»), на которых размещены сведения обо всех процессуальных действиях, включая сведения о судебных заседаниях и о судебных актах, принимаемых судами по результатам рассмотрения таких требований, заявителем не приведено.

В соответствии с требованием статьи 121 АПК РФ законодатель возлагает на участвующих в деле лиц бремя самостоятельного получения информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи после получения определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу.

При указанных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что у ФИО1 имелись сведения об обжалуемом судебном акте с даты оглашения резолютивной части определения - 24.04.2024, возможность получения копии определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.05.2024 при помощи сети «Интернет» с 09.05.2024 г.

Арбитражный суд восстанавливает пропущенный процессуальный срок, если признает причины пропуска уважительными.

Перечень конкретных обстоятельств, при которых причины пропуска срока могут быть признаны уважительными, законодательством не определен.

Поскольку Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации не предусмотрен перечень уважительных причин, при наличии которых суд может восстановить указанный срок, оценка уважительности обстоятельств, послуживших основанием для пропуска срока, является прерогативой суда, рассматривающего заявление о восстановлении пропущенного срока.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Отсутствие уважительных причин к восстановлению срока является основанием для отказа в удовлетворении этого ходатайства.

Объективные причины не обращения ФИО1 с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.05.2024, при наличии сведений об обжалуемом судебно акте, в установленный законом срок, не раскрыты.

Уважительных причин, не зависящих от воли заявителя жалобы и препятствующих ему подать апелляционную жалобу в определенном законом порядке, судом не установлено.

Следовательно, на заявителе лежит риск возникновения неблагоприятных последствий не обращения с апелляционной жалобой в установленный законом срок.

Так, в соответствии с частью 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

Положения части 2 статьи 259 АПК РФ не предусматривают возможности восстановления пропущенного срока на обжалование, если ходатайство подано за пределами шестимесячного пресекательного срока, даже при наличии уважительных причин (пункт 5 (Судебная коллегия по экономическим спорам) Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2015; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.04.2015 № 307-ЭС15-661 по делу № А56-40821/2013).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 17.03.2010 № 6-П, взаимосвязанные положения статьи 117, части 4 статьи 292 и части 6 статьи 299 АПК РФ в их конституционно-правовом истолковании, данном Конституционным Судом Российской Федерации исходя из конституционных целей правосудия, презумпции конституционности закона и в соответствии с конституционно значимыми принципами процессуального права, предполагают обязательность оценки компетентными арбитражными судами - как при решении вопроса о восстановлении пропущенного срока на подачу заявления о пересмотре судебного акта в порядке надзора, так и после его восстановления при последующем рассмотрении дела в соответствующей инстанции - обоснованности доводов лица, настаивавшего на таком восстановлении, и не исключают возможность прекращения начатого производства по делу, если в процессе его рассмотрения будет установлено, что основания для восстановления срока отсутствовали.

Аналогичная позиция отражена в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 24 января 2023 г. № Ф06-65399/2020 по делу №А72-14542/2018.

В соответствии с п. 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 № 99 (ред. от 27.06.2017) «О процессуальных сроках» при решении вопроса о восстановлении пропущенного срока подачи жалобы арбитражному суду следует оценивать обоснованность доводов лица, настаивающего на таком восстановлении, в целях предотвращения злоупотреблений при обжаловании судебных актов и учитывать, что необоснованное восстановление пропущенного процессуального срока может привести к нарушению принципа правовой определенности и соответствующих процессуальных гарантий.

При решении вопроса о восстановлении процессуального срока судам следует соблюдать баланс между принципом правовой определенности и правом на справедливое судебное разбирательство, предполагающим вынесение законного и обоснованного судебного решения, с тем чтобы восстановление пропущенного срока могло иметь место лишь в течение ограниченного разумными пределами периода и при наличии существенных объективных обстоятельств, не позволивших заинтересованному лицу, добивающемуся его восстановления, защитить свои права.

Согласно части 1 статьи 9, частям 2 и 3 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий; и должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами и нести процессуальные обязанности, предусмотренные настоящим Кодексом и другими федеральными законами или возложенные на них арбитражным судом в соответствии с настоящим Кодексом, а неисполнение процессуальных обязанностей лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные настоящим Кодексом последствия.

Реализация права на судебную защиту, в том числе и при реализации права на пересмотр судебных актов вышестоящей судебной инстанцией предполагает соблюдение участниками арбитражного процесса сроков, установленных действующим арбитражным процессуальным законодательством.

Предусмотренные Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации сроки обжалования судебных актов обусловлены необходимостью гарантировать хозяйствующим субъектам правовую определенность в спорных материальных правоотношениях и, как следствие, стабильность в сфере гражданского оборота. Восстановление сроков является правом, а не обязанностью судов.

Произвольный подход к законно установленным последствиям пропуска процессуальных сроков приведет к нарушению принципов равноправия и состязательности сторон (статьи 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), поскольку при удовлетворении необоснованного ходатайства заявителя о восстановлении процессуального срока, суд поставил бы его в преимущественное положение по сравнению с другими лицами, участвующими в деле.

Установленный Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации срок для апелляционного обжалования является законной гарантией реализации права на судебную защиту и иных лиц, участвующих в деле, а не только лица, обращающегося в арбитражный суд с апелляционной жалобой.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 17.03.2010 № 6-П, на судебной власти лежит обязанность по предотвращению злоупотреблением правом на судебную защиту со стороны лиц, требующих восстановления пропущенного процессуального срока при отсутствии к тому объективных оснований или по прошествии определенного - разумного по своей продолжительности - периода. Произвольное восстановление процессуальных сроков противоречило бы целям их установления.

При изложенных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для признания причин пропуска срока уважительными и отказывает в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Поскольку причины пропуска срока не признаны судом апелляционной инстанции уважительными и указанный факт установлен после принятия апелляционной жалобы к производству в судебном заседании, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отказе в восстановлении срока на подачу апелляционной жалобы и о прекращении производства по апелляционной жалобе ФИО1 применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы ФИО3, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, предусмотренным статьями 71 и 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

Из разъяснений данных в п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» следует, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

На основании п. 1 ст. 142, п. 1, 3 ст. 100 Закона о банкротстве, кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе конкурсного производства. Указанные требования направляются в арбитражный суд и конкурсному управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов. Возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в арбитражный суд конкурсным управляющим, представителем учредителей (участников) должника или представителем собственника имущества должника – унитарного предприятия, а также кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов.

В соответствии со статьями 100, 142 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе конкурсного производства. Реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.

Срок, установленный ст. 100 Закона о банкротстве, заявителем пропущен не был.

Из материалов настоящего обособленного спора следует, что 01.02.2022 г. между ФИО3 (займодавец) и АО «ТР-Телеком» (заёмщик) заключен договор займа, согласно условиям которого займодавец передал в собственность заемщику 1 000 000 рублей, а заемщик обязался возвратить сумму займа до 31.01.2024 г. и уплатить 25% годовых.

Сроки и размеры погашения займа, уплаты процентов за пользование займом определены в Графике платежей, являющимся неотъемлемой частью указанного договора.

Кредитором ФИО3 были исполнены условия договора, что подтверждается чеком по операции от 01.02.2024 г.

Должником не исполняются обязательства по указанному договору с марта 2023 года. С учетом ранее уплаченных денежных средств сумма задолженности должника перед кредитором составляет 640 464 рублей (1 280 928 рублей (общая сумма задолженности по договору займа с учетом процентов) – 640 464 рублей (выплаченная денежная сумма).

Вместе с тем, с учётом уточнения, кредитор в рассматриваемом случае просит включить в реестр требований кредиторов 557 117 рублей.

В предмет доказывания по спорам об установлении обоснованности и размера требований кредиторов входит оценка сделки на предмет ее заключенности и действительности, обстоятельств возникновения долга, о реальности возникших между сторонами заемных отношений, установления факта наличия (отсутствия) общих хозяйственных связей между кредитором и должником, экономической целесообразности заключения сделки, оценка поведения сторон с точки зрения наличия или отсутствия злоупотребления правом при заключении сделки.

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве, установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Обстоятельства заключения и исполнения договора должны быть подтверждены доказательствами и фактическими обстоятельствами, объективно свидетельствующими о действительном существовании сделки, имеющей реальное экономическое содержание.

При этом аффилированность сторон сама по себе не может являться основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов должника подтвержденной задолженности.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.06.2018 № 305-ЭС16-20992 (3) указано, что заключение сделки между заинтересованными лицами не может служить самостоятельным признаком злоупотребления правом в их поведении. Равным образом отсутствуют основания полагать, что данный факт безусловно указывает на необходимость отказа во включении в реестр заявленного требования или понижения очередности при его удовлетворении. Однако, если степень аффилированности между кредитором, заявляющим требование, и должником является существенной, такой кредитор обязан опровергнуть обоснованные доводы заинтересованных лиц о признаках недобросовестности в их действиях по отношению, в первую очередь, к независимым кредиторам должника.

Судебное исследование обстоятельств возникновения задолженности должника перед кредитором должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле, для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями сторон спора, особенно этот подход важен при оценке обоснованности требований заинтересованных с должником кредиторов, которые должны исключить любые разумные сомнения в реальности долга.

В Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор) обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Согласно пункту 2 данного Обзора очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих.

Вместе с тем, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд вправе переквалифицировать формально оформленные гражданско-правовыми договорами отношения в корпоративные либо квалифицировать их как преследующие недобросовестную цель создания подконтрольной дружественному кредитору кредиторской задолженности для целей участия в деле о банкротстве и контроля над процедурой.

По смыслу разъяснений, данных в указанном Обзоре судебной практики, если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

Таким образом, при рассмотрении данной категории споров, исходя из подходов, изложенных в вышеназванном Обзоре судебной практики, по результатам исследования и оценки всех доказательств по делу необходимо определить наличие у аффилированного с должником лица права на включение его требования в реестр требований кредиторов, и с учетом установленных судом обстоятельств сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования такого кредитора.

Вместе с тем внутреннее финансирование должно осуществляться добросовестно и не нарушать права и законные интересы иных лиц.

Согласно п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (п. 1 ст. 2 ГК РФ). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

В рассматриваемом случае из материалов дела установлено, что ФИО3 занимал должность «заместитель генерального директора по работе с корпоративными заказчиками», что подтверждается приказом №99-К от 08.10.2012 о приёме работника на работу и пояснениями ФИО3, данными по делу №А65-27434/2021.

При рассмотрении настоящего обособленного спора в суде первой инстанции в судебном заседании конкурсным управляющим на обозрение были представлены подлинники должностных инструкций на отдельных работников должника, которые разрабатывались и были подписаны со стороны руководителя должника - ФИО3

Из содержания должностной инструкции в отношении заместителя генерального директора ФИО3 следует, что в качестве должностной обязанности заместитель генерального директора осуществляет непосредственное и функциональное руководство, организацию и контроль деятельности начальников подчиненных отделов (п. 3.1 Должностной инструкции). Также согласно должностной инструкции заместитель генерального директора осуществляет контроль взаимодействия, подготовку и учет разрешительной документации (п. 3.6 Должностной инструкции), организовывает контроль за учетом и паспортизацией объектов радиодоступа, базовых станций, составлением необходимой технической документации и ведением установленной отчетности (п. 3.9 Должностной инструкции) и иные контролирующие обязанности.

Принимая во внимание перечень обязанностей ФИО3 как заместителя генерального директора согласно представленной должностной инструкции, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что ФИО3 в период нахождения на должности заместителя генерального директора являлся контролирующим должника лицом. С учётом вышеизложенного довод апелляционной жалобы, что ФИО3 не являлся контролирующим должника лицом , не занимал руководящие должности в структуре должника, не совершал сделок от имени должника, не одобрял сделки от имени должника, не являлся выгодоприобретателем по сделкам должника, отклоняется судом апелляционной инстанции как несоответствующий установленным по делу обстоятельствам.

Также суд апелляционной инстанции отмечает, что согласно условий договора займа от 01 февраля 2022 г. за пользование займом Заёмщик (АО «ТР-Телеком») выплачивает Займодавцу (ФИО3) проценты в размере 25% за весь срок договора (24 месяца) при размере ключевой ставки установленной Банком России в размере 8,5%, что свидетельствует о том, что ФИО3 являлся выгодоприобретателем по сделкам должника.

Денежные средства, предоставленные по займу, были необходимы, в том числе для погашения заработной платы сотрудникам и для иных нужд должника – АО «ТР-Телеком». Указанный довод самим кредитором не опровергается и следует из его пояснений по делу (т.1 стр. л.д. 39).

Подлежит отклонению довод апелляционной жалобы о том, что должник на момент совершения сделки не обладал признаками неплатежеспособности, так как в соответствии с балансом должника по состоянию на 31.12.2021 г. стоимость основных средств составляла 14 999 тыс. руб., размер краткосрочной задолженности составлял 72 926 тыс. руб., что может свидетельствовать об имущественном кризисе должника.

Кроме того, просрочки исполнения обязательств перед конкурсным кредитором ПАО «Таттелеком» возникли с 01.01.2021 г. (начало периода начисления неустойки), а сама задолженность возникла с октября 2021 года, которая не была погашена и являлась основанием для обращения в суд о признании должника несостоятельным (банкротом).

Указанные обстоятельства свидетельствуют о намерении вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественное кризиса к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу компенсационного финансирования.

Судебная коллегия отмечает, что в действиях ФИО3 усматривается не типичное поведение для экономических правоотношений поскольку срок возврата денежных средств по договору займа был установлен на срок 24 месяца и по процентной ставке в 2 (два) раза превышающей размер ключевой ставки Банка России.

Доводы заявителя относительно не доказанности факта наличия имущественного кризиса на стороне должника в период выдачи займа правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку компенсационное финансирование в рамках настоящего спора выразилось в предоставления денежных средств по договору займа, при наличии задолженности по текущей заработной плате. Задолженность по текущей заработной плате в рассматриваемом случае очевидно свидетельствует об имущественном кризисе, поскольку при нормальном финансово-экономической деятельности должника заработная плата выплачивается из доходов общества. При этом, деятельность должника (ОКВЭД 61.1 Деятельность в области связи на базе проводных технологий) не являлась сезонной и финансовые трудности не были временными и краткосрочными.

Согласно положениям п. 3.1 вышеуказанного Обзора Верховного Суда Российской Федерации контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (компенсационное финансирование), то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационное финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ).

Принимая во внимание тот факт, что ФИО5 (кредитор) занимал должность, контролирующую деятельность должника, является верным вывод суда первой инстанции о фактической аффилированности кредитора и должника; предоставление компенсационного финансирования под видом договора займа в период имущественного кризиса у должника.

Указанное обстоятельство в свою очередь является основанием для понижения очередности удовлетворения требования кредитора ФИО5 Иных доводов опровергающих указанные обстоятельства, лицами, участвующими в деле, не приведено.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о признании требования ФИО5 обоснованным и подлежащим удовлетворению в очереди, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Обращаясь с апелляционной жалобой, заявителем (ФИО3) не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Так как доводы апелляционной жалобы ФИО5 не опровергают выводов суда, нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основанием к безусловной отмене судебного акта по статье 270 АПК РФ, не установлено, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 07 мая 2024 года по делу №А65-11524/2023 является законным и обоснованным. Апелляционная жалоба ФИО3 удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Отказать в удовлетворении ходатайства ФИО1 о восстановлении срока на подачу апелляционной жалобы.

Прекратить производство по апелляционной жалобе ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 07 мая 2024 года об обоснованности требования кредитора по делу №А65-11524/2023.

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 07 мая 2024 года по делу №А65-11524/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3 без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                            А.И. Александров

 

Судьи                                                                                                          Н.А. Мальцев

 

Е.А. Серова