﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6639/19 

Екатеринбург

01 ноября 2019 г.

 

Дело № А07-16172/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 28 октября 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 01 ноября 2019 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Плетневой В. В.,

судей Павловой Е. А., Оденцовой Ю. А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Кировское» (далее – общество «Кировское», должник) Молина Дмитрия Евгеньевича                             на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.05.2019 по делу № А07-16172/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от30.07.2019 по тому же делу.

В судебном заседании принял участие представитель общества с ограниченной ответственностью «Зуевское» (ИНН 0274158039, ОГРН 1110280032708, далее – общество «Зуевское») - Булавский М.С. (доверенность  от 01.10.2019).

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились, явку своих представителей не обеспечили.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан                                от 27.07.2016 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Групп-Инвест» о признании общества «Кировское» несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Решением суда от 24.08.2016 общество «Кировское» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Молин Д.Е.

В рамках дела о банкротстве общества «Кировское» 09.02.2018 конкурсный управляющий Молин Д.Е. обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении Лепихина Александра Леонидовича, общества «Зуевское» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

К участию в рассмотрении настоящего обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Шестерова Елизавета Минилаевна, Администрация муниципального района Караидельский район Республики Башкортостан.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан                             от 28.05.2019, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.07.2019 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Конкурсный управляющий должника Молин Д.Е., не согласившись с принятыми судебными актами, обратился с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 28.05.2019 и постановление суда апелляционной инстанции от 30.07.2019 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела  доказательствам. 

Заявитель кассационной жалобы считает, что руководитель предприятия должен быть привлечен к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника и совершение сделок во вред кредиторам должника, аналогичная ответственность лежит также на лице, извлекающем пользу из сделок, совершенных во вред кредиторам. 

Помимо этого управляющий указывает, что путем сокрытия активов должника, которое выражено в непередаче конкурсному управляющему документации и имущества должника, Лепихин А.Л. затруднил процедуру банкротства, причинил вред кредиторам должника в размере 16 032 000 руб., так как конкурсный управляющий не смог выявить имущество, включить его в конкурсную массу и реализовать в целях получения денежных средств для погашения требований кредиторов. При этом заявитель отмечает, что определением от 12.04.2017 суд обязал Лепихина А.Л. передать конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию должника. Данные требования не выполнены до настоящего времени. 

Конкурсный управляющий должника Молин Д.Е. обращает внимание суда округа на то, что ответчиком совершена сделка по переуступке прав и обязанностей по договору аренды, причинившая значительный вред кредиторам. Так, согласно отчету об оценке № 18-393-Н от 16.01.2019 стоимость права аренды земельных участков, уступленных обществу «Зуевское», составляет  38 516 820 руб. 12 коп. Согласно условиям сделки право аренды переуступлено обществу «Зуевское» безвозмездно, указанная сделка является крупной, в связи с чем, являлась заведомо убыточной для должника. Вместе с тем, отчет об оценке № 18-393-Н  от 16.01.2019 не принят судом в качестве надлежащего доказательства. Согласно ответам, полученным от регистрирующих органов, каким-либо иным имуществом должник не обладал, указанные активы являлись существенными для производственно-хозяйственной деятельности должника. 

По мнению конкурсного управляющего, отсылка суда на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 20.10.2014 по делу                                  № А40-10765/2014 не имеет существенного значения для событий, происходящих в 2016 году, поскольку на протяжении всего 2015 года, уже после изъятия указанного в судебном акте имущества, должник получал выручку от использования данных активов в размере 12 806 000 руб., что свидетельствует о продолжении осуществления должником хозяйственной деятельности и после изъятия имущества. 

Конкурсный управляющий также утверждает, что должник начал обладать признаками объективного банкротства в апреле 2016 года, когда произошел вывод и сокрытие всех активов предприятия.

Письменные пояснения, поступившие от конкурсного управляющего, к материалам кассационного производства не приобщаются ввиду отсутствия доказательств заблаговременного направления лицам, участвующим в деле (статья 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Между тем, фактическому возврату на бумажном носителе не подлежат, поскольку представлены в электронном виде через систему «Мой Арбитр».

В силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «Кировское» 07.07.2011 зарегистрировано в качестве юридического лица за основным государственным регистрационным номером ОГРН 1110280032708.

Лепихин А.Л. осуществлял полномочия директора общества «Кировское» в период с 15.07.2011 по 21.04.2016, что подтверждается решениями № 2                       от 14.07.2011, от 14.07.2014, приказом о расторжении трудового договора                   № 1/К-Л от 21.04.2016.

Единственным участником общества «Кировское» Шестеровой Е.М. 14.04.2016 принято решение о ликвидации общества, Гараев Артур Ринатович назначен на должность ликвидатора общества.

Ссылаясь на неисполнение Лепихиным А.Л.  определения Арбитражного суда Республики Башкортостан от 12.04.2017, которым суд обязал ответчика передать бухгалтерскую и иную документацию должника, а также на договор от 07.04.2016 о передаче прав и обязанностей по договору аренды земельного участка обществу «Зуевское», в результате которого должнику были причинены убытки, так как в соответствии с отчетом об оценке № 18-393-Н                     от 16.01.2019 стоимость права аренды земельных участков составляет                          38 516 820 руб. 12 коп., конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении Лепихина А.Л., общества «Зуевское» к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из следующего.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). Закон о банкротстве и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» в Закон о банкротстве были внесены изменения, вступающие в силу со дня его официального опубликования.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ.

Между тем, в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона                  от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» изложена правовая позиция, в соответствии с которой положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им                 от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу обновленного закона. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления такого закона в силу, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу обновленного закона, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

При этом, как указано в абзаце третьем названного пункта информационного письма, предусмотренные обновленным законом процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после вступления его в силу независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве. Кроме того, исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) основания для привлечения к субсидиарной ответственности определяются на основании закона, действовавшего в момент совершения противоправного действия (бездействия) привлекаемого к ответственности лица. В то время как процессуальные правила применяются судом в той редакции закона, которая действует на момент рассмотрения дела арбитражным судом.

Поскольку обстоятельства, в связи с которыми конкурсным управляющим заявлены требования о привлечении указанных выше лиц к субсидиарной ответственности имели место до вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ, а заявление о привлечении к субсидиарной ответственности поступило в суд после вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ, то суды правомерно заключили, что в части установления наличия/отсутствия правовых оснований для привлечения Лепихина А.Л., общества «Зуевское» к субсидиарной ответственности подлежат применению нормы материального права, предусмотренные статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции без учета Федерального закона № 266-ФЗ) и процессуальных норм, применительно к заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности, поданного после 01.07.2017, предусмотренных Федеральным законом № 266-ФЗ. 

Согласно пункту 4 статьи 10 Закон о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения указанной нормы применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Исследовав обстоятельства настоящего дела, рассмотрев доводы конкурсного управляющего, оценив представленные в материалы дела документы в части требования о привлечении Лепихина А.Л. к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника, установив, что документация должника (первичные учеты, договоры, реестры дебиторов и кредиторов и иные документы) передана бывшим руководителем общества «Кировское» ликвидатору Гараеву А.Р., что подтверждается распиской                        от 05.05.2016, актом приема-передачи документов от 05.05.2016; документы за 1 квартал 2016 года изъяты в рамках доследственной проверки, два системных блока переданы ликвидатором конкурсному управляющему, что им не оспаривается; доказательств относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства, какие мероприятия конкурсного производства не удалось осуществить конкурсному управляющему должника материалы дела не содержат, суды пришли к выводу о недоказанности оснований для привлечения указанного лица к субсидиарной ответственности в соответствующей части. 

Рассматривая довод конкурсного управляющего о выводе бывшим руководителем должника Лепихиным А.Л. активов в пользу общества «Зуевское», а именно безвозмездный отказ от аренды земельных участков, суды установили, что безвозмездная передача Лепихиным А.Л. обществу «Зуевское» прав аренды на земельные участки по договору аренды от 06.11.2013 № 429 не подтверждена в ходе рассмотрения обособленного спора, поскольку соглашение об уступке права (требования), заключенное между коммерческими организациями может быть квалифицировано как дарение только в том случае, если будет установлено намерение сторон на безвозмездную передачу, отсутствие в договоре указания на цену или встречное предоставление не свидетельствует о его безвозмездности.

При этом судами были приняты во внимание нормы пункта 2 статьи 615 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым арендатор вправе с согласия арендодателя передавать свои права и обязанности по договору аренды другому лицу.

Перенаем по своей правовой природе является случаем перемены лица (арендатора) в обязательстве, при котором одновременно происходит передача новому арендатору прав и обязанностей. Соответственно, договор уступки права аренды, вне зависимости от его наименования фактически является сделкой по передаче имущества в перенаем, поскольку наряду с уступкой права аренды земельного участка передается обязанность по уплате арендных платежей.

Руководствуясь вышеназванными нормами права, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, суды установили, что обществу «Зуевское» были переданы как права, так и обязанности арендатора, в том числе, передано бремя несения арендных платежей с момента подписания договора. Поскольку предварительной оплаты за пользование земельными участками обществом «Кировское» не осуществлялось, следовательно, не могло быть передано обществу «Зуевское» и право безвозмездного пользования земельными участками. С даты перенайма земельных участков бремя несения арендных платежей осуществляло и по настоящее время осуществляет общество «Зуевское».

В материалах дела имеется письмо Администрации муниципального района Караидельский район (№ 2808 от 05.12.2018), которым подтверждается, что заключение между обществом «Кировское» и обществом «Зуевское» договора уступки прав и обязанностей по договору аренды земельных участков сельскохозяйственного назначения прошло при согласии собственника.

Вместе с тем, конкурсный управляющий, указывающий на факт отчуждения имущества должника, не предпринимал мер по оспариванию сделки по передаче прав на земельные участки.

Также суды не приняли во внимание представленный конкурсным управляющим отчет № 18-393-Н от 16.01.2019, указав, что данный документ не является допустимым доказательством для признания сделки убыточной для должника, поскольку отчет не подтверждает достоверно неравноценность встречного исполнения, а, следовательно, и основания для привлечения к субсидиарной ответственности. При определении рыночной стоимости права аренды земельных участков оценщиком использованы аналоги, несопоставимые с объектами оценки, поскольку они являются ценами предложений на продажу в собственность, а не ценами предложений по продаже права аренды.

Кроме того, суды установили, что конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что у должника имелись прямые покупатели на земельные участки, а также того, что должник предлагал кому-либо выкупить права аренды.

Указание конкурсного управляющего на то, что в результате выбытия производственных активов в виде земельных участков должник лишился возможности обрабатывать, засеивать и собирать урожай, а равно получать прибыль не нашло своего документального подтверждения, поскольку, как видно из материалов дела, у должника отсутствовали техника и оборудование, позволяющее выполнять полный цикл сельскохозяйственных работ.

Так решением Арбитражного суда города Москвы по делу                                № А40-10765/14 от 20.10.2014 у общества «Кировское» были изъяты: комбайн СК-5МЭ-1 «НИВА-ЭФФЕКТ», Молотилка к комбайну «Нива-Эффект» под копнитель, с наклонной камерой, кондиционером, копнитель РСМ-5.12.00.000, жатка 5 м, подборщик ПРТ-3-04/05; зерноуборочный комбайн «Енисей-1200-1НМ» однобарабанный, копнитель, мост МВГ-12, двигатель ЯМЗ-236ДК-9, жатка ЖКН-5Ш-04, платформа-подборщик ППК 3.

Из системного толкования абзаца второго пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 3 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и статьи 10 Закона о банкротстве следует, что необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство) (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016).

Для привлечения к субсидиарной ответственности по основанию абзаца третьего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве необходимо установление совокупности условий: наличие у привлекаемого лица к субсидиарной ответственности права давать обязательные указания для должника либо возможности иным образом определять действия должника; совершение этим лицом действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием этим лицом своих прав и (или) возможностей в отношении должника и несостоятельностью (банкротством) последнего; недостаточность имущества должника для расчетов с кредиторами.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, что предполагает необходимость доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда (вина), причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на лице, заявившем о привлечении к ответственности.

Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 23 постановления Пленума № 53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Привлечение к ответственности руководителя зависит от того, действовал ли он при исполнении возложенных на него обязанностей, в том числе при заключении сделки, разумно и добросовестно, то есть, проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения полномочий единоличного исполнительного органа.

Оценивая довод конкурсного управляющего о выводе бывшим руководителем должника Лепихиным А.Л. активов в пользу общества «Зуевское», а именно реализация 311 единиц крупного рогатого скота, суды установили, что сведения конкурсного управляющего о том, что на 01.04.2016 должник обладал 311 единицами скота, в том числе 7 единиц лошадей, 8 единиц техники и то, что указанное поголовье было незаконно присвоено обществом «Зуевское» в мае 2016 года не подтверждены документально. Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан по делу                                   № А07-12265/2018 в исковых требованиях конкурсного управляющего к обществу «Зуевское» об истребовании имущества было отказано в полном объеме, в связи с отсутствием доказательств права собственности на истребуемое имущество.

Возражая в отношении указанного довода, ответчик ссылался на то, что крупный рогатый скот у должника не приобретал, опровергает данное утверждение конкурсного управляющего сведения статистических данных, согласно которым в период с 2015 по 2018 годы у общества «Зуевское» имелось 555 голов крупного рогатого скота (на начало 2016 года), а на конец 2016 года количество снизилось до 545 голов, то есть, не подтверждено увеличение КРС на 311 единиц в спорный период.

Исследовав фактические обстоятельства спора, приведенные сторонами спора доводы и возражения, проанализировав представленные ими в материалы дела доказательства, касающиеся взаимоотношений бывшего руководителя должника Лепихина А.Л. и общества «Зуевское», установив, что за приобретенную сельскохозяйственную технику общество «Зуевское» произвело оплату в размере 250 000 руб., доказательств неравноценности приобретенной техники не имеется, сделка не оспорена конкурсным управляющим; материалы дела также содержат письмо руководителя                   Лепихина А.Л. в адрес учредителя должника Шестеровой Е.М., в котором руководитель предупреждал учредителя о сложной финансовой ситуации на предприятии, о задолженности по заработной плате перед работниками, о необходимости приобретения запасных частей для сельскохозяйственной техники, ответ учредителя материалы дела не содержат; со стороны ответчиков отсутствует извлечение личной выгоды из сделок, совершаемых в рамках обычной хозяйственной деятельности должника, доказательства обратного со стороны конкурсного управляющего не представлены; отметив, что факт совершения сделки приведшей к негативным экономическим последствиям, сам по себе не является безусловным основанием для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности, поскольку необходимо доказать совокупность условий для ее наступления; при этом сделки, которые привели к банкротству должника, по мнению конкурсного управляющего, не оспорены; не доказано конкурсным управляющим и то обстоятельство, что в результате совершения спорных сделок было ухудшено финансовое состояние должник; не представлено конкурсным управляющим доказательств того, что именно совершение спорных сделок привело к банкротству должника; момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства); ответчик «Зуевское» не является лицом, контролирующим должника, суды пришли к заключению об отсутствии связи между действиями ответчиков и причинением убытков должнику, ввиду чего и отказали в удовлетворении заявленных требований.

Таким образом, с учетом всей совокупности изложенных установленных судами по рассматриваемому спору обстоятельств, изучения приведенных сторонами спора доводов и доказательств, ими сделан обоснованный вывод о неподтвержденности в данном случае материалами дела необходимой совокупности юридически значимых условий для привлечения Лепихина А.Л. и общества «Зуевское» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по заявленным конкурсным кредиторам основаниям. 

По результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела суд округа считает, что судами первой и апелляционной инстанций верно и в полной мере установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения настоящего спора, им дана надлежащая правовая оценка, при рассмотрении спора суды исходили из тех доводов и доказательств, которые были приведены участниками спора, и были судами в полном объеме исследованы и оценены, выводы судов соответствуют установленным ими фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нормы права, регулирующие спорные правоотношения, применены судами правильно.

Приведенные управляющим в кассационной жалобе доводы и обстоятельства являлись предметом исследования судов обеих инстанций, получили с их стороны полную и всестороннюю правовую оценку, обоснованности которой не опровергают и не свидетельствуют о нарушении ими норм права при принятии обжалуемых судебных актов, сводятся к иной оценке управляющим фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств, ввиду чего подлежат отклонению судом кассационной инстанции как выходящие за пределы его компетенции и полномочий, установленных статьями 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При этом само по себе несогласие заявителя с выводами судов, основанными на надлежащей оценке фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств, не свидетельствует о наличии в принятых по обособленному спору судебных актах существенных нарушений норм права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибке.

Таким образом, учитывая, что нарушений норм материального и (или) процессуального права, являющихся основанием для изменения или отмены судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено, следует признать, что обжалуемые определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.05.2019 по делу № А07-16172/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.07.2019 по тому же делу являются законными и обоснованными, ввиду чего отмене по приведенным в кассационной жалобе доводам не подлежат.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.05.2019 по делу № А07-16172/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.07.2019 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Кировское» Молина Дмитрия Евгеньевича – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       В.В. Плетнева 

 

Судьи                                                                                    Е.А. Павлова 

 

                                                                                    Ю.А. Оденцова