№ 09АП-47428/2020

Дело № А40-5741/19

г. Москва

03 ноября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 29 октября 2020 года

Полный текст постановления изготовлен 03 ноября 2020 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи В.С. Гарипова, 

судей А.Н. Григорьева, С.А.Назаровой

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы 

ООО «НИПИСтройТЭК», ООО "Русинжиниринг", АО «СТНГ»

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 05 августа 2020 года 

по делу № А40-5741/19, принятое судьей Г.Э. Смирновой, 

о включении в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «РусИнжиниринг» требований ФИО2 в сумме 6 890 000 руб. основного долга, 454 740 руб. пени за период с 01.07.2017 по 04.09.017, 3 734 380 руб. пени за период с 05.09.2017 по 28.02.2019, 43 857 руб. расходов по оплате госпошлины с учетом п. 3 ст. 137 Закона о банкротстве

по делу о банкротстве ООО «РусИнжиниринг»

при участии в судебном заседании:

ФИО2 – лично (паспорт),

Конкурсный управляющий ФИО3 - лично (паспорт),

от ООО «НИПИСтройТЭК» - ФИО4 дов. от 09.01.2020,

Иные лица не явились, извещены

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.03.2019 в отношении ООО «РусИнжиниринг» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 21.11.2019 ООО «РусИнжиниринг» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

В Арбитражный суд города Москвы 28.11.2019 поступило заявление ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов должника 11 122 977 руб., из них 6 890 000 руб. основного долга, 454 740 руб. пени за период с 01.07.2017 по 04.09.017, 3 734 380 руб. пени за период с 05.09.2017 по 28.02.2019, 43 857 руб. расходов по оплате госпошлины.

Кредитор поддержал требование в полном объеме.

Конкурсный управляющий, ООО «НИПИСтройТЭК» в лице конкурсного управляющего ФИО5, АО «СтройТрансНефтеГаз» возражали.

В материалы дела представлены письменные пояснения конкурсного управляющего ООО «РусИнжиниринг» ФИО3, ООО «НИПИСтройТЭК» в лице конкурсного управляющего ФИО5, АО «СтройТрансНефтеГаз», согласно которым требования ФИО2 не обоснованны и не подлежат удовлетворению.

Арбитражный суд города Москвы определением от 05 августа 2020 года, руководствуясь ст. ст. 32, 100, 134, 137 Закона о банкротстве, признал обоснованным требование ФИО2 к ООО «РусИнжиниринг» и включил в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования ФИО2 в сумме 6 890 000 руб. основного долга, 454 740 руб. пени за период с 01.07.2017 по 04.09.017, 3 734 380 руб. пени за период с 05.09.2017 по 28.02.2019, 43 857 руб. расходов по оплате госпошлины с учетом п. 3 ст. 137 Закона о банкротстве.

Не согласившись с принятым определением, ООО "Русинжиниринг", ООО «НИПИСтройТЭК», АО «СТНГ» подали апелляционные жалобы, в которых просят его отменить и отказать в удовлетворении требований.

В обоснование своей позиции заявители апелляционных жалоб ссылаются на нарушение норм права, несоответствие выводов суда обстоятельствам по делу, поскольку заявитель аффилирован с должником, имел возможность определять действия должника и ООО «НИПИСтройТЭК», сделки притворны, отношения являются внутрикорпоративными и являются докапитализацией.

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда конкурсный управляющий и представитель ООО «НИПИСтройТЭК» поддержал доводы и требования апелляционных жалоб, ФИО2 возражал против их удовлетворения.

Законность и обоснованность принятого определения проверены по доводам жалоб в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ. 

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционных жалоб, заслушав участвующих в деле лиц, считает, что оснований для отмены определения Арбитражного суда города Москвы не имеется. 

Принимая судебный акт, суд первой инстанции исходил из следующего. 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, задолженность ООО «РусИнжиниринг» перед ФИО2 подтверждена решением Бабушкинского районного суда города Москвы от 29.11.2017 по делу № 2-4935/17, в соответствии с которым с должника в пользу ФИО2 взысканы  6 890 000 руб. основного долга, 454 740 руб. пени за период с 01.07.2017 по 04.09.017, 43 857 руб. расходов по оплате госпошлины.

В силу статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказывается вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Задолженность ООО «РусИнжиниринг» перед ФИО2 возникла из заключенных между ФИО2 (займодавец) и ООО «РусИнжиниринг» (заемщик) договоров беспроцентного займа от 27.09.2016 на сумму 15 000 руб., от 28.09.2016 на сумму 4 000   руб.,   от   13.10.2016   на   сумму  600 000   руб.,   от   19.10.2016   на   сумму  400 000   руб.,   от 21.10.2016 на сумму 200 000 руб., от 09.11.2016 на сумму 720 000 руб., от 18.11.2016 на сумму 700 000 руб., от 05.12.2016 на сумму 700 000 руб., от 08.12.2017 на сумму 1 560 000 руб., от 06.12.2016 на сумму 15 000 руб., от 17.01.2017 на сумму 456 00 руб., от 19.01.2017 на сумму 1 400 000 руб., от 09.02.2017 на сумму 120 000 руб.

Кроме того, кредитором насчитаны пени за просрочку исполнения обязательства по возврату заемных средств в размере 3 734 380 руб. пени за период с 05.09.2017 по 28.02.2019.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер.

Конкурсный управляющий ФИО3, конкурсные кредиторы ООО «НИПИСтройТЭК» в лице конкурсного управляющего ФИО5, АО «СтройТрансНефтеГаз» просят отказать во включении требований ФИО2 в реестр требований кредиторов должника. По их мнению, договоры займа, по которым взыскана задолженность и пени по решению Бабушкинского районного суда города Москвы от 29.11.2017по делу № 2-4935/17, заключены аффилированным с должником лицом. В период заключения договоров займа кредитор являлся участником должника, а также занимал должность заместителя генерального директора ООО «РусИнжиниринг», что подтверждается информацией из открытых интернет-источников (casebook.ru).

Должник - ООО «РусИнжиниринг» является единственным учредителем ООО «НИПИСтройТЭК» с долей в уставном капитале последнего в размере 100 %, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ. 

По мнению конкурсного управляющего, ФИО2 входил в одну группу лиц с должником и ООО «НИПИСтройТЭК», имел возможность определять действия должника и ООО «НИПИСтройТЭК».

В соответствии с разъяснениями, данными Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации в пункте 26 Постановления Пленума ВАС РФ № 35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику денежных средств, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 ГК РФ) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 утвержден Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц.

Верховный Суд Российской Федерации, в частности, указал на то, что действующее законодательство о банкротстве не содержит положений об автоматическом понижении очередности удовлетворения требования лица, контролирующего должника.

Очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе, его контролирующих.

Сама по себе выдача контролирующим лицом денежных средств подконтрольному обществу посредством заключения с ним договора займа не свидетельствует о том, что обязательство по возврату полученной суммы вытекает из участия в уставном капитале.

Из фундаментального принципа автономии воли и свободы экономической деятельности участников гражданского оборота следует право каждого определять правовую форму инвестирования, в частности, посредством внесения взносов в уставный капитал подконтрольной организации или выдачи ей займов.

Если внутреннее финансирование с использованием конструкции договора займа осуществляется добросовестно, не направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц -других кредиторов должника, не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения требования, основанного на таком финансировании.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее -компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства.

При оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников, акционеров следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ по состоянию на 22.03.2017 ФИО2 являлся участником ООО «РусИнжиниринг» с долей участия в размере 1 % уставного капитала общества (т.2, л.д. 1). Впоследствии, 08.12.2017 доля в размере 1% уставного капитала была отчуждена ФИО2 гражданину ФИО6

Исходя из абзаца 31 статьи 2 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника) (в редакции Закона, действовавшей в спорный период).

Следовательно, исходя из толкования упомянутого положения Закона, ФИО2, которому принадлежал 1% доли в уставном капитале должника, не может быть признан контролирующим должника лицом. С таким процентом участия участник не может оказывать влияние на хозяйственную деятельность общества, в том числе на условия и (или) результаты сделок, совершаемых обществом, и (или) экономические результаты его деятельности.

Экономическая целесообразность предоставления займов должнику выражалась, со слов ФИО2, в том, что предоставленные по договорам займов денежные средства были использованы обществом для осуществления хозяйственной деятельности (выплаты заработной платы, оплаты арендных платежей, услуг связи, расчетов с субподрядчиками). 

Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Довод АО «СтройТрансНефтеГаз» о том, что ФИО2 осуществлял фактическое руководство должником: принимал решения о смене генерального директора, опровергается представленным в материалы дела протоколом внеочередного общего собрания участников ООО «РусИнжиниринг» от 08.12.2017 № 3/17. Согласно протоколу, вопрос о досрочном прекращении полномочий директора общества вынесен на повестку дня внеочередного общего собрания участников. По данному вопросу участники общества (ФИО7 с размером доли участия в уставном капитале общества, равной 51 %, ФИО8 с размером доли участия в уставном капитале общества, равной 48%, и ФИО2 с размером доли участия в уставном капитале общества, равной 1%) проголосовали «за» единогласно, в связи с чем было принято решение о досрочном прекращении полномочий директора общества с 08.12.2017 г. (т.1, л.д. 30).

ФИО2 с долей в размере 1% объективно никак не мог повлиять на решение собрания участников общества.

Конкурсный управляющий ФИО3, кредитор - АО «СтройТрансНефтеГаз» свидетельствуют об аффилированности ФИО2 с ООО «РусИнжиниринг» через ООО «НИПИСтройТЭК», в котором ФИО2 занимал должность исполнительного директора и заместителя генерального директора по работе с ключевыми клиентами. При этом единственным учредителем (участником) ООО «НИПИСтройТЭК» является ООО «РусИнжиниринг».

Между тем, при рассмотрении апелляционной жалобы ФИО2 на определение Арбитражного суда города Москвы от 06.06.2018 по делу №А40-240735/15-24-569 о банкротстве ООО «НИПИСтройТЭК» Девятым арбитражным апелляционным судом в определении от 31.08.2018 сделан вывод о том, что указание суда на то, что ФИО2 является контролирующим должника - ООО «НИПИСтройТЭК» лицом, в отношении которого на рассмотрении суда находится заявление о привлечении его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, является преждевременным, поскольку вопрос о том, является или нет ФИО2 контролирующим должника лицом подлежит рассмотрению и установлению в рамках обособленного спора по привлечению контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Поскольку в настоящий момент ФИО2 не признан судом лицом, контролирующим ООО «НИПИСтройТЭК», позиция конкурсных кредиторов об аффилированности ФИО2 с ООО «РусИнжиниринг» через ООО «НИПИСтройТЭК» несостоятельна.

С учетом вышеизложенного и того, что требования ФИО2 подтверждены вступившим в законную силу судебным актом, суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности требований кредитора.

 

Судом также принят расчет доначисленных пени за несвоевременный возврат заемных средств в сумме 3 734 380 руб. за период с 05.09.2017 по 28.02.2019.

В соответствии с п. 1 ст. 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность указанных требований документов. Указанные требования включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

Статья 134 Закона о банкротстве устанавливает очередность удовлетворения требований кредиторов. Данное требование подлежит включению в реестр требований кредиторов должника третьей очереди.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и для отмены определения суда по доводам апелляционных жалоб, которые были предметом рассмотрения суда первой инстанции и мотивированно им отклонены.

Из вступившего в законную силу решения Бабушкинского районного суда г. Москвы от 29.11.2017 по делу № 2-4935/17 следует, что судом рассматривался спор между ФИО2 и ООО «РусИнжиниринг», т.е. между теми же лицами, что участвуют в настоящем обособленном споре, по факту предоставления займов и отсутствия возврата денежных средств со стороны ООО «РусИнжиниринг», полученных от ФИО2 по договорам займов.

Размер заработной платы ФИО2 в АО «СТНГ» (500 000 рублей в месяц х 21 мес. = 10 500 000 рублей + 2 000 000 рублей, полученных по соглашению; итого 12 500 000 рублей) позволял выдать займы ООО «РусИнжиниринг».

Размер заработной платы ФИО2 в ООО «НИПИСтройТЭК» (420 000 рублей в месяц х 29 мес. = 12 180 000 рублей, без учета денежных средств оспоренных управляющим (заработная плата была 640 000 рублей в месяц + совмещение), в т. ч. без учета оспоренных денежных средств, полученных по соглашению о расторжении трудового договора) позволял выдавать займы ООО «РусИнжиниринг» (период работы ФИО2 в ООО «НИПИСтройТЭК» с 05.05.2014 по 03.10.2016, а определением Арбитражного суда г.Москвы от 30.04.2019 по делу №А40-240735/2015 установлено, что заработная плата составляла 420 000 рублей в месяц).

Соответственно, суммарно полученный ФИО2 доход только в АО «СТНГ» и ООО «НИПИСтройТЭК» составил 24 680 000 рублей.

Таким образом, предыдущие накопления и сбережения позволяли ФИО2 предоставлять займы ООО «РусИнжиниринг».

Доказательства того, что ФИО2 использовал не свои денежные средства, в материалах дела отсутствуют.

Результатом получения Должником займов стало выполнение Должником работы и, как следствие, получение Должником денежных средств.

Платежные поручения, выписки по счету, бухгалтерская отчетность и письма, свидетельствуют о ведении Должником финансово-хозяйственной деятельности.

Из пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее 

Постановление

 ВС РФ №53) и пп.2 п.4 ст. 61.10 Закона о банкротстве следует, что к контролируемому должника лицу может быть отнесено лицо, если это лицо имело право распоряжаться более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью.

Само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица.

Размер доли, составляющей 1% от уставного капитала общества, не позволяет в силу закона отнести лицо к числу контролирующих должника, равно как не позволяет влиять на решения, принимаемые на общем собрании участников общества.

Ссылка апеллянтов на Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденный Президиумом ВС РФ 29.01.2020, несостоятельна, учитывая следующее.

В силу постановления ВС РФ №53 и пп.2 п.4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, ФИО2 не может быть отнесен к числу контролирующих должника лиц.

Судебный акт, согласно которому кредитор признан судом как контролирующее должника лицо, отсутствует.

У ФИО2 отсутствовали правовые основания давать указания самостоятельному юридическому лицу, имеющему действующие органы управления.

ФИО2 не являлся единоличным исполнительным органом должника.

Доводы конкурсного управляющего о возможном фактическом контроле кредитора за деятельностью должника и его финансировании носят предположительный характер.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556(2), действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что заинтересованное по отношению к должнику лицо является его займодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения суда, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 05 августа 2020 года по делу № А40-5741/19 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ООО «НИПИСтройТЭК», ООО "Русинжиниринг", АО «СТНГ» – без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа. 

Председательствующий судья:В.С. Гарипов 

Судьи:С.ФИО9

А.Н. Григорьев

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.