АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-69016/2020

Дело № А65-316/2020

г. Казань

16 марта 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 09 марта 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 16 марта 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Ивановой А.Г.,

судей Моисеева В.А., Фатхутдиновой А.Ф.,

при участии (до перерыва) представителя ФИО1 – ФИО2, доверенность от 12.09.2019 и 04.10.2021,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 и общества с ограниченной ответственностью «МЭЛТ» (ИНН 

<

***>)

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.07.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2021

по делу № А65-316/2020

по заявлению конкурсного кредитора ФИО1 о признании недействительными сделок должника - договора займа № ДЗ 11/10 от 11.10.2016, № ДЗ 22/02 от 22.02.2017, № ДЗ 10/03 от 10.03.2017, заключенных между обществом с ограниченной ответственностью «МЭЛТ» (ИНН: 

<

***>) и обществом с ограниченной ответственностью «МЭЛТ» (ИНН 

<

***>) в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «МЭЛТ» (ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.01.2020 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «МЭЛТ» (далее – ООО «МЭЛТ», должник).

Решением ООО «МЭЛТ» гпризнано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев до 10.06.2021, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Конкурсный кредитор ФИО1 06.05.2021 обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании недействительными сделок должника - договоров займа от 11.10.2016 № ДЗ 11/10, от 22.02.2017 № ДЗ 22/02, от 10.03.2017 № ДЗ 10/03, заключенные между обществом с ограниченной ответственностью «МЭЛТ» (ИНН 

<

***>) (далее – ООО «МЭЛТ», кредитор) и должником.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.07.2021, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2021, заявление удовлетворено.

Признаны недействительными договоры займа от 11.10.2016 № ДЗ 11/10, от 22.02.2017 № ДЗ 22/02, от 10.03.2017 № ДЗ 10/03, заключенные между ООО «МЭЛТ» (ИНН 

<

***>) и должником.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ООО МЭЛТ» (ИНН 

<

***>) и ФИО3 обратились в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационными жалобами.

ООО МЭЛТ» (ИНН 

<

***>) просит в своей кассационной жалобе определение суда первой инстанции и постановление апелляционной инстанции отменить, в удовлетворении заявления о признании недействительными сделок должника отказать.

ФИО3 в своей кассационной жалобе просит принятые по спору судебные акты отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование жалоб приведены доводы о нарушении и неправильном применении судами норм материального и процессуального права, о несоответствии выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

В отзывах на кассационные жалобы конкурсный управляющий должником, ФИО1 возражают против приведенных в жалобах доводов, просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

В судебном заседании представитель ФИО1 возражал против удовлетворения кассационных жалоб по основаниям, представленным в отзыве.

В судебном заседании 01.03.2022 в порядке, предусмотренном статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), объявлен перерыв до 16 часов 00 минут 09.03.2022, о чем размещена информация на официальном сайте в информационнотелекоммуникационной сети Интернет, после окончания перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 АПК РФ кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия считает, что обжалуемые судебные акты подлежат изменению исключением выводов, касающихся оценки действий ФИО3, изложенных в мотивировочных частях судебных актов по следующим основаниям.

Кредитор ФИО1 просил признать недействительными договоры займа на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), ссылаясь на то, что оспариваемые сделки прикрывают перечисление кредитором должнику денежных средств, которые причитались бы должнику в виде выручки от договорных отношений с публичным акционерным обществом «КАМАЗ» (далее – ПАО «КАМАЗ»), ввиду заключения соглашения о перемене лиц в обязательстве по договору с ПАО «КАМАЗ» и передачи прав и обязанностей должника кредитору с сохранением расходной части за должником, тем самым создав два полюса: «центр прибыли» - в лице кредитора и «центр убытков» - в лице должника.

Судами установлено и материалами дела подтверждается, что участниками ООО «МЭЛТ» (ИНН 

<

***>) (должник) и ООО «МЭЛТ» (ИНН 

<

***>) (кредитор) являются ФИО5 и ФИО1 в равных долях; генеральным директором должника и кредитора являлся ФИО3

11.10.2016 между кредитором (займодавец) и должником (заемщик) был заключен договор займа № ДЗ 11/10, по условиям которого займодавец передает в собственность заемщику денежные средства в размере 10 000 000 руб., а заемщик обязуется возвратить указанную сумму вместе с процентами за пользование займом (пункт 1.1). Договор считается заключенным с момента поступления суммы займа на расчетный счет заемщика по реквизитам, указанным в пункте 5 настоящего договора (пункт 1.2). Согласно пункту 1.3 договора займа, заем предоставляется под 8% годовых. Пунктом 1.4.2 договора займа стороны установили, что заем предоставляется сроком до 11.10.2017.

Платежным поручением № 1179 от 11.10.2016 подтверждается перечисление суммы займа в размере 10 000 000 руб. на расчетный счет должника.

22.02.2017 между кредитором (займодавец) и должником (заемщик) был заключен договор займа № ДЗ 22/02, по условиям которого займодавец передает в собственность заемщику денежные средства в размере 3 500 000 рублей, а заемщик обязуется возвратить указанную сумму вместе с процентами за пользование займом (пункт 1.1). Договор считается заключенным с момента поступления суммы займа на расчетный счет заемщика по реквизитам, указанным в пункте 5 настоящего договора (пункт 1.2).Согласно пункту 1.3 договора займа, заем предоставляется под 8% годовых. Пунктом 1.4.2 договора займа стороны установили, что заем предоставляется сроком до 22.02.2018.

Платежным поручением № 191 от 22.02.2017 подтверждается перечисление суммы займа в размере 3 500 000 руб. на расчетный счет должника.

10.03.2017 между кредитором (займодавец) и должником (заемщик) был заключен договор займа № ДЗ 10/03, по условиям которого займодавец передает в собственность заемщику денежные средства в размере 2 400 000 руб., а заемщик обязуется возвратить указанную сумму вместе с процентами за пользование займом (пункт 1.1). Договор считается заключенным с момента поступления суммы займа на расчетный счет заемщика по реквизитам, указанным в пункте 5 настоящего договора (пункт 1.2). Согласно пункту 1.3 договора займа, заем предоставляется под 8% годовых. Пунктом 1.4.2 договора займа стороны установили, что заем предоставляется сроком до 10.03.2018.

Платежными поручениями № 237 от 10.03.2017, № 253 от 13.03.2017, № 254 от 14.03.2017, № 16242 от 29.03.2017 подтверждается перечисление суммы займа в размере 2 400 000 руб. на расчетный счет должника.

Договоры займа совершены между заинтересованными и аффилированными лицами.

Сторонами не оспаривается, что на основании платежных поручений № 0000160804 от 27.02.2017, № 000016085 от 27.02.2017 должником возвращена часть долга по договору займа № ДЗ 11/10 от 11.10.2016 в размере 3 500 000 руб.; 29.03.2017 должник частично возместил кредитору основной долг по договору займа № ДЗ 10/03 от 10.03.2017 в размере 400 000 руб., что подтверждается платежным поручением № 000016242.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.06.2020 по делу № А65-5937/2020 удовлетворен иск кредитора о взыскании с должника суммы долга по договорам займа и процентов за пользование заемными средствами, с должника взыскана сумма долга в размере 12 000 000 руб., проценты за пользование займом в размере 1 069 995,75 руб., госпошлина в размере 88 350 руб.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.12.2020 вышеуказанное решение оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО1 – без удовлетворения.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.12.2020 по делу № А65-316/2020 требование кредитора по договорам займа признано подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Удовлетворяя требование ФИО1 о признании договоров займа недействительными сделками, суд первой инстанции и согласившийся с его выводами суд апелляционной инстанции руководствовались статьей 10 ГК РФ, пунктом 2 статьи 170 ГК РФ, статьей 168 ГК РФ и исходили из ничтожности оспариваемых сделок.

При этом судами установлены следующие обстоятельства.

19.01.2015 между ОАО (ПАО) «КАМАЗ» (Заказчик) и должником (Исполнитель) был заключен договор на сервисное обслуживание № 138/04/50-15, по условиям которого исполнитель принял на себя обязательство по оказанию услуг на условиях настоящего договора, а именно: абонентского обслуживания оборудования Заказчика (пункт 1.1.1), обслуживания и ремонта оборудования Заказчика.

Пунктом 7.1 договора предусмотрено, что сумма договора в год ориентировочно составляет 28 068 744 руб., в том числе налог на добавленную стоимость; стоимость включает в себя стоимость обслуживания оборудования, стоимость ремонтных и расходных материалов, запасных частей и комплектующих, а также аппаратного обеспечения, средств коммуникации для ВТиОТ.

Согласно пункту 7.3 договора расчеты осуществляются Заказчиком на основании предоставленных Исполнителем документов. Оплата по договору осуществляется на основании итогового акта приема-передачи на основании выставленной Исполнителем счет-фактуры (пункт 7.2 договора).

Пунктом 9.1 договора предусмотрен срок его действия – с 19.01.2015 по 31.12.2016. 

11.04.2016 между должником (Сторона 1), кредитором (Сторона 2) и ОАО «КАМАЗ» заключено соглашение о замене стороны в договоре № 138/04/50-15 от 19.01.2015, по условиям которого Сторона 1 передает Стороне 2 все права и обязанности (обязательства), принадлежащие и принятые Стороной 1 по договору № 138/04/50-15 от 19.01.2015, заключенному между Стороной 1 и Стороной 3. Сторона 2 принимает на себя все права и обязанности (обязательства) Стороны 1 и становится стороной по договору.

Указанное соглашение подписано ФИО3 одновременно от лица должника (Сторона 1) и кредитора (Сторона 2).

28.11.2016 заключен самостоятельный договор на сервисное обслуживание № 11716/04/50-16 с ОАО «КАМАЗ» уже от лица кредитора, а не должника; сумма услуг по договору составляет 30 469 111 руб.

Судами установлено, что на момент заключения оспариваемого договора займа ДЗ 11/10 от 11.10.2016 должник уже не исполнял обязательства перед кредиторами, чьи требования включены в реестр требований кредиторов должника; на момент заключения первого договора займа ДЗ 11/10 от 11.10.2016 должник уже находился в ситуации имущественного кризиса, под которым понимается не только непосредственное наступление обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), но и ситуация, при которой их возникновение стало неизбежно.

С 2016 года должник перестал исполнять обязательства перед кредиторами, включая ООО «Энергозащита», которое обратилось в суд с заявлением о банкротстве должника и требования данного кредитора признаны подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. Также с 2017 года должником не исполняются обязательства перед кредитором ООО «Юридическая компания «Астра Лекс» (юридические услуги).

Суды пришли к выводу о том, что признаки неплатежеспособности не возникли бы, если бы хозяйственные договоры с ПАО «КАМАЗ» не были переведены на аффилированное лицо (кредитора), так как фактором, приведшим к неплатежеспособности должника, является прекращение поступления выручки от ПАО «КАМАЗ» с апреля 2016 года и продолжение несения расходов за аффилированного кредитора.

При этом судом принято во внимание, что представленными ФИО1 доказательствами подтверждается продолжение несения должником расходов на обеспечение обязательств кредитора перед ПАО «КАМАЗ» несмотря на выбытие должника из обязательственных отношений с ПАО «КАМАЗ».

Так судами установлено, что в целях оказания услуг ПАО «КАМАЗ» по договору сервисного обслуживания должником была создана материально-техническая инфраструктура на базе помещений ПАО «КАМАЗ», в штат должника были трудоустроены работники, которые осуществляли свою работу непосредственно на территории предприятий ПАО «КАМАЗ», для работников должника были созданы и оборудованы рабочие места, для чего должником с группой компаний «КАМАЗ» были заключены договоры аренды помещений для размещения сотрудников, заключены договоры на оказание охранных услуг для охраны арендованных помещений, договоры на оказание  услуг связи.

31.01.2012 между должником (субарендатор) и ОАО «КАМАЗ» (арендатор)  был заключен договор субаренды помещений № 455/53/07-12 от 31.01.2012, по условиям которого субарендатор принял во временное пользование помещение площадью 28 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...> Промкозона, площадь автопроизводства, модельный корпус, отм. 8, 4. Цель аренды: управление, координация и контроль за ремонтом, обеспечением работоспособности вычислительной техники и оргтехники (ВТиОТ) и средств связи за Центром информационных и коммуникационных технологий (пункт 1.4 договора).

Пунктом 1 дополнительного соглашения № 2 к договору субаренды помещений № 455/53/07-12 от 31.01.2012 внесены изменения в пункт 3.1 договора и стоимость арендной платы увеличена до 6649,29 руб. ежемесячно.

11.04.2016 права по договору на сервисное обслуживание были переданы кредитору, однако должник продолжал нести расходы по оплате аренды до 01.04.2017 – даты заключения между кредитором, должником и ПАО «КАМАЗ» соглашения от 01.04.2017 о замене стороны в договоре № 455/53/07-12 от 31.01.2012.

В соответствии с договором аренды недвижимого имущества № 3067/50030/50-15 от 05.05.2015 должник принял в аренду помещения площадью 133,6 кв.м. и 78,3 кв.м., ежемесячная арендная плата за указанные помещения составляла 79 667,63 руб. Соглашение о замене стороны по данному договору было заключено между должником, кредитором и ПАО «КАМАЗ» только 29.03.2017. 

27.12.2016 между ПАО «КАМАЗ» и должником был заключен договор субаренды недвижимого имущества № 13135/50030/50-16, по условиям которого должник получил от ПАО «КАМАЗ» в субаренду нежилое помещение площадью 32,1 кв. м. по адресу: 

<

...> Промкомзона. Согласно пункту 4.1 договора стоимость субаренды составила 12 178,29 руб. в месяц, до заключения вышеуказанного соглашения о замене стороны– 29.03.2017 должник нес расходы в интересах кредитора.

06.12.2010 между ООО «ТФК «КАМАЗ» (арендатор) и должником (субарендатор) был заключен договор субаренды № 19333, по условиям которого должнику были преданы помещения площадью 23 кв.м., 15 кв. м., 38 кв. м., распложенные в г. Набережные Челны, на территории ПАО «КАМАЗ». Договором субаренды предусмотрено, что целью субаренды является использование помещений ООО «МЭЛТ» для своевременного осуществления ремонта принтерного и компьютерного оборудования, обеспечения бесперебойной работы принтерного оборудования.

Размер арендной платы согласно пункту 3.1 договора составляет 7759,28 руб. До момента перемены лиц в данном договоре - 01.04.2017 должник в отсутствие экономической целесообразности продолжал оплачивать аренду.

27.09.2010 между должником и ФГУП «Ведомственная охрана объектов промышленности России был заключен договор № 14/014-07-1556 о принятии объекта под охрану. Согласно перечню централизованно охраняемых объектов, к ним относятся арендованные должником помещения для оказания услуг ПАО «КАМАЗ» - комнаты № 102, 104, 105 здания Алтай, согласно выписке по расчетному счету должник продолжал нести расходы в интересах кредитора до апреля 2017 года.

04.07.2014 между должником и ОАО «КАМАЗ» был заключен договор № 5023104/30-14 на оказание телекоммуникационных услуг, по условиям которого ОАО «КАМАЗ» предоставляло ООО «МЭЛТ» абонентские телефонные номера, в 2017 году должник продолжал нести расходы по вышеуказанному договору, что подтверждается платежными поручениями.

Также судами установлено, что должник продолжал выплачивать заработную плату сотрудникам подразделения «Сервисный центр КАМАЗ», несмотря на то, что указанные работники выполняли свою работу в интересах кредитора, в то время как выручку от отношений с ПАО «КАМАЗ» получал кредитор.

Так, согласно расчетным листкам, имеющимся в деле, с апреля 2016 года по апрель 2017 года должник производил начисление заработной платы сотрудникам, которые работали в Сервисном центре «КАМАЗ» в обеспечение обязательств кредитора перед ПАО «КАМАЗ»; в расчетных листках имеется указание «Сервисный центр – Набережные Челны. Сервисный центр КАМАЗ (

<

...>).

Кроме того, судами установлено, что должником вносились платежи по оплате обязательных взносов в Пенсионный фонд России, Фонд социального страхования, Фонд обязательного медицинского страхования. Учитывая, что работники, осуществляющие трудовую деятельность в Сервисном центре «КАМАЗ» (подразделение должника), значились трудоустроенными у должника, последним осуществлены расходы по оплате обязательных взносов в Пенсионный фонд, Фонд социального страхования и Фонд обязательного медицинского страхования.

Судами принято во внимание, что заемные средства направлялись на расчеты с работниками должника, обеспечивающими деятельность кредитора (в части отношений с ПАО «КАМАЗ»), а также несение расходной части кредитора по обязательствам с ПАО «КАМАЗ».

Установив обстоятельства, свидетельствующие о том, что должник продолжал нести расходные обязательства в обеспечение договоров сервисного обслуживания, суды пришли к выводу о том, что заемные средства, предоставленные должнику кредитором по оспариваемым договорам займа, являются денежными средствами, причитавшемися должнику.

В этой связи суды пришли к выводу о наличии у оспариваемых договоров займа пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, что позволяет их квалифицировать как ничтожные сделки (статьи 10 и 168 ГК РФ), совершенные с намерением причинить вред другому должнику и его кредиторам в обход закона с противоправной целью.

В тоже время, суды привели положения пункта 2 статьи 170 ГК РФ (притворная сделка) и указали на то, что сохранение за должником расходной части в обеспечение исполнения условий договоров на сервисное обслуживание свидетельствует о совершении прикрываемой сделки между аффилированными лицами в период неплатежеспособности должника - возврат кредитором собственных средств должника  и создании тем самым фиктивной задолженности в целях включения ее в реестр требований кредиторов.

Учитывая вышеизложенное суды признали требование ФИО1 о признании договоров займа недействительными подлежащим удовлетворению.

Доводы заявителей апелляционных жалоб о преюдициальном значении постановления Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.12.2020 отклонены судом апелляционной инстанции как основанные на неверном применении норм права; суд указал на то, что проверка законности и обоснованности судебного акта в рамках экстраординарного обжалования не создает преюдициального характера для конкурсного кредитора, реализовавшего право на оспаривание сделки, приводящего в обоснование иные доводы, основания и доказательства.

Суд апелляционной инстанции указал на то, что в рамках искового производства суд не исследовал соглашения о перемене лиц в обязательствах с ПАО «КАМАЗ» и иные обстоятельства, связанные с переменой лиц в обязательствах, сочтя их, исходя из доводов ФИО1, не относящимися к предмету спора.

Доводы заявителей жалоб о том, что аресты на расчетных счетах препятствовали возврату кредитору оставшейся части долга, признаны судом апелляционной инстанции не имеющими правового значения.

Доводы заявителей апелляционных жалоб о недостаточности у кредитора ФИО1 процента голосов для увеличения основания заявления об оспаривании сделок судом отклонены, поскольку конкурсный управляющий ФИО4 в ходе судебного разбирательства заявил о присоединении к требованиям ФИО1, что подтверждается аудиозаписью судебного заседания.

Оснований для перехода на рассмотрение заявления по правилам первой инстанции, о чем заявил ФИО3, суд апелляционной инстанции не усмотрел, поскольку, являясь одновременно кредитором должника, он был вправе участвовать в любом обособленном споре, для чего отсутствует необходимость привлекать его в качестве третьего лица.

Суд кассационной инстанции оснований для отмены судебных актов в части, касающейся признания недействительными договоров займа, не усматривает.

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, установив обстоятельства, свидетельствующие о том, что заключением договоров займа совершена прикрываемая сделка по предоставлению (возврату) должнику денежных средств, причитавшихся ему в качестве возмещения расходов, связанных с правоотношениями с ПАО «КАМАЗ», суды правомерно квалифицировали договоры займа в качестве ничтожных ввиду притворности (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). 

Относительно применения судами к спорным правоотношениям статьи 10 ГК РФ суд кассационной инстанции отмечает следующее.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В то же время судами не учтено, что в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061 по делу № А4612910/2013, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 по делу № А1224106/2014).

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Иной подход приводит к тому, что содержание части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом.

В рассматриваемом случае вмененные нарушения в полной мере укладывались в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежащей применению в качестве специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, нарушающим права кредиторов. 

С учетом изложенного, вопреки выводам судов, оснований для применения к спорным отношениям статьи 10 ГК РФ не имелось.

Между тем, ошибочные выводы судов о наличии оснований для признания договоров займа ничтожными в силу статьи 10 ГК РФ не привели к принятию неверного судебного акта по существу, поскольку притворная сделка является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ.

Прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, однако оснований для признания прикрываемой сделки по предоставлению (возврату) должнику денежных средств, недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судами не установлено.

Учитывая вышеизложенное, оснований для отмены судебных актов и удовлетворения кассационных жалоб в части признания договоров займа недействительными ввиду ничтожности по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 170 ГК РФ (притворная сделка), суд кассационной инстанции не усматривает.

Доводы заявителей кассационных жалоб об отсутствии оснований для признания договоров займа недействительными подлежат отклонению, поскольку тождественны доводам являвшихся предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанций, не опровергают выводов судов, а сводятся к несогласию подателей жалоб с произведенной судами оценкой фактических обстоятельств дела.

Вместе с тем, суд кассационной инстанции считает, что имеются основания для изменения судебных актов.

Так, при разрешении настоящего обособленного спора о признании договоров займа недействительными, суд первой инстанции и суд апелляционной инстанции отразили в качестве установленных обстоятельств, в частности, следующие выводы:

- «…в 2016 г. руководителем должника и одновременно руководителем кредитора ФИО3 совершены действия по приведению должника к состоянию неплатежеспособности и образованию искусственной кредиторской задолженности»; 

- «Заключение договора займа № ДЗ 11/10  и последующих договоров займа происходило в условиях, когда генеральный директор ФИО3 лишил должника выручки…»;

- «Фактические действия ФИО3 были направлены на замену требований независимых кредиторов должника - работников, уполномоченного органа, ПАО «КАМАЗ»  и других на требования аффилированного с должником кредитора в целях последующего предъявления своих требований к должнику в процедуре банкротства»;

- «Взаимосвязанные действия ФИО3 по заключению соглашения о замене стороны от 11.04.2016 г. и договоров займа привели к неплатежеспособности должника…»;

- «Очевидной целью генерального директора ФИО3 при заключении соглашения о замене стороны в договоре сервисного обслуживания являлось перераспределение доходов внутри экономической группы компаний «МЭЛТ» для причинения вреда должнику, приведения его к состоянию неплатежеспособности…»;

- «Принимая во внимание, что должник продолжал нести расходные обязательства кредитора в обеспечение договоров сервисного обслуживания, заемные средства являются денежнымисредствами самого должника, которые должны были ему причитаться, если бы не действия руководителя ФИО3»;

- «Действия ФИО3 по заключению соглашения о замене стороны в договоре от 11.04.2016 г., оспариваемых договоров  займа, а также по несению должником расходных обязательств кредитора позволяет рассматривать их как цепочку взаимосвязанных сделок, подконтрольных единому центру принятия решений»;

- «При заключении оспариваемых договоров, ФИО3 заведомо не планировал погашение долга, преследуя целью его сохранение. ФИО3 не мог не знать об отсутствии у должника финансовой возможности возместить оставшуюся задолженность, поскольку сам же ФИО3 лишил должника источников дохода»;

- «Последующие продолжение ФИО3 совершения действий по перераспределению активов должника в пользу кредитора указывает на то, что он не намеревался погашать задолженность по оспариваемым договорам займа»;

- «Обусловлено это было тем, что действиями руководителя должника 07.04.2017 г. права и обязанности должника по договору поставки от 18.09.2014 г., заключенному с ПАО «Нижнекамскнефтехим», были переданы кредитору»;

- «Несмотря на выбытие должника, как стороны договора поставки, часть поставок в ПАО «Нижнекамснефтехим» по единоличному решению ФИО3 продолжала совершаться силами должника, в то время как оплата поступала кредитору»;

- «О возможном доначислении налоговой задолженности ФИО3 не мог не знать, так как решением налоговой проверки установлена его вина в привлечении должника к налоговой ответственности»;

- «Сформировав и сохранив искусственный долг, ФИО3 реализовал его в деле о банкротстве должника, воспользовавшись спровоцированным им же имущественным кризисом должника, для придания займам внешней видимости компенсационного финансирования, что позволило претендовать на имущество должника»;

- «Учитывая контролирующее влияние  ФИО3, должник в силу порока воли был лишен возможности заявить о ничтожности сделок»;

- «О намерении ФИО3 сохранить долг и реализовать его в деле о банкротстве должника указывает его бездействие в прекращении задолженности путем зачета встречных требований кредитора и должника ещё в 2017 г., в частности, вследствие исполнения должником обязательств кредитора перед ПАО «КАМАЗ», вследствие передачи должником кредитору прав требований к контрагентам (решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.11.2020 г. по делу № А655941/2020)».

Субъектный состав, виновные действия и причинно-следственная связь между действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и фактически наступившими последствиями, а при необходимости и объективным банкротством устанавливается при привлечении контролирующих должника лиц к ответственности в рамках обособленных споров о привлечении контролирующих лиц к ответственности в виде взыскания убытков или субсидиарной ответственности с предоставлением таким лицам, права представлять доказательства своих доводов и возражений, но не рамках оспаривания сделок должника, при котором бывший руководитель в качестве ответчика привлечен не был.

Привлечение ФИО3 к ответственности является предметом самостоятельного обособленного спора, рассматриваемого в рамках дела о банкротстве должника.

Поскольку суды при разрешении требования о признании сделок недействительными привели выводы и суждения относительно виновности и степени причастности в доведении должника до банкротства бывшего руководителя должника, которые предметом обособленного спора не являлись, а исключение этих выводов не повлияет на правильность по существу принятых по делу судебных актов о признании договоров займа недействительными, суд кассационной инстанции считает подлежащими исключению из мотивировочных частей судебных актов выводы и суждения, касающиеся оценки действий ФИО3, которые последовательно содержатся в соответствующих абзацах определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 287 АПК РФ по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.07.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2021 по делу № А65-316/2020 изменить, исключив из мотивировочных частей судебных актов выводы, касающиеся оценки действий ФИО3, содержащиеся в: абзаце 11 страницы 5, абзаце 6 страницы 6, абзаце 15 страницы 7, абзацах 3, 5, 6, 10, 16 страницы 8, абзацах 1, 2, 3, 5, 6, 8, 9 страницы 9 определения суда первой инстанции и абзацах 2, 10 страницы 5, абзаце 11 страницы 7, абзацах 3, 5, 6, 10 страницы 8, абзацах 5, 6, 7, 8, 10, 11 страницы 9, абзацах 2, 3 страницы 10 постановления суда апелляционной инстанции.

В остальной части определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.07.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2021 по делу № А65-316/2020 оставить без изменений.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судьяА.Г. Иванова

СудьиВ.А. Моисеев

А.Ф. Фатхутдинова