ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А75-4062/2021

11 февраля 2022 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  08 февраля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  11 февраля 2022 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  судьи Еникеевой Л.И., 

судей  Бодунковой С.А., Веревкина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-15641/2021) акционерного общества «УПРАВЛЕНИЕ ТЕХНОЛОГИЧЕСКОГО ТРАНСПОРТА» на решение от 15.11.2021 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры по делу № А75-4062/2021 (судья Неугодников И.С.), по иску общества с ограниченной ответственностью «ТРАНС УСЛУГИ УНИВЕРСАЛ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата государственной регистрации в качестве юридического лица 03.10.2017, место нахождения: 628305, Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, 

<

...> стр. 28, оф. 10) к акционерному обществу «УПРАВЛЕНИЕ ТЕХНОЛОГИЧЕСКОГО ТРАНСПОРТА» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата государственной регистрации в качестве юридического лица 23.02.2003, место нахождения: 628183, Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, 

<

...>) о взыскании 1 588 690 руб., третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, публичное акционерное общество «СУРГУТНЕФТЕГАЗ»,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «ТРАНС УСЛУГИ УНИВЕРСАЛ» (далее – истец, ООО «ТУУ») обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры с иском к акционерному обществу «УПРАВЛЕНИЕ ТЕХНОЛОГИЧЕСКОГО ТРАНСПОРТА» (далее – ответчик, АО «УТТ») о взыскании убытков в размере 1 588 690 руб. 00 коп.,  причиненных  в результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП) 12.11.2020 на 57 км. Автодороги 

<

...> с участием автомобиля Скания, Р380СВ, гос. регистрационный знак 

<

***> принадлежащего АО «УТТ» и автомобиля КАМАЗ 53504-46, гос. регистрационный знак 

<

***> принадлежащего на праве собственности ООО «ТУУ». 

Определением от 02.07.2021 по ходатайству ответчика к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено публичное акционерное общество «СУРГУТНЕФТЕГАЗ» (далее – третье лицо, ПАО «СУРГУТНЕФТЕГАЗ»). 

Определением от 02.07.2021 суд на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) принял к рассмотрению уточнённые исковые требования (заявление т. 1 л.д. 143) о взыскании с ответчика убытков в размере 952 768 руб. 00 коп.

Решением от 15.11.2021 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры по делу № А75-4062/2021 исковые требования удовлетворены частично. С АО «УТТ» в пользу ООО «ТУУ» взысканы  убытки в размере 762 214 руб. 40 коп., судебные издержки на оплату внесудебной экспертизы в размере 12 000 руб. 00 коп., судебные издержки на оплату услуг представителя в размере 48 000 руб. 00 коп., судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 17 644 руб. 00 коп.

Не согласившись с принятым судебным актом, АО «УТТ» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить в части признания судом отсутствия нарушений правил дорожного движения РФ в действиях третьих лиц (ПАО «Сургутнефтегаз») - водителей транспортных средств «УРАЛ 4320 ГИРД» г/н 

<

***> и «УРАЛ 55571» г/н 

<

***> при совершенном дорожно-транспортном происшествии и, как следствие, отсутствие их вины, освобождения от ответственности за причинение вреда.

В обоснование жалобы ответчик приводит следующие доводы: согласно схеме дорожно-транспортного происшествия, а так же видеозаписи, предоставленной ПАО «Сургутнефтегаз»,  транспортные средства «УРАЛ 4320 ГИРД» г/н 

<

***> под управлением ФИО2. и «УРАЛ 55571» г/н 

<

***> под управлением ФИО3, принадлежащих третьему лицу, расположены на проезжей части в нарушение пунктов 12.1 и 12.2 Постановления Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090 «О Правилах дорожного движения». Кроме того, данные обстоятельства подтверждаются предоставленной видеозаписью видеорегистратора транспортного средства «КАМАЗ», принадлежащего ООО «Транс Услуги Универсал». По мнению ответчика, в дорожно-транспортном происшествии имеется обоюдная вина как водителя транспортного средства, принадлежащего ответчику, так и водителя транспортного средства, принадлежащего истцу, и водителей транспортных средств, принадлежащих третьему лицу.

ООО «ТУУ» представило письменный отзыв на апелляционную жалобу, в котором не согласилось с доводами жалобы, просило решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

ПАО «СУРГУТНЕФТЕГАЗ» в представленном апелляционному суду отзыве на апелляционную жалобу просило решение суда первой инстанции оставить в силе, в удовлетворении жалобы – отказать.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в судебное заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили, в связи с чем суд апелляционной инстанции в порядке статьи 156 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие представителей указанных лиц.

До начала судебного заседания от ПАО «СУРГУТНЕФТЕГАЗ» поступило ходатайство об отложении рассмотрения апелляционной жалобы, мотивированное проведением технических работ по обновлению протокола аутентификации ЕСИА в сервисах ИС «Электронное правосудие» и невозможностью регистрации ходатайства в системе «Мой арбитр».

В соответствии с частью 5 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Кроме того, частью 4 той же статьи установлено, что арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине.

Исходя из приведённой нормы права, при условии надлежащего извещения сторон отложение судебного заседания является правом суда, а не обязанностью.

При этом, заявляя ходатайство об отложении рассмотрения дела, лицо, участвующее в деле, должно обосновать уважительность неявки представителя либо указать и обосновать, для совершения каких процессуальных действий необходимо отложение судебного разбирательства и невозможность разрешения спора без совершения таких процессуальных действий.

В каждой конкретной ситуации суд, исходя из обстоятельств дела и мнения лиц, участвующих в деле, самостоятельно решает вопрос об отложении дела слушанием, за исключением тех случаев, когда суд обязан отложить рассмотрение дела ввиду невозможности его рассмотрения в силу требований АПК РФ.

ПАО «СУРГУТНЕФТЕГАЗ» указало на необходимость отложения в связи с невозможностью представителя заявить ходатайство об участии в онлайн-заседании, не раскрывая при этом, для совершения каких процессуальных действий необходима явка представителя в заседание суда апелляционной инстанции.

Необходимость обязательного личного участия представителя общества никак не обоснована и судом апелляционной инстанции не усматривается, учитывая, что третье лицо привело достаточное подробное обоснование своих доводов в отзыве на апелляционную жалобу.

При этом, с учетом даты принятия апелляционной жалобы к производству суда и назначении судебного заседания, у заявителя имелось время  обратиться к суду с соответствующим ходатайством заблаговременно. Поэтому временная  приостановка  в работе сервиса «Мой арбитр» не является уважительной причиной невозможности обеспечить участие представителя в судебном заседании. 

 

При таких обстоятельствах, поскольку заявленное ходатайство не мотивировано наличием обстоятельств или уважительных причин, свидетельствующих о невозможности рассмотрения дела в отсутствие представителя общества, в том числе в связи с намерением осуществить какие-либо процессуальные действия, в удовлетворении ходатайства об отложении следует отказать.

Рассмотрев материалы дела, апелляционную жалобу, отзывы на неё, суд апелляционной инстанции считает, что фактические обстоятельства по делу установлены судом полно и правильно.  

12.11.2020 на 57 км. автомобильной дороги город Лянтор – Рогожниковское месторождение произошло ДТП с участием автомобиля Скания, Р380СВ, гос. регистрационный знак 

<

***> принадлежащего АО «УТТ» и автомобиля КАМАЗ 53504-46, гос. регистрационный знак 

<

***> с полуприцепом с бортовой платформой, принадлежащих на праве собственности ООО «ТУУ» (копии свидетельств о регистрации ТС (т. 1 л.д. 42, 49-50).

В определении от 12.11.2020 об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении (т. 1 л.д. 41, 51)  указано, что  водитель Каримов Тургунали, являющийся работником АО «УТТ», управляя транспортным средством «Скания Р380 СВ» государственный регистрационный знак Т460ТО 86, при движении не справился с управлением, допустил занос транспортного средства и наезд на стоящее транспортное средство «Урал 59602» государственный регистрационный знак 

<

***> после чего совершил столкновение с транспортным средством марки «УАЗ 390995» государственный регистрационный знак 

<

***> после чего совершил столкновение с транспортным средством «КАМАЗ 53504-46» государственный регистрационный знак 

<

***> после чего совершил столкновение с транспортным средством «ГИРД 5849» государственный регистрационный знак 

<

***>.

В результате ДТП транспортное средство (грузовой тягач седельный КАМАЗ 53504-46, идентификационный номер (VIN) 

<

***>), принадлежащее истцу, получило механические повреждения.

Согласно отчёту № 0550 / К 12 / 89, подготовленному ООО «Независимость» экспертом-техником ФИО4 (сведения о включении сведений в Государственный реестр экспертов-техников, т. 1 л.д. 44), рыночная стоимость восстановительного ремонта без учета износа составила 1 023 200 руб. 00 коп.

Истец в соответствии со статьёй 7 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» получил страховое возмещение в размере 400 000 руб. 00 коп. (текст иска т. 1 л.д. 4, страховой полис т. 1 л.д. 43, платёжное поручение от 16.12.2020 № 226 на 400 000 руб. 00 коп. т. 1 л.д. 52).

Возникновение в результате произошедшего ДТП ущерба транспортному средству, не покрытого страховой компанией, а так же отсутствие возможности в период ремонта оказания транспортных услуг с использованием поврежденного автомобиля явилось  основанием для предъявления иска в суд.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения исковых требований в силу следующего.

Как предусмотрено пунктом 2 статьи 15 ГК РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу статьи 1064 ГК РФ вред, причинённый личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

В соответствии с пунктами 1, 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации (далее - ВС РФ) от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств» если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом. По смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

Пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ установлено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 10.03.2017 № 6-П указал, что статья 1079 ГК РФ, устанавливающая правила возмещения вреда, причиненного источником повышенной опасности, каких-либо специальных положений, отступающих от общего принципа полного возмещения вреда, не содержит.

При причинении вреда в результате взаимодействия источников повышенной опасности вред возмещается их владельцам по принципу ответственности за вину, при наличии обоюдной вины указанных владельцев транспортных средств размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого из них, при невозможности определить степень вины доли признаются равными.

Определение степени вины каждого из участников дорожно-транспортного происшествия и вида ответственности относится к компетенции суда.

При наличии вины обоих водителей в совершенном ДТП полный отказ в возмещении вреда, причиненного в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, не допускается.

Как следует из материалов дела, поврежденный автомобиль КАМАЗ 53504-46 принадлежит истцу на праве собственности, что следует из  свидетельства о регистрации транспортного средства (т. 1 л.д. 42, 49-50). 

АО «УТТ» является собственником участвовавшего в ДТП транспортного средства Скания, Р380СВ, гос. регистрационный знак 

<

***> и имело трудовые отношения с водителем ФИО5 Тургунали, на что указано в рапорте старшего инспектора ДПС ОР ДПС ОГИБДД ОМВД России по Сургутскому району старшего лейтенанта полиции ФИО6 (т. 1 л.д. 118), объяснениях водителя ФИО5 Тургунали (т. 1 л.д. 87-88, 124).

В судебном заседании 12.11.2021 ПАО «СУРГУТНЕФТЕГАЗ» предоставило дислокацию дорожных знаков и разметки автомобильной дороги г. Лянтор – Рогожниковское месторождение с 56 км по 58 км. ДТП произошло в районе моста через реку Тотыкорьяун, перед которым (мостом) в обоих направлениях установлен знак ограничения максимальной скорости движения в 50 км/ч (3.24 в Приложении 1 к ПДД), после проезда моста установлен знак ограничения максимальной скорости движения в 70 км/ч (3.24 в Приложении 1 к ПДД).

Принимая во внимание показания свидетелей, судом установлено, что место ДТП расположено после пересечения автомобилем Скания моста через реку Тотыкорьяун в сторону города Лянтор.

Оценив представленные сторонами доказательства, суд исходил из того, что водитель автомобиля Скания после совершения обгона до моста (на мосту сплошная линия разметки и в силу пункта 11.4 ПДД на мостах обгон запрещен, после проезда моста нанесена дорожная разметка 1.11 Приложения № 2 ПДД, запрещающая перестроение) должен был снизить скорость для проезда по мосту через реку Тотыкорьяун со скоростью не превышающей 50 км/ч, и после установленного на дальнем берегу реки знака ограничения скорости в 70 км/ч двигаться, соблюдая ограничения, однако, исходя из предоставленных данных программы AutoGRAPH водитель Скании, игнорируя требования запрещающих знаков, «разгонял» автомобиль до скорости 86,48 км/ч (с этой скорости началось торможение за 1 мин. и 58 сек до полной остановки, данные avtoGRAPH, т. 2 л.д. 19-21). 

Как усматривается из видеозаписи, автомобиль Скания при наличии припаркованных на попутной полосе транспортных средств, не останавливается, а выезжает на полосу встречного движения, в связи с чем двигавшийся во встречном направлении со стороны города Лянтора автомобиль УАЗ вынужден принять вправо на обочину для избежания столкновения со Сканией (объяснения водителя автомобиля УАЗ, т. 1 л.д. 120)

Как установлено судом, водитель автомобиля Скания превысил максимально разрешенную скорость движения (в силу пункта 10.3. ПДД вне населенных пунктов грузовым автомобилям с разрешенной максимальной массой более 3,5 т разрешается движение со скоростью не более 70 км/ч (на автомагистралях не более 90 км/ч)), в дневное время при хорошей видимости принял неверное решение, видя препятствие на своей полосе движения, не принял мер к торможению и полной остановке автомобиля (допустил нарушение пункта 10.1 ПДД). 

Согласно видеозаписи с регистратора и данных фотографии (Глонас/GPS) водитель автомобиля КАМАЗ 53504-46 двигаясь со средней скоростью 51 км/ч, видел как выезжающее навстречу транспортное средство Скания, так и действия водителя УАЗа, применившего торможение и остановку на обочине, со своей стороны не принял мер для снижения скорости и полной остановки на обочине, в чем так же усматривается нарушение п. 10.1 ПДД (хотя имеется вероятность, что даже и при полной остановке КАМАЗа с полуприцепом его не задел бы «мотающийся» автопроезд (Скания с полуприцепом), как это произошло с остановившемся на обочине автомобилем УАЗ).

В связи с чем судом установлено  наличие вины в столкновении Скании и КАМАЗа и водителя автомобиля КАМАЗ 53504-46.

Вышеуказанные обстоятельства ответчиком также не оспариваются, в связи с чем суд первой инстанции пришёл к верному выводу о  наличии вины, как в действиях ответчика, так и в действия истца, степень вины ответчика определена судом в размере 80%.

Доводы ответчика о том, что причиной ДТП послужило нарушение пункта 12.1 Правил дорожного движения водителями автомобилей «ГИРД-58498» и «УРАЛ-59602» (оба автомобиля принадлежат ПАО «СУРГУТНЕФТЕГАЗ»)  отклоняются судом. 

Пунктом 12.1 Правил дорожного движения, предусмотрено, что остановка и стоянка транспортных средств разрешаются на правой стороне дороги на обочине, а при её отсутствии - на проезжей части у её края и в случаях, установленных пунктом 12.2 Правил дорожного движения, - на тротуаре.

В соответствии с пунктом 12.2 Правил дорожного движения ставить транспортное средство разрешается в один ряд параллельно краю проезжей части, за исключением тех мест, конфигурация (местное уширение проезжей части) которых допускает иное расположение транспортных средств. Кроме того, запрещается открывать двери транспортного средства, если это создаст помехи другим участникам дорожного движения (пункт 12.7 Правил дорожного движения).

В соответствии с пунктом 7.1 Правил водитель должен включать аварийную сигнализацию для предупреждения участников движения об опасности, которую может создать транспортное средство.

 В силу пункта 7.2 Правил при остановке транспортного средства и включении аварийной сигнализации, а также при её неисправности или отсутствии знак аварийной остановки должен быть незамедлительно выставлен при вынужденной остановке в местах, где с учётом условий видимости транспортное средство не может быть своевременно замечено другими водителями.

В силу пункта 12.6 ПДД при вынужденной остановке в местах, где остановка запрещена, водитель должен принять все возможные меры для отвода транспортного средства из этих мест.

Вместе с тем из схемы происшествия следует, что оснований предусмотренных пунктами 12.4, 12.5 для запрета остановки и стоянки не имеется.

Из схемы места совершения административного происшествия (т. 1 л.д. 119) усматривается, что автомобили Урал стояли в один ряд.

При этом ответчиком не обосновано, что ориентация транспортного средства (на полосе противоположенного движения (кабиной навстречу направлению движения), создала помеху при движении транспортных средств и привела к возникновению ДТП.

Из представленных доказательств не следует, что остановка транспортного средства перекрыла часть полосы проезжей части автодороги попутного направления и полностью перекрыла встречного направления движения транспортных средств.

Транспортное средство не препятствовало его объезду по встречной полосе проезжей части дороги без нарушения правил ПДД, поскольку ширина дорожного полотна позволяла совершить объезд стоящего транспортного средства. 

Как следует из материалов дела, свидетель ФИО3 в судебном заседании 12.11.2021 и в своих объяснениях (т. 1 л.д. 121) сообщал, что выставлял знак.

При этом обязанность по установке  знака аварийной остановки судом не усматривается, поскольку остановка произошла не в запрещенном месте и видимость транспортного средства соответствовала Правилам дорожного движения.

Таким образом, в действиях третьего лица отсутствует причинно-следственная связь с наступившим ДТП.

Между тем, в соответствии с пунктом 10.1 ПДД водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

Таким образом,  водитель ответчика  должен был учитывать дорожные и метеорологические условия и иметь такую скорость движения, которая обеспечивала ему возможность постоянного контроля транспортного средства. То обстоятельство, что водитель автомобиля Скания не смог избежать ДТП, свидетельствует о том, что скорость его движущегося транспортного средства была избрана без учёта конкретной дорожной обстановки, которая не обеспечивала ему возможность предотвратить столкновение со стоящим автомобилем, либо совершить безопасный маневр объезда стоящего транспортного средства.

Следовательно, доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению апелляционным судом.

Факт  повреждения имущества   истца подтверждается актом осмотра транспортного средства, внесудебным экспертным заключением.

Согласно пункту 35 постановления Пленума ВС РФ от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - постановление № 58), причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страхового возмещения недостаточно для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072 и пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

Вместе с тем, институт обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, введённый в действующее законодательство с целью повышения уровня защиты прав потерпевших при причинении им вреда при использовании транспортных средств иными лицами, не может подменять собой институт деликтных обязательств, регламентируемый главой 59 ГК РФ, и не может приводить к снижению размера возмещения вреда, на которое вправе рассчитывать потерпевший на основании общих положений гражданского законодательства, об этом указано в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017 № 6-П.

Закон об ОСАГО, как специальный нормативный правовой акт, не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм ГК РФ об обязательствах из причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

В пункте 13 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ», разъяснено, что если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Судом отмечено, что замена повреждённых деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях, при том, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.

Соответственно, при  определении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтверждённые расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты) (абзацы третий, четвертый Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017 № 6-П).

 В обоснование размера ущерба истец представил в материалы дела отчёт № 0550 / К – 12 / 86, подготовленный ООО «Независимость» экспертом-техником ФИО4 (т. 1 л.д. 44). 

Согласно отчёту рыночная стоимость восстановительного ремонта транспортного средства КАМАЗ 53504-46 без учета износа составила 1 023 200 руб. 00 коп. (т. 1 л.д. 35).

При таких обстоятельствах, требование истца о взыскании с ответчика убытков (разницы стоимости ремонта поврежденного в ДТП транспортного средства не покрытого страховой компанией) удовлетворено судом в сумме 498 560 руб. 00 коп. (1 023 200 руб. 00 коп. (рыночная стоимость ремонта и запасных частей, определенного по результатам внесудебной экспертизы) - 400 000 руб. 00 коп. (сумма страховой выплаты) х 80%).

Требования о взыскании упущенной выгоды мотивированы отсутствием возможности в период с 13.11.2020 по 31.01.2021 (80 дней в одиннадцатичасовом режиме) оказания транспортных услуг с использованием поврежденного автомобиля в размере 329 568 руб. 00 коп. (с учётом принятых судом уточнений, т. 1 л.д. 143).

В соответствии со статьей 15 ГК РФ, разъяснениями абзаца 3 пункта 2 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств» упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учётом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Из приложенных к иску документов следует, что попавший в ДТП автомобиль использовался юридическим лицом для предпринимательских целей. 

На дату ДТП для автомобиля КАМАЗ 53504-46, гос. регистрационный знак 

<

***> выдан путевой лист грузового автомобиля 012653 (т. 1 л.д. 136-137), в котором указано на его предоставление в распоряжение ООО «СГК-Бурение».

Также истцом в материалы дела представлены заявки ООО «СГК-Бурение» на перевозку грузов и выделение транспорта в период с 01.11.2020 по 31.01.2021 (т. 1 л.д. 139-141).

С учётом степени вины ответчика в ДТП (80%), с ответчика в пользу истца взыскана упущенная выгода в размере 263 654 руб. 40 коп. (329 568 руб. 00 коп. х 80%).

Оснований для переоценки изложенных в решении выводов в соответствующей части суд апелляционной инстанции не усматривает.

Суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции полно исследовал и установил фактические обстоятельства дела, дал надлежащую оценку представленным доказательствам и правильно применил нормы материального права, не допустив при этом нарушений процессуального закона.

Принятое по делу решение суда первой инстанции подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Расходы по оплате государственной пошлины по апелляционным жалобам в порядке статьи 110 АПК РФ относятся на подателя жалобы.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269,  статьями 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 15.11.2021 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры по делу № А75-4062/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

Л.И. Еникеева

Судьи

 

С.А. Бодункова

А.В. Веревкин