АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-16997/2022

Дело № А57-17607/2020

г. Казань

28 апреля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 апреля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 апреля 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Богдановой Е.В.,

судей Васильева П.П., Минеевой А.А.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 25.11.2021 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2022 

по делу № А57-17607/2020

по заявлению финансового управляющего ФИО1 о признании сделки недействительной в рамках дела о признании ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., 

<

...>, место регистрации: 410007, 

<

...>, ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>) несостоятельной (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Саратовской области от 21.09.2020 к производству принято заявление ФИО2 (далее ? должник, ФИО2) о признании ее несостоятельной (банкротом).

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 19.11.2020 заявление признано обоснованным, ФИО2 признана банкротом и в отношении ее имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим утвержден ФИО1

В арбитражный суд 13.04.2021 поступило заявление финансового управляющего ФИО1 о признании недействительной сделкой договора дарения доли квартиры от 12.07.2019, заключенного между должником и ФИО3 (далее ? ответчик, ФИО3), и применении последствий ее недействительности.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 25.11.2021 заявление финансового управляющего ФИО1 удовлетворено.

Договор дарения доли квартиры от 12.07.2019 признан недействительной сделкой в части дарения ФИО2 в пользу ФИО3 ? доли квартиры.

Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу ФИО2 денежных средств в размере 312 500 руб.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2022 определение Арбитражного суда Саратовской области от 25.11.2021 оставлено без изменений.

Не согласившись с принятыми по спору судебными актами, ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 25.11.2021 и постановление апелляционного суда от 24.01.2022 отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего об оспаривании сделки.

В обоснование жалобы заявителем приведены доводы о неправильном применение судами норм права и о несоответствии выводов судов фактическим обстоятельствам дела; указывает, что не обладал признаками банкротства на дату совершения оспариваемой сделки; в результате ее совершения вред имущественным правам кредиторов причинен не был, поскольку предметом сделки выступала доля в праве собственности на квартиру, которая являлась для должника единственным жильем и обладала исполнительским иммунитетом; при разрешении спора судами не было учтено, что отчужденная ею ? доли квартиры является общим имуществом супругов, из которых 1/8 доли принадлежит ее мужу; квартира, в которой она зарегистрирована, не принадлежит никому из ее родных и близких.

В порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее ? АПК РФ) в судебном заседании Арбитражного суда Поволжского округа 14.04.2022 объявлен перерыв до 11 часов 45 минут 21.04.2022, информация о чем размещена на официальном сайте Арбитражного суда Поволжского округа в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», после окончания которого судебное заседание продолжено в том же составе суда.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 АПК РФ кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

Проверив законность обжалуемых судебных актов, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных пунктом 1 статьи 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия кассационной инстанции считает, что судебные акты подлежат отмене, требование финансового управляющего должником ? отклонению, по следующим основаниям.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 12.07.2019 между ФИО2, ФИО2 (дарители) и ФИО3 (одаряемый) заключен договор дарения, по условиям которого ФИО2 подарила ответчику ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

...>, состоящую из 3-х комнат, общей площадью 52 кв. м, своей дочери ? ФИО3; ФИО4 также осуществлено дарение принадлежащей ему ? доли в праве общей долевой собственности на данную квартиру ответчику.

Государственная регистрация перехода права собственности к ФИО3 на спорную долю осуществлена 08.08.2019.

В последующем, на основании договора купли-продажи от 07.09.2019 ответчик произвел отчуждение данной квартиры за 1 250 000 руб.

Полагая, что сделка по отчуждению должником ? доли квартиры, оформленная договором дарения от 12.07.2019, отвечает признакам недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее ? Закон о банкротстве), статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ? ГК РФ), финансовый управляющий имуществом должника ФИО1 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявленное финансовым управляющим требование, суд первой инстанции и согласившийся с ним апелляционный суд, руководствуясь статьями 19, 61.1, 61.2 Закона о банкротстве, статьей 10 ГК РФ, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее ? постановление Пленума от 23.12.2010 № 63), пришли к выводу о доказанности совокупности условий, необходимых для признания оспариваемого договора дарения недействительной сделкой по основаниям статьи 10 ГК РФ.

При этом суды исходили из того, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Судами установлено, что оспариваемая сделка была совершена в пределах периода подозрительности, отвечающего требованиям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (за год и два месяца до принятия к производству заявления о признании должника банкротом), в пользу заинтересованного по отношению к должнику лица ? дочери, при наличии у должника неисполненных обязательств перед ПАО «Сбербанк России» по кредитным договорам на общую сумму более 800 тыс. руб., требования которого впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника.

Учитывая отсутствие (непредставление) доказательств наличия у должника на момент совершения оспариваемой сделки иного имущества, достаточного для осуществления расчетов с кредитором, суды заключили, что на момент ее совершения должник отвечал признакам недостаточности имущества.

Установив указанные обстоятельства, учитывая правовую природу договора дарения (его безвозмездный характер), арбитражные суды пришли к выводу о совершении должником оспариваемой сделки при злоупотреблении правом, с целью уменьшения объема имущества, на которое могло быть обращено взыскание в рамках обязательств должника, во вред его кредиторам, а также об осведомленности контрагента по оспариваемой сделке о противоправной цели ее совершения.

Довод ФИО2 о том, что квартира, доля в которой ею была отчуждена по оспариваемой сделке, являлась единственным жильем и обладала исполнительским иммунитетом, апелляционным судом был отклонен со ссылкой на факт регистрации ФИО2 с 19.10.2018 по иному адресу и непредставление доказательств, свидетельствующих о невозможности ее проживания в квартире по месту регистрации.

Признав сделку недействительной, суд первой инстанции, руководствуясь положениями пункта 2 статьи 167 ГК РФ, пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, посчитал необходимым применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника стоимости отчужденной должником по оспариваемой сделке доли в квартире, определенной на основании цены продажи ответчиком данной квартиры.

Между тем, при разрешении настоящего спора судами не было учтено следующее.

Действительно в соответствии с разъяснениями, данными в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее ? постановление Пленума от 23.12.2010 № 63), наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Однако в названных разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок и сделок с предпочтением (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от 29.01.2020 № 308-ЭС19-18779(1,2).

Для квалификации сделки как ничтожной по статьям 10 и 168 ГК РФ необходимо выявление нарушений, выходящих за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в ситуации, когда другая сторона сделки знала об указанной цели должника, на что ссылался финансовый управляющий при обращении в суд с настоящим заявлением, охватывается диспозицией части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

В силу указанной нормы и разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума от 23.12.2010 № 63, для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Целью оспаривания сделок при банкротстве по специальным основаниям, установленным главой III.1 Закона о банкротстве, является пополнение имущественной массы должника, за счет которой впоследствии могут быть удовлетворены требования конкурсных кредиторов, в связи с чем не подлежит признанию недействительной сделка, в результате успешного оспаривания которой привнесения в конкурсную массу активов не произойдет.

Согласно пункту 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

В силу абзаца второго части 1 статьи 446 ГПК РФ взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в приведенном абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее ? постановление Пленума от 25.12.2018 № 48), исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзац второй части 1 статьи  446 ГПК  РФ).

Таким образом, наличие у кредиторов подлежащих защите прав на получение удовлетворения своих требований к должнику за счет имущества последнего само по себе не может служить основанием для изъятия в отношении принадлежащего должнику имущества исполнительного иммунитета. 

Суд округа также отмечает, что по смыслу абзаца второго части 1 статьи 446 ГПК РФ наличие у гражданина фактической возможности проживать по иному адресу (без права собственности на помещение) не означает допустимость безусловного неприменения к находящемуся в его собственности единственному жилью исполнительского иммунитета (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2020 № 309-ЭС20-10004). При этом наличие у ФИО2 иных жилых помещений, принадлежащих ей на праве собственности, либо зарегистрированных за ее мужем, но приобретенных в период брака, материалами дела не подтверждено; напротив, согласно содержащимся в представленном в материалы настоящего спора отчете управляющего сведениям какие-либо еще объекты недвижимости за должником и ее мужем не зарегистрированы; спорное жилое помещение (квартира) по своим характеристикам не относится к категории дорогостоящего, «роскошного». 

С учетом изложенного суд округа находит ошибочными вывод судов о недействительности оспариваемой сделки ввиду наличия у ее сторон признаков злоупотребления правом, поскольку по смыслу приведенных выше норм и разъяснений, отчуждение ФИО2 доли в права собственности на спорную квартиру не могло причинить имущественного вреда кредиторам, так как на спорную квартиру распространялся исполнительский иммунитет, предусмотренный в статье 446 ГК РФ, при этом обстоятельств, заключающихся в злоупотреблении должником установленным законодательством исполнительским иммунитетом, судами не установлено, и суд округа, изучив материалы дела, также их не усматривает, и мотивы отчуждения должником доли в квартире в данном случае не имеют правового значения для целей оспаривания сделки, поскольку такая доля в любом случае изначально не подлежала включению в конкурсную массу, как единственное пригодное для проживания должника жилое помещение, и за счет его стоимости не могли быть удовлетворены требования кредиторов.

Заключение сделки в отношении единственного пригодного для постоянного проживания должника жилого помещения исключало причинение в результате ее совершения вреда имущественным интересам кредиторов и, соответственно, противоправную цель такой сделки ? не допустить обращения взыскания на квартиру (принадлежащую должнику долю в праве собственности на нее) по обязательствам перед кредитором.

В отсутствие такого условия, как причинение в результате совершения сделки вреда имущественным правам кредиторов, наличие у должника признаков неплатежеспособности (недостаточности имущества) и заинтересованность сторон сделки, даже будучи доказанными, сами по себе не имеют правового значения, так как не являются самостоятельными основаниями для признания сделки недействительной.

Следует также учитывать и тот факт, что предметом отчуждения должником по оспариваемой сделке выступает именно доля в праве собственности на квартиру (1/4), причем являющаяся совместным имуществом супругов Ж-вых, что следует как из текста самого договора дарения (пункт 8), так и из материалов представленного в рамках настоящего обособленного спора регистрационного дела (содержащихся в нем нотариально удостоверенных согласий ФИО4 в 1999 году на совершение должником сделки по приобретению спорной доли и ее последующей продажи по оспариваемой сделке), что дополнительно свидетельствует о невозможности причинения в результате ее дарения вреда имущественным правам кредиторов.

Согласно пункту 4 постановления Пленума от 25.12.2018 № 48 целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 ГПК РФ).

Учитывая вышеизложенное, суд кассационной инстанции считает, что в данной конкретной ситуации оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего должником и признания оспариваемой сделки недействительной у судов не имелось.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции считает, что обжалуемые определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда подлежат отмене, заявленное конкурсным управляющим требование о признании недействительной сделки должника по дарению ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру ФИО3 ?  оставлению без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 25.11.2021 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2022 по делу № А57-17607/2020 отменить.

Принять новый судебный акт.

В удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО2 Савушкина Алексея Вячеславовича о признании недействительной сделки должника в части договора дарения ? доли квартиры по адресу: 

<

...>, заключенного 12.07.2019 между ФИО2 и ФИО3, и применении последствий ее недействительности, отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                      Е.В. Богданова

 

Судьи                                                                                    П.П. Васильев

 

                                                                                              А.А. Минеева