ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тула

Дело № А09-4430/2021

20АП-2960/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 03 августа 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 августа 2022 года.

 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Мордасова Е.В., судей Большакова Д.В., Тимашковой Е.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании, проводимом путем использования системы веб-конференции, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Союз мастеров» на решение Арбитражного суда Брянской области от 17.03.2022 по делу № А09-4430/2021 (судья Грахольская И.Э.), принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Союз мастеров» (г. Брянск, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к инспекции Федеральной налоговой службы по г. Брянску (г. Брянск,                             ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании решения недействительным; 

при участии в заседании:

от заявителя: ФИО2 (доверенность от 14.04.2022); 

от заинтересованного лица: ФИО3 (доверенность  от 10.01.2022 № 03-11/00008); 

 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Союз мастеров»  (далее - общество) обратилось в Арбитражный суд Брянской области с заявлением о признании недействительным решения инспекции Федеральной налоговой службы по г. Брянску (далее - инспекция) от 05.02.2021 № 31. 

Решением Арбитражного суда Брянской области от 17.03.2022 в удовлетворении заявленного требования отказано.

Не согласившись с состоявшимся судебным актом, общество обратилось в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт, признав решение инспекции от 05.02.2021 № 31 недействительным в части доначисления налога на прибыль организаций, зачисляемого в федеральный бюджет, в размере 3 521 934 руб., начисления пени по налогу на прибыль в федеральный бюджет в размере 774 338 руб.     20 коп., доначисления налога на прибыль организаций, зачисляемого в бюджет субъекта Российской Федерации, в размере 21 795 436 руб., начисления пени по налогу на прибыль в бюджет субъекта Российской Федерации в размере 4 934 465 руб. 95 коп.

В обоснование своей позиции апеллянт ссылается на то, что ответственность за правильность составления договоров цессии и их хранение несут только стороны договоров, к которым общество не относится; считает, что инспекция не представила доказательств, свидетельствующих о фиктивности договоров цессии, не доказала занижение налоговой базы по налогу на прибыль; указывает, что представленные в материалы дела договоры цессии заключены юридическими лицами, являвшимися на дату заключения договоров действующими организациями.

Инспекция в отзыве на апелляционную жалобу просит оставить решение суда первой инстанции без изменения, а жалобу – без удовлетворения.

Проверив в порядке, установленном ст. 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), законность обжалуемого судебного акта, Двадцатый арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для его отмены в связи со следующим.

Как следует из материалов дела, инспекцией проведена выездная налоговая проверка общества за период с 01.01.2016 по 31.12.2017, по итогам которой составлен акт налоговой проверки от 13.12.2019 № 31 и вынесено решение от 05.02.2021 № 31 о привлечении общества к ответственности за совершение налогового правонарушения: обществу начислен налог на прибыль организаций в размере 41 575 971 руб., пени по налогу на прибыль – 9 374 949 руб. 93 коп., налог на добавленную стоимость в размере 4 936 400 руб., пени по НДС – 966 696 руб. 13 коп, а также общество привлечено к ответственности по п. 1 ст. 126 НК РФ в виде штрафа за непредставление документов и сведений в размере 3 600 руб.

Не согласившись с решением инспекции, общество обратилось с апелляционной жалобой в управление Федеральной налоговой службы по Брянской области, которое решением от 07.05.2021 оставило жалобу без удовлетворения. 

Полагая, что решением инспекции нарушены права общества, последнее обратилось в Арбитражный суд Брянской области с заявлением.

Рассматривая спор по существу и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

В силу ч. 1 ст. 198, ч. 4 ст. 200 АПК РФ и п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» для удовлетворения требований о признании недействительными ненормативных правовых актов и незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов и органов местного самоуправления необходимо наличие двух условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, а также нарушение прав и законных интересов заявителя.

В соответствии с п. 1 ст. 23 НК РФ налогоплательщики обязаны уплачивать законно установленные налоги, вести в установленном порядке учет доходов, расходов и объектов налогообложения, а также в течение четырех лет обеспечивать сохранность данных бухгалтерского и налогового учета и других документов, необходимых для исчисления и уплаты налогов, в том числе документов, подтверждающих получение доходов, осуществление расходов (для организаций и индивидуальных предпринимателей), а также уплату (удержание) налогов.

Согласно п. 1 ст. 54 НК РФ налогоплательщики-организации исчисляют налоговую базу по итогам каждого налогового периода на основе данных регистров бухгалтерского учета и (или) на основе иных документально подтвержденных данных об объектах, подлежащих налогообложению либо связанных с налогообложением.

В силу ст. 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью для российских организаций, не являющихся участниками консолидированной группы налогоплательщиков, признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с гл. 25 НК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 252 НК РФ к доходам в целях гл. 25 НК РФ относятся доходы от реализации товаров (работ, услуг) и имущественных прав, а также внереализационные доходы.

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных ст. 265 НК РФ, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Документально подтвержденными расходами являются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией, приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в соответствии с договором). Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Согласно п. 1 ст. 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - Постановление № 53) разъяснено, что под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

О необоснованности налоговой выгоды могут также свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии следующих обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций; совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета. В случае наличия особых форм расчетов и сроков платежей, свидетельствующих о групповой согласованности операций, суду необходимо исследовать, обусловлены ли они разумными экономическими или иными причинами (деловыми целями) (п. 5 Постановления № 53).

В соответствии с п. 6 Постановления № 53 такие обстоятельства как создание организации незадолго до совершения хозяйственной операции; взаимозависимость участников сделок; неритмичный характер хозяйственных операций; нарушение налогового законодательства в прошлом; разовый характер операции; осуществление операции не по месту нахождения налогоплательщика; осуществление расчетов с использованием одного банка; осуществление транзитных платежей между участниками взаимосвязанных хозяйственных операций; использование посредников при осуществлении хозяйственных операций сами по себе не могут служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной. Однако эти обстоятельства в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами могут быть признаны обстоятельствами, свидетельствующими о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

По итогам выездной налоговой проверки общества инспекцией было установлено, что обществом при исчислении налоговой базы по налогу на прибыль организаций неправомерно не отражена во внереализационных доходах просроченная кредиторская задолженность.

Так, в проверяемом периоде кредиторская задолженность общества в сумме более 149 000 000руб. перед ООО «СтройАльянс», ООО «Партнер», ООО «Ол-Ост», ООО «Бизнес-Мастер», ООО «Маркет», ООО «Арбитекс», ООО «Матрикс», ООО «РенессансГрупп», ООО «Бенефит», ООО «Игма», по которой истек срок исковой давности, была переведена по договорам уступки права требования на организации ООО «Стилмарт» в размере 126 586 850 руб. и ООО «СтандартРезерв» в размере                       22 563 295 руб.

Инспекцией была проведена выемка (изъятие) у общества первичных бухгалтерских документов, в том числе по финансово-хозяйственным взаимоотношениям с вышеуказанными организациями.

На момент проведения выемки оригиналы договоров уступки прав требований (цессии) и уведомлений об уступке права требования у общества отсутствовали.

Договоры уступки прав требования и уведомления об уступке своего права требования по контрагентам ООО «СтройАльянс», ООО «Партнер», ООО «Ол-Ост»,  ООО «Бизнесмастер», ООО «Маркет», ООО «Арбитекс», ООО «Матрикс»,                   ООО «РенессансГрупп», ООО «Бенефит», ООО «Игма» (цеденты) и ООО «Стилмарт» (цессионарий) были представлены обществом в ответ на требование о представлении документов (информации) от 17.04.2019 № 31/1. Договор уступки прав требования, заключенный с ООО «Стандарт Резерв» и иные запрашиваемые документы представлены не были.

Инспекцией от ООО «Стандарт Резерв» были получены копия договора соинвестирования от 20.05.2013 и пояснения, согласно которым инвестиционные средства в размере 22 500 000 руб. были перечислены на расчетный счет ООО «Стандарт Резерв» в течение 2012 - 2013 годов и возвращены в полном объеме на расчетный счет общества в 2018 году; финансово-хозяйственных отношений с организацией ООО «Строй Альянс» не имеет, никаких договоров (контрактов, соглашений) не заключалось, прочих операций не осуществлялось.

Данные сведения подтверждаются движением денежных средств по расчетному счету ООО «Стандарт Резерв» в ПАО Сбербанк России, согласно которому                  ООО «Стандарт Резерв» 29.01.2018 и 05.03.2018 перечислило в адрес общества                22 500 000 руб. с основанием платежа - «возврат инвестиционных средств, согласно договора соинвестирования от 20.05.2013».

Из изъятых у общества документов инспекцией установлено, что на момент заключения договоров цессии организации «цеденты» не являлись действующими, а были исключены из ЕГРЮЛ или присоединены к другому юридическому лицу.

Договор уступки права требования от 31.10.2016 был заключен с                         ООО «СтройАльянс». Однако ООО «СтройАльяанс» с 22.10.2014 сменило наименование на ООО «Сталз», при этом в договоре уступки права требования от 31.10.2016 б/н отсутствует ссылка о смене наименования.

Договор уступки права требования с ООО «Партнер» был заключен 31.10.2016. ООО «Партнер» 02.04.2014 реорганизовано путем присоединения к ООО «Билдинг Компани», которое, в свою очередь, 22.09.2015 ликвидировано вследствие банкротства.

Договор уступки права требования с ООО «Ол-Ост» заключен 31.10.2016.         ООО «Ол-Ост» 04.09.2015 реорганизовано путем присоединения к ООО «АМК», которое 22.04.2016 ликвидировано.

Договор уступки права требования с ООО «Бизнесмастер» заключен 31.10.2016. ООО «Бизнесмастер» 19.03.2015 реорганизовано путем присоединения к                       ООО «Стройсбыт».

Договор уступки права требования с ООО «Маркет» заключен 31.10.2016.         ООО «Маркет» 20.03.2013 реорганизовано путем присоединения к ООО «Демос».

Договор уступки права требования заключен с ООО «Арбитекс» 30.12.2016.     ООО «Арбитекс» 28.12.2016 ликвидировано на основании п. 2 ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

Договор уступки права требования заключен с ООО «Матрикс» 30.12.2016.      ООО «Матрикс» 05.09.2016 ликвидировано.

Договор уступки права требования заключен с ООО «Бенефит» 29.12.2017.       ООО «Бенефит» 02.03.2016 реорганизовано путем присоединения к ООО «Стройсбыт».

Договор уступки права требования заключен с ООО «Игма» 29.12.2017.             ООО «Игма» 14.05.2014 реорганизовано путем присоединения к ООО «Промышленная газификация».

Факт заключения спорных договоров цессии также не подтвержден уполномоченными представителями указанных организаций.

В ходе анализа движения денежных средств по расчетным счетам                       ООО «Стилмарт», ООО «Стандарт Резерв» за 2016 - 2017 годы инспекцией не установлено расчетов по договорам уступки права требования.

В картотеке арбитражных дел также отсутствуют сведения об обращении контрагентов «цедентов» в арбитражные суды с исковыми заявлениями о погашении задолженности.

Как следует из материалов дела, в инспекции имеется договор уступки права требования от 15.11.2018 № 1511/1/18, согласно которому ООО «Стилмарт» («цедент») уступает право требования исполнения обязательств ООО «Окнофф» («цессионарию»), возникшее по договорам цессии с контрагентами: ООО «СтройАльянс», ООО «Партнер», ООО «Ол-Ост», ООО «Бизнесмастер», ООО «Маркет», ООО «Арбитекс»,                     ООО «Матрикс», ООО «РенессансГрупп», ООО «Бенефит», ООО «Игма» на общую сумму 126 586 848 руб. Указанный договор со стороны ООО «Окнофф» подписан согласно расшифровки подписи ФИО4

Согласно протокола допроса от 27.08.2019 № 548 ФИО4 - лица, подписавшего по доверенности договор уступки прав требования со стороны               ООО «Окнофф», в период 2016 - 2017 годов он являлся директором ООО «Бисан» и по доверенности, выданной руководителем ООО «Окнофф» ФИО5, заключал договоры от имени ООО «Окнофф», при этом официально там устроен не был и заработную плату не получал; также он вместе с ФИО6 (руководитель общества) являлся учредителем ООО «Бисан».

ООО «Окнофф» в ответ на требование инспекции был представлен договор цессии между ООО «Окнофф» и ООО «Стилмарт» от 15.11.2018, который в разделе «предмет договора» содержит указание на договоры, которые были представлены обществом по требованию инспекции.

В ходе анализа представленных ООО «Окнофф» договоров о получении прав требования долга общества и сопоставления с данными бухгалтерского учета общества, инспекцией установлено, что, представленные документы содержат противоречивые и недостоверные сведения: иные даты, суммы и наименования цедентов, недостоверно указаны юридические адреса организаций, в некоторых указаны руководители, которые стали директорами организаций после подписания договоров.

В ходе налоговой проверки АНО «Независимая Коллегия экспертов» проведена почерковедческая экспертиза подписей в представленных обществом копиях договоров уступки прав требования и уведомлениях в разделах «цессионарий» и «цедент».

Согласно заключению эксперта от 07.10.2019 № 507/19 подписи в строках договоров «директор», «цессионарий», «цедент» выполнены не лицами, указанными в договорах, а иными лицами.

Из заключения эксперта от 20.07.2020 № 338/20 следует, что подписи в строке «руководитель» общества - ФИО6 в двух экземплярах договоров уступки прав требования (цессии) раздела «должник», представленных обществом и   ООО «Окнофф» выполнены одним лицом.

Договоры, представленные обществом и ООО «Окнофф», содержат различные данные, при этом подписаны одним лицом со стороны должника руководителем общества ФИО6

С учетом изложенного инспекция пришла к выводу, что представленные договоры уступки прав требования, совершенные с несуществующими юридическими лицами, оформлены без намерения создать соответствующие им правовые последствия, а лишь только с целью уменьшения налоговых обязательств по налогу на прибыль.

В результате невостребованная кредиторская задолженность общества перед контрагентами: ООО «СтройАльянс», ООО «Ол-Ост», ООО «Бизнесмастер»,               ООО «Маркет». ООО «Арбитекс», ООО «Матрикс», ООО «РенессансЕрупп»,              ООО «Бенефит», ООО «Игма» в размере 145 601 342 руб. в силу п. 18 ст. 250 НК РФ включена по итогам выездной налоговой проверки в состав внереализационных доходов общества, обществу доначислен налог на прибыль организаций в размере 28 051 779 руб. и пени - 6 325 402руб. 87 коп.

Вопреки доводу апеллянта, инспекцией в ходе проверки исследованы не только договоры цессии, полученные от общества, но и представленные ООО «Окнофф». Эти договоры сопоставлены с данными бухгалтерского учета общества и установлено, что все документы, представленные ООО «Окнофф» содержат противоречивые и недостоверные сведения. 

Договор цессии между ООО «Окнофф» и ООО «Стипмарт» от 15.11.2018 в разделе «предмет договора» содержит указание на договоры, которые были представлены обществом по требованию от 17.04.2019 № 31/1, тогда как ранее представленные договоры содержат иные даты, суммы и наименования цедентов.

Договор цессии между ООО «Ол-Ост» (цедент) и ООО «Матрикс» (цессионарий) от 31.08.2015 со стороны ООО «Матрикс» подписан с расшифровкой подписи ФИО7, которая на допросе (протокол от 21.08.2019 № 119) сообщила, что учредителем и руководителем являлась номинальным (только оформила данную организацию), в каких-либо договорах от имени ООО «Матрикс» не расписывалась, в период с ноября 2015 года по март 2018 года работала на автомойке в г. Киреевске Тульской области в должности автомойщицы.

Договоры цессии между ООО «Арбитекс» от 12.12.2016, ООО «Матрикс» от 22.08.2016 и от 30.08.2016, ООО «РенессансГрупп» от 30.12.2016 (цеденты) и               ООО «Стипмарт» (Цессионарий) со стороны ООО «Стилмарт» подписаны с расшифровкой подписи ФИО8, который зарегистрирован в качестве руководителя с 25.08.2017, со стороны ООО «Арбитекс» подписан с расшифровкой подписи ФИО9, которая на допросе (протокол от 09.06.2015 № 1) сообщила, что учредителем и руководителем являлась формально, имеет специальность закройщика, на свое имя зарегистрировала примерно 70 организаций.

В договоре цессии между ООО «Матрикс» (цедент) и ООО «Стилмарт» (цессионарий) от 22.08.2016 в предмете договора указана сумма 96 131 368 руб. и в договоре цессии от 30.08.2016 указана сумма 24 517 959 руб. всего на сумму                    120 649 327 руб., при этом расчетов по данным договорам не производилось, кроме того документами, представленными ООО «Окнофф», подтвержден долг общества перед   ООО «Матрикс» в размере 93 670 115 руб., тогда как по данным бухгалтерского учета общества отражена кредиторская задолженность на 30.08.2016 перед ООО «Матрикс» в размере 10 670 577 руб.

Договоры цессии между ООО «Сталз», ООО «Партнер», ООО «Ол-Ост»,          ООО «БизнесМастер», ООО «Маркет», ООО «Бенефит», ООО «Игма» (цеденты) и      ООО «Матрикс» (цессионарий) не отражены в бухгалтерском учете общества, при этом все документы подписаны с расшифровкой подписи ФИО6 - руководителя организации должника (общества).

Договор цессии между ООО «Игма» и ООО «Матрикс» от 20.02.2014 содержит подпись с расшифровкой подписи ФИО10, который на допросе (протокол от 07.07.2020 № 334) пояснил, что организацию ООО «Матрикс» не знает, договор уступки прав требования (цессии) от 20.02.2014 между ООО «Игма» и ООО «Матрикс» в отношении долгов общества не подписывал.

Принимая во внимание, что в ходе судебного разбирательства обществом был представлен еще один вариант договоров уступки права требования, судебная коллегия полагает, что суд первой инстанции обоснованно отнесся к ним критически.

Довод апеллянта о том, что наличие ошибок и неточностей в договорах цессии не делает эти сделки ничтожными и не означает автоматически безнадежность долга, отклоняется судебной коллегией ввиду того, что имеющиеся в представленных документах противоречия и недостоверные сведения лишают их свойства подтверждения реального характера сделок со спорными контрагентами.

В жалобе апеллянтом было указано на намерение заявить ходатайство о проведении судебной почерковедческой экспертизы подписей руководителей цедентов и цессионариев по спорным сделкам, однако в процессе рассмотрения апелляционной жалобы такое ходатайство заявлено не было.

Относительно довода апеллянта о допущенных судом области фактических ошибках, суд апелляционной инстанции отмечает, что опечатки в решении, на которые указало общество в жалобе, не имеют существенного значения для разрешения спора и не влияют на правомерность вывода суда первой инстанции.

Довод апеллянта о том, что передача долга по договору цессии является основанием для продления исчисления срока исковой давности являлся предметом рассмотрения суда области, который обоснованно указал, что перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления    (ст. 201 ГК РФ).

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее - Постановление № 43) по смыслу ст. 201 ГК РФ переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 20 Постановления № 43, к действиям, свидетельствующим о признании долга, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом.

Тот факт, что общество выразило согласие на заключение договора цессии, не влечет автоматического признания долга, поскольку не стоит во взаимосвязи с подписанием соглашения об уступке права требования.

Таким образом кредиторская задолженность по которой истек срок исковой давности должна учитываться в составе внереализационных доходов. 

В силу и. 1 ст. 384 ГК РФ к новому кредитору переходят права в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту уступки.

На основании п. 18 ст. 250 НК РФ суммы кредиторской задолженности (обязательства перед кредиторами), списанные в связи с истечением срока исковой давности или по другим основаниям (за исключением случаев, предусмотренных пп. 21, 21.1 и 21.3 п. 1 ст. 251 НК РФ) признаются внереализационными доходами организации.

Кредиторская задолженность, по которой истек срок исковой давности, учитывается в составе внереализационных доходов по данным инвентаризации, письменного обоснования и приказа руководства организации. Вместе с тем, дата признания внереализационных доходов для целей налогообложения прибыли установлена п. 4 ст. 271 НК РФ. Так, доход в виде кредиторской задолженности, по которой истек срок исковой давности, учитывается в составе внереализационных доходов в последний день того отчетного периода, в котором истекает срок исковой давности.

С учетом изложенного, апелляционная коллегия соглашается с судом первой инстанции, что требование общества о признании недействительным решения инспекции в части доначисления налога на прибыль организаций, зачисляемого в федеральный бюджет, в размере 3 521 934 руб., начисления пени по налогу на прибыль в федеральный бюджет в размере 774 338 руб. 20 коп., доначисления налога на прибыль организаций, зачисляемого в бюджет субъекта Российской Федерации, в размере 21 795 436 руб., начисления пени по налогу на прибыль в бюджет субъекта Российской Федерации в размере 4 934 465 руб. 95 коп. удовлетворению не подлежит.

Таким образом, выводы суда первой инстанции основаны на нормах законодательства и обстоятельствах дела. Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка.

Доводы апеллянта не могут быть признаны обоснованными, так как, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой установленных судом обстоятельств по делу, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

Неправильного применения судом норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда  Брянской области от 17.03.2022 по делу № А09-4430/2021    оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.                                  В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья

Судьи                                                                              

Е.В. Мордасов

Д.В. Большаков

Е.Н. Тимашкова