АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4727/22 

Екатеринбург

16 июня 2023 г.

 

Дело № А60-15804/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 08 июня 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 16 июня 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е.А.,

судей Кудиновой Ю.В., Артемьевой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1 рассмотрел в судебном заседании с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание) кассационную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда Свердловской области от 03.10.2022 по делу № А60-15804/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В режиме веб-конференции принял участие представитель Межрегиональной общественной организации «Общество защиты прав собственников и арендаторов недвижимости» – ФИО3, по доверенности от 14.07.2020.

В судебном заседании в здании суда округа приняли участие:

ФИО2 (лично) и его представитель ФИО4, по доверенности от 15.07.2022;

ФИО5 (лично) и ее представитель ФИО6, по доверенности от 17.04.2023;

представитель конкурсного управляющего имуществом автономной некоммерческой организации высшего образования «Уральский Финансово-Юридический институт» ФИО7 – ФИО8, по доверенности от 10.03.2022.

 

Конкурсный управляющий имуществом автономной некоммерческой организации высшего образования «Уральский Финансово-Юридический институт» (далее – «УрФЮИ») обратился в Арбитражный суд Свердловской области с иском о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности и взыскании с него в пользу «УрФЮИ» 284 990 000 руб.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.04.2021 к участию в деле в качестве третьего лица привлечено «УГТИ».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.02.2022 к участию в рассмотрении искового заявления в качестве соответчиков привлечены региональный общественный фонд «Сохранение культурного наследия» (далее – фонд «СКН»), ФИО9, ФИО5, ФИО10, общество с ограниченной ответственностью «1-й Образовательный центр» (далее – общество «1-й Образовательный центр»), ФИО11, организация «Общество защиты прав собственников и арендаторов недвижимости»; фонд «СКН» исключен из состава третьих лиц.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 01.07.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий ФИО12

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 03.10.2022, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2022, исковые требования удовлетворены частично; с ФИО2, фонда «СКН» взыскано солидарно в пользу «УрФЮИ» 284 990 000 руб. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. Взыскано с ФИО2, фонда «СКН» солидарно в доход федерального бюджета 200 000 руб. государственной пошлины.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и материалам дела, просит указанные судебные акты отменить в части взыскания с него 284 990 000 руб. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает на то, что определением суда от 07.02.2020 по делу № А60-6345/2019 удовлетворено заявление общества с ограниченной ответственностью «Лоза» (далее – общество «Лоза») о признании недействительным договора займа от 23.10.2017 № 2/17, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с «УГТИ» в пользу «УрФЮИ» денежных средств в сумме 284 990 000 руб. и восстановления задолженности «УрФЮИ» перед «УГТИ» в сумме 13 655 086 руб. 61 коп., при этом ФИО2 ранее привлекался к субсидиарной ответственности по всем долгам «УрФЮИ», в том числе определением суда от 01.03.2021 по делу № А60-6345/2019 по заявлению конкурсного управляющего имуществом «УрФЮИ», определением суда от 24.01.2020 по делу № А60-6345/2019 по заявлению общества «Лоза»; так, основанием для привлечения к субсидиарной ответственности по заявлению общества «Лоза» явился факт перечисления «УрФЮИ» денежных средств в сумме 284 990 000 руб. в пользу «УГТИ» по договору займа; в части определения размера ответственности производство приостановлено. Кассатор отмечает, что ФИО2 является ректором и учредителем как «УГТИ», так и «УрФЮИ»; «УГТИ» не имеет кредиторов, кроме «УрФЮИ», а значит, «УрФЮИ» не имеет самостоятельного интереса во взыскании денежных средств с «УГТИ» и с ФИО2, требования к «УГТИ» обусловлены имущественными интересами кредиторов «УрФЮИ», которые уже обеспечены упомянутыми определениями в рамках дела № А60-6345/2019; при этом круг финансово заинтересованных лиц, в пользу которых ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности в рамках настоящего спора и в рамках дела № А60-6345/2019, совпадает. По убеждению кассатора, судам следовало квалифицировать операции по перечислению денежных средств от «УрФЮИ» к «УГТИ», как единую сделку, направленную на вывод активов; а привлечение к ответственности дважды за одно и то же деяние недопустимо. 

Представленные кассатором дополнения к кассационной жалобе от 25.05.2023 приобщены к материалам кассационного производства в порядке статьи 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При этом приложенные дополнительные документы к материалам кассационного производства не приобщаются, поскольку в силу части 1 статьи 286, части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сбор и оценка дополнительных доказательств не входят в компетенцию суда округа, который проверяет законность принятых судебных актов на основании имеющихся в деле доказательств, исследованных и оцененных судами первой и апелляционной инстанций. Фактическому возврату на бумажном носителе документы не подлежат, поскольку представлены в электронном виде посредством системы «Мой Арбитр».

В представленном отзыве от 30.05.2023 ФИО2 просит отменить судебные акты, дело направить на новое рассмотрение. Приложенные к отзыву дополнительные документы к делу не приобщаются применительно к положениям части 1 статьи 286, части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Документы возвращены заявителю в судебном заседании. 

Конкурсный управляющий в отзыве от 30.05.2023 просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

ФИО5 представлено заявление о пересмотре судебного акта по новым обстоятельствам, при этом в просительной части указанное лицо просит отменить указанные выше судебные акты и направить спор на новое рассмотрение, ссылаясь на неуведомление ее о данном судебном процессе. В ходе судебного заседания суда округа ФИО5 также пояснила, что данное заявление не является заявлением о пересмотре судебных актов по новым обстоятельствам, а содержит ее позицию по обжалуемым заявителем кассационной жалобы судебным актам, в связи с чем, суд округа расценил данный документ как отзыв, в котором заявитель просит направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Приложенные к отзыву дополнительные документы к делу не приобщаются применительно к положениям части 1 статьи 286, части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Документы возвращены заявителю в судебном заседании. 

Дополнительные отзывы конкурсного управляющего имуществом «УрФЮИ» ФИО7 от 02.06.2023, ФИО5 от 06.06.2023, ФИО2 от 06.06.2023, а также возражения на дополнительный отзыв конкурсного управляющего от ФИО2 приобщены к материалам кассационного производства в порядке статьи 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В приобщении определения Арбитражного суда Свердловской области от 06.06.2023 по делу № А60-6345/2019 о принятии обеспечительных мер отказано в силу положений части 1 статьи 286, части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «Лоза» с 2013 года являлось собственником 1/2 доли в праве общей долевой собственности на нежилые помещения общей площадью 11 936,9 кв. м, расположенные по адресу: 

<

...>. Право на оставшуюся долю в размере 1/2 в установленном порядке не было зарегистрировано.

С 2008 года все помещения указанного здания находились в оперативном управлении негосударственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Уральский Финансово-Юридический институт»; руководитель и единственный учредитель ФИО2 30.10.2014 принял решение о реорганизации учреждения в форме преобразования в автономную некоммерческую образовательную организацию высшего образования, о чем в Единый государственный реестр юридических лиц 25.11.2014 внесена соответствующая запись. После реорганизации «УрФЮИ» продолжил использовать нежилые помещения.

Полагая, что с момента утраты «УрФЮИ» статуса учреждения ему не могло перейти право оперативного управления на все занимаемые им помещения, в связи с чем, у него возникла обязанность по внесению платы за их использование обществу «Лоза», как собственнику 1/2 доли, последнее в апреле 2015 года обратилось в арбитражный суд с иском о взыскании с «УрФЮИ» неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 17.06.2016 № 309-ЭС16-7899 по делу № А60-18402/2015 признал обоснованным вывод об отсутствии оснований для возникновения у «УрФЮИ» права оперативного управления в отношении принадлежащей обществу «Лоза» 1/2 доли в праве общей долевой собственности на нежилые помещения, следовательно, и об отсутствии у «УрФЮИ» оснований для использования имущества общества «Лоза». Дело направлено на новое рассмотрение для разрешения вопроса о размере суммы неосновательного обогащения, подлежащей взысканию с «УрФЮИ» в пользу общества «Лоза».

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2018 по делу № А60-18402/2015 с «УрФЮИ» в пользу общества «Лоза» взыскано неосновательное обогащение в сумме 77 151 767 руб. 36 коп. за период с 26.11.2014 по 15.08.2016.

При этом в период рассмотрения указанного спора, 23.10.2017, обществом с ограниченной ответственностью «Дамская Лавка - 3М» (далее – общество «Дамская Лавка - 3М») на счет «УрФЮИ» перечислены денежные средства в сумме 284 990 000 руб. с указанием в назначении платежа «возврат займа по договору от 23.12.2013 № 1». Единственным учредителем и генеральным директором общества «Дамская Лавка - 3М» является супруга ФИО2 – ФИО5, которая также является проректором «УрФЮИ».

В этот же день, 23.10.2017, между «УрФЮИ» (займодавец) в лице ФИО5, действующей на основании доверенности, и «УГТИ» (заемщик) в лице ФИО2 заключен договор займа № 2/17, в соответствии с которым последнему для развития образовательной организации предоставляется заем в сумме 284 990 000 руб. на срок до 31.12.2020.

К моменту заключения договора займа, 26.08.2016, «УрФЮИ» был лишен государственной аккредитации, а 10.05.2017 приостановлено действие лицензии на ведение образовательной деятельности; «УГТИ» создан за три месяца до получения займа – 13.07.2017, какую-либо деятельность не осуществлял, доход не получал, активы у него отсутствовали. Единственным учредителем и ректором «УГТИ», как и «УрФЮИ», является ФИО2

В связи с принятием постановления от 31.05.2018 по делу № А60-18402/2015 по заявлению общества «Лоза» Арбитражным судом Свердловской области 08.02.2019 возбуждено дело о банкротстве «УрФЮИ» (№ А60-6345/2019). 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.02.2020 по делу № А60-6345/2019, оставленным без изменения постановлениями Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2020 и Арбитражного суда Уральского округа от 17.11.2020, удовлетворено заявление общества «Лоза» о признании недействительным договора займа от 23.10.2017 № 2/17, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с «УГТИ» в пользу «УрФЮИ» денежных средств в сумме 284 990 000 руб. и восстановления задолженности «УрФЮИ» перед «УГТИ» в сумме 13 655 086 руб. 61 коп.

Кроме того, определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.01.2020 по делу № А60-6345/2019, оставленным без изменения постановлениями Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2020 и Арбитражного суда Уральского округа от 18.11.2020, удовлетворено заявление общества «Лоза» о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам «УрФЮИ»; производство в части размера субсидиарной ответственности ФИО2 приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. 

При этом в обоснование заявленных требований о привлечении к субсидиарной ответственности общество «Лоза» указало на то, что в результате совершения сделки – договора займа от 23.10.2017, причинен существенный вред кредиторам, и, как следствие, должник стал отвечать признакам неплатежеспособности, поскольку имел место факт вывода денежных средств из организации «УрФЮИ» по спорному договору от 23.10.2017, в последующем должник прекратил исполнять обязательства, в том числе по уплате обязательных платежей в связи с недостаточностью денежных средств, и был вынужден прибегнуть к механизму уплаты за него налогов третьим лицом, кроме того, сохранение ФИО2 на счетах должника денежных средств в сумме 284 990 000 руб. позволило бы последнему не только своевременно уплачивать обязательные платежи, но и в полном объеме погасить задолженность перед обществом «Лоза».

Далее, поскольку определение суда от 07.02.2020 не исполнено, конкурсный управляющий имуществом «УрФЮИ» 02.09.2020 обратился в суд с заявлением о признании «УГТИ» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.12.2020 производство по делу № А60-43999/2020 о банкротстве «УГТИ» прекращено на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) ввиду отсутствия средств, достаточных для финансирования расходов по делу о банкротстве.

Полагая, что в результате неправомерных действий контролирующих «УГТИ» лиц были выведены денежные средства, что привело к невозможности погашения требований кредиторов, конкурный управляющий имуществом «УрФЮИ» обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском о привлечении ФИО2, фонда «СКН», ФИО9, ФИО5, ФИО10, общества «1-й Образовательный центр», ФИО11, организации «Общество защиты прав собственников и арендаторов недвижимости» к субсидиарной ответственности по обязательствам «УГТИ».

По результатам рассмотрения настоящего дела суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, счел доказанным наличие оснований для взыскания с ФИО2, фонда «СКН» солидарно в пользу «УрФЮИ» денежных средств в сумме 284 990 000 руб. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности, отказав привлечения к ответственности ФИО9, ФИО5, ФИО10, общества «1-й Образовательный центр», ФИО11, организации «Общество защиты прав собственников и арендаторов недвижимости».

Удовлетворяя исковые требования и привлекая к субсидиарной ответственности ФИО2, как бенефициара группы юридических лиц, и фонд «СКН» в качестве выгодоприобретателя, суды обеих инстанций исходили из того, что недействительность сделки по выводу денежных средств из «УрФЮИ» в «УГТИ» установлена вступившим в законную силу определением от 07.02.2020 по делу о банкротстве «УрФЮИ», в последующем, с целью сокрытия денежных средств от кредитора «Лоза», ФИО2 совершены действия по переводу денежных средств подконтрольному ему фонду, при этом «УГТИ» хозяйственную деятельность не осуществляло, а являлось участником схемы по сокрытию денежных средств. 

Между тем, судами не принято во внимание следующее.

Привлечение к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом ответственности бенефициаров юридического лица перед кредитором данного юридического лица и реализуется в том случае, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота (например, перевод бизнеса на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п.).

Как разъяснено в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Требование о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве представляет собой групповой косвенный иск, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3). Такой иск фактически направлен на возмещение вреда, причиненного контролирующим лицом кредитору, из чего следует, что генеральным правовым основанием данного иска выступают, в том числе положения статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации. Соответствующий подход нашел свое подтверждение в пунктах 2, 6, 15, 22 постановления № 53. 

Особенность требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности заключается в том, что оно, по сути, опосредует типизированный иск о возмещении причиненного вреда, возникшего у кредиторов в связи с доведением основного должника до банкротства. Выделение названного иска ввиду его специального применения и распространенности позволяет стандартизировать и упростить процесс доказывания (в том числе посредством введения презумпций вины ответчика – пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в настоящей редакции). Особенностью данного иска по сравнению с рядовым иском о возмещении убытков выступает также и порядок определения размера ответственности виновного лица (пункт 11 статьи 61.11 названного Закона), правила об исковой давности и т.д.

Вместе с тем, в институте субсидиарной ответственности остается неизменной генеральная идея о том, что конечная цель предъявления соответствующего требования заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам. Данная характеристика подобного иска является сущностной, что сближает его со всеми иными исками, заявляемыми на основании положений статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации. Именно поэтому, в числе прочего, Пленум Верховного Суда Российской Федерации исходит из взаимозаменяемого и взаимодополняемого характера рядового требования о возмещении убытков и требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности (пункт 20 постановления № 53). Разница заключается лишь в том, довело ли контролирующее лицо должника до банкротства либо нет, от чего зависит подлежащая взысканию сумма, при том, что размер ответственности сам по себе правовую природу требований никак не характеризует. В связи с этим при определении соотношения этих требований необходимо исходить из их зачетного характера по отношению друг к другу (пункт 1 статьи 6, абзац первый пункта 1 статьи 394 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, в предмет исследования по настоящему делу должно входить установление обстоятельств недобросовестного поведения ФИО2, как бенефициара «УГТИ», и фонда «СКН» в качестве выгодоприобретателя по отношению к единственному кредитору «УГТИ» – «УрФЮИ», то есть обстоятельств доведения ими «УГТИ» до банкротства в результате изъятия денежных средств в значительном размере из хозяйственного оборота «УГТИ», повлекшего невозможность удовлетворения требований кредитора и погашения собственных долгов.

С другой стороны, учитывая установленный судами факт того, что «УГТИ» не осуществляло хозяйственную деятельность и использовалось ФИО2 в качестве хранителя выведенных из «УрФЮИ» денежных средств, а в последующем в целях сокрытия денежных средств от кредитора «Лоза» они были перечислены следующему подконтрольному ФИО2 юридическому лицу (фонду), то не исключается иная правовая характеристика данных действий – признание сделок по переводу денежных средств притворными сделками, объединенными единым умыслом по сохранению контроля бенефициара группы юридических лиц ФИО2 над денежными средствами с возможностью их использования не для расчетов с кредитором, а на иные цели.

Указанные действия могут быть признаны цепочкой последовательных притворных сделок с разным субъектным составом, прикрывающих одну сделку, направленную на прямое отчуждение «УрФЮИ» денежных средств в пользу бенефициара или связанного с ним лица. Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной (ничтожной) на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, а прикрываемая сделка могла быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в рамках дела о банкротстве «УрФЮИ». 

Таким образом, возможна ситуация, когда создается лишь видимость вовлечения денежных средств в хозяйственную деятельность юридического лица, иллюзия последовательного перечисления их на основании гражданско-правовых сделок другому юридическому лицу, а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка – сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания со стороны кредитора. Денежные средства после перечисления их «УрФЮИ» все время находятся под контролем бенефициара данной сделки, он принимает решения относительно данного имущества, а юридические лица используются в качестве инструмента для сокрытия денежных средств от обращения на них взыскания по требованиям кредитора.

То обстоятельство, что в деле о банкротстве «УрФЮИ» была признана недействительной только сделка между «УрФЮИ» и «УГТИ», представляющая собой первое звено в цепочке сделок, не препятствует суду в ходе иного судебного разбирательства дать правовую квалификацию данной сделке в совокупности с последовавшими за ней действиями (статья 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Установление таких обстоятельств совершения цепочки сделок исключает возможность последовательного привлечения бенефициара этой сделки – ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам каждого юридического лица, являющегося участником цепочки сделок и фактически представляющего собой техническую организацию, предназначенную не для ведения хозяйственной деятельности, а для обеспечения сохранности денежных средств. В такой ситуации не возникают дополнительные негативные последствия для основного кредитора (общество «Лоза»), вред данному кредитору причинен неисполнением гражданско-правового обязательства «УрФЮИ», и вопрос о возмещении вреда разрешается в деле о банкротстве последнего.

Согласно пункту 57 постановления № 53 по смыслу взаимосвязанных положений абзаца первого пункта 5 и абзаца первого пункта 6 статьи 61.14, пункта 3 статьи 61.19 Закона о банкротстве не допускается повторное разрешение в рамках дела о банкротстве требования о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, если ранее требование о привлечении этого же лица по тем же основаниям, поданное в защиту интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, уже было предъявлено и рассмотрено в том же деле о банкротстве. Также не может быть повторно разрешен иско привлечении лица, контролирующего должника, к субсидиарной ответственности, поданный вне рамок дела о банкротстве, если ранее требование по тем же основаниям к тому же лицу было предъявлено и рассмотрено в деле о банкротстве.

При этом под основаниями требования о привлечении к субсидиарной ответственности, предполагающего обоснование статуса контролирующего должника лица, понимаются не ссылки на нормы права, а фактические обстоятельства спора, на которых основано притязание гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, о возмещении вреда, обращенное к конкретному лицу. В частности, не могут быть квалифицированы как тождественные требование о привлечении к субсидиарной ответственности, мотивированное непередачей руководителем должника учредительных документов, и требование, мотивированное непередачей им документации об основных активах должника, либо два требования, в основание которых положены разные действия (бездействие) одного и того же контролирующего должника лица.

Таким образом, лицо не может быть подвергнуто аналогичному виду ответственности за одно и то же деяние повторно. Тождественность устанавливается на основании сопоставления сторон, предмета и оснований заявленных требований. В случае установления тождества суду следует рассмотреть вопрос об оставлении требований к ФИО2 без рассмотрения на основании пункта 1 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, имея ввиду, что требование о привлечении его к гражданско-правовой ответственности рассматривается в деле о банкротстве «УрФЮИ».

Однако доводы ФИО2 о повторном привлечении его к гражданско-правовой ответственности отклонены судами со ссылкой на то, что в рамках дела о банкротстве «УрФЮИ» установлены только основания субсидиарной ответственности ФИО2, а сам размер ответственности не определен, производство по обособленному спору приостановлено с учетом проведения конкурсным управляющим мероприятий по реализации конкурсной массы.

Между тем, размер ответственности представляет собой лишь сумму, необходимую для восстановления нарушенных прав кредитора и для установления повторности ответственности правового значения не имеет. 

При решении вопроса о том, совпадают ли стороны, необходимо исходить из того, что требование о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности является косвенным, заявляемым в интересах кредитора основного должника («УрФЮИ»), выступающего материальным истцом. 

Однако суды не приняли во внимание указанную правовую позицию и не учли, что сторонами по настоящему иску фактически являются, с одной стороны, сообщество кредиторов как истцов в материально-правовом аспекте, независимо от того, кто выступает их представителем – процессуальным истцом (арбитражный управляющий, либо кто-то из кредиторов), а с другой стороны, контролирующее лицо в качестве ответчика – ФИО2 

Кроме того, суды не дали надлежащей правовой оценки доводам ФИО2 о том, что последующее привлечение к субсидиарной ответственности ФИО2 по указанному долгу превышает размер требований всех кредиторов «УрФЮИ», который составляет порядка 160 млн. руб.

Судами не учтено, что установленные законом способы защиты нарушенных прав в рамках дела о банкротстве (оспаривание сделок должника, привлечение контролирующих его лиц к субсидиарной ответственности, взыскание убытков) направлены на возмещение причиненного кредитору ущерба, преследуют единую цель – возместить в полном объеме убытки (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации), поэтому при определении размера ответственности должно быть исключено возникновение неосновательного обогащения на стороне пострадавших кредиторов. 

Вместе с тем, из обстоятельств, на которые ссылаются участники дела, и из заявленных ими доводов следует, что размер субсидиарной ответственности ФИО2 в деле о банкротстве «УрФЮИ» в любом случае будет значительно меньше, чем размер его ответственности в рамках настоящего дела – 284 990 000 руб.

Данное обстоятельство также имеет правовое значение для установления ответственности фонда «СКН» как выгодоприобретателя, поскольку его ответственность является солидарной с ФИО2 и подчинена общей цели ответственности – полному возмещению убытков, причиненных кредиторам.

При таком положении, выводы судов первой и апелляционной инстанций о привлечении ФИО2 и фонда «СКН» к субсидиарной ответственности являются преждевременными, сделанными по неполно исследованным фактическим обстоятельствам дела и без надлежащей оценки действий и поведения сторон спорного правоотношения, имеющихся в материалах дела доказательств, доводов и пояснений участвующих в деле лиц.

Так, принимаемые арбитражным судом судебные акты должны быть законными, обоснованными и мотивированными (часть 3 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции по результатам рассмотрения кассационной жалобы вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, если выводы, содержащиеся в обжалуемых решении, постановлении, не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам или имеющимся в деле доказательствам.

Поскольку суды не обеспечили полноту исследования всех представленных в материалы дела доказательств с целью установления значимых для надлежащего рассмотрения дела обстоятельств, а выявленные нарушения в оценке доказательств не могут быть устранены на стадии кассационного рассмотрения ввиду того, что арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанций, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими (часть 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), суд округа полагает, что решение Арбитражного суда Свердловской области от 03.10.2022и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2022 подлежат отмене на основании части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, спор – направлению на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду необходимо установить обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, дать надлежащую правовую оценку всем представленным в материалы дела доказательствам, доводам и возражениям участвующих в деле лиц; разрешить спор, правильно применив при этом действующее законодательство, с учетом разъяснений практики применения его норм.

Руководствуясь статьями 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 03.10.2022 по делу №А60-15804/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2022 по тому же делу отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                    Е.А. Павлова 

 

Судьи                                                                 Ю.В. Кудинова 

 

                                                                                  Н.А. Артемьева