Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115,  Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А24-6969/2019

г. Владивосток

15 августа 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 08 августа 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 15 августа 2022 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего К.П. Засорина,

судей М.Н. Гарбуза, Т.В. Рева,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу апелляционную жалобу акционерного общества «Комкон»,

апелляционное производство № 05АП-3840/2022

на определение от 20.05.2022

судьи К. Ю. Иванушкиной

по делу № А24-6969/2019 Арбитражного суда Камчатского края

по заявлению акционерного общества «Комкон» о признании недействительными сделок – соглашений об оставлении предмета залога за кредитором от 15.09.2021 № 1, 2, 3 и применении последствий их недействительности, предъявленное к ответчикам: ФИО2 в лице ее финансового управляющего ФИО3, обществу с ограниченной ответственностью «Озеро» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

по делу по заявлению акционерного общества «Комкон» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 304410136602196) о признании ее несостоятельной (банкротом),

третьи лица: ФИО4, ФИО5,

при участии:

финансовый управляющий ФИО3 (лично), паспорт,

от АО «Комкон»: ФИО6, по доверенности от 25.05.2022, сроком действия 1 год, удостоверение адвоката,

представитель собрания кредиторов ФИО7, на основании протокола собрания кредиторов ИП ФИО2 № 1 от 13.01.2020, паспорт,

иные лица: не явились, 

 

УСТАНОВИЛ:

Акционерное общество «Комкон» (далее – заявитель, АО «Комкон») обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – должник, ИП ФИО2) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 16.09.2019 заявление кредитора принято к производству, назначено судебное заседание по рассмотрению его обоснованности.

Определением суда от 22.10.2019 заявление АО «Комкон» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО3 (далее – ФИО3). Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 02.11.2019 № 202.

Решением суда от 27.01.2020 ИП ФИО2 признана банкротом, в отношении нее введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО3 Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ»  от 01.02.2020 № 18.

АО «Комкон» направило в арбитражный суд заявление о признании недействительными сделок: соглашений об оставлении предмета залога за кредитором от 15.09.2021 № 1, 2, 3 и применении последствий их недействительности в виде приведения сторон в первоначальное положение.

Определением суда от 27.01.2022 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО4 (далее – ФИО4).

Определением суда от 26.04.2022 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО5

АО «Комкон» в судебном заседании 01.03.2022 уточнило заявление(т. 2, л. д. 11–13), указало, что основания, по которым заявитель просил признать недействительными соглашения от 15.09.2021 можно разделить на две составляющие:

- несоответствие сделок положениям Закона о банкротстве ввиду отсутствия прямого волеизъявления залогового кредитора оставить предмет залога за собой (статья 138 Закона о банкротстве, статья 168 ГК РФ);

- оспариваемые соглашения причиняют имущественный вред АО «Комкон», поскольку совершены в разрез с экономическими интересами общества, в период финансового кризиса, без получения встречного исполнения в условиях злоупотребления правом участниками сделок (статьи 10, 168, 174 ГК РФ).

АО «Комкон» дополнило основания оспаривания сделок, положениями пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), по мнению заявителя, в рассматриваемом случае соглашения об оставлении предмета залога за кредитором являются результатом исполнения фактически сложившихся между АО «Комкон» и ООО «Озеро» агентских правоотношений, в которых АО «Комкон» действовало в интересах и по поручению ООО «Озеро». Ссылаясь на пункт 1 статьи 432, пункт 1 статьи 996, пункт 1 статьи 1005, статью 1011 ГК РФ, заявитель полагал, что признание сложившихся правоотношений между АО «Комкон» и ФИО2 результатом исполнения агентского договора между АО «Комкон» и ООО «Озеро» повлечет ничтожность соглашений об оставлении залога за собой от 15.09.2021, как сделок, заключенных в обход Закона о банкротстве.

Представитель АО «Комкон» ФИО8 в судебном заседании 19.04.2022 представила:

- письменное ходатайство о приобщении доказательств, подтверждающих, по мнению заявителя, причинение оспариваемыми сделками экономического ущерба АО «Комкон» (14 позиций); доказательства подконтрольности ООО «Озеро» ФИО4 (выписка из ЕГРП); документов, подтверждающих вывод активов, на которые АО «Комкон» ссылалось в заявлении (11 позиций);

- письменное ходатайство об истребовании от Управления Росреестра по Камчатскому краю копий документов, на основании которых происходило снятие обременений с объекта недвижимости: здание общежития, кадастровый номер 41:01:0010127:260.

Протокольным определением от 19.04.2022 суд отказал в приобщении доказательств, представленных АО «Комкон» непосредственно в судебном заседании, на основании части 4 статьи 65, части 1 статьи 66, части 5 статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), а также в удовлетворении ходатайства АО «Комкон» об истребовании доказательств от Управления Росреестра по Камчатскому краю.

АО «Комкон» заявило:

- ходатайство от 20.04.2022 об истребовании доказательств от Камчатского отделения № 8556 ПАО «Сбербанк России» (сведений о месте установки автоматизированного рабочего места «клиент», администраторах системы, о лицах, получивших систему в отношении ООО «Озеро»; сведений об IP-адресе, с которого ООО «Озеро» осуществлялся доступ к системе «клиент-банк», а также сведения о MAC-адресе, которому был сопоставлен IP-адрес; сведений о телефонном номере и (или) ином идентификаторе устройства, который использовался ООО «Озеро» для соединения с системой «клиент-банк»); указанная информация, по мнению заявителя, позволит подтвердить факт подконтрольности ООО «Озеро» ФИО4;

- ходатайство от 20.04.2022 об истребовании доказательств от УФНС России по Камчатскому краю (идентификационной информации об устройстве, которой в зависимости от технической возможности является IP-адрес, МАС-адрес, номер SIM-карты, номер телефона и (или) иной идентификатор устройства, при использовании которого ООО «Озеро», ООО «Камбер», ООО «Пымта», ООО «Поллукс», ООО «Охотск» направляли отчетность в налоговые органы через систему «СБИС» за период с января 2020 года по настоящее время);

- ходатайство от 20.04.2022 о приобщении дополнительных доказательств подтверждающих причинение оспариваемыми сделками экономического ущерба АО «Комкон» (16 позиций); доказательств подконтрольности ООО «Озеро» ФИО4 (2 позиции); документов, подтверждающих вывод активов, на которые АО «Комкон» ссылалось в заявлении (11 позиций);

- заявление от 25.04.2022 о фальсификации доказательств (соглашений от 15.09.2021 № 1, 2, 3, уведомления от 11.09.2021 № 55);

- ходатайство от 26.04.2022 о назначении судебной почерковедческой экспертизы и поручении ее проведения ФБУ Дальневосточный РЦСЭ Минюста России;

- просило приобщить обобщенную правовую позицию по обособленному спору от 25.04.2022;

- об уточнило требования в заявлении от 26.04.2022.

Протокольным определением от 26.04.2022 суд:

- отклонил заявление АО «Комкон» о фальсификации доказательств на основании разъяснений, содержащихся в абзаце 3 пункта 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции»;

- отказал в удовлетворении ходатайства АО «Комкон» о назначении почерковедческой экспертизы;

- приобщил в порядке статьи 66 АПК РФ к материалам спора представленные АО «Комкон» доказательства;

- отказал в удовлетворении ходатайств АО «Комкон» об истребовании доказательств;

- принял уточнение АО «Комкон» заявленных требований в редакции от 26.04.2022 в части пунктов 1, 2, 3, 5 уточнения (т. 4, л. д. 38–41) в порядке статьи 49 АПК РФ;

- отказал в принятии уточнения в части пункта 4 (о признании недействительным уведомления АО «Комкон» финансовому управляющему ФИО3 от 11.09.2021 № 55), поскольку по смыслу части 1 статьи 49 АПК РФ не допускается одновременное изменение предмета и основания иска, являющееся, по существу, предъявлением нового требования.

Определением суда от 20.05.2022 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с определением суда, АО «Комкон» обратилось с апелляционной жалобой об его отмене, просило рассмотреть дело по правилам первой инстанции, принять новый судебный акт. Апеллянт мотивировал жалобу тем, что соглашения № 1-3 от 15.09.2021 нарушают требования закона, посягают на публичные интересы третьих лиц, поскольку заключены в процедуре банкротства и в отсутствии волеизъявления самого залогового кредитора АО «Комкон» об оставлении предмета залога за собой, без оплаты его стоимости, с причинением вреда АО «Комкон». В качестве довода апеллянт указал, что из буквального содержания уведомления от 11.09.2021, адресованного финансовому управляющему, решение оставить залог за собой принадлежало не АО «Комкон», а ООО «Озеро», не имеющему статус залогового кредитора. Поскольку платежи в счет оплаты стоимости имущества по  оспариваемым соглашениям произведены ООО «Озеро», их нельзя признать надлежащим исполнением обязательств, предусмотренных пунктом 4.1 статьи 138 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). АО «Комкон» полагало, что оспариваемые соглашения заключены с противоправной целью, в период финансового кризиса общества и  в ущерб его интересам (принятие неликвидного имущества, внесение в порядке оплаты за это имущество 50 миллионов рублей, отсутствие воли АО «Комкон» на оставление предмета залога за собой). Оспорил применение судом первой инстанции по отношению к АО «Комкон» принципа эстоппель. Указал, что подавал заявление об оспаривании сделок как иск о рассмотрении корпоративного спора, полагает необоснованным рассмотрение его как обособленного спора в рамках дела о банкротстве.

В канцелярию суда от ФИО5 поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие, от ИП ФИО2 – телефонограмма с ходатайством о рассмотрении апелляционной жалобы в ее отсутствие.

Руководствуясь статьями 156, 159, 184, 185, 258 АПК РФ суд удовлетворил заявленные ходатайства.

К судебному заседанию через канцелярию суда от АО «Комкон», финансового управляющего ФИО3, ООО «Озеро», представителя собрания кредиторов поступили письменные отзывы на апелляционную жалобу, которые в порядке статьи 262 АПК РФ приобщены к материалам дела.

Представитель апеллянта поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме, представляет суду выписку из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Стильтекс».

Участники арбитражного процесса возражали против приобщения выписки.

Рассмотрев ходатайство, суд признал причины невозможности представления доказательства в суд первой инстанции уважительными, в связи с чем, руководствуясь статьями 159, 184, 185, частью 2 статьи 268 АПК РФ, удовлетворил ходатайство, приобщил к материалам дела выписку.

Финансовый управляющий поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, пояснил, что оставление предмета залога за залоговым кредитором является одной из форм реализации имущества должника в процедуре банкротства. Учитывая поступление от  залогового кредитора уведомления об оставлении предмета залога за собой,  перечисление  денежных средства в размере 15 770 000 рублей на расчетный счет должника,  считал, что изложенные обстоятельства выражали волю АО «Комкон» об оставлении предмета залога за собой.

Представитель собрания кредиторов поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу. Поддержал вывод суда первой инстанции о применении положения части 5 статьи 166 ГК РФ, не допускающего признания сделки недействительной по требованию стороны, действующей недобросовестно, поскольку АО «Комкон» оспаривает сделки, заключенные им самим.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, надлежаще извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе с учетом публикации необходимой информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, в заседание арбитражного суда апелляционной инстанции не явились. Апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие по правилам статей 156, 266 АПК РФ.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзывов на жалобу, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для изменения либо отмены судебного акта в силу следующего.

Из материалов установлено, что 31.07.2021 на электронной торговой площадке «Межрегиональная Электронная Торговая Система (сайт в сети «Интернет» www.m-ets.ru) организатором торгов – обществом с ограниченной ответственностью «ЭЛТ» размещено сообщение о проведении торгов имуществом должника посредством публичного предложения. Идентификационный номер торгов на ЕФРСБ 7062198. К продаже предлагалось имущество, находящееся в залоге у конкурсного кредитора АО «Комкон», а именно:

Лот № 1: Грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А272 0041; грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А269 0041; грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А267 0041; грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А264 0041; грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А273 0041; грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А266 0041; грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в Н985 НН41; грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в Н932 НН41; грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в Н934 НН41; грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А261 0041; грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А262 0041; грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А263 0041; грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А265 0041; грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А270 0041; грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А271 0041; грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А518 УМ41; грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А519 УМ41; грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А520 УМ41; грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А521 УМ41; модульный бетоносмесительный узел HZS240 (зимнее исполнение) – 1 шт.; комплект всесезонного исполнения для установки HZS240 (зимний комплект) – 1 шт.; Силосы (хранилища цемента) разборные на фланцевых соединениях вместимостью 100 тонн – 4 шт.; транспортабельная котельная установка ТКУп-2000 мощностью 2 тонн/пара час с котлом DL-200 на дизельном топливе для производства насыщенного водяного пара – 1 шт.; здание Общежития (собственность), назначение жилое, 5 этажей (подземных – 1), общая площадь 6577,3 кв. м, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 41:01:0010127:260, расположенное на земельном участке общей площадью 4252 кв. м, кадастровый номер 41:01:01 01 27:150, категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование – для размещения домов многоэтажной жилой застройки предоставлено Арендодателю в пользование сроком по 07.12.2057, согласно договору аренды земельного участка № 4995 от 08.12.2008.

Прием заявок на участие в торгах установлен с 02.08.2021 по 24.09.2021. Начальная цена имущества определена в размере 315 000 000 рублей, без НДС.

В адрес организатора торгов от АО «Комкон» 11.09.2021 поступило уведомление № 56 об оставлении предмета залога за собой на основании пункта 4.2 статьи 138 Закона о банкротстве. В указанный период стоимость имущества составляла 157 000 000 рублей.

В Едином федеральном реестре сведений о банкротстве (далее – ЕФРСБ) организатором торгов 14.09.2021 опубликовано сообщение № 7329388 о завершении торгов вследствие оставления конкурсным кредитором предмета залога за собой.

В последующем, между ФИО2 в лице финансового управляющего ФИО3 и АО «Комкон» 15.09.2021  заключены соглашения об оставлении предмета залога за кредитором (в рамках статьи 138 Закона о банкротстве) № 1, 2, 3 (т. 1, л. д. 17–19) (далее – соглашения № 1, 2, 3), в которых указано, что они заключены с целью реализации конкурсным кредитором, обязательства которого обеспечены залогом, права, предусмотренного пунктом 4.2 статьи 138 Закона о банкротстве, оставить предмет залога за собой, учитывая отсутствие заявок на участие в торгах, по цене, установленной для очередного этапа снижения цены имущества по состоянию на 12.09.2021, что подтверждается решением от 12.09.2021 № 70365-ОТПП/1 о результатах открытых торгов посредством публичного предложения в форме открытых торгов по продаже имущества.

По условиям соглашения № 1 конкурсному кредитору для целей погашения задолженности перед ним, обеспеченной залогом имущества должника, включенной в реестр требований кредиторов должника в деле о банкротстве №А24-6969/2019 определением от 13.03.2020 (резолютивная часть от 03.03.2020), передается в собственность следующее недвижимое имущество: здание Общежития (собственность), назначение жилое, 5 этажей (подземных – 1), общая площадь 6577,3 кв. м, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 41:01:0010127:260, расположенное на земельном участке общей площадью 4252 кв. м, кадастровый номер 41:01:01 01 27:150, категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование – для размещения домов многоэтажной жилой застройки предоставлено арендодателю в пользование сроком по 07.12.2057 согласно договору аренды земельного участка № 4995 от 08.12.2008 по цене 97 511 587 рублей 20 копеек (пункт 1 соглашения № 1).

В пункте 2 соглашения № 1 указано, что денежные средства в размере согласно пункту 2 статьи 138 Закона о банкротстве поступили на специальный банковский счет должника. Одновременно финансовому управляющему направлено заявление о состоявшейся уступке права требования по обязательствам, указанным в пункте 1 настоящего соглашения в пользу ООО «Озеро» и о согласии в оставлении предмета залога за цессионарием – ООО «Озеро», для чего АО «Комкон» самостоятельно осуществляет дальнейшую передачу имущества, указанного в пункте 1 настоящего соглашения в рамках соглашения от 01.04.2021 № 3 о порядке взаимодействия сторон по соглашению об уступке права (требования) цессии от 24.03.2021 № 3.

Согласно абзацу второму пункта 2 соглашения № 1 АО «Комкон» должно оплатить должнику разницу в стоимости имущества, указанного в пункте 1 соглашения № 1, определяемую между размером погашаемых требований по основному долгу перед конкурсным кредитором (согласно определению от 13.03.2020 по делу №А24-6969/2019) и стоимостью передаваемого имущества, в размере 31 268 965 рублей 74 копейки.

По условиям соглашения № 2 конкурсному кредитору для целей погашения задолженности перед ним, обеспеченной залогом имущества должника, включенной в реестр требований кредитором должника в деле о банкротстве № А24-6969/2019 определениями Арбитражного суда Камчатского края от 22.10.2019, 13.03.2020 (резолютивная часть от 04.03.2020) и от 20.03.2020, передается в собственность следующее имущество:

- грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А272 0041;

- грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А269 0041;

- грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А267 0041;

- грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А264 0041;

- грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А273 0041;

- грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А266 0041;

- грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в Н985 НН41;

- грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в Н932 НН41;

- грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в Н934 НН41;

- грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А261 0041;

- грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А262 0041;

- грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А263 0041;

- грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А265 0041;

- грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А270 0041;

- грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А271 0041;

- грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А518 УМ41;

- грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А519 УМ41;

- грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А520 УМ41;

- грузовой автомобиль SCANIA 2008 г/в А521 УМ41, по общей цене 27 680 607 рублей 90 копеек.

Согласно пункту 2 соглашения № 2 денежные средства в размере согласно пункту 2 статьи 138 Закона о банкротстве поступили на специальный банковский счет должника. Одновременно финансовому управляющему направлено заявление о состоявшейся уступке права требования по обязательствам, указанным в пункте 1 настоящего соглашения в пользу ООО «Озеро» и о согласии в оставлении предмета залога за цессионарием – ООО «Озеро», для чего АО «Комкон» самостоятельно осуществляет дальнейшую передачу имущества, указанного в пункте 1 настоящего соглашения в рамках соглашений от 01.04.2021 № 2, 4, 5 о порядке взаимодействия сторон по соглашениям об уступке права (требования) цессиям от 24.03.2021 № 2, 4, 5.

На основании соглашения № 3 конкурсному кредитору для целей погашения задолженности перед ним обеспеченной залогом имущества должника, включенной в реестр требований кредиторов должника в деле о банкротстве № А24-6969/2019 определениями Арбитражного суда Камчатского края от 22.10.2019 и от 20.03.2020, передается в собственность следующее имущество:

- модульный бетоносмесительный узел HZS240 (зимнее исполнение) – 1 шт.;

- комплект всесезонного исполнения для установки HZS240 (зимний комплект) – 1 шт.;

- силосы (хранилища цемента) разборные на фланцевых соединениях вместимостью 100 тонн – 4 шт.;

- транспортабельная котельная установка ТКУ п-2000 мощностью 2 тонн/пара час с котлом DL-200 на дизельном топливе для производства насыщенного водяного пара – 1 шт., по общей цене 16 737 804 рубля 90 копеек.

Согласно пункту 2 соглашения № 3 денежные средства в размере согласно пункту 2 статьи 138 Закона о банкротстве поступили на специальный банковский счет должника. Одновременно финансовому управляющему направлено заявление о состоявшейся уступке права требования по обязательствам, указанным в пункте 1 настоящего соглашения в пользу ООО «Озеро» и о согласии в оставлении предмета залога за цессионарием – ООО «Озеро», для чего АО «Комкон» самостоятельно осуществляет дальнейшую передачу имущества, указанного в пункте 1 настоящего соглашения в рамках соглашений от 01.04.2021 № 2, 4, 5 о порядке взаимодействия сторон по соглашениям об уступке права (требования) цессиям от 24.03.2021 № 2, 4, 5.

В силу пункта 5 соглашений № 1, 2, 3 имущество, являющееся предметом соглашений, считается переданным, а все обязательства должника перед конкурсным кредитором погашенными с момента подписания соглашений, которые имеют силу передаточного акта.

Полагая, что соглашения № 1, 2, 3 заключены с нарушением установленного порядка продажи имущества должников-банкротов (статья 138 Закона о банкротстве), в отсутствие прямого волеизъявления самого залогового кредитора АО «Комкон» об оставлении предмета залога за собой, без оплаты стоимости имущества согласно пункту 2 статьи 138 Закона о банкротстве, с причинением имущественного вреда АО «Комкон», являются частью цепочки сделок по выведению активов АО «Комкон» и доведения его до банкротства,  являются притворными сделками в соответствии с пунктом  2 статьи 170 ГК РФ, АО «Комкон» в лице единственного акционера ФИО9 обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из заявления, оспариваемые соглашения об оставлении предмета залога за кредитором (в рамках статьи 138 Закона о банкротстве) заключены по результатам проведения торгов имуществом должника посредством публичного предложения.

Договор, если иное не вытекает из его существа, может быть заключен путем проведения торгов с лицом, выигравшим торги (пункт 1 статьи 447 ГК РФ).

Торги, проведенные с нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица. Признание торгов недействительными влечет недействительность договора, заключенного с лицом, выигравшим торги, с применением последствий, предусмотренных статьей 167 ГК РФ (пункты 1 и 2 статьи 449 ГК РФ)

Требование арбитражного управляющего и любого другого заинтересованного лица о признании недействительными торгов по продаже имущества должника, в частности торгов, проведенных в ходе исполнительного производства, после введения в отношении должника процедуры наблюдения и вплоть до завершения дела о банкротстве подлежит предъявлению в рамках дела о банкротстве по правилам главы III.1 Закона о банкротстве (абзац 3 пункт 18 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», далее – Постановление № 63).

Пунктами 4, 5, 8–19 статьи 110, пункт 3 статьи 111, статья 138 Закона о банкротстве регламентированы правила проведения торгов по реализации имущества, заложенного в обеспечение обязательств должника при его банкротстве, согласно которым продажа имущества осуществляется, как правило, через проведение торгов в форме аукциона путем повышения начальной цены продажи на шаг аукциона. В случае признания торгов несостоявшимися и незаключения договора купли-продажи проводятся повторные торги с уменьшением начальной цены продажи, установленной на первоначальных торгах.

Если залоговый кредитор не воспользовался правом оставления имущества за собой в течение тридцати дней со дня признания повторных торгов несостоявшимися, то реализация предмета залога продолжается путем проведения публичного предложения (абзац третий пункта 4.1 статьи 138 Закона о банкротстве).

Последующая реализация заложенного имущества в ходе торгов посредством публичного предложения представляет собой пошаговое снижение цены имущества до  появления спроса. Тем самым определяется рыночная цена реализуемого имущества. Сохранение за залоговым кредитором права участия в механизме определения рыночной цены путем оставления имущества за собой на этапе, когда нет предложений от участников торгов, не нарушает прав и законных интересов иных кредиторов и претендующих на имущество лиц, а также отвечает цели конкурсного производства: удовлетворению требований кредиторов с максимальным экономическим эффектом, достигаемым обеспечением баланса между затратами на проведение процедуры конкурсного производства и ожидаемыми последствиями в виде размера удовлетворенных требований (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2018 № 305-ЭС15-10675 по делу № А41-35945/2012).

Конкурсный кредитор по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, вправе оставить предмет залога за собой в ходе торгов по продаже имущества должника посредством публичного предложения на любом этапе снижения цены такого имущества при отсутствии заявок на участие в торгах по цене, установленной для этого этапа снижения цены имущества (пункт 4.2 статьи 138 Закона о банкротстве). Конкурсный кредитор по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, при оставлении предмета залога за собой в ходе торгов по продаже имущества посредством публичного предложения обязан перечислить денежные средства в размере, определенном в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 138 Закона о банкротстве, на специальный банковский счет в порядке, установленном пунктом 3 настоящей статьи, одновременно с направлением конкурсному управляющему заявления об оставлении предмета залога за собой (абзац второй пункта 4.2 статьи 138 Закона о банкротстве).

АО «Комкон» с рассматриваемым заявлением об оспаривании сделок должника обратилось в лице единственного акционера ФИО9, действующего в защиту прав юридического лица, определяющего свои полномочия в соответствии с пунктом 2 статьи 53, пункта 1 статьи 65.2 ГК РФ.

Суд первой инстанции констатировал, что доводы заявителя сводятся к тому, что бывшим акционером АО «Комкон» ФИО4 в условиях корпоративного конфликта в период рассмотрения корпоративного спора в рамках дела № А24-6040/2020 осуществлялись противоправные действия по выводу активов общества, направленные на существенное ухудшение имущественного положения АО «Комкон».

Вместе с тем, наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 Постановления № 63, пункт 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Заявляя требования о признании сделок недействительными по основаниям, предусмотренным статьей 10, пунктом 1 статьи 166, пунктом 2 статьи 168 ГК РФ,                       АО «Комкон» полагал, что поскольку сделки совершены в ходе банкротства, то они характеризуются как сделки, посягающие на публичные интересы участников дела о банкротстве, а также, что сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы. Данные доводы суд признает ошибочными.

В рассматриваемом случае заявитель просил признать недействительными сделки, совершенные между двумя лицами: должником и залоговым кредитором по определению судьбы залогового имущества в рамках статьи 138 Закона о банкротстве. При этом заявителем не указано, какой конкретно запрет, установленный Законом о банкротстве, при заключении оспариваемых сделок был нарушен. Доказательств, свидетельствующих о нарушении публичных интересов участников дела о банкротстве, заявителем также не представлено. Фактически все доводы, изложенные в заявлении и уточнениях, сводятся к причинению имущественного вреда АО «Комкон».

При этом суд первой инстанции установил отсутствие возражений лиц, участвующих в деле № А24-6969/2019, в том числе кредиторов, чьи требования не обеспечены залогом имущества должника, относительно заключенных сделок, оформленных соглашениями № 1–3 об оставлении АО «Комкон» предмета залога за собой.

Заключенные сделки по распоряжению залоговым имуществом затрагивают исключительно права залогового кредитора, то есть АО «Комкон», должника и, в незначительной части, остальных кредиторов, в результате соглашений частично погашены требования указанного залогового кредитора, уменьшен размер реестра требований кредиторов, на расчетный счет должника помимо денежных средств, предусмотренных пункта 2 статьи 138 Закона о банкротстве в размере 15 770 000 рублей, поступило 31 268 965 рублей 74 копейки в рамках соглашения от 15.09.2021 № 1 в виде разницы стоимости имущества между размером погашаемых требований по основному долгу перед конкурсным кредитором АО «Комкон» и стоимостью продаваемого имущества, то есть конкурсная масса должника пополнена на сумму более 47 млн. руб. для дальнейшего выполнения мероприятий процедуры банкротства, погашения требований кредиторов. Права кредиторов и должника оспариваемыми соглашениями не нарушены.

Изложенные факты опровергают довод апеллянта о том, что оспариваемые сделки посягают на публичные интересы участников дела о банкротстве, поскольку публичные интересы спорными соглашениями не затрагиваются, названные сделки являются оспоримыми, а не ничтожными.

При этом коллегия полагает несостоятельным довод апеллянта о том, что данный спор является корпоративным, поскольку прямо проистекает из дела о банкротстве, направлен на оспаривание сделки должника, требования к бывшему участнику АО «Комкон» не предъявлялись. Следовательно, спор должен был быть рассмотрен в деле о банкротстве.

Суд первой инстанции не усмотрел оснований о признании соглашений недействительными по основаниям, регламентированными статьями 10, 166, 168 ГК РФ, поскольку в силу пункта 3 статьи 432 ГК РФ сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1 ГК РФ).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе (пункт 2 статьи 166 ГК РФ). Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Вместе с тем,  заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт пункту 5 статьи 166 ГК РФ).

Как указано в отзыве финансового управляющего и отзыве представителя собрания кредиторов должника, действия АО «Комкон» по оспариванию заключенных им же самим сделок являются прямо противоположными по отношению к действиям, ранее совершаемым АО «Комкон», направленным на заключение оспариваемых соглашений № 1, 2, 3 и их фактическое исполнение.

Поскольку с заявлениями о невозможности заключения соглашений № 1, 2, 3 и их дальнейшего исполнения, а также о необходимости расторжения данных соглашений залоговый кредитор АО «Комкон» как сторона сделки, инициатором заключения которой он являлся, в адрес финансового управляющего имуществом должника не обращался, напротив, материалы дела подтверждают, что последовательные действия АО «Комкон» свидетельствовали о намерении заключить и исполнить указанные соглашения, апелляционный суд соглашается с доводами финансового управляющего и иных участников обособленного спора о том, что действия АО «Комкон» по оспариванию сделок являются злоупотреблением правом, не отвечают принципам добросовестности, имеют очевидное отклонение действий юридического лица как участника гражданского оборота от добросовестного поведения, позволяющего другим участникам сделки расценивать его волеизъявление, как явно направленное на реализацию права, предусмотренного пунктом 4.2 статьи 138 Закона о банкротстве, – оставить предмет залога за собой.

Учитывая совершение залоговым кредитором действий, указывающих на волеизъявление АО «Комкон» совершить оспариваемые сделки и полагаться на их действительность, коллегия приходит к выводу о том, что действия АО «Комкон» по оспариванию ранее совершенных им действий по заключению соглашений №1, 2, 3 позволяют усомниться в добросовестности поведения юридического лица, изложенное свидетельствует о злоупотреблении правом, а также в силу положений пункта 2 статьи 10 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа АО «Комкон» в защите его прав.

При этом смена участника/акционера кредитора, его руководителя, не является основанием для отказа в применении судом эстоппеля, поскольку действия совершаются не участником/акционером, руководителем юридического лица, а самим юридическим лицом. При этом участник/акционер не лишен возможности обратиться к иному участнику/акционеру и т. д., совершавшему сделки, дававшему обязательные указания и т. п. с заявлением о взыскании убытков.

Рассматривая довод заявителя о заключении оспариваемых соглашений № 1, 2, 3 заключены с нарушением установленного порядка продажи имущества, предусмотренного статьей 138 Закона о банкротстве, а именно: в отсутствие прямого волеизъявления самого залогового кредитора АО «Комкон» об оставлении предмета залога за собой, без оплаты стоимости имущества согласно пункту 2 статьи 138 Закона о банкротстве, с причинением имущественного вреда АО «Комкон», установив волеизъявление АО «Комкон» об оставлении предмета залога за собой, что подтверждается направленным в адрес организатора торгов ООО «ЭЛТ» уведомлением залогового кредитора от 11.09.2021 № 56 об оставлении предмета залога за собой, которое  не отозвано; направленным АО «Комкон» в адрес финансового управляющего ФИО3  уведомлением от 11.09.2021 № 55, согласно которому цедент – АО «Комкон», действуя в интересах цессионария – ООО «Озеро» уведомил управляющего о принятом решении об оставлении предмета залога за собой, которое  не отозвано; решением организатора торгов ООО «ЭЛТ» от 12.09.2021  о завершении открытых торгов по продаже находящегося в залоге имущества должника вследствие оставления конкурсным кредитором – АО «Комкон» предмета залога за собой; размещенным  в ЕФРСБ 14.09.2021 сообщением №7329388 о завершении торгов; перечислением платежным поручением от  17.09.2021 № 759 денежных средств в размере 15 770 000 рублей на основной счет должника, суд первой инстанции констатировал наличие у финансового управляющего оснований полагать, что обязательство по перечислению указанных денежных средств в порядке, предусмотренном пунктом 2 статьи 138 Закона о банкротстве, исполнены именно АО «Комкон».

Отклоняя доводы апеллянта, коллегией из пояснений финансового управляющего установлено, что ООО «Озеро» произвело перечисление указанных денежных средств на расчетный счет должника, что подтверждается письмом АО «Комкон» с просьбой принять платеж, совершенный 17.09.2021 от ООО «Озеро» в счет исполнения соглашений от 15.09.2021 № 1, 2, 3, в связи с чем, у арбитражного управляющего не было оснований не принимать произведенные ООО «Озеро» платежи за АО «Комкон» в рамках исполнения указанных соглашений. Заявлений от АО «Комкон», ООО «Озеро» о необходимости возврата перечисленных денежных средств, а также о нарушении прав АО «Комкон» произведенным платежом в адрес финансового управляющего не поступало.

Коллегия принимает во внимание, что ООО «Озеро» и АО «Комкон» связаны между собой обязательственными отношениями в рамках соглашений от 01.04.2021 № 2, 3, 4, 5 о порядке взаимодействия сторон по соглашениям об уступке прав (требования) цессиям от 24.03.2021 № 2, 3, 4, 5 (т. 1, л. д. 22–45), в связи с чем, взаимные действия указанных лиц, направленные на исполнение выраженной воли залогового кредитора об оставлении предмета залога за  собой не позволяли управляющему усомниться в добросовестности действий указанных лиц в рамках исполнения оспариваемых соглашений. Закон позволяет исполнение обязательства за должника третьим лицом, о чем апеллянт сам указывает в жалобе.

Соглашения от 15.09.2021 № 1, 2, 3 об оставлении предмета залога за собой подписаны АО «Комкон» в лице его генерального директора ФИО5 (в период с 11.11.2020 по 10.10.2021), что подтверждается его собственноручными письменными пояснениями (т. 4, л. д. 42–43).

Имущество, являющееся предметом соглашений № 1, 2, 3 принято АО «Комкон», что следует из пункта 5 соглашений.

По общим правилам, предусмотренным статьей 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 ГК РФ определено, что судебной защите подлежат оспоренные или нарушенные права. Предъявление иска является целью восстановления нарушенного права, при этом лицо, обратившееся за защитой права или интереса, должно доказать, что его право или интерес действительно нарушены противоправным поведением ответчика, а также доказать, что выбранный способ защиты нарушенного права приведет к его восстановлению. По смыслу пункта 2 статьи 166 ГК РФ, части 1 статьи 4 АПК РФ, при рассмотрении иска о признании недействительно сделки истец должен указать, на защиту какого нарушенного права либо охраняемого законом интереса направлены его требования и каким образом они будут восстановлены в случае удовлетворения иска.

Аналогичная правовая позиция приведена в Определении Конституционного Суда РФ от 18.07.2017 № 1784-О, где указано, что в силу абзаца второго пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о признании недействительной ничтожной сделки, независимо от применения последствий ее недействительности, может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной. Недоказанность истцом наличия охраняемого законом интереса в признании сделки недействительной (ничтожной) является основанием для отказа судом в удовлетворении иска.

Отклоняя доводы апеллянта, коллегия констатирует, что в результате совершения оспариваемых сделок АО «Комкон» как залоговый кредитор получило имущество, в результате чего  требования  общества погашены на сумму 110,6 млн. рублей,  указанное имущество, являющееся предметом соглашений № 1, 2, 3 принято АО «Комкон», дальнейшие действия залогового кредитора АО «Комкон» по распоряжению принятым им имуществом находились только в его компетенции. Совокупность совершенных со стороны АО «Комкон» действий свидетельствует о наличии его прямого волеизъявления как залогового кредитора об оставлении предмета залога за собой, о проведении оплаты стоимости имущества от лица АО «Комкон», о принятии имущества по оспариваемым соглашениям, что подтверждает соблюдение порядка продажи имущества, предусмотренного статьей 138 Закона о банкротстве. Решение об оставлении предмета залога за собой принято залоговым кредитором в одностороннем порядке в соответствии со статьей 138 Закона о банкротстве. Основания для отказа финансового управляющего в реализации принятого кредитором решения отсутствовали.

В качестве обоснования своих требований ФИО9, позиционируя себя акционером АО «Комкон», приводит доводы о том, что соглашения от 15.09.2021 № 1, 2, 3 заключены с противоправной целью причинения ущерба обществу (статьи 10, 168 ГК РФ), в условиях, явно отличающихся от нормальных – при наличии многочисленных споров, в период финансового кризиса и при недостаточности денежных средств, что полностью лишает такие сделки экономического смысла (статья 50 ГК РФ), совершены в ущерб интересам общества (часть 2 статьи 174 ГК РФ).

Отклоняя указанный довод, коллегия констатирует, что акционерное общество является юридическим лицом, в котором к органам управления относятся общее собрание акционеров (высший орган управления), совет директоров (наблюдательный орган) общества, коллегиальный и единоличный исполнительные органы (осуществляют руководство текущей деятельностью АО, подотчетны совету директоров АО и общему собранию акционеров). Единоличный исполнительный орган общества при осуществлении своих прав, исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно (статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах»). Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску (абзац второй пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ).

Ввиду изложенного, наличие корпоративного конфликта между акционерами общества не может выступать в качестве основания для признания сделок недействительными.

Поскольку предметом заявленных требований является оспаривание сделок должника, заключенных с нарушением установленного порядка продажи имущества, предусмотренного статьей 138 Закона о банкротстве, доводы апеллянта по оценке действий АО «Комкон», направленных на причинение ущерба акционерному обществу имеют самостоятельное основание и иной предмет доказывания, поэтому не подлежат оценке в рамках настоящего обособленного спора в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ИП ФИО2

Доводы апеллянта о наличии многочисленных споров между АО «Комкон»,                ООО «Озеро» и рядом других физических и юридических лиц, по мнению коллегии, не имеют правового значения при рассмотрении настоящего спора.

В уточненной правовой позиции от 01.03.2022 АО «Комкон» просило признать соглашения № 1, 2, 3 притворными сделками на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, поскольку они являются результатом исполнения фактически сложившихся между АО «Комкон» и ООО «Озеро» агентских правоотношений, в которых АО «Комкон» действовало в интересах и по поручению ООО «Озеро».

Суд первой инстанции, рассмотрев указанные доводы заявителя, признал их ошибочными, основанными на неверном толковании действующего законодательства, поскольку соглашения о взаимодействии АО «Комкон» и ООО «Озеро», заключенные 01.04.2021 в обеспечение исполнения сторонами договоров цессии от 24.03.2021, направлены на исполнение сторонами принятых на себя обязательств и на реализацию прав цессионария до момента проведения правопреемства в судебном порядке в деле о банкротстве ИП ФИО2 № А24-6969/2019, изложенное следует из раздела 3 соглашений от 01.04.2021,  условия соглашений о порядке взаимодействия вытекают из положений договоров цессии, предусматривают обязанность цедента действовать в интересах цессионария, в том числе передать имущество, совершать действия, направленные на  реализацию прав цессионария вплоть до проведения процессуального правопреемства в деле о банкротстве ИП ФИО2 (пункты 3.3, 3.4 соглашений от 01.04.2021), перечисленное соответствует положениям статьи 389.1 ГК РФ, учитывая, что соглашениями о взаимодействии сторон от 01.04.2021 возмездность за совершаемые цедентом в интересах цессионария действия не предусмотрена,  суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что в данном случае признаки притворности сделок отсутствуют, оснований для признания их недействительными по пункту 2 статьи 170 ГК РФ не имеется.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции установил необоснованность заявленных АО «Комкон» требований о признании недействительными соглашений от 15.09.2021 № 1, 2, 3, отказав  в их удовлетворении.

Поскольку судом отказано в признании недействительными оспариваемых соглашений, правовые основания для применения последствий их недействительности, предусмотренные в пункте 2 статьи 167 ГК РФ отсутствуют.

Доводы апеллянта об отсутствии волеизъявления со стороны АО «Комкон» на совершение оспариваемых сделок, об отсутствии оплаты реализованного на торгах имущества опровергаются уведомлением залогового кредитора от 11.09.2021 № 56 об оставлении предмета залога за собой, направленного в адрес организатора торгов                ООО «ЭЛТ», уведомлением  от 11.09.2021 № 55, согласно которому цедент –                          АО «Комкон», действуя в интересах цессионария – ООО «Озеро» уведомил управляющего о принятом решении об оставлении предмета залога за собой; решением организатора торгов ООО «ЭЛТ» от 12.09.2021  о завершении открытых торгов по продаже находящегося в залоге имущества должника вследствие оставления конкурсным кредитором – АО «Комкон» предмета залога за собой; размещенным  в ЕФРСБ 14.09.2021 сообщением №7329388 о завершении торгов; перечислением на основании платежного поручения от  17.09.2021 № 759 денежных средств в размере 15 770 000 рублей на основанной счет должника.

Отклоняя доводы апеллянта, учитывая разъяснения, приведенные в пункте 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление №25) коллегия констатирует, что действия АО «Комкон» по оспариванию заключенных им самим же сделок являются недобросовестными, поскольку ранее поведение общества давало основания полагаться другим лицам на действительность  оспариваемых сделок.

Положения пункта 70 Постановления № 25 являются важной конкретизацией принципа добросовестности, закрепленного в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации. Недобросовестными предлагается считать действия лица (прежде всего стороны сделки), которое вело себя таким образом, что не возникало сомнений в том, что оно согласно со сделкой и намерено придерживаться ее условий.

В пункте 72 названного постановления разъяснено, что сторона сделки, из поведения которой явствует воля сохранить силу оспоримой сделки, не вправе оспаривать эту сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать, когда проявляла волю на сохранение сделки.

Учитывая изложенное, арбитражный суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 АПК РФ на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального права. Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

В силу изложенного основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе, в соответствии со статьей 110 АПК РФ, относятся на заявителя жалобы.

Пятый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Камчатского края от 20.05.2022 по делу № А24-6969/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Камчатского края в течение одного месяца.

 

Председательствующий

К. П. Засорин

 

Судьи

М. Н. Гарбуз

 

Т. В. Рева