Дело № А39-4013/2021

г. Владимир

24 июня 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18.06.2024

Полный текст постановления изготовлен 24.06.2024.

 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Кузьминой С.Г., 

судей Рубис Е.А., Сарри Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Логвиной И.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 04.04.2024 по делу          № А39-4013/2021, принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление № 1» ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН 

<

***>,                                      ОГРНИП 

<

***>) о признании недействительными сделками агентского договора от 22.10.2020, платежей по платежным поручениям от 29.10.2020, применении последствий недействительности сделок,

 

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление № 1» (далее -должник, ООО «СМУ №1») конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее - конкурсный управляющий, ФИО2) обратился в Арбитражный суд Республики Мордовии с заявлением о признании недействительными сделками агентского договора от 22.10.2020, платежей по платежным поручениям от 29.10.2020, применении последствий недействительности сделок.

Арбитражный суд Республики Мордовии определением от 04.04.2024 признал недействительными сделками агентский договор на сопровождение в получении банковской гарантии от 22.10.2020, платежи по платежным поручениям № 83328 от 29.10.2020, № 83329 от 29.10.2020 между ООО «СМУ № 1» и индивидуальным предпринимателем ФИО1 (далее - ИП ФИО1), применил последствия недействительности сделки: взыскал с ИП ФИО1 в конкурсную массу ООО«СМУ № 1» денежные средства в размере 5000000 руб.

ИП ФИО1, не согласившись с принятым по делу судебным актом, обратилась в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просила отменить обжалуемое определение суда, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель указывает, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие наличие между должником и ИП ФИО1 заинтересованности в силу статьи 19 Закона о банкротстве, что могло бы повлечь осведомленность ИП ФИО1 о неплатежеспособности или предполагаемой неплатежеспособности должника, а также какие-либо доказательства, позволяющие констатировать такую осведомленность. Заявитель поясняет, что оспариваемая сделка совершена между ИП ФИО1 и должником с целью получения банковской гарантии, которая необходима была последнему для исполнения обязательств по государственному контракту. Заявитель обращает внимание, что заявленная ИП ФИО1 судебная экспертиза не назначена и не проведена.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

Конкурсный управляющий ФИО2 в отзыве на апелляционную жалобу просит определение оставить без изменения. апелляционную жалобу без удовлетворения.

От ИП ФИО1 поступило ходатайство об отложении рассмотрения апелляционной жалобы в связи участием ее представителя в другом деле.

Коллегия судей, рассмотрев указанное ходатайство, не находит оснований для его удовлетворения.

Арбитражный суд на основании пункта 5 статьи 158Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Исходя из указанной нормы права, отложение судебного заседания по ходатайству лица, участвующего в деле, является не обязанностью суда, а правом, предоставленным законодательством для обеспечения возможности полного и всестороннего рассмотрения дела, которое может быть реализовано при наличии к тому достаточных оснований. Вместе с тем данное право подлежит реализации с учетом прав лиц, участвующих в деле, в том числе, права на своевременное рассмотрение судом арбитражных споров.

Невозможность явки лица в судебное заседание сама по себе не является уважительной причиной для отложения судебного разбирательства. В любом случае, сам по себе факт занятости представителя в ином деле не является уважительной причиной для отложения судебного заседания, так как не служит препятствием к реализации его процессуальных прав через иного представителя или личного участия. Явка заявителя жалобы в судебное заседание, обязательной признана не была, необходимость участия представителя в судебном заседании не обоснована.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку полномочных представителей в судебное заседание не обеспечили, апелляционная жалоба рассмотрена в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие участвующих в деле лиц.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 22.10.2020 между ООО «СМУ № 1» (принципалом) и ИП ФИО1 (агентом) был заключен агентский договор на сопровождение в получении банковской гарантии (далее - договор), по условиям которого принципал поручил, а агент принял на себя обязательство от имени и за счет принципала выполнять за вознаграждение все необходимые юридические и иные действия для получения банковской гарантии.

Согласно пункту 3.1. договора вознаграждение агента за выполнение поручения, предусмотренного данным договором, составляет 5000000 (пять миллионов) руб. 00 коп.

Оплата принципалом подтверждается платежными поручениями № 83328 от 29.10.2020 на сумму 4500000 руб., № 83329 от 29.10.2020 на сумму 500000 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Мордовия от 27.05.2021 по заявлению ООО «Архис С» возбуждено производство по делу № А39-4013/2021 о признании ООО «СМУ № 1» несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Республики Мордовия от 20.05.2022 по делу №А39-4013/2021 в отношении ООО «СМУ №1» введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Полагая отсутствие равноценного встречного предложения, ссылаясь на положения статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, конкурсный управляющий должника обратился в суд с соответствующим заявлением.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в рассмотрении настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве, дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными данным законом.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - 

Постановление

 № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Судом первой инстанции установлено, что оспариваемый договор заключен 22.10.2020, дело о банкротстве должника возбуждено 27.05.2021, то есть в период подозрительности, предусмотренный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 Постановления № 63 для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 9 Постановления N 63, судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Пунктом 8 Постановления № 63 разъяснено, что в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Согласно указаниям абзаца второго пункта 9 Постановления № 63, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Как установлено судом первой инстанции, ООО «СМУ № 1» на момент заключения оспариваемого договора и совершения спорных перечислений отвечал признаку неплатежеспособности, поскольку у него имелись значительные неисполненные обязательства перед иными кредиторами, а именно: задолженность в размере 1080170 руб. 16 коп. по договору субподряда №106с2017 от 26.09.2017 перед ООО «Архис С», что подтверждено решением Арбитражного суда Республики Мордовия от 02.08.2020 по делу № А39-4540/2020;задолженность по договору субподряда № 51с-2018 от 04.06.2018 в размере 776287 руб. 76 коп. перед ООО "Архис С", что подтверждено определением Арбитражного суда Республики Мордовия от 18.08.2020 по делу № А39-4591/2020.

Кроме того, наличие задолженности перед ООО "Архис С" подтверждается также судебными актами Арбитражного суда Республики Мордовия от 02.08.2020 по делу №А39-4542/2020, от 02.08.2020 по делу № А39-4543/2020, от 18.08.2020 по делу №А39-4595/2020 от 18.08.2020 по делу № А39-4598/2020, от 18.08.2020 по делу № 4599/2020, от 17.08.2020 по делу №A39-4601/2020.

На момент совершения оспариваемой сделки также имелись вступившие в силу судебные акты о взыскании с ООО «СМУ № 1» задолженности по иным договорам (решения Арбитражного суда Республики Мордовия по делу                              № А39-7105/2019 от 28.08.2019, по делу № А39-5450/2019 от 02.09.2019, по делу  № А39-5196/2019 от 29.07.2019, по делу № А39-5196/2019.

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно указал, что обязательства из оспариваемого договора возникли позднее, чем обязательства перед иными кредиторами и, согласно вступившим законную силу решениям Арбитражного суда Республики Мордовия, не были оплачены ООО «СМУ № 1», что позволяет характеризовать действия должника как прекращение исполнения части своих денежных обязательств.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, исходя из содержания оспариваемого договора, его предметом являются выполнение необходимых юридических и иные действий для получения банковской гарантии, соответствующей следующим требованиям:

- бенефициар - Областное казенное учреждение «Управление капитального строительства Липецкой области»;

- банк-гарант - в соответствии с условиями Федерального закона от 05.04.2013 №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд»;

- сумма, на которую выдается банковская гарантия - 191724182 руб. 84 коп.;

- срок, на который выдается банковская гарантия - с даты выдачи по 15.01.2022;

- сумма вознаграждения банку-гаранту - не более 6 % годовых (включая НДС).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1005 Гражданского кодекса Российской Федерации по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала. По сделке, совершенной агентом с третьим лицом от своего имени и за счет принципала, приобретает права и становится обязанным агент, хотя бы принципал и был назван в сделке или вступил с третьим лицом в непосредственные отношения по исполнению сделки. По сделке, совершенной агентом с третьим лицом от имени и за счет принципал, права и обязанности возникают непосредственно у принципала.

По правовой сути агентский договор отличается от других посреднических договоров и договора возмездного оказания услуг более широким предметом действия: агент по поручению принципала совершает как юридические, так и фактические действия, что в данном спорном случае предполагает действия агента не только по заключению договоров от имени принципала, но и совершение фактических действий, которые приведут к достижению принципалом положительного результата в его предпринимательской деятельности.

Согласно сложившейся судебной практике взаимоотношения сторон по агентскому договору при их реальном характере и обычном деловом обороте сопровождаются составлением сторонами различных документов, отражающих правоотношения, что может подтверждать действительное совершение агентом фактических и юридических действий по исполнению агентского договора.

Судом первой инстанции установлено, что получение банковской гарантии ООО «СМУ № 1» обусловлено условиями размещенной 18.01.2019 Областным казенным учреждением «Управление капитального строительства Липецкой области» закупки на выполнение работ по объекту: «Строительство операционного блока с отделением анестезиологии и реанимации областного онкологического диспансера в г. Липецке» в соответствии с Федеральным законом от 05.04.2013 №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

20.02.2019 подведены итоги закупки, подрядчиком определен должник.

Судом первой инстанции установлено, что 20.10.2020 ООО «СМУ № 1» в лице директора ФИО3 обращается в банк с заявкой на получение банковской гарантии в соответствии с условиями закупки.

Спорный агентский договор заключен 22.10.2022, то есть позднее обращения ООО «СМУ № 1» с заявкой в банк, при этом доказательств совершения агентом действий по получению банковской гарантии (подача заявки, представление документов в банк) суду не представлено, заявка подана самим директором должника.

Под равноценностью встречного представления в данном случае следует понимать эквивалентность встречного предоставления со стороны                                         ИП ФИО1, то есть непосредственное совершение действий указанным лицом по получению банковской гарантии.

Как следует из условий оспариваемого договора, агент обязуется исполнять поручение, предусмотренное договором лично (пункт 2.1.2 договора).

Вместе с тем, по результатам исследования представленных в материалы дела доказательств, судом первой инстанции установлено, что ИП ФИО1 не подтверждена реальность оказания услуг в рамках исполнения агентского договора.

Так, представленный в материалы дела отчет агента от 01.11.2020 сторонами не подписан; в представленном протоколе проверки электронной подписи от 03.08.2023 отсутствует указание на подписываемый документ, подписи от 13.11.2020 не подтверждены, даты подписей не проверены и не соотносятся с датой отчета.

Судом первой инстанции установлено, что в материалах дела отсутствуют доказательства экономической целесообразности заключения агентского договора с дополнительным возложением на должника обязанности по оплате агентского вознаграждения.

При этом, судом принято во внимание самостоятельное обращение должника (не через агента) в банк с заявкой на получение банковской гарантии. Спорный договор и счет на оплату составлены одной датой - 22.10.2022, тогда как банковская гарантия предоставлена 01.11.2022, а заявка направлена директором должника ФИО3 20.10.2022.

Таким образом, судом первой инстанции дана надлежащая оценка доводам заявителя жалобы о реальности исполнения со стороны ИП ФИО1 агентского договора, что подтверждается самим фактом выдачи ООО «СМУ № 1» банковской гарантии на сумму 191 724 182,84 руб.,.

Повторно рассмотрев материалы дела, коллегия судей также признает доказанным факт совершения оспариваемого договора при отсутствии встречного исполнения.

Факты заключения спорной сделки в условиях неисполнения существовавших обязательств перед иными кредиторами, безвозмездного отчуждения денежных средств, то есть без какого-либо встречного предоставления в своей совокупности свидетельствуют о том того, что имелась цель причинения вреда кредиторам в результате совершения указанной сделки, в связи с чем у оспариваемой сделки имеется состав подозрительности, предусмотренный пунктом  2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Осведомленность контрагента должника о противоправных целях сделки как одно из совокупных условий для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве может доказываться через опровержимые презумпции заинтересованности обеих сторон сделки, знание об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках его неплатежеспособности или недостаточности у него имущества (пункт 7 Постановления №63).

При разрешении подобных споров суду в том числе следует оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и в отсутствие обоснования и доказательств оправданности такого поведения может указывать на недобросовестность такого лица.

Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и в отсутствие убедительных доводов и доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность контрагента должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021№305-ЭС21-19707).

Оценивая осведомленность ИП ФИО1 о противоправных целях сделки, суд первой инстанции правомерно принял во внимание то обстоятельство, что сам по себе безвозмездный характер сделки (то есть в отсутствие доказательств встречного предоставления) уже свидетельствует о том, что ответчик должен был осознавать ее неблагоприятные последствия, как для самого должника, так и для его кредиторов. 

В нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ИП ФИО1, реализуя свои процессуальные полномочия, не представила объективных и неоспоримых доказательств оказания юридических и иных действий для получения банковской гарантии                                   ООО «СМУ № 1», ограничившись лишь формальным представлением текстов договора и актов, которые могли быть изготовлены в отсутствие реальных хозяйственных правоотношений, не обосновав экономические мотивы и разумную деловую цель сделки, наличие фактических отношений по ее заключению и исполнению, так и получение должником реальной экономической выгоды по договору в размере действительной рыночной стоимости, якобы, переданного должнику результата оказания услуги по договору.

Доводы заявителя жалобы о нерассмотрении судом первой инстанции заявления ИП ФИО1 о необходимости проведения судебной экспертизы, по результатам которой возможно было бы сделать вывод об экономической целесообразности заключения агентского договора, отклоняются коллегией судей, поскольку указание ответчиком на возможность проведения судебной экспертизы в письменных пояснениях к отзыву от 29.09.2023, не свидетельствует о заявлении процессуального ходатайства в порядке статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Кроме того, с учетом установленного судом первой инстанции факта отсутствия встречного исполнения по оспариваемой сделке, определение реальной стоимости услуг по оспариваемому агентскому договору не имеет самостоятельного правого значения.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2019 N 304-ЭС15-2412(19), положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего, то есть квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, уменьшение конкурсной массы в той или иной форме, а в целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота.

Учитывая указанные разъяснения, коллегия судей соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что при наличии обязательств ООО «СМУ №1» перед контрагентами, в результате заключенной в отсутствие доказательств встречного реального исполнения сделки произошло уменьшение имущественной массы на сумму спорных платежей, что и является причинением вреда имущественным правам кредиторов, непосредственно влияет на возможность кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В связи с изложенным, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о наличии оснований для признания агентского договора на сопровождение в получении банковской гарантии от 22.10.2020, платежей по платежным поручениям № 83328 от 29.10.2020, № 83329 от 29.10.2020 недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Как разъяснено в абзаце первом пункта 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. 

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд первой инстанции, установив, что оспариваемый договор является безвозмездной сделкой, направленной на отчуждение актива должника путем произведения платежей в пользу ответчика в отсутствие встречного исполнения, пришел к верному выводу о том, что оспариваемый договор был совершен с целью прикрыть другую сделку (дарение), то есть является притворной сделкой, а потому ничтожен применительно к статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исходя из анализа вышеуказанных норм законодательства и обстоятельств совершения оспариваемых сделок суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что материалами дела подтверждается совокупность обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку оспариваемая сделка совершена в пределах периода подозрительности, на момент совершения сделки должник обладал признаками неплатежеспособности, сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, в результате совершения сделки был причинен вред имущественным интересам кредиторов, другая сторона сделки знала о цели причинения вреда кредиторам.

Правовые последствия недействительной сделки, признанной таковой в рамках дела о банкротстве должника, предусмотренные в пункте 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, направлены на возврат в конкурсную массу полученного лицом имущества по такой сделке или на возмещение действительной стоимости этого имущества на момент его приобретения.

Последствия недействительности сделки судом первой инстанции применены верно.

Доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных, по мнению суда апелляционной инстанции, выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение, влияли на обоснованность и законность определения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Таким образом, арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Верховный суд Российской Федерации в определении от 30.08.2017                          № 305- КГ17-1113 указал, что неотражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств либо доводов стороны не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы суд относит на заявителя.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 04.04.2024 по делу          № А39-4013/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий месяц со дня его принятия, через Арбитражный суд Республики Мордовия.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

 

Председательствующий судья

С.Г. Кузьмина

Судьи

Е.А. Рубис 

 

Д.В. Сарри