ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-9713/2022

город Ростов-на-Дону

25 июля 2024 года

15АП-7426/2024

                                                                                                                                15АП-7427/2024

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 июля 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 25 июля 2024 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,

судей Долговой М.Ю., Димитриева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от ФИО2: представитель по доверенности от 28.04.2022 ФИО3;

от ФИО4: представитель по доверенности от 22.04.2023 ФИО5;

от ФИО6: представитель по доверенности от 28.02.2023 ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 и финансового управляющего ФИО8 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 19.04.2024 по делу № А53-9713/2022 об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО8 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО9,

ответчик: ФИО6

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО9 (далее также – должник) поступило заявление финансового управляющего ФИО8 (далее также – финансовый управляющий) о признании недействительной сделки - договора купли-продажи земельных участков от 05.02.2021, применении последствий недействительности сделки к ответчику ФИО6 в виде возврата в конкурсную массу ФИО9 земельных участков сельскохозяйственного назначения: 

1. общей площадью 92 000 кв.м., с кадастровым номером 61:40:0600004:282, находящийся по адресу: Ростовская область, Целинский район, в границах СПК "Хлеборобный", кадастровое поле № 12, 

2. общей площадью 92 000 кв.м., с кадастровым номером 61:40:0600004:283, находящийся по адресу: Ростовская область, Целинский район, с/о Хлеборобный, в границах СПК "Хлеборобный", кадастровое поле № 15, 

3. общей площадью 92 000 кв.м., с кадастровым номером 61:40:0600004:289, находящийся по адресу: Ростовская область, Целинский район, с/о Хлеборобный, в границах СПК "Хлеборобный", кадастровое поле № 12, 

4. общей площадью 87 000 кв.м., с кадастровым номером 61:40:0600004:295, находящийся по адресу: Ростовская область, Целинский район, в границах СПК "Хлеборобный", кадастровое поле № 3, 

5. общей площадью 87 000 кв.м., с кадастровым номером 61:40:0600004:300, находящийся по адресу: Ростовская область, Целинский район, в границах СПК "Хлеборобный", кадастровое поле № 3, 

6. общей площадью 92 000 кв.м., с кадастровым номером 61:40:0600004:303, находящийся по адресу: Ростовская область, Целинский район, в границах СПК "Хлеборобный", кадастровое поле № 15. 

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 19.04.2024 в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО8 о признании недействительной сделки должника и применении последствий недействительности сделок к ответчику – ФИО6 отказано. 

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2, финансовый управляющий ФИО8 обжаловали определение суда первой инстанции от 19.04.2024 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просили обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба финансового управляющего мотивирована тем, что судом первой инстанции не приняты во внимание доводы финансового управляющего, а также кредиторов относительно экспертного заключения. Судом первой инстанции также не предоставлено время на составление рецензии на экспертное заключение. Также судом первой инстанции не учтено наличие приятельских отношений между ответчиком ФИО6 и ФИО9, в том числе наличие финансовых взаимоотношений, что подтверждается выпиской по счету ПАО КБ "Центр-Инвест". ФИО9 отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества. Как указывает податель апелляционной жалобы, сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, так как совершена по существенно заниженной цене и, несмотря на то, что ФИО9 не раз обещал расплатиться по вышеуказанным задолженностям перед кредиторами спорными земельными участками, а также наблюдаются целенаправленные действия должника по выводу имущества.

Апелляционная жалоба кредитора ФИО2 мотивирована тем, что судом первой инстанции необоснованно не рассмотрено ходатайство об отложении судебного заседания, вместо этого объявлен перерыв. Судом первой инстанции необоснованно принято заключение эксперта в качестве доказательства по делу.

В связи с нахождением судьи Деминой Я.А. в очередном трудовом отпуске определением и.о. председателя Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2024 в порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Деминой Я.А. на судью Долгову М.Ю.

В соответствии с частью 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрение апелляционной жалобы произведено с самого начала.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО6 просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

В отзыве на апелляционную жалобу кредитор ФИО10 просил определение суда первой инстанции отменить, удовлетворить апелляционную жалобу финансового управляющего.

В судебном заседании суд огласил, что во исполнение определения суда от эксперта общества с ограниченной ответственностью "Северокавказский центр экспертиз и исследований" ФИО11 через канцелярию суда поступили письменные пояснения по вопросам, ранее поставленным заявителями жалоб.

Суд протокольным определением приобщил письменные пояснения к материалам обособленного спора.

От финансового управляющего ФИО8 через канцелярию суда поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства с целью ознакомления с пояснениями.

Представитель ФИО2 поддержал заявленное ходатайство.

Представитель ФИО6 оставил удовлетворение ходатайства на усмотрение суда.

Суд протокольным определением отказал в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства и в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявил перерыв в судебном заседании до 17 час. 00 мин. 17.07.2024.

Информация о времени и месте продолжения судебного заседания после перерыва была размещена на официальном сайте Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда http://15aas.arbitr.ru. О возможности получения такой информации лицам, участвующим в деле, было разъяснено в определении о принятии апелляционной жалобы к производству, полученном всеми участниками процесса.

После перерыва судебное заседание продолжено.

От финансового управляющего поступило ходатайство о назначении по делу повторной судебно экспертизы. 

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали правовые позиции по спору.

Представитель ФИО2 поддержал доводы своей апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение отменить, поддержал ходатайство о проведении повторной судебной экспертизы.

Представитель ФИО6 возражал против удовлетворения апелляционных жалоб по доводам, изложенным в отзыве на апелляционные жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признал возможным рассмотреть апелляционные жалобы без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб и отзывов на них, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании умершего ФИО9 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 01.04.2022 заявление принято, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 03.10.2022 ФИО9 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО8.

Сведения о признании должника банкротом и введении процедуры реализации имущества гражданина опубликованы в газете "Коммерсантъ" № 192 (7393) от 15.10.2022, в ЕФРСБ 07.10.2022, сообщение № 9807361.

03 июля 2023 года в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего должника о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки.

По мнению управляющего оспариваемая сделка является недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" от 26 октября 2002 N 127-ФЗ.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Федерального закона.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

Из пункта 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63), следует, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

По правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.) (пункт 1 постановления N 63).

Таким образом, под сделками по смыслу главы III.1 Закона о банкротстве понимаются как непосредственно договоры, так и действия, направленные на исполнение существующих обязательств.

Специальные основания для оспаривания сделок должника перечислены в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Целью процедуры реализации имущества гражданина является последовательное проведение мероприятий по максимальному наполнению конкурсной массы и соразмерное удовлетворение требований кредиторов должника. Одно из таких мероприятий - оспаривание сделок должника по специальным основаниям, предусмотренным статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве (пункт 25 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020).

Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок, заключается в необходимости поставить контрагента в такое положение, в котором бы он был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях (определение Верховного Суда Российской Федерации N 305-ЭС17-3098 (2) от 14.02.2018).

Лица, уполномоченные подавать заявления об оспаривании сделки должника, определены в статье 61.9 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренной названным Федеральным законом.

Пунктом 2 названной статьи предусмотрено, что заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1, конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 названного постановления).

По смыслу правовой позиции, изложенной в абзаце 3 пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", периоды предпочтительности и подозрительности исчисляются с момента возбуждения дела о банкротстве на основании заявления первого кредитора даже независимо от того, что обоснованным может быть признано только следующее заявление, поданное в рамках указанного дела.

Данная правовая позиция нашла отражение и в судебной практике, что подтверждается определением Верховного Суда Российской Федерации от 23.10.2018 N308-ЭС18-16378 по делу N А63-5243/2016.

Право собственности на недвижимое имущество возникает с момента государственной регистрации такого права, а именно с момента внесения соответствующей записи в единый государственный реестр (пункт 2 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 17.10.2016 N 307-ЭС15-17721 (4) по делу N А56-71819/2012, от 09.07.2018 N 307-ЭС18-1843 по делу N А56-31805/2016, дата договора об отчуждении недвижимого имущества не имеет правового значения для целей оспаривания сделки в рамках дела о банкротстве, поскольку для банкротства имеет правовое значение момент, когда имущество фактически выбыло из сферы должника, т.е. момент перехода права собственности.

Государственная регистрация перехода права собственности на недвижимость произведена 09.02.2021.

Как указано выше, настоящее дело о банкротстве возбуждено 01.04.2022, оспариваемая сделка совершена 05.02.2021, переход права собственности на недвижимость произведен 09.02.2021, то есть в пределах периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По правилам, установленным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления N 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по названному основанию.

В пункте 6 постановления N 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать шестом и тридцать седьмом статьи 2 Закона о банкротстве, по смыслу которых признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества носят объективный характер.

Так, в соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность, это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Из материалов дела следует, что 05 февраля 2021 года между ФИО9 (далее также – продавец) и ИП ФИО12 КФХ ФИО6 (далее также – покупатель) заключен договор купли-продажи земельных участков.

Согласно пункту 1 договора, продавец обязался передать в собственность, а покупатель обязался принять и оплатить в соответствии с условиями названного договора принадлежащие продавцу по праву собственности земельные участки сельскохозяйственного назначения:

1. общей площадью 92 000 кв.м., с кадастровым номером 61:40:0600004:282, находящийся по адресу: Ростовская область, Целинский район, в границах СПК "Хлеборобный", кадастровое поле № 12, 

2. общей площадью 92 000 кв.м., с кадастровым номером 61:40:0600004:283, находящийся по адресу: Ростовская область, Целинский район, с/о Хлеборобный, в границах СПК "Хлеборобный", кадастровое поле № 15, 

3. общей площадью 92 000 кв.м., с кадастровым номером 61:40:0600004:289, находящийся по адресу: Ростовская область, Целинский район, с/о Хлеборобный, в границах СПК "Хлеборобный", кадастровое поле № 12, 

4. общей площадью 87 000 кв.м., с кадастровым номером 61:40:0600004:295, находящийся по адресу: Ростовская область, Целинский район, в границах СПК "Хлеборобный", кадастровое поле № 3, 

5. общей площадью 87 000 кв.м., с кадастровым номером 61:40:0600004:300, находящийся по адресу: Ростовская область, Целинский район, в границах СПК "Хлеборобный", кадастровое поле № 3, 

6. общей площадью 92 000 кв.м., с кадастровым номером 61:40:0600004:303, находящийся по адресу: Ростовская область, Целинский район, в границах СПК "Хлеборобный", кадастровое поле № 15. 

В соответствии с пунктом 3 договора, указанные земельные участки продаются за 8700000 (восемь миллионов семьсот тысяч) руб., уплаченных продавцу путем перечисления на его расчетный счет до подписания названного договора. Земельные участки продаются по 1450000 (один миллион четыреста пятьдесят тысяч) руб. за каждый. Общая сумма сделки составляет 8700000 руб.

Согласно пункту 5 договора, продавец надлежащим образом известил администрацию Хлеборобного сельского поселения Целинского района Ростовской области о продаже земельных участков.

09.02.2021 Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области произведена государственная регистрация права собственности на земельный участок.

Как указывает финансовый управляющий, сделка совершена в целях причинения вреда кредиторам по заниженной стоимости.

Как указывает финансовый управляющий, на момент совершения спорной сделки у ФИО9 имелась задолженность в общей сумме 30500457 руб. перед следующими кредиторами:

по договору займа №1 от 03.02.2020 перед ООО "Егорлыкхимсервис" в сумме 2340086,27 руб.; 

по расписке от 31.03.2019 перед ФИО10 – 2653357 руб.;

по договору процентного займа № 2 от 22.05.2017 перед ФИО2 в сумме 2936000 руб.;

по кредитному договору 

<

***> от 13.11.2018 перед Банком ВТБ (ПАО) в сумме 770872,09 руб.;

по договору займа № 1 от 03.02.2020 перед ФИО13 в сумме 4770478,72 руб.;

по договору потребительского кредита № 68/ПК/19/166 от 06.03.2019 перед КБ "Локо-Банк" (АО) в сумме 2698690,51 руб.;

по договору поставки № 15 от 03.06.2019 перед ООО "Агроснаб" в сумме 174872 руб.;

по договору поставки № 116 от 11.01.2021 перед ФИО14 в сумме 259933,23 руб.;

по кредитному договору 

<

***> от 21.11.2019 перед ПАО "Совкомбанк" в сумме 313927,22 руб.;

по расписке от 17.12.2019, расписке от 17.01.2020 перед ФИО15 в сумме 3000000 руб.;

по договору займа от 20.11.2016 перед ФИО16 в сумме 639760 руб.;

по договору займа от 03.09.2018 перед ФИО17 в сумме в сумме 500 000 руб.;

по распискам от 01.12.2020 перед ФИО18 в сумме 9442480 руб.

Следовательно, в соответствии с абзацем 33 статьи 2 Закона о банкротстве по состоянию на 05.02.2021 ФИО9 отвечал признакам неплатежеспособности недостаточности имущества.

Вместе с тем, само по себе наличие признаков неплатежеспособности не является достаточным основанием для признания сделки недействительной.

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо, если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 19 Закона о банкротстве, в целях названного Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником;

лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также:

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника;

лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором названного пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 названной статьи (супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга);

лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

В рассматриваемом случае, ответчик ФИО6 не является аффилированным с должником лицом, в материалы дела такие доказательства не представлены, соответствующие доводы сторонами не заявлены. Заявленный довод о приятельских отношениях не основан исключительно на предположениях. 

Согласно имеющимся в деле и из общедоступных сведений в сети "Интернет" следует, что ответчик, ФИО6 2014 года является главой крестьянского (фермерского) хозяйства, ИНН 

<

***>, осуществляет деятельность на территории Целинского района Ростовской области, вид деятельности, выращивание сельскохозяйственных культур. Должник также осуществлял деятельность в области сельского хозяйства на территории Целинского района Ростовской области. 

Между тем, указанное обстоятельство и даже наличие деловых отношений между двумя хозяйствующими субъектами само по себе не свидетельствует об их заинтересованности или аффилированности в смысле статьи 19 Закона о банкротстве. Доказательств общности интересов, единой экономической цели также не представлено, такие доводы не заявлены.

Таким образом, доказательства аффилированности, заинтересованности ответчика с должником, равно как и доказательств осведомленности ответчика о неплатежеспособности должника и совершении сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов при совершении оспариваемой сделки конкурсным управляющим не представлены

Указанное обстоятельство является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По мнению финансового управляющего, сделка совершена по заниженной цене. Управляющий полагает, что имеет место неравноценное встречное исполнение обязательств со стороны ответчика, свидетельствующее о недобросовестности сторон с целью причинения вреда кредиторам должника.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63, неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В силу абзаца 2 пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В обоснование неравноценности встречного предоставления по сделке и причинения вреда кредиторам, арбитражный управляющий указал, что отчуждение спорного имущества произведено должником по цене ниже действительной стоимости аналогичного имущества.

Из абзаца 4 пункта 8 постановление N 63 при сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 N 28 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью" разъяснено, что о наличии явного ущерба для стороны сделки свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке должником, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного должником в пользу контрагента. При этом другая сторона должна знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было очевидно для любого обычного контрагента в момент заключения сделки.

Аналогичные критерии неравноценности встречного исполнения содержатся также в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление N 25).

Об определении явного ущерба при совершении сделки упоминается также и в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - постановление N 62), согласно пункту 2 которого под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

Таким образом, под неравноценным встречным исполнением обязательств, являющимся одним из оснований о признании сделки недействительной в соответствии с положениями статьи 61.2 Закона о банкротстве, в соответствии с действующим законодательством и приведенными разъяснениями следует предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Вместе с тем, управляющий не представил каких-либо доказательства того, что цена договора на момент заключения договора существенно отличалась от рыночной.

Так, в рамках настоящего дела определением от 01.02.2024 ходатайство финансового управляющего удовлетворено, назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту ООО "СЯЭИ" ФИО11

На разрешение эксперта поставлен следующий вопрос:

1. Определить рыночную стоимость земельных участков 61:40:0600004:282, 61:40:0600004:283, .61:40:0600004:289, 61:40:0600004:295, 61:40:0600004:300, 61:40:0600004:303 на момент совершения сделки – 05.02.2021?

По результатам экспертизы составлено заключение № 2024/11 от 14.03.2024, в соответствии с которым рыночная стоимость земельных участков 61:40:0600004:282, 61:40:0600004:283, 61:40:0600004:289, 61:40:0600004:295, 61:40:0600004:300, 61:40:0600004:303 на 05.02.2021 года составляет 8 130 000 рублей. 

В том числе (справочно): 

- рыночная стоимость земельного участка с кадастровым номером 61:40:0600004:282 составляет 1 380 000 рублей; 

- рыночная стоимость земельного участка с кадастровым номером 61:40:0600004:283 составляет 1 380 000 рублей; 

- рыночная стоимость земельного участка с кадастровым номером 61:40:0600004:289 составляет 1 380 000 рублей; 

- рыночная стоимость земельного участка с кадастровым номером 61:40:0600004:295 составляет 1 305 000 рублей; 

- рыночная стоимость земельного участка с кадастровым номером 61:40:0600004:300 составляет 1 305 000 рублей; 

- рыночная стоимость земельного участка с кадастровым номером 61:40:0600004:303 составляет 1 380 000 рублей. 

Согласно части 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном названным Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Исходя из положений статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В силу части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заключение эксперта является одним из доказательств, исследуемых наряду с другими доказательствами по делу. Заключение судебной экспертизы определено законом в качестве доказательства, не имеющего заранее установленной силы и не обладающего преимуществом перед иными доказательствами и, как все иные доказательства, подлежит оценке по общим правилам в совокупности с другими доказательствами.

Судебная экспертиза - процессуальное действие, состоящее из проведения исследований и дачи заключения экспертом по вопросам, разрешение которых требует специальных знаний в области науки, техники, искусства или ремесла и которые поставлены перед экспертом судом, судьей, органом дознания, лицом, производящим дознание, следователем, в целях установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу (статья 9 Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации").

В соответствии со статьей 3 Закона об оценочной деятельности, под оценочной деятельностью понимается профессиональная деятельность субъектов оценочной деятельности, направленная на установление в отношении объектов оценки рыночной, кадастровой, ликвидационной, инвестиционной или иной предусмотренной федеральными стандартами оценки стоимости.

Под рыночной стоимостью объекта оценки понимается наиболее вероятная цена, по которой данный объект оценки может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции, когда стороны сделки действуют разумно, располагая всей необходимой информацией, а на величине цены сделки не отражаются какие-либо чрезвычайные обстоятельства, то есть когда: одна из сторон сделки не обязана отчуждать объект оценки, а другая сторона не обязана принимать исполнение; стороны сделки хорошо осведомлены о предмете сделки и действуют в своих интересах; объект оценки представлен на открытом рынке посредством публичной оферты, типичной для аналогичных объектов оценки; цена сделки представляет собой разумное вознаграждение за объект оценки и принуждения к совершению сделки в отношении сторон сделки с чьей-либо стороны не было; платеж за объект оценки выражен в денежной форме.

Согласно статье 14 названного Федерального закона, оценщик имеет право применять самостоятельно методы проведения оценки объекта оценки в соответствии со стандартами оценки.

Как следует из положений Федерального закона "Об оценочной деятельности", эксперт определяет рыночную стоимость объекта оценки, то есть наиболее вероятную цену, по которой данный объект может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции, а также при наличии иных условий.

Податели апелляционных жалоб указали, что судом первой инстанции необоснованно принято заключение эксперта в качестве доказательства по делу.

Выражая несогласие с заключением эксперта ФИО19, финансовый управляющий указал на следующие обстоятельства.

При этом на стр. 30 (табл. 1) Эксперт приводит статистические данные об оценке земель в Ростовской области по природно-сельскохозяйственным зонам, где наглядно видно, что Южная зона имеет самый высокий бонитет (урожайность) почв по все параметрам. 

Далее на стр. 31 Заключения (абз. 4), Эксперт приводит перечень районов, относящихся к Южной природно-сельскохозяйственной зоне: Егорлыкский, Зерноградский, Кагальницкий, Целинский, Сальский, Песчанокопский — всего 6 районов.

Тем не менее при анализе фактических цен предложений (табл. на стр. 32-34) Эксперт включил только 3 предложения о продаже №4,12, 13 из Южной зоны (остальные подобранные 10 из 13 объектов-аналогов распложены в других природно-сельскохозяйственных зонах и не соответствуют оцениваемым земельным участкам по местоположению, бонитету почв). 

При этом к расчету приняты аналоги № 4,10,13, прямой объект-аналог № 12, расположенный в Южной зоне именно в Целинском районе к расчету, не принимался, хотя в выводах основным параметром для выбора объектов-аналогов указана зона бонитета (урожайность). Вместо этого к расчету принят объект-аналог № 10 расположенный в Семикаракорском районе. Данный район расположен в Центральной зоне и не граничит с Южной сельскохозяйственной зоной (через Веселовский район). Центральная зона, согласно приведенной статистике, имеет более низкую урожайность почв, чем уступает не только Южной, но и Приазовской зоне. 

При этом эксперт делает вывод, что рынок активный — рынок, характеризующийся большим объемом предложений о продаже, но принимает к расчету объект-аналог, отличающийся по основному ценообразующему фактору для земель с/х назначения. 

При анализе рынка земельных участков с/х назначения расположенных в Южной природно-сельскохозяйственной зоне (вышеупомянутые 6 районов) на дату оценки (при использовании Архива бесплатных объявлений — сайт, которым пользовался Эксперт), выявлено 32 предложения о продаже.

При проведении расчетов (стр. 53-62) эксперт использует справочник оценщика недвижимости "Земельные участки сельскохозяйственного назначения" под ред. ФИО20 2018 г.

Дата определения стоимости земельных участков — 05.02.2021, соответственно, от даты сбора информации до даты оценки прошло более 3х лет. 

В открытом (бесплатном) доступе присутствуют актуальные на дату оценки справочники для проведения корректных расчетов, к примеру, информационно-аналитический сайт АрхивОценщика, предлагает к использованию справочники с корректировками конкретно для земельных участков с/х назначения расположенных в Ростовской области:

В расчетах эксперта с применением справочника оценщика недвижимости "Земельные участки сельскохозяйственного назначения" под ред. ФИО20 2018 г., выявлен ряд погрешностей, оказывающих влияние на рыночную стоимость.

На стр. 38 Заключения эксперт характеризует ликвидность оцениваемых земельных участков как "низкую", со сроком экспозиции 13 мес. В то время как на основании актуальных статистических данных срок экспозиции (ликвидность) для земельных участков с/х на территории всей Ростовской области для активного рынка составляет 6 мес. Учитывая тот факт, что Южная природно-сельскохозяйственная зона является самой урожайной зоной области, логично предположить, что сроки экспозиции могут достигать минимального значения доверительного интервала из вышеуказанной таблицы. 

На стр. 60 приведена таблица скидок на торг по данным справочника оценщика недвижимости "Земельные участки сельскохозяйственного назначения" под ред. ФИО20 2018 г., стр. 139:

Согласно которой к расчету принята скидка на торг в размере 12,6% (в шапке таблицы указано, что данная скидка — усредненное значение по всем регионам России), по актуальным данным для Ростовской области данная скидка для активного рынка составляет 9,8%, что на 29% меньше использованной в расчетах эксперта. Наличие такого рода погрешностей в сумме может оказывать существенное влияние на итоговую стоимость оцениваемых объектов. 

Учитывая изложенное, финансовый управляющий полагает необходимым назначить проведение повторной оценочной экспертизы, так как в заключении № 2024/11 от 14.03.2024 имеются неясности и неточности. Повторное заключение эксперта будет способствовать объективному и всестороннему рассмотрению дела судом, будет выявлена реальная рыночная стоимость отчужденных объектов, а также определено, стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника или менее двадцати процентов.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований к назначению повторной экспертизы.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо, если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе. 

В силу части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является одним из доказательств по делу, не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и подлежит исследованию и оценке судом наравне с другими представленными доказательствами. 

В соответствии с абзацами вторым и третьим части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по ходатайству лица, участвующего в деле, или по инициативе арбитражного суда эксперт может быть вызван в судебное заседание. Эксперт после оглашения его заключения вправе дать по нему необходимые пояснения, а также обязан ответить на дополнительные вопросы лиц, участвующих в деле, и суда. 

В силу статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации назначение экспертизы является правом, а не обязанностью суда. Признав, что основания для назначения экспертизы отсутствуют либо проведение ее нецелесообразно, суд с учетом совокупности имеющихся в деле доказательств вправе отказать в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы по делу. 

Согласно части 1 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту. В случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов (часть 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно правовому подходу, изложенному в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2020 № 308-ЭС18-14832 (3,4), в ситуации, когда в дело представлены несколько заключений  экспертных организаций с обоснованием различной стоимости спорного объекта, на суде лежит обязанность устранить имеющиеся противоречия либо посредством предоставления предпочтения одному из заключений с указанием мотивов непринятия результатов другого ввиду наличия у него пороков, либо посредством проведения дополнительной или повторной экспертизы.

Из анализа указанной нормы права и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации следует, что повторная экспертиза может быть назначена при наличии сомнения у суда в правильности и обоснованности проведенного экспертом исследования. 

Правильность экспертного заключения - это его достоверность. 

Обоснованность - это подтвержденность, мотивированность выводов, сделанных экспертом, определенными фактами, т.е. соответствие проведенного исследования на основании определенных методик выводам эксперта. 

Причем, при назначении повторной экспертизы в целях устранения противоречий в заключении нескольких экспертов суду необходимо ставить перед экспертом (экспертами) вопрос об указании причины расхождения в выводах, сделанных по итогам проведения первоначальных экспертиз. В определении о назначении повторной экспертизы следует указать, какие выводы первоначальной экспертизы вызывают сомнения, сослаться на обстоятельства дела, которые не согласуются с выводами эксперта.

При этом, в любом случае, назначение экспертизы является правом суда, а не его обязанностью. Суд самостоятельно определяет, какие доказательства имеют отношение к рассматриваемому делу, и оценивает их в совокупности с позиций относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи. 

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе", заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами (части 4 и 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации); суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 названного Кодекса. При этом по результатам оценки доказательств суду необходимо привести мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства (часть 7 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170 Кодекса).

Исходя из содержащихся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" разъяснений следует, что проверка достоверности заключения эксперта слагается из нескольких аспектов: компетентен ли эксперт в решении вопросов, поставленных перед экспертным исследованием, не подлежит ли эксперт отводу по основаниям, указанным в Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации, соблюдена ли процедура назначения и проведения экспертизы, соответствует ли заключение эксперта требованиям, предъявляемым законом. Основания несогласия с экспертным заключением должны сложиться при анализе данного заключения и его сопоставления с остальной доказательственной информацией.

Проанализировав заключение эксперта № 2024/11 от 14.03.2024 суд апелляционной инстанции признает его надлежащим, относимым и допустимым доказательством по делу. Судом установлено, что данное заключение составлено в соответствии с требованиями Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; подготовлено лицами, имеющими соответствующий уровень квалификации и подготовки; содержит четкие ответы на поставленные вопросы, перечень примененных источников, описание и обоснование избранных подходов и методик исследования; выводы экспертов изложены последовательно, ясно, аргументировано и не допускают двоякого толкования. Экспертное заключение основано на материалах дела, является ясным и полным, содержит исчерпывающие ответы на поставленные судом вопросы, противоречия в выводах отсутствуют. Эксперт предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Доказательств необъективности проведенного исследования и пристрастности эксперта, предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, заявителем апелляционной жалобы представлено не было.

Также в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о нарушении экспертом при проведении экспертного исследования требований действующего законодательства, и о том, что заключение эксперта содержит недостоверные выводы, а также о том, что выбранные экспертом способы и методы оценки привели к неправильным выводам.

Надлежащих доказательств, наличие которых могло бы свидетельствовать о неверно избранной экспертом методике исследования или о неправильном проведении исследования, лицами, участвующими в деле не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В материалах дела отсутствуют, лицами, участвующими в деле, в том числе кредиторами, не представлены доказательства, свидетельствующие о нарушении экспертом при проведении экспертного исследования требований действующего законодательства, и о том, что заключение эксперта содержит недостоверные выводы, а также о том, что выбранные экспертом способы и методы оценки привели к неправильным выводам.

Надлежащих доказательств, наличие которых могло бы свидетельствовать о неверно избранной экспертом методике исследования или о неправильном проведении исследования, ответчиком не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу.

Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Основания не доверять эксперту или сомневаться в его беспристрастности у суда отсутствуют.

В материалы дела не представлены относимые, допустимые доказательства, свидетельствующие о недостоверности заключения эксперта, об аффилированности эксперта.

Также суд не располагает сведениями, указывающими на то, что представленная кандидатура эксперта, равно как и сама экспертная организация, являются заинтересованными лицами по отношению к лицам, участвующим в деле.

С учетом указанного, судом в назначении повторной судебной экспертизы отказано в связи с отсутствием предусмотренных частью 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований, при этом несогласие с результатом экспертизы само по себе не свидетельствует о недостоверности заключения.

В частности доводы о том, что рыночная стоимость не определена доходным методом, суд отмечает, что доходность и особенности использования имущества не имеют юридического значения для определения рыночного стоимости. 

Эффективность использования земель сельскохозяйственного назначения и рациональность зависит от самого землепользователя (в рассматриваемом случае - от арендатора) предполагает целесообразность производственного и непроизводственного использования земли путем применения как интенсивных, так и экстенсивных факторов, обеспечивающих постоянное повышение плодородия почвы.

Землепользователь самостоятельно анализирует физические данные, чтобы определить доходность. При этом он должен получить ответы на следующие вопросы: какие земельные угодья и типы почв имеются в данном хозяйстве, какую площадь занимает каждый из них и каковы их важнейшие физические свойства? Какова сравнительная урожайность тех или иных культур на различных почвах и классах земельных угодий и какие производственные издержки предполагает каждый из нескольких возможных уровней урожайности? Какой размер валовой выручки, затрат и прибыли в расчете на единицу земельной площади характерен для различных культур при нескольких уровнях урожайности, на различных типах почв или классах земельных угодий?

В связи с чем, доводы управляющего о необходимости определения рыночной стоимости доходным методом лишены всякого обоснования, не основаны на нормах права.

Экспертом проанализирован рынок и по итогам анализа выбраны наиболее сопоставимые по основным характеристикам объекты сравнения – земельные участки сельскохозяйственного назначения. Выбранные аналоги сравнения являются объектами, наиболее сходными с объектом исследования по основным экономическим, материальным, техническим и другим характеристикам, определяющим его стоимость. 

В частности на вопрос о том, зачем на стр. 32, 33, 34 эксперт приводит информацию о продаваемых объектах недвижимости, которые не относятся к южной зоне земель в Ростовской области, в которой расположен Целинский район? Эксперт указал, что объекты оценки расположены в Ростовской области. Эксперт исследовал весь рынок земельных участков под сельскохозяйственное производство Ростовской области.

В отношении довода о необходимости вызова эксперта, по изложенным основаниям суд также отказывает в удовлетворении ходатайств о допросе экспертов.

Как указали податели жалобы, судом первой инстанции не было предоставлено возможности финансовому управляющему и кредиторам задать вопросы эксперту, на основании ответов на которые должно было быть принято решение о назначении повторной экспертизы.

В суде апелляционной инстанции, податели жалоб указали, что по результатам ознакомления с выводами проведенной по делу судебной экспертизы, что в выводах судебной экспертизы имеются неточности, неясности и противоречия, в связи с чем, имеется необходимость в вызове эксперта.

18 июня 2024 года от кредитора ФИО2 поступило ходатайство, в соответствии с которым кредитором представлен перечень вопросов (42 пункта) для дачи пояснений по составленному экспертному заключению от № 2024/11 от 14.03.2024. 

Также, 19 июня 2024 года от финансового управляющего поступило ходатайство о вызове эксперта ФИО11 в судебное заседание для дачи пояснений по составленному экспертному заключению № 2024/11 от 14.03.2024, в ходатайстве приведен перечень вопросов (29 пунктов).

В связи с чем, определением от 19.06.2024 судом апелляционной инстанции предложено эксперту ФИО11 представить письменные пояснения по всем поставленным кредитором и финансовым управляющим должника перед ним вопросам по составленному экспертному заключению № 2024/11 от 14.03.2024, изложенным в ходатайствах от 18.06.2024 и 19.06.2024. Обеспечить явку в судебное заседание для дачи пояснений.

Во исполнение определения суда апелляционной инстанции от эксперта поступили письменные пояснения.

17 июля 2024 года от финансового управляющего поступило ходатайство о назначении по обособленному спору в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО9 по рассмотрению заявления финансового управляющего ФИО8 о признании недействительной сделки должника и применении последствий недействительности сделок проведение повторной оценочной экспертизы, на разрешение которой поставить указанный в ходатайстве вопрос.

Как подробно указано выше, ходатайство о проведении повторной экспертизы подлежит отклонению.

Порядок привлечения специалиста в арбитражном процессе предусмотрен статьями 55.1, 87.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пунктом 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46. В пункте 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 N 46 разъяснено, что согласно положениям части 2 статьи 55.1, части 1 статьи 87.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации специалист может быть привлечен в процесс: по ходатайству лиц, участвующих в деле; по инициативе арбитражного суда.

Задача специалиста в судебном заседании состоит в оказании содействия суду и лицам, участвующим в деле, в исследовании доказательств (пункт 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 N 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции").

По смыслу статьи 55.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации привлечение специалиста является правом, а не обязанностью суда.

Необходимость разъяснения вопросов, возникающих при рассмотрении дела и требующих специальных познаний, определяется судом, разрешающим данный вопрос, в частности, суд может установить, что необходимость привлечения к участию в деле специалиста при имеющихся в материалах дела доказательствах отсутствует, поскольку доказательства, представленные лицами, участвующими в деле, суд счел достаточными для разрешения спора по существу (постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 12.07.2022  по делу N А14-7544/2014, определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2022 N 310-ЭС20-6760(2)).

Статьи 55.1 и 87.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исключают возможность опроса специалиста для целей оценки предоставленных в дело доказательств, поскольку такие полномочия относятся к компетенции суда.

В соответствии с абзацем вторым части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по ходатайству лица, участвующего в деле, или по инициативе арбитражного суда эксперт может быть вызван в судебное заседание.

Абзацем третьим части 3 статьи названной статьи предусматривается, что эксперт после оглашения его заключения вправе дать по нему необходимые пояснения, а также обязан ответить на дополнительные вопросы лиц, участвующих в деле, и суда.

Из указанных норм следует, что вызов эксперта в судебное заседание является дискреционным полномочием суда и обусловлен возникновением необходимости в получении его пояснений относительно существа подготовленного им заключения экспертизы.

По смыслу указанных норм обязанность вызвать в судебное заседание эксперта у суда отсутствует, ходатайство о вызове эксперта для дачи пояснений рассматривается в каждом конкретном случае с учетом содержания экспертного заключения и вопросов, которые стороны предложили задать эксперту.

По смыслу части 3 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации само по себе заявление лицом, участвующим в деле, ходатайства о вызове эксперта не создает обязанности суда по его безусловному удовлетворению.

Заявленные ходатайства о вызове экспертов носит формальный характер, нормами процессуального законодательства не установлена возможность допроса эксперта, обязанность суда предупредить эксперта об уголовной ответственности при разъяснении своего заключения

Как указано выше, в соответствии с абзацами вторым и третьим части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации эксперт лишь дает необходимые пояснения, разъяснения по своему заключению.

Как указано выше, сторонами поставлены перед экспертом 42 вопроса, а экспертом в материалы обособленного спора представлены письменные ответы на поставленные вопросы. То есть, судом обеспечено право сторон на получение разъяснений по поставленным вопросам. А желание сторон принудить эксперта обеспечить личную явку в судебное заседание не основано на нормах Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не отвечает целям и задачам названного Кодекса. Фактически доводы финансового управляющего и кредитора свидетельствуют лишь о несогласии с выводами эксперта.

Эксперт представил в материалы дела все необходимые документы, в том числе подтверждающие его квалификацию, аккредитацию, которые исследованы и оценены судом. Эксперт надлежащим образом был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. При этом, суд обращает внимание на то, что экспертиза была проведена именно по ходатайству финансового управляющего, им же и была предоставлена суду кандидатура эксперта.

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что экспертное заключение соответствует требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 25 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации".

На основании изложенного экспертное заключение принято судом первой инстанции в качестве надлежащего доказательства по делу.

Кредиторы, финансовый управляющий не указали, какие неточности, несоответствия, противоречия имеются в заключении эксперта. 

Тот факт, что экспертом использовались аналоги из другого района, не свидетельствует о порочности экспертизы, поскольку такое использование допустимо в случае отсутствия данных о рынке сделок в исследуемом районе в спорный период. 

Также суд отмечает, что как правило, выбор аналогов экспертов из других районов области при оценке рыночной стоимости земель сельскохозяйственного назначения обусловлен низким уровнем предложений в этой категории недвижимости по всей области, опубликованных в общем доступе. 

Также суд отмечает, что по данным, содержащимся в публичном доступе, а также в заключении эксперта, кадастровая стоимость земельных участков по состоянию на 01.01.2022 составляет: 

- земельного участка с кадастровым номером 61:40:0600004:282 - 1 336 760 рублей;

- земельного участка с кадастровым номером 61:40:0600004:283 - 1 546 520 рублей;

- земельного участка с кадастровым номером 61:40:0600004:289 - 1 336 760 рублей;

- земельного участка с кадастровым номером 61:40:0600004:295 - 1 376 340рублей;

- земельного участка с кадастровым номером 61:40:0600004:300 - 1 361 550 рублей;

- земельного участка с кадастровым номером 61:40:0600004:303 - 1 435 200 рублей.

Общая кадастровая стоимость участков составляет 8393130 руб., что незначительно превышает цену сделки, совершенной годом ранее.

При этом суд отмечает, что кадастровая стоимость не является рыночной стоимостью, но механизм ее определения предполагает, что она должна быть максимально приближена к ней. 

Исходя из представленных в материалы дела кадастровых паспортов (т. 6. л.д. 5-20) кадастровая стоимость земельных участков по состоянию на 2021 год составляла:

- земельного участка с кадастровым номером 61:40:0600004:283 – 756 240 рублей;

- земельного участка с кадастровым номером 61:40:0600004:289 – 644 000 рублей; 

- земельного участка с кадастровым номером 61:40:0600004:295 – 669 030 рублей; 

- земельного участка с кадастровым номером 61:40:0600004:300 – 662 070 рублей; 

- земельного участка с кадастровым номером 61:40:0600004:303 – 696 440 рублей.

Также, суд с целью изучения динамики цен на спорные участки истребовал материалы регистрационного дела из органов регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним. 

В договоре ипотеке от 21.12.2017 (т. 5 л.д. 53) указана оценка участков: 

- земельного участка с кадастровым номером 61:40:0600004:282 – 736 000 рублей; 

- земельного участка с кадастровым номером 61:40:0600004:289 – 736 000 рублей; 

- земельного участка с кадастровым номером 61:40:0600004:295 – 696 000 рублей; 

- земельного участка с кадастровым номером 61:40:0600004:300 – 696 000 рублей; 

- земельного участка с кадастровым номером 61:40:0600004:303 – 736 000 рублей.

Исходя из указанных данных, суд первой инстанции пришел к выводу, что стороны при заключении договора исходили из его рыночности, что свидетельствует об их добросовестности и исключает возможность признания сделки недействительной.

Действующее законодательство не раскрывает понятие неравноценности встречного исполнения и не содержит критериев его оценки.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 N 305-ЭС18-8671(2), помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным.

В силу правовых подходов, сформулированных в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2020 N 310-ЭС18-12776(2), гражданское законодательство основывается на презюмируемой разумности действий участников гражданских правоотношений.

Разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этой стороной заботливости о собственных интересах, рациональность ее поведения исходя из личного опыта данной стороны, в той ситуации, в которой она находится, существа правового регулирования заключенной ею сделки и сложившейся практики взаимодействия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах.

В рассматриваемом случае согласованная сторонами сделки стоимость имущества существенно не отличается от рыночной стоимости, определенной по результатам судебной экспертизы, что не позволяет квалифицировать осуществленное ответчиком предоставление как неравноценное для целей признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

С учетом вышеизложенного, судебная коллегия пришла к выводу о соответствии указанной в оспариваемом договоре стоимости имущества его рыночной стоимости, определенной по результатам проведения судебной экспертизы.

Кроме того, как указано выше, в рассматриваемом случае, ответчик не является заинтересованным, аффилированным с должником лицом, следовательно, для выводов о фактической аффилированности сторон сделки, об осведомленности ответчика о неплатежеспособности должника, о противоправных целях должника при заключении сделки, для признания спорной сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, заявителю необходимо было доказать не просто отклонение цены сделки от рыночной, а многократное заниженной цены отчуждаемых объектов (пункт 11 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023, определения Верховного Суда Российской Федерации от 19.03.2018 N 302-ЭС17-17018, от 22.12.2016 N308-ЭС16-11018, от 17.07.2015 N 310-ЭС15-7328).

При этом, судебная коллегия отмечает, что ответчик является физическим лицом, не обладающим специальными познаниями в области права, в связи с чем, неразумно возлагать на него обязанность по проведению широкого спектра мероприятий как таковых (например, ознакомление на сайте службы судебных приставов с информацией о возбужденных в отношении должника исполнительных производствах, на сайте судов о наличии дел с участием должника; запрос у должника справки из налогового органа о наличии (отсутствии) задолженности по обязательным платежами т.п.) и касающихся выявления реального финансового состояния должника на момент совершения оспариваемой сделки, а также цели ее совершения.

Таким образом, принимая во внимание, что должник и ответчик не являются взаимозависимыми, аффилированными между собой лицами, имущество должником отчуждено по цене в пределах рыночной стоимости, отсутствие каких-либо доказательств о многократном занижении стоимости отчужденного имущества, оплата ответчиком произведена в полном объеме путем перечисления денежных средств на расчетный счет должника, что сторонами не оспаривается и подтверждается платежным документом, банковскими выписками, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии доказательств заключения сделки с целью причинения вреда, отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Таким образом, оценив, представленные в материалы дела доказательства в их совокупности в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу о недоказанности управляющим совокупности обязательных условий для признания спорной сделки должника недействительной, в соответствии с нормами пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Финансовый управляющий в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил суду доказательства того, что оспариваемая сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов в условиях неплатежеспособности должника, что в результате совершения данной сделки такой вред кредиторам фактически был причинен.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает правовых оснований для иной оценки выводов суда первой инстанции, изложенных в обжалуемом определении. 

Несогласие с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судом первой инстанции норм материального права, подлежащих применению в деле, не свидетельствует о том, что судом допущены нарушения, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Исследовав материалы дела, и оценив доводы сторон, суд апелляционной инстанции также пришел к выводу о том, что доказательства недействительности спорных договоров по основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, в материалы дела не представлены.

Финансовым управляющим должника не приведены доказательства наличия пороков в оспариваемой сделке, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, стороны сделки исполнили условия договора в полном объеме, имущество передано, оплата произведена.

Таким образом, заявителем не доказано наличие оснований для оспаривания сделки как по специальным банкротным основаниям, так и общегражданским основаниям.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для иной оценки выводов суда первой инстанции, изложенных в обжалуемом определении.

Несогласие с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судом первой инстанции норм материального права, подлежащих применению в деле, не свидетельствует о том, что судом допущены нарушения, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Фактически доводы апелляционных жалоб направлены на переоценку обстоятельств дела, исследованных судом первой инстанции, по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, но не содержат фактов, которые не были бы учтены судом при рассмотрении дела.

Нарушений, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для безусловной отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Из разъяснений абзаца 4 пункта 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" следует, что по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по государственной пошлине за подачу апелляционной жалобы относятся на подателя жалобы.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

в удовлетворении ходатайства финансового управляющего ФИО9 ФИО8 о назначении повторной оценочной экспертизы отказать.

Определение Арбитражного суда Ростовской области от 19.04.2024 по делу № А53-9713/2022 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                                    Г.А. Сурмалян

Судьи                                                                                                                   М.Ю. Долгова

М.А. Димитриев