АРБИТРАЖНЫЙ СУД ОРЕНБУРГСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Краснознаменная, д. 56, г. Оренбург, 460024

http: //www.Orenburg.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А47-9160/2019

г. Оренбург

03 сентября 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена       27 августа 2020 года

В полном объеме решение изготовлено        03 сентября 2020 года

Арбитражный суд Оренбургской области в составе судьи                    Евдокимовой Е.В. при ведении  протокола  секретарем судебного заседания ФИО1    

рассмотрел  в  открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью "ОренбургАгро- ДТ" (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>, г. Оренбург)

к 1. ФИО2, г. Оренбург,

2. ФИО3, г. Оренбург,

3.Алехину Константину Владимировичу, г. Бузулук, Оренбургская область,

4. ФИО4, г. Грозный, Чеченская Республика,

5. ФИО5, г. Оренбург,

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора:

1.акционерное общество "Российский сельскохозяйственный банк", 

2.конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью "ОренбургАгро- ДТ"  ФИО6, 

о взыскании солидарно убытков в размере 56 731 186 руб.

В судебном заседании приняли участие представители сторон: от истца: ФИО7 по доверенности от 25.05.2020, паспорт;

от ответчика2: ФИО3, паспорт, ФИО8 по ордеру от 27.11.2019г, удостоверение. 

При рассмотрении дела 20.08.2020  в судебном заседании согласно статье 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  (далее – АПК РФ) объявлен перерыв до 27.08.2020  до                 16  час. 20 мин.

Ответчики 1,3-5, третьи лица, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом в соответствии со статьями 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что подтверждается размещением информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание представителей не направили.

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ)  дело рассмотрено в отсутствие указанных лиц.

Общество с ограниченной ответственностью "ОренбургАгро- ДТ" (далее - ООО "ОренбургАгро- ДТ", истец) обратилось в арбитражный суд к ФИО2 (далее - ответчик 1), ФИО3 (далее - ответчик 2), ФИО9 (далее - ответчик 3), ФИО4 (ответчик 4), ФИО5 (ответчик 5) с исковым заявлением о возмещении солидарно убытков, выразившихся в виде уменьшения стоимости переданного на хранение имущества размере 56 731 186 руб. 

 К участию в деле в качестве в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены: акционерное общество "Российский сельскохозяйственный банк", конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью "ОренбургАгро- ДТ"  ФИО6

Представитель истца в судебном заседании поддержал исковые требования в полном размере.

Представитель ответчика 2 и ответчик 2 в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований, письменный отзыв на иск не представили.

Согласно представленному в материалы дела 24.04.2020 отзыву ответчика 3,  возражает против исковых требований, указав, что с 22.09.2017 ФИО9 отстранен  от исполнения обязанностей директора.

По мнению ответчика 3, истцом  не указано, в чем именно выразилось  неисполнение ООО "Кировское" обязанностей, предусмотренных п.1.1,2.1 договоров хранения  в период исполнения  обязанностей директора общества. В спорный период обязательства  по обеспечению сохранности  имущества исполнялись надлежащим образом, сохранность имущества была обеспечена. 

Истец и ответчик не заявили ходатайства о необходимости предоставления дополнительных доказательств. На вопрос суда в судебном заседании представители сторон указали на предоставление всех документов в обосновании доводов и возражений, о предоставлении им времени для обеспечения возможности представить дополнительные документы не ходатайствовали. 

При таких обстоятельствах суд рассматривает дело, исходя из совокупности имеющихся в деле доказательств, с учетом положений статьи 65 АПК РФ. 

При рассмотрении материалов дела судом установлены следующие обстоятельства.

ООО "Кировское" было зарегистрировано в качестве юридического лица 14.05.2015, присвоен ОГРН 

<

***> как юридическому лицу.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ по основным видом экономической деятельности  ООО "Кировское" является  смешанное сельское хозяйство.

В соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ в отношении ООО "Кировское"  учредителями общества в разное время являлись ФИО2 (51%),  ФИО3 (100%),  ФИО9 (49%), ФИО4 (51%), ФИО5 (100%).

Регистрирующим органом - Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 10 по Оренбургской области 13.02.2019  принято решение о предстоящем исключении ООО "Кировское" (наличие в ЕГРЮЛ сведений  о юридическом лице, в отношении которых внесена  запись о недостоверности). 

По решению Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 10 по Оренбургской области ООО "Кировское" исключено  из ЕГРЮЛ , о чем 10.06.2019 сделана соответствующая запись.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом, решением арбитражного суда от 28.12.2015 общество с ограниченной ответственностью «Оренбург Агро-ДТ», п. Пригородный Оренбургского района Оренбургской области (ИНН - 

<

***>, ОГРН 

<

***>), признано банкротом с открытием конкурсного производства. Конкурсным управляющим должника утверждена ФИО6

Между ООО «ОренбургАгро-ДТ» в лице конкурсного управляющего ФИО6, действующей на основании решения Арбитражного суда Оренбургской области от 28 12.2015 по делу № A47-4383/2014 (далее -поклажедатель) и ООО «Кировское» в лице директора ФИО9, действующего на основании Устава (далее -хранитель) с другой стороны заключены договоры хранения: № 01/06 от 04.04.2016 (самоходная техника),   № 01/06 от 04.04.2016 (оборудование), № 20/07 от 04.04.2016, от 12.05.2016.

В соответствии с пунктом 1.1 договоров хранения  хранитель обязуется хранить имущество, переданное ему  поклажедателем и возвратить это имущество в сохранности по требованию поклажедателя.

Состав, передаваемого на хранение имущества указан в пункте 1.2 договора.

Дополнительным соглашением  от 17.05.2016 к договору хранения  № 01/06 от  04.04.2016 (самоходная техника),   № 01/06 от 04.04.2016 (оборудование), № 20/07 от 04.04.2016, от 12.05.2016 перечень передаваемого  имущества по договорам объединен.

Согласно пункту 1.4 договоров  место хранения  имущества: Оренбургская область,  Бузулукский район, п. Кировский.

Хранитель обязуется хранить имущество до востребования его поклажедателем либо истечения срока хранения (пункт  1.7 договоров).

Пунктом 2.1 договора стороны предусмотрели  обязанности хранителя, в частности: хранить вещь, переданную поклажедателем, принять меры для  сохранности переданной  ему вещи, обязательность которых предусмотрена законом иными правовыми актами  или в установленном ими порядке (противопожарные, санитарные, охранные и т.п.), принять для сохранности вещи также меры соответствующие   обычаям делового оборота  и существу договора, в том числе  свойствам переданной на хранение вещи,  без согласия поклаждателя не использовать переданную на хранение вещь, а равно не  предоставлять  возможность пользования  вещью третьим лицам , за исключением  случаев, когда пользование хранимой  вещью необходимо  для обеспечения  ее сохранности и не противоречит  договору, по истечение срока  окончания договора возвратить вещь поклажедателю.

В соответствии с пунктом 6 договора  хранитель  отвечает за утрату, недостачу или повреждение  вещи,  если не докажет, что утрата , недостача  или повреждение  произошли вследствие  непреодолимой силы, либо из-за свойств вещи, о которых хранитель   принимая ее на хранение не знал и не должен был знать либо в результате умысла или грубой неосторожности поклажедателя.

Согласно пунктам 5.2, 5.3 договоров хранитель обязан  возвратить поклажедателю  ту самую вещь, которая  была передана на хранение, вещь должна быть возвращена  хранителем в том состоянии, в каком она была принята на хранение, в том же качестве. При этом факторы ее естественного ухудшения, естественной убыли или иного изменения  вследствие ее естественных свойств не учитывается.

Определением арбитражного суда от 16.02.2018 по делу № А47-4383/2014 ФИО6 отстранена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «ОренбургАгро-ДТ». Конкурсным управляющим ответчика согласно определения суда от 02.03.2018 по делу № А47-4383/2014 утвержден ФИО10

  Как указывает истец, 02.05.2018 в ходе проверки имущества, переданного на хранение, было установлено, что его часть находится в неудовлетворительном состоянии – разукомплектовано и имеет явно выраженные признаки его использования по назначению, кроме того, часть имущества находилась за пределами места хранения.

 В соответствии с актом приема-передачи имущества от 22.03.2018 (1, л.д. 77-88) ФИО6 передала ФИО10 имущество ответчика, являющееся предметом договоров хранения с ООО "Кировское".

23.04.2018 при изъятии имущества ООО «ОренбургАгро-ДТ» с территории ООО "Спиридон" установлено, что  часть имущества настолько разукомплектовано, что делает перемещение его в место хранения затруднительным.  

Конкурсным управляющим ООО «ОренбургАгро-ДТ» ФИО10 направлен в адрес ООО  «ОренбургАгро-ДТ» отказ от исполнения договора и требование о возврате имущества (т. 1 л.д. 90).

По мнению истца, размер материальной ответственности за ненадлежащее исполнение договорных обязательств составляет разницу между стоимостью имущества  по состоянию на март -май 2017 года и июнь 2018 года, согласно отчету № 1 -157/02 от 12.04.2017 от 12.04.2017, № ИП-030-О-17 от 18.07.2017 по состоянию на 30 июня 2018  года. Стоимость передаваемого на хранение имущества согласно отчетам об оценке  на 2017 год составляла  104 062 800 руб.,  стоимость данного имущества на  2018 год составила  47 331 614 руб., в связи с чем разница  стоимости имущества на указанные периоды составила  56 731 186 руб.

Исковые требования мотивированы тем, что не проявление    должной   меры   заботливости   и   осмотрительности поведения   директора   и   учредителей   ООО   «Кировское», выразившиеся   в  допущении  исключения  общества  из ЕГРЮЛ  при  наличии действующих  договорных отношений с ООО «Оренбург Arpo-ДТ» и обязанности по хранению дорогостоящего  имущества, причинили  убытки ООО «Оренбург Arpo-ДТ» в виде уменьшения стоимости переданного на хранение имущества.

Указанные факты, по мнению, истца свидетельствуют о недобросовестном поведении директора   и   учредителей   ООО   «Кировское», в результате которого ООО «Оренбург Arpo-ДТ» были причинены убытки в размере 56 731 186 руб., которые подлежат взысканию с  ФИО2, ФИО3,  ФИО9,  ФИО4, ФИО5

Полагая, что действия директора и учредителей ООО   «Кировское»  привели к  возникновению убытков в сумме                              56 731 186 руб., истец обратился в суд с рассматриваемым иском.

Суд, исходя из заявленных истцом предмета и оснований исковых требований, оценив обстоятельства дела по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании, имеющихся в деле доказательств, заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Согласно пункту 1 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности, в том числе из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В соответствии со статьей 886 ГК РФ, по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

Договор хранения является реальным, то есть считается заключенным с момента передачи вещи. Существенным условием договора хранения является его предмет, позволяющий определить вещь (наименование, количество), передаваемую на хранение.

Простая письменная форма договора хранения считается соблюденной, если принятие вещи на хранение удостоверено хранителем выдачей поклажедателю сохранной расписки, квитанции, свидетельства или иного документа, подписанного хранителем; номерного жетона (номера), иного знака, удостоверяющего прием вещей на хранение, если такая форма подтверждения приема вещей на хранение предусмотрена законом или иным правовым актом либо обычна для данного вида хранения (пункт 2 статьи 887 ГК РФ).

В материалы дела представлены подписанные  между ООО «ОренбургАгро-ДТ» в лице конкурсного управляющего ФИО6, действующей на основании решения Арбитражного суда Оренбургской области от 28 12.2015 по делу № A47-4383/2014 и ООО «Кировское» в лице директора ФИО9, действующего на основании Устава с другой стороны заключены договоры хранения: № 01/06 от 04.04.2016 (самоходная техника),   № 01/06 от 04.04.2016 (оборудование), № 20/07 от 04.04.2016, от 12.05.2016., подписание договоров сторонами не оспаривается. 

Согласно пункту 1 статьи 889 ГК РФ хранитель обязан хранить вещь в течение обусловленного договором хранения срока.

Пунктом 1 статьи 900 ГК РФ предусмотрено, что хранитель обязан возвратить поклажедателю или лицу, указанному им в качестве получателя, ту самую вещь, которая была передана на хранение, если договором не предусмотрено хранение с обезличением.

Из статьи 904 ГК РФ следует, что хранитель обязан по первому требованию поклажедателя возвратить принятую на хранение вещь, хотя бы предусмотренный договором срок ее хранения еще не окончился.

Согласно части 2 статьи 891 ГК РФ, хранитель во всяком случае должен принять для сохранения переданной ему вещи меры, обязательность которых предусмотрена законом, иными правовыми актами или в установленном ими порядке (противопожарные, санитарные, охранные и т.п.).

В соответствии с пунктом 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (часть 2 статьи 15 ГК РФ).

Привлечение единоличного исполнительного органа к ответственности зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, то есть, проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей. Единоличный исполнительный орган общества не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, если он при исполнении своих обязанностей действовал разумно и добросовестно.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - постановление Пленума № 62) предусмотрено, что лицо, входящее в состав органов управления общества (директор), обязано действовать в интересах общества добросовестно и разумно. При этом, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В пункте 2 постановление Пленума № 62 указано, что при определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации), также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решении органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.). 

Согласно пункту 4 Постановления добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо.

Добросовестность и разумность в данном случае означают такое поведение лица, которое характерно для обычного "заботливого хозяина" или "добросовестного коммерсанта". Соответственно, для определения недобросовестности и неразумности в действиях (бездействии) конкретного лица его поведение нужно сопоставлять с реальными обстоятельствами дела, в том числе с характером лежащих на нем обязанностей и условиями оборота и с вытекающими из них требованиями заботливости и осмотрительности, которые, во всяком случае, должен проявлять любой разумный и добросовестный участник оборота.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора. Не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков сам по себе тот факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные последствия, в том числе совершение сделки, было одобрено решением коллегиальных органов юридического лица, а равно его учредителей (участников), либо директор действовал во исполнение указаний таких лиц, поскольку директор несет самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 7 указанного постановления). 

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Для взыскания убытков лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт нарушения права, наличие причинной связи между допущенными нарушениями и возникшими убытками и размер убытков. 

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

 По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. 

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

 При обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности лице, исполнявшем обязанности единоличного исполнительного органа общества.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ, Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 10 по Оренбургской области внесена запись № 2195658013004 о прекращении деятельности юридического лица- ООО "Кировское" (наличие в ЕГРЮЛ сведений  о юридическом лице, в отношении которых внесена  запись о недостоверности). 

Истцом в качестве основания привлечения ответчиков к солидарной ответственности указано действие/бездействие, выразившееся в неисполнение (ненадлежащем исполнении) обязанностей в рамках заключенных договоров хранения № 01/06 от  04.04.2016 (самоходная техника), № 01/06 от 04.04.2016 (оборудование), № 20/07 от 04.04.2016, от 12.05.2016, допустивших исключение общества  из ЕГРЮЛ при наличии действующих договоров.

Частями 1-2 статьи 53 ГК РФ установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Как установлено выше, запись о прекращении деятельности ООО   «Кировское» внесена в ЕГРЮЛ- 10.06.2019. 

При этом, части 1, 2 статьи 53.1 ГК РФ возлагают бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий членов коллегиальных органов юридического лица, к которым относятся его участники, на лицо, требующее привлечения участников к ответственности, то есть, в настоящем случае, на истца.

Между тем истцом таких доказательств не представлено.

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения (бездействия) директора следует применять разъяснения, изложенные в пунктах 2, 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление Пленума ВАС РФ № 62).

Согласно указанным разъяснениям, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Вместе с тем, каких-либо доказательств недобросовестности либо неразумности в действиях ответчиков которые являлись   учредителями общества, повлекших неисполнение обязательств общества, истцом в материалы дела не представлено, в связи с чем оснований удовлетворения исковых требований не имеется.

Истец считает, что существует прямая причинно-следственная связь между недобросовестными действиями руководителя должника и ущербом, причиненным истцу.

Однако суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, также исходя из следующего.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

То есть, при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

Отсутствие хотя бы одного из перечисленных оснований влечет за собой отказ в удовлетворении требований о взыскании убытков.

Статьей 65 АПК РФ установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. При этом лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Отношения, возникающие в связи с исключением юридического лица, прекратившего свою деятельность, из ЕГРЮЛ регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации и Федеральным законом от 08.08.2001 г. N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее - Закон N 129-ФЗ).

В соответствии с ч. 2 ст. 1 Федерального закона N 129-ФЗ от 08.08.2001 "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее - Закон N 129-ФЗ) государственная регистрация юридических лиц и индивидуальных предпринимателей - это акты уполномоченного федерального органа исполнительной власти, осуществляемые посредством внесения в государственные реестры сведений о создании, реорганизации и ликвидации юридических лиц, приобретении физическими лицами статуса индивидуального предпринимателя, прекращении физическими лицами деятельности в качестве индивидуальных предпринимателей, иных сведений о юридических лицах и об индивидуальных предпринимателях в соответствии с настоящим Федеральным законом.

В силу пп. "б" п. 5 ст. 21.1 Закона N 129-ФЗ порядок исключения юридического лица из ЕГРЮЛ предусмотренный названной статьей применяется также в случае наличия в реестре сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи.

Условие, предусмотренное пп. "б" п. 5 ст. 21. 1 Закона N 129-ФЗ является дополнительным (по сравнению с ранее действующей редакцией соответствующего нормативного правового акта) основанием прекращения деятельности юридического лица путем исключения из ЕГРЮЛ, которое осуществляется в порядке, предусмотренном ст. 21.1 Закона N 29-ФЗ.

Как усматривается из материалов дела ООО   «Кировское», решение о ликвидации Обществом не принималось, ликвидационный баланс не составлялся, ООО   «Кировское»  исключено из ЕГРЮЛ по решению уполномоченного органа. 

Истцом не представлено доказательства, , что имело место быть направление в регистрирующий орган заявлений в порядке, установленном пунктом 4 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее- Закона № 129-ФЗ), доказательств нарушения регистрирующим органом пунктов 1 и 2 статьи 21.1 указанного Закона, а также доказательств обжалования действий регистрирующего органа по исключению ТСЖ "Ресурс" из реестра.

Из положений статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ следует, что юридическое лицо считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц, если в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо). При наличии одновременно всех признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (статья 21.1 Закона № 129-ФЗ).

Также согласно статье 21.1 Закона № 129-ФЗ одновременно с решением о предстоящем исключении должны быть опубликованы сведения о порядке и сроках направления заявлений недействующим юридическим лицом, кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, с указанием адреса, по которому могут быть направлены заявления.

Предусмотренный статьей порядок исключения юридического лица из реестра применяется также в случаях наличия в реестре сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи. Рассматриваемое дополнение законодательства определяет возможные правовые последствия для юридического лица, в отношении которого в течение более шести месяцев имеется запись в реестре о недостоверности сведений о нем (подпункт "б" пункта 5 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ). 

При этом заявления могут быть направлены в срок не позднее, чем три месяца со дня опубликования решения о предстоящем исключении. В случае направления заявлений решение об исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не принимается, и такое юридическое лицо может быть ликвидировано в установленном гражданским законодательством порядке. Если в течение срока, предусмотренного данной нормой, заявления не направлены, регистрирующий орган исключает недействующее юридическое лицо из единого дарственного реестра юридических лиц путем внесения в него соответствующей записи.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях (Постановление от 06.12.2011 № 26-П, определения от 17.01.2012, № 143-О-О, от 24.09.2013 № 1346-О, от 26.05.2016 № 1033-О и др.), правовое регулирование, установленное вышеуказанной статьей, направлено на обеспечение достоверности сведений, содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц (в том числе о прекращении деятельности юридического лица), доверия к этим сведениям со стороны третьих лиц, предотвращение недобросовестного использования фактически недействующих юридических лиц и тем самым - на обеспечение стабильности гражданского оборота.

Согласно Листу записи Единого государственного реестра юридических лиц регистрирующим органом принято решение  о предстоящем исключении  юридического лица из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о недостоверности)  от 11.02.2019 № 384.

Сообщение о предстоящем исключении ООО   «Кировское» из ЕГРЮЛ опубликовано в журнале "Вестник государственной регистрации" от 13.02.2019 № 6.

Поскольку в течение трех месяцев после публикации сообщения в инспекцию не поступало заявлений от лиц, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с предстоящим исключением общества, регистрирующим органом 10.07.2019 в отношении ООО   «Кировское» в ЕГРЮЛ внесена запись об исключении юридического лица, по решению регистрирующего органа.

Разумный и осмотрительный участник гражданского оборота - истец- не был лишен возможности контроля за решениями, принимаемыми регистрирующим органом в отношении своего контрагента по сделке как недействующего юридического лица, а также возможности своевременно направить в регистрирующий орган заявление о том, что его права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением  юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц.

Учитывая, что истец, действуя разумно и добросовестно, самостоятельно мог заявить возражения в отношении внесения записи об исключении юридического лица из ЕГРЮЛ, либо оспорить решение налогового органа о ликвидации юридического лица, отсутствуют какие-либо основания для взыскания убытков с ответчика ввиду его бездействия по заявлению соответствующих возражений в регистрирующий орган.

Доводы истца о незаконном бездействии директора и учредителей  ООО   «Кировское», выразившееся в допущении исключения общества из ЕГРЮЛ при наличии договорных отношений в рамках договоров хранения № 01/06 от  04.04.2016 (самоходная техника),   № 01/06 от 04.04.2016 (оборудование), № 20/07 от 04.04.2016, от 12.05.2016, обязанности  по хранению переданного имущества и как следствие причинение убытков в виде уменьшения стоимости переданного на хранение имущества, отклоняются судом. 

Каких-либо доказательств в подтверждение того, что невозможность погашения задолженности перед истцом возникла вследствие действий (бездействия) ответчиков, истцом суду не представлено, не доказано и то, что утрата, недостача или повреждение  вещей, являющихся предметом договоров хранения произошли по вине директора и учредителей ООО «Кировское», не проявления ими должных мер заботливости и осмотрительности, недобросовестность поведения директора и учредителей общества не усматривается.

Также истцом не представлено никаких доказательств того, что уменьшение стоимости имущества было каким-либо образом связаны с действиями (бездействием) ФИО2, ФИО3,  ФИО9,  ФИО4, ФИО5

Суд приходит к выводу, что ответчики не могут быть привлечены  к солидарной ответственности по обязательствам общества, наличие договорных отношений в рамках договоров хранения, уменьшение стоимости переданного на хранение имущества, не может являться бесспорным доказательством вины ответчиков, как бывшим учредителям общества  и безусловным основанием для привлечения их к солидарной ответственности.

В нарушение требований ст. 65 АПК РФ, истцом не представлено доказательств того, что им были предприняты исчерпывающие  меры ко взысканию сумм образовавшейся задолженности с ответчиков, а незаконные и недобросовестные, по мнению истца, действия ответчиков, привели к убыткам, возникшим у истца.

Суд также принимает во внимание, что согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 N 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства", исключение должника-организации из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ не препятствует кредитору-взыскателю в порядке, предусмотренном пунктом 5.2 статьи 64 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратиться в суд с заявлением о назначении процедуры распределения имущества должника, если у такого ликвидированного юридического лица осталось нереализованное имущество. 

Дополнительные гарантии кредиторов недействующих юридических лиц, исключенных из ЕГРЮЛ в административном порядке, предусмотрены пунктом 3 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 настоящего Кодекса.

При таких обстоятельствах, исковые требования удовлетворению не подлежат.

Часть 1 статьи 110 АПК РФ устанавливает, что судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В соответствие со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по государственной пошлине в размере 200 000 руб.относятся на истца. 

  Руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд     

 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "ОренбургАгро- ДТ" в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 200 000 руб.

 Решение арбитражного суда первой инстанции, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд (город Челябинск) в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Оренбургской области.

 

     Судья                                                    Е.В. Евдокимова