АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-3719/2023

Дело № А72-4811/2022

г. Казань

30 мая 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 мая 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 30 мая 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Сибгатуллина Э.Т.,

судей Мухаметшина Р.Р., Хабибуллина Л.Ф.,

при участии представителей:

акционерного общества «Контактор»  – ФИО1, доверенность от 11.05.2022,

Управления Федеральной налоговой службы Ульяновской области – ФИО2, доверенность от 30.12.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу  Управления Федеральной налоговой службы Ульяновской области 

на решение Арбитражного суда Ульяновской области от 24.11.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2023

по делу № А72-4811/2022

по заявлению акционерного общества «Контактор» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к Управлению Федеральной налоговой службы Ульяновской области (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) об оспаривании решения,

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Контактор» (далее – АО «Контактор», налогоплательщик, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Ульяновской области с заявлением к Управлению Федеральной налоговой службы по Ульяновской области (далее – Управление) об оспаривании решения Инспекции Федеральной налоговой службы по Ленинскому району г. Ульяновска (далее – Инспекция, налоговый орган) от 30.09.2021 № 2489 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. 

На основании приказа Федеральной налоговой службы от 15.12.2021 № ЕД-7-4/1083 «О структуре Управления Федеральной налоговой службы по Ульяновской области» Инспекция реорганизована путем присоединения к Управлению, в связи с чем последнее является правопреемником Инспекции.

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 24.11.2022, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2023, заявление АО «Контактор» удовлетворено: решение Инспекции от 30.09.2021 № 2489 признано недействительным.

Не согласившись с состоявшимися по делу судебными актами,Управление обратилось в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права и несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. По мнению подателя жалобы, налогоплательщик заключил притворные сделки с поставщиками с целью прикрыть заведомо противоправные возмездные сделки, а конечной целью участников являлось создание формального правового основания для получения неправомерной налоговой экономии для налогоплательщика в виде применения налоговых вычетов и расходов, неуплаты страховых взносов. Доводы Управления подробно изложены в кассационной жалобе и поддержаны его представителем в судебном заседании.

АО «Контактор» в отзыве на кассационную жалобу и его представитель в судебном заседании доводы жалобы отклонили и просили оставить принятые по делу судебные акты без изменения, считая их законными и обоснованными.

Законность обжалуемых судебных актов проверена Арбитражнымсудом Поволжского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Как видно из материалов дела, Инспекцией проведена выездная налоговая проверка АО «Контактор»  по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов, сборов и страховых взносов за период с 01.01.2016 по 31.12.2018, по итогам которой составлен акт от 13.01.2021 № 2489. 

По результатам рассмотрения данного акта и иных материалов налоговой проверки Инспекцией вынесено решение от 30.09.2021 № 2489, которым налогоплательщик привлечен к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренного пунктом 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), в виде штрафа в общей сумме 374 809,19 руб., а также ему доначислены налог на добавленную стоимость (далее – НДС) и налог на прибыль организаций на общую сумму 13 401 352 руб., страховые взносы на общую сумму 1 953 246,44 руб. и начислены пени на общую сумму 757 954,15 руб. 

Основанием для принятия данного решения послужил вывод налогового органа о неправомерном применении АО «Контактор» налоговых вычетов по НДС и расходов для целей налогообложения прибыли по взаимоотношениям с обществом с ограниченной ответственностью «Стимул» (далее – ООО «Стимул») и обществом с ограниченной ответственностью «Премьера» (далее – ООО «Премьера»). По мнению налогового органа, АО «Контактор» в нарушение пункта 1 статьи 420 и пункта 1 статьи 421 НК РФ не вело учет объекта обложения страховыми взносами и не определяло базу для исчисления страховых взносов с выплат и иных вознаграждений физическим лицам, якобы оказывавшим услуги от имени ООО «Стимул» и ООО «Премьера», полученных ими за фактическое выполнение трудовых обязанностей на территории АО «Контактор», в нарушение пунктов 1, 3 статьи 431 НК РФ не производило исчисление и уплату страховых взносов. Как указала Инспекция, для создания видимости наличия реальных экономических (производственных) потребностей в получении услуг от ООО «Стимул» и ООО «Премьера» под видом оптимизации подразделений, загрузки производства и численности персонала АО «Контактор» вывело из штата часть работников, труд которых является неотъемлемой частью единого технологического процесса, путем сокращений и увольнений. В ходе выездной налоговой проверки собраны доказательства, подтверждающие, что лица, которые работали на территории налогоплательщика в качестве представителей ООО «Стимул» и ООО «Премьера», фактически являлись работниками самого АО «Контактор», то есть между сторонами возникали трудовые отношения либо данные отношения фактически не прерывались с момента фиктивного увольнения работника из АО «Контактор». В этой связи налоговый орган сделал вывод о том, что налогоплательщик умышленно исказил сведения о фактах хозяйственной жизни, подлежавшие отражению в налоговой отчетности, действия налогоплательщика были направлены на получение необоснованной налоговой экономии, что свидетельствует о нарушении положений пункта 1 статьи 54.1 НК РФ. 

Решением Управления от 10.01.2022 №07-09/00094 указанное решение Инспекции оставлено без изменения, а апелляционная жалоба АО «Контактор»   – без удовлетворения. 

Не согласившись с решением Инспекции от 30.09.2021 № 2489, АО «Контактор»  обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

В силу статьи 146 НК РФ объектом налогообложения по НДС признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации. Сумма налога исчисляется как соответствующая налоговой ставке процентная доля налоговой базы. 

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на установленные статьей 171 НК РФ налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 НК РФ (за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 НК РФ), а также в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

В силу пункта 1 статьи 172 НК РФ вычеты, предусмотренные статьей 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав. Вычетам подлежат, если иное не установлено статьей 172 НК РФ, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных статьей 172 НК РФ, и при наличии соответствующих первичных документов.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 169 НК РФ счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг), имущественных прав сумм налога к вычету в порядке, предусмотренном главой 21 НК РФ, при выполнении требований, установленных пунктами 5, 5.1 и 6 статьи 169 НК РФ.

На основании пункта 1 статьи 176 НК РФ в случае, если по итогам налогового периода сумма налоговых вычетов превышает общую сумму налога, исчисленную по операциям, признаваемым объектом налогообложения в соответствии с подпунктами 1-3 пункта 1 статьи 146 НК РФ, полученная разница подлежит возмещению (зачету, возврату) налогоплательщику в соответствии с положениями настоящей статьи. После представления налогоплательщиком налоговой декларации налоговый орган проверяет обоснованность суммы налога, заявленной к возмещению, при проведении камеральной налоговой проверки в порядке, установленном статьей 88 НК РФ, если иное не предусмотрено настоящим пунктом. 

Абзацем 3 пункта 3 статьи 176 НК РФ предусмотрено, что по результатам рассмотрения материалов камеральной налоговой проверки руководитель налогового органа выносит решение о привлечении налогоплательщика к ответственности за совершение налогового правонарушения либо об отказе в привлечении налогоплательщика к ответственности за совершение налогового правонарушения. Одновременно с этим решением принимается решение о возмещении (полностью или частично) суммы налога, заявленной к возмещению, или решение об отказе в возмещении суммы налога, заявленной к возмещению. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью для российских организаций признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 НК РФ.

На основании пунктов 1 и 2 статьи 249 НК РФ в целях главы 25 НК РФ доходом от реализации признаются выручка от реализации товаров (работ, услуг) как собственного производства, так и ранее приобретенных, выручка от реализации имущественных прав. При этом выручка от реализации определяется исходя из всех поступлений, связанных с расчетами за реализованные товары (работы, услуги) или имущественные права, выраженные в денежной и (или) натуральной формах. В зависимости от выбранного налогоплательщиком метода признания доходов и расходов поступления, связанные с расчетами за реализованные товары (работы, услуги) или имущественные права, признаются для целей настоящей главы в соответствии со статьей 271 или статьей 273 НК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 252 НК РФ расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных статьей 265 НК РФ, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком. Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме. Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией, приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в соответствии с договором). Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

В пункте 1 статьи 54.1 НК РФ предусмотрено, что не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В силу пункта 2 статьи 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих условий:

1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;

2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

В целях пунктов 1 и 2 статьи 54.1 НК РФ подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным (пункт 3 статьи 54.1 НК РФ).

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – Постановление № 53) разъяснено, что судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, – достоверны. Под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

В силу пункта 3 Постановления № 53 налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

Из пункта 4 Постановления № 53 следует, что налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

О необоснованности налоговой выгоды могут также свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии следующих обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций; совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета (пункт 5 Постановления № 53).

В пункте 9 Постановления № 53 указано, что установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Согласно пункту 11 Постановления № 53 признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2021 № 305-ЭС21-18005 следует, что данные подходы к оценке обоснованности налоговой выгоды в налоговых отношениях сохраняют свою актуальность после принятия Федерального закона от 18.07.2017 № 163-ФЗ, которым часть первая НК РФ дополнена статьей 54.1, конкретизировавшей обстоятельства и условия, принимаемые во внимание при оценке допустимости поведения налогоплательщика в зависимости от: наличия искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (пункт 1); основной цели совершения сделки (операции) (подпункт 1 пункта 2); исполнения обязательства по сделке надлежащим лицом (подпункт 2 пункта 2).

Как установлено судами предыдущих инстанции, АО «Контактор» зарегистрировано в качестве юридического лица 29.04.1992, поставлено на налоговый учет 19.09.2002, основным видом его деятельности является производство электрической распределительной и регулирующей аппаратуры (ОКВЭД 27.12). 

В проверяемом периоде АО «Контактор» заключило с поставщиками – ООО «Стимул» и ООО «Премьера» договоры от 01.01.2016 № 16юр и от 01.08.2018 № 54 соответственно, по которым поставщики оказывали заявителю услуги, в том числе по сборке изделий, узлов PSV, комплектации сборочных цехов; по погрузке, разгрузке и перемещению грузов по территории общества; по проектированию оснастки, сортировке и покраске деталей, обработке заявок, разработке систем ИЦЭО; по разработке и подготовке технической документации; по ремонту, эксплуатации, чистке и растопке котлов, ремонту печи и приспособлений, заточке режущего инструмента; по комплектации товарно-материальных ценностей (далее – ТМЦ); по разработке, отладке программ микроконтроллера; химического анализа гальванических ванн; по сохранности промкомбината Никольское; по очистке и осаждению сточных вод.

Налоговый орган указал, что АО «Контактор» заключило с названными контрагентами притворные сделки с целью прикрыть заведомо противоправные возмездные сделки, конечной целью участников является создание формального правового основания для получения неправомерной налоговой экономии для налогоплательщика в виде применения налоговых вычетов и расходов, неуплаты страховых взносов. Также налоговый орган отметил, что поставщики создавали видимость формальных работодателей в отношении лиц, которые фактически выполняли трудовые функции на территории АО «Контактор», а также выступали посредниками между указанными работниками и заявителем при выплате им заработной платы, то есть АО «Контактор» перечисляло (выплачивало) работникам заработную плату не напрямую, а через указанных посредников. 

В проверяемом периоде ООО «Стимул» (с 01.01.2016 по 01.08.2018) по договору № 16юр и ООО «Премьера» (с 01.08.2018 по 31.12.2018) по договору № 54 оказывали для АО «Контактор» одни и те же виды услуг. 

По мнению Инспекции, по взаимоотношениям с поставщиками установлено создание видимости оказания работ и услуг в адрес АО «Контактор», в подтверждение чего налоговый орган ссылается на: 

- отсутствие необходимых условий для достижения результатов экономической деятельности, а также номинальность учредителей/руководителей ООО «Стимул» и ООО «Премьера», наличие взаимосвязи между ООО «Стимул» и ООО «Премьера»; 

- взаимосвязанность ООО «Стимул», ООО «Премьера» и АО «Контактор», деятельность группы лиц в целях получения налоговой экономии потенциальными выгодоприобретателями; 

- отсутствие объективных экономических предпосылок и последующих положительных экономических результатов от заключения АО «Контактор» сделок с ООО «Стимул» и ООО «Премьера», отсутствие документального подтверждения принятого решения акционеров или исполнительного органа о передаче отдельных технологических операций сторонним исполнителям; 

- искусственное выведение части работников за штат (при этом указанные работники продолжали работать в АО «Контактор» в качестве сотрудников ООО «Стимул» или ООО «Премьера»), а также использование неофициального трудоустройства; 

- формальное трудоустройство работников АО «Контактор» в организации, взаимосвязанные с ООО «Стимул» и ООО «Премьера», – общество с ограниченной ответственностью «Стимул Джоб» (до 09.06.2016 – общество с ограниченной ответственностью «Стартап») и общество с ограниченной ответственностью «Антей»; 

- обналичивание ООО «Стимул» и ООО «Премьера» денежных средств; 

- налоговую экономию АО «Контактор», полученную в результате сознательных и умышленных взаимоотношений с ООО «Стимул» и ООО «Премьера». 

Также Инспекция сослалась на то, что поставщики для выполнения указанных в договорах и актах услуг предоставляли АО «Контактор» только услуги рабочей силы (работников) без средств производства (производственных помещений, инструментов, механизмов, транспортных средств, сырья, материалов, энергии и т.д.).

Изложенное, по мнению налогового органа, свидетельствует о том, что АО «Контактор» по условиям договоров в виде услуг могло потреблять только труд работников, предоставляя им для работы (для приложения труда) материалы, информацию, производственные помещения и сооружения, инструменты, транспортные средства, канцлерские товары, компьютеры и оргтехнику, столы и стулья, обеспечивая их не только средствами производства, но и создавая условия труда, обеспечивающие безопасность на производстве.

Налоговым органом сделан вывод об умышленном заключении АО «Контактор» с ООО «Стимул» и ООО «Премьера» договоров на оказание услуг с целью сокрытия количества неофициально занятых у заявителя работников и размера их вознаграждения, а также вывода денежных средств и их обналичивания, для чего денежные средства переводились на расчетные счета ООО «Стимул» и ООО «Премьера» под видом оплаты за оказанные услуги, часть указанных денежных средств расходовалась на перечисление вознаграждения физическим лицам, которые работали на территории АО «Контактор» (без начисления страховых взносов и удержания налога на доходы физических лиц (далее – НДФЛ)), а часть – обналичивалась. Состоявшие в штате АО «Контактор» работники через увольнение выводились за штат, затем ООО «Стимул» (ООО «Премьера») заключало с ними трудовые договоры, при этом работники без перерыва продолжали исполнять свои прежние трудовые обязанности на территории АО «Контактор», то есть для работников формально менялась только сторона трудового договора (работодатель) и денежные средства в виде оплаты труда начали поступать не напрямую от АО «Контактор», а предварительно перечислялись налогоплательщиком на счета ООО «Стимул» и ООО «Премьера», а оттуда – на банковские карточки работников или выдавались наличными. Наем части новых работников АО «Контактор» также осуществляло посредством использования схемы трудоустройства через ООО «Стимул» (ООО «Премьера»), когда соискатели направлялись заявителем для оформления на работу в ООО «Стимул» (ООО «Премьера»), или соискатель в поисках работы напрямую обращался в ООО «Стимул» (ООО «Премьера»). В обоих случаях с соискателем заключали трудовой договор ООО «Стимул» или ООО «Премьера» в качестве работодателя и они направлялись на работу на территорию АО «Контактор». И в этом случае заработная плата работникам, которые по такой схеме трудоустраивались на работу в АО «Контактор», также выплачивалась не напрямую, а путем перечисления денежных средств на счета указанных организаций, которые затем переводили их на карточки работников или выдавали наличными. Часть работников работала на территории АО «Контактор» без заключения трудового договора с кем-либо и без записи в трудовой книжке. 

Действия АО «Контактор», ООО «Стимул» и ООО «Премьера», по мнению налогового органа, являлись согласованными и направленными на введение физических лиц в заблуждение относительно реального работодателя с целью освобождения АО «Контактор» от обязательств перед ними, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации (в частности, оплата времени простоя); на введение в заблуждение относительно реального количества работников и величины расходов на оплату труда; на вывод денежных средств через ООО «Стимул» и ООО «Премьера»; на уменьшение налоговых обязательств АО «Контактор», выразившееся в неисполнении обязанностей налогового агента по удержанию и уплате НДФЛ, в неуплате страховых взносов с реальной заработной платы лиц, которые трудились на территории АО «Контактор», в занижении налога на прибыль и НДС.

При этом, как заключение АО «Контактор» договоров с ООО «Стимул» и ООО «Премьера», так и реальное выполнение услуг, указанных в актах и приложениях к ним, силами работников, направленных заявителю спорными контрагентами, налоговым органом фактически не оспаривалось. То есть, выполнение операций, указанных в актах, а также необходимость их использования в производственной деятельности АО «Контактор» налоговым органом под сомнение не ставится. 

Налоговым органом не оспаривалась также фактическая оплата оказанных услуг. Более того, налоговым органом приводится довод о необходимости начисления страховых взносов на стоимость услуг, как на заработную плату работников, которые якобы состояли с заявителем в трудовых отношениях. 

Между тем, как правильно отметили суды, направление работодателем работников для выполнения работ на территории иного хозяйствующего субъекта не противоречит действующему законодательству и предусмотрено статьей 18.1 Закона Российской Федерации от 19.04.1991 № 1032-1 «О занятости населения в Российской Федерации», согласно которой под осуществлением деятельности по предоставлению труда работников (персонала) понимается направление временно работодателем своих работников с их согласия к физическому лицу или юридическому лицу, не являющимся работодателями данных работников, для выполнения данными работниками определенных их трудовыми договорами трудовых функций в интересах, под управлением и контролем принимающей стороны. 

Договор о предоставлении труда работников (персонала) является договором, по которому исполнитель направляет временно своих работников с их согласия к заказчику для выполнения этими работниками определенных их трудовыми договорами трудовых функций в интересах, под управлением и контролем заказчика, а заказчик обязуется оплатить услуги по предоставлению труда работников (персонала) и использовать труд направленных к нему работников в соответствии с трудовыми функциями, определенными трудовыми договорами, заключенными этими работниками с исполнителем.

Из изложенного следует, что в подобном случае работники выполняют работы на территории принимающей стороны в ее интересах и под управлением и контролем принимающей стороны. 

Соответственно, как указали суды, в данном случае само по себе выполнение работниками ООО «Стимул» и ООО «Премьера» операций, входивших в предмет договоров с этими поставщиками, на территории АО «Контактор» под управлением и контролем его сотрудников не свидетельствует о том, что эти работники вступали в трудовые отношения с принимающей стороной. Оказание услуг (выполнение операций, предусмотренных договорами) с учетом графика работы принимающей стороны, в том числе отсутствие осуществления деятельности в период простоев и корпоративных отпусков, также не указывает на наличие трудовых отношений с АО «Контактор» и обусловлено исключительно производственной деятельностью принимающей стороны. 

Кроме того, налоговым органом не опровергнут довод заявителя о том, что оно не желало ни формально, ни фактически вступать в трудовые отношения с предоставленным персоналом, поскольку это противоречило тем экономическим и деловым целям, которыми заявитель руководствовался при заключении договоров с ООО «Стимул» и ООО «Премьера».

Доказательств наличия между АО «Контактор» и физическими лицами – работниками ООО «Стимул» и ООО «Премьера» соглашения о личном выполнении ими определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах заявителя налоговым органом не представлено. 

В спецификациях к договорам указано на осуществление персоналом ООО «Стимул» и ООО «Премьера» определенных действий, а не трудовой функции. 

Большинство свидетелей, допрошенных в ходе проверки, пояснили, что трудовой договор они подписывали с ООО «Стимул» или ООО «Премьера», либо после увольнения с АО «Контактор» были трудоустроены в ООО «Стимул» или ООО «Премьера». 

Выплата заработной платы также производилась ООО «Стимул» и ООО «Премьера». Доказательств выплаты заработной платы работникам поставщиков именно заявителем по настоящему делу налоговым органом также не представлено. 

Оплата в адрес ООО «Стимул» и ООО «Премьера» осуществлялась в зависимости от оказания конкретных объемов услуг. Персонал ООО «Стимул» и ООО «Премьера» находился в «подчинении» у АО «Контактор»  только в той мере, в которой это следовало из существа услуг по договорам. АО «Контактор» не предоставляло персоналу поставщиков отпуска и иные социальные гарантии. 

Таким образом, как посчитали суды, исходя из положений договоров, норм действующего законодательства и существа сложившихся отношений, АО «Контактор» отразило операции с ООО «Стимул» и ООО «Премьера» для целей налогообложения в соответствии с их экономическим смыслом, который заключался в оказании услуг на территории заявителя; при этом искажения сведений о хозяйственных операциях допущено не было.

Доводы налогового органа о том, что в договорах с поставщиками предусмотрено предоставление заявителю только услуг рабочей силы (работников) без предоставления средств производства и организационных и управленческих сопутствующих услугам действий по организации работы физических лиц на территории предприятия; не предусмотрены технологические схемы оказания услуг, использование при оказании услуг средств производства и сметы расчета стоимости услуг, указанных в спецификациях, работники, привлекаемые для оказания тех или иных разнородных услуг, не объединены в группы по специальностям или функциям, судами правомерно отклонены с указанием на то, что действующим законодательством не предусмотрено обязательное включение в договор оказания услуг таких условий, равно как и не запрещено оказание исполнителем услуг с использованием средств производства заказчика. 

В подтверждение довода о том, что ООО «Премьера» было выбрано как контрагент с наиболее выгодными для АО «Контактор» условиями по результатам сопоставления коммерческих предложений поставщиков аналогичных услуг, АО «Контактор» представило копии коммерческих предложений и сопроводительных писем, полученных в процессе поиска поставщика услуг. В частности, заявитель представил предложения общества с ограниченной ответственностью «Анкор» и общества с ограниченной ответственностью «Юнити» – компаний, специализирующихся в сфере работы с персоналом и оказывающих различные услуги.

Основным критерием при принятии решения о привлечении поставщиков являлась производственная необходимость, а именно, прогнозные колебания принятых заказов, которые невозможно произвести за счет создания страховых запасов товаров и силами штатного персонала заявителя. Как видно из данных о выпуске продукции в проверяемом периоде, количество принятых заказов ежемесячно изменялось. В качестве факторов, влиявших на колебания производственных заказов в проверяемом периоде, общество указало: сезонность (летом увеличивается объем строительных работ, осенью и зимой начинается исполнение тендеров), политика тарифообразования (два раза в год общество изменяет тариф и при его повышении дистрибьюторы заранее размещают заказы для пополнения складов по текущим ценам), стимулирование спроса, а также ответы на действия конкурентов с помощью промо- и маркетинговых акций, установление жестких сроков поставок и контролируемый уровень склада.

Таким образом, АО «Контактор» привело расчет экономического эффекта от привлечения поставщиков, который произведен на основании сопоставления затрат на исполнение дополнительных заказов, которые возникли у заявителя при привлечении поставщиков, и затрат, которые бы возникли у него в случае исполнения таких заказов силами его штатного персонала. Сопоставление произведено на основе расчетных часовых ставок персонала поставщиков, занятого в оказании услуг по договорам, часовых ставок штатного персонала АО «Контактор» и количества нормочасов, потребовавшегося дополнительно для покрытия колебаний заказов. При этом расчет нормочасов производится на основе расчетного времени технологических операций, требуемых для выполнения дополнительных заказов силами поставщиков, и сведений из актов выполненных работ поставщиков. Как указывает АО «Контактор», поскольку при проведении тендера, а также при проведении периодических переговоров об изменении цен, заявитель проводил анализ ценовых предложений и запрашивал детальную разбивку цены, сведения о часовых ставках были предоставлены ему поставщиками в рамках данных запросов. 

По утверждению АО «Контактор», экономический эффект в 2016 году составил 3 714 121 руб., в 2017 году – 3 634 663 руб., 2018 году – 4 221 731 руб. При этом налоговый орган доказательств, опровергающих указанные доводы налогоплательщика, не представил. 

Из пояснений АО «Контактор» следует, что указанная экономия связана только с привлечением работников ООО «Стимул» и ООО «Премьера» для выполнения дополнительных заказов. Помимо этого, заявитель получал экономический эффект от приобретения услуг поставщиков по целому ряду административных и общехозяйственных функций. 

Наличие у АО «Контактор» коммерческого интереса в привлечении поставщиков также подтверждается выводами самого налогового органа. 

Так, налоговый орган указал, что в среднем один работник ООО «Премьера» оказывал услуги заявителю в течение 4,85 расчетных месяцев. Соответственно, вступление в трудовые отношения с работниками на столь непродолжительный срок привело бы к дополнительным расходам, поскольку требовало бы значительных административных затрат, связанных с поиском и оформлением работников, а также с расторжением трудовых договоров и оплатой простоев работникам, при отсутствии необходимости в выполнении работ в течение остальных периодов в течение года.

В нарушение положений статьи 65 АПК РФ налоговым органом не представлено в материалы дела доказательств сговора АО «Контактор» и указанных организаций, осуществления АО «Контактор» контроля за действиями ООО «Стимул» и ООО «Премьера» по распоряжению денежными средствами за оплаченные; факт участия налогоплательщика в схеме ухода от налогообложения, взаимозависимость или аффилированность с контрагентами также в процессе рассмотрения дела не установлены.

Доказательств того, что у АО «Контактор» при заключении сделок с указанными контрагентами отсутствовала разумная деловая цель и его действия были направлены исключительно на получение налоговой экономии, налоговым органом также не представлено.

Разнообразие вариантов направления на работу лиц, оформлявших трудовые отношения с ООО «Стимул» и ООО «Премьера», как верно отметили суды, не позволяет сделать однозначный вывод о том, что АО «Контактор» и его контрагенты разработали «схему» для получения необоснованной налоговой выгоды.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно отклонили как несостоятельные доводы налогового органа о фиктивности трудовых отношений ООО «Стимул» и ООО Премьера» с физическими лицами, в том числе с бывшими работниками АО «Контактор».

При таких обстоятельствах, исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, установив, что налоговый орган не доказал наличие в действиях АО «Контактор» нарушения положений статьи 54.1 НК РФ, суды первой и апелляционной инстанций правомерно удовлетворили заявленные требования, признав решение Инспекции от 30.09.2021 № 2489 недействительным, не соответствующим закону, нарушающим права и законные интересы АО «Контактор» в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, судом округа отклоняются, поскольку были предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, получили надлежащую правовую оценку, не опровергают выводы судов, не свидетельствуют о наличии предусмотренных статьей 288 АПК РФ оснований для отмены обжалуемых судебных актов и направлены по существу на переоценку доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела, что в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Принятые по делу судебные акты соответствуют нормам материального и процессуального права, а содержащиеся в них выводы – установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, поэтому отмене не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ульяновской области от 24.11.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2023 по делу № А72-4811/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                           Э.Т. Сибгатуллин

 

Судьи                                                                                  Р.Р. Мухаметшин

 

                                                                                             Л.Ф. Хабибуллин