ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357600, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. (87934) 6-09-16, факс: (87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Ессентуки                                                                                           Дело № А63-2474/2021

11.04.2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05.04.2022.

Постановление изготовлено в  полном объеме 11.04.2022.

 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Сулейманова З.М., судей: Казаковой Г.В., Луговой Ю.Б., при ведении протокола судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам суда первой инстанции дело № А63-2474/2021, по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «АЛкомП» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), к ФИО2, ФИО3, о взыскании долга по договору поставки, пени, процентов, расходов по оплате услуг представителя, при участии в судебном заседании представителя общества с ограниченной ответственностью «АЛкомП» ФИО4 (доверенность от 10.01.2022), представителя ФИО2 ФИО5 (доверенность от 30.03.2021),

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «АЛкомП» (далее – ООО «АЛкомП», общество, истец) обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с исковым заявлением к ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) о взыскании 4 357 800 руб. долга по договору поставки, 4 959 176 руб. пени, 1 428 541 процентов, 60 000 руб. по оплате услуг представителя (уточненные требования). 

Требования истца мотивированы тем, что в результате бездействия бывшего директора ООО «Центр Полимеров Юг» ФИО2 в ЕГРЮЛ внесена запись о ликвидации данного юридического лица, в связи с чем задолженность перед ООО «АЛкомП» осталась не погашенной и имеются основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Центр Полимеров Юг».

Решением суда от 20.07.2021 (с учетом дополнительного решения от 18.08.2021) в удовлетворении исковых требований отказано. Судебный акт мотивирован тем, что у истца отсутствует право требовать взыскания спорных денежных средств в субсидиарном порядке в случае исключения общества из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа, так как вменяемые ответчику недобросовестные или неразумные действия (бездействие), указываемые истцом в качестве противоправного поведения, влекущего субсидиарную ответственность по обязательствам исключенного общества, имели место до 30.07.2017, т.е. до вступления в законную силу Федерального закона от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», на основании которого были внесены изменения в виде положений пункт 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ. Кроме того, суд первой инстанции указал, что истцом не представлены надлежащие доказательства, свидетельствующие о недобросовестности либо неразумности действий ответчика, повлекших неисполнение обязательств ООО «Центр Полимеров ЮГ». 

В апелляционной жалобе и дополнении к ней ООО «АЛкомП» просит решение  суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить исковые требования. В обоснование доводов жалобы истец ссылается, что задолженность ООО «Центр Полимеров ЮГ» была признана ФИО2, о чем составлено соответствующее гарантийное письмо, а исключение ООО «Центр Полимеров ЮГ» из ЕГРЮЛ обусловлено представлением директором ООО «Центр Полимеров ЮГ» недостоверных сведений в регистрирующий орган и не устранением данных ошибок. Также апеллянт указывает, что им предпринимались неоднократные попытки урегулировать спор с ответчиком, им производилась частичная оплата долга, но в полном объеме не оплачена. Более того, о недобросовестности поведения ответчика свидетельствует также то обстоятельство, что после ликвидации ООО «Центр Полимеров ЮГ» ответчик зарегистрировал ООО «Я-Красота», приобрел оборудование и мебель; приобрел трехкомнатную квартиру в г. Ставрополе за 5,5 млн руб. и сделал в ней ремонт. Совокупность данных обстоятельств, по мнению апеллянта, является основанием для удовлетворения исковых требований. 

Определением суда от 05.10.2021 судебное заседание отложено, апелляционным судом у МИФНС №11 по Ставропольскому краю истребованы материалы о прекращении юридического лица ООО «Центр полимеров Юг».

Во исполнение определения суда от 05.10.2021 от МИФНС №11 по Ставропольскому краю поступили копии запрашиваемых документов из регистрационного дела в отношении ООО «Центр полимеров Юг».

От истца поступило ходатайство о привлечении соответчика бывшего учредителя ООО «Центр полимеров Юг» ФИО3 (далее – ФИО3). Ходатайство мотивировано тем, что после ознакомления с документами из регистрационного дела в отношении ООО «Центр полимеров Юг» установлено, что ООО «Центр полимеров Юг» учреждено в 2011 году и единственным участником до августа 2018 года являлся ФИО2, а в августе 2018 года ФИО2 продал свою долю в размере 100% ФИО3, в последующем написав ей заявление о расторжении трудового договора с 30.11.2018. Таким образом, по мнению истца, в действиях ФИО2 и ФИО3 возможен сговор в умышленном исключении ООО «Центр полимеров Юг» из ЕГРЮЛ, в связи с чем, для выяснения фактических обстоятельств необходимо также дать правовую оценку поведения бывшего учредителя ФИО3

Определением от 22.11.2021 апелляционный суд перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции. К участию в деле в качестве ответчика привлечен бывший учредитель ООО «Центр полимеров Юг» ФИО3 Суд исходил из того, что после ознакомления с материалами регистрационного дела истец указал, что в действиях ФИО2 и ФИО3 возможен сговор в умышленном исключении ООО «Центр полимеров Юг» из ЕГРЮЛ, в связи с чем, для выяснения фактических обстоятельств необходимо также дать правовую оценку поведения бывшего учредителя ФИО3 С учетом новых обстоятельств и доводов, не заявленных в суде первой инстанции, фактически рассмотрение данного дела затрагивает права и законные интересы бывшего учредителя ООО «Центр полимеров Юг» ФИО3, не привлеченной к участию в деле.

Судебное заседание откладывалось с целью извещения ФИО3 о рассмотрении настоящего дела. Также направлены запросы миграционную службу с целью выяснения адреса места жительства ФИО3

Определением суда от 15.03.2022 судебное заседание отложено на 05.04.2022 на основании ходатайства ФИО3 в связи с необходимостью предоставления ей возможности ознакомиться с материалами дела и подготовить отзыв на иск.

Истцом представлены доказательства направления в адрес ФИО3 искового заявления. Однако, ФИО3 отзыв на исковое заявление не представлен.

От ФИО2 поступило ходатайство о фальсификации гарантийных писем от 18.02.2016 и 01.09.2016 и назначении по делу судебной экспертизы, мотивированное тем, что возможно данные документы подписаны ФИО2 под угрозой, а оттиск печати на них не проставлялся.

В судебном заседании представитель ООО «АЛкомП» поддержал исковые требования.

Представитель ФИО2 поддержал заявленное ходатайство, просил в удовлетворении исковых требований отказать.

ФИО3, извещенная надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства (о чем свидетельствует в частности подача ходатайства от 11.03.2022 об отложении судебного разбирательства), своих представителей для участия в судебном заседании не направила, в связи с чем, на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в ее отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев заявление ФИО2 о фальсификации доказательств, в частности гарантийных писем от 18.02.2016 и 01.09.2016 в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу об отказе в его удовлетворении по следующим основаниям.

В рамках статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации под фальсификацией доказательств по делу понимается внесение в документы Российской Федерации недостоверных (и даже неполных) сведений, т.е. так называемый интеллектуальный подлог и материальный подлог, то есть искажение формы письменного доказательства - бланк, печать, подпись и др.

Выявление материального подлога, как правило, осуществляется путем проведения почерковедческой экспертизы или технической экспертизы документов. Интеллектуальный подлог может быть выявлен как с помощью бухгалтерской, финансово-экономической и других видов экспертиз, так и без проведения экспертизы путем сопоставления сведений, содержащихся в соответствующих документах, с иными доказательствами по делу.

Доводы, изложенные ФИО2 в заявлении о фальсификации доказательств, носят предположительный характер. Подобное заявление, не содержащее в себе полную уверенность в подделке доказательства, не может быть удовлетворено в установленном статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации порядке. 

Учитывая, что ФИО2, ссылаясь на статью 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской федерации, конкретных доказательств, свидетельствующих о факте подделки (фальсификации), не привел, а лишь дал оценку доказательствам, которые, по его мнению, не могут подтверждать определенные обстоятельства, в связи с чем, оснований для удовлетворения заявления о фальсификации доказательств в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации у суда не имеется.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что по смыслу положений абзаца второго пункта 3 части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации наличие заявления о фальсификации доказательства не является безусловным основанием для назначения судебной экспертизы с учетом того, что достоверность доказательства может быть проверена иным способом, в том числе путем его оценки в совокупности с иными доказательствами в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Кроме того, апелляционный суд учитывает, что материалы дела не содержат доказательств предъявления ответчиком в спорный период мотивированных претензий истцу о ненадлежащем качестве или по объему товара, а также их стоимости, до обращения истца в арбитражный суд с настоящими исковыми требованиями. Доказательств того, что печать выбыла из владения ФИО2, являющего директором ООО «Центр полимеров Юг», помимо его воли, путем введения в заблуждение, обмана, насилия, угрозы, в материалы дела не представлено. Заверение печатью организации подписи конкретного лица при отсутствии доказательств обратного свидетельствует о полномочности этого лица выступать от имени данной организации.

ФИО2 также заявлено ходатайство о назначении по делу экспертизы с целью установления факта проставления подписи ФИО2 или иного уполномоченного лица в гарантийных письмах от 18.02.2016 и 01.09.2016.

Рассмотрев заявленное ходатайство о назначении почерковедческой экспертизы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что заявленное ходатайство не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства, либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

Таким образом, положения статей 82 и 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не устанавливают безусловной обязанности суда назначить экспертизу, в том числе при наличии заявления участвующего в деле лица о фальсификации доказательства.

Суд апелляционной инстанции считает, что ответчик не доказал необходимость назначения судебной экспертизы с учетом отсутствия мотивированных возражений в обоснование ходатайства о фальсификации доказательств.

В рассматриваемом случае позиция ответчика, по существу, сводится к освобождению его возможности удовлетворения исковых требований исключительно по мотиву пропуска срока исковой давности.

Изучив материалы дела, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что исковые требования общества подлежат частичному удовлетворению исходя из следующего.

Как усматривается из материалов дела, 01.04.2013 между ООО «АЛкомП» (поставщик) и ООО «Центр полимеров Юг» (покупатель) в лице директора ФИО2 заключен договор поставки товара № 03/13 (т. 1, л. д. 19-22), по условиям которого поставщик обязался передать в собственность покупателя, а покупатель - принять и оплатить ТМЦ (сотовый поликарбонат и комплектующие к нему, оргстекло, композитные панели, ПВХ, полистирол, другие листовые пластики и каркасы теплиц).

Согласно пункту 3.1 договора покупателю предоставлена отсрочка по оплате каждой партии товара в течение 180 календарных дней.

Истец поставил в адрес ответчика предусмотренный договором № 03/13 товар, что подтверждается представленными в материалы дела товарными накладными.

01.09.2016 между сторонами на аналогичных условиях заключен договор поставки товара № 02/16 (т. 1, л. д. 23-26). 

В гарантийном письме от 18.02.2016 ООО «Центр полимеров Юг» подтвердило наличие задолженности перед  ООО «АЛкомП» по договору поставки № 03/13 от 01.04.2013 в размере 4 366 270 руб. 97 коп. и по договору займа № 3 от 22.10.2013 в размере 2 000 000 руб. ООО «Центр полимеров Юг» обязалось оплатить имеющуюся задолженность в срок до 18.02.2017. Данное письмо подписано директором ООО «Центр полимеров Юг» ФИО2 (т. 2, л. д. 47).

Из содержания гарантийного письма от 01.09.2016 следует, что по состоянию на 01.09.2016 задолженность ООО «Центр полимеров Юг» перед ООО «АЛкомП» по договору поставки № 02/16 от 01.09.2016 составляет 4 357 800 руб. 97 коп., которая будет оплачена не позднее 01.09.2019 (т. 1, л. д. 60).

Согласно пояснениям истца, заключение договора поставки № 02/16 от 01.09.2016 вызвано исключительно необходимостью пролонгации предыдущего договора с предоставлением отсрочки платежей, закрепленных в гарантийных письмах.

В связи с неисполнением ООО «Центр полимеров Юг» обязательств по оплате полученного товара ООО «АЛкомП» обратилось в Арбитражный суд Республики Дагестан с исковым заявлением о взыскании основного долга в размере 4 357 800 руб. 96 коп., пени за неисполнение обязательства по договору в размере 4 959 176 руб. 40 коп., расходов по оплате госпошлины в размере 69 585 руб., расходов на юридические услуги в размере 60 000 руб. 

Вступившим в законную силу определением Арбитражный суд Республики Дагестан от 23.11.2020 производство по делу № А15-5989/2019 прекращено, в связи с тем, что 25.01.2019 ООО «Центр полимеров Юг» было исключено из ЕГРЮЛ. 

Ссылаясь на то, что причиной исключения ООО «Центр полимеров Юг» из ЕГРЮЛ явилось предоставление недостоверных сведений со стороны директора ФИО2, а неисполнение обязательств обусловлено исключительно недобросовестными действиями ФИО2, ООО «АЛкомП» обратилось в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Частями 1 - 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании.

Как установлено частью 1 статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации, если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Для кредиторов юридических лиц, исключенных из ЕГРЮЛ законодателем предусмотрена возможность защитить свои права путем предъявления исковых требований к лицам, указанным в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (лицам, уполномоченным выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица), о возложении на них субсидиарной ответственности по долгам ликвидированного должника. 

Соответствующие положения закреплены в пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах). Согласно указанной норме, одним из условий удовлетворения требований кредиторов является установление того обстоятельства, что долги общества с ограниченной ответственностью перед кредиторами возникли из-за неразумности и недобросовестности лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. Само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в пункте 3.1 статьи 3 Закона об обществах. 

Кроме того, из принципов ограниченной ответственности и защиты делового решения (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»; далее - постановление Пленума № 53) следует, что подобного рода ответственность не может и презюмироваться, даже в случае исключения организации из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона о государственной регистрации. 

При разрешении такого рода споров истец должен доказать, что невозможность погашения долга перед ним возникла по вине ответчика в результате его неразумных либо недобросовестных действий. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства. 

Приведенная выше правовая позиция неоднократно выражена Верховным Судом Российской Федерации в определениях от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, 06.07.2020 № 307-ЭС20-180, от 17.07.2020 № 302-ЭС20-8980 и др. 

Физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпорацией в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества). Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества (исключение из ЕГРЮЛ)) необходимо установление наличия убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами. 

Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора не вызвана рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц. 

Субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, поэтому по названной категории дел не может быть применен общий стандарт доказывания. 

Не любое, даже подтвержденное косвенными доказательствами, сомнение в отсутствии контроля должно толковаться против контролирующего должника лица, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой доказательств подтверждать факт возможности давать прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания. 

Бремя доказывания наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении контролирующих юридическое лицо лиц возлагается законом на истца (пункты 1, 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства. 

В гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников). Иное в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязано доказать лицо, требующее привлечения к субсидиарной ответственности. 

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

По смыслу статьи 3 Закона об обществах, если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Лицо, контролирующее должника, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

В подпункте 5 пункта 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор, в том числе, знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Из материалов дела следует, что ООО «Центр полимеров Юг» исключено из ЕГРЮЛ 25.01.2019, в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

С целью всестороннего исследования обстоятельств настоящего дела, апелляционным судом у МИФНС №11 по Ставропольскому краю истребованы материалы о прекращении юридического лица ООО «Центр полимеров Юг».

На запрос суда от МИФНС №11 по Ставропольскому краю поступили копии запрашиваемых документов из регистрационного дела в отношении ООО «Центр полимеров Юг».

Так из представленных материалов видно, что 29.09.2018 ФИО2 подписано заявление о досрочном прекращении трудового договора от 15.11.2011 и увольнении его с 30.11.2018 по собственному желанию. 

Также в адрес учредителя ООО «Центр полимеров Юг» ФИО3 направлено уведомление от 30.09.2018 о расторжении трудового договора со ФИО2 и необходимости принятия решения об избрании нового директора, в связи с досрочным увольнением действующего директора по собственному желанию.

Вместе с тем, сведения о смене и избрании нового директора ФИО3  в регистрирующий орган не направлялись.

Таким образом, ФИО2 безусловно знал о наличии непогашенной задолженности ООО «АЛкомП», что подтверждается гарантийными письмами, подписанными ФИО2

Однако, ни бывшим директором, ни учредителем не предпринято никаких мер по погашению имеющейся задолженности. 

За время рассмотрения дела ФИО2 подробно не раскрыл обстоятельства имеющихся взаимоотношений между ООО «АЛкомП» и ООО «Центр полимеров Юг», а также чем вызвана невозможность оплаты поставленного товара на значительную сумму, признанную в гарантийных письмах. ФИО2 не раскрыты причины прекращения трудовых отношений в ООО «Центр полимеров Юг», чем обусловлено увольнение в преддверии наступления даты погашения задолженности перед ООО «АЛкомП».

В свою очередь, истец в суд апелляционной инстанции пояснил, что ранее между сторонами имелись длительные доверительные отношения, а начиная с 2015 года со стороны ООО «Центр полимеров Юг» начались просрочки оплаты товара. Истцом предпринимались все возможные попытки урегулировать спор в мирном порядке, в адрес ФИО2 направлялись соответствующие письма, а после не достижения договоренности истец обратился в правоохранительные органы по факту мошенничества.

Также истец указал, что после наращивания долга перед ООО «АЛкомП» и неисполнения обязанности по его оплате, ФИО2 основал новое юридическое лицо - ООО «Я - красота» (ОРГН 1172651008606, 19.04.2017, учредитель и директор Скидан Е.В.), расположенное в центре г. Ставрополя, сделан ремонт, закуплено оборудование и мебель. Приобретена машина Volkswagen Passat, квартира более чем за 5,5 млн. руб., в которой также произведен ремонт и закуплена мебель.

Все указанные действия совершены ФИО2 при наличии непогашенного долга перед ООО «АЛкомП».

Как было указано выше, директор обязан дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Между тем, приведенные истцом обстоятельства ФИО2 не опровергнуты. Какие-либо документальные доказательства обратного не представлены. Возражения ФИО2 основаны исключительно на его утверждениях о недоказанности истцом факта злоупотребления правом со стороны директора.

ФИО2 также не раскрыта судьба полученных от ООО «АЛкомП» товаров, не раскрыты финансовые показатели и причины, по которым вызвана невозможность оплаты долга перед истцом. 

При таких обстоятельствах, учитывая осведомленность ФИО2 о наличии задолженности перед ООО «АЛкомП», прекращение деятельности юридического лица должно было происходить через процедуру ликвидации, с погашением имеющейся задолженности, а при недостаточности средств через процедуру банкротства.

Таким образом, указанные обстоятельства исключения из ЕГРЮЛ нельзя признать нормальной практикой, а действия ФИО2 противоречат основной цели деятельности коммерческой организации. Действия ФИО2, повлекшие исключение общества из ЕГРЮЛ, лишили истца возможности взыскать задолженность с ООО «Центр полимеров Юг» в порядке исполнительного производства, а при недостаточности имущества - возможности участвовать при ликвидации ООО «Центр полимеров Юг» путем включения в промежуточный ликвидационный баланс.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о доказанности факта недобросовестности и неразумности действий ФИО2, который имели своей целью ликвидацию ООО «Центр полимеров Юг» в отсутствие удовлетворения требований кредиторов, в частности истца, что свидетельствует о наличии основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Центр полимеров Юг».

В отношении исковых требований к ФИО3 судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как было указано выше, основанием для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества может являться доказанным факт злоупотребления правом.

Из материалов дела следует, что договоры поставки, товарные накладные и гарантийные письма подписаны со стороны ООО «Центр полимеров Юг» директором ФИО2, а сами отношения по поставке товара имели место в 2013-2015 годы.

При этом, ФИО3 стала учредителем ООО «Центр полимеров Юг» 23.08.2018, то есть после совершенных ФИО2 сделок и незадолго до исключения общества из ЕГРЮЛ.

Данные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии причинно-следственной связи между бездействием ФИО3 и возникновением у истца убытков, поскольку доказательств ее осведомленности о наличии задолженности перед ООО «АЛкомП» не представлено.

Следовательно, в удовлетворении требований к ФИО3 следует отказать.

Относительно размера убытков, подлежащих взысканию со ФИО2, апелляционный суд исходит из следующего.

В ходе рассмотрения дела ФИО2 заявлено о пропуске срока исковой давности.

В силу статьи 203 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 2 пункта 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее - постановление Пленума № 43) срок исковой давности по требованию о взыскании процентов, неустойки исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу, определяемому применительно к каждому дню просрочки. Признание обязанным лицом основного долга, в том числе в форме его уплаты, само по себе не может служить доказательством, свидетельствующим о признании дополнительных требований кредитора, не может расцениваться как основание перерыва течения срока исковой давности по данному дополнительному требованию.

Из смысла данных разъяснений следует, что необходимо учитывать волеизъявление должника на совершение действий, направленных на перерыв срока исковой давности не только по основным, но также и по дополнительным требованиям.

Судом апелляционной инстанции установлено, что в гарантийном письме от 01.09.2016 ответчик признал сумму основного долга в размере 4 357 800 руб. 97 коп., обязав оплатить ее не позднее 01.09.2019 (т. 1, л. д. 137).

Доказательства совершения ответчиком действий по признанию суммы неустойки и процентов за пользование чужими денежными средствами, материалы дела не содержат.

При этом, срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки (статья 330 Гражданского кодекса Российской Федерации) или процентов, подлежащих уплате по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу, определяемому применительно к каждому дню просрочки (пункт 25 постановления Пленума № 43).

Иными словами, требование о взыскании неустойки и процентов за пользование чужими денежными средствами может быть удовлетворено в пределах трехгодичного срока, предшествующего дате предъявления иска о взыскании неустойки и процентов.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.02.2009 № 11778/08 и от 15.01.2013 № 10690/12; определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.06.2018 № 306-ЭС18-8595 по делу № А49-81/2017, от 10.11.2017 № 304-ЭС17-16020 по делу № А75-12908/2016, от 02.10.2017 № 307-ЭС17-13263 по делу № А56-96100/2015, от 06.02.2017 № 310-ЭС16-16833 по делу № А62-7111/2015.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 16 постановления Пленума № 43 течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку. В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

Из системного толкования статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации и части 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует правило, в соответствии с которым течение срока исковой давности приостанавливается на срок фактического соблюдения претензионного порядка (с момента направления претензии до момента получения отказа в ее удовлетворении), непоступление ответа на претензию в течение 30 дней либо срока, установленного договором, приравнивается к отказу в удовлетворении претензии, поступившему на 30 день, либо в последний день срока, установленного договором. Таким образом, если ответ на претензию не поступил в течение 30 дней или срока, установленного договором, или поступил за их пределами, течение срока исковой давности приостанавливается на 30 дней либо на срок, установленный договором для ответа на претензию.

Из материалов дела следует, что исковое заявление сдано в почтовое отделение связи 15.02.2021, в то время как срок исполнения обязательств по оплате поставленного товара по гарантийному письму истекал 01.09.2019. Следовательно, срок исковой давности по требованию о взыскании основного долга истцом не пропущен, а требования о взыскании неустойки подлежат взысканию в пределах трехлетнего периода, предшествующего дате предъявления иска с учетом соблюдения досудебного порядка, т.е. с 15.01.2018.

В силу пункта 8.1 договора за нарушение сроков оплаты поставщик вправе требовать с покупателя уплаты неустойки (пени) в размере 0,1% от неуплаченной суммы за каждый день просрочки.

Из содержания искового заявления следует, что истец просит взыскать с ответчика неустойку в размере 4 959 176 руб. за период 01.09.2016 по 05.11.2019.

В связи с частичным истечением срока давности по требованиям о взыскании неустойки, апелляционным судом произведен перерасчет неустойки за период с 15.01.2018 по 05.11.2019, согласно которому размер неустойки составил 2 876 148 руб. 

Следовательно, в остальной части требования о взыскании неустойки удовлетворению не подлежат.

Истцом также заявлено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 1 428 541 руб.

В соответствии с пунктом 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если законом или соглашением сторон установлена неустойка за нарушение денежного обязательства, на которую распространяется правило абзаца первого пункта 1 статьи 394 Гражданского кодекса Российской Федерации, то положения пункта 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации не применяются. В этом случае взысканию подлежит неустойка, установленная законом или соглашением сторон, а не проценты, предусмотренные статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При таких обстоятельствах, поскольку договором поставки предусмотрена ответственность в виде договорной неустойки, то оснований для взыскания с ответчика процентов в размере 1 428 541 руб. не  имеется.

Истцом также заявлены требования о взыскании с ответчика расходов на оплату услуг представителя в размере 60 000 руб.

В соответствии со статьей 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вопросы распределения судебных расходов, отнесения судебных расходов на лицо, злоупотребляющее своими процессуальными правами, и другие вопросы о судебных расходах разрешаются арбитражным судом в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении.

Согласно пункту 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – Постановление № 1) лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (пункт 11 Постановления № 1).

Пунктом 12 Постановления № 1 разъяснено, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статьи 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 13 Постановления № 1 разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 21.12.2004 № 454-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым – на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Именно поэтому в части 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. Реализация права по уменьшению суммы расходов судом возможна лишь в том случае, если он признает эти расходы чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела.

С учетом указанных разъяснений, процессуальное законодательство предусматривает возможность снижения судом суммы предъявленной ко взысканию судебных расходов в двух случаях – если стороной представляются доказательства их чрезмерности либо если заявленная ко взысканию сумма издержек носит явно неразумный характер.

Исходя из изложенного, в договоре между стороной по делу и ее представителем может быть установлен любой размер гонорара представителя, между тем, при взыскании соответствующих расходов должен соблюдаться баланс интересов, как истца, так и ответчика, и применяться принцип разумности пределов расходов на представителя, что реализуется в праве суда распределить судебные расходы с учетом указанных критериев.

В рассматриваемом случае, истцом заявлено требование об отнесении на ответчика расходов, связанных с оплатой услуг представителя в размере 60 000 руб.

В качестве доказательств понесенных расходов истцом представлены: соглашение об оказании юридических услуг от 24.04.2019 (далее – соглашение), платежные поручения № 93 и № 94 от 26.04.2019 (т. 1, л.д. 14-15, 111-112).

Из материалов дела следует, что интересы истца при рассмотрении настоящего дела в Арбитражном суде Ставропольского края представляла ФИО6, которой составлены: исковое заявление (т. 1, л.д. 3-11), ходатайство о приобщении уточненного искового заявления и платежных поручений (т. 1, л.д. 102-112), ходатайство об отложении судебного разбирательства (т. 1, л. д. 114).

Оценив объем услуг, указанных в соглашении, а также фактически оказанных согласно материалам дела, суд апелляционной инстанции на основании положений статей 101, 106, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приходит к выводу о том, что разумной стоимостью оказанных юридических услуг является 60 000 руб.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

С учетом того, что исковые требования удовлетворены частично, то с учетом принципа пропорциональности со ФИО2 в пользу истца следует взыскать расходы по оплате услуг представителя в размере 40 392 руб., расходы по государственной пошлине по иску в размере 51 654 руб. и по апелляционной жалобе в размере 2 020 руб.

Также истцу из средств федерального бюджета государственную пошлину в размере 10 589 руб., излишне уплаченную по чеку от 12.02.2021 при подаче иска.

Согласно части 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при наличии оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 настоящего Кодекса, арбитражный суд апелляционной инстанции рассматривает дело по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, в срок, не превышающий трех месяцев со дня поступления апелляционной жалобы вместе с делом в арбитражный суд апелляционной инстанции. О переходе к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции выносится определение с указанием действий лиц, участвующих в деле, и сроков осуществления этих действий.

На отмену решения арбитражного суда первой инстанции указывается в постановлении, принимаемом арбитражным судом апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 266, 268 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ставропольского края от 20.07.2021 и дополнительное решение Арбитражного суда Ставропольского края от 18.08.2021 по делу № А63-2474/2021 отменить. 

В удовлетворении заявления ФИО2 о фальсификации доказательств и назначении судебной экспертизы отказать.

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать со ФИО2 (

<

...>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «АЛкомП» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) основной долг в размере 4 357 800 руб., неустойку в размере 2 876 148 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 40 392 руб., расходы по государственной пошлине по иску в размере 51 654 руб. и по апелляционной жалобе в размере 2 020 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «АЛкомП» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) из средств федерального бюджета государственную пошлину в размере 10 589 руб., излишне уплаченную по чеку от 12.02.2021 при подаче иска.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                         З.М. Сулейманов

Судьи                                                                                                            Ю.Б. Луговая

                                                                                                                                   Г.В. Казакова