ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А82-1190/2017

г. Киров

17 марта 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 марта 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 марта 2021 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Шаклеиной Е.В.,

судейДьяконовой Т.М., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,

при участии в судебном заседании:

представителя ФИО3 ФИО4, по доверенности от 09.03.2021,

представителя АО «Булгар банк» ФИО5, по доверенности от 08.01.2021.

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО3, конкурсного управляющего акционерного общества «Булгар банк» в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 24.11.2020 по делу № А82-1190/2017, 

по заявлению по заявлению конкурсного управляющего акционерного общества «Булгар банк» в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

о признании недействительными сделками банковских операций по выдаче денежных средств ФИО3 в размере 13 323 331,12 руб., в том числе: 22.12.2016 в размере 13 085 800 руб. и 27.12.2016 в размере 278 392,50 руб. и применении последствий недействительности сделок,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Булгар банк» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

установил:

а рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Булгар банк» (далее – должник, АО «Булгар банк», Банк) конкурсный управляющий в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее также конкурсный управляющий, Агентство, заявитель жалобы) в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника обратился в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением о признании недействительными сделками банковских операций по выдаче денежных средств ФИО3 (далее также ответчик) в размере 13 323 331 руб. 12 коп., в том числе: 22.12.2016 в размере 13 085 800 руб. и 27.12.2016 в размере 237 531 руб. 12 коп., применении последствий недействительности сделок.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 21.02.2019 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 27.06.2019 определением Арбитражного суда Ярославской области от 21.02.2019, оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 06.11.2019 определение Арбитражного суда Ярославской области от 21.02.2019 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 27.06.2019 отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ярославской области.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 21.01.2020 заявление конкурсного управляющего Акционерного общества «Булгар банк» в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» принято к рассмотрению.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 24.11.2020 банковская операция от 22.12.2016 по выдаче ФИО3 денежных средств в размере 13 085 800 руб. со счета в  АО «Булгар банк» № 42307810210000000161 признана недействительной, применены последствия недействительности сделки: с ФИО3 в пользу АО «Булгар банк» взысканы денежные средства в размере 13 085 800 руб., восстанвлена задолженность АО «Булгар банк» перед ФИО3 в сумме 13 085 800 руб. по счету в  АО «Булгар банк» № 42307810210000000161; с ФИО3 в пользу АО «Булгар банк» взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами, подлежащие начислению на сумму 13 085 800 руб. по ключевой ставке Банка России в размере 4,25 % годовых, с момента вступления в силу настоящего определения до момента фактического исполнения обязательства.

В остальной части в удовлетворении заявленных требований отказано.

ФИО3, конкурсный управляющий АО «Булгар банк» с принятым определением суда не согласились, обратились во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобами.

ФИО3 в апелляционной жалобе просит определение Арбитражного суда Ярославской области от 24.11.2020 по делу №А82-1190/2017 отменить; в удовлетворении заявления отказать.

Указывает, что суд, установив наличие презумпции заинтересованности ответчика, посчитал, что такая заинтересованность подтверждает осведомленность ответчика об объективном банкротстве банка, что противоречит разъяснениям Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.04.2019, поскольку такая осведомленность должна быть доказана по общим правилам (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее также - АПК РФ). Наличие признаков объективного банкротства банка на дату 22.12.2016 не доказано (пп. 2 пункта 1 статьи 270 АПК РФ) и противоречит иным обособленным спорам по делу. Все указанные судом документы и обстоятельства могут свидетельствовать только о событиях после 23.12.2016 и не могут быть учтены как признаки банкротства (негативного финансового состояния) на дату сделки - 22.12.2016, что свидетельствует о нарушении судебным актом пп. 2 пункта 1 статьи 270 АПК РФ. Выводы суда об одновременном снятии денежных средств заинтересованными лицами противоречат обстоятельствам спора (пп. 3 пункта 1 статьи 270 АПК РФ). Десятки незаинтересованных вкладчиков даже после совершения спорной операции имели возможность снятия денежных средств в банке. Доказанным является тот факт, что отношения ответчика с банком не являлись необычными. Судом в нарушение статьи 71 АПК РФ не оценены доводы ответчика в опровержение презумпции заинтересованности (пп. 4 пункт 1 статьи 270 АПК РФ), чем нарушена позиция постановления Президиума ВС РФ от 21.10.2020 № 285-ПЭК18 (3)). В материалы дела представлены доказательства отсутствия какого-либо влияния ФИО6 (родственника ответчика) на банк в спорный период (нотариальные опросы сотрудников банка). Согласно представленной выписке по счету после проведения спорных операций ответчик продолжал осуществлять расчетно-кассовое обслуживание в банке, что свидетельствует об отсутствии осведомленности ответчика. Одной из разумных экономических причин снятия денежных средств, на что последовательно ссылался ответчик, является негативная информация о банковском секторе. Потеря процентов по вкладу отсутствовала исходя из условий договора о ежемесячной выплате процентов, что является признаком обычности сделки.

Конкурсный управляющий АО «Булгар банк» в апелляционной жалобе просит определение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего АО «Булгар Банк» о признании недействительной банковской операции от 22.12.2016 в размере 237 531,12 руб. и применении последствий недействительности сделки отменить, принять новый судебный акт, заявленные требования конкурсного управляющего АО «Булгар Банк» удовлетворить в полном объеме.

Указывает, что судом не учтено, что конкурсным управляющим Банком оспаривалась совокупность сделок. Банковская операция от 27.12.2016 в размере 237 531 руб. 12 коп. оспаривалась конкурсным управляющим Банком в совокупности - то есть не как отдельные сделки, а как взаимосвязанные сделки, которые преследовали единую цель в виде обнуления остатков по всем счетам ответчика в предбанкротный период Банка. Судом не дана оценка доводам конкурсного управляющего Банком о недействительности банковской операции от 27.12.2016 на основании пунктов 1-2 статьи 61.3 Закона о банкротстве. ФИО3 было оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством РФ о несостоятельности (банкротстве). В рассматриваемой ситуации требования ФИО3 фактически были удовлетворены в полном объеме, путем того, что ответчик получил возможность вывести денежные средства незадолго до отзыва лицензии у АО «Булгар Банк». Наличие у АО «Булгар банк» иных кредиторов на момент совершения оспариваемой сделки подтверждается реестром требований кредиторов Банка, согласно которого у АО «Булгар банк» имелись обязательства перед физическими и юридическими лицами по договорам вклада, счета и др., а также обязательным платежам в бюджет. Действия же ФИО3 по снятию денежных средств от 22.12.2016 и 27.12.2016 повлекли изменение состава имущества и обязательств Банка. Ответчик получил преимущественное удовлетворение своего требования перед другими кредиторами Банка, которые получат удовлетворение своих требований в порядке, предусмотренном законодательством РФ о несостоятельности (банкротстве) в рамках своей очереди и пропорционально суммам своих требований. Судом первой инстанции установлено, что на момент совершения оспариваемых банковских операций ФИО3 отвечала признакам заинтересованного лица на основании пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве, поскольку является родной мамой Председателя правления ФИО7 Гумаровича. Действия ФИО3, направленные на вывод денежных средств в преддверии отзыва лицензии на осуществление банковских операций, свидетельствуют об осведомленности ответчика о ситуации в Банке и их взаимосвязи друг с другом. Вывод суда об отсутствии оснований для применения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве не соответствует представленным в материалы дела доказательствам. Судом неправильно определен момент, с которого подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами. С ФИО3 в пользу АО «Булгар банк» подлежат взысканию проценты за пользование чужими денежными средствами с 22.12.2016 по 24.11.2020 (3 834 146 руб. 05 коп.), а также проценты, подлежащие начислению не только на сумму 13 085 800 руб. по ключевой ставке Банка, но и на сумму 237 531 руб. 12 коп. с момента вступления в силу настоящего определения до момента фактического исполнения обязательства.

ФИО3 в отзыве на апелляционную жалобу конкурсного управляющего должника просит в удовлетворении жалобы отказать.

Указывает, что вывод заявителя о необходимости оспаривания отдельных операций на сумму менее 1 400 000 руб. противоречит разъяснениям судебной практики. Согласно пунктам 1 - 3 статьи 11 Федерального закона от 23.12.2003 №177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации» размер возмещения по вкладам каждому вкладчику устанавливается исходя из суммы обязательств по вкладам банка, в отношении которого наступил страховой случай, перед этим вкладчиком. При исчислении суммы обязательств банка перед вкладчиком в расчет принимаются только вклады, застрахованные в соответствии со статьей 5 настоящего Федерального закона. Возмещение по вкладам в банке, в отношении которого наступил страховой случай, выплачивается вкладчику в размере 100 процентов суммы вкладов в банке, но не более 1 400 000 руб., если иное не установлено настоящим Федеральным законом. С учетом того, что сделки, в удовлетворении заявлений об оспаривании которых было отказано отвечают всем изложенным критериям, основания для отмены судебного акта в данной части не имеется. Довод о необходимости признания недействительной сделки по статье 61.2 Закона о банкротстве основан на неверном толковании норм права, поскольку сделка по выдаче вклада может быть только сделкой совершенной с предпочтением. В обоснование заявленной жалобы приведены доводы о необходимости начисления процентов с момента совершения сделки. Между тем данная позиция основана на ошибочном толковании норм права. В настоящем споре сделки признаны недействительными по пункту 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, следовательно, отсутствует обязательный критерий субъективной недобросовестности ответчика. Тот факт, что при оспаривании сделок кредитных организаций на конкурсного управляющего возлагается дополнительная обязанность по доказыванию выхода сделки за пределы обычной хозяйственной деятельности, в частности, по основаниям заинтересованности не означает осведомленности ответчика о наличии оснований для признания сделки недействительной. В суде первой инстанции заявитель о начислении процентов с даты сделок не просил, надлежащий расчет не представлял, указанное существенно ограничило право на истца не представление контррасчета и возражений по существу спора.

АО «Булгар банк» в отзыве на апелляционную жалобу указывает, что на момент совершения оспариваемых банковских операций ФИО3 отвечала признакам заинтересованного лица на основании пункта 2 статьи 2 статьи 19 Закона о банкротстве, поскольку является родной матерью Председателя правления Банка ФИО6 (ФИО6 возглавлял банк в период с 02.06.2016, в том числе, после смены участников банка, состоявшейся 16.03.2016, то есть в пределах года до даты назначения временной администрации). Из ответа Управления ЗАГС кабинета министров Республики Татарстан от 04.04.2018 №2860 супругой Правления Банка ФИО6 является ФИО8, которая являлась до 16.03.2016 владельцем акции Банка (9,67%), а также в соответствии с Трудовым договором №19/11 в период с 01.04.2011 и до отзыва у Банка лицензии занимала должность заместителя начальника отдела валютного контроля Банка. Располагая недоступной другим кредиторам информацией вследствие взаимосвязи с сотрудниками Банка, ФИО3 очевидно действовала недобросовестно, получив удовлетворение своих требований в полном объеме незадолго до отзыва лицензии у Банка в обход требований иных кредиторов первой очереди. Снятие наличных денежных средств ФИО3 в сумме 13 085 800 руб. произошло 22.12.2016, в один и тот же день со снятием денег иными лицами, а именно ФИО9, ФИО8, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ООО «Казан Утлары». Одномоментное снятие заинтересованными лицами всех крупных сумм со своих счетов не является случайным совпадением, а свидетельствует об осведомленности данных лиц о ситуации в банке и их взаимосвязи друг с другом. Согласно решению Арбитражного суда Ярославской области о признании АО «Булгар банк» несостоятельным (банкротом) установлено, что стоимость активов Банка по состоянию на дату отзыва лицензии составила 531 369 000,00 руб., при этом размер обязательств составил 1 445 537 000,00 руб. Признаки недостаточности имущества не могли возникнуть разово, в рамках столь короткого  промежуточного времени до отзыва лицензии, таким образом признаки недостаточности имущества имелись у АО «Булгар банк» уже по состоянию на 22.12.2016 и 27.12.2016. Отдельно отмечает, что АО «Булгар банк» допускало искажение отчетности, о чем прямо указано в Приказе Банка России №ОД-73 от 16.01.2017 об отзыве лицензии, а также в ответе Банка России, что опровергает довод оппонента об отсутствии признаков неплатежеспособности со ссылкой на опубликованную на сайте Банка России отчетность. При анализе финансового состояния банка необходимо учитывать позицию Верховного Суда РФ, изложенную в определении №308-ЭС18-16370 от 25.04.2019, согласно которой признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества кредитной организации должны устанавливаться исходя из необходимости соблюдения предписаний Банка России. Просит оставить апелляционную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Ярославской области от 24.11.2020 по делу №А82-1190/2017 без удовлетворения.    

АО «Булгар банк» в дополнительных объяснениях указывает, что совершенные ответчиком оспариваемые банковские операции от 22.12.2016 в размере 13 085 800 руб. и 27.12.2016 в размере 237 531 руб. 12 коп. по снятию денежных средств в преддверии отзыва у Банка банковской лицензии являются единой исполнительной сделкой по списанию денежных средств со счетов ответчика, их сумма превышает порог страхового возмещения. Оспариваемая операция от 27.12.2016 является взаимосвязанной с первоначальной сделкой от 22.12.2016, не отличается, в том числе, назначением и получателем платежа (кассовой операции). Отказывая в удовлетворении требований АО «Булгар банк» в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» по иному обособленному спору в рамках дела о несостоятельности (банкротство) АО «Булгар банк» №А82-1190/2017, суд первой инстанции мотивировал аналогичными обстоятельствами. Факт начисления Банком процентов подтверждается анализом представленной выписки в материалы обособленного спора, оставленной без должного внимания судом первой инстанции. Оспариваемые банковские (кассовые) операции от 22.12.2016 и от 27.12.2016 является единой исполнительной сделкой по списанию денежных средств со счетов ответчика, их общая сумма превышает порог страхового возмещения. Начисление процентов за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица. Учитывая статус заинтересованного лица ответчика по отношению к Банку, отмечает, что ФИО3 осознавала  или должна была узнать о том, что у сделки имеются основания недействительности в соответствии со статьями 61.1 или 61.3 Закона о банкротстве.  

В судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлен перерыв до 11.02.2021 до 12 час. 45 мин., в порядке 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание отложено до 10.03.2021 до 08 час. 45 мин. Информация о перерыве, об отложении судебного заседания размещена в системе КАД арбитр. 

В судебное заседание (10.03.2021) обеспечена явка представителей Банка и ФИО3, которые поддержали доводы своих апелляционных жалоб.

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле.

Законность определения Арбитражного суда Ярославской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, 06.12.2012 ФИО3 (вкладчик) и АО «Булгар банк» (банк) заключили договор банковского вклада «Перспективный-12» № ПЕР12000000705 (далее – договор), согласно которому вкладчик передает, а банк принимает во вклад денежные средства вкладчика на срок 5 лет под 12 % годовых, и обязуется возвратить сумму вклада и начисленные на нее проценты (доход по вкладу) в порядке и на условиях, определенных настоящим договором (т.1, л.д.-24).

По пункту 1.4 договора дата возврата денежных средств - 05.12.2017.

В силу пункта 1.5 договора банк зачисляет переданные во вклад денежные средства на открытый вкладчику лицевой счет № 42307810210000000161.

В соответствии с пунктами 2.3.1 и 2.1.4 договора банк обязуется выдать вклад по первому требованию вкладчика, в случае если сумма досрочного снятия денежных средств с вклада превышает сумму 100 000 руб., вкладчик обязуется сделать заказ за сутки до снятия наличных денежных средств по вкладу, за исключением снятия денежных средств в срок, указанный в пункте 1.1 договора.

Банк ежемесячно начисляет проценты на сумму вклада, начисленные и не выплаченные проценты увеличивают сумму вклада, на которую начисляются проценты (пункты 3.1, 3.2 договора).

Пунктом 3.6 договора установлено, что в случае досрочного востребования всей суммы вклада, договор считается расторгнутым, а не начисленные проценты по вкладу за последний неполный календарный месяц начисляются и выплачиваются, исходя из процентной ставки по вкладу «До востребования».

Согласно выписке по договору банковского вклада (т.1, л.д.-25-27) по данному договору банковского вклада со счета № 42307810210000000161 были осуществлены банковские операции по выдаче ФИО3 денежных средств 22.12.2016 в размере 13 085 800 руб. и 27.12.2016 в размере 237 531 руб. 12 коп.

Остаток по счету стал составлять 0,00 руб.

Приказами Банка России от 16.01.2017 № ОД-73 и 16.01.2017 № ОД-74  у АО «Булгар банк» отозвана лицензия на осуществление банковских операций; а также назначена временная администрация.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 01.02.2017 в отношении АО «Булгар банк» возбуждено дело о несостоятельности  (банкротстве).

Решением Арбитражного суда Ярославской области от 02.03.2017 АО «Булгар банк» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, функции конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

Конкурсный управляющий, полагая, что указанные сделки являются недействительными, обратился в Арбитражный суд Ярославской области с настоящим заявлением.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб и отзывов на них, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве определено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Как разъяснено в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), по правилам главы Ш.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться банковские операции.

В силу пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

- сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

- сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

В силу разъяснений, изложенных в пункте 10 Постановления № 63, применяя перечень условий, когда имеет место оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами, приведенный в абзацах втором - пятом пункта 1 указанной статьи, судам следует иметь в виду, что для признания наличия такого предпочтения достаточно хотя бы одного из этих условий.

Бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, возлагается на оспаривающее ее лицо (абзац 5 пункта 10 Постановления № 63).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Согласно пункту 1 статьи 189.90 Закона о банкротстве сделка, совершенная кредитной организацией или иным лицом за ее счет, может быть признана арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве кредитной организации, недействительной по заявлению конкурсного управляющего в порядке и по основаниям, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, ГК РФ и другими федеральными законами, с учетом особенностей, установленных настоящим параграфом. К оспариванию таких сделок применяются правила, предусмотренные пунктами 1-10 статьи 189.40 Закона о банкротстве.

По смыслу пункта 4 статьи 189.40 Закона о банкротстве в случае оспаривания на основании статьи 61.3 данного закона сделок по выдаче наличных денежных средств со счета клиента бремя доказывания выхода сделок за пределы обычной хозяйственной деятельности кредитной организации лежит на истце (конкурсном управляющем), что (в отличие от общих правил об оспаривании сделок - пункт 2 статьи 61.4 Закона) по сути означает наличие презумпции совершения кредитной организацией подобного рода сделок в рамках обычной хозяйственной деятельности.

Следовательно, в дополнение к обстоятельствам, входящим в предмет доказывания по правилам статьи 61.3 Закона о банкротстве, истец должен доказать выход сделок, совершенных как в месячном, так и в шестимесячном интервале до назначения временной администрации, за пределы обычной хозяйственной деятельности банка.

Как разъяснено в пункте 35.3 Постановления № 63, поскольку указанные в пунктах 35.1 и 35.2 названного постановления сделки (списание и перечисление денежных средств с расчетного счета клиента, выдача средств по вкладам и депозитам и т.д.) в принципе относятся к обычной хозяйственной деятельности кредитной организации, в силу пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве при их оспаривании на основании статьи 61.3 конкурсный управляющий кредитной организации обязан доказать, что соответствующие сделки выходят за пределы такой деятельности.

Предполагается (пока не доказано иное), что сделка вышла за пределы обычной хозяйственной деятельности при наличии хотя бы одного из следующих условий:

1) оспариваемый платеж был осуществлен кредитной организацией через корреспондентский счет (субсчет) с нарушением очередности, установленной Гражданским кодексом Российской Федерации, при наличии других распоряжений клиентов, номинированных в той же валюте и не исполненных в срок из-за недостаточности денежных средств на указанном корреспондентском счете (субсчете) этой кредитной организации, либо если доказано, что клиент, осуществивший оспариваемый платеж, или получатель платежа знал о наличии других таких неисполненных распоряжений по иному корреспондентскому счету (субсчету) этой кредитной организации;

2) клиент или получатель платежа является заинтересованным либо контролирующим лицом по отношению к кредитной организации;

3) назначение либо размер оспариваемого платежа существенно отличается от ранее осуществленных клиентом платежей с учетом его предшествующих отношений с кредитной организацией, и клиент не может представить разумные убедительные обоснования этого платежа, и размер платежа или совокупность платежей клиента, совершенных в течение одного операционного дня, превысили один миллион рублей, а для платежей, совершенных в иностранной валюте, превысили сумму, эквивалентную одному миллиону рублей по курсу Центрального банка Российской Федерации, установленному на дату платежа (пункт 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве).

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 08.10.2018 № 305-ЭС16-21459 (пункт 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.04.2019), переводы денежных средств по поручениям клиентов могут быть признаны недействительными в двух случаях:

если конкурсный управляющий доказал совокупность обстоятельств, составляющих любую из презумпций, закрепленных в пункте 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве, а клиент банка данную презумпцию не опроверг;

если конкурсный управляющий по общим правилам о доказывании подтвердил выход оспариваемой банковской операции за пределы обычной хозяйственной деятельности, в том числе подтвердил наличие признаков недобросовестности в поведении клиента банка (например, доказал, что клиент, выдавший распоряжение о перечислении средств, был осведомлен об объективном банкротстве банка) (статья 65 АПК РФ).

В силу изложенного, по смыслу норм пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве бремя доказывания совокупности условий, составляющих любую из презумпций, лежит на оспаривающем сделку лице. Бремя опровержения данных презумпций и доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 23.11.2015 № 305-ЭС15-5815(8) по делу № А40-184548/2013).

Как следует из материалов дела, Банком России неоднократно были выданы предписания о принятии в отношении АО «Булгар банк» ограничительных мер (Предписания ЦБ РФ от 22.04.2016, от 28.12.2016, от 30.12.2016, от 10.01.2017).

Оспариваемые банковские операции от 22.12.2016 и от 27.12.2016 совершены в отношении ФИО3 в пределах месячного срока до даты отзыва у банка лицензии на осуществление банковских операций и назначения временной администрации приказами Банка России (16.01.2017), то есть в период, установленный пунктом 2 статьи 61.3, пунктом 3 статьи 189.40 Закона о банкротстве.

Также из материалов дела следует, что в период, предшествующий совершению оспариваемых сделок, Банк имел неисполненные обязательства перед иными кредиторами, имеющими счета в банке, и отвечал признакам неплатежеспособности.

Так, решением Арбитражного суда Ярославской области от 02.03.2017 по делу № А82-1190/2017 установлено, что стоимость имущества (активов) должника по состоянию на дату отзыва лицензии (16.01.2017) составила 531 369 000 руб., обязательства АО «Булгар банк» составили 1 445 537 000 руб., таким образом, размер обязательств превысил стоимость его имущества (активов), которого недостаточно для исполнения обязательств перед его кредиторами и уплаты обязательных платежей. 

С учетом положений пункта 3 статьи 189.92,  пункта 9 статьи 189.96 Закона о банкротстве, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что в случае, если оспариваемые сделки (банковские операции) не были бы совершены, требование ФИО3 подлежало бы включению в реестр требований кредиторов 1 очереди (на момент закрытия реестра были установлены и включены в реестр требований кредиторов АО «Булгар банк» 154 кредитора первой очереди на сумму 1 805 275 000,00 руб.).

Таким образом, ответчик, имея право на получение удовлетворения своих требований, вытекающих из договора банковского счета в порядке, установленном Законом о банкротстве, удовлетворил свои требования путем совершения оспариваемых банковских операций, уменьшив тем самым объем своих обязательств перед Банком, что свидетельствует об оказании предпочтения отдельному кредитору – ФИО3 перед иными кредиторами Банка.

Как указывалось ранее, по пункту 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве достаточно только установление факта предпочтения, однако для признания недействительной сделки по списанию кредитной организацией денежных средств со счета клиента также необходимо доказать выход сделки за пределы обычной хозяйственной деятельности банка.

В настоящем случае конкурсным управляющим представлены данные доказательства, а именно наличие презумпции, указанной в подпункте 2 пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве (заинтересованность), так как ФИО3 является матерью ФИО6, который являлся председателем Правления АО «Булгар банк» в период до 02.06.2016, в том числе, после смены участников банка, состоявшейся 16.03.2016, то есть в пределах года до даты назначения временной администрации.

Таким образом, на основании пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве на момент совершения спорных операций ответчик отвечал признакам заинтересованного лица.

Соответственно, презюмируется, что совершённые ФИО3  оспариваемые сделки вышли за пределы обычной хозяйственной деятельности.

С учетом указанных обстоятельств в предмет доказывания включён вопрос о характере сделки и вопрос об осведомленности ответчика о финансовом состоянии Банка в момент совершения сделок. 

Поскольку на ответчике лежит бремя опровержения названной презумпции, последний в подтверждение типичности сделки заявил об экономической обоснованности и целесообразности оспариваемых операций.

Об осведомленности ответчика о финансовых затруднениях Банка свидетельствует то, что денежные средства были сняты ФИО3 одновременно со снятием крупных сумм денежных средств несколькими членами семьи бывшего Председателя Правления Банка ФИО6 (22.12.2016).

Скоординированность действий членов семьи ФИО6 по снятию денежных средств со счетов Банка ответчиком не обоснована. 

Как указывалось ранее, в результате снятия денежных средств остаток по счету стал составлять 0,00 руб.

Следовательно, ФИО3 произведены действия по выведению значительной части денежных средств, находящихся на счетах в АО «Булгар банк».

Тот факт, что ФИО3 на протяжении 2016 года совершались банковские операции, факт осведомленности ответчика не опровергает, поскольку снятие денежных средств осуществлялось в декабре 2016 года.

Наличие негативной информации о банковском секторе также не подтверждает целесообразность действий ответчика в отношении конкретного банка, с учетом того, что, как указывает сама ФИО3, она не была осведомлена о финансовом состоянии должника.

Довод о снятии денежных средств в целях приобретения ФИО10  (сын ответчика) 50 % доли в уставном капитале ООО «Казан Утлары» правомерно отклонен судом первой инстанции на том основании, что доказательства приобретения ФИО10 50 % доли в уставном капитале ООО «Казан Утлары» в материалах дела отсутствуют. Более того указанный довод не содержит обоснования необходимости снятия именно наличных денежных средств.

Отсутствие мотивированных пояснений об экономической целесообразности совершения спорных банковских операций, а также поведение ответчика, направленное на срочный вывод активов из Банка, соответствует поведению лица, осведомленного о наличии у кредитной организации финансовых затруднений.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 35.3 Постановления № 63, не может быть признана совершенной в процессе обычной хозяйственной деятельности должника банковская операция, если клиент ввиду аффилированности с сотрудниками кредитной организации располагал недоступной другим информацией о делах кредитной организации и в момент совершения оспариваемого платежа знал о вероятном принятии в ближайшем будущем Банком России решения об отзыве (аннулировании) у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций; клиент перевел средства со вклада досрочно до истечения его срока с потерей значительной суммы процентов при отсутствии разумных экономических причин (пункты «г», «д»).

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, а также установленные при новом рассмотрении обстоятельства, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что на дату совершения оспариваемых платежей ответчик обладал информацией о вероятном принятии в ближайшем будущем Банком России решения об отзыве у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций, а значит, спорные банковские операции не могут быть отнесены к обычной хозяйственной деятельности согласно пункту 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве.

На основании вышеизложенного, необходимые условия для признания банковской операции от 22.12.2016 недействительной по пункту 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве конкурсным управляющим доказаны, суд применил соответствующие последствия недействительности сделки (восстановил задолженность сторон друг перед другом) по правилам статьи 61.6 Закона о банкротстве.

В отношении операции, совершённой 27.12.2016, правовые основания для признания её недействительной отсутствуют с учётом следующего. 

Поскольку сумма операции от 27.12.2016 не превышает размеров страхового возмещения (1 400 000 руб.), а сама операция и состояние счета ответчика после ее проведения (счет закрыт, денежных средств на нем не осталось), соответствует обстоятельству, указанному в последнем абзаце пункта 35.3 Постановления № 63 - не может быть признан недействительным на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве платеж, произведенный по счету (вкладу) физического лица, на который распространяется страхование вкладов, на сумму, не превышающую максимальный размер возмещения по такому страхованию, если после такого платежа на счете (вкладе) не осталось денежных средств.

Доводы конкурсного управляющего должника о том, что банковские операции от 22.12.2016 и 27.12.2016 являются единой сделкой по списанию денежных средств с банковского счета ответчика, с учетом вышеизложенного отклоняются апелляционным судом. 

Оснований для признания недействительной операций по иным  основаниям не установлено.  

Согласно абзацу 4 пункта 4 Постановления № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление правом) обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Таким образом, презумпция добросовестности является опровержимой. Основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу.

Конкурсный управляющий не представил в материалы дела доказательства, однозначно свидетельствующие о злонамеренности ответчика при совершении операции от 27.12.2016 и причинении совершенной сделкой вреда иным (добросовестным) участникам гражданских правоотношений, что исключает наличие оснований для признания ее недействительной по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Кроме того, конкурсным управляющим оспариваются вышеуказанные банковские операции на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

В силу пункта 5 Постановления № 63 для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Безденежность внутрибанковской проводки, влекущая за собой неравноценность оспариваемой сделки, и, как следствие, ее недействительность, Банком в нарушение статьи 65 АПК РФ не доказана.

Само по себе наличие осведомленности заинтересованного лица о финансовых проблемах Банка не дает оснований полагать, что ответчик совершал банковские операции по снятию денежных средств со своих счетов исключительно в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Таким образом, вопреки доводам жалобы конкурсного управляющего, поскольку заявителем не доказана неравноценность встречного исполнения, то оснований для признания сделок от 22.12.2016 и от 27.12.2016 недействительными применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве не  усматривается.

Ввиду изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований в части признания недействительной сделки от 22.12.2016.

В части взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами апелляционным судом установлено следующее.

Согласно пункту 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств.

В соответствии с пунктом 29.1 Постановления №63 если суд признал на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действия должника по уплате денег, то проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 Гражданского кодекса Российской Федерации) на сумму, подлежащую возврату кредитором должнику, на основании пункта 2 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат начислению с момента вступления в силу определения суда о признании сделки недействительной, если не будет доказано, что кредитор узнал или должен был узнать о том, что у сделки имеются основания недействительности в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве ранее признания ее недействительной - в последнем случае указанные проценты начисляются с момента, когда он узнал или должен был узнать об этом. Таким образом, в пункте 29.1 постановления Пленума №63 прямо предусмотрены возможность начисления процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму признанного недействительным в рамках дела о банкротстве денежного исполнения.

Таким образом, заявление о взыскании процентов, является частью требования, направленного на устранение последствий исполнения недействительной оспоримой сделки (расчетной операции), в силу п. 29.1 Постановления №63, предусматривающего возможность начисления процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму признанного недействительным в рамках дела о банкротстве денежного исполнения.

Момент, с которого начисляются данные проценты, зависит от того, когда кредитор узнал или должен был узнать об основаниях недействительности сделки.

Суд апелляционной инстанции пролагает, что судом первой инстанции сделан правильный вывод о начислении процентов с момента вступления в силу определения суда о признании сделки недействительной. В частности из материалов дела следует, что в просительной части заявления (поступило в суд 12.01.2018) Банк требует взыскания с ФИО3 в пользу АО «Булгар банк» в лице конкурсного управляющего – государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», процентов по ставке 8,25% за пользование чужими денежными средствами (т.1. л.д.18). Уточнений в части начисления процентов за пользование чужими денежными средствами в ходе судебного разбирательства Банком не заявлено. Данное обстоятельство подтверждено представителем конкурсного управляющего в суде апелляционной инстанции. 

С учетом концептуальных правил о начислении процентов за пользование чужими денежными средствами Арбитражный суд Ярославской области взыскал с ответчика проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму долга по ключевой ставке с момента вступления судебного акта в законную силу. 

Довод конкурсного управляющего о самостоятельном установлении судом периода начисления процентов не принимается, поскольку институт начисления процентов за пользование чужими денежными средствами является санкцией за допущенное правонарушение и не может расцениваться в качестве применения последствия сделки недействительной.  С учетом заявленного требования Банка, статуса ответчика-вкладчика, правовой природы правоотношений между Банком и ответчиком (банковский вклад), оспаривания сделки (возврат вклада) по специальным основаниям Закона о банкротстве, длительностью рассмотрения спора, применительно к настоящему спору санкция в форме начисления процентов на сумму, подлежащую возврату в конкурсную массу должника, является правомерной, проценты за пользование чужими денежными средствами  подлежат начислению с момента вступления в законную силу определения суда первой инстанции.

Апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителей жалоб.

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Ярославской области от 24.11.2020 по делу № А82-1190/2017 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО3, конкурсного управляющего акционерного общества «Булгар банк» в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Ярославской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий                               

Судьи

Е.В. Шаклеина

ФИО14

ФИО1