ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

02.05.2023

Дело № А41-22704/18

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 апреля 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 02 мая 2023 года

 

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего-судьи Голобородько В.Я.,

судей Михайловой Л.В., Паньковой Н.М.

при участии в заседании:

от ФИО1: ФИО2 по дов. от 27.06.2022

от ГУП МО «КС МО»: ФИО3 по дов. от 23.11.2022

от конкурсного управляющего ООО «Центральное»: ФИО4 по дов. от 25.07.2022

от ООО «Центральное»: ФИО5 по дов. от 09.01.2023

рассмотрев 24.04.2023 в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО «Центральное»

на определение от 02.10.2022

Арбитражного суда Московской области

на постановление от 13.02.2023

Десятого арбитражного апелляционного суда

по заявлению конкурсного управляющего и конкурсного кредитора ГУП МО «КС МО» о привлечении к субсидиарной ответственности,

ответчики: ФИО1, ФИО7, АО «Центральное»

в рамках дела о несостоятельности: ООО «Центральное» 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 02.07.2019 по делу №А41- 22704/18 ООО «Центральное» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6.

Конкурсный управляющий ООО «Центральное» и конкурсный кредитор ГУП МО «Коммунальные системы Московской области» обратились в Арбитражный суд Московской области с заявлением к ФИО1, ФИО7, АО «Центральное» о привлечении к субсидиарной ответственности.

Указанные заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Московской области от 02.10.2022, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2023, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, конкурсный управляющий ООО «Центральное» обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявитель в кассационной жалобе указывает на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, утверждая, что      бывший генеральный директор ФИО1 должен был обратиться с заявлением о признании Должника банкротом не позднее 31.07.2014 года, однако суды ошибочно посчитали это не достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности; причиной банкротства должника стало бездействие ФИО1, выразившееся в непринятии мер по взысканию дебиторской задолженности на протяжении нескольких лет, предшествовавших принятию к производству заявления о признании должника банкротом. Размер дебиторской задолженности на 31.12.2017 (отчетная дата, предшествовавшая подаче заявления о банкротстве) составлял 167 млн. руб., что в итоге составило более 65% от размера кредиторской задолженности; ФИО1, являясь генеральным директором ООО «Центральное», не предпринимал достаточных и эффективных мер для взыскания дебиторской задолженности; судами сделан ошибочный вывод о пропуске конкурным управляющим должника срока исковой давности.

До судебного заседания от ФИО1, АО «Центральное»  поступили отзывы на кассационную жалобу, который приобщен к материалам дела в судебном заседании ссуда кассационной инстанции.

Представитель конкурсного управляющего ООО «Центральное» доводы кассационной жалобы поддержал, представитель ФИО1 в судебном заседании в отношении удовлетворения  кассационной жалобы возражал.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы, поскольку они основаны на неправильном толковании заявителем норм материального права и направлены на переоценку исследованных судами доказательств, что, в силу норм статьи 286 и части 2 статьи 287Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указал, что контролирующие лица должника своевременно не обратились в Арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, а также бывшим руководителем не были переданы бухгалтерские документы.

Заявитель указал, что ФИО1 является контролирующим Должника лицом на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, а именно в силу замещения должности генерального директора ООО «Центральное» в период с 12 марта 2013 года по 12 декабря 2017 года.

Между ООО «Центральное» и генеральным директором ФИО1 заключен срочный трудовой договор от 12 марта 2013 года.

В соответствии с пунктом 6.1 трудового договора, трудовой договор заключен сроком на 5 лет, вступает в силу с момента его подписания сторонами и действует по 12 марта 2018 года.

В соответствии с решением участника ООО «Центральное» от 11 декабря 2017 года, учредителем Должника ООО «Технологические решения» было принято решение о прекращении трудового договора с генеральным директором ООО «Центральное» ФИО1, об избрании генеральным директором ФИО7

Приказом ООО «Центральное» № 2-54 л/с от 12 декабря 2017 года прекращено действие трудового договора от 13 марта 2013 года, уволен ФИО1

АО «Центральное» является контролирующим Должника лицом на основании подпункта 2 статьи 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, в силу наличия права самостоятельно распоряжаться 99 процентами долей уставного капитала должника в период с 24 июля 2015 года по 08 ноября 2017 года.

ФИО7 является контролирующим Должника лицом на основании пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, в силу замещения должности генерального директора ООО «Центральное» в период с 11 декабря 2017 года по дату признания Должника банкротом 02 июля 2019 года.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указывает о наличии оснований для привлечения ФИО1 и АО «Центральное» к субсидиарной ответственности за не подачу заявления о признании должника банкротом.

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон N 266) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

Согласно пункту 3 статьи 4 Закон N 266 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

В то же время, основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку Закон N 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ.

Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

Таким образом, в настоящем споре подлежат применению положения о субсидиарной ответственности в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266- ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях", однако с учетом положений норм Закона о банкротстве, действующих в рассматриваемый период в отношении ответчиков (статьи 9, 10 в редакции Закона N 134-ФЗ).

В пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшем ранее, статье 61.12 Закона о банкротстве, действующей в настоящее время, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в частности в случае, если:

-     удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

-     органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

-    органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

-     обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

-       должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

-      имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Заявление должника должно быть направлено в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закон о банкротстве).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 8, 9 Постановления N 53 руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве, если он не исполнил обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзаце 7 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

При этом необходимо учитывать, что субсидиарная ответственность является видом гражданско-правовой ответственности, т.е. наступает при наличии вины. В связи с этим по смыслу абзаца шестого пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность руководителя обратиться с заявлением должника возникает в момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный менеджер в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника, в том числе по причине просрочки в исполнении обязанности по уплате обязательных платежей (пункт 26 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

Таким образом, в силу указанных норм права и разъяснений их применения, при установлении оснований для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности в связи с нарушением обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом значимыми являются следующие обстоятельства:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

-  момент возникновения данного условия исходя из стандартной управленческой практики;

-     факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

-    объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

С учетом изложенного, при установлении обязанности у руководителя по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, оснований для привлечения к ответственности в связи с ее нарушением, надлежит исследовать не только финансовые показатели юридического лица, но и осуществляемую обществом в спорный период хозяйственную деятельность; те обстоятельства, в которых принимались руководителем должника соответствующие решения.

По мнению конкурсного управляющего, размер основных средств постоянно снижался с 2014 года по 2016 год, и стал равен нулю в 2016 году, в то время как размер дебиторской задолженности постоянно увеличивался с 2014 года по 2017 год.

Таким образом, доводы конкурсного управляющего о том, что у ООО «Центральное» имелись признаки неплатежеспособности, являются несостоятельными.

Доказательств умышленного вывода активов ООО «Центральное», направленного на причинение вреда кредиторам, конкурсным управляющим также не предоставлено.

Причинно-следственная связь между действиями АО «Центральное» и невозможностью удовлетворения ООО «Центральное» требований кредиторов конкурсным управляющим также не предоставлено.

В течение периода деятельности в должности генерального директора общества ответчиками осуществлялось исполнение текущих обязательств как перед ресурсоснабжающими организациями, так и перед иными контрагентами в рамках заключенных договоров с ООО МосОблЕИРЦ, с ООО «ЕДС ЖКХ Восток», ООО «НПВП «Цессор», Фондом капитального ремонта общего имущества многоквартирных домов, ООО «ГИС», ООО «Региональный Центр Услуг», ООО «Глобус», ГУП МО «КСМО» на сумму более миллиарда рублей.

Кроме того, судами установлено, что согласно отчету ООО «Электростальский центр услуг», полученному в конце января - феврале 2018г в отношении финансово- хозяйственной деятельности ООО «Центральное», суммарный размер дебиторской задолженности общества составил более 175 млн. руб.

Для взыскания дебиторской задолженности обществом велась претензионная и судебная работа, а также работа с участием специализированных организаций по взысканию дебиторской задолженности.

Исполнительные листы были переданы представителю конкурсного управляющего по акту приема - передачи от 06.08.2017.

Договор по взысканию дебиторской задолженности заключался со специализированной организацией с условием выплаты вознаграждения только от суммы, фактически погашенной дебиторской задолженности.

Также взыскание дебиторской задолженности через специализированные организации определялось как наиболее эффективный способ взыскания дебиторской задолженности за услуги ЖКХ администрацией городского округа Электросталь Московской области.

По статистике ФССП РФ за 2018 г размер фактического взыскания денежных средств с должников за жилищно-коммунальные услуги составил 15%.

Просроченная задолженность плательщиков перед ООО «Центральное» за жилищно-коммунальные услуги, превышающая трехлетнее начисление (безнадежная дебиторская задолженность), уже летом 2018г. составляла около 146 млн. руб. (отчет ООО «Электростальский центр услуг» за сентябрь 2018г, ведомость должников на 01.09.2018г.).

К этому моменту обществом уже было взыскано 29 млн. руб. просроченной дебиторской задолженности.

По итогам проведенной работы по взысканию дебиторской задолженности на конец июня 2019г. она составила около 115 млн. руб. (отчет ООО «Расчетный центр услуг» за июнь 2019г, приложение № 22), т.е. было взыскано 60 млн. руб. (175-115=60).

Таким образом, проводились мероприятия по формированию доходной части бюджета, связанные со взысканием с физических и юридических лиц дебиторской задолженности.

Судом апелляционной инстанции также установлено, что должник является управляющей компанией в многоквартирных домах.

В силу специфики деятельности должника как управляющей организации его кредиторская задолженность, отраженная в бухгалтерской отчетности и в последующем включенная в реестр требований кредиторов, фактически представляет собой долги граждан по уплате коммунальных услуг, которые находятся в прямой зависимости от платежеспособности населения и не связаны с результатами экономической деятельности должника. Нахождение в процедуре банкротства само по себе не свидетельствует о неэффективном управлении и наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

По смыслу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве сам по себе факт наличия задолженности перед контрагентами не свидетельствует о наступлении обязанности у контролирующих должника лиц обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

В силу ст. 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18 июля 2003 г. N 14-П указал, что формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве. Для решения вопроса необходимо учитывать доход, позволяющий своевременно расплачиваться с кредиторами.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов (п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53), что означает, что обоснованность и пределы ответственности должны устанавливаться на всестороннем и полном исследовании всех значимых обстоятельства дела и основываться на доказательствах.

Как правомерно установлено судом первой инстанции, материалы дела подтверждают, что действия бывшего руководителя должника и его учредителей были направлены на погашение кредиторской задолженности в рамках обычной хозяйственной деятельности. Наличие причинно-следственной связи между действиями бывшего руководителя и последовавшим банкротством должника судами не было установлено.

В Обзоре судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016) указано, что вместе с тем по смыслу абзаца шестого пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность руководителя обратиться с заявлением должника возникает в момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный менеджер в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника, в том числе по причине просрочки в исполнении обязанности по уплате обязательных платежей.

Ситуация, при которой организация имеет непогашенную задолженность перед ресурсоснабжающими организациями одновременно с кредиторской задолженностью населения, является обычной для функционирования управляющих организаций.

В свою очередь ресурсоснабжающие организации не могли прекратить исполнение обязательств по поставке энергии, водоснабжению и водоотведению, конечными получателями которой являлись жители многоквартирных домов.

Ресурсоснабжающие организации, являющиеся кредиторами должника, не могли отказаться от заключенных договоров энергоснабжения, водоснабжения и водоотведения, поскольку такие действия привели бы к отключению жилых многоквартирных домов от энергетических и водных ресурсов.

т~ч              и                                                                   ___                           и

В этой связи задолженность управляющей компании перед кредиторами, возникшая после неисполнения должником своих обязательств по оплате тепловой и электрической энергии, водоснабжению и водоотведению, не может быть включена в размер субсидиарной ответственности на основании статьи 9 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающее наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда и причинно-следственную связь между противоправным действием и негативными последствиями.

Таким образом, в условиях реальной хозяйственной деятельности управляющей компании, наличие просрочки по обязательствам перед ресурсоснабжающими организациями не выходит за пределы обычного предпринимательского риска.

Признаки неплатежеспособности на период осуществления ФИО1 обязанностей генерального директора должника не наступили.

Таким образом, суд пришел к выводу о том, что к субсидиарной ответственности по указанным основаниям привлечению ответчики не подлежат.

Конкурсный управляющий также указал на неисполнение ответчиком ФИО7 обязанности по передаче документов и имущества должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Подпунктом 2 пункта 2 указанной статьи закреплено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу требований абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование Закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему получить полную и достоверную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках, исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с чем, невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона N 402-ФЗ от 06.12.2011 "О бухгалтерском учете" ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

Установленная статьей 61.11 Закона о банкротстве ответственность контролирующих должника лиц соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (ст. 6, ст. 29 Федерального закона N 402-ФЗ от 06.12.11 "О бухгалтерском учете") и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве).

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием Закона. Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражения в бухгалтерской отчетности достоверной информации.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

Таким образом, законодатель презюмирует возникновение несостоятельности (банкротства) должника вследствие такого действия его руководителя как отсутствие обязательных документов бухгалтерского учета и (или) отчетности. Обязанность опровержения указанной презумпции лежит на привлекаемом к ответственности лице.

Исходя из смысла указанной нормы, арбитражный суд устанавливает обстоятельства наличия или отсутствия бухгалтерской документации для цели привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности на основе исследования представленных доказательств в подтверждение имущественного состояния должника, которое отражается в бухгалтерском балансе. В данном случае имеют существенное значение для дела обстоятельства наличия имущества должника, ведение им хозяйственной деятельности за отчетный период, предшествующий процедуре банкротства.

Таким образом, именно на ответчиках в силу статей 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и вышеуказанных разъяснений возложено бремя опровержения данной презумпции (при ее доказанности), в частности, что документы переданы конкурсному управляющему либо их отсутствие не привело к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Данный вывод суда согласуется с позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 16.10.2017 по делу № А33- 17721/2013.

Судами установлено, что 07.08.2019 ФИО7 была направлена электронная почта с вложением файлов по всей бухгалтерской отчетности ООО «Центральное» (1С) и электронная версия ведомости должников по жилищно - коммунальным платежам ООО «Центральное» на 01.07.2019г. с содержанием информации о финансово-лицевых счетах плательщиков и должников.

Действующее законодательство РФ не запрещает обмен юридически значимыми сообщениями посредством электронной почты (ст. ст. 160, 165.1, 434 ГК РФ), как и не определяет исчерпывающий перечень способов обмена юридически значимыми сообщениями.

Так, в п. 65 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 указано, что если иное не установлено законом или договором и не следует из обычая или практики, установившейся во взаимоотношениях сторон, юридически значимое сообщение может быть направлено, в том числе посредством электронной почты, факсимильной и другой связи, осуществляться в иной форме, соответствующей характеру сообщения и отношений, информация о которых содержится в таком сообщении, когда можно достоверно установить, от кого исходило сообщение и кому оно адресовано.

Все формы имеющихся документов у ответчика, и касающиеся, в том числе, неплатежей должников перед ООО «Центральное», были переданы конкурсному управляющему.

После получения документов от ответчика и до обращения в суд по настоящему делу конкурсный управляющий не обращался к ответчику с требованием предоставить финансово-лицевые счета по должникам или предоставить их в иной форме, чем это было сделано ранее.

Суд отметил, что часть документов, ноутбуков и системных блоков ООО «Центральное» были изъяты в ходе обысков, проводимых МВД России с января 2019г. в рамках проведения оперативно-следственных действий (письмо МВД России от 17.06.2019).

Документы на имущество и дебиторскую задолженность были переданы ответчиком своевременно.

Другое имущество должника конкурсным управляющим не обнаружено.

Учитывая вышеизложенное, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за непередачу конкурсному управляющему документации.

В силу п. 3 ст. 56 ГК РФ, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или иными лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания, либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Согласно п. 22 Постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 01.07.1996 г. № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой ГК РФ», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая п. 3 ст. 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной частью 4 статьи 10 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между действиями лиц которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, и невозможность удовлетворения требований кредиторов.

Помимо этого, контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Принимая во внимание возможность разрешения спора по заявленным основаниям и представленным доказательствам, суды правильно определили спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства и пришли к обоснованному и правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований и привлечения ФИО1, ФИО7, АО «Центральное» к субсидиарной ответственности.

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем оснований для иной оценки выводов судов у суда кассационной инстанции не имеется.

Доводы кассационной жалобы, повторяющие доводы апелляционной жалобы,  подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции. Кроме того, все доводы кассационной жалобы приводились при рассмотрении дела в суде первой и апелляционной инстанции и им была дана надлежащая оценка.

Переоценка имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в обжалуемой части в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 02.10.2022, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2023 по делу № А41-22704/18 оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                  В.Я. Голобородько

Судьи:                                                                                          Л.В. Михайлова

Н.М. Панькова