ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-21802/2020

г. Самара

19 июля 2022 года

11АП-6644/2022

                                                                                                                        11АП-6989/2022

                                                                                                                           11АП-6645/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 12 июля 2022 года

Постановление в полном объеме изготовлено 19 июля 2022 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Копункина В.А., судей Александрова А.И., Поповой Г.О., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО1,

с участием в судебном заседании:

ФИО2 представитель ООО «РемстройЭнергосервис» по доверенности от 04.03.2021 (до перерыва),

ФИО2 представитель ООО "ТаграС-Нефтегазстрой" по доверенности от 01.01.2022 (до перерыва),

ФИО3 представитель ФИО4 по доверенности от 26.03.2021 (до перерыва),

ФИО5 представитель ФИО6 по доверенности от 14.09.2019 (после перерыва),

ФИО5 представитель ООО "М-Сервис" по доверенности от 28.12.2020 (после перерыва),

ФИО6 - лично, паспорт (после перерыва),

ФИО7 представитель ООО «РемстройЭнергосервис» по доверенности от 04.03.2021 (после перерыва),

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №2, апелляционные жалобы ООО «РемстройЭнергосервис», ООО "ТаграС-Нефтегазстрой" и ФИО6 и на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 13 апреля 2022 года по делу №А65-21802/2020 по заявлению ООО «Алгоритм» о признании недействительными сделки и применении последствий недействительности сделки,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) общество с ограниченной ответственностью «Промэнерго», (ИНН 

<

***>).

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд Республики Татарстан 11.09.2020 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Техстроймонтаж», с. Красный Яр, о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Промэнерго», г. Альметьевск, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.03.2021 должник -общество с ограниченной ответственностью «Промэнерго», г.Альметьевск,(ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признан банкротом и в отношении него открыта процедура конкурсного производства на пять месяцев сроком до 15.08.2021. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО8, являющийся членом Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада».

В Арбитражный суд Республики Татарстан 07 июня 2021 года поступило заявление ООО "Алгоритм":

-о признании недействительными сделки по перечислению денежных средств в размере 2 400 000 рублей в период с 11.08.2016 по 22.12.2016 по договорам займа №18 от 01.11.2016, №11 от 11.08.2016, №22 от 09.12.2016, №24 от 22.12.2016 и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО6, денежных средств в размере 2 400 000 руб.;

-о признании недействительными сделки по перечислению денежных средств в адрес «фирм-однодневок» в размере 61 229 128,84 руб.,

-о взыскании солидарно убытков с ООО «РемстройЭнергосервис», ФИО6, ООО «Таграс-Энергосервис» в размере перечисленных денежных средств по договорам займа размере 2 400 000 рублей и в размере перечисленных денежных средств в пользу «фирм-однодневок» в размере 61 229 128,84 руб.(вх.33985).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 24 сентября 2021 года в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса РФ в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены: ФИО9, ООО "ТАГРАС-НЕФТЕГАЗСТРОЙ".

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26 октября 2021 года суд в порядке ст. 49 АПК РФ принял уточнение требования, в том числе о признании недействительными сделки:

-договора займа № 22 от 02.12.2016 года, заключенного с ФИО6 и перечислений по данному договору займу в сумме 2 000 000,00 рублей по платежному поручению № 398 от 2.12.2016г. на сумму 500 000,00 рублей; по платежному поручению № 399 от 2.12.2016г. на сумму 500 000,00 рублей; по платежному поручению № 404 от 9.12.2016г. на сумму 500 000,00 рублей; по платежному поручению № 405 от 9.12.2016г. на сумму 500 000,00 рублей,

о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчиков ФИО9, ООО «РемстройЭнергосервис», ФИО6 и ООО «Таграс-Энергосервис» сумму в размере 2 000 000 рублей,

о признании недействительными сделки по перечислению денежных средств в адрес «фирм-однодневок» размере 61 229 128,84 руб.,

о взыскании убытков солидарно с ответчиков ФИО9, ООО «РемстройЭнергосервис», ФИО6 и ООО «Таграс-Энергосервис» в размере 61 229 128,84 рублей перечисленных в адрес фирм - однодневок, а именно следующие сделки:

1.перечисления на общую сумму 20 078 486,00 рублей в адрес «фирм-однодневки» ООО «КАПРИКОРНУС» по расчетному счету открытого в Ф-л Банка ГПБ (АО) «СевероЗападный» № счета 40702810200000002535:

-платежное поручение № 1 от 05.08.2015г. в размере 1 500 000,00 рублей, с назначением платежа: Оплата за товар (метизные изделия) согласно счета № 651 от 3.08.2015г.;

-платежное поручение № 23 от 29.09.2015г. в размере 3 319 254,00 рублей, с назначением платежа: оплата по договору счет №254 от 29.09.2015г. за крепежи и метизные изделия;

-платежное поручение № 29 от 7.10.2015г. в размере 2 817 200, 00 рублей, с назначением платежа: оплата по договору счет №731 от 29.09.2015г. за метизные изделия;

-платежное поручение № 47 от 23.10.2015г. в размере 181 900, 00 рублей, с назначением платежа: оплата по договору счет №732 от 02.10.2015г. за метизные изделия;

-платежное поручение № 80 от 25.11.2015г. в размере 12 260 132,00 рублей, с назначением платежа: оплата по договору счету 856 комплектующие для реконструкции РП Сиренькино, ПС Лангуй, ПС Большекаменская, ПС Полянка, ПС Ерсубайкино, Большекаменская, ПС Полянка, ПС Ерсубайкино.

2.перечисления на общую сумму 4 486 000,00 рублей в адрес «фирм-однодневки» ООО «НАДИР» по расчетному счету открытого в Ф-л Банка ГПБ (АО) «Северо-Западный» № счета 40702810200000002535:

-платежное поручение № 30 от 07.10.2015г. в размере 4 486 000,00 рублей, с назначением платежа: оплата по договору счет №159 от 28.09.2015г.

3.перечисления на общую сумму 513 000,00 рублей в адрес «фирм-однодневки» ООО «НАДИР» по расчетному счету № 

<

***> открытого в ДО «Средний проспект» филиала «Санкт-Петербургский» АО «Альфа-Банк»:

-платежное поручение № 7 от 10.03.2016г. в размере 250 000,00 рублей, с назначением платежа: оплата по договору №Н-004;

-платежное поручение № 8 от 10.03.2016г. в размере 263 000,00 рублей, с назначением платежа: оплата по договору №Н-004;

4.перечисления на общую сумму 35 961 630,00 рублей в адрес «фирм-однодневки» ООО «ЛИНКС СТРОЙ» по расчетному счету открытого в Ф-л Банка ГПБ (АО) «СевероЗападный» № счета 40702810200000002535:

-платежное поручение № 81 от 25.11.2015г. в размере 23 454 159,00 рублей, с назначением платежа: оплата по счеты №168 Шеф-монтаж реконструкции РП Сиренькино, ПС Лангуй, ПС Большекаменская, ПС Полянка, ПС Ерсубайкино;

-платежное поручение № 86 от 02.12.2015г. в размере 12 507 471,00 рублей, с назначением платежа: оплата по счету №177 Каркасы, сборка УХР, УКРМ, РГП, КРУН для реконструкции РП Сиренькино, ПС Лангуй, ПС Большекаменская, ПС Полянка.

5.перечисления на общую сумму 1 380 212,84 рублей в адрес «фирм-однодневки» ООО «КУБОМЕТР» по расчетному счету № 

<

***> открытого в ДО «Средний проспект» филиала «Санкт-Петербургский» АО «Альфа-Банк»:

-платежное поручение № 30 от 8.02.2017г. в размере 536 000,00 рублей, с назначением платежа: Оплата по договору №25 -16-КБ;

-платежное поручение № 3 от 9.01.2017г. в размере 272 989,93 рублей, с назначением платежа: Оплата по договору №25 -16-КБ; - платежное поручение № 9 от 9.01.2017г. в размере 571 222,91 рублей, с назначением платежа: Оплата по договору №25-16-КБ;

6.перечисления на общую сумму 1 630 000,00 рублей в адрес «фирм-однодневки» ООО «Регстарт» по расчетному счету № 

<

***> открытого в ДО «Средний проспект» филиала «Санкт-Петербургский» АО «Альфа-Банк»:

-платежное поручение № 244 от 26.08.2016г. в размере 1 630 000,00 рублей, с назначением платежа: оплата ТМЦ по счету № 219 от 26.08.2016.

Указанным определением в порядке статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации привлечен к участию в деле в качестве соответчика ФИО9.

В Арбитражный суд Республики Татарстан 07 июня 2021 года поступило заявление ООО "Алгоритм" о признании недействительными соглашение от 27 марта 2017 года к договору займа №26 от 16.02.2016 года и соглашение от 18 января 2017 года к договору займа №17 от 21 октября 2016 года и применении последствий недействительности сделок (вх.33986).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27 октября 2021 года судом в порядке ст. 49 АПК РФ принято уточнение требования о признании недействительными сделки:

-договоров займа №26 от 16.02.2016, №17 от 21.10.2016,

-дополнительных соглашений от 27 марта 2017 года и 18 января 2017 года,

-перечислений денежных средств по договору займа №17 от 21.10.2016 по платежному поручению №336 от 31.10.2016 на сумму 1 500 000 рублей,

-перечислений денежных средств по договору займа №26 от 16.02.2016 по платежному поручению №63 от 17.02.2017 на сумму 500 000 рублей,

о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 2 000 000 рублей,

о взыскании с ФИО9 убытков в размере 2 000 000 рублей.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27 октября 2021 года заявление ООО "Алгоритм" о признании недействительными сделки: договоров займа №26 от 16.02.2016, №17 от 21.10.2016, дополнительных соглашений от 27 марта 2017 года и 18 января 2017 года, перечислений денежных средств по договору займа №17 от 21.10.2016 по платежному поручению №336 от 31.10.2016 на сумму 1 500 000 рублей, по договору займа №26 от 16.02.2016 по платежному поручению №63 от 17.02.2017 на сумму 500 000 рублей и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО6 2 000 000 рублей (вх.33986), объединено с заявлением ООО «Алгоритм» о признании недействительными сделки: договора займа № 22 от 02.12.2016 года и перечисление по нему в сумме 2 000 000,00 рублей по платежному поручению № 398 от 2.12.2016г. на сумму 500 000,00 рублей; по платежному поручению № 399 от 2.12.2016г. на сумму 500 000,00 рублей; по платежному поручению № 404 от 9.12.2016г. на сумму 500 000,00 рублей; по платежному поручению № 405 от 9.12.2016г. на сумму 500 000,00 рублей и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ответчиков ФИО9, ООО «РемстройЭнергосервис», ФИО6 и ООО «Таграс-Энергосервис» сумму в размере 2 000 000 рублей; о признании недействительными сделки по перечислению денежных средств в размере 61 229 128,84 руб., взыскании солидарно убытков с ООО «РемстройЭнергосервис», ФИО6, ООО «Таграс-Энергосервис» в размере 61 229 128,84 руб.(вх.33985) объедены для совместного рассмотрения.

Указанным определением суд в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации привлек к участию в деле в качестве заинтересованного лица: ООО «Нефтегаз», ООО «ИЦЭП», ООО «ЭТК», ООО «Энергокомплект».

Указанным определением суд в порядке ст. 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации привлек к участию в деле в качестве соответчика ФИО9.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 24 ноября 2021 года к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечен ООО «Содалит Строй».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01 февраля 2022 года к участию в деле в качестве соответчика в порядке ст. 46 АПК РФ привлечено ООО «Таграз -Нефтегазстрой».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 марта 2022 года к участию в деле в качестве соответчиков в порядке статьи 46 АПК РФ привлечены ФИО10, ФИО4.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.04.2022 заявление ООО «Алгоритм», удовлетворено частично. Признать недействительными (ничтожными) договор займа № 22 от 02.12.2016 года, заключенный с ФИО6, перечисления по данному договору займу в сумме 2 000 000,00 рублей по платежному поручению № 398 от 2.12.2016г. на сумму 500 000,00 рублей; по платежному поручению № 399 от 2.12.2016г. на сумму 500 000,00 рублей; по платежному поручению № 404 от 9.12.2016г. на сумму 500 000,00 рублей; по платежному поручению № 405 от 9.12.2016г. на сумму 500 000,00 рублей, Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6, в пользу ООО «Промэнерго» 2 000 000 рублей. В удовлетворении заявления ООО «Алгоритм» о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО9, ФИО4, ФИО10, ООО «РемстройЭнергосервис», ООО «Таграс-Энергосервис», ООО «Таграз-Нефтегазстрой» суммы в размере 2 000 000 рублей, отказать. Признать недействительными (ничтожными) договор займа №26 от 16.02.2016, заключенный с ФИО6, договор займа №17 от 21.10.2016, заключенный с ФИО6, дополнительное соглашение от 27.03.2017 к договору займа №26 от 16.02.2016, дополнительное соглашение 18.01.2017 к договору займа №17 от 21.10.2016, перечисления денежных средств по договору займа №17 от 21.10.2016 по платежному поручению №336 от 31.10.2016 на сумму 1 500 000 рублей, перечислений денежных средств по договору займа №26 от 16.02.2016 по платежному поручению №63 от 17.02.2017 на сумму 500 000 рублей. Применить последствий недействительности сделки в виду взыскания с ФИО6, в пользу ООО «Промэнерго» 2 000 000 рублей. В удовлетворении заявления ООО «Алгоритм» о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО9, ФИО4, ФИО10, ООО «РемстройЭнергосервис», ООО «Таграс-Энергосервис», ООО «Таграз-Нефтегазстрой» суммы в размере 2 000 000 рублей, отказать. В удовлетворении заявления ООО «Алгоритм» о взыскании с ФИО6, ФИО9, ФИО4, ФИО10, ООО «РемстройЭнергосервис», ООО «Таграс-Энергосервис», ООО «Таграз-Нефтегазстрой» убытков в размере 2 000 000 рублей, отказать. Признать недействительными (ничтожными) сделки ООО «Промэнерго» по перечислению денежных средств в адрес «фирм-однодневок» в размере 61 229 128,84 руб. Взыскать солидарно с ФИО6, ФИО9, ООО «РемстройЭнергосервис», ООО «Таграз-Нефтегазстрой» убытки в размере перечисленных денежных средств в пользу «фирм-однодневок» в размере 61 229 128,84 руб. В удовлетворении заявления ООО «Алгоритм» о взыскании солидарно с ФИО4, ФИО10, ООО «Таграс-Энергосервис», убытков в размере перечисленных денежных средств в пользу «фирм-однодневок» в размере 61 229 128,84 руб., отказано.

ООО «РемстройЭнергосервис» обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.04.2022.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2022 вышеуказанная апелляционная жалоба принята к производству, судебное разбирательство назначено на 23.06.2022.

ООО "ТаграС-Нефтегазстрой" обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.04.2022.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2022 вышеуказанная апелляционная жалоба принята к производству, судебное разбирательство назначено на 23.06.2022.

Определением от 23.06.2022 рассмотрение апелляционных жалоб ООО «РемстройЭнергосервис» и ООО "ТаграС-Нефтегазстрой" на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 13 апреля 2022 года было отложено на 05.07.2022.

Кроме того, от ФИО6 поступила апелляционная жалоба на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.04.2022.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.06.2022 вышеуказанная апелляционная жалоба принята к производству, судебное разбирательство назначено на 05.07.2022.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебном заседании 05.07.2022 объявлялся перерыв до 12.07.2022 до 11.00 мин. на основании статьи 163 АПК РФ.

Представители заявителей апелляционных жалоб в судебном заседании поддержали свои апелляционные жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения суда.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Обращаясь в суд первой инстанции с настоящим заявлением, заявитель указал что, фактически контролирующим лицом ООО «ПРОМЭНЕРГО» является ФИО6, что установлено судебным актом, имеющим преюдициальное значение, а именно Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27 мая 2019 года по делу № А65-3929/2019, в соответствии с которым установлено (абз.2 стр.6 решения суда): "Из объяснения ФИО11., полученного налоговым органом от УЭБ и МВД по РТ, следует, что ФИО6, не являлся должностным лицом, либо работником ООО «Промэнерго», лично был знаком с директором ООО «Таграс-Энергосервис» - ФИО12, который в проверяемом периоде 2014-2016 года являлся работником ООО «ТаграСХолдинг» ИНН7704630033, директором ООО «Таграс-Энергосервис», что в свою очередь не исключтате возможности влияния на принятие решения Обществом. Поскольку ООО «Ремстрой-Энергосервис» является дочерним обществом ООО «ТаграсЭнергосервис», следовательно, суд соглашается с доводами инспекции, что знакомство ФИО11. с ФИО12 указывает на взаимосвязанность организаций Обществ «Промэнерго» и «РемстройЭнергосервис» и согласованном умышленном создании проверяемым налогоплательщиком схемы для получения необоснованной налоговой выгоды, путем включения в цепочку «поставщик -покупатель» организации-посредника, с целью завышения собственных расходов.

Денежные средства, полученные ООО «Промэнерго» от ООО «РемстройЭнергосервис», в дальнейшем перечислены в адрес действующих организаций, а также в адрес «фирм-однодневок»: ООО «Линкс Строй», ООО «Каприкорнус» и физического лица ФИО11, посредством которых происходило обналичивание денежных средств. Следовательно, довод заявителя со ссылкой на понятие взаимозависимости и подконтрольности, установленное п.2 ст.105.1 НК РФ об отсутствии взаимосвязанности ООО «Промэнерго» необоснован. Согласно п.7, ст.105.1 НК РФ, суд может признать лица взаимозависимыми по иным основаниям, не предусмотренным пунктом 2 ст.105.1 НК РФ, если отношения между этими лицами обладают признаками, указанными в пункте 1 ст.105.1 НК РФ. Указанные выше обстоятельства в своей совокупности и взаимосвязи свидетельствует о согласованности действий налогоплательщика с контрагентом ООО «Промэнерго», что в свою очередь свидетельствуют о взаимозависимости указанных организаций.

Кроме того, из объяснений представителя ФИО11. ФИО5 в судебном заседании 11.02.2019 и 15.02.2019 Альметьевского городского суда Республики Татарстан, следует: «ФИО11. является единственным учредителем и директором ООО «Промэнерго». Он выполнял функции генерального директора ... ».

Из заявления, удостоверенного нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга и приобщенного представителем ФИО6 в материалы гражданского дела N2-392/2019 по иску ООО «Промэнерго» к ФИО11. о взыскании задолженности по договору займа следует: «реальным руководителем и бенифициаром ООО «Промэнерго» был ФИО11 Он руководил производственной и финансовой деятельностью общества ... ».

Учитывая отсутствие у кредитора прямых доказательств дачи бенефициаром указаний относительно совершения сделок, направленных на выведение из оборота должника денежных средств, во внимание должна приниматься совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств (определение ВС РФ от 03.09.2020 NQ 304-ЭС19-25557 (3))-

Таким образом, по мнению заявителя, оформленное договорами займа транзитное перечисление денежных средств в случае, если оно не связано с реальным несением кредитором расходов (например, при получении кредитором переданных в заем денежных средств по договорам займа при отсутствии доказательств исполнения обязанности по возврату займа), может свидетельствовать о формальном характере перечислений, имеющих своей исключительной целью установление доминирующего контроля над процедурой несостоятельности (банкротства).

Так, заявитель указывает, что 02.12.2016 между ООО «ПРОМЭНЕРГО» и ФИО6 был заключен договор займа № 22 от 02.12.2016 года на сумму 2 000 000 рублей. Должник произвел перечисление денежных средств в сумме 2 000 000,00 рублей по платежному поручению № 398 от 2.12.2016г. на сумму 500 000,00 рублей; по платежному поручению № 399 от 2.12.2016г. на сумму 500 000,00 рублей; по платежному поручению № 404 от 9.12.2016г. на сумму 500 000,00 рублей; по платежному поручению № 405 от 9.12.2016г. на сумму 500 000,00 рублей

Заявитель полагает, что указанная сделка подлежат признанию недействительными, на основании ст.10 и 168, 170 ГК РФ и необходимо применить последствия недействительности сделки.

Кроме того, 16 февраля 2016 года между ООО «ПРОМЭНЕРГО» и ФИО11. заключен договор займа N26, согласно которому ФИО11. предоставлен заем в размере 9 000 000 (Девять миллионов) рублей сроком до 31 декабря 2018 года.

Дополнительным соглашением от 27 марта 2017 года в пункт 1.1 договора займа N26 от 16 февраля 2016 год внесены изменения, согласно которым заемщик (ФИО6) обязуется вернуть указанный заем в срок до 16 февраля 2022 года.

Этим же дополнительным соглашением внесены изменения в пункт 2.1 договора, согласно которому про центы за пользование займом уплачиваются из расчета 9,5% годовых.

ООО «ПРОМЭНЕРГО» и ФИО11 21 октября 2016 года заключен договор займа N 17, согласно которому ФИО6 предоставлен заем в размере 1 600 000 (Один миллион шестьсот) рублей сроком до 30 ноября 2018 года.

Дополнительным соглашением от 18 января 2017 года в пункт 1.1 договора займа N17 от 21 октября 2016 год внесены изменения, согласно которым заемщик (ФИО6. ) обязуется вернуть указанный заем в срок до 30 октября 2021 года.

Этим же дополнительным соглашением внесены изменения в пункт 2.3 договора, согласно которому проценты за пользование займом уплачиваются одновременно с возвратом займа.

По мнению заявителя, договоры займа №26 от 16.02.2016, №17 от 21.10.2016, дополнительные соглашения от 27 марта 2017 года и 18 января 2017 года, перечисления денежных средств по договору займа №17 от 21.10.2016 по платежному поручению №336 от 31.10.2016на сумму 1 500 000 рублей, по договору займа №26 от 16.02.2016 по платежному поручению №63 от 17.02.2017 на сумму 500 000 рублей являются недействительными.

В результате совершения сделок срок возврата займа продлилось еще на 5 лет.

Таким образом, кредиторы лишились возможности получить своевременное исполнение должником своих обязательств.

Ответчик ФИО11. и должник являются аффилированными между собой лицами, ФИО11. является контролирующим должника лицом, что указывает о его недобросовестном поведении.

Отсутствовала разумная экономическая целесообразность заключения дополнительных соглашений.

По мнению заявителя, имеются основания для признания договоров займа и дополнительных соглашений недействительными сделками на основании статей 10 и 168, 170 Гражданского кодекса, что свидетельствует о злоупотреблении правом сторонами сделки в целях причинения имущественного вреда кредиторам должника.

Также, ФИО6, являясь фактическим руководителем должника, обналичивал денежные средства посредством фирм - однодневок, что установлено в рамках налоговой проверки. Из анализа движения денежных средств общая сумма, перечисленная в адрес фирм - однодневок составляет 61 229 128,84 рублей, в том числе: ООО "Каприкорнус" в размере 17 261 286 руб., ООО "Надир" в размере 4 996 000 руб., ООО "ЛинксСтрой" в размере 35 961 630 руб., ООО "Кубометр" в размере 1 380 212,84 руб., ООО "Регстарт" в размере 1 630 000 руб.

По мнению заявителя, действия ответчика по необоснованному перечислению денежных средств на расчетный счет контрагента носила систематический характер без фактического выполнения работ, поставки материалов и была направлена на выведение денежных средств с расчетного счета общества в ущерб ему. Перечисления денежных средств общества было в отсутствие встречного предоставления. Невозможность погашения долга перед кредиторами возникла по вине ответчика в результате его неразумных либо недобросовестных действий.

Ответчик ФИО6, возражая против удовлетворения требования, указал, что между ООО "Промэнерго" и ООО "Нефтегаз" 03.10.2016 был заключен договор на выполнение работ по капитальному ремонту.

Для выполнения указанных работ привлекалось ООО "Солид строй", которому ранее путем выдачи займов оплатили выполненные работы.

Ответчики ООО "ТаграС-Энергосервис", ООО «РемстройЭнергосервис», ООО "ТаграС-Нефткегазстрой" возражая против заявленного требования, указали, что договоры займа от 2016 года были заключены свыше трех лет до возбуждения дела о банкротстве 13.10.2020, и не могут быть оспорены по специальным основаниям Закона о банкротстве.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, а также трудовой книжке ФИО12, решения единственного участка ООО "ТаграС-ЭнергоСервис" ФИО12 является директором ООО "ТаграС-ЭнергоСервис" с 18.10.2017, работником ООО "ТаграС-Холдинг" являлся в период с 01.04.2016 по 10.10.2017. Таким образом, спорный период совершения сделок, ООО "РемстройЭнергосервис" и ООО "ТаграС-Энергосервис" не могли оказывать влияние на принятие решения ООО "Промэнерго".

Заявитель также не представил доказательств оказания влияния ФИО6 на принятие решений обществом ООО "Промэнрего".

Представитель ООО "ТаграС-Энергосервис", ООО «РемстройЭнергосервис», ООО "ТаграС-Нефткегазстрой" заявил о пропуске срока исковой давности.

Представитель заявителя возражая против довода о пропуске срока исковой давности указывает, что в части признания сделок недействительными, срок исковой давности не истек, поскольку впервые о формальном характере начала исполнения мнимых спорных сделок стало известно из судебного акта решения Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.05.2019 по делу №А65-3929/2019. Соответственно срок исковой давности истекает через три года- 27.05.2022.

Кроме того, поскольку сделки являются мнимыми, срок исковой давности составляет три года, а не один год, с момент, когда лицо узнала или должно было узнать о наступлении последствий искусственно созданной сторонами видимости исполнения сделок (п.1 ст.181 ГК РФ). Соответственно начало течения срока давности определяется моментом, с которого кредитор должен был узнать о формальном характере начала исполнения мнимых договоров займа.

На основании вышеизложенного, по мнению заявителя, срок исковой давности начал течь не ранее 27.05.2019 и истек через три года 27.05.2022.

Кроме того, по мнению заявителя, трехлетний срок исковой давности начал течь не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства - 22.12.2020.

Кредитор обратился в суд с настоящим заявлением 07.06.2021. Таким образом, срок исковой давности по требованию о признании сделок недействительными, на момент обращения в суд с настоящим заявлением, не истек.

Как указывает заявитель, в части требования о взыскании с ответчиков убытков срок исковой давности также не истек, поскольку течение срока исковой давности не может начаться ранее дня, когда названные лица или должны были узнать о том, кто является надлежащим ответчиком (фактическим директором).

Основанием для иска является фиктивные сделки должника и вывод активов, что было установлено решением Арбитражного суда Республики Татарстан по делу №А65-3929/2019 от 27.05.2019.

Вывод денежных средств в адрес «фирм-однодневок» является убытками. В деле №А65-20265/2018 определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 28.07.2021 установлена фактическая аффилированность группы компаний «ТагроС-Холдинг», в которую входят ответчики.

Частично удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из следующего.

Основной целью процесса банкротства является пропорциональное удовлетворение требований всех кредиторов несостоятельного лица в условиях недостаточности его средств. Для соблюдения интересов кредиторов Закон о банкротстве предписывает арбитражному управляющему предпринимать действия, направленные на выявление и возврат имущества должника. В число таких действий входит и право на обращение в суд с заявлением о признании недействительными отдельных сделок должника, совершенных как до, так и после возбуждения процедуры банкротства и нарушающих интересы кредиторов  должника.  Право  конкурсного управляющего  на  обращение  в  суд  с соответствующим заявлением закреплено в статье 61.9, пункте 3 статьи 129 Закона о банкротстве.

Цель оспаривания сделок в конкурсном производстве по специальным основаниям главы Закона о банкротстве подчинена общей цели названной процедуры - наиболее полное удовлетворение требований кредиторов исходя из принципов очередности и пропорциональности. Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок, заключается в необходимости поставить контрагента в такое положение, в котором бы он был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях (определение ВС РФ от 14.02.2018 N 305-ЭС17-3098(2) N А40-140251/2013).

Статьей 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением ГлавыФедерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно разъяснениям абзаца 4 пункта 9.1 постановления N 63, если суд, исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств, придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец, то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

Судом первой инстанции установлено, что дело о банкротстве возбуждено определением суда от 13.10.2020.

Оспариваемые сделки по перечислению денежных средств по договору займа № 22 от 02.12.2016 года в размере 2 000 000 рублей совершены в период с 02.12.2016 по 09.12.2016, по договору займа №17 от 21.10.2016 в размере 1 500 000 рублей совершены 31.10.2016, по договору займа №26 от 16.02.2016 в размере 500 000 рублей совершены 17.02.2017.

Кроме того, перечисления денежных средств в адрес «фирм-однодневок» в размере 61 229 128,84 рубля были совершены в период с 05.08.2015 по 08.02.2017.

Таким образом, спорные сделки по перечислению денежных средств, как и сами договоры займа и дополнительные соглашения к ним, были совершены более чем за три года до возбуждения дела о банкротстве.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и по основаниям и в порядке, указанным в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве), а в абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление Пленума N 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок по статьям 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она совершена, так, сделка может быть признана недействительной по статье 10 и пунктам 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а при наличии в законе специального основания недействительности сделка признается недействительной по этому основанию (по статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума N 25)).

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, и притворных сделок, то есть сделок, которые совершаются с целью прикрыть другие сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение, например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче этого имущества, сохранив контроль продавца (учредителя управления) за ним, и осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной по пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 86 постановления Пленума N 25).

Мнимость (притворность) сделки состоит в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов, волеизъявление сторон не совпадает с их главным реальным намерением, и в сокрытии действительного смысла сделки заинтересованы обе ее стороны, а, совершая сделку лишь для вида, стороны верно оформляют все документы, но стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость, поэтому факт расхождения волеизъявления с действительной волей сторон суд устанавливает путем анализа обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений (пункт 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020).

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснено, что, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Обязательным признаком сделки для квалификации ее как ничтожной по пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является ее направленность на причинение вреда кредиторам, под чем, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, понимается уменьшение размера имущества должника, иные последствия сделок, приводящие к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение требований за счет имущества должника, а для квалификации сделки как недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о злоупотреблении правом контрагентом путем заключения спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Поскольку произведенные платежи оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, как указано выше, следует установить, имелись у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

В соответствии с пунктом 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 1 0 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Таким образом, для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным ст. 10 ГК РФ, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) необходимо установить, что такая сделка направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов и должника, при этом пороки сделки, совершенной со злоупотреблением правом, не охватываются составом недействительности сделки по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом   в   дело   должны   быть   представлены  доказательства  того,   что   совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. При этом каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются лицами, участвующими в деле. Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими 9 процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Как установлено судом первой инстанции, решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.05.2019 по делу №А65-3929/2019 заявление общества с ограниченной ответственностью "Ремстрой-Энергосервис", г.Альметьевск к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №16 по Республике Татарстан, г.Альметьевск о признании недействительным решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 25.07.2018 №2.16-46/8, оставлено без удовлетворения.

Указанным решением суда была установлена взаимозависимость, подконтрольность и согласованность действий с контрагентом ООО «Промэнерго», наличие умышленных действиях налогоплательщика и экономической подконтрольности ООО «Промэнерго».

Суд указал, как следует из материалов дела, поступление денежных средств на расчетный счет ООО «Промэнерго» от заявителя - ООО «Ремстрой-Энергосервис» за 2015 год составивших 83% от всех поступлений.

Списание денежных средств с расчетного счета ООО «Промэнерго» за 2015-2016г. составило 297 457 890 руб., из которых на счет физического лица ФИО6 в отделение «Банк Татарстан» №8610 ПАО Сбербанк г. Казань перечислено 24 390 712 рублей в качестве займа.

Из объяснения ФИО6, полученного налоговым органом от УЭБ и ПК МВД по РТ, следует, что ФИО6, не являлся должностным лицом, либо работником ООО «Промэнерго», лично был знаком с директором ООО «Таграс-Энергосервис» -ФИО12, который в проверяемом периоде 2014-2016 года являлся работником ООО "ТаграС-Холдинг" ИНН7704630033, директором ООО «Таграс-Энергосервис», что в свою очередь не исключающее возможности влияния на принятие решения Обществом. Поскольку ООО «Ремстрой-Энергосервис» является дочерним обществом ООО «Таграс-Энергосервис».

Суд согласился с доводами инспекции, что знакомство ФИО6 с ФИО12 указывает на взаимосвязанность организаций Обществ «Промэнерго» и «Ремстрой-Энергосервис» и согласованном умышленном создании проверяемым налогоплательщиком схемы для получения необоснованной налоговой выгоды, путем включения в цепочку «поставщик -покупатель» организации-посредника, с целью завышения собственных расходов.

Денежные средства, полученные ООО «Промэнерго» от ООО «Ремстрой-Энергосервис», в дальнейшем перечислены в адрес действующих организаций, а также в адрес «фирм-однодневок»: ООО «Линкс Строй», ООО «Каприкорнус» и физического лица ФИО6, посредством которых происходило обналичивание денежных средств.

Суд указал, что довод заявителя со ссылкой на понятие взаимозависимости и подконтрольности, установленное п.2 ст.105.1 НК РФ об отсутствии взаимосвязанности ООО «Промэнерго» необоснован.

Согласно п.7, ст.105.1 НК РФ, суд может признать лица взаимозависимыми по иным основаниям, не предусмотренным пунктом 2 ст.105.1 НК РФ, если отношения между этими лицами обладают признаками, указанными в пункте 1 ст.105.1 НК РФ.

Указанные выше обстоятельства в своей совокупности и взаимосвязи свидетельствует о согласованности действий налогоплательщика с контрагентом ООО «Промэнерго», что в свою очередь свидетельствуют о взаимозависимости указанных организаций.

Следовательно, приобретение оборудования через цепочку посредников производилось налогоплательщиком с целью увеличения его стоимости, что привело к неправомерным вычетам по налогу на добавленную стоимость и расходам по налогу на прибыль, также являющееся основанием для отказа в удовлетворении требований заявителя.

В обоснование притворности сделки заявитель по настоящему спору также ссылался на результаты выездной налоговой проверки.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Верховного от 25.07.2016 N 305-ЭС16-2411 по делу А41-48518/2014 и 8 постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда от 18.10.2012 N 7204/12 по делу N А70-5326/2011, при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов).

Абзацем двенадцатым пункта 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, установлено, что к числу доказательств, ставящих под сомнение исполнение сделки, согласно статье 75 АПК РФ могут быть отнесены, в том числе материалы налоговой проверки должника и (или) его контрагента (акт налоговой проверки, принятое по ее результатам решение).

Из содержания решения от 25.07.2018 N 2.16-46/8 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (т.4 л.д.78), а также из пояснений конкурсного управляющего, заявителя и уполномоченного органа, следует, в ходе выездной налоговой проверки установлено, что ООО «Ремстрой-Энергосервис» оборудование приобретено через посредника - ООО «Промэнерго», которое имеет признаки недобросовестного контрагента, налоговым органом рассчитаны реальные обязательства проверяемого налогоплательщика по данным сделкам. Так, стоимость приобретенного оборудования фактически составила 86 558 140 рублей (119 875 108 руб. - 33 316 968 руб.).

Необоснованная налоговая выгода, полученная проверяемым налогоплательщиком путем создания формального документооборота с использованием цепочки контрагентов, составила 33 316 968 рублей. Из изложенного следует, что приобретение оборудования через цепочку посредников производилось налогоплательщиком с целью увеличения его стоимости на указанную сумму, что привело к необоснованному увеличению расходов по налогу на прибыль и налоговых вычетов по НДС.

Об умышленных действиях налогоплательщика свидетельствует экономическая подконтрольность ООО «Промэнерго».

Анализ движения денежных средств за 2015г по расчетному счету ООО «Промэнерго» Филиал БАНКА ГПБ (АО) "СЕВЕРО-ЗАПАДНЫЙ"), показал следующее: поступление денежных средств на расчетный счет ООО «Промэнерго» за 2015 -составило 142 092 247руб., из которых 117 818 747руб. поступило за ТМЦ от ООО «Ремстрой¬Энергосервис», что составляет 83% от всех поступлений, то есть расчетный счет контрагентом открыт непосредственно для расчетов с ООО «Ремстрой- Энергосервис», что свидетельствует о согласованности действий налогоплательщика с контрагентом ООО «Промэнерго».

Наличие формального документооборота подтверждается следующими результатами контрольных мероприятий, проведенных в отношении ООО «Промэнерго».

Из представленного налоговым органом опроса следует, что руководитель ООО Промэнерго» ФИО9 являлся номинальным руководителем.

Анализ движения денежных средств за 2015г. -2016г. по расчетным счетам ООО «Промэнерго» (ФИЛИАЛ "САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ" ОАО "АЛЬФА-БАНК". Ф-БАНКА ГПБ (АО) "СЕВЕРО-ЗАПАДНЫЙ"), показал следующее.

Поступление денежных средств на расчетный счет ООО «Промэнерго» за 2015-2016г. составило 298 731 753руб., из которых 170 551 086руб. поступило за ТМЦ от ООО «Ремстрой-Энергосервис».

Анализ банковской выписки ООО «Промэнерго» показал, что денежные средства, поступившие от ООО «Ремстрой-Энергосервис» в дальнейшем перечислялись контрагентам.

Спасание денежных средств с расчетного счета ООО «Промэнерго» за 2015-2016 г.г. составило 297 457 890 руб., из которых на счет физического лица ФИО6 перечислено 24 390 712 рублей (займ).

Согласно представленных в налоговый орган сведений по справкам о доходах формы 2-НДФЛ на ФИО6, сумма дохода за проверяемый период с 2014г. по 2016г. составила 3 140 617.04руб.. между тем ФИО6 в проверяемом периоде приобретены: квартира в г. Казань; ТОУОТА LAND CRUISER 200; MERCEDES-BENZ GLE 450 4MATIC; -ЛАДА 210540; МЕРСЕДЕС-БЕНЦ GLS 350 D 4MATIC; БМВ 7501 XDRIVE.

Налоговый орган указывает, из объяснения ФИО6 следует, что не являясь как должностным лицом так и работником ООО «Промэнерго», лично знаком с директором ООО «Таграс-Энергосервис» и директором ООО «Ремстрой-Энергосервис», что указывает на взаимосвязанность организации ООО «Промэнерго» и ООО «Ремстрой-Энергосервис» и согласованном умышленном создании проверяемым налогоплательщиком схемы для получения необоснованной налоговой выгоды, путем включения в цепочку «поставщик -покупатель» организации - посредника, с целью завышения собственных расходов.

С расчетного счета ООО «Промэнерго» за 2015-2016г. списание в адрес ООО «Линкс Строй» ИНН

<

***> составило 35 961 630руб.

Согласно данным информационного ресурса регионального и федерального уровня в отношении вышеуказанных контрагентов ООО «Промэнерго» установлено следующее:

ООО «ЛИНКС СТРОЙ» ИНН 

<

***>, ООО «АГИЛА» ИНН1660235385, ООО «НАДИР» ИНН1660244580, ООО «КАМСК» ИНН1660213511, ООО «Каприкорнус»   ИНН1660236678   имеют признаки «проблемности»:

-отсутствие управленческого персонала, технических и кадровых возможностей (имущества, транспортных средств), необходимых для осуществления хозяйственных операций;

-массовый руководитель ФИО13 (ФИО14);

-адрес «массовой регистрации»;

-прекратили деятельность;

-ООО «Надир» и ООО «Камск» реорганизовались, путем присоединения к ООО«Гилан».

Согласно выпискам банков ООО «Промэнерго», движение денежных средств в адрес контрагентов осуществлялось в течение короткого промежутка времени и с иными назначениями платежей, что является подтверждением «транзитного» характера финансовых операций. Движение денежных средств осуществлялось между контрагентами ООО «Промэнерго», где руководителем, либо учредителем являлось одно и то же лицо (ФИО13)

Из представленного УЭБ и ПК МВД по РТ опроса следует, что руководитель ООО "ЛинксСтрой", ООО «Каприкорнус» ФИО13 является номинальным руководителем.

Из вышеизложенного следует, что денежные средства полученные «Промэнерго» от ООО «Ремстрой-Энергосервис» были перечислены в адрес «фирм-однодневок» и физического лица ФИО6, посредством которых происходило обналичивание денежных средств.

Таким образом, об умышленных действиях ООО «Ремстрой-Энергосервис» в отношении ООО «Промэнерго» свидетельствуют следующие факты:

1) отсутствие технических и кадровых возможностей (технических работников, имущества, транспортных средств), необходимых для осуществления хозяйственных операций ООО «Промэнерго»;

2) среднесписочная численность ООО «Промэнерго» составляет 1 человек;

3) руководитель ООО «Промэнерго» ФИО9 является номинальным руководителем;

4) 83% от всех поступлений на расчетный счет ООО «Промэнерго» составляет ООО «Ремстрой-Энергосервис», что говорит о экономической подконтрольности данного контрагента;

5) Документы, представленные ООО «Промэнерго» содержат недостоверные сведения и имеют противоречивый характер;

6) денежные средства перечислялись в адрес «фирм-однодневок»: ООО «Линкс Строй», ООО «Каприкорнус» и физического лица ФИО6, посредством которых происходило обналичивание денежных средств;

7) с марта 2017г. ООО «Промэнерго» не ведет фактическую финансово-хозяйственную деятельность.

Таким образом, согласованные действия ООО «Ремстрой-Энергосервис» и ООО «Промэнерго» не были обусловлены разумными экономическими причинами, имели своей целью получение налоговой выгоды за счет искажения налоговой базы по налогу на прибыль организаций и налоговых вычетов по НДС при приобретении оборудования через цепочку посредников с целью увеличения его стоимости и получения необоснованной налоговой выгоды.

В действиях налогоплательщика ООО «Ремстрой-Энергосервис» отсутствуют обстоятельства, свидетельствующие о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Об умышленных действиях налогоплательщика свидетельствует экономическая подконтрольность ООО «Промэнерго».

Анализ движения денежных средств за 2015г. по расчетному счету ООО «Промэнерго» (Ф-Л БАНКА ГПБ (АО) "СЕВЕРО-ЗАПАДНЫЙ"), показал следующее:

Поступление денежных средств на расчетный счет ООО «Промэнерго» за 2015-составило 142 092 247руб., из которых 117 818 747руб. поступило за ТМЦ от ООО «Ремстрой-Энергосервис», что составляет 83% от всех поступлений, то есть расчетный счет   контрагентом   открыт   непосредственно   для   расчетов   с   ООО   «Ремстрой-

Энергосервис», что свидетельствует о согласованности действий налогоплательщика с ООО «Промэнерго».

Списание денежных средств с расчетного счета ООО «Промэнерго» за 2015-2016г. составило 297 457 890руб., из которых на счет физического лица ФИО6 в отделение « Банк Татарстан» №8610 ПАО Сбербанк г.Казань перечислено 24 390 712руб.  (займ).

Из объяснения ФИО6 следует, что не являясь как должностным лицом так и работником ООО «Промэнерго», лично знаком был с директором ООО «Таграс-Энергосервис» ФИО12

Налоговым органом установлено, что в проверяемом периоде 2014-2016г. ФИО12 являлся работником ООО "ТаграС-Холдинг" ИНН7704630033, учредителем ООО «Таграс-Энергосервис», что не исключает возможность влияния на принятие решения Обществом.

Таким образом, знакомство ФИО6 с ФИО12 указывает на взаимосвязанность организации ООО «Промэнерго» и ООО «Ремстрой-Энергосервис» и согласованном умышленном создании проверяемым налогоплательщиком схемы для получения необоснованной налоговой выгоды, путем включения в цепочку «поставщик -покупатель» организации - посредника, с целью завышения собственных расходов.

Денежные средства, полученные ООО «Промэнерго» от ООО «Реметрой-Энергосервис» были перечислены в адрес «фирм-однодневок» и физического лица ФИО6, посредством которых происходило обналичивание денежных средств.

Как отражено в акте налоговой проверки, налоговым органом не отрицается реальное движение товара и поступление его в адрес проверяемого налогоплательщика. Деловая цель также не оспаривается налогоплательщиком. Вместе с тем, на основании совокупности доказательств, представленных в акте проверки, следует, что одновременно с деловой целью, общество преследовало цель получить необоснованную налоговую выгоду посредством включения в цепочку контрагентов - ООО «Промэнерго», с целью искусственного завышения стоимости товаров, а следовательно и расходов общества.

Судом учтено, что согласно карточкам образцов подписей ФИО6 имел право первой подписи для распоряжения по счетам ООО «Промэнерго» (л.д. 141 т.3).

Кроме того, актом налоговой проверки №1736 от 15.03.2021 в отношении ООО «ТаграС-Нефтегазстрой»    (т.4 л.д.  129) установлено, из полученных ответов – АО «АЛЬФА-БАНК» отв. № 6619дсп от 21.01.2021 г., «ГАЗПРОМБАНК» (Акционерное общество) отв. № 11236 от 16.10.2020 г. следует:

Согласно карточке с образцами подписей, представленной «ГАЗПРОМБАНКОМ» первая подпись принадлежит директору ООО «ПРОМЭНЕРГО» ФИО9, а вторая подпись принадлежит ФИО6, что свидетельствует о подконтрольности ООО «ПРОМЭНЕРГО» ООО «ТаграС-Нефтегазстрой», так как ФИО6 являлся работником ООО «ТаграС-Нефтегазстрой».

ФИО6 также являлся владельцем сертификата ключа проверки электронной подписи.

Налоговый орган указал следующее, из протокола допроса свидетеля ФИО9 следует, что, будучи руководителем ООО «ПРОМЭНЕРГО», он руководил организацией формально, фактического участия в финансово - экономической деятельности предприятия ООО «ПРОМЭНЕРГО» не принимал, то есть являлся номинальным руководителем организации ООО «ПРОМЭНЕРГО».

По данным программы АСК НДС-2, ООО «Таграс-Нефтегазстрой» заявлены вычеты в 4кв. 2016г., по организации ООО «ПРОМЭНЕРГО» ИНН 

<

***> в сумме НДС 3 175тыс. руб.

Согласно, расчетного счета ООО «Таграс-Нефтегазстрой» за 2016-2017г. в адрес ООО «ПРОМЭНЕРГО» перечислена вся сумма денежных средств размере 20 817 454руб. с назначением платежа (Предоплата согласно приложению №1 к дог. субподряда на вып.раб. "Техническое перевооружение ОРУ 35 кВ подстанции смамыково 110/35/110 кВ " (№ 354ТНГС от 04.10.2016)

В ходе проверки проведен анализ расчетного счета ООО «ПРОМЭНЕРГО», при этом установлено, что денежные средства, поступившие 07.11.2016 г. от ООО «Таграс-Нефтегазстрой» в счет оплаты по договору подряда № 354 от 04.10.2016 года в сумме 14 221 277 руб. далее перечисляются:

-08.11.2016 г в адрес ООО «ТавридаЭлектрикПоволжье» ИНН 

<

***> в сумме 5 625 238 руб. с назначением платежа «Оплата по договору №24К-16. Сумма 2 000 000.00, в том числе НДС (18%) 858 087.17 руб.». ООО «ТавридаЭлектрикПоволжье» ИНН 

<

***> - действующее предприятие. Поставлено на учет в налоговом органе 10.06.2011 года, располагается по адресу: 603006, 

<

...>; учредителем/руководителем предприятия является ФИО15, ИНН 

<

***>, основной вид деятельности предприятия: ОКВЭД: (46.69.5) Торговля оптовая производственным электротехническим оборудованием, машинами, аппаратурой, материалами; ССЧР: 2016 год 37 чел., 2017 год - 40 чел., ООО «ТавридаЭлектрикПоволжье» не является производителем ТМЦ, реализованных в адрес ООО «ПРОМЭНЕРГО» ИНН 

<

***>;

-17.11.16 г. в адрес ООО «Электротехкомплект» ИНН 

<

***> в сумме 1 300 000 руб. с назначением платежа «Оплата по договору №15 от 16.11.2015, Сумма 1 300 000. 00. В том числе НДС (18%), 198 305.10 руб.»;

-24.11.2016 г. в адрес ООО «Электротехкомплект» ИНН 

<

***> в сумме 7 296 470 руб. с назначением платежа «Оплата по спецификациям №3 и 3 к договору №19/46 от 10.11.2015, Сумма 7 296 469. 52. В том числе НДС (18%), 1113 020.77 руб.

ООО «Электротехкомплект» ИНН 

<

***> - действующее предприятие. Поставлено на учет в налоговом органе 30.12.2009 года, , располагается по адресу: 105568, 

<

...> дом.1, строение I, этаэю 3, офис 15: учредителем/руководителем предприятия является ФИО16, ИНН 

<

***>, основной вид деятельности предприятия: ОКВЭД: (46.69.5) Торговля оптовая производственным электротехническим оборудованием, машинами, аппаратурой, материалами; ССЧР: 2016 год 21 чел., 2017 год - 18 чел., ООО «Электротехкомплект» не является производителем ТМЦ, реализованных в адрес ООО «ПРОМЭНЕРГО» ИНН 

<

***>;

-в период с 07.11.2016 года по 28.12.2016 г. в адрес ФИО6 ИНН 

<

***> перечислено в общей сумме 7 650 000 руб. с назначением платежа «оплата по договорам займов № 20 от 25.12.2015 г., № 21 от 01.12.2016 г., №21 от 01.12.2015г., №22 от 02.12.2016 г., № 22 от 09.12.2016 г., № 23 от 16.12.2016 г., №25 от 23.12.2015г.»;

-28.12.2016 года в адрес ФИО6 ИНН 

<

***> в общей сумме 3 000 000 руб. с назначением платежа «оплата процентов по договору займа № 26 от 28.12.2016 г.»;

Денежные средства, поступившие 14.02.2017 г. в адрес ООО «Промэнерго» от ООО «Таграс-Нефтегазстрой» в счет оплаты по договору подряда № 354ТНГС от 04.10.2016 в сумме 6 596 177 руб. далее перечисляются в период 16, 17 февраля 20017 года в адрес ФИО6 ИНН 

<

***> в общей сумме 9 000 000 руб. с назначением платежа «оплата по договору займа № 26 от 16.02.2017».

При этом налоговым органом установлено, что ФИО6 с февраля 2016 года по 2017 год являлся работником ООО «Таграс-Нефтегазстрой», о чем свидетельствуют справки формы 2НДФЛ, представленные на ФИО6 налоговым агентом - ООО «Таграс-Нефтегазстрой»;

За 2016 год ФИО6 получен доход в общей сумме 195934,24 руб., код дохода 1538 «Доходы в виде процентов, полученных в налоговом периоде по совокупности договоров займа», о чем также свидетельствует справка формы 2НДФЛ, представленная на ФИО6 налоговым агентом - ООО «Промэнерго».

Согласно данным информационного ресурса регионального и федерального уровня в отношении ФИО6, ИНН 

<

***> установлено следующее.

В течении 2016 года на счет ООО «Промэнерго» всего поступило денежных средств в общей сумме 232 296 682 руб., из них от предприятий холдинга поступило 164 535 544,30 руб., при этом списание денежных средств с расчетных счетов ООО «Промэнерго» за 2016г. составило 186 348 438 руб., из которых:

- на счет физического лица ФИО6 в отделение « Банк Татарстан» №8610 ПАО Сбербанк г.Казань перечислено 19 170 262руб. (займ и проценты по займу).

Согласно представленных в налоговый орган сведений о доходах справки формы 2-НДФЛ на ФИО6, сумма дохода за период с 2014г. по 2017г. составила 3 762 785,32руб.,между тем ФИО6 в период 2016-2017гг. приобретены: две квартиры в г. Казань площадью 127,1 кв.м. и 126,2 кв.м.; автомобиль MERCEDES-BENZ GLE 450 4MATIC; автомобиль ЛАДА 210540; автомобиль МЕРСЕДЕС-БЕНЦ GLS 350 D 4MATIC; автомобиль MERCEDES BENZ VITO автомобиль ТОУОТА ALPHARD автомобиль БМВ 7501XDRIVE автомобиль БМВ 7501 XDRIVE автомобиль ГАЗ 3110.

В ходе анализа выписок лицевых счетов ФИО6 ИНН

<

***> установлено, что далее денежные средства ФИО6 обналичивает и использует для собственных нужд:

В результате вышеизложенного, ФИО6 являясь в 2016-2017гг. работником ООО "ТАГРАС-НЕФТЕГАЗСТРОЙ", т.е. взаимозависимым лицом и обналичивал денежные средства, поступившие в адрес ООО «Промэнерго» от данных организаций, а также тратил на собственные нужды.

Таким образом, из проведенного анализа расчетного счета ООО «ПРОМЭНЕРГО», а также содержания назначения платежа при перечислении денежных средств в адрес ФИО6 свидетельствует, что ООО «ПРОМЭНЕРГО» перечисляет в адрес ФИО6 денежные средства в погашение займов и проценты по ним, однако анализ расчетного счета ООО «ПРОМЭНЕРГО» с момента начала финансово-хозяйственной деятельности предприятия, в частности с 06.05.2015 года не содержит операции по перечислению ФИО6 в адрес ООО «ПРОМЭНЕРГО» заемных денежных средств.

Уполномоченный орган в ходе проведения налоговой проверки пришел к выводу, что показания ФИО6, полученные оперуполномоченным но особо важным делам отдела дислокации г.Альметьевск УЭБ и ПК МВД по РТ противоречат данным, полученным при анализе расчетного счета ООО «ПРОМЭНЕРГО» в части того, что из расчетного счета усматривается, что идет погашение займов и выплата процентов по ним, а показания ФИО6 свидетельствуют о том, что в его адрес перечислялись заемные денежные средства.

Из проведенного анализа расчетного счета ООО «Промэнерго» с момента постановки на учет и до 21.02.2017 года (после 21.02.2017 года движение по расчетному счету отсутствовало, за исключением последней и единственной операции за период с 21.02.2017 года по 05.03.2019 года, которая совершена 05.03.2019 года) установлено, что перечисления денежных средств в адреса АО «Группа компаний «Таврида Электрик» ИНН 

<

***>, ООО «ОЭнТ-Центр» ИНН 

<

***>, ООО «Механика» (поиск в базе федеральных информационных ресурсов юридического лица - ООО «Механика» результатов не дал, при этом было установлено юридическое лицо АОЗТ «Механика» ИНН 

<

***>, который исключен из ЕГРЮЛ на основании п. 2 ст. 21.1 ФЗ от 08.08.2001 г. № 129-ФЗ 18.07.2017 года) отсутствуют, что свидетельствует об отсутствии между ними каких-либо финансово-хозяйственных взаимоотношений.

Как было установлено налоговым органом, ООО «Промэнерго» перечислило денежные средства, поступившие от ООО «ТаграС-Нефтегазстрой» следующим предприятиям:

-ООО «Электротехкомплект» ИНН 

<

***> согласно договора, заключенного с ООО «Промэнерго» № 19/46 от 10.11.2015 года в сумме 7 296 470 руб.;

-ООО «Таврида Электрик Поволжье» ИНН 

<

***> согласно договора, заключенного с ООО «Промэнерго» № 24К-16 от 21.07.2016 года в сумме 5 625 238 руб. Кроме этого 08.08.2016 года произведена оплата в сумме 2 000 000 руб. с назначением платежа «Предоплата по договору №24К-16. Сумма 2 000 000 руб.. в том числе НДС (18%) 305 084.75 руб.».

Согласно анализа выписки расчетного счета ООО «ПРОМЭНЕРГО» установлено, что ООО «ТаграС-Нефтегазстрой» перечислило в адрес ООО «ПРОМЭНЕРГО» денежные средства в общей сумме 20 81 7 954 руб., в том числе: 07.11.2016 года - 14 221 777 руб.; 14.02.2017 года - 6 596 177 руб.

Согласно данным, налоговым органом установлено, что в 4 квартале 206 года в цепочке вычетов ООО «ТаграС-Нефтегазстрой» определен выгодоприобретателем, ООО «Промэнерго» определен как «транзитер».

На основании анализа данных, содержащихся в информационных системах налоговых органов, в отношении представленной ООО «ТаграС-Нефтегазстрой» налоговой декларации по НДС за 4 квартал 2016 год выявлены обстоятельства, свидетельствующие о наличии несформированного источника по цепочке поставщиков товаров (работ, услуг) для принятии к вычету сумм НДС по взаимоотношениям с ООО "ПРОМЭНЕРГО".

Данный факт указывает на то, что была создана цепочка организаций с целью ухода от налогообложения денежных средств, на которые были завышены расходы по выполнении) работ на объекте: «Техническое перевооружение ОРУ 35 кВ подстанции с. Мамыково 110/35/10 кВ инв. № 421130 АО «Татнефтепром-газсевнефть»,       документально оформленные на субподрядчика ООО "ПРОМЭНЕРГО", выгодоприобретателем во всей выстроенной цепочке является ООО «ТаграС-Нефтегазстрой» ИНН1644037298, транзитером - ООО "ПРОМЭНЕРГО" ИНН 

<

***>.

Проведенными в ходе выездной налоговой проверки мероприятиями налогового контроля и анализом представленных для проведения выездной налоговой проверки документов, а также анализом полученной информации, установлены следующие обстоятельства, свидетельствующие о создании ООО «ТаграС-Нефтегазстрой» формального документооборота с использованием реквизитов ООО "ПРОМЭНЕРГО" без осуществления реальных хозяйственных операций с данной организацией с целью неправомерного заявления налоговых вычетов по НДС и неправомерного включения в расходы, уменьшающие налоговую базу по налогу на прибыль организаций затрат по сделке с заявленным контрагентом:

-представленные документы не могут являться документами, подтверждающими факт выполнения работ на объекте: «Техническое перевооружение ОРУ 35 кВ станции Мамыково 110/35/10 кВ инв.№ 421130 АО «Татнефтепром-Зюзеевнефть» - АО «Титнефтепром-Зюзеевнефть» «проблемным» контрагентом ООО «ПРОМЭНЕРГО», поскольку  по  своему  содержанию  не  отражают информацию  об  обстоятельствах реального выполнения строительно-монтажных работ и пуско-наладочных работ на объекте;

-установлен факт экономической подконтрольности ООО «ПРОМЭНЕРГО» должностным лицам взаимозависимых организаций, входящих в группу холдинга, в т. ч. и ООО «ТаграС-Нефтегазстрой», которая использовалась участниками сделки как возможность для осуществления согласованных недобросовестных действий, умышленно направленных на уменьшение налоговых обязательств:

-сумма перечислений в адрес ООО «ПРОМЭНЕРГО» взаимозависимыми лицами холдинга составила 248 611 007,5руб.. что составляет 78,52% от всех поступивших денежных средств на расчетный счет ООО «ПРОМЭНЕРГО»;

-согласно представленных банком «ГАЗПРОМБАНК» (Акционерное общество) документов, а именно карточек с образцами подписей ООО «ПРОМЭНЕРГО» следует, что ФИО6 обладал правом второй подписи на документах, кроме этого он являлся владельцем бланка сертификата ключа проверки электронной подписи.

-денежные средства, перечисленные ООО «ТаграС-Нефтегазстрой» в адрес ООО «ПРОМЭНЕРГО» за выполнение строительно-монтажных и пуско-наладочных работ (в том числе приобретение комплектующих, материалов) были перечислены действующимпоставщикам-контрагентамООО «Электротехкомплект» и ООО «ТавридаЭлектрикПоволжье», а также в адрес физического лица ФИО6, через которого происходило обналичивание денежных средств, которые были перечислены субподрядной организации ООО "ПРОМЭНЕРГО", так как сделка с данным контрагентом носила формальный характер, без осуществления реальной деятельности;

-ФИО6 являясь в 2016-2017гг. работником ООО "ТАГРАС-НЕФТЕГАЗСТРОЙ", т.е. взаимозависимым лицом по отношению к предприятиям холдинга обналичивал денежные средства, поступившие в адрес ООО «ПРОМЭНЕРГО» от данных организаций, а также тратил на собственные нужды, так  сумма  полученных  денежных   средств   за  период  2016-2017   года  составила 28 440 262,24руб., в том числе в 2016 году - 19 170 262,24 руб., в 2017 году - 9 270 000 руб.

-ФИО6 в проверяемом периоде являлся работником ООО «ТаграС-Нефтегазстрой», что таю/се указывает на подконтрольность организации ООО «ПРОМЭНЕРГО» по отношению к компаниям холдинга и согласованном, умышленном создании проверяемым налогоплательщиком схемы, направленной на минимизацию налоговых обязательств, путем включения в цепочку «Подрядчик» -«Заказчик» субподрядной организации - посредника ООО «ПРОМЭНЕРГО».

-цепочка вычетов ООО "ПРОМЭНЕРГО" - ООО "КУБОМЕТР» состоит из 10 организаций (из которых 6 предприятий созданы в августе месяце 2016 года), 9 из которых исключены из ЕГРЮЛ по решению регистрирующих органов как недействующие юридические лица или в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о недостоверности, цепочка дерева связей по которым заканчивается разрывами, что свидетельствует о наличии несформированного источника по цепочке поставщиков товаров (работ, услуг) для принятия к вычету сумм НДС по взаимоотношениям с ООО "ПРОМЭНЕРГО" и о формальной деятельности указанных организаций.

-руководитель ООО Промэнерго» ФИО9 являлся номинальным руководителем: свидетель однозначно подтвердил, что фактического участия в финансово - экономической деятельности организации ООО «ПРОМЭНЕРГО» не принимал, руководил организацией формально.

-у ООО «ПРОМЭНЕРГО» отсутствуют необходимые условия для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств.

Довод ФИО6 о том, что полученные денежные средства по договору займа были израсходованы на оплату стоимости выполненных работ по договору подряда, заключенного ООО «Промэнрего» с ООО «Солид Строй», опровергается материалами дела, в частности актом налоговой проверки и решением налогового органа о привлечении к административной ответственности.

Кроме того, на всем протяжении рассмотрения настоящего спора, ФИО6 не представил в материалы дела допустимые и надлежащие доказательства, подтверждающие, что денежные средства ответчиком были израсходованы на нужды общества (не представлены конкретизированные подтверждающие расходование денежных средств на производственные нужды документы, например, приходно-кассовые ордера, чеки, квитанции, авансовые отчеты и прочее).

Указанные документы, также отсутствуют в материалах прекращенного уголовного дела в отношении ФИО6

В силу статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться оправдательными документами. Эти документы служат первичными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет.

Согласно абзацу второму пункта 6.3 Указания Банка России от 11.03.2014 N 3210-У "О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства" подотчетное лицо обязано в срок, не превышающий трех рабочих дней после дня истечения срока, на который выданы наличные деньги под отчет, или со дня выхода на работу, предъявить главному бухгалтеру или бухгалтеру (при их отсутствии - руководителю) авансовый отчет с прилагаемыми подтверждающими документами.

Следовательно, единственным доказательством целевого использования подотчетных сумм являются авансовые отчеты, составляемые подотчетным лицом, с прилагаемыми к ним подтверждающими первичными документами несения расходов.

Исходя из предмета и основания заявления бремя доказывания опровержения презумпции о противоправности цели совершения сделки по перечислению денежных средств возлагается на ответчика, которым не представлено надлежащих доказательств (первичных документов) несения затрат в связи с хозяйственной деятельностью должника.

В данном случае перечисления денежных средств в отсутствие какого-либо встречного предоставления, безусловно, привели к уменьшению конкурсной массы и, как следствие, причинению вреда имущественным правам кредиторов, правомерно рассчитывающих на наиболее полное удовлетворение своих требований за счет имущества должника, в том числе денежных средств, находящихся на его счетах.

Кроме того, судом первой инстанции принята во внимание противоречивая позиция ФИО6, одновременно утверждающего о расходовании спорных денежных средств на хозяйственные нужды должника (оплата подрядных работ) и получения денежных средств по договорам займа в личных целях (не желание раскрывать конечного бенефициара, в интересах которого осуществлялись сделки по обналичиванию денежных средств), признанная судом не отвечающим признакам допустимости (достаточности) доказательств.

Кроме того, отсутствие сообщений о недостаче по подотчетным суммам после прекращения трудовых отношений, неприменение должником мер по взысканию задолженности с ответчика не может быть расценено в качестве свидетельства получения должником равноценного встречного предоставления в счет перечисленных на расчетный счет ответчика денежных средств.

Позиция ФИО6 о необходимости рассмотрения спора с учетом обстоятельств, установленных в постановлении о прекращении уголовного дела, признана судом первой инстанции несостоятельной.

Вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом (часть 4 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Действующие во всех видах судопроизводства общие правила распределения бремени доказывания предусматривают освобождение от доказывания входящих в предмет доказывания обстоятельств, к числу которых процессуальное законодательство относит обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением по ранее рассмотренному делу.

В данном случае основанием для освобождения от доказывания проявляется преюдициальность как свойство законной силы судебных решений, общеобязательность и исполнимость которых в качестве актов судебной власти обусловлены ее прерогативами (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 N 30-П "По делу о проверке конституционности положений статьи 90 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой граждан ФИО17 и ФИО18").

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 01.03.2011 N 273-О-О, согласно части 4 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации одним из оснований, освобождающих от доказывания, является вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу, который обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия, и совершены ли они определенным лицом. Другие доказательства, полученные в уголовно-процессуальном порядке, могут быть использованы в арбитражном процессе для установления наличия или отсутствия обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле при условии, если арбитражный суд признает их относимыми и допустимыми (часть 1 статьи 64, статьи 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). При этом разрешение вопросов об относимости и допустимости представленных сторонами доказательств, а также их оценка являются прерогативой арбитражного суда.

Постановление о прекращении уголовного дела, принятое в отношении ФИО6, не может рассматриваться в качестве бесспорного доказательства добросовестного поведения ФИО6

Таким образом, у суда отсутствует обязанность учитывать обстоятельства, установленные в постановлении о прекращении уголовного дела.

Суд первой инстанции, приняв во внимание отсутствие достоверных доказательств использования спорных денежных средств на нужды должника, их последующего возврата должнику (ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), пришел к выводу о признании сделки недействительной.

Суд первой инстанции, руководствуясь разъяснениями, изложенными в пункте 9 Информационного письма Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации", пункте 10 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 32) исходил из того, что у сторон было сознательное, целенаправленное, очевидное поведение на причинение вреда самому должнику, его кредиторам (выведение активов общества из хозяйственного оборота).

По сути, договор займа, не имел экономического содержания, совершен без реальной хозяйственной, деловой цели для ООО «Промэнерго».

Такое поведение в гражданском обороте не может быть расценено как добросовестное.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки (пункт 10 Постановления N 32).

Для установления недействительности договоров на основании статей 10, 168 ГК РФ необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) обоих сторон оспариваемой сделки.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В настоящем споре вся совокупность поведения сторон в спорных отношениях (перечисление денежных средств, обналичивание денежных средств аффилированному лицу) не свидетельствуют о добросовестном поведении сторон.

Действия сторон сделки направлены на создание видимости гражданско-правовой сделки, получение необоснованной налоговой выгоды, что не отвечает принципу разумности и добросовестности участников сделки и ведет к нарушению прав и законных интересов общества «Промэнерго».

Как следует из материалов дела, должник ООО «Промэнерго» фактически является "техническим" посредником - транзитером.

При использовании различных схем налогоплательщиками применяют как уже упомянутые выше фирмы-"однодневки", так и организации-транзитеры.

Цели создания данных сомнительных организаций различны: если фирмы-"однодневки" в основном используются с целью вывода денежных средств путем их обналичивания, то организации-транзитеры участвуют в цепочке сделок для увеличения стоимости товаров, работ и услуг для дальнейшего вывода в тень финансовых потоков. Объединяющим фактором является то, что создаются данные организации не для ведения реальной финансово-хозяйственной деятельности.

Как следует из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.05.2010 N 677/10, транзитное движение денежных средств, оформленное договорами займа, или иными гражданско-правовыми договорами может представлять собой сделку, совершенную лишь для вида, либо для прикрытия другой сделки без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, с целью введения в заблуждение окружающих относительно характера возникших между сторонами правоотношений.

Оформленное договорами займа, поставки транзитное перечисление денежных средств в случае, если оно не связано с реальным несением кредитором расходов (например, при получении кредитором переданных в заем денежных средств по договорам займа при отсутствии доказательств исполнения обязанности по возврату займа или по договору поставки при отсутствии доказательств исполнения обязательств по поставке товара), может свидетельствовать о формальном характере перечислений, имеющих своей исключительной целью установление доминирующего контроля над процедурой несостоятельности (банкротства).

Изложенное позволяет придти к выводу о перечислении денежных средств ФИО6 в общей сумме 4 000 000 рублей по договору займа №22 от 02.12.2016, №26 от 16.02.2016, №17 от 21.10.2016,с учетом дополнительных соглашений, а также о перечислении денежных средств в адрес «фирм-однодневок» в общей сумме 61 229 128,84 рубля, в отсутствие каких-либо законных оснований.

Не усматривается экономическая целесообразность в заключении договоров займа для должника.

Предоставление займов не является обычной хозяйственной деятельностью юридических лиц, не являющихся кредитными организациями.

Суд первой инстанции установил в действиях ООО «Промэнерго» и его контрагентов ООО «Линкс Строй», ООО «Надир» ООО «Каприкорнус», ООО «Кубометр», ООО «Регстарт» признаки недобросовестного поведения в создании формального документооборота с целью вывода денежных средств.

Доказательства, подтверждающие заключение договора в интересах должника, а также его цель, в результате которой предполагалось получение ООО «Промэнерго» какой-либо выгоды, не представлено (ст. 65 АПК РФ).

Реализация указанной схемы обусловлена наличием между ее участниками отношений заинтересованности.

В соответствии с п. 1 ст. 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Исходя из положений п. 1 ст. 9 Федерального закона "О защите конкуренции" группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих в том числе следующим признакам:

-хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);

-юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо.

С учетом установленных налоговым органом обстоятельств, при проведении налоговой проверки, суд первой инстанции пришел к выводу о фактической аффилированности должника и ФИО6, ООО «Ремстрой-ЭнергоСеврси» и ООО «ТаграС-нефетгазстрой», через указанные выше связи.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции признал, что реализованная взаимосвязанными лицами схема (заключение мнимых договоров займа, поставок, перечисление денежных средств в адрес взаимосвязанного лица ФИО6 и фирм-однодневок, в отсутствие каких-либо обязательственных отношений) имела своей целью вывод актива должника (денежных средств), о которой были осведомлены все участвующие в ней лица, действовавшие с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав.

На основании вышеизложенного суд первой инстанции пришел к выводу, что договор займа №22 от 02.12.2016, договор займа №26 от 16.02.2016, №17 от 21.10.2016, дополнительные соглашения от 27.03.2017 к договору займа №26 от 16.02.2016, от 18.01.2017 к договору займа №17 от 21.10.2016 и перечисления денежных средств по договору займа №22 от 02.12.2016 в сумме 2 000 000,00 рублей по платежному поручению № 398 от 2.12.2016г. на сумму 500 000,00 рублей; по платежному поручению № 399 от 2.12.2016г. на сумму 500 000,00 рублей; по платежному поручению № 404 от 9.12.2016г. на сумму 500 000,00 рублей; по платежному поручению № 405 от 9.12.2016г. на сумму 500 000,00 рублей; по договору займа №17 от 21.10.2016 по платежному поручению №336 от 31.10.2016 на сумму 1 500 000 рублей, по договору займа №26 от 16.02.2016 по платежному поручению №63 от 17.02.2017 на сумму 500 000 рублей, в пользу ФИО6, перечисления денежных средств в адрес «фирм-однодневок» в размере 61 229 128,84 руб., являются ничтожными.

Согласно ч. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

С учетом приведенных норм и фактических обстоятельств настоящего спора, арбитражный суд первой инстанции пришел к выводу о применении односторонней реституции в виде взыскания с получателя денежных средств по договорам займа ФИО6 в пользу должника 4 000 000 рублей.

Поскольку судом первой инстанции установлено, что с расчетного счета ООО «Промэнерго» денежные средства в сумме 4 000 000,00 рублей по платежному поручению № 398 от 2.12.2016г. на сумму 500 000,00 рублей; по платежному поручению № 399 от 2.12.2016г. на сумму 500 000,00 рублей; по платежному поручению № 404 от 9.12.2016г. на сумму 500 000,00 рублей; по платежному поручению № 405 от 9.12.2016г. на сумму 500 000,00 рублей; по платежному поручению №336 от 31.10.2016 на сумму 1 500 000 рублей, по платежному поручению №63 от 17.02.2017 на сумму 500 000 рублей, были перечислены в пользу ФИО6, оснований для удовлетворения требований в виде взыскания с ответчиков: ФИО9, ФИО4, ФИО10, ООО «РемстройЭнергосервис», ООО «Таграс-Энергосервис», ООО «Таграз-Нефтегазстрой» сумму в размере 4 000 000 рублей, не имеется.

Поскольку кредитором выбран способ защиты в виде признания недействительными сделки должника: договоров займа и перечислений денежных средств по договорам займа в пользу ФИО6, удовлетворение требования в части взыскания с ФИО6, ФИО9, ФИО4, ФИО10, ООО «РемстройЭнергосервис», ООО «Таграс-Энергосервис», ООО «Таграз-Нефтегазстрой» убытков в размере перечисленных 2 000 000 рублей по договору займа №17 от 21.10.2016 по платежному поручению №336 от 31.10.2016 на сумму 1 500 000 рублей, по договору займа №26 от 16.02.2016 по платежному поручению №63 от 17.02.2017 на сумму 500 000 рублей, приведет к двойному взысканию.

Соответственно, требование кредитора о взыскании убытков по тем же основаниям не подлежит удовлетворению в целях недопущения возложения на лицо двойной ответственности и ввиду того, что установленная судом обязанность ответчика по возврату денежных средств охватывается правилами о возмещении убытков.

В связи с чем, суд первой инстанции пришел к выводу, что требование в указанной части удовлетворению не подлежит.

Кроме того, судом первой инстанции установлено, что ООО «Линкс Строй», ООО «Надир» ООО «Каприкорнус», ООО «Кубометр», ООО «Регстарт», в настоящий момент ликвидированы.

В связи с чем, применение последствий недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Линкс Строй», ООО «Надир» ООО «Каприкорнус», ООО «Кубометр», ООО «Регстарт» денежных средств в размере 61 229 128,84 руб., не возможно.

В части требования ООО «Алгоритм» о взыскании солидарно убытков с ФИО6, ФИО9, ФИО4, ФИО10, ООО «РемстройЭнергосервис», ООО «Таграс-Энергосервис», ООО «Таграз-Нефтегазстрой» в размере перечисленных денежных средств в пользу «фирм-однодневок» в размере 61 229 128,84 руб., суд первой инстанции прищел к следующему.

С учетом процессуальных правил, регулирующих рассмотрение споров об ответственности руководителей должника в деле о банкротстве (глава III.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление Пленума N 53), в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, выступающими от имени юридического лица, подлежит рассмотрению судом в рамках дел в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, и может быть предъявлено, в том числе, уполномоченным органом.

При этом процессуальная обязанность по опровержению оснований для привлечения к такой ответственности, возлагается на привлекаемое лицо.

Ранее действовавшими в период совершения неправомерных действий нормами статей 15, 53, 53.1 ГК РФ, статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" также предусматривалось возложение на лицо, которое в силу учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязанность возмещения по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытков, причиненных по его вине юридическому лицу.

Статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Данное лицо несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, лицо, обращающееся с иском о взыскании убытков, должно в совокупности доказать следующие обстоятельства: факт нарушения обязательства ответчиком, наличие причинной связи между допущенным нарушением и возникшими убытками, размер требуемых убытков.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", со ссылкой на пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

При этом под сделкой невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации.

Согласно разъяснениям, изложенным в подпункте 5 пункта 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (пункты 12, 13) по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу 2 пункта 3 Постановления N 62 арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (абзац 4 пункта 2 Постановления N 62).

Из материалов дела усматривается, что в обоснование заявления о привлечении ответчиков к убыткам, заявитель ссылается на результаты проведенной налоговым органом выездной налоговой проверки.

Так, при проведении выездной налоговой проверки установлено совершение ООО «Промэнерго» сделок, лишенных экономического содержания, с контрагентами, имеющими признаки "фирм-однодневок"; перечисления со счетов ООО «Промэнерго» денежных средств сторонним организациям в счет расчетов за услуги, поставку товара, которые фактически обществу не оказывались, указанные сделки привели к получению необоснованной налоговой выгоды, что отражено в акте выездной налоговой проверки.

Суд первой инстанции, приняв во внимание установленные в ходе проведения налоговой проверки обстоятельства, пришел к выводу о том, что безвозмездные сделки по выбытию денежных средств в столь значительном размере привели к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства.

Из входящих в предмет исследования по настоящему обособленному спору обстоятельств следовало, что в период исполнения функций директора общества ФИО9 в пользу "фирм-однодневок" в 2016-2017 г.г. перечислено 61 229 128,84 руб.

Согласно проведенному налоговым органом анализу движения денежных средств по расчетному счету ООО «Помэнерго» установлено, что поступавшие денежные средства, перечислялись в пользу юридических лиц, в том числе организациям имеющим признаки "фирм-однодневок".

По результатам проведения налоговой проверки установлено совершение обществом сомнительных денежных перечислений в пользу "фирм-однодневок" в отсутствие экономического обоснования и встречного предоставления.

Согласно пункту 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве.

Также при анализе выписки следует, что ООО «РемстройЭнергосервис», ООО «Таграз-Нефтегазстрой» фактически производило денежные расчеты со своими контрагентами с использованием расчетного счета ООО «Промэнерго», в том числе по подозрительным операциям в пользу ФИО6, "фирм-однодневок" в неординарно значительных размерах, с заметной частотой, практически одному и тому же кругу повторяющихся получателей, выходящие за обычный ряд перечислений.

При рассмотрении предъявленного требования суд первой инстанции установил совершение ООО «РемстройЭнергосервис», ООО «Таграз-Нефтегазстрой», ФИО9 перечислений в пользу обществ и ФИО6, соответственно в качестве недобросовестных и неразумных действий, не отвечающим интересам общества, направленным на вывод денежных активов в пользу ликвидируемых лиц, без встречного предоставления должнику.

В силу обязанности доказывания возражений согласно статье 65 АПК РФ ООО «РемстройЭнергосервис», ООО «Таграз-Нефтегазстрой», ФИО9 и ФИО6, как контролирующие должника лица, не опровергли процессуальными средствами доказывания презюмируемую вину в причинении убытков в соответствии с процессуальными нормами действующей в настоящее время главы III.2 Закона о банкротстве и с учетом разъяснений, приведенных в Постановлении Пленума N 53.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к выводу о том, что неправомерные действия ООО «РемстройЭнергосервис», ООО «Таграз-Нефтегазстрой», ФИО9 и ФИО6, привели к возникновению у Общества убытков.

Поскольку перечисления денежных средств имели место в период исполнения обязанностей директора ООО «Промэнерго» ФИО9, вина ФИО10 и ФИО4 судом первой инстанции не установлена, оснований для удовлетворения требования о взыскании убытков с последующих руководителей общества не имеется.

Также, судом первой инстанции не установлена вина ООО «ТаграС-Энергосеврси» в совершении указанных сделок, в связи с чем, оснований для удовлетворения требования к данному ответчику, не имеется.

В соответствии с пунктом 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее -постановление Пленума N 53), руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее -номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11 , абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

На основании вышеизложенного, оснований для освобождения ФИО9 от ответственности в виде взыскания убытков по причине его номинального статуса в качестве руководителя, суд первой инстанции не усмотрел.

В части доводов ответчиков о пропуске срока исковой давности по требованию о признании сделок недействительными (ничтожными) и взыскании убытков, суд первой инстанции указал следующее.

Для признания сделки недействительной по основанию ст. 10 ГК РФ в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) необходимо установить, что такая сделка направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов и должника, при этом пороки сделки, совершенной со злоупотреблением правом, не охватываются составом недействительности сделки по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом   в   дело   должны   быть   представлены  доказательства  того,   что   совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела документы, проанализировав правоотношения между ФИО6, ФИО9, ООО «РемстройЭнергосервис», ООО «ТаграС-Нефтегазстрой», установив транзитность обращения денежных средств, опосредованного на отдельных участках через поставку товара, оказания услуг в целях максимального затруднения вскрытия транзитной схемы, суд первой инстанции пришел к выводу о безвозмездном характере сделки с денежными средствами для ООО «РемстройЭнергосервис», ООО «ТаграС-Нефтегазстрой», а также о том, что поведение общества «Промэнерго», вовлеченного в применение транзитной схемы, свидетельствует о его осведомленности о противоправных и злонамеренных по отношению к иным обществам целях оспариваемой сделки, о порочности поведения ФИО6

Приняв во внимание, что оспариваемые сделки и перечисления денежных средств прикрывает безвозмездные действия по передаче ФИО6 незаконно оказавшейся у него денежных средств обществам «РемстройЭнергосервис», ООО «ТаграС-Нефтегазстрой», при этом последние были в момент их совершения осведомлены о том, что такая передача совершается в целях причинения вреда интересам общества «Промэнерго» и создания в лице ФИО6, и фирм-однодневок якобы добросовестных приобретателей, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что прикрывающая сделка является ничтожной в силу п. 2 ст. 170 ГК РФ, а прикрываемая сделка - в силу ст. 10, 168 ГК РФ.

Учитывая, установленную судом взаимосвязь всех участвовавших в цепочке лиц либо их руководителей, а также принимая во внимание, что участие общества "Промэнерго" в данной транзитной схеме не может быть истолковано иначе как злонамеренное поведение, суд первой инстанции усмотрел наличие у оспариваемой сделки признаков злоупотребления правом и ее направленности на причинение вреда интересам общества (ст. 10, 168 ГК РФ), применив последствия недействительности сделки в виде возврата денежных средств в конкурсную массу должника.

Положения пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации определяют начало течения трехлетнего срока исковой давности при предъявлении требования о признании сделки недействительной (ничтожной) и применении последствий ее недействительности лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения, и одновременно устанавливает предельный десятилетний срок для оспаривания, который исчисляется со дня начала исполнения сделки.

Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 60 "О внесении дополнений в постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" пункт 10 Постановления N 32 дополнен новым положением, согласно которому по требованию арбитражного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации) до или после возбуждения дела о банкротстве, исковая давность в силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Кредитор и конкурсный управляющий могли узнать о наличии оснований для оспаривания указанных сделок не ранее окончания процедуры наблюдения и проведения финансового анализа сделок должника и назначения конкурсного управляющего в процедуре конкурсного производства, введенной в отношении должника 15.03.2021.

При этом, кредитор обратился в суд с заявлением о признании сделки недействительной до истечения трех лет - 06.06.2021.

В связи с чем, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что исходя из ничтожности сделки, а срок исковой давности по таким сделкам составляет три года, заявление кредитора поступило в суд в пределах трехлетнего срока, оснований для применения судом срока исковой давности не имеется.

Иной подход ставил бы кредиторов общества не обладающих возможностью контролировать органы управления юридическим лицом, а заведомо невыгодное положение, сопряженное с невозможностью реальной защиты своих интересов в ситуации, когда факт совершения ничтожной сделки со злоупотреблением скрывается органами управления юридическим лицом от своих кредиторов, и при этом срок исковой давности продолжает течь (определение Верховного суда Российской Федерации от 26.06.2016 №305-ЭС16-3884).

Гражданский кодекс Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс) исходит из ничтожности мнимой сделки, то есть сделки, совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (пункт 1 статьи 170).

Суд первой инстанции пришел к выводам о том, что стороны договора с самого начала не имели намерения создать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах.

К требованию о признании мнимой сделки недействительной применим трехлетний, а не годичный срок исковой давности (пункт 1 статьи 181 Гражданского кодекса).

Подача иска конкурсным управляющим, занявшим место органов управления непосредственно совершивших спорную сделку и заинтересованных наряду с обществом, как полагал управляющий, в сокрытии от третьих лиц (кредиторов) истинных мотивов своего поведения, связана не с самим фактом заключения договора и его исполнением как обычной сделки, отражающей подлинную волю участников, а с наступлением последствий от искусственно созданной сторонами договора видимости исполнения и имеет своей целью устранение этих последствий, то по смыслу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса начало течения срока давности определяется моментом, с которого конкурсный управляющий должен был узнать о формальном характере начала исполнения мнимого договора, направленного на безосновательное получение ответчиком денежных средств из конкурсной массы (определение Верховного суда Российской Федерации от 18.03.2021 по делу N 304-ЭС18-4037(9)).

В настоящем случае о мнимых спорных сделках стало известно или могло стать известно из решения Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.05.2019 по делу №А65-3929/2019.

Таким образом, на момент обращения кредитора в суд с заявлением о признании недействительной сделки - 06.06.2021, трехлетний срок исковой давности, исчисляемый с даты 27.05.2019, также не истек (27.05.2022).

Довод ответчиков, что кредитор, как правопреемник уполномоченного органа, знал о совершенных сделках с момента вынесения Решения о привлечении ООО «Ремстрой-Энергосервис» к ответственности за совершение налогового правонарушения от 25.07.2018, соответственно срок исковой давности истек, судом первой инстанции отклонен.

Решение о привлечении ООО «Ремстрой-Энергосервис» к ответственности за совершение налогового правонарушения вынесено 25.07.2018, при этом, кредитор обратился в суд с заявлением - 06.06.2021, то есть в пределах трехлетнего срока исковой давности.

При этом, значимым обстоятельством, в указанном случае, является дата вынесения итогового акта налогового органа (решения о привлечении к ответственности), с соответствующими выводами в части совершенных сделок, после проведения всех мероприятий налоговой проверки (истребование доказательств, анализ, опрос свидетелей и т.п.). Таким образом, срок проведения налоговой проверки (26.06.2017 по 21.02.2018) не имеет правового значения.

При взыскании убытков кредитор обращается в защиту интересов должника по корпоративным основаниям, в связи с чем срок исковой давности по данным требованиям должен быть установлен в том же порядке, что и для должника, и составляет три года со дня, когда должник узнал или должен было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (статьи 196, 200 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце 2 пункта 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", поскольку требование о возмещении убытков, причиненных должнику членами его органов и лицами, определяющими действия должника в силу прямого указания Закона о банкротстве подается от имени должника, срок исковой давности исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен был узнать не связанный (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности директором участник (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего нарушение. При этом течение срока исковой давности не может начаться ранее дня, когда названные лица узнали или должны были узнать о том, кто является надлежащим ответчиком (например, фактическим директором) (статья 200 ГК РФ).

Данный вывод соответствует разъяснениям, данным в пункте 10 Постановления Пленума ВАС РФ N 62, согласно которым в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Конкурсный управляющий выступает от имени и в интересах должника -юридического лица. В связи с чем начало течения срока исковой давности определяется с того момента, когда конкурсному управляющему стало известно об основаниях для взыскания убытков, а не с даты перечисления денежных средств с расчетного счета должника.

Кроме того, для кредитора начало течения срок исковой давности также определяется с момента, когда кредитору стало известно о наличии оснований для взыскания убытков.

Как установлено судом первой инстанции, ФИО9 являлся номинальным руководителем, период исполнения обязанностей с 13.03.2015 по 10.07.2017. ФИО10 исполнял обязанности руководителя должника в период с 11.07.2017 по 12.1.02017. ФИО4 был назначен директором ООО «Промэнерго» 13.10.2017, исполнял обязанности руководителя до признания должника банкротом.

Подача иска новым директором, занявшим место органов управления непосредственно совершивших спорную сделку и заинтересованных наряду с обществом, в сокрытии от третьих лиц (кредиторов) истинных мотивов своего поведения, связана не с самим фактом заключения договора и его исполнением как обычной сделки, отражающей подлинную волю участников, а с наступлением последствий от искусственно созданной сторонами договора видимости исполнения и имеет своей целью устранение этих последствий, то по смыслу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса начало течения срока давности определяется моментом, с которого новый руководитель должен был узнать о формальном характере начала исполнения мнимого договора, направленного на безосновательное получение ответчиком денежных средств из конкурсной массы (определение Верховного суда Российской Федерации от 18.03.2021 по делу N 304-ЭС18-4037(9)).

В настоящем случае, об обстоятельствах причинения обществу убытков в результате совершения мнимого договора, о структуре управления ООО «Промэнерго», и его конечных бенефициарах стало известно новому руководителю или могло стать известно   из решения Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.05.2019 по делу №А65-3929/2019.

Таким образом, на момент обращения кредитора в суд с заявлением о взыскании убытков - 06.06.2021, трехлетний срок исковой давности, исчисляемый с даты 27.05.2019, не истек (27.05.2022).

Кроме того, решение о привлечении ООО «Ремстрой-Энергосервис» к ответственности за совершение налогового правонарушения вынесено 25.07.2018, при этом, кредитор обратился в суд с заявлением - 06.06.2021, то есть в пределах трехлетнего срока исковой давности.

При этом, налоговая проверка проводилась не в отношении должника ООО «Промэнерго», а в отношении контрагента ООО «Ремстрой-Энергосервис».

Решение о привлечении ООО «Ремстрой-Энергосервис» к ответственности за совершение налогового правонарушения от 25.07.2018 не является публичным, руководитель ООО «Промэнерго» не имел доступа к указанному документу.

При этом, из материалов дела не усматривается, что решение налогового органа было доведено до сведения должника.

При этом, довод ответчика, что действующий руководитель общества «Промэнерго» ФИО4 был допрошен налоговым органом при проведении налоговой проверки, соответственно знал о причинении обществу убытков, судом первой инстанции отклонен, поскольку до вынесения решения о наличии оснований для привлечения к ответственности за совершение налогового правонарушения ООО «Ремстрой-Энергосервис», оснований полагать, что перечисления денежных средств, совершенные в период исполнения обязанностей руководителя ООО «Промэнерго» ФИО9 фактически являются мнимыми сделками, и ООО «Промэнерго» является транзитером, у руководителя ООО «Промэнерго» ФИО4 не имелось.

Довод ответчиков, что кредитор, как правопреемник уполномоченного органа, знал о совершенных сделках, поскольку проводил налоговую проверку в отношении ООО «Ремстрой-Энергосервис», соответственно срок исковой давности истек, судом первой инстанции также отклонен.

Право на обращение в суд с требованием о взыскании с руководителя убытков, в рамках дела о банкротстве, возникает у кредитора не ранее признания должника банкротом.

До даты признания должника банкротом, кредиторы, не являющиеся участниками (учредителями) общества не имеют право на защиту своих имущественных интересов путем обращения в суд с требованием о взыскании с руководителя контрагента убытков.

Арбитражный апелляционный суд соглашается с вышеуказанными обоснованными выводами суда первой инстанции.

Довод апелляционной жалобы ФИО6 о том, что ФИО6 сам предоставлял ООО «Промэнерго» денежные средства в виде займа, за период с 28.01.2016 по 04.02.2016 ФИО6 на расчетный счет ООО «Промэнерго» зачислены денежные средства в размере 4 000 000 рублей, судом апелляционной инстанции не принимается, поскольку предоставление денежных средств по договору займа ФИО6 должнику не является предметом рассмотрения настоящего спора.

Иные доводы апелляционных жалоб были предметом рассмотрения суда первой инстанции и им дана надлежащая оценка.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Заявителями жалоб не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Доводы апелляционных жалоб направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, поскольку, не опровергая выводов суда, они сводятся исключительно к несогласию с оценкой установленных обстоятельств по делу, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

Несогласие заявителей с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означают допущенной судом при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают нарушений судом норм права, в связи с чем не имеется оснований для отмены судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалоб и удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 13 апреля 2022 года по делу №А65-21802/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции. 

Председательствующий                       В.А. Копункин

Судьи                       А.И. Александров 

                                                                                                                      Г.О. Попова