ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-8937/2018

город Ростов-на-Дону

24 декабря 2019 года

15АП-21574/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 декабря 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 декабря 2019 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Стрекачёва А.Н.,

судей Николаева Д.В., Сулименко Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии:

от ОАО «РОНИН Траст»  ДУ Закрытого паевого инвестиционного фонда недвижимости «Цитадель» представитель ФИО2 по доверенности от 25.06.2019;

от конкурсного управляющего ФИО3 ООО «Альфа» представитель ФИО4 представитель по доверенности от 01.02.2019,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего должника ФИО3 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 29.10.2019  по делу № А32-8937/2018 по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 к ОАО «РОНИН Траст» ДУ Закрытого паевого инвестиционного фонда недвижимости «Цитадель» о признании сделки недействительной в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Альфа»,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Альфа» в Арбитражный суд Краснодарского края обратился конкурсный управляющий должника ФИО3 с заявлением о признании недействительным (ничтожным) договора купли-продажи недвижимого имущества № 4ПН/1-15 от 16.10.2015, заключенного между ООО «РПА-консалтинг» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата прекращения деятельности путем присоединения к должнику 08.07.2016), являющегося правопредшественником должника и ОАО «РОНИН Траст» и применении последствий недействительности сделки путем возврата вышеуказанного недвижимого имущества в конкурсную массу должника.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 29.10.2019  по делу № А32-8937/2018 в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания отказано. В удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Краснодарского края от 29.10.2019 по делу № А32-8937/2018, конкурсный управляющий должника ФИО3  обратился в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить, перейти к рассмотрению заявления конкурсного управляющего должника по правилам, предусмотренным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, привлечь Инспекцию Федеральной налоговой службы № 3 по г. Москве в качестве третьего лица, удовлетворить ходатайство об истребовании доказательств.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что ФИО5 своими действиями вывел единственный ликвидный актив должника на подконтрольную структуру, а денежные средства оплатил с подконтрольной структуры и вернул через аффилированные компании. Податель жалобы указывает, что оспариваемый  договор заключен с целью причинения вреда имущественным правам кредитов должника. Апеллянт указывает, что совершение оспариваемой сделки привело к тому, что должник оказался неспособным погасить требования кредиторов, и явилось следствием убытка по итогу 2015г. в размере 177 882 000 руб. Податель жалобы указывает, что судом первой инстанции необоснованно отказано в удовлетворении ходатайств об истребовании доказательств и привлечении Инспекции Федеральной налоговой службы № 3 по г. Москве в качестве третьего лица. 

В отзыве на апелляционную жалобу ОАО «РОНИН Траст» просит в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего должника о привлечении Инспекции Федеральной налоговой службы № 3 по г. Москве к участию в деле в качестве третьего лица отказать, в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств отказать, определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

При направлении апелляционной жалобы конкурсным управляющим должника заявлено ходатайство о привлечении Инспекции Федеральной налоговой службы № 3 по г. Москве в качестве третьего лица.

Рассмотрев заявленное ходатайство о привлечении Инспекции Федеральной налоговой службы № 3 по г. Москве к участию в деле в качестве третьего лица, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

Третье лицо без самостоятельных требований - это предполагаемый участник материально-правового отношения, связанного по объекту и составу с тем, которое является предметом разбирательства в арбитражном суде.

Целью участия третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, является предотвращение неблагоприятных для него последствий, возможность наступления которых связана с наличием между третьим лицом и стороной правоотношений, содержание которых может быть изменено в результате принятия судебного акта.

По правилам арбитражного процессуального законодательства при разрешении ходатайства о привлечении к участию в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, подлежит установлению наличие заинтересованности лица в исходе рассмотрения дела (Определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.11.2009 № ВАС-14486/09 по делу № А73-2602/2009).

Исходя из вышеуказанного, лицо, заявившее ходатайство о вступлении в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, должно обосновать, каким образом принятый судебный акт может повлиять на права и обязанности заявителя.

Согласно пункту 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Предметом рассматриваемого спора является признание недействительным (ничтожным) договора купли-продажи недвижимого имущества № 4ПН/1-15 от 16.10.2015, заключенного между ООО «РПА-консалтинг» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата прекращения деятельности путем присоединения к должнику 08.07.2016), являющегося правопредшественником должника и ОАО «РОНИН Траст».

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что заявленное ходатайство не подлежит удовлетворению ввиду отсутствия оснований, предусмотренных статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку конкурсный управляющий должника не обосновал как принятый судебный акт может повлиять на права и обязанности указанных лиц.

При направлении апелляционной жалобы конкурсным управляющим должника заявлено ходатайство об истребовании доказательств. 

Рассмотрев ходатайство об истребовании, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения в порядке статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали правовые позиции по спору.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Краснодарского края от 29.10.2019 по делу № А32-8937/2018 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ООО «ТАК «АГРОС» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края к должнику с заявлением о признании несостоятельным (банкротом).

Определением от 19.03.2018 заявление принято к производству.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 20.06.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), конкурсным управляющим утверждена ФИО3

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в официальном источнике 30.06.2018.

В Арбитражный суд Краснодарского края обратился конкурсный управляющий должника ФИО3 с заявлением о признании недействительным (ничтожным) договора купли-продажи недвижимого имущества № 4ПН/1-15 от 16.10.2015, заключенного между ООО «РПА-консалтинг» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата прекращения деятельности путем присоединения к должнику 08.07.2016), являющегося правопредшественником должника и ОАО «РОНИН Траст» и применении последствий недействительности сделки путем возврата вышеуказанного недвижимого имущества в конкурсную массу должника.

В обоснование заявления указано следующее.

Между ООО «РПА-консалтинг» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата прекращения деятельности путем присоединения к должнику 08.07.2016), являющегося правопредшественником должника и ОАО «РОНИН Траст» и должником заключен договор купли-продажи недвижимого имущества № 4ПН/1-15 от 16.10.2015, предметом которого является следующее недвижимое имущество: 

1. Помещение, назначение: нежилое, общая площадь 53 кв.м., номер на поэтажном плане: этаж 1, помещение II - комната 6, адрес (местонахождение) объекта: 

<

...> строен. 1, кадастровый (или условный) номер: 77:03:0002009:2769; 

2. Помещение, назначение: нежилое, общая площадь 51,9 кв.м., номер на поэтажном плане: этаж 1, помещение II - комната 6в, адрес (местонахождение) объекта: 

<

...> строен. 1, кадастровый (или условный) номер: 77:03:0002009:2766; 

3. Помещение, назначение: нежилое, общая площадь 51,2 кв.м., номер на поэтажном плане: этаж 1, помещение II - комната 6г, адрес (местонахождение) объекта: 

<

...> строен. 1, кадастровый (или условный) номер: 77:03:0002009:2765; 

4. Помещение, назначение: нежилое, общая площадь 51,2 кв.м., номер на поэтажном плане: этаж 1, помещение II - комната 6д, адрес (местонахождение) объекта: 

<

...> строен. 1, кадастровый (или условный) номер: 77:03:0002009:2764; 

5. Помещение, назначение: нежилое, общая площадь 51,0 кв.м., номер на поэтажном плане: этаж 1, помещение II - комната 6е, адрес (местонахождение) объекта: 

<

...> строен. 1, кадастровый (или условный) номер: 77:03:0002009:2762; 

6. Помещение, назначение: нежилое, общая площадь 54 кв.м., номер на поэтажном плане: этаж 1, помещение II - комната 6ж, адрес (местонахождение) объекта: 

<

...> строен. 1, кадастровый (или условный) номер: 77:03:0002009:2763; 

7. Помещение, назначение: нежилое, общая площадь 19,7 кв.м., номер на поэтажном плане: этаж 1, помещение II - комната 6н, адрес (местонахождение) объекта: 

<

...> строен. 1, кадастровый (или условный) номер: 77:03:0002009:2756;

8. Помещение, назначение: нежилое, общая площадь 19,9 кв.м., номер на поэтажном плане: этаж 1, помещение II - комната 6о, адрес (местонахождение) объекта: 

<

...> строен. 1, кадастровый (или условный) номер: 77:03:0002009:2755;

9. Помещение, назначение: нежилое, общая площадь 46,9 кв.м., номер на поэтажном плане: этаж 1, помещение II - комната 15, адрес (местонахождение) объекта: 

<

...> строен. 1, кадастровый (или условный) номер: 77:03:0002009:2727;

10. Помещение, назначение: нежилое, общая площадь 51,5 кв.м., номер на поэтажном плане: этаж 1, помещение II - комната 6б, адрес (местонахождение) объекта: 

<

...> строен. 1, кадастровый (или условный) номер: 77:03:0002009:2767;

11. Помещение, назначение: нежилое, общая площадь 51,5 кв.м., номер на поэтажном плане: этаж 1, помещение II - комната 6а, адрес (местонахождение) объекта: 

<

...> строен. 1., кадастровый (или условный) номер: 77:03:0002009:2768.

В соответствии с пунктом 3 договора стоимость имущества определена в размере 18 900 909,09 руб.

Переход права собственности на вышеуказанное имущество зарегистрирован в ЕГРП 04.12.215.

В качестве оснований для признания оспариваемой сделки недействительной конкурсный управляющий ссылается на положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и положения статьи 10, 170, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.

В соответствии с частью 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Право конкурсного управляющего на предъявление заявлений о признании недействительными сделок должника предусмотрено статьей 129 Закона о банкротстве.

Статьей 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

На основании пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно разъяснениям абзаца 4 пункта 9.1 постановления № 63, если суд первой инстанции, исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств, придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец, то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона нала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно пункту 9 постановления № 63, при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 постановления № 63).

Из материалов дела следует, что производство по делу о несостоятельности (банкротстве) было возбуждено определением Арбитражного суда Краснодарского края от 19.03.2018, спорный договор заключен 16.10.2015, т.е. в течение срока, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 5 постановления № 63 для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие совокупности следующих обстоятельств:

сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди которых, в том числе, совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При этом, для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (абзац 5 пункта 6 постановления № 63).

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 постановления № 63).

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Неплатежеспособность должника - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Статья 19 Закона о банкротстве определяет круг заинтересованных лиц по отношению к должнику. В целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц (пункт 2 статьи 19 Закона о банкротстве).

В силу части 1 статьи 64, статей 71 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств.

Исходя из разъяснений, изложенных в абзаце 4 пункта 8 постановления№ 63, при сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Одним из основных обстоятельств, входящих в предмет доказывания при рассмотрении вопроса о признании сделки недействительной по основанию пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является факт равноценности или неравноценности совершенного по сделке встречного исполнения, следовательно, чтобы установить данное обстоятельство, необходимо обладать информацией о действительной рыночной стоимости как переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств, так и полученного встречного исполнения.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений.

В рассматриваемом случае в обоснование неравноценности встречного предоставления по сделке и причинения вреда кредиторам конкурный управляющий указал на то, что в результате заключения договора купли-продажи конкурсным кредиторам причинен вред в размере 73 629 090, 91 руб., что соответствует разнице между балансовой стоимостью в балансе предприятия на 2014 г. стоимостью, установленной должником и ОАО «РОНИН Траст». Приобретая недвижимое имущество по заниженной цене более чем в 2,5 раза, ОАО «РОНИН Траст» должно было понимать направленность сделки на вывод ликвидного актива, что привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

В качестве доказательств причинения вреда имущественным правам кредиторов конкурсный управляющий ссылается на отчет об оценке№ К-3707/19-0 от 06.09.2019, подготовленный ООО «Кристалл-ОТК» в соответствии с которым рыночная стоимость имущества, выступающего предметом оспариваемой сделки по состоянию на дату ее совершения составила51 458 000 руб.

Оценив представленный конкурсным управляющим отчет № К-3707/19-0 от 06.09.2019, суд первой инстанции правомерно признал его ненадлежащим доказательством, достоверно подтверждающим указанную итоговую величину рыночной стоимости объектов недвижимости, поскольку он противоречит рецензии от 30.09.2019 на отчет, подготовленной оценщиком ООО «Аудит-Безопасности» экспертом СРО РОО ФИО6

Кроме того, оформление и содержание отчета не соответствует положениям Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» (далее - Закон № 135-ФЗ) и федеральным стандартам оценки. Суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что данные доказательства не могут быть положены в основу определения, поскольку опровергаются рецензией от 30.09.2019 на отчет, подготовленной оценщиком ООО «Аудит-Безопасности» экспертом СРО РОО ФИО6, установившей наличие недостатков, ставящих под сомнение достоверность выводов оценщика.

При подготовке отчета № К-3707/19-О от 06.09.2019 фактически не был осуществлен анализ рынка объекта оценки, неверно определен сегмент рынка, к которому относятся оцениваемые помещения.

В нарушение требований раздела VI ФСО № 7 в представленном отчёте раздел анализа наиболее эффективного использования объекта оценки допускает неоднозначное толкование результатов оценки, что вводит в заблуждение пользователей отчета.

В указанном разделе отчета от 06.09.2019 тип существующего и наиболее эффективного использования объектов оценки фактически не определён. Так, в таблице 15 отчета от 06.09.2019 указано: «...существующее использование: используется по назначению», «...наилучшее использование: по функциональному назначению». В выводах по разделу анализа рынка не указан конкретный вид наилучшего использования объектов оценки.

В соответствии с подпунктом 3 пункта 8 ФСО № 37 в отчете об оценке вне зависимости от вида объекта оценки должны содержаться, помимо прочего, анализ рынка объекта оценки, ценообразующих факторов, а также внешних факторов, влияющих на его стоимость.

Согласно пункту 10 ФСО № 7 для определения стоимости недвижимости оценщик исследует рынок в тех сегментах, к которым относится фактическое использование оцениваемого объекта. Согласно положениям подпункта Б пункта 11 ФСО № 7 анализ рынка недвижимости начинается с определения сегмента рынка, к которому принадлежит оцениваемый объект.

Однако в представленном конкурсным управляющим отчете № К-3707/19-О от 06.09.2019 анализ рынка осуществлен с нарушениями установленных требований ФСО № 3, № 7. В анализе рынка рассматриваются только бизнес центры и фактически оценщиком проведен только «анализ» рынка офисной недвижимости г. Москвы в целом (стр. 26, 28, таб. 14, стр. 39-45, 54 отчета), при этом, оцениваемые объекты - торговые помещения.

Таким образом, оценщиком вместо анализа рынка торговой недвижимости, к которой относится объект оценки, ошибочно исследован сегмент офисной недвижимости, причем без учета местоположения оцениваемых объектов.

В отчете № К-3707/19-О от 06.09.2019 объекты - аналоги выбраны неверно, без учета назначения и расположения оцениваемых объектов.

В соответствии с подпунктом В пункта 11 ФСО № 7 необходимо оценивать данные о ценах сделок и (или) предложений с объектами недвижимости из сегментов рынка, к которым может быть отнесён оцениваемый объект.

Согласно подпункту Б пункта 22 ФСО № 7 при применении сравнительного подхода к оценке недвижимости в качестве объектов-аналогов используются объекты недвижимости, которые относятся к одному с оцениваемым объектом сегменту рынка. При этом, для всех объектов недвижимости, включая оцениваемый, ценообразование по каждому из указанных факторов должно быть единообразным.

Однако, в отчете от 06.09.2019 в нарушение установленных требований использованы объекты-аналоги по классу офисной недвижимости г. Москвы, хотя спорные объекты являются торговыми помещениями, расположенными в ТЦ Мандарин, что подтверждается имеющимися в деле документами, а также распечаткой сайта ТЦ Мандарин.

В силу подпункта Б пункта22 ФСО № 7 при применении сравнительного подхода в качестве объектов-аналогов используются объекты недвижимости, которые сопоставимы с оцениваемым объектом по ценообразующим факторам. В соответствии с подпунктом Е пункта 22 ФСО для сравнения объекта оценки с другими объектами недвижимости, с которыми были совершены сделки или которые представлены на рынке для их совершения, используются е элементы сравнения, как зонирование и местоположение объекта.

Вопреки установленным требованиям в представленном конкурсным управляющим отчете подобраны объекты-аналоги по классу офисной недвижимости г. Москвы без привязки к округу и району г. Москвы, при том, что оцениваемые объекты расположены в одном из торговых центров восточного административного га г. Москвы ближе к МКАДу (стр. 67-73, 76-83). Анализ рынка торговой недвижимости в восточном административном округе г. Москвы в отчете от 06.09.2019 отсутствует (стр. 26, 28, таб. 14, стр. 39-45, 54).

Кроме того, в отчете № К-3707/19-О от 06.09.2019 корректировки к стоимости применены неверно либо отсутствуют.

В отчете от 06.09.2019 при проведении расчетов стоимости помещений необоснованно отсутствуют следующие корректировки:

на местоположение объекта (округ г. Москвы, район г. Москвы, расположение, удаленность от метро и остановок общественного транспорта);

на расположение объектов оценки по этажам торгового центра (при том, что объекты-аналоги расположены выше первого этажа).

Размер использованных корректировок при проведении расчётов стоимости помещений сравнительным подходом не обоснован.

Расчеты рыночной стоимости в отчете № К-3707/19-О от 06.09.2019 осуществлены неверно.

Как следует из положений подпунктов в, д пункта 23 ФСО № 7 при применении доходного подхода оценщик учитывает следующие положения:

метод прямой капитализации применяется для оценки объектов недвижимости, не требующих значительных капитальных вложений в их ремонт или реконструкцию, фактическое использование которых соответствует их наиболее эффективному использованию. Определение стоимости объектов недвижимости с использованием данного метода выполняется путём деления соответствующего рынку годового дохода от объекта на общую ставку капитализации, которая при этом определяется на основе анализа рыночных данных о соотношениях доходов и цен объектов недвижимости, аналогичных оцениваемому объекту; 

метод капитализации по расчетным моделям применяется для оценки недвижимости, генерирующей регулярные потоки доходов с ожидаемой динамикой их изменения. Капитализация таких доходов производится по общей ставки капитализации, конструируемой на основе ставки дисконтирования, принимаемой в расчёт модели возврата капитала, способов и условий финансирования, а также ожидаемых изменений доходов и стоимости недвижимости в будущем.

Однако в представленном конкурсным управляющим отчете от 06.09.2019 (стр. 86) при оценке стоимости недвижимости методом прямой капитализации в качестве ставки капитализации ошибочно принимается валовый рентный мультипликатор притом, что показатель ставки капитализации не связан с показателем валового рентного мультипликатора.

Так, ставка капитализации рассчитывается путем деления чистого операционного дохода на рыночную стоимость, в то время как валовый рентный мультипликатор рассчитывается путем деления рыночной стоимости на действительный валовый доход.

Указанные нарушения требований Закона об оценочной деятельности и Федеральных стандартов оценки привели к формированию выводов относительно рыночной стоимости объектов оценки, несоответствующих действительности.

Таким образом, представленный конкурсным управляющим отчет№ К-3707/19-О т 06.09.2019 не может использоваться для определения рыночной стоимости объектов недвижимости, являющихся предметом оспариваемой сделки.

Наличие многочисленных нарушений Закона об оценочной деятельности и Федеральных стандартов оценки в отчете № К-3707/19-О от 06.09.2019 подтверждается рецензией от 30.09.2019 на отчет, подготовленной оценщиком ООО «Аудит-Безопасность», экспертом СРО РОО ФИО6

В соответствии с рецензией отчет № К-3707/19-О от 06.09.2019 не соответствует требованиям Закона об оценочной деятельности и Федеральным стандартам оценки, в связи с допущенными при его подготовке многочисленными нарушениями законодательства об оценочной деятельности, а указанная в отчете № К-3707/19-О от 06.09.2019 рыночная стоимость спорной недвижимости не обоснована.

Невозможность использования отчета № К-3707/19-О от 06.09.2019 для определения рыночной стоимости спорного имущества подтверждается отрицательным экспертным заключением на данный отчет.

В соответствии с пунктом 4 ФСО № 58 исследование работы, выполненной оценщиком, осуществляется в ходе проведения экспертизы отчета об оценке.

Согласно статье 17.1 Закона об оценочной деятельности под экспертизой отчета понимаются действия эксперта или экспертов саморегулируемой организации оценщиков с формирования мнения эксперта или экспертов в отношении отчета, подписанного оценщиком или оценщиками, о соответствии требованиям законодательства Российской Федерации об оценочной деятельности (в том числе требованиям Закона об оценочной деятельности, федеральных стандартов оценки и других актов уполномоченного федерального органа, осуществляющего функции по нормативно-правовому регулированию оценочной деятельности), а в случае проведения экспертизы отчета об определении рыночной стоимости объекта оценки также о подтверждении рыночной стоимости объекта оценки, определенной оценщиком в отчете.

Результатом экспертизы отчета является положительное или отрицательное экспертное заключение, подготовленное экспертом или экспертами саморегулируемой организации оценщиков.

В силу статьи 17.1 Закона об оценочной деятельности и пункта 17 ФСО № 5 положительным экспертным заключением признается экспертное заключение, содержащее   вывод   о   соответствии   отчета   об   оценке   требованиям законодательства   Российской   Федерации   об   оценочной   деятельности, стандартов и правил оценочной деятельности, а в случае проведения экспертизы отчета об оценке об определении рыночной стоимости объекта оценки или. в случаях, установленных федеральными стандартами оценки, также вывод о подтверждении стоимости объекта оценки, определенной оценщиком в отчете; отрицательным экспертным заключением признается экспертное заключение, содержащее вывод, отличный от вышеуказанного вывода.

В соответствии с отрицательным экспертным заключением СРО РАО № 77/031019/383 от 04.10.2019 отчет № К-3707/19-О от 06.09.2019 не соответствует требованиям законодательства Российской Федерации об оценочной деятельности, в том числе требованиям Закона об оценочной деятельности в действующей редакции, ФСО и другим актам уполномоченного федерального органа, осуществляющего функции по нормативно-правовому регулированию оценочной деятельности, и (или) стандартов и правил оценочной деятельности.

Итоговая величина стоимости, отраженная в отчете № К-3707/19-О от 06.09.2019 (стоимость объекта оценки), не соответствует рыночной стоимости, как наиболее вероятной цене, по которой объект оценки может быть отчужден на дату оценки на открытом рынке в условиях конкуренции, когда стороны сделки действуют разумно, располагая всей необходимой информацией, а на величине цены сделки не отражаются какие - либо чрезвычайные обстоятельства.

Указанный отчет оценен судом первой инстанции критически, поскольку отчет подготовлен в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора, своим правом ходатайствовать о назначении судебно-оценочной экспертизы конкурсный управляющий не воспользовался, кроме того, ответчик представил отчет об оценке № КС-0310/0119 от 07.10.2019, подготовленный ООО «КС-Аналитик» согласно которого рыночная стоимость имущества на дату совершения оспариваемой сделки составляет 16 084 000 руб., а также отрицательную рецензию от 30.09.2019.

При этом, судебная коллегия вынесла на обсуждение лиц, участвующим в обособленном споре, вопрос о назначении судебной оценочной экспертизы в целях определения достоверной рыночной стоимости недвижимого имущества на дату совершения сделки. В случае обращения к суду апелляционной инстанции с ходатайством о проведении по делу судебной экспертизы, необходимо представить в соответствии с постановлением Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 сведения об экспертах, сроках и стоимости проведения экспертизы, а также указать вопросы, которые могут быть поставлены на разрешение эксперта, доказательства внесения денежных средств на депозитный счет Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда в размере достаточном для проведения по делу судебной экспертизы.

Положениями части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно статье 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. Лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о привлечении в качестве экспертов указанных ими лиц или о проведении экспертизы в конкретном экспертном учреждении, заявлять отвод эксперту; ходатайствовать о внесении в определение о назначении экспертизы дополнительных вопросов, поставленных перед экспертом; давать объяснения эксперту; знакомиться с заключением эксперта или сообщением о невозможности дать заключение; ходатайствовать о проведении дополнительной или повторной экспертизы (часть 3 указанной статьи).

Исходя из положений статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Стороны отказались от проведения судебной экспертизы, считая надлежащими доказательствами представленные ими отчеты об оценке.

Учитывая, что обязательное проведение судебной экспертизы по данному спору не предписано законом, то  у суда отсутствует обязанность по назначению экспертизы по собственной инициативе, в связи с чем, суд апелляционной инстанции счел возможным разрешить спор по имеющимся материалам дела.

Между тем, согласно пункту 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствия такого своего поведения. Данная позиция изложена в Постановление Президиума ВАС РФ от 06.03.2012 № 12505/11 по делу № А56-1486/2010. Аналогичный подход содержится и в практике Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ (Определение № 302-ЭС14-1472 от 21.04.2016).

Суд при рассмотрении дела исходит из совокупности фактически представленных доказательств, учитывая, что в рамках реализации принципа состязательности процесса стороны осуществляют свои процессуальные права своей волей и в своем интересе, следствием чего является риск наступления для них негативных последствий от использования либо неиспользования принадлежащих им прав.

Принимая во внимание, что стороны не воспользовались правом заявить ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы, в связи с чем суд рассматривает спор по имеющимся в материалах дела доказательствам. 

Согласно статье 37 Федерального закона от 29.11.2001 № 156-ФЗ «Об инвестиционных фондах» при приобретении Фондом недвижимого имущества должна осуществляться его оценка, которая производится оценщиком, указанным в правилах доверительного управления паевым инвестиционным фондом.

В соответствии с отчетом ООО «Аккорд-Эксперт» № ДО-12Ю15/137Н от 14.10.2015 об определении рыночной стоимости нежилых помещений, являющихся предметом оспариваемой сделки, подготовленным по заказу продавца ООО «РПА-Консалтинг», итоговая величина рыночной стоимости объектов оценки по состоянию на 12.10.2015 составляет 20 791 00,00 руб.

Разница между ценой оспариваемого договора и стоимостью объектов недвижимости, установленной в отчете № ДО-121015/137Н, составила на дату совершения оспариваемой сделки менее 10 %.

Указанное отклонение цены договора от стоимости имущества, определенной оценщиком, даже если не учитывать условия и обстоятельства заключения сделки, само по себе является несущественным и не может свидетельствовать о нерыночности сделки и о причинении вреда имущественным правам кредиторов.

Между тем, по состоянию на 2015 год кадастровая стоимость имущества составляла 13 002 892,50 руб., а не 52 514 949,93 руб., как указывает конкурсный управляющий.

Ответчиком в материалы дела представлены несколько отчетов о состоянии рынка коммерческой недвижимости, подтверждающих, что в период, предшествовавший дате совершения сделки (2014-2015 года), согласно которым в целом сектор коммерческой недвижимости в 2015 году в России характеризовался сокращением общих объёмов инвестиций (на 17 %), снижением среднего размера сделки, отсутствием крупных сделок, что сопоставимо с кризисом 2009 года. В условиях роста курса доллара цены по всем сегментами коммерческой недвижимости снизились. Снижение составило 22 % по торговым объектам, 22 % - по офисным, 30% - по производственно-складским и 11 % - по помещениям свободного назначения. С декабря 2014 по декабрь 2015 средневзвешенная цена на офисные объекты в центре снизилась на 25 %, а за пределами Садового Кольца - на 19 %. Цена по всем офисным помещениям за 2015 год в долларах уменьшилась на 22 % и на 3 % в рублях. Уменьшение объема предложения в стоимостном выражении составило 38 % в пределах Садового Кольца и 22 % за его пределами, а в целом стоимость офисных объектов в 2015 году уменьшилась на 26 %.

Кроме того, суд апелляционной инстанции также учитывает, что соответствие цены оспариваемой сделки рыночным условиям подтверждается результатами осмотра фактического состояния помещений.

В ходе рассмотрения настоящего дела был осуществлен осмотр состояния помещений, являющихся предметом договора купли-продажи недвижимого имущества № 4ПП/10-15 от 16.10.2015 с осуществлением фотосъемки, результаты которого представлены в фото-таблице  и также подтверждают соответствие цены оспариваемой сделки рыночным условиям.

Оценив обстоятельства осуществления оплаты по спорному договору, судом установлено, что ОАО «РОНИН Траст» Д.У. ЗПИФ недвижимости «Цитадель» путем перечисления денежных средств на расчётный счет ООО «РПА-Консалтинг» в полном объеме исполнило обязательства по оплате недвижимого имущества по договору, что подтверждается платёжными поручениями № 8 от 18.01.2016, № 14 от 20.01.2016, а также справкой ПАО «МКБ» об оплате от 29.11.2018 и 04.07.2019 и выпиской по счету ООО «РПА-Консалтинг», открытому в ПАО «МКБ» (т.1, л.д. 156-161).

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ООО «РПА-Консалтинг» получено равноценное встречное предоставление.

Конкурсный управляющий ссылается на то, что согласно балансу ООО «РПА-Консалтинг» по итогам 2014 года предприятие получило убыток в размере 73 465 000,00 руб., основные средства уменьшились на сумму 92 530 000,00 руб. и в 2015 стали равны нулю, что якобы свидетельствует о том, что реальная стоимость имущества составляет 92 530 000,00 руб.

Вышеуказанный довод конкурсного управляющего не принят судом в качестве подтверждения того, что на момент заключения оспариваемой сделки рыночная стоимость объектов недвижимого имущества была равна размеру основных средств, поскольку различие балансовой и рыночной стоимости недвижимого имущества обусловлено объективными причинами и спецификой ведения бухгалтерского учёта, в силу которой балансовая стоимость, как правило не отражает реальную рыночную стоимость имущества на момент его последующей продажи.

Как ранее указывалось, в 2016 году ООО «РПА-Консалтинг» прекратило деятельность путем реорганизации в форме присоединения к ООО «Альфа», дело о банкротстве которого было инициировано в 2018 году.

В настоящее время в реестр требований кредиторов ООО «Альфа» включены только требования, связанные с иным правопредшественником ООО «Альфа» - ООО «Тамбовская производственная компания «АгроРай».

Какие-либо требования к ООО «РПА Консалтинг» на момент заключения договора также не предъявлялись, доказательств иного в материалы дела не представлено.

Таким образом, у ООО «РПА Консалтинг» отсутствуют обязательства, которые не были исполнены на момент совершения сделки и включены в реестр требований кредиторов по настоящему делу.

Последующее присоединение ООО «РПА Консалтинг» к ООО «Альфа» в 2016 году не может свидетельствовать о наличии цели причинения вреда на момент совершения оспариваемой сделки.

Наличие убытка по итогам отчётного периода само по себе не свидетельствует о наличии признаков недостаточности имущества и его неплатёжеспособности. Более того, даже формальное отрицательное значение активов общества в отсутствие иных доказательств неплатёжеспособности не свидетельствует о невозможности исполнения должником своих обязательств.

Заключение договора купли-продажи не повлекло и не могло повлечь возникновение признаков банкротства у продавца, поскольку ООО «РПА-Консалтинг» получило равноценное встречное представление по сделке, что исключает возможность наступления банкротства в результате совершаемой сделки.

Кроме того, судебная коллегия также учитывает, что недвижимое имущество было приобретено ответчиком в соответствии с целями деятельности Фонда и законодательствами об инвестиционных фондах. Договор был согласован специализированным депозитарием.

Заключая оспариваемую сделку, ответчик действовал в соответствии с целями деятельности Фонда, поскольку приобретение недвижимости прямо предусмотрено в пунктах 23-25 Правил доверительного управления.

Согласно пункту 2 статьи 43 ФЗ от 29.11.2001 № 156-ФЗ «Об инвестиционных фондах» (далее - Закон об инвестиционных фондах) специализированный депозитарий дает управляющей компании согласие на распоряжение активами паевого инвестиционного фонда или денежными средствами (ценными бумагами), находящимися на транзитном счете (транзитном счете депо), если такое распоряжение не противоречит настоящему Федеральному закону, нормативным актам Банка России, правилам доверительного управления паевым инвестиционным фондом.

В соответствии с условиями пунктов 1.1 и 2.1 договора № 751-СД специализированный депозитарий ООО «СДК Гарант» оказывает ответчику как управляющей компании активами ЗПИФ недвижимости «Цитадель» услуги по учету, хранению и контролю за распоряжением имуществом, входящим в этот фонд.

ООО «СДК Гарант» в ответ на уведомление от 15.10.2015 о намерении ответчика заключить договор купли-продажи, предоставил согласие на совершение сделки с ООО «РПА-Консалтинг» на приобретение недвижимого имущества, являющего предметом оспариваемой сделки.

Таким образом, соответствие условий оспариваемой сделки требованиям действующего законодательства было подтверждено специализированным депозитарием в порядке, установленном законодательством об инвестиционных фондах.

В соответствии с информацией об аффилированных лицах по состоянию на 01.10.2015, опубликованной ответчиком на своем официальном сайте, следует, что ни учредители, ни руководитель должника на дату совершения оспариваемой сделки аффилированными по отношению к ответчику не являлись.

Доказательств какой-либо аффилированности, заинтересованности по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве финансовым управляющим не представлено.

Соответственно, ответчик заинтересованным по отношению к должнику не является, выкупная стоимость имущества по оспариваемым сделкам, получена должником полностью.

Надлежащих доказательств того, что другая сторона сделки (ответчик) знала или должна была знать о цели должника причинить вред имущественным правам кредиторов материалы дела не содержат, вышеуказанные выводы конкурсного управляющего строятся исключительно на предположениях.

Доказательств того, что на дату заключения оспариваемых сделок должник отвечал признаку неплатежеспособности, как в прочем доказательств того, что вследствие заключения оспариваемых сделок должника стал отвечать признакам неплатёжеспособности, либо прекратил свою хозяйственную деятельность конкурсным управляющим не представлено.

Конкурсным управляющим должника не доказан факт совершения сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, а также то обстоятельство, что ответчик знал или должен был знать о цели должника к моменту совершения сделки причинение вреда имущественным правам кредиторов. Материалы спора не содержат доказательств, подтверждающих обстоятельства, подлежащие доказыванию при оспаривании сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Для признания оспоримой сделки недействительной заявителю необходимо доказать наличие состава недействительности (наличия квалифицирующих признаков) сделки, то есть наличие тех условий, при которых закон допускает ее признание недействительной судом.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по указанному основанию.

Оценив представленные по делу доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего, поскольку заявителем не доказана совокупность всех необходимых условий для признания оспариваемых перечислений недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Заявленные доводы об оспаривании сделок на основании статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, не могут быть приняты судом апелляционной инстанции во внимание ввиду следующего.

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы (разъяснения пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 32).

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки).

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 постановления № 63).

Если сделка не имеет иных дефектов, кроме предусмотренных специальными основаниями Закона о банкротстве, то она не может быть одновременно признана ничтожной.

Иной подход приводит к тому, что содержание пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, обходить правила об исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо.

Согласно сложившейся в судебной практике правовой позиции, которая отражена, в частности, в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 167 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки, определенных в пункте 2 статьи 61.2 Закон о банкротстве.

При этом, заявляя о ничтожности сделок на основании статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, конкурсный управляющий должника на иные обстоятельства не ссылался. Конкурсный управляющий должника указал на то, что денежные средства полученные от реализации имущества, были распределены между аффилированными лицами должника: 5 700 000 руб. перечислены ООО «УК РЕГИОНПРОМАКТИВЫ» единственный учредитель и директор которого является ФИО5 12 953 741,11 рублей в пользу ЗАО «Остоженка, 19», которое в настоящее время ликвидировано, акционером которого, как предполагает конкурный управляющий, так же являлся ФИО5 При этом ФИО5, являлся учредителем ООО «РПА-Консалтинг» до 15.10.2015 и являлся его руководителем на дату заключения оспариваемого договора.

Между тем, приведенные доводы являются основанием для признания сделок недействительными по специальным основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий должника ссылался лишь на обстоятельства, необходимые для признания сделок недействительными по основанию статьи 61.2 Закона о банкротстве, не приводя при этом доводов о наличии пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, следовательно, основания для применения положений статьи 10,168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 сформирован правовой подход, согласно которому при отсутствии специальных оснований недействительности сделки, установленных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, нормы о злоупотреблении правом могут быть применены, только если сделка имеет пороки, выходящие за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий должника ссылался лишь на обстоятельства, необходимой для признания сделки недействительной по основанию статьи 61.2 Закона о банкротстве, не приводя при этом доводов о наличии пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, следовательно, основания для применения положений статьи 10,168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

Применение к сделкам, указанным в статье 61.2 Закона о банкротстве, не имеющим других недостатков, общих положений о ничтожности, по сути, направлено на обход правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо.

Приведенный правовой подход изложен в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 05.03.2019 № Ф08-209/2019, которым отказано в признании сделки недействительной в связи с пропуском специального срока исковой давности, несмотря на отсутствие доказательств оплаты по оспариваемой сделке.

Таким образом, конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что имеются основания для признания оспариваемого договора купли - продажи недвижимого имущества № 4ПН/1-15 от 16.10.2015 недействительной сделкой на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

На основании изложенного, арбитражный апелляционный суд считает, что доводы апелляционной жалобы не содержат достаточных фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены решения.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 29.10.2019 по делу № А32-8937/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьёй 188 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                           А.Н. Стрекачёв

 

Судьи                                                                                             Д.В. Николаев

 

Н.В. Сулименко