ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-44307/2021

23 июня 2025 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     17 июня 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  23 июня 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Сотова И.В.

судей  Слоневской А.Ю., Тойвонена И.Ю.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Э.Б. Аласовым 

при участии:  

от ФИО1: ФИО2 по доверенности от 27.04.2022 г.

от ФИО3: ФИО4 по доверенности от 15.05.2024 г. 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-12844/2025)  ФИО1 на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.04.2025 по делу № А56-44307/2021, принятое по результатам рассмотрения отчета финансового управляющего по итогам процедуры реализации имущества гражданина, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3

установил:

ФИО3 (далее – должник, ФИО3) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом). 

Решением арбитражного суда от 04.07.2022  заявление должника признано обоснованным, ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5, а определением  от 19.03.2023  в качестве такового утвержден ФИО6 (далее – финансовый управляющий).

Определением от 17.04.2025 г., вынесенным по результатам рассмотрения отчета финансового управляющего об итогах реализации имущества должника и соответствующего ходатайства, суд первой инстанции завершил процедуру реализации имущества гражданина с прекращением полномочий управляющего  и освобождением должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина. 

В апелляционной жалобе конкурсный кредитор ФИО1 просит определение от 17.04.2025 г. отменить в части освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств перед ним, полагая, что  должник вел себя недобросовестно, злостно уклонялся от долга перед ним, в частности, соответствующая задолженность существовала более десяти лет, при этом должник не принимал мер к трудоустройству с 2008 года; применительно к доводам должника и выводам суда первой инстанции, положенным в обоснование освобождения ФИО3 от дальнейшего исполнения обязательств, апеллянт ссылается на то, что факт нахождения должника дома в связи с необходимостью ухода за несовершеннолетним ребенком не подтвержден документально, указывая также на движение денежных средств по счетам должника, в т.ч. поступление средств  из Гонконга и Риги при наличии со стороны должника значительных расходов - согласно банковским выпискам, что в совокупности, по мнению подателя жалобы, также свидетельствует о злонамеренном уклонении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

В суд от ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором  должник возражает против ее удовлетворения, ссылаясь на необоснованность изложенных в ней доводов.

В судебном заседании апелляционного суда представитель ФИО1 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда первой инстанции отменить в обжалуемой части.

Представитель должника против удовлетворения жалобы возражала по мотивам, изложенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156 и 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)  рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Поскольку заявитель в апелляционной жалобе указывает на обжалование судебного акта только в части  освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств перед ним, а иные лица не заявили возражений по поводу обжалования определения в иной части (завершения процедуры реализации и освобождения от обязательств перед другими кредиторами), то суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке части 5 статьи 268 АПК РФ только в обжалуемой части.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения в порядке, предусмотренном статьями 223, 266, 268 и 272 АПК РФ, апелляционный суд пришел к следующим выводам:

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ,  дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В частности, как установлено пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона, а в соответствии с пунктом 2 статьи 213.24 Закона о банкротстве реализация имущества гражданина вводится на срок не более чем шесть месяцев. Указанный срок может продлеваться арбитражным судом по ходатайству лиц, участвующих в деле о банкротстве.

Поскольку цель реализации имущества гражданина заключается в соразмерном удовлетворении требований кредиторов, финансовому управляющему необходимо в период процедуры реализации имущества гражданина сформировать конкурсную массу, реализовать имущество должника и после получения денежных средств произвести расчеты с кредиторами. Основанием для завершения процедуры реализации имущества гражданина является наличие обстоятельств, свидетельствующих об осуществлении всех мероприятий, необходимых для завершения реализации имущества гражданина, установленных Законом о банкротстве.

В силу пунктов 2 и 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина. После завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

При этом, исходя из задач арбитражного судопроизводства, целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом, возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора, а также с учетом разъяснений, приведенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан" (далее – Постановление N 45), в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестному должнику предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности без возложения на него большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов. При этом создаются препятствия стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В этой связи, освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

В частности, в соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае:

- если вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

-  гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

- доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Данные положения законодательства направлены, в том числе на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательств в случаях, когда при возникновении или исполнении обязательства имело место поведение гражданина-должника, не согласующееся с требованиями статей 15 (часть 2) и 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации об обязанности граждан и их объединений соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы и о неприемлемости осуществления прав и свобод человека и гражданина в нарушение прав и свобод других лиц, а также с требованиями статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29.05.2019 N 1360-О).

В пунктах 45 и 46 Постановления N 45 разъяснено, что согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

В силу разъяснений, данных в пунктах 42 и 43 постановления Пленума N 45, целью положений пункта 3 статьи 213.24, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28 и статьи 213.9 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1 ГК РФ, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Из приведенных разъяснений в их совокупности и взаимосвязи следует, что если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.

Применительно к вопросу об освобождении гражданина от дальнейшего исполнения обязательств  при завершении процедуры банкротства это означает, что такой отказ должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

В данном случае суд первой инстанции, освобождая должника от исполнения обязательств перед кредиторами и отклоняя соответствующие возражения ФИО1, исходил из того, что последним не доказано наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности должника с учетом данных им пояснений относительно невозможности трудоустройства, обусловленной необходимостью ухода за несовершеннолетними детьми ввиду официального трудоустройства супруги, осуществляемого при этом в счет компенсации за неисполнение обязанности по оплате алиментов на содержание несовершеннолетних детей, что, по мнению суда первой инстанции, опровергает доводы кредитора о наличии каких-либо источников дохода должника, не раскрытых в данном деле о банкротстве, как принял во внимание суд и то, что в ходе процедуры банкротства финансовый управляющий не выявил признаков преднамеренного или фиктивного банкротства должника, сокрытия или уничтожения принадлежащего должнику имущества, равно как и фактов сообщения должником недостоверных сведений, а также фактов, свидетельствующих о злостном уклонении от погашения задолженности; в этой связи суд пришел к выводу об отсутствии (недоказанности) условий для неприменения в отношении должника правил об освобождении от обязательств перед кредиторами.

Однако, апелляционный суд не может согласиться с данными выводами суда первой инстанции, исходя, помимо прочего, из того, что должник не дал приемлемых пояснений относительно нетрудоустройства столь длительный срок – с 2008 года (при возникновении обязательств перед кредитором в 2010 г.), т.е. фактически – непринятия им мер к погашению этих обязательств (что аналогичные обстоятельства в схожей ситуации – послужили, например, отказом в освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами по делу № А56-15477/2023), как не раскрыл он надлежаще (документально) источники средств в общем размере 1 890 515 руб. 81 коп., в частности, поступление денежных средств со счетов QIWI банка, из Гонконга и Риги и от иных источников, а также внесение должником наличных денежных средств на счет через банкоматы, что следует из выписки по счетам должника, равно как не раскрыл (не обосновал) он ни цели расходования этих средств, ни источники финансирования обеспечения жизнедеятельности при наличии с его стороны (опять же, согласно банковским выпискам) значительных расходов (в т.ч. переводов третьим лицам, списания под наименованием «ACQ03725\RUS\Moscow\\РAYMENT PROCE», переводов в Гонконг, оплаты бензина для автомобиля, аренды каршерингового автомобиля в Делимобиль и т.д.) на аналогичную сумму, т.е. фактически должник скрыл от кредиторов, финансового управляющего и арбитражного суда доходы и тем самым ввел их в заблуждение относительно своего реального финансового состояния, что свидетельствует об использовании им института банкротства физических лиц в незаконных целях и исключает применение к нему правила освобождения  от дальнейшего исполнения обязательств.

Таким образом, обжалуемое определение, как принятое при неполном исследовании фактических обстоятельств (материалов) дела и – как следствие –  несоответствии изложенных в нем выводов этим обстоятельствам (материалам) и недоказанности обстоятельств, которые суд посчитал установленными, подлежит отмене в обжалуемой части с принятием в этой части  по делу нового судебного акта – об отказе ФИО3 в применении правил об освобождении от исполнения обязательств перед кредитором ФИО1.

Руководствуясь статьями 110, 112, 223, 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.04.2025 г. по делу № А56-44307/2021 в обжалуемой части отменить.

Отказать в освобождении ФИО3 от дальнейшего исполнения обязательств перед ФИО1.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 10 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Сотов

Судьи

А.Ю. Слоневская 

И.Ю. Тойвонен