АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

 

Дело №А08-2579/2018

г.Калуга

04 февраля 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 29.01.2019

                  Постановление изготовлено в полном объеме  04.02.2019

 

Арбитражный суд Центрального округа  в составе:

 

Председательствующего

Ахромкиной Т.Ф. 

Судей

Гладышевой Е.В.

ФИО1

При участии в заседании:

 

от компании ФИО2 Лтд

ФИО3 – представитель (дов. от 25.01.2019, срок до 01.03.2019);

ФИО4 – представитель (дов. от 08.04.2018, срок 1 год);

ФИО5 – представитель (дов. от 08.04.2018, срок 1 год);

 

от ИП ФИО6

 

ФИО7 – представитель (дов. от 02.04.2018, срок 3 года);

 

от иных лиц, участвующих в деле

не явились, извещены надлежаще;

 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы ИП ФИО6 и компании ФИО2 Лтд на решение Арбитражного суда Белгородской области от 03.09.2018 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.10.2018 по делу №А08-2579/2018,  

 

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель ФИО6 (далее - ИП ФИО6, истец) обратился в Арбитражный суд Белгородской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО8 (далее - ИП ФИО8, ответчик) и компании ФИО2 Лтд (Nadina Ltd, BVI Company, Number 1858964) (далее - ответчик) о признании недействительным (ничтожным) договора об уступке права (цессии) N 2107/2015 УП от 23.07.2015, заключенного между ИП ФИО8 и компанией ФИО2 Лтд.

Компания ФИО2 Лтд (далее - истец по встречному иску) предъявила встречный иск к ИП ФИО6 (далее - ответчик по встречному иску) и ИП ФИО8 о признании недействительными (ничтожными) договора займа от 11.02.2013, заключенного между ИП ФИО6 и ИП ФИО8, а также расписки от 11.02.2013, составленной ИП ФИО6 и ИП ФИО8

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 03.09.2018 по делу N А08-2579/2018 (судья В.Н. Киреев) в удовлетворении иска ИП ФИО6 и встречного иска компании ФИО2 Лтд (Nadina Ltd, BVI Company, Number 1858964) отказано полностью.

Постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.10.2018 (судьи: А.А. Сурненков, Е.В Маховая, ФИО9) решение  Арбитражного суда Белгородской области от 03.09.2018 оставлено без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения. 

Не согласившись с указанными судебными актами, ИП ФИО6 и компания ФИО2 Лтд обратились в Арбитражный суд Центрального округа с кассационными жалобами, в которых просят их отменить и принять по делу новый судебный акт. Заявители жалоб считают, что судами первой и  апелляционной инстанций нарушены нормы материального и процессуального права, неполно выяснены все обстоятельства дела.

В обоснование кассационной жалобы ИП ФИО6 указано, что вывод судов об отсутствии основания для применении положений ст. 10, 168,170 ГК РФ к оспариваемой сделке - договору №2107/2015 УП от 23.07.2015 об уступке прав (цессии) не соответствует фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Вывод о том, что Истцом по первоначальному иску не доказано наличие нарушенного права и защищаемых законом интересов, сделан в нарушение ст. ст. 8, 12, 309, 310 ГК РФ. В отсутствие доказательств, свидетельствующих о наличии у ФИО8 имущества и денежных средств, необходимых дли погашении обязательств перед ФИО6 по договору займа (по состоянию на дату вынесения решения размер требовании с учетом суммы основного долга и начисленных процентов составляет 400 000 000,00 руб.), факт нарушения прав Истца по первоначальному иску является доказанным.

В обоснование кассационной жалобы компании ФИО2 Лтд указано, что выводы судов о недоказанности со стороны Компании ФИО2 Лтд нарушения ее прав Договором займа от 11.02.2013 и распиской от 11.02.2013 и об отсутствии доказательств направленности встречного иска на предотвращение нарушения прав Компании ФИО2 Лтд необоснованны. Довод Компании ФИО2 Лтд. о нарушении ее прав Договором займа от 11.02.2013г. и Распиской от 11.02.2013г., заявленный во встречном иске, основан, в том числе, на вступившем в законную силу судебном акте, а не на предположениях, как необоснованно указали суды первой и апелляционной инстанций. В деле не существует ни одного доказательства, указывающего на реальное исполнение сторонами Договора займа от 11.02.2013 и Расписки от 11.02.2013, что объективно указывает на наличие порока воли сторон этих сделок при их заключении, а также на отсутствие намерения их сторон исполнять заключенные сделки. Материалы дела указывают на то, что оспариваемые в рамках встречного иска сделки были совершены ФИО6 и ФИО8 с исключительным намерением причинить вред Компании ФИО2 Лтд., лишив компанию принадлежащих ей на основании договора цессии имущественных прав требования с использованием фиктивной задолженности ФИО8 перед ФИО6 на крупную сумму по несуществующему в действительности обязательству. Существование расписки от 11.02.2013 о передаче ФИО6 денежных средств в сумме 250 000 000,00р. ФИО8 само по себе не свидетельствует о реальности заемных правоотношений.

В отзыве на кассационную жалобу Компания ФИО2 Лтд. просит кассационную жалобу ИП ФИО6 на решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции оставить без удовлетворения.

В силу части 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражными судами первой и апелляционной инстанций, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Представители ИП ФИО6 и компании ФИО2 Лтд в судебном заседании поддержали доводы, указанные в кассационных жалобах.

Представители иных лиц, участвующих в деле, в судебное заседание не явились. Суд кассационной инстанции считает возможным рассмотреть дело в порядке ст. 284 Арбитражного процессуального кодекса РФ, в их отсутствие. 

Изучив материалы дела, выслушав представителей сторон,  оценив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия считает необходимым принятые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между ФИО6 (займодавец) и ФИО8 (заемщик) заключен договор займа от 11.02.2013, согласно условиям которого займодавец передает в собственность заемщику денежные средства в размере 250 000 000 руб., а заемщик обязуется вернуть указанную сумму не позднее 11.02.2015 и проценты за пользование суммой займа в размере 12,0% годовых (пункты 1.1, 2.2 и 2.3 договора).

Передача указанной суммы займа займодавцем заемщику оформлена распиской от 11.02.2013.

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 08.08.2014 по делу N А08-1239/2014 ООО "Грот-1" признано несостоятельным (Банкротом).

Определением Арбитражного суда Белгородской области от 25.06.2014 по делу N А08-1239/2014 ФИО8 включен в реестр требований кредиторов ООО "Грот-1", его требования признаны подлежащими удовлетворению в третью очередь в сумме 895 171 409,46 руб.

Между ИП ФИО8 (цедент) и компанией ФИО2 Лтд (цессионарий) заключен договор об уступке права (цессии) N 2107/2015 УП от 23.07.2015.

Согласно пункту 1.1 договора цессии цедент уступает, а цессионарий принимает права (требование) в полном объеме требований ФИО8, включенных в реестр кредиторов в рамках дела о банкротстве ООО "Грот-1", на основании определения Арбитражного суда Белгородской области от 25.06.2014 по делу N А08-1239/2014, по обязательствам ООО "Грот-1" перед ФИО10 в размере 710 000 000 руб., перед ООО "Фирма Гимли" в размере 173 000 000 руб.

Пунктами 3.1 и 3.2 договора цессии предусмотрено, что за уступаемые права (требования) цессионарий выплачивает цеденту денежные средства в размере 15 000 000 руб. в семидневный срок после получения соответствующих сумм выплат из конкурсной массы ООО "Грот-1".

Определением Арбитражного суда Белгородской области от 14.10.2015 по делу N А08-1239/2014 удовлетворено заявление ФИО8 - кредитора в реестре требований кредиторов ООО "Грот-1"; произведено процессуальное правопреемство в правоотношении, установленном определением суда от 25.06.2014, заменен конкурсный кредитор ФИО8 на процессуального правопреемника - компанию ФИО2 Лтд.

Полагая, что договор об уступке права (цессии) N 2107/2015 УП от 23.07.2015 является недействительной (ничтожной) сделкой, нарушает права и законные интересы истца, последний обратился с настоящим иском в Арбитражный суд Белгородской области.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

В силу пункта 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению его сторон (пункт 4 статьи 421 ГК РФ).

На основании статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласия должника, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 2 статьи 382 Кодекса).

Согласно статье 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

В статье 388 ГК РФ указано, что уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору. Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение.

Пунктом 6 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что уступка права (требования) представляет собой замену кредитора в обязательстве (статья 382 Кодекса). Последствием уступки права (требования) является замена кредитора в конкретном обязательстве, в содержание которого входит уступленное право (требование).

Статьей 808 ГК РФ установлены требования к форме договора займа: договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда заимодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

При этом договор займа является реальным и в соответствии с пунктом 1 статьи 807 ГК РФ считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 2 статьи 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В силу пункта 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Признаком притворности сделки является отсутствие волеизъявления на ее исполнение у обеих сторон, а также намерение сторон фактически исполнить прикрываемую сделку.

По основанию притворности недействительной сделки может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

Как следует из разъяснений, изложенных Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 86 и 87 постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

В пункте 78 постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" Пленум Верховного Суда Российской Федерации указал, что согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке. Отсутствие этого указания в исковом заявлении является основанием для оставления его без движения (статья 136 ГПК РФ, статья 128 АПК РФ).

По смыслу положений действующего законодательства и разъяснений судов высших инстанций под заинтересованным лицом следует понимать лицо, имеющее материально-правовой интерес в признании сделки ничтожной, в чью правовую сферу эта сделка вносит неопределенность и может повлиять на его правовое положение. Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участниками сделки либо за лицами, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой.

Лицо, не участвующее в договоре, заявляющее иск о признании договора недействительным, должно доказать наличие своего материально-правового интереса в удовлетворении иска.

При этом такое лицо указывает, какие его права или охраняемые законом интересы нарушены или оспариваются лицами, к которым предъявлен иск, а также каким образом эти права и интересы будут восстановлены в случае реализации избранного способа судебной защиты.

Материально-правовой интерес в применении последствий ничтожности сделки имеют лица, чьи имущественные права и (или) охраняемые законом интересы будут непосредственно восстановлены в результате приведения сторон ничтожной сделки в первоначальное фактическое положение.

Кроме того, по смыслу положений статьи 812 ГК РФ, разъяснений Верховного Суда Российской Федерации (ответ на вопрос 10 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015) право оспаривать договор займа по его безденежности принадлежит заемщику.

В силу статей 64, 65 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в установленном порядке сведения о фактах, на основании которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования лиц, участвующих в деле. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Однако, достоверных и бесспорных доказательств, отвечающих требованиям главы 7 АПК РФ и относящихся к существу заявленных требований относительно доказанности обстоятельств, подлежащих доказыванию в рамках настоящего дела, истцом и встречным истцом в материалы дела не представлено.

Истец и встречный истец, заявляя возражения по договору цессии и договору займа, соответственно, не являясь их сторонами, не представили в материалы дела доказательств или пояснений, позволяющих сделать вывод, что оспариваемые сделки нарушают их законные права и интересы и что удовлетворение заявленных ими требований позволит восстановить нарушенные права истца, встречного истца либо предотвратить их нарушение.

Документальные доказательства того, что оспариваемые договоры займа и цессии нарушают права или создают дополнительные обязанности для истца, встречного истца в материалы дела также не представлены. То есть стороны не доказали наличия у них права на оспаривание указанных договоров.

Истцом ИП ФИО6 объективных и достоверных доказательств, свидетельствующих об утрате каких-либо прав либо возникновении неблагоприятных имущественных последствий именно в результате заключения оспариваемого договора цессии, в ходе судебного разбирательства не представлено.

Отсутствуют также доказательства наличия судебных либо иных обязательных к исполнению актов, устанавливающих право истца на получение от ИП ФИО8 какой-либо задолженности, об обращении взыскания на имущество ИП ФИО8 в пользу ИП ФИО6, об отсутствии у ИП ФИО8 какого-либо имущества и о признании ИП ФИО8 несостоятельным (банкротом), ввиду его неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Напротив, согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц ФИО8 и ФИО6 совместно являются участниками либо входят в органы управления ООО "ТОРГОВЫЙ ДОМ "КРАСНОГВАРДЕЙСКИЙ КОМБИКОРМОВЫЙ ЗАВОД" (ОГРН 

<

***>), ООО "ГАЗТЕХНИКА" (ОГРН 

<

***>), ООО "СОЦИУМ ТРАНС" (ОГРН 

<

***>), СПСК "ПОКРОВСКАЯ ИНДЕЙКА" (ОГРН 

<

***>), ООО "СИНДИКАТ ПЛЮС" (ОГРН 

<

***>), ООО "ИВЦ" (ОГРН 

<

***>), ООО "РУСОФТКОНСАЛТИНГ" (ОГРН 

<

***>) и т.д.

При этом ООО "РУСОФТКОНСАЛТИНГ" (ОГРН 

<

***>) было учреждено ФИО8 и ФИО6 с внесением своей доли в уставный капитал общества уже после обращения последнего в Свердловский районный суд г. Белгорода (дело N 2-4992/2015) с иском к ФИО8 о взыскании задолженности по договору займа от 11.02.2013 и утверждения судом мирового соглашения, заключенного между истцом и ответчиком по данному делу (впоследствии определение суда об утверждении мирового соглашения и прекращении производства по делу отменено судом вышестоящей инстанции).

Истец и встречный истец не представили доказательств, свидетельствующих о наличии порока воли сторон оспариваемых договоров цессии и займа, а также того, что спорные сделки были совершены с заведомой целью их неисполнения или ненадлежащего исполнения, либо исключительно с намерением причинить вред сторонам договоров или по иным недобросовестным мотивам.

Напротив, реальность оспариваемых сделок подтверждается материалами дела.

Так, условиями оспариваемого договора цессии предусмотрена обязанность цессионария выплатить цеденту компенсацию за уступаемое право. Из условий договора не усматривается намерения сторон на безвозмездную передачу права требования. После заключения данной сделки компания ФИО2 Лтд вступила в рассматриваемое арбитражным судом дело N А08-1239/2014 в качестве конкурсного кредитора и активно реализует в рамках дела свои права.

Сама по себе возможная убыточность оспариваемых сделок не относится к обстоятельствам признания сделок (части сделок) недействительной по основаниям, предусмотренным законом в любом случае, а относится к рискам предпринимательской деятельности (пункт 1 статьи 2 ГК РФ).

По смыслу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 24.02.2004 N 3-П, Определении от 04.06.2007 N 320-О-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

Исходя из пункта 2 статьи 572 ГК РФ квалификация соглашения об уступке права (требования) как договора дарения возможна лишь при установлении ясно выраженного намерения безвозмездно передать право.

Суды отметили, что даже отсутствие в сделке уступки права (требования) условия о цене передаваемого права (требования) или несоответствие размера встречного предоставления объему передаваемого права (требования) само по себе не является основанием для признания ее ничтожной (пункты 9, 10 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации").

В рассматриваемом деле судом не установлено обстоятельств, безусловно свидетельствующих о злоупотреблении истцом (ответчиком по встречному иску), ответчиком (истцом по встречному иску) своим правом (статья 10 ГК РФ, абзац 2 пункта 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки").

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (пункт 2 статьи 9 АПК РФ).

На основании части 3.1 статьи 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Заявлений о фальсификации доказательств в порядке статьи 161 АПК РФ в ходе рассмотрения дела лицами, участвующими в деле, не заявлено.

Суды пришли к выводу о том, что иск ИП ФИО6 и встречный иск компании ФИО2 Лтд удовлетворению не подлежат, поскольку ими не доказано наличие заинтересованности в оспаривании сделок, нарушенных прав и законных интересов истца и встречного истца оспариваемыми ими сделками и не обоснована возможность восстановления нарушенных прав и законных интересов избранным способом защиты, что может привести к правовой неопределенности и нарушению стабильности гражданского оборота.

Исходя из положений статьи 166 ГК РФ, отсутствие правового интереса в признании ничтожной сделки недействительной является самостоятельным основанием для отказа в иске, что исключает необходимость рассмотрения иска по существу, соответственно, влечет отсутствие необходимости делать выводы о квалификации сделки.

Довод жалобы ИП ФИО6 о том, что судами при рассмотрении дела, в нарушение ст. 71 АПК РФ, не дана оценка доводам истца по первоначальному иску, отклоняется судом округа, как не соответствующий тексту обжалуемых актов.

В соответствии с указанной нормой процессуального права оценка доказательств относится к исключительной компетенции суда. При этом, каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Суды исходили из того, что первоначальный иск был заявлен ИП ФИО6 о признании недействительным (ничтожным) договора цессии, стороной которого ИП ФИО6 не является.

Согласно ч. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В соответствии с п. 78 Постановления Пленума ВС РФ N 25 от 23.06.2015 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки. В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке.

Суды пришли к выводу о том, что ИП ФИО6 не представил убедительных доказательств или пояснений, позволяющих сделать вывод, что оспариваемый им договор нарушает его законные права и интересы и что удовлетворение заявленных требований позволит восстановить нарушенные права истца либо предотвратить их нарушение. ИП ФИО6 в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих об утрате каких-либо прав либо наступлении неблагоприятных имущественных последствий именно в результате заключения оспариваемого договора цессии. Также, ИП ФИО6 в материалы дела не представлено доказательств наличия судебных либо иных обязательных к исполнению актов, устанавливающих его право на получение от ИП ФИО8 какой-либо задолженности, об обращении взыскания на имущество ИП ФИО8 в пользу ИП ФИО6, об отсутствии у ИП ФИО8 какого-либо имущества или о признании ИП ФИО8 несостоятельным (банкротом), ввиду его неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Таким образом, ИП ФИО6 не доказал наличия у него права на оспаривание Договора уступки прав (цессии) N 2107/2015 УП от 23.07.2015.

Согласно п. 1 ст. 2 и ч. 1 ст. 4 АПК РФ правом на обращение в арбитражный суд обладает лицо, права и законные интересы которого нарушены, оспорены либо не признаются иными участниками гражданских правоотношений.

Оспаривая Договор уступки прав (цессии) N 2107/2015 УП от 23.07.2015, стороной которого он не является, ИП ФИО6 должен был доказать, что он является кредитором ИП ФИО8, что его требования к ИП ФИО8 являются действительными и реальными, т.е. что они фактически возникли из допускаемого законом основания.

Свои права на иск ИП ФИО6 обосновывал наличием у ИП ФИО8 задолженности перед ним в размере 250 000 000 руб. на основании Договора займа от 11.02.2013. В подтверждение займа ИП ФИО6 предоставил суду копию расписки о передаче ИП ФИО8 250 000 000 руб.

Ссылка ИП ФИО6 на Определение Верховного Суда РФ от 01.12.2015 N 4-КГ15-54 отклоняется ввиду различных фактических обстоятельств дела.

В рамках дела, рассмотренного Верховным судом, требования кредиторов были подтверждены вступившими в законную силу решениями судов общей юрисдикции.

Между тем, как следует из материалов дела, ИП ФИО6 в установленном законом порядке - в арбитражный суд - с иском о взыскании с ИП ФИО8 задолженности по договору займа не обращался. Таким образом, законность возникновения и реальность долга ИП ФИО8 перед ИП ФИО6 на сумму 250 000 000 руб. в установленном законом порядке не установлена.

Таким образом, наличие процессуального статуса ИП ФИО6 в качестве взыскателя по долгу не установлено материалами дела, потенциальное требование кредитора не может свидетельствовать о возникновении у него прав взыскателя на дату обращения в суд с настоящим иском.

Довод жалобы ИП ФИО6 об ошибочности вывода, что у ИП ФИО8 имеется иное имущество, достаточное для удовлетворения требований ИП ФИО6 в будущем, отклонен судами, поскольку не имеет правового значения при отсутствии подтвержденного вступившим в законную силу решения суда, которым установлено право ИП ФИО6 требовать взыскания долга с ИП ФИО8

Доводы жалобы ИП ФИО6 о том, что, давая в долг ИП ФИО8 250 млн.руб., ИП ФИО6 предполагал, что ИП ФИО8 приобретет право требования к ООО "Грот-1", а в дальнейшем произведет отчуждение данного права в пользу ИП ФИО6, что не было сделано ИП ФИО8, не влекут признание недействительным (ничтожным) договора об уступке права (цессии) N 2107/2015 УП от 23.07.2015, заключенного между ИП ФИО8 и компанией ФИО2 Лтд., поскольку не подтверждаются доказательствами по делу и отклоняются как голословные.

Довод жалобы ИП ФИО6 о том, что стоимость отчуждаемого права требования в 60 раз меньше номинала, что свидетельствует, по мнению ИП ФИО6, о возможности признать сделку недействительной (ничтожной), отклонен судами как не соответствующий нормам права. Кроме того, доказательств иной действительной рыночной стоимости прав требования на дату совершения сделки не представлено.

В силу ст. ст. 9, 65 АПК РФ лица, не воспользовавшиеся своими процессуальными правами, несут риск наступления соответствующих правовых последствий.

ИП ФИО6 не заявлял ходатайства о судебной экспертизе с целью определения действительной рыночной стоимости прав требования должнику, признанному банкротом, на дату совершения сделки.

По мнению суда округа, для признания недействительным договора об уступке права ИП ФИО6 необходимо было доказать наличие злоупотребления правом в действиях обеих сторон сделки. 

Однако при рассмотрении дела в судах первой и апелляционной инстанций и в кассационной жалобе истец ссылается на злоупотребления только в действиях ИП ФИО8

Довод жалобы компании ФИО2 Лтд (Nadina Ltd, BVI Company, Number 1858964) о том, что задолженность ИП ФИО8 перед ИП ФИО6 на сумму 250 000 000 руб. носит нереальный искусственный характер, что, по мнению ФИО2 Лтд., влечет недействительность договора займа на 250 млн., отклонен судами, поскольку ФИО2 Лтд не является ни стороной сделки, ни лицом, чьи права и законные интересы нарушены в результате ее совершения.

Довод ФИО2 Лтд, о том, что ИП ФИО6, получив права кредитора в дальнейшем, в силу вступившего в законную силу решения суда, или в деле о банкротстве ИП ФИО8, будет оспаривать сделку между ИП ФИО8 и ФИО2 Лтд и создавать процессуальные препятствия в реализации прав ФИО2 Лтд в будущем, отклонен судом апелляционной инстанции как не влекущий отмену оспариваемого судебного акта, поскольку основан на предположениях.

Между тем, ФИО2 Лтд не лишена процессуального права на защиту своих прав и законных интересов в рамках самостоятельных споров, в т.ч., при установлении требований в деле о банкротстве, вправе ссылаться на ничтожность требования в силу ст. ст. 10, 168 ГК РФ.

Довод жалобы ФИО2 Лтд о том, что ИП ФИО6 и ИП ФИО8 действуют со злоупотреблением правом в спорных правоотношениях исключительно с целью причинения вреда ФИО2 Лтд, отклонен судом апелляционной  инстанции как не подтвержденный доказательствами по делу.

Ссылки в жалобе компании ФИО2 Лтд на то, что отказ в удовлетворении встречного иска создает для компании в будущем угрозу новых исков об оспаривании ее имущественных прав в отношении ООО "ГРОТ-1", ссылки на искусственный характер задолженности ФИО8 перед ФИО6, на попытку аффилированных лиц, связанных между собой общими экономическими интересами, пересмотреть с использованием искусственно созданной между ними задолженности договорные отношения по договору уступки права (цессии) N 2107/2015 от 21.0.2017, представляют собой форму недобросовестного поведения, на законность и обоснованность и принятых судебных актов не влияют, поскольку основаны на предположениях и документально не подтверждены.

Кроме того, суд округа отмечает, что договор займа и расписка, оспариваемые истцом по встречному иску, были составлены 11.02.2013. Договор об уступке прав (цессии) заключен 23.07.2015. Соответствие даты совершения указанных сделок дате, указанной на них, не оспорено. При таких обстоятельствах  вывод о том, что при  заключении договора займа его стороны имели целью впоследствии пересмотреть договорные отношения заемщика, вытекающие из соглашения об уступке прав, представляется надуманным. Кроме того, оспаривание договора займа лицом, не являющимся его стороной, может создать препятствия для реализации прав займодавца требовать исполнения условий договора заемщиком.

Доводы кассационных жалоб не могут быть приняты во внимание, так как по существу направлены на переоценку имеющихся в деле материалов и сделанных на их основе выводов судов первой и апелляционной инстанций, что не является основанием для изменения или отмены принятых по делу судебных актов. Оснований для переоценки у суда кассационной инстанции не имеется.

При изложенных обстоятельствах кассационная судебная коллегия считает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, в связи с чем, оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационных жалоб заявителей не имеется.

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 287, ст. 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Белгородской области от 03.09.2018 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.10.2018 по делу №А08-2579/2018 оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном ст. 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                            Т.Ф. Ахромкина

 

Судьи                                                                                             Е.В. Гладышева

 

                                                                                                 ФИО1