ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

26.04.2023

Дело № А40-92324/21

Резолютивная часть постановления объявлена 19.04.2023 

Полный текст постановления изготовлен  26.04.2023

  Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего-судьи Кручининой Н.А.,

судей: Тарасова Н.Н., Уддиной В.З.

при участии в судебном заседании:

от ФИО1- ФИО2 по доверенности от 24.05.2022,

от ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 21.01.2023,

арбитражный управляющий ФИО5 (паспорт, лично),

рассмотрев 19.04.2023 в судебном заседании кассационную жалобу ООО ЭКЦ «НАГАТИНО»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 08.11.2022

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2023

по заявлению временного управляющего и ООО ЭКЦ «НАГАТИНО» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО1 по обязательствам должника

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО СТК «Лидер».

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда города Москвы 01.09.2021 в отношении ООО СТК «Лидер» была введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО5.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.05.2022 объединены в одно производство для совместного рассмотрения заявление ООО Экспертно-Консалтинговый Центр «НАГАТИНО» и временного управляющего должника  о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО1 по обязательствам должника и заявление временного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО1 по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.11.2022 было отказано в удовлетворении  заявления о привлечении ФИО3 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО СТК «Лидер».

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 08.11.2022 было оставлено без изменения.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ООО ЭКЦ «НАГАТИНО» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить обжалуемые судебные акты, направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы. Заявитель в кассационной жалобе указывает, что руководитель должника ФИО3 в судебные заседания не являлся, каких-либо пояснений, заявлений, ходатайств, в том числе по вопросу наличия/отсутствия документации не направлял. При этом  у временного управляющего  отсутствуют подлинники либо надлежащим образом заверенные копии договоров, которые были заключены с ООО «ЦБ» и другими контрагентами должника, в том числе и те, на основании которых ФИО3, ФИО1, ФИО3 получались наличные средства. Очевидно, что в отсутствие бухгалтерских документов проанализировать сделки должника не представляется возможным. Также заявитель обращает внимание, что каких-либо доказательств того, что полное погашение требований кредиторов, в том числе формирование и реализация конкурсной массы, возможно при отсутствии названных документов ответчиками не представлено, роль ФИО1 — руководителя ООО «ЦБ», которое оказывало должнику услуги по бухгалтерскому учету, судами не исследована. В отношении совершения должником недействительных сделок заявитель указывает, что ООО «ЦБ» участвовало в прикрытии притворной сделки и между ФИО1 и ФИО3, между которыми существует устойчивая экономическая связь,  а вывод суда об отсутствии у должника неисполненных обязательств перед ООО ЭКЦ «НАГАТИНО» не соответствует действительности, т.к. в соглашении от 09.12.2019 установлен период для погашения долга, а не точная дата. Кроме того, не принято во внимание, что к 16.03.2020 были закрыты все банковские счета должника.

В судебном заседании суда кассационной инстанции арбитражный  управляющий поддержал доводы кассационной жалобы.

От ответчиков и арбитражного  управляющего должника поступили отзывы на кассационную жалобу, которые судебной коллегией приобщены к материалам дела в порядке статьи 279 АПК РФ.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представители ответчиков возражали против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

Выслушав представителей сторон, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам, кассационная инстанция полагает, что судебные акты подлежат отмене, в связи со следующим.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как установлено судами, ФИО1 и ФИО3 являлись учредителями должника, также ФИО3 является генеральным директором должника с 13.12.2018, а ФИО1 также является учредителем и генеральным директором ООО «ЦБ».

В обоснование заявленных требований, заявители указывали, что 11.10.2021 временным управляющим было направлено письмо руководителю ООО СТК «Лидер» ФИО3 с требованием о предоставлении документов и сведений в отношении должника, однако, до настоящего времени в нарушение пункта  3.2 статьи 64 Закона о банкротстве руководителем ООО СТК «Лидер» не исполнена обязанность по передаче временному управляющего запрошенных им сведений и документов, необходимых для осуществления возложенных на него обязанностей, кроме того, ФИО3 и ФИО1 вывели с расчетных счетов должника денежные средства на счета физических лиц (в том числе в пользу ФИО3) в размере 14 240 433,90 руб., при этом, ФИО1 осуществляла ведение бухгалтерского учета должника через подконтрольную ей ООО «ЦБ».

Суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, исходя из следующего.

Так, суды установили, что на дату введения процедуры наблюдения руководителем должника являлся ФИО3, следовательно, обязанность по передаче копий бухгалтерских документов лежала именно на нем, вместе с тем, временный управляющий не указывает, какие именно документы (бухгалтерская информация) не были ему переданы бывшим руководителем должника, при этом, со слов временного управляющего последняя бухгалтерская отчетность должника сдана в налоговый орган в 2019 году.

Таким образом, по мнению судов, заявителями не доказано, что непередача ответчиком бухгалтерской документации должника, а, равно как, и сокрытие (искажение) ответчиком бухгалтерской документации и информации о наличии ликвидных активов и совершенных сделках явилось причиной невозможности  формирования конкурсной массы.

Также суды отклонили доводы заявителей о выводе активов должника и бездействии, приведшим к банкротству организации.

Суды указали, что как следует из пояснений ответчика, ФИО1 ранее являлась владельцем ООО «ПАН» (правопредшественником ООО СТК «Лидер»), передала общество ФИО3, при этом, в период действия ФИО1 компания не вела экономической деятельности и сдавала нулевые отчеты в налоговый орган, никаких управленческих решений в ООО СТК «Лидер» ответчик никогда не принимала, а после фактической передачи компании ФИО3 у фирмы сменилось наименование на ООО СТК «Лидер», были изменены ОКВЭД, пошли обороты по счетам, и общество начало активно вести экономическую деятельность, что подтверждаются данными бухгалтерской и налоговой отчетности.

Судами установлено, что ФИО3, ссылаясь на технические проблемы с расчетным счетом у подконтрольного ему ООО МПК «Лидер», обратился к ООО «ЦБ», подконтрольное ФИО1, с просьбой принять займ по договору, заключенному между ООО МПК «Лидер» и ООО ЭКЦ «Нагатино», на р/с ООО «ЦБ» с переводом этих денег на счета частных лиц, в связи с чем 01.08.2018 от ООО ЭКЦ «Нагатино» за ООО МПК «Лидер» (указано в назначении платежа) на расчетный счет ООО «ЦБ» поступило 3 000 000 руб., в этот же день указанная сумма была переведена на счета частных лиц, в том числе, большая часть на счет самого ФИО3 и его жены ФИО3

По мнению судов, указанная банковская операция носила транзитный характер, что подтверждается определением Арбитражного суда Московской области от 25.03.2020 по делу № А41-102655/19, где ООО ЭКЦ «Нагатино» отказалось от своих материально-правовых требований к ООО «ЦБ». Более того, между ООО «СТК Лидер», ООО «МПК Лидер» и ООО «ЭКЦ «Нагатино» был подписан договор переуступки долга, где должником выступает ООО «СТК Лидер», при этом, соглашение о переводе долга ФИО1 не подписывалось. К тому же из 1 620 000 руб. по поручению ФИО3 за вычетом 6% были переведены в пользу ООО «ЭКЦ «Нагатино» денежные средства в размере 600 000 руб. в счет оплаты задолженности по соглашению о переводе долга, подписанного ФИО3 Также по условиям п. 2.2.1 договора о переводе долга ООО СТК «Лидер» обязалось осуществить погашение взятых на себя обязательств перед ООО ЭКЦ «Нагатино» в срок до 25.02.2020 в сумме                1 200 000 руб., а оставшуюся часть в сумме 1 200 000 руб. - в срок до 25.03.2020.

Суды также установили, что между ООО «ЦБ» и должником был заключен договор на бухгалтерское обслуживание, согласно которому ООО «ЦБ» осуществляло консультационные услуги для должника по бухгалтерскому аутсорсингу (что соответствует основному виду деятельности), указанный договор не предусматривал обязанности ООО «ЦБ» по хранению первичной и иной бухгалтерской документации должника.

При этом, судами учтено, что обороты должника за 2019 год  составили свыше 95 000 000 руб., из которых подконтрольное ФИО1 ООО «ЦБ» получило лишь 900 000 руб. за бухгалтерские услуги, что составляет около 1% от оборотов компании.

В обоснование заявления от привлечении к субсидиарной ответственности заявители ссылались на то, что платежи, совершенные должником в период с 01.10.2018 по 19.12.2019 являются недействительными сделками как совершенными с целью причинения вреда кредиторам должника, однако, суды пришли к выводу, что оспариваемые платежи в счет оплаты по договорам на бухгалтерское обслуживание, за консалтинговые услуги, а также подотчетные суммы и хозяйственные нужды, в том числе в пользу третьих лиц, относятся к исполнению договоров (сделок), а не к их условиям, при этом, договоры на бухгалтерское обслуживание, за консалтинговые услуги, заключенные с ООО «ЦБ» как содержащие условия, предусматривающие неравноценное встречное исполнение обязательств, не оспаривались. Доказательств того, что цена этих сделок и (или) иные условия отличались от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, оказания предпочтений одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в материалы дела не представлено.

Кроме того, суды указали, что заявителем не представлено доказательств того, что оспариваемые сделки привели к полной или частичной утрате возможности удовлетворить требования кредиторов ООО «СТК «Лидер», а также, с учетом условий соглашения о переводу долга в части срока его оплаты суды пришли к выводу, что на дату совершения платежей в пользу третьих лиц у должника отсутствовали неисполненные обязательства перед ООО «ЭКЦ «Нагатино».

Поскольку доказательств того, что в результате совершения указанных сделок должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему доход, а равно и выход за пределы обычной хозяйственной деятельности в результате указанных сделок, заявителями не представлено, суды пришли к выводу об отсутствии оснований полагать, что действия бывших участников и руководителей должника  были противоправными или направленными на доведение должника до банкротства.

Также суды указали, что заявителями не представлены доказательства того, что перечисление денежных средств в адрес третьих лиц стало причиной объективного банкротства должника, а также повлекло невозможность удовлетворения требований кредиторов, равно как и доказательства убыточности сделок, доводы заявителя являются предположением.

Между тем, принимая обжалуемые судебные акты, судами не было учтено следующее.

Согласно пункту 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Ежемесячно руководитель должника обязан информировать временного управляющего об изменениях в составе имущества должника.

Разрешая вопрос о наличии причинно-следственной связи между действиями (бездействием) контролировавших общество лиц и несостоятельностью последнего суды неверно распределили бремя доказывания и не учли положения подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, а также разъяснения, приведенные в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление № 53), согласно которым такая причинно-следственная связь предполагается в случае непередачи, сокрытия, утраты или искажения документации руководителем должника, а также другими лицами, у которых документация фактически находится. Управляющий должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документов повлияло на проведение процедур банкротства, а привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника. Упомянутая презумпция наличия причинно-следственной связи не может быть применена, если необходимая документация (информация) передана арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

В рамках настоящего дела управляющий обращал внимание на то, что ему вообще ни какая документация должника не была предоставлена, что исключило возможность проанализировать деятельность должника, выявить подозрительные сделки должника, определить имеется ли возможность восстановления платежеспособности должника и т.д.

Данные доводы управляющего суды не проверили, безосновательно освободив ответчиков от необходимости опровержения презумпции, установленной подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. Суды не учли, что в отсутствие документов о деятельности должника управляющий, как правило, не может полноценно вести работу, направленную на пополнение конкурсной массы путем взыскания дебиторской задолженности, виндикации имущества, оспаривания сделок и т.п.

При этом в суде кассационной инстанции ответчики подтвердили, что документация должника не представлялась управляющему ни в копиях, ни в подлиннике.

Между тем определением суда первой инстанции от 29.08.2022 производство  по делу о банкротстве  прекращено в виду отсутствия денежных средств для финансирования процедуры, при этом судом установлено, что временным упаривающим выявлено наличие у должника лишь одного транспортного средства, которое находится в неликвидном состоянии.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве  о передаче управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Ответственность, предусмотренная Закона о банкротстве, направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Вместе с тем, вопреки указанным нормам, судебные акты не содержат доводов и мотивов со ссылкой на материалы дела, по которым суды отклонили требования о привлечении бывшего руководителя к субсидиарной ответственности, в связи с непередачей бухгалтерской документации должника временному управляющему. 

Фактически суды переложили бремя доказывания на управляющего в отсутствие в материалах дела каких-либо доказательств, свидетельствующих об исполнении ответчиком возложенной на него законодательством о банкротстве обязанности (пункт 3.2 статьи 64  Закона о банкротстве), что недопустимо.

Также суд округа не может согласиться с выводами судов об отказе в удовлетворении заявлений в части совершения ответчиками недействительных сделок, исходя из следующего.

В соответствии пунктами 1 и 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве  если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

Согласно Закону о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в случае, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного  Федерального закона.

При этом положения подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются независимо от того, были предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если:

заявление о признании сделки недействительной не подавалось;

2) заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен;

3) судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При этом следует отметить, что в силу пункта 20 Постановления № 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (п. 1 статьи 10 Закона о банкротстве, статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), — суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. 

Однако суды соответствующие обстоятельства не исследовали и не устанавливали.

С учетом изложенного, выводы судов об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ответчиков являются преждевременными, в связи с чем  суд округа полагает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене с направлением спора на новое рассмотрение.

Согласно пункту 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

Статьей 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в мотивировочной части решения должны быть указаны фактические и иные обстоятельства дела, установленные арбитражным судом, а также доказательства, на которых были основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, в том числе, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле, включая законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

Аналогичные требования предъявляются к судебному акту апелляционного суда в соответствии с частью 2 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принимаемые арбитражным судом решение и постановление должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции приходит к выводу, что судебные акты подлежат отмене, и поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении спора, суду первой инстанции следует учесть изложенное, предложить заявителям конкретизировать деликты, вменяемые каждому из ответчиков в качестве оснований для их привлечения к субсидиарной ответственности, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт, установив все фактические обстоятельства, имеющие значения для правильного разрешения спора, применив нормы права, подлежащие применению.

Руководствуясь статьями 284, 285-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 08.11.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2023 по делу № А40-92324/2021 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

Председательствующий – судья                                                Н.А. Кручинина 

Судьи:                                                                                         Н.Н. Тарасов

                                                                                                      В.З. Уддина