Арбитражный суд Волгоградской области

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

город Волгоград                                                                                    Дело №А12-15648/2019

«26» декабря 2019 года

Резолютивная часть решения оглашена 19 декабря 2019 года

Арбитражный суд Волгоградской области в составе судьи Шутова С.А., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Бессараб С.Н.,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению Федеральной налоговой службы России (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ФИО1 к ФИО2, ФИО3 и обществу с ограниченной ответственностью «Интертехника Трейд» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), с участием в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Интертехника», о привлечении к субсидиарной ответственности, 

при участии в судебном заседании:

от ФНС России – ФИО4, доверенность №242 от 09.12.2019г.,

от ФИО1 – не явился, извещен,

от ответчиков:

ФИО2 – ФИО5, доверенность от 07.08.2019г.,

ФИО3 – ФИО6, доверенность от 14.10.2019г.,

ООО «Интертехника Трейд»  – ФИО6, доверенность от 11.10.2019г.,

от третьего лица – не явился, извещен,

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд

УСТАНОВИЛ:

Федеральная налоговая служба России обратилась в Арбитражный суд Волгоградской области с заявлением к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Интертехника» и взыскании суммы в размере 30 741 766 руб. 96 коп.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 28.08.2019 по ходатайству истца в качестве соответчиков привлечены ФИО3 и общество с ограниченной ответственностью «Интертехника Трейд».

До рассмотрения дела по существу ФИО1 обратился с заявлением о присоединении к требованию Федеральной налоговой службы России о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании 1 868 360 руб.

В пункте 54 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что кредиторы, обладающие правом на присоединение, могут присоединиться к уже предъявленному требованию в любое время до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, путем направления в письменной форме соответствующего сообщения с приложением документов, подтверждающих наличие у них такого права заявителю.

Лицо, чье сообщение (заявление) о присоединении к требованию было направлено и поступило непосредственно в суд, в производстве которого находится дело, считается присоединившимся к исковому требованию.

Ответчики возражали против удовлетворения заявленных требований по основаниям, изложенным в отзывах на иск.

Исследовав материалы дела, оценив фактические обстоятельства дела, суд находит исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что определением Арбитражного суда Российской Федерации от 27.03.2017 принято заявление ООО «РС-Агро» о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Интертехника» и возбуждено дело №А12-9023/2017.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 27.04.2017 по делу №А12-9023/2017 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Интертехника» введено наблюдение.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 07.07.2017 по делу №А12-9023/2017 в третью очередь реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Интертехника» включены требования общества с ограниченной ответственностью «Торговая Компания «АГРО-Альянс» в размере 1 868 360 руб. основного долга.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 23.05.2019 по делу №А12-39465/2014 о банкротстве ООО «ТК «АГРО-Альянс» произведена процессуальная замена взыскателя на ФИО1 по взысканию с общества с ограниченной ответственностью «Интертехника» 1 868 360 руб.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 17.10.2017 по делу №А12-9023/2017 требования ФНС России в размере 30 741 766,96 руб. включены в реестр требований кредиторов с очередностью удовлетворения:

- 24 231 959,95 руб. (основной долг) – требований кредиторов третьей очереди;

- 6 509 807,01 руб. (пени, штраф) – требования кредиторов третьей очереди, учитываемые в реестре отдельно и подлежащие удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 21.02.2018 по делу №А12-9023/2017 производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Интертехника» прекращено ввиду отсутствия у должника имущества, необходимого для покрытия судебных расходов и расходов, связанных с выплатой вознаграждения арбитражному управляющему.

Полагая, что контролирующими должника лицами ФИО2, ФИО3, а также контролирующим выгодоприобретателем обществом с ограниченной ответственностью «Интертехника Трейд» был причинен вред имущественным правам кредиторов, кредитор – ФНС России, обратилась в Арбитражный суд Волгоградской области с настоящим исковым заявлением о привлечении их к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника вне рамок дела о банкротстве, к которому присоединился ФИО1, по следующим основаниям.

Согласно положениям статей 61.14, 61.19 и 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) у конкурсных кредиторов имеется право на подачу заявления о привлечении лица к субсидиарной ответственности, в том числе, после завершения процедуры конкурсного производства, а также в порядке искового производства вне рамок дела о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно подпунктам 1, 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

- требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в части привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Федеральным законом №266-ФЗ статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Верховный Суд Российской Федерации в целях единства судебной практики разъяснил вопросы применения внесенных в указанную главу изменений в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ №53).

В соответствии с частью 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действия закона распространяются к отношениям, возникшим до введения в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» следует учитывать следующее.

Положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ (в частности нормы материального права - статьи 61.11, 61.12) применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения к такой ответственности (например, неисполнение обязанности по подаче заявления о собственном банкротстве, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника одной или нескольких сделок), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, то есть после 30.07.2017. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу от 29.07.2017 №266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ (в частности, статья 10) независимо от даты возбуждения производства по заявлению.

Согласно пункту 9 статьи 13 Федерального закона от 23.06.2016 №222-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные Российской Федерации» положения абзаца тридцать четвертого статьи 2 и пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к поданным после 01.09.2016 заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности или заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности в виде возмещения убытков.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в частности, в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

В пункте 16 постановления Пленума ВС РФ №53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Из материалов дела следует, что единоличным исполнительным органом должника ООО «Интертехника» с 21.09.2009 по 22.01.2016 являлась ФИО2, которая совершала сделки с ООО «Маркеттехнолоджи» и ООО «Сигма»; с 22.01.2016 по 20.01.2017 являлся ФИО7; с 20.01.2017 по настоящее время – ФИО8

Участниками должника с долей по 50% уставного капитала в период с 21.09.2009 по 07.09.2016 являлись ФИО3 и ФИО7

В отношении ООО «Интертехника» налоговым органом проводились мероприятия налогового контроля, по результатам которых выявлена не полная уплата налога на добавленную стоимость за 2, 3, 4 кварталы 2015 года, 1 квартал 2016 года, сумма доначислений составила 32 141 316 руб.

Решением ИФНС России по Дзержинскому району г.Волгограда от 31.05.2017 №314 ООО «Интертехника» привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Указанным решением налогового органа установлены обстоятельства отсутствия реальных хозяйственных отношений и фиктивности сделок, заключенных должником с ООО «Маркеттехнолоджи» на сумму 166 840 000 руб. и ООО «Сигма» на сумму 1 267 299 руб.

Согласно анализу расчетных счетов ООО «Интертехника» и ООО «Маркеттехнолоджи» оплата за якобы поставленную сельскохозяйственную технику отсутствует.

На 31.12.2015 стоимость активов ООО «Интертехника» составляла 494 959 000 руб.

Согласно декларациям по налогу на добавленную стоимость следует, что за первый квартал 2016 года должником реализовано товара на сумму 217 353 825 руб., за второй квартал 2016 года – на сумму 209 942 505 руб., за третий квартал 2016 года – на сумму 75 811 776 руб.

Из выписки о движении денежных средств по расчетным счетам ООО «Интертехника» следует, что в течение 2016 года по расчетным счетам должника осуществлялись платежи на сумму более 500 000 000 руб., что свидетельствует о ведении активной финансово-хозяйственной деятельности.

Таким образом, в 2016 году ООО «Интертехника» не обладало признаками объективного банкротства, осуществляло операции по расчетным счетам, стоимость активов превышала обязательства должника.

Учитывая изложенное, совершение ФИО2 сделок в 2015 году с ООО «Маркеттехнолоджи» на сумму 166 840 000 руб., расчеты по которой не производились, и ООО «Сигма» на сумму 1 267 299 руб., что составляло 0.26% активов общества, не явилось необходимой причиной банкротства должника.

Кроме того, ФНС России указано на получение участниками должника в период с 25.04.2014 по 18.12.2015 дивидендов 18 716 000 руб. и займов в сумме 945 000 руб., которые руководитель должника, действуя добросовестно, в интересах должника и кредиторов, должен был направить на исполнение реальных обязательств, в том числе перед уполномоченным органом.

В пункте 18 постановления Пленума ВС РФ №53 разъяснено, что контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

В соответствии с подпунктом 7 пункта 2 статьи 33 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью) к компетенции общего собрания участников общества относится принятие решения о распределении чистой прибыли общества между участниками общества.

Согласно пункту 1 статьи 28 Закон об обществах с ограниченной ответственностью, общество вправе ежеквартально, раз в полгода или раз в год принимать решение о распределении своей чистой прибыли между участниками общества. Решение об определении части прибыли общества, распределяемой между участниками общества, принимается общим собранием участников общества.

В силу пункта 1 статьи 29 Закон об обществах с ограниченной ответственностью общество не вправе принимать решение о распределении своей прибыли между участниками общества: если на момент принятия такого решения общество отвечает признакам несостоятельности (банкротства) в соответствии с федеральным законом о несостоятельности (банкротстве) или если указанные признаки появятся у общества в результате принятия такого решения; если на момент принятия такого решения стоимость чистых активов общества меньше его уставного капитала и резервного фонда или станет меньше их размера в результате принятия такого решения.

Из бухгалтерских балансов и отчетов о прибылях и убытков ООО «Интертехника» следует, что по итогам 2013 года чистая прибыль общества составила 11 115 000 руб., по итогам 2014 года – 7 672 000 руб., по итогам 2015 года – 14 011 000 руб., стоимость чистых активов на 31.12.2013 – 40 065 000 руб., на 31.12.2014 – 36 675 000 руб., на 31.12.2015 – 43 510 000 руб.

В 2014 году ФИО3 выплачены дивиденды в сумме 4 922 000 руб., в 2015 году – 4 501 250 руб., 

Таким образом, действия по выплате дивидендов в 2014-2015 годах соответствовали нормам Закон об обществах с ограниченной ответственностью, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов должника и кредиторов.

Получение займа в сумме 375 000 руб., что составляло 0.07% от стоимости активов, не повлияло на финансовое положение должника, что свидетельствует об отсутствии причинно-следственной связи между названными действиями и фактически наступившим объективным банкротством.

При таких обстоятельствах, основания привлечения контролирующих должника лиц ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отсутствуют.

Между тем, недоказанность оснований привлечения к субсидиарной ответственности при наличии противоправного поведения контролирующего лица не освобождает от ответственности, установленной статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 20 постановления Пленума ВС РФ №53 разъяснено, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Закон об обществах с ограниченной ответственностью устанавливает специальные правила, регулирующие отношения руководителей общества с самим обществом.

Из положений пункта 1 статьи 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью следует, что единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие) избирается общим собранием участников общества на срок, определенный уставом общества, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества. Единоличный исполнительный орган общества может быть избран также не из числа его участников.

Императивной нормой права (пункт 3 статьи 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) предусмотрено, что единоличный исполнительный орган общества без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки; выдает доверенности на право представительства от имени общества, в том числе доверенности с правом передоверия; издает приказы о назначении на должности работников общества, об их переводе и увольнении, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания; осуществляет иные полномочия, не отнесенные настоящим Федеральным законом или уставом общества к компетенции общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и коллегиального исполнительного органа общества.

В силу части 1 стать 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Согласно части 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). При этом по смыслу вышеуказанной нормы закона для взыскания убытков лицо, требующее их возмещения, должно доказать нарушение своего права, наличие причинной связи между нарушением права и возникшими убытками, а также размер убытков.

В соответствии с пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб.

Частью 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо установлено, что юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

Статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Данное лицо несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» со ссылкой на пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Из разъяснений, изложенных в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 следует, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

При обосновании добросовестности и разумности своих действий (бездействия) директор может представить доказательства того, что квалификация действий (бездействия) юридического лица в качестве правонарушения на момент их совершения не являлась очевидной, в том числе по причине отсутствия единообразия в применении законодательства налоговыми, таможенными и иными органами, вследствие чего невозможно было сделать однозначный вывод о неправомерности соответствующих действий (бездействия) юридического лица.

Решением ИФНС России по Дзержинскому району г.Волгограда от 31.05.2017 №314 ООО «Интертехника» установлены обстоятельства отсутствия реальных хозяйственных отношений и фиктивности сделок, заключенных должником с ООО «Маркеттехнолоджи» и ООО «Сигма», указанные договоры подписаны директором ФИО2

По результатам налоговой проверки должник привлечен к налоговой ответственности в виде начисления пени и штрафа, размер которых составил 6 497 825 руб., что отражено в расчете задолженности, представленном ФНС России.

Таким образом, при исполнении обязанностей ФИО2 действовала недобросовестно и неразумно, допустив намеренное искажение документации должника в целях занижения налогооблагаемой базы, причинив обществу убытки в виде дополнительных долгов по санкциям в сумме 6 497 825 руб.

В связи с чем, доводы ФИО2 о том, что она не подписывала товарные накладные, подтверждающие исполнение спорных договоров, являются несостоятельными и не имеют правового значения.

Принимая во внимание изложенные выше обстоятельства, оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает, что совокупность условий для взыскания убытков доказана.

В соответствии с пунктом 3 статьи 142 Закона о банкротстве при недостаточности денежных средств должника для удовлетворения требований кредиторов одной очереди денежные средства распределяются между кредиторами соответствующей очереди пропорционально суммам их требований, включенных в реестр требований кредиторов, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.

В третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Интертехника» включены требования ООО «Торговая Компания «АГРО-Альянс», правопреемником является ФИО1, в размере 1 868 360 руб. основного долга и ФНС России в сумме 24 231 959 руб. 95 коп.

Таким образом, доля ФИО1 в общей сумме требований кредиторов составит 465 138 руб. 98 коп., доля ФНС России – 6 032 686 руб. 02 коп.

С учетом изложенного, с ФИО2 в пользу ФНС России подлежат взысканию убытки в сумме 6 032 686 руб. 02 коп., в пользу ФИО1 убытки в сумме 465 138 руб. 98 коп.

Относительно требований о привлечении к субсидиарной ответственности ООО «Интертехника Трейд» суд приходит к следующему.

В обоснование заявленных требований истец указывает на вывод имущества должника – транспортных средств, на ООО «Интертехника Трейд».

Из материалов дела следует, что 21.04.2016 между ООО «Интертехника» (Цедент) и ООО «Интертехника Трейд» (Цессионарий) заключен договор уступки №Р15-09887-ДУ, по условиям которого Цедент уступает, а Цессионарий принимает права и обязанности по договору лизинга №Р15-09887-ДЛ от 29.05.2015 на приобретение транспортного средства Лада Ларгус, в объеме, существующем на момент заключения договора. В счет уступаемых прав и обязанностей Цессионарий производит оплату в сумме 1 000 руб.

21.04.2016 между ООО «Интертехника» (Цедент) и ООО «Интертехника Трейд» (Цессионарий) заключен договор уступки №Р14-18668-ДУ, по условиям которого Цедент уступает, а Цессионарий принимает права и обязанности по договору лизинга №Р14-18668-ДЛ от 19.06.2014 на приобретение транспортного средства Рено Логан, в объеме, существующем на момент заключения договора. В счет уступаемых прав и обязанностей Цессионарий производит оплату в сумме 1 000 руб.

21.04.2016 между ООО «Интертехника» (Цедент) и ООО «Интертехника Трейд» (Цессионарий) заключен договор уступки №Р15-11542-ДУ, по условиям которого Цедент уступает, а Цессионарий принимает права и обязанности по договору лизинга №Р15-11542-ДЛ от 30.06.2015 на приобретение транспортного средства БМВ Х6, в объеме, существующем на момент заключения договора. В счет уступаемых прав и обязанностей Цессионарий производит оплату в сумме 1 000 руб.

21.04.2016 между ООО «Интертехника» (Цедент) и ООО «Интертехника Трейд» (Цессионарий) заключен договор уступки №Р15-11008-ДУ, по условиям которого Цедент уступает, а Цессионарий принимает права и обязанности по договору лизинга №Р15-11008-ДЛ от 29.05.2015 на приобретение транспортного средства БМВ Х3, в объеме, существующем на момент заключения договора. В счет уступаемых прав и обязанностей Цессионарий производит оплату в сумме 1 000 руб.

21.04.2016 между ООО «Интертехника» (Цедент) и ООО «Интертехника Трейд» (Цессионарий) заключен договор уступки №Р15-07010-ДУ, по условиям которого Цедент уступает, а Цессионарий принимает права и обязанности по договору лизинга №Р15-07010-ДЛ от 30.04.2015 на приобретение транспортного средства Рено Логан, в объеме, существующем на момент заключения договора. В счет уступаемых прав и обязанностей Цессионарий производит оплату в сумме 1 000 руб.

21.04.2016 между ООО «Интертехника» (Цедент) и ООО «Интертехника Трейд» (Цессионарий) заключен договор уступки №Р14-29607-ДУ, по условиям которого Цедент уступает, а Цессионарий принимает права и обязанности по договору лизинга №Р14-29607-ДЛ от 29.09.2014 на приобретение транспортного средства Рено Лога, в объеме, существующем на момент заключения договора. В счет уступаемых прав и обязанностей Цессионарий производит оплату в сумме 1 000 руб.

21.04.2016 между ООО «Интертехника» (Цедент) и ООО «Интертехника Трейд» (Цессионарий) заключен договор уступки №Р14-29606-ДУ, по условиям которого Цедент уступает, а Цессионарий принимает права и обязанности по договору лизинга №Р14-29606-ДЛ от 29.09.2014 на приобретение транспортного средства Рено Лога, в объеме, существующем на момент заключения договора. В счет уступаемых прав и обязанностей Цессионарий производит оплату в сумме 1 000 руб.

21.04.2016 между ООО «Интертехника» (Цедент) и ООО «Интертехника Трейд» (Цессионарий) заключен договор уступки №Р15-31754-ДУ, по условиям которого Цедент уступает, а Цессионарий принимает права и обязанности по договору лизинга №Р15-31754-ДЛ от 28.12.2015 на приобретение транспортного средства Мерседес-Бенц, в объеме, существующем на момент заключения договора. В счет уступаемых прав и обязанностей Цессионарий производит оплату в сумме 1 000 руб.

21.04.2016 между ООО «Интертехника» (Цедент) и ООО «Интертехника Трейд» (Цессионарий) заключен договор уступки №Р15-30947-ДУ, по условиям которого Цедент уступает, а Цессионарий принимает права и обязанности по договору лизинга №Р15-30947-ДЛ от 25.12.2015 на приобретение транспортного средства Тойота Камри, в объеме, существующем на момент заключения договора. В счет уступаемых прав и обязанностей Цессионарий производит оплату в сумме 1 000 руб.

21.04.2016 между ООО «Интертехника» (Цедент) и ООО «Интертехника Трейд» (Цессионарий) заключен договор уступки №Р14-23876-ДУ, по условиям которого Цедент уступает, а Цессионарий принимает права и обязанности по договору лизинга №Р14-23876-ДЛ от 01.08.2014 на приобретение транспортного средства Ниссан, в объеме, существующем на момент заключения договора. В счет уступаемых прав и обязанностей Цессионарий производит оплату в сумме 1 000 руб.

13.05.2016 между ООО «Интертехника» (Лизингополучатель), ООО «Интертехника Трейд» (Новый Лизингополучатель) и ООО «Балтийский лизинг» (Лизингодатель) заключено соглашение о замене стороны в обязательствах в договоре лизинга №151/15-РСТ-ЗС, по условиям которого Лизингополучатель передает Новому Лизингополучателю все права и обязанности по договору лизинга №151/15-РСТ от 17.06.2015 на приобретение транспортного средства БМВ Х5, в объеме, существующем на момент заключения договора. В счет уступаемых прав и обязанностей Цессионарий производит оплату в сумме 1 000 руб.

В соответствии с пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

В соответствии со статьей 665 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование. 

В пункте 3.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 №17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» разъяснено, что расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам.

Методология определения сальдо встречных обязательств установлена в упомянутом постановлении Пленума ВАС РФ, которым предписано, что если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу (пункт 3.2).

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п. (пункт 3.4).

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора.

Плата за финансирование (в процентах годовых) определяется по следующей формуле: ПФ=(П-А)-Ф/Ф х Сдн х 365 х 100,

где ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых),

П - общий размер платежей по договору лизинга,

А - сумма аванса по договору лизинга,

Ф - размер финансирования,

Сдн - срок договора лизинга в днях) (пункт 3.5).

Убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством (пункт 3.6).

Указанная в пунктах 3.2 и 3.3 настоящего постановления стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю) (пункт 4).

По договору лизинга №Р15-09887-ДЛ от 29.05.2015 сальдо встречных обязательств между Лизингодателем и должником составляет 82 543 руб. 81 коп. в пользу Лизингополучателя:

Цена по договору купли-продажи – 496 400 руб., сумма аванса – 124 100 руб., размер финансирования – 372 300 руб. (496 400 руб. - 124 100 руб.), срок фактического пользования финансированием – 331 день (с 29.05.2015 по 21.04.2016). 

Процентная ставка для определения размера платы за финансирование составляет: 14.53% (603 116,26 руб. - 124 100 руб.) - 372 300 руб./372 300 руб. х 720 дн.

Плата за финансирование за период фактического пользования составляет 49 056 руб. 19 коп. (372 300 руб./100% х 14,53%/365дн. х331дн.).

Оплаченные лизинговые платежи (без учета аванса) – 250 900 руб. (375 000 руб. – 124 100 руб.).

Рыночная стоимость предмета лизинга на 21.04.2016 года – 253 000 руб.

Таким образом, предоставления со стороны должника (оплаченные лизинговые платежи без учета аванса + стоимость предмета лизинга на 21.04.2016 года) составили 503 900 руб. (250 900 руб. + 253 000 руб.).

Предоставления со стороны Лизингодателя (финансирование, предоставленное лизингополучателю + плата за финансирование) составили 421 356 руб. 19 коп. (372 300 руб. + 49056,19 руб.).

Сальдо встречных обязательств: 82 543 руб. 81 коп. (503 900 руб. – 421 356,19 руб.).

По договору лизинга №Р14-668-ДЛ от 19.06.2014 сальдо встречных обязательств между Лизингодателем и должником составляет 77 003 руб. 49 коп. в пользу Лизингополучателя:

Цена по договору купли-продажи – 434 880 руб., сумма аванса – 86 976 руб., размер финансирования – 347 904 руб. (434 880 руб. – 86 976 руб.), срок фактического пользования финансированием – 672 дня (с 19.06.2014 по 21.04.2016). 

Процентная ставка для определения размера платы за финансирование составляет: 10.01% (537 212,70 руб. – 86 976 руб.) – 347 904 руб./347 904 руб. х 1 072 дн.

Плата за финансирование за период фактического пользования составляет 64 116 руб. 51 коп. (347904 руб./100% х 10,01%/365дн. х672 дн.).

Оплаченные лизинговые платежи (без учета аванса) – 288 024 руб. (375 000 руб. – 86 976 руб.).

Рыночная стоимость предмета лизинга на 21.04.2016 года – 201 000 руб.

Таким образом, предоставления со стороны должника (оплаченные лизинговые платежи без учета аванса + стоимость предмета лизинга на 21.04.2016 года) составили 489 024 руб. (288 024 руб. + 201 000 руб.).

Предоставления со стороны Лизингодателя (финансирование, предоставленное лизингополучателю + плата за финансирование) составили 412 020 руб. 51 коп. (347 904 руб. + 64 116,51 руб.).

Сальдо встречных обязательств: 77 003 руб. 49 коп. (489 024 руб. – 412 020,51 руб.).

По договору лизинга №Р15-11542-ДЛ от 30.06.2015 сальдо встречных обязательств между Лизингодателем и должником составляет -81 736 руб. 67 коп. в пользу Лизингодателя:

Цена по договору купли-продажи – 4 244 600 руб., сумма аванса – 1 061 150 руб., размер финансирования – 3 183 450 руб. (4 244 600 руб. – 1 061 150 руб.), срок фактического пользования финансированием – 296 дней (с 30.06.2015 по 21.04.2016).

Процентная ставка для определения размера платы за финансирование составляет: 13.64% (5 512 010,84 руб. – 1 061 150 руб.) – 3 183 450 руб./1 183 450 руб. х 1 065 дн.

Плата за финансирование за период фактического пользования составляет 352 136 руб. 67 коп. (3 183 450 руб./100% х 13,64%/365дн. х296 дн.).

Оплаченные лизинговые платежи (без учета аванса) – 871 850 руб. (1 933 000 руб. – 1 061 150 руб.).

Рыночная стоимость предмета лизинга на 21.04.2016 года – 2 582 000 руб.

Таким образом, предоставления со стороны должника (оплаченные лизинговые платежи без учета аванса + стоимость предмета лизинга на 21.04.2016 года) составили 3 453 850 руб. (871 850 руб. + 2 582 000 руб.).

Предоставления со стороны Лизингодателя (финансирование, предоставленное лизингополучателю + плата за финансирование) составили 3 535 586 руб. 67 коп. (3 183 450 руб. + 352 136,67 руб.).

Сальдо встречных обязательств: -81 736 руб. 67 коп. (3 453 850 руб. – 3 535 586,67 руб.).

По договору лизинга №Р15-11008-ДЛ от 29.05.2015 сальдо встречных обязательств между Лизингодателем и должником составляет -221 541 руб. 70 коп. в пользу Лизингодателя:

Цена по договору купли-продажи – 2 735 000 руб., сумма аванса – 547 000 руб., размер финансирования – 2 188 000 руб. (2 735 000 руб. – 547 000 руб.), срок фактического пользования финансированием – 301 дней (с 25.06.2015 по 21.04.2016).

Процентная ставка для определения размера платы за финансирование составляет: 13.83% (3 625 584,46 руб. – 547 000 руб.) – 2 188 000 руб./2 188 000 руб. х 1 074 дн.

Плата за финансирование за период фактического пользования составляет 249 541 руб. 70 коп. (2 188 000 руб./100% х 13,83%/365дн. х301 дн.).

Оплаченные лизинговые платежи (без учета аванса) – 623 000 руб. (1 170 000 руб. – 547 000 руб.).

Рыночная стоимость предмета лизинга на 21.04.2016 года – 1 593 000 руб.

Таким образом, предоставления со стороны должника (оплаченные лизинговые платежи без учета аванса + стоимость предмета лизинга на 21.04.2016 года) составили 2 216 000 руб. (623 000 руб. + 1 593 000 руб.).

Предоставления со стороны Лизингодателя (финансирование, предоставленное лизингополучателю + плата за финансирование) составили 2 437 541 руб. 70 коп. (2 188 000 руб. + 249 541,70 руб.).

Сальдо встречных обязательств: -221 541 руб. 70 коп. (2 216 000 руб. – 2 437 541,70 руб.).

По договору лизинга №Р15-07010-ДЛ от 30.04.2015 сальдо встречных обязательств между Лизингодателем и должником составляет 52 054 руб. 56 коп. в пользу Лизингополучателя:

Цена по договору купли-продажи – 450 605 руб., сумма аванса – 118 475 руб., размер финансирования – 332 130 руб. (450 605 руб. – 118 475 руб.), срок фактического пользования финансированием – 357 дней (с 30.04.2015 по 21.04.2016).

Процентная ставка для определения размера платы за финансирование составляет: 16.42% (557 452,64 руб. – 118 475 руб.) – 332 130 руб./332 130 руб. х 715 дн.

Плата за финансирование за период фактического пользования составляет 53 340 руб. 44 коп. (332 130 руб./100% х 16,42%/365дн. х357 дн.).

Оплаченные лизинговые платежи (без учета аванса) – 216 525 руб. (335 000 руб. – 118 475 руб.).

Рыночная стоимость предмета лизинга на 21.04.2016 года – 221 000 руб.

Таким образом, предоставления со стороны должника (оплаченные лизинговые платежи без учета аванса + стоимость предмета лизинга на 21.04.2016 года) составили 437 525 руб. (216 525 руб. + 221 000 руб.).

Предоставления со стороны Лизингодателя (финансирование, предоставленное лизингополучателю + плата за финансирование) составили 385 470 руб. 44 коп. (332 130 руб. + 53 340,44 руб.).

Сальдо встречных обязательств: 52 054 руб. 56 коп. (437 525 руб. – 385 470,44 руб.).

По договору лизинга №Р14-29607-ДЛ от 29.09.2014 сальдо встречных обязательств между Лизингодателем и должником составляет 57 597 руб. 68 коп. в пользу Лизингополучателя:

Цена по договору купли-продажи – 396 000 руб., сумма аванса – 79 200 руб., размер финансирования – 316 800 руб. (396 000 руб. – 79 200 руб.), срок фактического пользования финансированием – 570 дней (с 29.09.2014 по 21.04.2016).

Процентная ставка для определения размера платы за финансирование составляет: 10.39% (489 183,58 руб. – 79 200 руб.) – 316 800 руб./316 800 руб. х 1 033 дн.

Плата за финансирование за период фактического пользования составляет 51 402 руб. 32 коп. (316 800 руб./100% х 10,39%/365дн. х570  дн.).

Оплаченные лизинговые платежи (без учета аванса) – 226 800 руб. (306 000 руб. – 79 200 руб.).

Рыночная стоимость предмета лизинга на 21.04.2016 года – 199 000 руб.

Таким образом, предоставления со стороны должника (оплаченные лизинговые платежи без учета аванса + стоимость предмета лизинга на 21.04.2016 года) составили 425 800 руб. (226 800 руб. + 199 000 руб.).

Предоставления со стороны Лизингодателя (финансирование, предоставленное лизингополучателю + плата за финансирование) составили 368 202 руб. 32 коп. (316 800 руб. + 51 402,32 руб.).

Сальдо встречных обязательств: 57 597 руб. 68 коп. (425 800 руб. – 368 202,32 руб.).

По договору лизинга №Р14-29606-ДЛ от 29.09.2014 сальдо встречных обязательств между Лизингодателем и должником составляет 59 909 руб. 86 коп. в пользу Лизингополучателя:

Цена по договору купли-продажи – 422 000 руб., сумма аванса – 84 400 руб., размер финансирования – 337 600 руб. (422 000 руб. – 84 400 руб.), срок фактического пользования финансированием – 570 дней (с 29.09.2014 по 21.04.2016).

Процентная ставка для определения размера платы за финансирование составляет: 10.07% (521 301,62 руб. – 84 400 руб.) – 337 600 руб./337 600 руб. х 1 066 дн.

Плата за финансирование за период фактического пользования составляет 53 090 руб. 14 коп. (337 600 руб./100% х 10,07%/365дн. х570 дн.).

Оплаченные лизинговые платежи (без учета аванса) – 241 600 руб. (326 000 руб. – 84 400 руб.).

Рыночная стоимость предмета лизинга на 21.04.2016 года – 209 000 руб.

Таким образом, предоставления со стороны должника (оплаченные лизинговые платежи без учета аванса + стоимость предмета лизинга на 21.04.2016 года) составили 450 600 руб. (241 600 руб. + 209 000 руб.).

Предоставления со стороны Лизингодателя (финансирование, предоставленное лизингополучателю + плата за финансирование) составили 390 690 руб. 14 коп. (337 600 руб. + 53 090,14 руб.).

Сальдо встречных обязательств: 59 909 руб. 86 коп. (450 600 руб. – 390 690,14 руб.).

По договору лизинга №Р15-31754-ДЛ от 28.12.2015 сальдо встречных обязательств между Лизингодателем и должником составляет 198 596 руб. 32 коп. в пользу Лизингополучателя:

Цена по договору купли-продажи – 1 250 000 руб., сумма аванса – 312 500 руб., размер финансирования – 937 500 руб. (1 250 000 руб. – 312 500 руб.), срок фактического пользования финансированием – 115 дней (с 28.12.2015 по 21.04.2016).

Процентная ставка для определения размера платы за финансирование составляет: 15.71% (1 686 328,04 руб. – 312 500 руб.) – 937 500 руб./937 500 руб. х 1 081 дн.

Плата за финансирование за период фактического пользования составляет 46 403 руб. 68 коп. (937 500 руб./100% х 15,71%/365дн. х115 дн.).

Оплаченные лизинговые платежи (без учета аванса) – 119 500 руб. (432 000 руб. – 312 500 руб.).

Рыночная стоимость предмета лизинга на 21.04.2016 года – 1 063 000 руб.

Таким образом, предоставления со стороны должника (оплаченные лизинговые платежи без учета аванса + стоимость предмета лизинга на 21.04.2016 года) составили 1 182 500 руб. (119 500 руб. + 1 063 000 руб.).

Предоставления со стороны Лизингодателя (финансирование, предоставленное лизингополучателю + плата за финансирование) составили 983 903 руб. 68 коп. (937 500 руб. + 46 403,68 руб.).

Сальдо встречных обязательств: 198 596 руб. 32 коп. (1 182 500 руб. – 983 903,68 руб.).

По договору лизинга №Р15-30947-ДЛ от 25.12.2015 сальдо встречных обязательств между Лизингодателем и должником составляет 102 510 руб. 79 коп. в пользу Лизингополучателя:

Цена по договору купли-продажи – 1 216 500 руб., сумма аванса – 304 125 руб., размер финансирования – 912 375 руб. (1 216 500 руб. – 304 125 руб.), срок фактического пользования финансированием – 118 дней (с 25.12.2015 по 21.04.2016).

Процентная ставка для определения размера платы за финансирование составляет: 15.94% (1 641 134,68 руб. – 304 125 руб.) – 912 375 руб./912 375 руб. х 1 066 дн.

Плата за финансирование за период фактического пользования составляет 47 614 руб. 21 коп. (937 500 руб./100% х 15.94%/365дн. х118 дн.).

Оплаченные лизинговые платежи (без учета аванса) – 146 500 руб. (459 000 руб. – 312 500 руб.).

Рыночная стоимость предмета лизинга на 21.04.2016 года – 916 000 руб.

Таким образом, предоставления со стороны должника (оплаченные лизинговые платежи без учета аванса + стоимость предмета лизинга на 21.04.2016 года) составили 1 062 500 руб. (146 500 руб. + 916 000 руб.).

Предоставления со стороны Лизингодателя (финансирование, предоставленное лизингополучателю + плата за финансирование) составили 959 989 руб. 21 коп. (912 375 руб. + 47 614,21 руб.).

Сальдо встречных обязательств: 102 510 руб. 79 коп. (1 062 500 руб. – 959 989,21 руб.).

По договору лизинга №Р14-23876-ДЛ от 01.08.2014 сальдо встречных обязательств между Лизингодателем и должником составляет 339 916 руб. 04 коп. в пользу Лизингополучателя:

Цена по договору купли-продажи – 1 097 500 руб., сумма аванса – 219 500 руб., размер финансирования – 878 000 руб. (1 097 500 руб. – 219 500 руб.), срок фактического пользования финансированием – 649 дней (с 01.08.2014 по 21.04.2016).

Процентная ставка для определения размера платы за финансирование составляет: 10.03% (1 355 755,66 руб. – 219 500 руб.) – 878 000 руб./878 000 руб. х 1 070 дн.

Плата за финансирование за период фактического пользования составляет 156 583 руб. 96 коп. (878 000 руб./100% х 10.03%/365дн. х649 дн.).

Оплаченные лизинговые платежи (без учета аванса) – 661 500 руб. (881 000 руб. – 219 500 руб.).

Рыночная стоимость предмета лизинга на 21.04.2016 года – 713 000 руб.

Таким образом, предоставления со стороны должника (оплаченные лизинговые платежи без учета аванса + стоимость предмета лизинга на 21.04.2016 года) составили 1 374 500 руб. (661 500 руб. + 713 000 руб.).

Предоставления со стороны Лизингодателя (финансирование, предоставленное лизингополучателю + плата за финансирование) составили 1 034 583 руб. 96 коп. (878 000 руб. + 156 583,96 руб.).

Сальдо встречных обязательств: 339 916 руб. 04 коп. (1 374 500 руб. – 1 034 583,96 руб.).

По договору лизинга №151/15-РСТ от 17.06.2015 сальдо встречных обязательств между Лизингодателем и должником составляет -989 524 руб. 94 коп. в пользу Лизингодателя:

Цена по договору купли-продажи – 4 303 000 руб., сумма аванса – 860 600 руб., размер финансирования – 3 442 400 руб. (4 303 000 руб. – 860 600 руб.), срок фактического пользования финансированием – 331 дней (с 17.06.2015 по 13.05.2016).

Процентная ставка для определения размера платы за финансирование составляет: 26.06% (6 849 421,53 руб. – 860 600 руб.) – 3 442 400 руб./3 442 400 руб. х 1 036 дн.

Плата за финансирование за период фактического пользования составляет 813 524 руб. 94 коп. (3 442 400 руб./100% х 26.06%/365дн. х331 дн.).

Оплаченные лизинговые платежи (без учета аванса) – 1 454 400 руб. (2 315 000 руб. – 860 600 руб.).

Рыночная стоимость предмета лизинга на 17.06.2016 года – 1 812 000 руб.

Таким образом, предоставления со стороны должника (оплаченные лизинговые платежи без учета аванса + стоимость предмета лизинга на 17.05.2016 года) составили 3 266 400 руб. (1 454 400 руб. + 1 812 000 руб.).

Предоставления со стороны Лизингодателя (финансирование, предоставленное лизингополучателю + плата за финансирование) составили 4 255 924 руб. 94 коп. (3 442 400 руб. + 813 524,94 руб.).

Сальдо встречных обязательств: -989 524 руб. 94 коп. (3 266 400 руб. – 4 255 924,94 руб.).

Оценивая сальдо встречных обязательств, суд приходит к выводу, что завершающая обязанность по невыполненным обязательствам лежала на должнике, который должен был возместить Лизингодателям 322 670 руб. 76 коп.

Таким образом, в материалах дела отсутствуют доказательства получения ООО «Интертехника Трейд» существенного актива должника ООО «Интертехника».

Кроме того, в соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что ООО «Интертехника Трейд» не является контролирующим должника лицом.

В связи с чем, основания для привлечения ООО «Интертехника Трейд» к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Интертехника» отсутствуют.

В соответствии со статьёй 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пропорционально размеру удовлетворенных требований, с ответчика ФИО2 в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 34 676 руб. 92 коп., в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в сумме 7 887 руб. 91 коп.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ФИО2 в пользу Федеральной налоговой службы России убытки в сумме 6 032 686 руб. 02 коп.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 убытки в сумме 465 138 руб. 98 коп., а также расходы по оплате государственной пошлины в сумме 7 887 руб. 91 коп.

В удовлетворении остальной части заявления отказать.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 34 676 руб. 92 коп.

Решение может быть обжаловано в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца через Арбитражный суд Волгоградской области.

Судья                                                                                                       С.А.Шутов