ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ессентуки                                                                                              Дело № А15-4270/2021

12.04.2022

Резолютивная часть постановления объявлена 05.04.2022.

Полный текст постановления изготовлен 12.04.2022.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Луговой Ю.Б., судей: Казаковой Г.В. и Сулейманова З.М., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, при участии в судебном заседании представителя истца Федерального агентства по рыболовству в лице Северо-Кавказского территориального управления росрыболовства (г. Махачкала, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) – ФИО2 по доверенности № 7097-ХЛ/У06 от 05.08.2021, в отсутствии представителя ответчика - общества с ограниченной ответственностью «Нияро» (г. Хасавюрт, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), рассмотрев в открытом судебном заседании посредством системы видеоконференц-связи  апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Нияро» на решение Арбитражного суда Республики Дагестан от 23.11.2021 по делу № А15-4270/2021,

УСТАНОВИЛ:

Федеральное агентство по рыболовству в лице Северо-Кавказского территориального управления росрыболовства (далее – истец, управление, Росрыболовство) обратилось в Арбитражный суд Республики Дагестан с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Нияро» (далее – ответчик, общество, ООО «Нияро») о расторжении договора о закреплении доли квоты добычи (вылова) водных биологических ресурсов № ВК-М-392 от 24.08.2018. 

Решением Арбитражного суда Республики Дагестан от 23.11.2021 исковые требования удовлетворены. Суд установил неосвоение ответчиком в соответствии с условиями договора в 2019-2020 годах выделенных квот, что является достаточным основанием для расторжения спорного договора.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Нияро» обратилось в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просило решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме. Податель жалобы указывает на нарушение норм процессуального права, выразившихся в его не извещении о времени и месте судебного заседания. Кроме того, апеллянт полагает, что управлением не представлено доказательств того, что ответчик не осуществлял вылов иных видов водных биоресурсов в течение двух лет подряд. Судом также не учтено, что 2021 году обществом освоено более 70 % доли квот добычи водных биоресурсов. Апеллянт указывает, что для досрочного расторжения договора необходимо причинение более существенного ущерба, нежели освоение менее 70 % квоты добычи (вылова) водных биоресурсов. Невозможность освоения выделенной квоты судака возникла ввиду наличия обстоятельств непреодолимой силы, которым явился COVID-19, а также нахождение на больничном рыболовецкого коллектива общества.

В отзыве на апелляционную жалобу управление просило оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена 23.02.2022 17:32:38 МСК в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на общедоступных сайтах http://arbitr.ru// в разделе «Картотека арбитражных дел» и Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда http://16aas.arbitr.ru в соответствии положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) и с этого момента является общедоступной. 

В судебном заседании представитель истца поддержал позицию согласно отзыву, одновременно дал пояснения по обстоятельствам спора.

Дело рассмотрено в отсутствие представителя ответчика в соответствии со статьями  156, 266 АПК РФ.

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалобы и отзыва, выслушав представителя истца, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что решение суда первой инстанции отмене не подлежит.

Из материалов дела установлено, что 28.08.2018 между управлением (далее -агентство) и ООО «Нияро» (далее - пользователь) заключен договор № ВК-М-392 о закреплении доли квоты добычи (вылова) водных биологических ресурсов (далее - договор), по условиям которого агентство предоставляет, а пользователь приобретает право на добычу (вылов) водных биологических ресурсов в соответствии с долей квоты добычи (вылова) водных биологических ресурсов во внутренних морских водах Российской Федерации, в территориальном море Российской Федерации, на континентальном шельфе Российской Федерации, в исключительной экономической зоне Российской Федерации, Каспийском море для осуществления добычи (вылова) судака в Каспийском море в размере 2,022 % (том 1, л. д. 13 – 17). 

В соответствии с подпунктом «б» пункта 5 и подпунктом «а» пункта 6 договора, пользователь осуществляет добычу (вылов) водных биологических ресурсов на основании ежегодно распределяемых ему квот добычи (вылова) водных биологических ресурсов в соответствии с закрепленной договором долей в пределах тех объемов, сроков, районов и в отношении тех видов водных биологоческих ресурсов, которые указаны в разрешении на добычу (вылов) водных биологических ресурсов, в соответствии с законодательством Российской Федерации. 

Пунктом 7 договора установлен срок его действия с 01.01.2019 по 31.12.2033. 

Согласно пункту 11 договора у агентства имеется право досрочного расторжения договора, по основаниям, предусмотренным частью 2 статьи 13 Федерального закона «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов».

В соответствии с приказом Федерального агентства по рыболовству от 24.12.2018 № 764 «О распределении объемов части общего допустимого улова водных биологических ресурсов» в 2019 году размер общего допустимого лова общества составил 11, 810 тонн (том 1, л. д. 19).

В соответствии с приказом Федерального агентства по рыболовству от 11.12.2019 № 678 «О распределении объемов части общего допустимого улова водных биологических ресурсов» в 2020 году размер общего допустимого лова судака пользователя составил 25,080 тонн (том 1, л. д. 18).

Согласно сведениям о добыче (вылове) водных биоресурсов, представленным в территориальные органы Росрыболовства пользователем, в 2019 году улов судака ответчика составил 1,547 тонн, что соответствует 13,1% от годовой выделенной квоты; в 2020 году -  5,708 тонн, что соответствует 22,76% от годовой квоты (том 1, л. 

<

...>).

Таким образом, пользователем было освоено менее 70 % квоты добычи (вылова) водных биоресурсов два года подряд.

30.06.2021 протоколом № 7 комиссией Росрыболовства оформлено решение обратиться к пользователю с предложением о расторжении договора в связи с неосуществлением в период 2019-2020 годов добычи водных биологических ресурсов (том 1, л. д. 20 – 25).

12.07.2021 управление направило в адрес общества требование № 1511/06 о расторжении договора в добровольном порядке в течение 5 рабочих дней с момента получения письма (том 1, л. 

<

...>).

Поскольку меры досудебного урегулирования спора не привели к его разрешению, Росрыболовство обратилось в арбитражный суд.

Возникшие между сторонами правоотношения были правильно квалифицированы судом первой инстанции как обязательственные отношения, возникшие из договора о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биоресурсов, которые подлежат регулированию нормами Федерального закона от 20.12.2004 № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» (далее - Закон о рыболовстве), а также общими нормами об обязательственных отношениях и договорах Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

В соответствии со статьями 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается.

В соответствии с частью 3 статьи 33.1 Закона о рыболовстве по договору о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биоресурсов одна сторона - орган государственной власти обязуется предоставить право на добычу (вылов) водных биоресурсов другой стороне - юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю.

Согласно пункту 2 статьи 450 ГК РФ по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только:

1) при существенном нарушении договора другой стороной;

2) в иных случаях, предусмотренных ГК РФ, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Таким образом, ссылающаяся на существенное нарушение договора сторона должна представить суду соответствующие доказательства наличия такого нарушения договора, неполучение доходов, возможное наступление дополнительных расходов или других последствий, существенно отражающихся на интересах сторон. Сам же факт наличия такого нарушения в силу статьи 450 ГК РФ не может служить основанием для расторжения договора. Указанный вывод соответствует правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях № 18-В01-12 от 03.04.2001, № 5-В11-27 от 07.11.2011.

Пунктом 2 статьи 452 ГК РФ предусмотрено, что требование об изменении или расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение изменить или расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом либо договором, а при его отсутствии - в тридцатидневный срок.

Согласно статье 33.5 Закона о рыболовстве договор пользования водными биоресурсами может быть досрочно расторгнут по требованию одной из сторон в соответствии с гражданским законодательством. При этом, орган государственной власти, заключивший соответствующий договор, вправе требовать его досрочного расторжения лишь после направления другой стороне в письменной форме предупреждения о необходимости исполнения его условий (часть 4 указанной статьи в редакции, действовавшей на момент спорных правоотношений).

В силу положений пункта 2 части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве принудительное прекращение права на добычу (вылов) водных биоресурсов осуществляется в случаях, если добыча (вылов) водных биоресурсов осуществляется в течение двух лет подряд в объеме менее семидесяти процентов квоты добычи (вылова) водных биоресурсов, распределяемой лицу, осуществляющему промышленное рыболовство и (или) прибрежное рыболовство.

Согласно пункту 2 части 1 статьи 2 Закона о рыболовстве одним из основных принципов, на которых основано правовое регулирование в области рыболовства, является приоритет сохранения водных биоресурсов и их рационального использования перед использованием водных биоресурсов в качестве объекта права собственности и иных прав, согласно которому владение, пользование и распоряжение водными биоресурсами осуществляются собственниками свободно, если это не наносит ущерб окружающей среде и состоянию водных биоресурсов.

Как установлено судом, нормами Закона о рыболовстве и условиями договора от 24.08.2018 № ВК-М-392 предусмотрена возможность его расторжения на основании добычи (вылов) водных биоресурсов в течение двух лет подряд в объеме менее семидесяти процентов промышленных квот и прибрежных квот, что соответствует положениям пункта 2 статьи 452 ГК РФ.

В соответствии с информацией, предоставленной ООО «Нияро» за 2019 и 2020 годы пользователь осуществил добычу (вылов) водных биоресурсов в объеме менее 70% квоты, выделенной ему по договору.

Вопреки доводам апелляционной жалобы согласно пункту 2 части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве принудительное прекращение права на добычу (вылов) водных биоресурсов осуществляется в случаях, если добыча (вылов) водных биоресурсов осуществляется в течение двух лет подряд в объеме менее семидесяти процентов квоты добычи (вылова) водных биоресурсов, распределяемой лицу, осуществляющему промышленное рыболовство и (или) прибрежное рыболовство, за исключением случаев:

а) возникновения чрезвычайных ситуаций, в результате которых добыча (вылов) водных биоресурсов в течение года осуществлена в объеме менее семидесяти процентов распределенного общего допустимого улова применительно к соответствующей квоте добычи (вылова) водных биоресурсов;

б) установления ограничений рыболовства, предусмотренных пунктами 1 и 2 части 1 статьи 26 настоящего Федерального закона, в результате которых в отношении соответствующей квоты добычи (вылова) водных биоресурсов добыча (вылов) водных биоресурсов в течение года осуществлена в объеме менее семидесяти процентов распределенного общего допустимого улова применительно к такой квоте добычи (вылова) водных биоресурсов.

Доказательств наличия указанных исключительных случаев в материалах дела не имеется, обществом не представлено.

Возражая против исковых требований и заявляя о невозможности исполнения договора, общества указало на наличие ограничений в связи с распространением новой короновирусной инфекции.

В соответствии с пунктом 3 статьи 401 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Таким образом, статья 401 ГК РФ устанавливает критерии, при которых то или иное обстоятельство может быть признано обстоятельством непреодолимой силы.

Верховным Судом Российской Федерации в Постановлении Пленума от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7) дано толкование содержащемуся в ГК РФ понятию обстоятельств непреодолимой силы.

Так, в пункте 8 Постановления № 7 разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный, непредотвратимый при данных условиях и внешний по отношению к деятельности должника характер.

Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.

Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий, т.е. одной из характеристик обстоятельств непреодолимой силы (наряду с чрезвычайностью и непредотвратимостью) является ее относительный характер.

Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей.

Суд апелляционной инстанции не видит оснований отнести рассматриваемый довод к обстоятельствам непреодолимой силы.

Из приведенных разъяснений пункта 8 Постановления № 7 следует, что признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий ее осуществления, в том числе региона, в котором действует организация, в силу чего существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.).

Применительно к нормам статьи 401 ГК РФ обстоятельства, вызванные угрозой распространения новой коронавирусной инфекции, а также принимаемые органами государственной власти и местного самоуправления меры по ограничению ее распространения, в частности, установление обязательных правил поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации, запрет на передвижение транспортных средств, ограничение передвижения физических лиц, приостановление деятельности предприятий и учреждений, отмена и перенос массовых мероприятий, введение режима самоизоляции граждан и т.п., могут быть признаны обстоятельствами непреодолимой силы, если будет установлено их соответствие названным выше критериям таких обстоятельств и причинная связь между этими обстоятельствами и неисполнением обязательства.

В пункте 9 Постановления № 7 разъяснено, что наступление обстоятельств непреодолимой силы само по себе не прекращает обязательство должника, если исполнение остается возможным после того, как они отпали.

Если обстоятельства непреодолимой силы носят временный характер, то сторона может быть освобождена от ответственности на разумный период, когда обстоятельства непреодолимой силы препятствуют исполнению обязательств стороны.

Таким образом, если иное не установлено законами, для освобождения от ответственности за неисполнение своих обязательств сторона должна доказать:

а) наличие и продолжительность обстоятельств непреодолимой силы;

б) наличие причинно-следственной связи между возникшими обстоятельствами непреодолимой силы и невозможностью либо задержкой исполнения обязательств;

в) непричастность стороны к созданию обстоятельств непреодолимой силы;

г) добросовестное принятие стороной разумно ожидаемых мер для предотвращения (минимизации) возможных рисков (вопрос 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1).

В рассматриваемом случае ответчиком не представлены доказательства неисполнения договора в связи с чрезвычайными обстоятельствами связанными с эпидемиологической обстановкой в стране, поскольку нарушение обязательства ответчиком имеет длящийся характер.

Договор заключен на вылов судака в 2019-2020 годах.

В 2019 года короновирусная инфекция не была распространена, соответствующие ограничения не вводились.

Кроме того, обществом не представлено доказательств того, что он относится к категории лиц, приостановление деятельности которых является обязательным в силу прямого указания актов органов исполнительной власти, а равно не представлено доказательств ограничения деятельности в период пандемии.

Деятельность по рыболовству не входит в Перечень отраслей российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции, утвержденный постановлением Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 434.

Кроме того, согласно сведениям по форме «1-П (рыба)», ответчик в период введения режима повышенной готовности продолжал осуществлять добычу (вылов) других видов водных биоресурсов. Так, кильки обыкновенной обществом было добыто 465,04 кг. за период с января 2020 года по декабрь 2020 года. В то время как добыча (вылов) судака составила 5,7 тонн (том 1, л. 

<

...>).

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Вопреки указанному требованию обществом не представлено доказательств объективной невозможности исполнения договора, наличия обстоятельств непреодолимой силы.

В силу статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Необходимо признать, что длительные нарушения условий спорного договора носят существенный характер, в связи с чем расторжение договора является соразмерной мерой ответственности за неисполнение обществом своих обязательств.

Довод общества о том, что в 2021 году им было освоено более 70 % доли квот добычи водных биоресурсов, отклоняется, так как добыча была осуществлена уже после обращения истца в суд, а спорный период с 2019 по 2020 год. 

Проверив доводы апелляционной жалобы о ненадлежащем извещении общества о рассмотрении дела, суд апелляционной инстанции установил следующее.

В силу пункта 3 статьи 54 ГК РФ юридическое лицо несет риск последствий неполучения юридически значимых сообщений (статья 165.1 ГК РФ), доставленных по адресу, указанному в едином государственном реестре юридических лиц, а также риск отсутствия по указанному адресу своего органа или представителя. Сообщения, доставленные по адресу, указанному в едином государственном реестре юридических лиц, считаются полученными юридическим лицом, даже если оно не находится по указанному адресу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 165.1 ГК РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю; сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25) разъяснено о том, что гражданин, индивидуальный предприниматель, юридическое лицо несут риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресу, указанному в ЕГРЮЛ либо по адресу, указанному самим юридическим лицом, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя; сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не находится по указанному адресу (пункт 63); юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ); например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем, она была возвращена по истечении срока хранения (пункт 67).

В пункте 68 Постановления № 25 указано, что статья 165.1 ГК РФ подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное.

Как следует из выписки из Единого государственного реестра юридических лиц, юридическим адресом ООО «Нияро» является: 368007, 

<

...> том 1, л. д. 36).

Указанный адрес также указан обществом в договоре и апелляционной жалобе.

Согласно пункту 3 части 4 статьи 123 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если копия судебного акта не вручена в связи с отсутствием адресата по указанному адресу, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд с указанием источника данной информации.

В деле имеются доказательства направления судом по указанному адресу определения о принятии искового заявления к производству (том 1. л. д. 6). Судебное извещение с трек-номером 3673915671247 получено.

Кроме того, ответчик в суд первой инстанции направлял возражения на иск (том 1, л. д. 89).

Какие-либо иные доводы, основанные на доказательственной базе и опровергающие выводы суда первой инстанции и установленные по делу обстоятельства, апелляционная жалоба не содержит.

При таких обстоятельствах апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит. 

Суд апелляционной инстанции признает решение Арбитражного суда Республики Дагестан от 23.11.2021 по делу № А15-4270/2021 законным и обоснованным. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи                   270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Согласно статье 110 АПК РФ расходы по государственной пошлине за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя, но взысканию в доход федерального бюджета не подлежат, поскольку государственная пошлина уплачена при обращении в суд по платежному поручению № 41 от 03.02.2022.

Учитывая вышеизложенное, руководствуясь статьями 110, 268, 269, 271, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Дагестан от 23.11.2021 по делу № А15-4270/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в арбитражный суд кассационной инстанции в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий 

Судьи                   

Ю.Б. Луговая

Г.В. Казакова

З.М. Сулейманов