Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, https://fasvso.arbitr.ru

тел./факс 

<

***>, 210-172

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Ф02-2285/2025

Дело № А19-705/2021

21 июля 2025 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 июля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 21 июля 2025 года.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Волковой И.А.,

судей: Двалидзе Н.В., Парской Н.Н.,

при участии в судебном заседании в суде округа: конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Финансово-строительная компания Милана» ФИО1 (паспорт), представителя конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Финансово-строительная компания Милана» - ФИО2 (доверенность от 13.02.2024, паспорт), путем использования систем веб-конференции: ФИО3 (паспорт) и его представителя - ФИО4 (доверенность от 13.08.2024, паспорт),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Иркутской области от 12 декабря 2024 года по делу № А19-705/2021, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 19 мая 2025 года по тому же делу,

установил:

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Финансово-строительная компания Милана» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее - ООО «ФСК Милана», должник) его конкурсный управляющий ФИО1 обратилась с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительной единую сделку, состоящую из договора о передаче недвижимого имущества №14/2019 от 11.02.2019, заключенного между ООО «ФСК «Милана» и обществом с ограниченной ответственностью «ИнвестКонсалт» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) (далее – ООО «ИнвестКонсалт), и договора купли-продажи № 30/12/2020 от 30.12.2020, заключенного между ООО «ИнвестКонсалт» и ФИО3; применении последствий недействительности сделки в виде обязания ФИО3 возвратить ООО «ФСК «Милана» следующее имущество:

- нежилое помещение площадью 13,9 кв.м, этаж 4, адрес объекта: 

<

...>, кадастровый номер: 38:36:000020:14071;

- нежилое помещение площадью 8,7 кв.м, этаж 4, адрес объекта: 

<

...>, кадастровый номер: 38:36:000020:14068;

- нежилое помещение площадью 11,6 кв.м, этаж 4, адрес объекта: 

<

...>, кадастровый номер: 38:36:000020:14063;

- нежилое помещение площадью 18,2 кв.м, этаж 4, адрес объекта: 

<

...>, кадастровый номер: 38:36:000020:14069;

- нежилое помещение площадью 18,1 кв.м, этаж 4, адрес объекта: 

<

...>, кадастровый номер: 38:36:000020:14073;

- нежилое помещение площадью 18,3 кв.м, этаж 4, адрес объекта: 

<

...>, кадастровый номер: 38:36:000020:14074;

- нежилое помещение площадью 17,4 кв.м, этаж 4, адрес объекта: 

<

...>, кадастровый номер: 38:36:000020:14064;

- нежилое помещение площадью 17,6 кв.м, этаж 4, адрес объекта: 

<

...>, кадастровый номер: 38:36:000020:14066;

- нежилое помещение площадью 41,7 кв.м, этаж 4, адрес объекта: 

<

...>, кадастровый номер: 38:36:000020:14067.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 31.05.2023 к участию в данном обособленном споре в качестве соответчика привлечен ФИО3

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 12 декабря 2024 года, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 19 мая 2025 года, заявление удовлетворено. Признана недействительной единая сделка, выраженная цепочкой сделок, состоящая из договора о передаче недвижимого имущества № 14/2019  от 11.02.2019, заключенного между ООО «ФСК «Милана» и ООО «ИнвестКонсалт», и договора купли-продажи недвижимого имущества № 30/12/2020 от 30.12.2020, заключенного между ООО «ИнвестКонсалт» и ФИО3 Применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО3 возвратить ООО «ФСК «Милана» спорное имущество. Распределены судебные расходы.

ФИО3 обратился в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, неправильное применение ими норм материального и процессуального права, просит отменить определение Арбитражного суда Иркутской области от 12 декабря 2024 года и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 19 мая 2025 года, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований к ФИО3 в полном объеме.

Заявитель кассационной жалобы считает, что суды в нарушение части 2 статьи 69 АПК РФ не приняли во внимание выводы судов об отсутствии аффилированности ФИО3 по отношению к ООО «ФСК Милана» и ООО «ИнвестКонсалт», сделанные в ранее вынесенных судебных актах по делу № А19-705/2021 (постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 20 марта 2023 года, определение Арбитражного суда Иркутской области от 23 октября 2024 года по обособленному спору № А19-705-55/2021, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от     26 января 2025 года) и необоснованно пришли к противоположному выводу. ФИО3 выражает несогласие с оценкой судов представленных по делу доказательств его финансовой состоятельности. Заявитель также полагает, что судами не учтена правовая позиция, изложенная в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2020 года № 301-ЭС17-19678 по делу № А11-7472/2015, не дана оценка обстоятельствам добросовестности приобретения и владения ФИО3 спорными помещениями.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий ООО «ФСК Милана» указывает на необоснованность доводов кассационной жалобы, просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

В судебном заседании ФИО3 и его представитель поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе, просили ее удовлетворить.

Конкурсный управляющий ООО «ФСК Милана» ФИО1 и ее представитель возразили относительно доводов кассационной жалобы, указали на отсутствие оснований для отмены обжалуемых актов.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 АПК РФ (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в информационной системе «Картотека арбитражных дел» - kad.arbitr.ru), однако своих представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 АПК РФ.

Проверив исходя из доводов кассационной жалобы, в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов судов установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 11.02.2019 между ООО «ФСК Милана» (передающая сторона) и ООО «ИнвестКонсалт» (принимающая сторона) заключен договор № 14/2019 передачи недвижимого имущества в собственность.

Согласно пункту 1.1 названного договора ООО «ФСК Милана» безвозмездно передает в собственность ООО «ИнвестКонсалт», а ООО «ИнвестКонсалт» принимает следующие нежилые помещения по адресу: 

<

...>:  нежилое помещение площадью 13,9 кв.м, кадастровый номер 38:36:000020:14071; нежилое помещение площадью 8,7 кв.м, кадастровый номер 38:36:000020:14068; нежилое помещение площадью 11,6 кв.м, кадастровый номер 38:36:000020:14063; нежилое помещение площадью 18,2 кв.м, кадастровый номер 38:36:000020:14069; нежилое помещение площадью 18,1 кв.м, кадастровый номер: 38:36:000020:14073;  нежилое помещение площадью 18,3 кв.м, кадастровый номер: 38:36:000020:14074; нежилое помещение площадью 17,4 кв.м, кадастровый номер: 38:36:000020:14064; нежилое помещение площадью 17,6 кв.м, кадастровый номер: 38:36:000020:14066; нежилое помещение площадью 41,7 кв.м, кадастровый номер: 38:36:000020:14067 (далее – имущество, нежилые помещения).

В соответствии с пунктом 1.5 договора балансовая стоимость объектов составляет 4 335 661 рубль.

Переход права собственности от ООО «ФСК Милана» к ООО «ИнвестКонсалт» зарегистрирован в Едином государственном реестре недвижимости 26.02.2019.

В дальнейшем между ООО «ИнвестКонсалт» в лице генерального директора ФИО5 (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества № 30/12/2020 от 30.12.2020, согласно пункту 1.1 которого продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель обязуется принять и оплатить следующие нежилые помещения по адресу: 

<

...>:  нежилое помещение площадью 13,9 кв.м, кадастровый номер 38:36:000020:14071; нежилое помещение площадью 8,7 кв.м, кадастровый номер 38:36:000020:14068; нежилое помещение площадью 11,6 кв.м, кадастровый номер 38:36:000020:14063; нежилое помещение площадью 18,2 кв.м, кадастровый номер 38:36:000020:14069; нежилое помещение площадью 18,1 кв.м, кадастровый номер: 38:36:000020:14073; нежилое помещение площадью 18,3 кв.м, кадастровый номер: 38:36:000020:14074; нежилое помещение площадью 17,4 кв.м, кадастровый номер: 38:36:000020:14064; нежилое помещение площадью 17,6 кв.м, кадастровый номер: 38:36:000020:14066; нежилое помещение площадью 41,7 кв.м, кадастровый номер: 38:36:000020:14067. 

В соответствии с пунктом 2.1 договора цена нежилых помещений составляет            9 000 000 руб. Согласно пункту 2.2 договора покупатель производит оплату путем перечисления на расчетный счет продавца или путем внесения денежных средств в кассу продавца в срок до 15.01.2021.

Переход права собственности от ООО «ИнвестКонсалт» к ФИО3 зарегистрирован в Едином государственном реестре недвижимости 21.01.2021.

Полагая, что договор передачи недвижимого имущества в собственность                № 14/2019 от 11.02.2019  и договор купли-продажи недвижимого имущества № 30/12/2020 от 30.12.2020 являются притворными сделками, фактически прикрывающими сделку по безвозмездному выводу активов должника на внешне независимое по отношению к должнику лицо с целью исключения возможности обращения взыскания на данное имущество по обязательствам должника при наличии значительной кредиторской задолженности, конкурсный управляющий обратился с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, о признании данной единой сделки недействительной на основании статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Арбитражный суд Иркутской области, установив, что на дату совершения договора передачи имущества в собственность № 14/2019 от 11.02.2019 должник имел признаки неплатежеспособности, оспариваемая сделка по передаче недвижимого имущества носила безвозмездный характер, заключена с аффилированным лицом, последующая сделка -  договор купли-продажи недвижимого имущества № 30/12/2020 от 30.12.2020 между ООО «ИнвестКонсалт» и ФИО3 также носила безвозмездный характер, пришел к выводу о том, что данные сделки являются составными частями одной сделки по выводу активов должника, которую признал недействительной на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Четвертый арбитражный апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником или другими лицами за счет должника, может быть признана недействительной в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. Последствием притворности сделки является применение к прикрываемой сделке, с учетом ее существа и содержания, относящихся к ней правил.

Как разъяснено в абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами.

Суды, установив, что ООО «ФСК Милана» и ООО «ИнвестКонсалт» являются аффилированными лицами (в период с 12.12.2018 по 09.11.2020 ООО «ФСК Милана» входило в состав участником ООО «ИнвестКонсалт»; директором и участником ООО «ФСК Милана» с долей в размере 100% уставного капитала является ФИО6, а генеральным директором и единственным участником ООО «ИнвестКонсалт» с 12.12.2018 является ФИО5, которая приходится тещей (матерью супруги) ФИО6; доля ООО «ФСК Милана» в ООО «ИнвестКонсалт» была передана ФИО5), пришли к выводу о формальной смене собственника имущества, целью которой являлось исключение возможности обращения взыскания на имущество по неисполненным обязательствам должника. Данный вывод позволил судам оценить последующую сделку купли-продажи как сделку должника и проверить ее на наличие условий недействительности сделок, установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Дело о несостоятельности (банкротстве) ОО «ФСК Милана» возбуждено определением Арбитражного суда Иркутской области от 29.01.2021. Следовательно, оспариваемая цепочка сделок, первым звеном которой является договор передачи имущества в собственность № 14/2019 от 11.02.2019, попадает в период подозрительности сделок, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона сделки знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как указано в пунктах 5, 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

- сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суды установили, что как на дату заключения договора передачи имущества в собственность № 14/2019 от 11.02.2019, так и на дату заключения договора купли-продажи недвижимого имущества № 30/12/2020 от 30.12.2020 должник отвечал признаку неплатежеспособности, так как имел неисполненные обязательства перед кредиторами, требования которых в последующем были включены в реестр требований кредиторов должника.

Проверив представленные в материалы дела доказательства оплаты ФИО3 нежилых помещений в наличной форме, суды пришли к выводу о безвозмездной передаче имущества ФИО3

В качестве доказательств оплаты по договору представлена квитанция к приходному кассовому ордеру № 3 от 30.12.2020.

Согласно пояснениям ФИО3 наличные денежные средства в размере       9 000 000 руб. он передал генеральному директору ООО «ИнвестКонсалт» ФИО5, расчет был произведен в автомобиле.

В силу особенностей обращения наличных денежных средств достоверная верификация факта совершения такой операции зачастую затруднительна, что может повлечь возникновение у недобросовестных лиц желания сфальсифицировать соответствующие документы. В целях устранения сомнений в факте совершения платежа суд вправе включить в предмет доказывания любые сведения, которые позволят устранить имеющиеся у суда убедительные сомнения в реальности операции и принять обоснованное решение (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 09.11.2021 № 305-ЭС21-9462(1,2)).

ФИО3 пояснил, что денежные средства на покупку помещений были им получены из доходов от предпринимательской деятельности в качестве индивидуального предпринимателя за период с 2019 года по 2020 год; денежные средства аккумулировались на его лицевом счете, в подтверждение чего представил выписку операций по счету за период с 01.01.2020 по 31.12.2020.

Проанализировав представленные ответчиком выписки по расчетным счетам, суды пришли к выводу, что из них не усматриваются сведения о снятии ФИО3 накануне совершения сделки наличных денежных средств в размере стоимости имущества или в размере, близком к данной сумме.

Доводы ФИО3 о том, что он в течение длительного времени снимал с банковского счета наличные денежные средства и хранил их дома, суды поставили под сомнение и, оценив их с учетом требований о повышенном стандарте доказывания в деле о банкротстве, отклонили их, поскольку иными объективными данными они не подтверждены.

Суды также учли непредставление в материалы дела кассовой книги ООО «ИнвестКонсалт» и отсутствие сведений о дальнейшем расходовании ООО «ИнвестКонсалт» указанных денежных средств.

Таким образом, на основании имеющихся в материалах дела доказательств, суды пришли к выводу об отсутствии объективных доказательств предоставления встречного исполнения по спорной сделке.

Доводы ФИО3 о несогласии с указанными выводами не свидетельствуют о неправильном применении судами норм материального и процессуального права, а направлены на переоценку установленных судами фактических обстоятельств дела и сделанных на их основе выводов, что в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда округа.

Довод ФИО3 о том, что суды нарушили положения части 2 статьи 69 АПК РФ, не применив правило о преюдициальности судебных актов, отклоняется судом округа.

По смыслу правовых позиций, сформулированных Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 21 декабря 2011 года № 30-П и Определении от 6 ноября 2014 года № 2528-О, при оценке преюдициальности судебных актов нужно иметь в виду следующее: введение института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства - с другой; такой баланс достигается путем установления пределов действия преюдициальности, а также порядка ее опровержения; пределы действия преюдициальности судебного решения объективно определяются тем, что установленные судом в рамках его предмета рассмотрения по делу факты в их правовой сущности могут иметь иное значение в качестве элемента предмета доказывания по другому делу, поскольку предметы доказывания в разных видах судопроизводства не совпадают, а суды в их исследовании ограничены своей компетенцией в рамках конкретного вида судопроизводства.

Таким образом, преюдиция имеет значение в отношении фактов, а не выводов суда.

Выводы судов об отсутствии фактической аффилированности, сделанные в рамках иных обособленных споров по иным обстоятельствам, не являются преюдициальными относительно обстоятельств настоящего обособленного спора.

Суд округа также учитывает, что установление факта аффилированности сторон оспариваемой сделки составляет презумпцию осведомленности второй стороны сделки о цели должника, направленной на причинение вреда кредиторам, однако отсутствие у стороны сделки признаков заинтересованности в понимании статьи 19 Закона о банкротстве, а также фактической аффилированности сторон сделки не лишает возможности доказать осведомленность ответчика иным путем (статьи 9 и 65 АПК РФ).

При разрешении подобных споров следует оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением абстрактного среднего участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения и в отсутствие убедительных доводов и доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность контрагента должника (определения Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 305-ЭС21-19707, от 28.04.2022 № 305-ЭС21-21196(2)).

Во втором абзаце пункта 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 указано, что при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласованный сторонами порядок расчетов наличными денежными средствами не является ординарным способом оплаты юридическому лицу и должен был вызвать у покупателя обоснованные подозрения о цели в таком порядке расчетов.

Разумный и добросовестный покупатель, находясь в схожих обстоятельствах, должен был проявить осмотрительность и совершить дополнительные действия по проверке финансового положения продавца, юридических основаниях владения продавцом реализуемого имущества.

По результатам такой проверки ФИО3, профессионально осуществляющий предпринимательскую деятельность (судами установлено, что он является руководителем и единственным участником ООО «НС Строй»), имел возможность проверить основания приобретения продавцом спорного имущества, аффилированность ООО «ФСК Милана» и ООО «ИнвестКонсалт»  и проверить наличие у должника признаков неплатежеспособности.

Согласно сведениям, содержащимся в открытом доступе в Картотеке арбитражных дел, на дату заключения договора № 30/12/2020 от 30.12.2020 имелось вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Иркутской области от 28 января 2020 года по делу № А19-23341/2018 о взыскании с ООО «ФСК Милана» 676 579 рублей 40 копеек штрафа, 288 187 рублей 50 копеек неосновательного обогащения, 23 849 рублей 96 копеек судебных расходы, а также имелось исковое производство по делу № А19-23641/2019 о взыскании с ООО «ФСК Милана» задолженности по договору субподряда в размере          7 153 831 рубля 32 копеек (в редакции уточнений, принятых определением от 30.01.2020).

Более того, как пояснил ФИО3 при рассмотрении настоящего обособленного спора, он лично был знаком с ФИО6, что может указывать на наличие у ФИО3 информации, нераскрываемой должником перед независимыми участниками гражданского оборота о цели заключения оспариваемой сделки.

Таким образом, суды обоснованно посчитали доказанным совокупность обстоятельств для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции дополнительно квалифицировал оспариваемую сделку как недействительную на основании статей 10, 168 ГК РФ.

Квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве, исходя из общеправового принципа «специальный закон вытесняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Правонарушение, заключающееся в необоснованной передаче должником имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред имущественным правам кредиторов, является основанием для признания соответствующих сделок недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, что и установлено по настоящему обособленному спору.

Таким образом, у суда первой инстанции не имелось правовых оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании статей 10, 168 ГК РФ. Однако данный вывод суда первой инстанции не привел к принятию неправильного решения по существу спора.

Из положений пункта 2 статьи 167 ГК РФ и статьи 61.6 Закона о банкротстве следует, что общим последствием недействительности сделки является реституция, целью которой является полное устранение имущественных последствий недействительности сделки, возникших в результате ее исполнения, путем приведения сторон в первоначальное положение, которое имело место до исполнения недействительной сделки. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по ней, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость в деньгах, - если иные последствия не предусмотрены законом.

Поскольку судами установлено, что за отчужденное в пользу ФИО3 имущество должник какого-либо встречного предоставления не получил, являются правильными выводы судов о необходимости применения последствий недействительности сделки в виде односторонней реституции: возврата спорного имущества в конкурсную массу должника.

Довод ФИО3 о том, что имущество могло быть истребовано у него только по правилам виндикации, отклоняется судом округа, так как судами установлено, что ООО «ИнвестКонсалт» являлось номинальным держателем активов должника, что позволило судам оценить оспариваемую сделку как сделку должника и применить последствия недействительности сделки.

Обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены верно, представленные в дело доказательства исследованы полно и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ; выводы судов основаны на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные отношения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено

По результатам рассмотрения кассационной жалобы суд округа приходит к выводу о том, что обжалуемые судебные акты приняты с соблюдением норм материального и процессуального права и на основании пункта 1 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежат оставлению без изменения, а кассационная жалоба без удовлетворения.

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение настоящей кассационной жалобы на основании статьи 110 АПК РФ подлежат отнесению на заявителя кассационной жалобы.

Постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия постановления на бумажном носителе может быть направлена им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручена им под расписку.

Руководствуясь статьями 274, 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Иркутской области от  12 декабря 2024 года по делу № А19-705/2021, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 19 мая 2025 года по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок,  не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

Судьи

И.А. Волкова

Н.В. Двалидзе

Н.Н. Парская