1539/2020-139073(2) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН 

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107 E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru http://www.tatarstan.arbitr.ru тел. (843) 294-60-00 

Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

 

г. Казань Дело № А65-37557/2019  

Дата принятия решения – 03 июля 2020 года Дата объявления резолютивной части – 25 июня 2020 года. 

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи  Спиридоновой О.П., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи  Евсеевой О.Б.,  

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Открытого акционерного  общества "Рикор Электроникс", г. Арзамас, Нижегородская область к индивидуальному  предпринимателю ФИО1, РТ, г. Набережные Челны о взыскании  180000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак,  

с участием: от истца – не явился, извещен, от ответчика – не явился, извещен, 

УСТАНОВИЛ:

Истец – ООО "Рикор Электроникс", обратился в Арбитражный суд Республики  Татарстан с иском о взыскании с предпринимателя ФИО1 50000 рублей  компенсации за нарушение исключительных на товарный знак № 289416.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.02.2020г. исковое  заявление ОАО "Рикор Электроникс" принято к рассмотрению в порядке упрощенного  производства по правилам, предусмотренным главой 29 АПК РФ.  

Определением от 11.02.2020г. суд в порядке ст. 49 АПК РФ удовлетворил ходатайство  истца об увеличении исковых требований до 180000 рублей компенсации за нарушение  исключительных на товарный знак № 289416 (из расчета двукратного размера стоимости  права использования).  

Определением суда от 07.04.2020г. дело назначено к судебному заседанию для  рассмотрения по общим правилам искового производства (п.4 ч.5 ст. 227 АПК РФ).  

Истец и ответчик, извещенные о времени и месте проведения предварительного  судебного заседания 25.06.2020г., явку своих представителей в суд не обеспечили.  

До начала судебного заседания истец направил в суд ходатайство о рассмотрении дела в  отсутствие своего представителя, заявленные требования поддержал.  

В соответствии со ст. 136 АПК РФ судебное заседание проводится в отсутствие  представителей заинтересованных сторон.  

Суд, рассмотрев все вынесенные в предварительное судебное заседание вопросы, считая  подготовку дела к судебному разбирательству завершенной, учитывая отсутствие  возражения истца и ответчика, руководствуясь ст.ст. 136, 137 АПК РФ, перешел к судебному  разбирательству.  

Суд определил рассмотреть спор по существу по имеющимся в деле доказательствам.  

Исследовав в соответствии со ст. 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела документы,  представленные доказательства и установленные по делу фактические обстоятельства, суд  приходит к следующим выводам..  

Ответчик заявил о фальсификации видеозаписи процесса приобретения товара –  подмену истцом оригинального товара контрафактным, и об исключении видеозаписи  приобретения в магазине ответчика неустановленным лицом датчика дроссельной заслонки,  на котором воспроизведен зарегистрированный под № 289416 товарный знак, из числа  доказательств по делу в связи с фальсификацией доказательства.  

При этом факт реализации спорного товара ответчиком не оспаривается.  

В письменных возражениях на отзыв ответчика истец возражал против фальсификации  представленной видеозаписи и исключении доказательств из дела.  

Указанное доказательство представленное истцом в материалы дела на магнитном  носителе (CD-диск), судом исследовано.  

В силу ч.1 ст. 161 АПК РФ если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный  суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного  другим лицом, участвующим в деле, суд:  

1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; 

2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из  числа доказательств по делу;  

3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо,  представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из  числа доказательств по делу.  

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом  меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе  назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.  

Довод ответчика о подмене игрушки на видеозаписи не нашел своего подтверждения, и  как следствие, основания для удовлетворения ходатайства не усматриваются.  

Спорное доказательство представлено в материалы дела на магнитном носителе (CD- диск), при этом ответчиком в нарушение ст. 65 АПК РФ не представлено доказательств  недобросовестного поведения истца, о проведении судебной экспертизы ответчиком также  не заявлено, в связи с чем ходатайство ответчика об исключении доказательств из  материалов дела судом отклоняется.  

Как усматривается из материалов дела, компания ОАО «Рикор Электроникс» является  обладателем исключительных прав на товарный знак № 289416 (в виде изобразительного  обозначения), что подтверждается свидетельством на товарный знак № 289416,  зарегистрированным в Международном реестре товарных знаков 23 мая 2005 года с датой  приоритета 22.07.2004, срок действия исключительного права продлен до 22 июля 2024 года.  

Товарный знак № 289416 зарегистрирован в отношении товаров, указанных в 07, 09, 12,  20 классах Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ).  

Сотрудниками истца 21.08.2017г. в торговой точке, расположенной по адресу: РТ, г.  Набережные Челны, Мензелинский трак, д. 33 (Торгово-Сервисный Комплекс, магазин  автозапчастей, 1й этаж), был установлен и зафиксирован факт предложения к продаже и  розничной продажи от имени предпринимателя ФИО1 товара — датчика  положения дроссельной заслонки, обладающего техническими признаками контрафактности.  На спорном товаре присутствует обозначение, сходное до степени смешения с товарным  знаком № 289416.  

Спорный товар классифицируется как «резистивные датчики» и относится к 09 классу  МКТУ.  

В подтверждение факта реализации указанного товара истцом представлены товарный  чек № НЧп00002807 от 21.08.2017г., содержащий сведения о реализованном товаре, его  количестве и стоимости, ИНН, ОГРН предпринимателя - ответчика; самим контрафактным  товаром и видеосъёмкой контрольной закупки, совершённой в целях и на основании  самозащиты гражданских прав в соответствии со ст. 12 и 14 ГК РФ (товар и CD-диск  приобщены к материалам дела).  

В отличие от оригинальной продукции, на товаре отсутствуют указание на  правообладателя, сведения об импортере, составе товара, и т.п.  

Полагая, что нарушение исключительных авторских прав истца совершено ответчиком  истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.  

Истец является обладателем исключительного права на товарный знак № 289416 (в виде  изобразительного обозначения), что ответчиком не оспаривается.  

Спорный товар был произведен и реализован без разрешения правообладателя,  следовательно, в соответствии с п.4 ст. 1252 ГК РФ считается контрафактным, а  распространение товара при наличии на нем обозначения, сходного до степени смешения с  товарным знаком № 289416, нарушает авторские права истца.  

Разрешение на использование спорного товарного знака путем заключения  соответствующих договоров ответчик не получал, следовательно, использование ответчиком  товарного знака истца при реализации товара в своей коммерческой деятельности, в  частности, при продаже товаров, в предложениях о продаже товаров, осуществлено  незаконно - с нарушением исключительных прав истца.  

Досудебная претензия о добровольном возмещении компенсации за нарушение  исключительных авторских прав оставлена ответчиком без удовлетворения, что послужило  основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.  

В соответствии со ст.ст. 1225, 1226, 1259 ГК РФ объектами авторских прав являются  результаты интеллектуальной деятельности: произведения науки, литературы и искусства  независимо от достоинства и назначения произведения, а также от способа его выражения, в  том числе, аудиовизуальные произведения, произведения живописи, скульптуры, графики,  дизайна, графические рассказы, комиксы и произведения изобразительного искусства,  которым предоставляется правовая охрана.  

Согласно ст. 1228 ГК РФ автором результата интеллектуальной деятельности  признается гражданин, творческим трудом которого создан такой результат.  Исключительное право на результат интеллектуальной деятельности может быть передано  автором другому лицу по договору, а также может перейти к другим лицам по иным  основаниям, установленным законом.  

В соответствии со ст. 1233 ГК РФ правообладатель может распорядиться  принадлежащим ему исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности  или на средство индивидуализации любым не противоречащим закону и существу такого  исключительного права способом, в том числе путем его отчуждения по договору другому  лицу (договор об отчуждении исключительного права) или предоставления другому лицу  права использования соответствующих результата интеллектуальной деятельности или  средства индивидуализации в установленных договором пределах (лицензионный договор).  

Согласно ст. 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие  исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство  индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое  средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом, в том числе  путем распространение результата интеллектуальной деятельности путем продажи или иного  отчуждения его оригинала или экземпляров (ст. 1270 ГК РФ).  

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной  деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за  исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.  

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства  индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим  Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя,  является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом,  другими законами, за исключением случаев, когда использование результата  интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем  правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.  

Разрешение на использование товарного знака № 289416 путем заключения  соответствующих договоров ответчик не получал, следовательно, использование ответчиком  

спорного товарного знака при реализации товара в своей коммерческой деятельности, в  частности, при продаже товаров, в предложениях о продаже товаров, осуществлено  незаконно с нарушением исключительных прав истца.  

Факт нарушения ответчиком исключительных прав на товарный знак, принадлежащий  истцу, путем реализации контрафактного товара подтверждается товарным чеком №  НЧп00002807 от 21.08.2017г. на сумму 650 рублей, в которых содержатся сведения о  наименовании, количестве и стоимости проданного товара, дате продажи, а также ФИО,  ИНН, ОГРН индивидуального предпринимателя – ответчика; самим контрафактным  товаром, представленным истцом в материалы дела, а также видеосъёмкой (CD-диск  приобщен к материалам дела), совершённой в целях и на основании самозащиты  гражданских прав в соответствии со ст. 12 и 14 ГК РФ.  

Доказательств обратного ответчиком не представлено (ст. ст. 9, 65 АПК РФ). 

Доказательств, свидетельствующих о наличии у ответчика права на реализацию в  предпринимательских целях спорных объектов интеллектуальной собственности, в деле  также не имеется.  

Осуществляя продажу спорного товара без согласия правообладателя, ответчик  нарушил исключительные права последнего.  

Истцом спорный товар обоснованно отнесен к 9 классу МКТУ. 

По смыслу положений п.3 ст. 1492, п.2 ст. 1481, п.1 ст. 1503 ГК РФ, исключительное  право на товарный знак распространяется только на те товары и услуги, которые были  заявлены правообладателем при регистрации товарного знака, и в отношении которых  последний получил правовую охрану, что должно быть отражено в свидетельстве на  товарный знак.  

По смыслу п.41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся  основанием для совершения юридически значимых действий по государственной  регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных  Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015г. № 482, обозначение считается  тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех  элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением  (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные  отличия.  

Таким образом, при сопоставлении обозначения и товарного знака основное правило  заключается в том, что вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а  общего впечатления от товарного знака и противопоставляемого обозначения. Пунктом 43  Правил установлено, что сходство изобразительных обозначений определяется на основании  следующих признаков: внешняя форма; наличие или отсутствие симметрии; смысловое  значение; вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и  так далее); сочетание цветов и тонов. Перечисленные признаки могут учитываться как  каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.  

Сравниваемые обозначения на контрафактном товаре, приобретенном у ответчика, и  товарный знак, изображения истца содержат визуальное и графическое сходство, сходство  внешней формы, одинаковое смысловое значение, словесное обозначение совпадает с  зарегистрированным товарным знаком истца. Незначительное расхождение в деталях  изображений не препятствуют восприятию у обычного потребителя данных изображений как  изображений товарных знаков, принадлежащих истцу.  

С учетом изложенного, а также исходя из положений, закрепленных в п.13  Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  от 13.12.2007 № 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с  применением законодательства об интеллектуальной собственности", согласно которым  вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему  правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы, суд, основываясь на  осуществленном им сравнении обозначений и изображений на товаре, и товарными знаками  истца, приходит к выводу о том, что они являются сходными до степени смешения с  

товарными знаками истца в глазах потребителя ввиду наличия достаточного  количества совпадающих признаков.  

Пунктом 55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О  применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что  при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует  учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании  которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ).  

Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55  и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания,  предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с  использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети  "Интернет".  

Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в  рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем  представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату  товара, но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи.  

Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на  проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они  производятся, не требуется.  

Информация о распространении гражданином контрафактной продукции не является  информацией о его частной жизни, в том числе информацией, составляющей личную или  семейную тайну.  

Согласно ст. 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение  автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов  защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и  1253), вправе в соответствии с п.3 ст. 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору  от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере до пяти  миллионов рублей.  

Согласно разъяснениям, данным в п.п. 43, 43.2, 43.3 Постановления от 26.03.2009г.  совместного Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации № 5/29 «О некоторых вопросах, возникающих в  связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской  Федерации», применяя положения ст.ст. 1299-1301, 1309-1311, 1515 и 1537 ГК РФ о  взыскании компенсации, суды должны учитывать, что компенсация подлежит взысканию  при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер  понесенных убытков.  

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что истец доказал наличие (обладание)  соответствующих исключительных прав на спорный товарный знак, а также факт их  нарушения именно ответчиком.  

Ответчик представил письменный отзыв на иск, заявленные требования не признал.  Возражая против удовлетворения исковых требований ответчик, серди прочего, указал, что  истцом не соблюден претензионный порядок урегулирования спора, при этом факт  реализации товара не оспорил, также указал, что спорный товар реализуется ответчиком на  законных основаниях.  

В нарушение ст. 65 АПК РФ документы, подтверждающие право на реализацию товара  - представление ответчику права на введение в гражданский оборот спорного товара в  установленном порядке (наличие лицензионного соглашения и т.п.), равно как и  доказательств возмещения компенсации, суду не представил.  

Доводы ответчика, изложенные в письменном отзыве на иск, судом исследованы и  отклоняются, поскольку опровергаются доказательствами, представленными в материалы  дела.  

Пунктом 4 ст. 1515 ГК РФ предусмотрены два типа компенсации, применимых при  нарушении исключительного права на товарный знак, и правообладатель вправе сделать  выбор по собственному усмотрению: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей,  

определяемом по усмотрению суда, исходя из характера нарушения (подпункт 1); в  двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или  в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой,  исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное  использование товарного знака (подпункт 2).  

В данном случае истцом заявлено требование о взыскании компенсации в размере  180000 рублей на основании п.2 ч.4 ст. 1515 ГК РФ, а именно - в двукратном размере  стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при  сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного  знака.  

При решении вопроса о размере компенсации суд учитывает следующее. 

Согласно п.4 ст. 1515 ГК РФ предусматривающей ответственность за незаконное  использование товарного знака, правообладатель вправе требовать по своему выбору от  нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч  до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера  нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен  товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака,  определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за  правомерное использование товарного знака.  

Таким образом, п.4 ст. 1515 ГК РФ предусмотрены два типа компенсации, в равной  мере применимых при нарушении исключительного права на товарный знак, и  правообладатель вправе сделать выбор по собственному усмотрению. Поэтому размещение  на контрафактных товарах обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком  истца, позволяет правообладателю по своему выбору требовать взыскания компенсации в  размере, предусмотренном подпунктом 1 либо подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, в  том числе в двукратном размере стоимости данного товара.  

Следовательно, в рассматриваемом случае, при определении размера компенсации в  соответствии с п.2 ч.4 ст. 1515 ГК РФ необходимо установить по какой цене обычно истцом  предоставляется право использования товарного знака и, исходя из двукратного размера  стоимости такого использования, определить размер компенсации.  

В п.35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите  интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской  Федерации от 23.09.2015г., также разъяснено, что при определении размера подлежащей  взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации,  избранный правообладателем.  

Как следует из содержания исковых требований, истец просит взыскать 180000 рублей  (с учетом заявленного уточнения).  

В обоснование заявленных требований истцом в материалы дела представлен  лицензионный договор о предоставлении неисключительных прав на использование объекта  интеллектуальной собственности, принадлежащего ОАО «Рикор Электроникс»  (неисключительная лицензия) б/н от 01.10.2016г., заключенный между ОАО «Рикор  Электроникс» (лицензиар) и ООО "Техносфера" (лицензиат) на использование товарного  знака по свидетельству № 289416, в связи с нарушением исключительного права на который  заявлен иск в рамках настоящего спора.  

Указанный договор, как усматривается из материалов дела, недействительным не  признан, о его фальсификации лицами, участвующими в деле, не заявлено, из числа  доказательств по делу он не исключен.  

Какие-либо иные лицензионные договоры или иные сведения о цене, которая при  сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование спорного  товарного знака, в материалы дела не представлены.  

В данном случае, размер компенсации определен истцом в сумме 180000 рублей, исходя  из стоимости права использования товарного знака, в соответствии с п.4.1 лицензионного  договора б/н от 01.10.2016г., что соответствует условиям п.2 ч.4 ст. 1515 ГК РФ.  

Руководствуясь статьями 8, 9, 65, 67, 71 АПК РФ суд должен создать сторонам равные  условия для реализации ими своих процессуальных прав (в том числе на представление  доказательств) в состязательном процессе и своими действиями не ставил какую-либо из  сторон в преимущественное положение, равно как и не умалял права одной из сторон.  

Суд полагает, что в рамках настоящего дела с учетом субъектного состава - ответчик  является субъектом малого предпринимательства, возложение на ответчика обязанности по  оспариванию цены права использования товарного знака не является правомерным.  

Как следует из материалов дела, истец уточнил исковые требования и просил взыскать  компенсацию на основании п.2 ч.4 ст. 1515 ГК РФ.  

Вне зависимости от выбранного правообладателем вида компенсации суды при  определении ее размера должны учитывать, в частности, характер допущенного нарушения,  срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины  нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного  правообладателя, вероятные убытки правообладателя, а также принципы разумности,  справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения.  

На основании правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 25.04.2017 № 305-ЭС16-13233 по делу № А40-131931/2014,  учитывая системную связь п.2 ч.4 ст. 1515 ГК РФ с п.3 ст. 1252 ГК РФ, подход,  допускающий снижение размера компенсации ниже низшего предела, установленного  законом, должен применяться как к размеру компенсации, определяемому по усмотрению  суда, так и в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен  товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака,  определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за  правомерное использование товарного знака.  

Указанная правовая позиция изложена в постановлении Суда по интеллектуальным  правам от 28.04.2018 № С01-188/2018 по делу № А56-13978/2017.  

Суд в такой ситуации не лишен возможности определить размер компенсации с  применением иной методики, установленной нормами действующего законодательства, в  том числе посредством применения к спорным правоотношениям норм п.1 ч.4 ст. 1515 ГК  РФ.  

При этом суд отмечает, что применение данной нормы не свидетельствует о снижении  размера компенсации, а способствует соотнесению правонарушения с адекватной мерой  ответственности за нарушение прав истца, не доказавшего размер стоимости права на  использование товарного знака.  

При этом суд учитывает, что к равнозначному праву истца отнесен выбор требования о  компенсации как в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по  усмотрению суда исходя из характера нарушения, так и в двукратном размере стоимости  товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере  стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая, при  сравнимых обстоятельствах, обычно взимается за правомерное использование товарного  знака.  

Суд, при соответствующем обосновании, не лишен возможности взыскать сумму  компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием (постановление  Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.04.2013 №  16449/12).  

В соответствии с п.3 ст. 1252 ГК РФ размер компенсации определяется судом в  пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и  иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.  

При заявлении требований на основании п.1 ч.4 ст. 1515 ГК РФ минимальным является  размер компенсации 10000 рублей, а при заявлении требований на основании п.2 ч.4 ст. 1515  ГК РФ минимальным является двукратный размер стоимости товара, на котором  незаконного размещен товарный знак.  

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации,  изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  

Федерации от 20.11.2012 № 8953/12, размер компенсации за неправомерное  использование объекта интеллектуальной собственности должен определяться исходя из  необходимости восстановления имущественного положения правообладателя. Это означает,  что он должен быть поставлен в имущественное положение, в котором находился бы, если  бы объект интеллектуальной собственности использовался правомерно.  

Пунктом 4 ст. 1515 ГК РФ предусматривается одна мера гражданско-правовой  ответственности - компенсация, взыскиваемая вместо убытков, которая лишь рассчитывается  разными способами (пункты 1 и 2 названной статьи), ввиду чего выработанные в  упомянутом постановлении подходы применимы и к практике взыскания компенсации,  рассчитанной согласно п.2 ч.4 ст. 1515 Кодекса.  

Правовая природа компенсации в гражданском правоотношении следует принципам  возмездности и эквивалентности и направлена не на наказание правонарушителя, а на  восстановление нарушенного права правообладателя в целях сохранения их баланса.  Взыскание значительных сумм, явно не соответствующих последствиям допущенного  нарушения права, ведет к нарушению цели правового регулирования нормы ст. 1515 ГК РФ.  

Согласно абзацу 3 п.3.2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации  от 13.12.2016 № 28-П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301,  подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса  Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края" (далее -  постановление от 13.12.2016 № 28-П), нет оснований полагать, что статьями 1301, 1311 и  пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, равно как и другими,  связанными с ними нормами гражданского законодательства не учитывается принцип  соразмерности ответственности совершенному правонарушению: абзац второй пункта 3  статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации обязывает суд определять размер  подлежащей взысканию компенсации за нарушение соответствующих интеллектуальных  прав в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и  иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.  

Тем самым суд, следуя данному указанию и исходя из общих начал гражданского  законодательства, не лишен возможности принять во внимание материальное положение  ответчика - индивидуального предпринимателя, факт совершения им правонарушения  впервые, степень разумности и добросовестности, проявленные им при совершении  действия, квалифицируемого как правонарушение, и другие обстоятельства, например  наличие у него несовершеннолетних детей.  

Данный вывод соотносится с неоднократно выраженной Конституционным Судом  Российской Федерации правовой позицией, в силу которой суды при рассмотрении дел  обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться  установлением формальных условий применения нормы, поскольку иное приводило бы к  тому, что право на судебную защиту оказывалось бы ущемленным (постановления от  06.06.1995 N 7-П, от 13.06.1996 N 14-П, от 27.10.2015 N 28-П и др.).  

Кроме того, в постановлении от 13.12.2016 № 28-П указано, что применение санкции к  нарушителю - юридическому лицу обычно не приводит к непропорциональному вторжению  в имущественную сферу его участников - физических лиц, то в отношении индивидуального  предпринимателя оно не исключает возложение на нарушителя столь серьезных  имущественных обязательств, что их исполнение, в свою очередь, может не только  поставить под сомнение продолжение им предпринимательской деятельности (что само по  себе можно рассматривать как конституционно допустимое следствие совершенного  правонарушения), но и крайне негативно отразиться на его жизненной ситуации.  

Судом учтено, что в рассматриваемом деле имеются обстоятельства, указанные в  постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П, а  именно: правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые,  использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат  другим лицам, с нарушением этих прав не является существенной частью его  предпринимательской деятельности, не носит грубый характер (продавцу не было заведомо  

известно о контрафактном характере реализуемой им продукции),  предприниматель ранее не допускала аналогичных нарушений, в том числе и в отношении  прав истца.  

Суд не считает справедливым взыскание с ответчика 180000 рублей, поскольку данный  объем компенсации будет несоразмерным по отношению к обстоятельствам правонарушения  и фактическим обстоятельствам дела и не будет направлен на восстановление нарушенного  права.  

Заявленный размер компенсации является чрезмерным, противоречит принципам  разумности и справедливости, носит "карательный" характер, не отвечает требованиям  дифференциации ответственности в зависимости от всех имеющих существенное значение  обстоятельств.  

Кроме того суд считает, что компенсация не может иметь "карательный",  "отягощающий", "предупредительный" или "политический" характер. Целью компенсации  является возмещение заявителю действительных неблагоприятных последствий нарушения,  а не наказание ответчика.  

Принимая во внимание данное обстоятельство, с учетом незначительной степени вины  ответчика, характера и последствий нарушения, отсутствия доказательств и расчетов  убытков истца вследствие действий ответчицы, незначительной цены товара, исходя из  принципов справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, а также  с учетом того, что ответчицой реализован лишь один экземпляр контрафактного товара, суд  считает, что взыскание с ответчицы в пользу ОАО "Рикор Электроникс" компенсации за  нарушение исключительных имущественных прав в размере 10000 рублей будет  справедливым, поскольку данный объем компенсации будет соразмерным по отношению к  обстоятельствам правонарушения и будет направлен на восстановление нарушенного права.  

Суд, снижая размер компенсации, рассчитанной на основании п.2 ч.4 ст. 1515 ГК РФ,  руководствуется актуальной практикой суда кассационной инстанции по делу № А01- 1014/2018.  

Так, в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 17.04.2019 № С01-179/2019  по делу № А01-1014/2018 суд кассационной инстанции счел ошибочным мнение истца о том,  что невозможно снижение компенсации, заявленной в порядке, предусмотренном  подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, поскольку вне зависимости от выбранного  правообладателем вида компенсации суды при определении ее размера должны учитывать, в  частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата  интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных  лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки  правообладателя, а также принципы разумности, справедливости, соразмерности  компенсации последствиям нарушения.  

Кроме того, согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 25.04.2017 № 305-ЭС16-13233 по делу № А40-131931/2014,  учитывая системную связь п.2 ч.4 ст. 1515 ГК РФ с п.3 ст. 1252 ГК РФ, подход,  допускающий снижение размера компенсации ниже низшего предела, установленного  законом, должен применяться как к размеру компенсации, определяемому по усмотрению  суда, так и в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен  товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака,  определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за  правомерное использование товарного знака.  

На основании вышеизложенного, суд признает заявленные требования истца  подлежащими частичному удовлетворению.  

Истцом заявлено о возмещении понесенных расходов, в том числе 650 рублей,  понесенных на приобретение контрафактного товара, 200 рублей за получение выписки из  ЕГИП, 112 рублей почтовых расходов.  

Несение истцом заявленных расходов подтверждается представленными в материалы  дела квитанциями.  

С учетом компенсационного характера требований о защите исключительных прав, в  соответствии со ст. 1515 ГК РФ, требование о возмещении понесенных расходов заявлено  правомерно.  

В силу норм ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в  деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.  

В случае если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц,  участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.  

Поскольку исковые требования удовлетворены частично (на 5,55%) требование истца о  возмещении понесенных расходов, с учетом принципа пропорциональности, также  возлагаются на ответчика.  

Истцом, среди прочего, было заявлено о возмещении 10000 рублей расходов,  понесенных на проведение экспертного исследования спорного товара на наличие признаков  контрафактности.  

Как разъяснено в п. 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N  10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" для  установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного  знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров.  

При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное  обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего  товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же  лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.  

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из  степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц.  

При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или  близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или  высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.  

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности  возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о  принадлежности этих товаров одному производителю.  

При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого  они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или  взаимозаменяемость и другие обстоятельства.  

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного  знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с  учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению.  

При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или  слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов  во внимание не принимается.  

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности  товаров не требуется.  

С учетом изложенного требование истца о взыскании 10000 рублей расходов на  проведение экспертного исследования удовлетворению не подлежит, так как оно не было  принято судом в качестве доказательства, обосновывающего сумму компенсации, и не было  положено в основу судебного решения  

Судом установлено, что при изготовлении резолютивной части решения судом  допущена описка в части распределения судебных издержек в части возмещения расходов за  получение выписки из ЕГРИП и почтовых расходов, которая подлежит исправлению в  порядке ст. 179 АПК РФ.  

Госпошлина, уплаченная истцом при подаче иска в суд, подлежит отнесению на истца и  ответчика пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований (ст. 110 АПК  РФ).  

Руководствуясь статьями 110, 112, 161, 167 – 169, Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации,  

Р Е Ш И Л :

Заявление ответчика индивидуального предпринимателя Тимофеева Василия  Дмитриевича, РТ, г. Набережные Челны о фальсификации видеозаписи отклонить.  

Иск удовлетворить частично. 

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1  (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>), РТ, г. Набережные Челны в пользу Открытого  акционерного общества "Рикор Электроникс", г. Арзамас, Нижегородская обл. (ОГРН  

<

***> ИНН 

<

***>) 10000 рублей компенсации за нарушение исключительных  прав на товарный знак № 289416, 356 рублей расходов по госпошлине, 36 рублей 07 копеек  расходов на приобретение спорного товара, 11 рублей 10 копеек расходов за получение  выписки из ЕГРИП, 6 рублей 21 копейку почтовых расходов.  

В остальной части иска отказать. 

В удовлетворении заявления о взыскании 10000 рублей расходов на проведение  экспертного исследования отказать.  

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в  месячный срок.  

Председательствующий судья О.П. Спиридонова