ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-23474/2025

Дело № А40-114862/15

г. Москва

14 августа 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 07 августа 2025 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 14 августа 2025 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Р.Г. Нагаева 

судей А.Н. Григорьева, А.А. Дурановского,

при ведении протокола секретарем судебного заседания М.Э.Мавлютовой,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ПАО «Сбербанк» на определение Арбитражного суда города Москвы от 26.03.2025 по делу № А40-114862/15 вынесенное по результатам рассмотрения заявления ИП ФИО1 о процессуальном правопреемстве на стороне кредитора и замене кредитора ПАО «Сбербанк» на его правопреемника ИП ФИО1 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «МД Эстейт»,

при участии в судебном заседании:

от ИП ФИО1: ФИО2 по дов. от 01.02.2025

от ПАО «Сбербанк»: ФИО3 по дов. от 20.08.2024

от ООО «МД Эстейт»: ФИО4 по дов. от 20.01.2025

от ПАО «Московский Кредитный Банк»: ФИО5 по дов. от 14.06.2024 

иные лица не явились, извещены

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 17.03.2016 ООО «МД Эстейт» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении ООО «МД Эстейт» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника ООО «МД Эстейт» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) суд утвердил ФИО6 (члена Ассоциации МСРО «Содействие», ИНН 

<

***>, рег.номер 4716, адрес для направления корреспонденции арбитражному управляющему: 302026, 

<

...>, а/я 12.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.03.2025 удовлетворено заявление ИП ФИО1 о процессуальном правопреемстве. Произведена замена ПАО «Сбербанк» по делу № А40-114862/15 на основании определения Арбитражного суда г. Москвы от 19.11.2015 на его процессуального правопреемника ИП ФИО1 в размере 214 695 878, 78 руб. – основной долг, 16 855 509, 95 руб. – неустойка. Не согласившись с определением суда, ПАО «Сбербанк» обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 26.03.2025 по делу № А40-114862/15 отменить.

Представитель ПАО «Сбербанк» доводы апелляционной жалобы поддержал по мотивам, изложенным в ней. Представители ИП ФИО1, ООО «МД Эстейт» возражали на доводы апелляционной жалобы, указывая на ее необоснованность. Просили определение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. Представитель ПАО «Московский Кредитный Банк» оставил вопрос о разрешении апелляционной жалобы на усмотрение суда. В суд поступили отзывы ИП ФИО1 и ООО «МД Эстейт» на апелляционную жалобу. Суд, совещаясь на месте, определил приобщить к материалам дела представленные отзывы на апелляционную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В соответствии с абзацем 2 частью 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Рассмотрев дело в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства в порядке статьей 123, 156, 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения суда, принятого в соответствии с действующим законодательством и обстоятельствами дела.

Как следует из материалов дела в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ИП ФИО1 о процессуальном правопреемстве на стороне кредитора и замене кредитора ПАО «Сбербанк» на его правопреемника ИП ФИО1.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 6 статьи 16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В соответствии с частью 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса. Необходимым условием осуществления процессуального правопреемства является наличие правопреемства в материальных правоотношениях.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Как следует из материалов дела, требования ПАО «Сбербанк», включенные в реестр требований кредиторов ООО «МД ЭСТЕЙТ», основаны на ненадлежащем исполнении должником обязательств по договорам поручительства № 4/38/1-13/211 от 09.09.2013г., № 4/67/1-14/332 от 21.11.2014г., № 4/13/1-14/98 от 14.04.2014г., где основными заемщиками являлись ООО «МАК-ДАК» и ЗАО «Торговая компания «КАПРИЗ-М» по договорам об открытии невозобновляемой кредитной линии № 38/1-13 от 09.09.2013г. (заемщик ООО «МАК-ДАК»), № 67/1-14 от 21.11.2014г. (заемщик ООО «МАК-ДАК») и 

<

***> от 11.04.2014г. (заемщик ЗАО «Торговая компания «Каприз-М»).

Как следует из заявления ИП ФИО1, в рамках дела о банкротстве ООО «МАК-ДАК» ФИО7 был привлечен к субсидиарной ответственности (определение Арбитражного суда города Москвы от 25.11.2019 по делу № А40-104660/2015). В размер субсидиарной ответственности ФИО7 были включены требования ПАО Сбербанк в размере 214 695 878, 78 руб. – основной долг, 34 396 490,64 руб. – неустойка. (основанные на договорах об открытии возобновляемой кредитной линии №67/1-14 от 21.11.2014 и №38/1-13 от 09.09.2013).

ПАО Сбербанк как кредитор ООО «МАК-ДАК» не избирал в порядке ст. 61.17 Закона о банкротстве способ распоряжения правом требования из субсидиарной ответственности ФИО7, в связи с чем требования к субсидиарному ответчику в его части были проданы с торгов. По результатам реализации прав требований ООО «МАК-ДАК» к ФИО7 в размере 947 411 922,54 руб. с торгов между ООО «МАК-ДАК» и ИП ФИО8 04.05.2021 был заключен договор цессии.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18.10.2021 по делу № А40-208525/15 требование ООО «МАК-ДАК» в рамках обособленного спора о включении в реестр должника в части требований 947 411 922, 54 руб. заменено на ИП ФИО8 Определением Арбитражного суда г. Москвы от 24.02.2023 кредитор ИП ФИО8 заменён на правопреемника - ИП ФИО1.

Также в рамках дела о банкротстве ЗАО «ТК «Каприз-М» ФИО7 был привлечен к субсидиарной ответственности (определение Арбитражного суда г.Москвы от 15.02.2019 по делу № А40-113824/2015). В размер субсидиарной ответственности ФИО7 были включены частично требования ПАО Сбербанк в размере 198 846 911,70 руб. – основной долг (основанные на кредитном договоре №13/1-14 от 11.04.2014).

ПАО Сбербанк как кредитор ЗАО «ТК «Каприз-М» не избирал в порядке ст. 61.17 Закона о банкротстве способ распоряжения правом требования из субсидиарной ответственности ФИО7, в связи с чем требования к субсидиарному ответчику в его части были проданы с торгов. По результатам реализации прав требований ЗАО «ТК «Каприз-М» к ФИО7, между ФИО9 и ЗАО ТК «КапризМ» 26.09.2019 заключен договор уступки прав требования (цессии).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 04.12.2019 по делу N А40-113824/2015 в деле о банкротстве ЗАО «ТК «Каприз-М» заменено на правопреемника - ИП ФИО9. Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.06.2021 кредитор ИП ФИО9 заменен на правопреемника – ИП ФИО1

ИП ФИО1 считает, что поскольку по результатам торгов в процедурах банкротства ООО «МАК-ДАК» и ЗАО «ТК «Каприз-М» право требования к ФИО7 из субсидиарной ответственности, в размер которой включено требование ПАО «Сбербанк», приобретено ИП ФИО1 (правопреемник покупателей) в соответствии с условиями заключенных на торгах договоров обязательства должника ООО «МД Эстейт» по договорам поручительства перед ПАО «Сбербанк» полностью перешли от Банка к цессионарию – ИП ФИО1

С учетом указанного, ИП ФИО1 обратился в Арбитражный суд города Москвы с настоящим заявлением о процессуальном правопреемстве, в котором просит произвести процессуальное правопреемство ПАО «Сбербанк» по требованиям, включенным на основании определения Арбитражного суда города Москвы от 19.11.2015 по делу № А40-114862/2015, на ИП ФИО1

Вопреки доводам Заявителя требования из субсидиарной ответственности по отношению к требованию Банка из договора поручительства являются не дополнительными, а солидарными, что соответствует правовой природе их образования.

Ответственность поручителя перед кредитором связана с исполнением гражданско-правовой сделки - договора поручительства, предусмотренного параграфом 5 главы 23 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Обязательство поручителя состоит, если не предусмотрено иное, в снятии с кредитора рисков, связанных с должником: его неисполнительности, несостоятельности и ликвидации. Исходя из этого, открытие и проведение процедуры банкротства в отношении должника по обеспечиваемому обязательству не освобождают поручителя от принятого им обеспечительного обязательства (пункт 1 статьи 361, пункт 1 статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункты 1, 32 и 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве»).

Исходя из положений п. 1 ст. 363 ГК, поручитель и должник в обеспечиваемом обязательстве по общему правилу отвечают солидарно, образуя множественность должников.

Субсидиарная ответственность контролирующего должника лица по обязательствам должника является формой ответственности за доведение до банкротства. В размер субсидиарной ответственности включается размер непогашенных требований кредиторов, что признается предполагаемым объемом вреда, который причинен контролирующим должника лицом (ст. 1064 ГК, п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве, п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Включенное в реестр неисполненное обязательство должника перед кредитором и обязательство контролирующего лица из субсидиарной ответственности в той же мере являются солидарными и образуют множественность должников, поскольку они направлены на защиту одного и того же интереса кредитора. Следовательно, разъяснил Верховный суд, обязанности поручителя (ООО «МД Эстейт») и контролирующего должника лица (гр. ФИО7) перед кредитором в соответствующей части опосредованно также являются солидарными между собой.

В силу этого двойное исполнение по ним недопустимо. Кредитор по данным обязательствам имеет право требовать исполнения и обращаться за взысканием как с одного из них, так и с обоих сразу, как полностью, так и в части долга, учитывая самостоятельность таких обязательств, а предоставление исполнения по любому из требований одновременно производит погашающий эффект и на другое.

Как указала Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации, с учетом солидарного характера обязательств уступка одного из них, например обязательства контролирующего должника лица перед кредитором, по общему правилу предполагает одновременную уступку и всех остальных, в том числе обеспечивающих обязательств, поскольку они все направлены на защиту одного экономического (имущественного) интереса кредитора и в этом смысле являются связанными с уступаемым требованием. Иное противоречило бы существу законодательного регулирования.

Так, Коллегия указала, что в силу п. 1 ст. 390 ГК цедент гарантирует цессионарию действительность уступаемого требования, но не отвечает за исполнение обязательства должником. Уступка только одного из требований, входящих в состав солидарных обязательств, приводила бы к возникновению ситуации, при которой цедент уже после такой уступки, получив исполнение или произведя взыскание по оставшемуся у него солидарному обязательству, может одновременно прекратить обязательство, перешедшее к цессионарию.

Сама возможность такого недобросовестного и противоречащего абз. 5 п. 2 ст. 390 ГК поведения не отвечает существу отношений цессии и создает на стороне цессионария неопределенность в его правовом положении, зависящую исключительно от воли цедента. Уступка одного из требований (изолированная уступка) противоречит и существу отношений между кредитором и должниками, возникающих при солидарных обязательствах, существенной характеристикой которых является возможность выбора кредитором (кредиторами) должника, от которого будет требоваться исполнение, что служит цели защиты интересов кредитора, подчеркнул Верховный Суд.

При этом, прекращение солидаритета возможно либо посредством полного исполнения солидарного долга, либо посредством определения долей, приходящихся на каждого из должников, с согласия кредитора. Однако при изолированной уступке каждый кредитор может взыскать долг только с одного из солидарных должников: по уступленному требованию для цессионария и по оставшемуся требованию для цедента. В подобной ситуации кредиторы лишаются механизма, защищающего их интересы, и несут риски, связанные с неисполнением обязательства своим должником.

Таким образом, Верховный Суд РФ указал на то, что при толковании условий договора уступки права, входящего в состав солидарных обязательств, следует по общему правилу исходить из единовременной уступки всех солидарных требований - как упомянутых в договоре, так и не упомянутых в нем.

Не избирая способ распоряжения обязательством гр. ФИО7 из субсидиарной ответственности в рамках дел о банкротстве ООО «МАК-ДАК» (дело № А40-104660/2015) и ЗАО «ТК «Каприз-М» (дело № А40-113824/2015), в силу абз. 2 п. 3 ст. 61.17 Закона о банкротстве, кредитор считается выбравшим способ, предусмотренный подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.17 Закона о банкротстве, соответственно Банк дал согласие на отчуждение арбитражным управляющим такого солидарного требования в рамках дел о банкротстве Обществ, и данное требование в результате было приобретено ИП ФИО1 (правопреемник первоначальных покупателей).

Одновременно Банк фактически создал ситуацию, при которой его требование конкурирует с требованием ИП ФИО1, как если бы уступка прав не произошла, поскольку погашение требования Банка в рамках дела о банкротстве ООО «МД Эстейт» влечет погашающий эффект на требование ИП ФИО1 к гр. ФИО7, учитывая их солидарность.

То есть, в случае не признания того, что к ИП ФИО1 перешли также и требования ПАО «Сбербанк» по поручительствам к ООО «МД Эстейт», то ПАО «Сбербанк» сможет продолжать получение денежных средств, как кредитор по имевшимся у него требованиям, и тем самым уменьшит размер требования ИП ФИО1, что делает купленное ИП ФИО1 требование очевидно менее ценным.

При этом, как верно отметил суд первой инстанции, ни один из договоров уступки прав требований из субсидиарной ответственности гр. ФИО7, на основании которых в его РТК включены требования ИП ФИО1, а также его правопредшественников ИП ФИО8 и ИП ФИО10 не содержат условий, свидетельствующих об уступки изолированного требования из субсидиарной ответственности и сохранения за ПАО «Сбербанк» прав на исполнение в его пользу обязательств из договоров поручительства, в т.ч. заключенного с ООО «МД Эстейт».

На этом основании, с учетом разъяснений Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в определении от 05.07.2024 № 308-ЭС22-21714(3,4,5), Арбитражным судом города Москвы (определение от 18.11.2024г. по делу № А40-208525/2015) произведена замена в реестре требований кредиторов гр. ФИО7 ПАО «Сбербанк» на правопреемника ИП ФИО1, постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2025г. и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 16.06.2025г. указанное определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

При этом Арбитражный суд Московского округа в указанном постановлении от 16.06.2025 по делу № А40-208525/2015 указал, что обязанности поручителя и контролирующего должника лица перед кредитором в соответствующей части опосредованно также являются солидарными между собой и двойное исполнение по ним недопустимо. В настоящем случае, удовлетворяя заявление ФИО1, суды правомерно исходили из того, что, поскольку обязательства из поручительства, предоставленного ПАО «Сбербанк» ФИО7, и обязательства из 6 субсидиарной ответственности контролирующего должника лица - ФИО7, солидарные притом, что ПАО «Сбербанк» не воспользовалось иным правом выбора способа распоряжения субсидиарной ответственностью, а дало согласие на продажу принадлежащего ему требования, тем самым фактически реализовав свое право получить исполнение путём продажи требования, вытекающего из субсидиарной ответственности, то к приобретателю прав по субсидиарной ответственности (ИП ФИО1) перешли и права требования из договора поручительства, заключенного с ФИО7

При толковании условий договора уступки права, входящего в состав солидарных обязательств необходимо исходить из единовременной уступки всех солидарных требований - как упомянутых в договоре, так и не упомянутых в нем, при этом из условий договоров уступки права требования (цессии) от 04.05.2021 и от 26.09.2019 не следует, что они допускали сохранение у Банка права на получение исполнения.

В состав обязательств ООО «МАК-ДАК» и ЗАО «ТК «Каприз-М», субсидиарная ответственность по которым была взыскана с контролирующего указанных должников лица – гр. ФИО7 были включены требования ПАО «Сбербанк» по тем же обязательствам, по которым его требования на основании договоров поручительства определением Арбитражного суда города Москвы от 19.11.2015 по делу № А40-114862/2015 включены в третью очередь РТК ООО «МД Эстейт».

Обязательства по договорам поручительства и субсидиарная ответственность за невозможность погашения требований кредиторов должника являются солидарными в той части, в какой поручитель обязуется отвечать за исполнение обязательств должником. При этом само по себе совпадение должника по солидарным обязательствам не влечёт необходимость предъявления требования об исполнении какой-либо одной солидарной обязанности и утрату кредитором права требовать от должника исполнения другой солидарной обязанности.

По настоящему делу возврат предоставленного ПАО «Сбербанк» кредита с выплатой причитавшихся процентов и неустоек обеспечен поручительствами, в том числе гр. ФИО7, гр. ФИО11 и ООО «МД Эстейт», которые являются солидарными должниками перед банком по данному основанию вместе с ООО «МАК-ДАК» и ЗАО «ТК «Каприз-М».

В рамках дел о банкротстве ООО «МАК-ДАК» и ЗАО «ТК «Каприз-М» ПАО «Сбербанк» предъявил требование из кредитных договоров к каждому обществу и в той части, в которой оно не было исполнено в рамках процедур банкротства, получил возможность удовлетворить свои имущественные притязания за счет субсидиарного обязательства гр. ФИО7 как контролирующего указанные Общества лица. То есть произошло совпадение должника перед банком по нескольким солидарным обязательствам в лице гр. ФИО7 (из договора поручительства и субсидиарной ответственности).

Не избирая способ распоряжения обязательством гр. ФИО7 из субсидиарной ответственности, в силу абзаца 2 пункта 3 статьи 61.17 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», кредитор считается выбравшим способ, предусмотренный подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.17 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», соответственно Банк дал согласие на отчуждение арбитражным управляющим такого солидарного требования в рамках дел о банкротстве Обществ, и данное требование в результате было приобретено ИП ФИО1 (правопреемник первоначальных покупателей).

Одновременно в рамках дела о банкротстве гр. ФИО7 Банк фактически создал ситуацию, при которой его требование конкурирует с требованием ИП ФИО1, как если бы уступка прав не произошла. Аналогично нахождение требования Банка в реестре ООО «МД Эстейт» ведет к уменьшению (лишению) части исполнения, которая должна поступить цессионарию, поскольку исполнение требования из договора поручительства влечет погашающий эффект на требование из субсидиарной ответственности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации цедент гарантирует цессионарию действительность уступаемого требования, но не отвечает за исполнение обязательства должником. Уступка только одного из требований, входящих в состав солидарных обязательств, приводила бы к возникновению ситуации, при которой цедент уже после такой уступки, получив исполнение или произведя взыскание по оставшемуся у него солидарному обязательству, может одновременно прекратить обязательство, перешедшее к цессионарию в нашем случае из субсидиарной ответственности.

Соответственно, нахождение требования Банка в реестре ООО «МД Эстейт» ведет к уменьшению (лишению) части исполнения, которая должна поступить цессионарию.

Сама возможность такого недобросовестного и противоречащего абзацу пятому пункта 2 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации поведения не отвечает существу отношений цессии и создает на стороне цессионария неопределённость в его правовом положении, зависящую исключительно от воли цедента.

Вопреки доводам жалобы Банка, уступка одного из требований (изолированная уступка) противоречит и существу отношений между кредитором и должниками, возникающих при солидарных обязательствах, существенной характеристикой которого является возможность выбора кредитором (кредиторами) должника, от которого будет требоваться исполнение (пункт 1 статьи 323 Гражданского кодекса Российской Федерации), что служит цели защиты интересов кредитора.

Как отметила Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ в Определении от 05.07.2024 № 308-ЭС22-21714(3,4,5) при толковании условий договора уступки права, входящего в состав солидарных обязательств, следует по общему правилу исходить из единовременной уступки всех солидарных требований - как упомянутых в договоре, так и не упомянутых в нем.

При этом ни из условий торгов, ни из условий договора уступки права требования (цессии) от 04.05.2021, заключенного с ИП ФИО8 и договора уступки права требования (цессии) от 26.09.2019 ИП ФИО9., правопреемником которых является ИП ФИО1, не следует, что при передаче требования за первоначальным кредитором (ПАО «Сбербанк») сохраняется право на получение исполнения наравне с цессионарием (только в таком случае они являлись бы солидарными кредиторами).

Кредитор ПАО «Сбербанк» мог воспользоваться правом, предусмотренным подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.17  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», оставив за собой требование к гр. ФИО7, основанное на его субсидиарной ответственности.

В этом случае ПАО «Сбербанк» был вправе самостоятельно решить, целесообразно ли уступать требования по солидарным обязательствам вместе, определить договорные условия уступки, в том числе касающиеся величины вознаграждения за уступку, а также согласовать с покупателем требования солидарное исполнение прав кредитора.

Действуя в своем интересе, конкурсный управляющий и ПАО «Сбербанк» согласились со стандартными условиями реализации права требования из субсидиарной ответственности, в связи с чем утратили возможность ссылаться на неполноту удовлетворения своего имущественного интереса после продажи права требования на торгах в рамках дел о банкротстве ООО «МАК-ДАК» и ООО «ТК «Каприз-М» и получения вырученных от продажи денежных средств.

Вместе с тем, в случае не признания того, что к ИП ФИО1 перешли также и требования ПАО «Сбербанк» по поручительствам к должнику ООО «МД Эстейт», то ПАО «Сбербанк» сможет продолжать получение денежных средств, как кредитор по имевшимся у него требованиям, и тем самым уменьшит размер требования ИП ФИО1, что сделает купленное ИП ФИО1 требование очевидно менее ценным.

Указанное подтверждается определением Арбитражного суда города Москвы от 01.11.2023 по делу № А40-208525/2015, на которое также ссылается Заявитель жалобы, где определено, что объем прав (права на получение удовлетворения своих требований), принадлежащих нескольким кредиторам, предъявивших к должнику требования по солидарным обязательствам, определяется в размере предмета солидарного обязательства, в том объеме, в котором размер ответственности поручителя совпадает с размером долга основного должника, к субсидиарной ответственности по обязательствам которого привлечен поручитель и подлежит погашению пропорционально количеству солидарных кредиторов.

ИП ФИО1 приобретая право требование из субсидиарной ответственности, вправе рассчитывать на погашение (в части вошедших в него требований ПАО «Сбербанк») только на 50%, поскольку иные 50% подлежат направлению на погашение требований Банка, что не соответствует положениям пункта 1 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации о гарантии цедентом действительности уступаемого требования.

Избирая способ распоряжения требованием к контролирующему лицу в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.17 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», кредитор по названному требованию соглашается с сохранением своего участия в сообществе кредиторов и со своим участием в продаже требования в качестве соцедента наряду с другими кредиторами.

При этом в объём прав, которые арбитражный управляющий (в качестве законного представителя должника, выступающего номинальным держателем прав кредиторов) может продать на торгах, входят все права, принадлежащие кредиторам и являющиеся солидарными с правом требования по субсидиарной ответственности, если иное не предусмотрено принятым кредиторами порядком продажи права требования (пункт 5 статьи 61.17 Закона о банкротстве).

Обратное приводило бы к обесцениванию продаваемого на торгах единого права требования и невозможности соцедентов гарантировать цессионарию действительность такого требования в полном объёме. При этом прекращение солидаритета возможно либо посредством полного исполнения солидарного долга (абзац второй пункта 2 статьи 323 Гражданского кодекса Российской Федерации), либо посредством определения долей, приходящихся на каждого из должников, с согласия кредитора. Однако при изолированной уступке каждый кредитор может взыскать долг только с одного из солидарных должников: по уступленному требованию для цессионария и по оставшемуся требованию для цедента. В подобной ситуации кредиторы лишаются механизма, защищающего их интересы, и несут риски, связанные с неисполнением обязательства своим должником.

Следовательно, при толковании условий договора уступки права (требования), входящего в состав солидарных обязательств, следует, по общему правилу, исходить из единовременной уступки всех солидарных требований, как упомянутых в договоре, так и не упомянутых в нём.

Таким образом, приведенный Заявителем довод о том, что распоряжаясь своим правом требования к субсидиарному ответчику путем продажи с торгов, не выражал тем самым волю на уступку иных требований и изменении его воли оспариваемым определением, является необоснованным.

Удовлетворяя заявление о процессуальной замене, суд обеспечил соблюдение гарантии цедентом (Банком) действительности уступаемого требования исходя из существа отношений цессии, а ожидания Банка не основанные на законе не могут являться основанием для отмены судебного акта.

Банк необоснованно указывает, что Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.11.2023 по делу № А40-208525/2015, оставленным в силе Постановлением Девятого Арбитражного апелляционного суда 21.02.2024 суды признали допустимым одновременное нахождение в реестре требований кредиторов ФИО7 требования первоначального кредитора, возникшего из договора поручительства, и требования лица, приобретшего требование о субсидиарной ответственности, поскольку указанное определение не было направлено на разрешение вопроса правомерности и обоснованности нахождения в РТК должника требований ПАО «Сбербанк» и требований ИП ФИО1

Предметом данного спора являлось определение порядка распределения финансовым управляющим денежных средств, направляемых на погашение требований кредиторов, при наличии в РТК солидарных требований, принадлежащих одному кредитору и при наличии в РТК нескольких кредиторов, имеющих солидарные требования.

При этом Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 05.07.2024 № 308-ЭС22-21714(3,4,5) рассмотрела вопрос относительно перехода права требования к должнику из договора поручительства новому кредитору в результате уступки ему солидарного требования из субсидиарной ответственности, направленных на достижение одного экономического интереса, с учетом презумпции перехода к цессионарию прав, связанных с уступаемым требованием.

Учитывая закрепление законом на стороне цедента гарантии действительности уступаемого требования и, исходя из существа отношений цессии, поскольку у участников таких отношений (включая цессионария и должника) создается правомерное ожидание, что цедент, передавая принадлежащие ему права цессионарию без каких-либо оговорок, утрачивает право на получение впоследствии исполнения от должника. Такое суждение, в силу общности экономического интереса для всех солидарных требований, распространяется на эти требования, если только иное прямо не оговорено сторонами.

Таким образом, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ в определении от 05.07.2024 не изменила содержание правового регулирования указанных правоотношений, а в указанных определениях Арбитражного суда города Москвы от 01.11.2023 по делу № А40-208525/2015 и от 26.03.2025 по настоящему делу были рассмотрены различные правоотношения и их регулирование.

Основываясь на позиции Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, высказанной в Определении от 05.07.2024г. № 308-ЭС22-21714(3,4,5), суд первой инстанции верно пришел к выводу, что ПАО «Сбербанк» не может быть признан лицом, обладающим какими-либо правами требования как к гр. ФИО7, так и иным сопоручителям, в т.ч. ООО «МД Эстейт», по причине их уступки ИП ФИО1 одновременно с уступкой прав требований к гр. ФИО7 из субсидиарной ответственности в рамках дел о банкротстве ООО «МАК-ДАК» (дело № А40-104660/2015) и ЗАО «ТК «Каприз-М» (дело № А40-113824/2015).

Поскольку обязательства из поручительства, предоставленного ПАО «Сбербанк» ООО «МД Эстейт», и обязательства по долгу по субсидиарной ответственности контролирующего должника лица гр. ФИО7. – солидарные, с учетом того, что ПАО «Сбербанк» не воспользовался иным правом выбора способа распоряжения субсидиарной ответственностью, а дал согласие на продажу принадлежащего ему требования, тем самым фактически реализовав свое право получить исполнение путем продажи требования, вытекающего из субсидиарной ответственности, то к приобретателю прав по субсидиарной ответственности (ИП ФИО1) перешли и права по договорам поручительства, заключенных в том числе с ООО «МД Эстейт».

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу об их необоснованности. Апелляционная инстанция соглашается с выводами суда первой инстанции, оснований для переоценки не имеется. Суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе. Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержат.

Руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 26.03.2025 по делу № А40-114862/15 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ПАО «Сбербанк» - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья:                                                      Р.Г. Нагаев 

Судьи:                                                                                               А.А. Дурановский 

                                                                                                           А.Н. Григорьев 

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.