АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-42002/2020

г. Краснодар

17 марта 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 марта 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 17 марта 2022 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Прокофьевой Т.В., судей Драбо Т.Н. и Герасименко А.Н., при участии в судебном заседании от заявителя – ООО «Центрнефтегазстрой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО1 (доверенность от 10.07.2021), ФИО2 (доверенность от 09.09.2021), от заинтересованного лица – Южного таможенного управления (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО3 (доверенность от 27.01.2022), ФИО4 (доверенность от 24.01.2022), ФИО5 (доверенность от 19.07.2021), в отсутствие заявителя – акционерного общества «Независимая Энергетическая Компания» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и заинтересованного лица – Московской таможни (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), надлежаще извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, при рассмотрении кассационной жалобы Южного таможенного управления на решение Арбитражного суда Ростовской области от 26.05.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2021 по делу № А53-42002/2020, установил следующее.

ООО «Центрнефтегазстрой» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением к Южному таможенному управлению (далее – ЮТУ) о признании незаконными решений от 02.11.2020 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10313110/310518/0016949, 10311020/060616/0001672 (далее – спорные ДТ). Дело № А53-42002/2020. 

АО «Независимая Энергетическая Компания» (далее – АО «НЭК») обратилось  в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением к  ЮТУ и Московской таможне о признании незаконными решений от 02.11.2020 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорных ДТ и уведомления о неуплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней от 26.01.2021 № 10129000/У2021/0002134. Дело № А53?3288/2021. 

Определением от 21.04.2021 суд объединил производства по делам в одно производство с присвоением объединенному делу № А53-42002/2020. 

            Решением суда от 26.05.2021, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 21.10.2021, признаны недействительными решения ЮТУ от 02.11.2020 о внесении изменений в сведения, заявленные обществом в спорных ДТ и уведомление о неуплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней от 26.01.2021 № 10129000/У2021/0002134, как несоответствующие Таможенному кодексу Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) и законодательству Российской Федерации о таможенном деле. АО «НЭК» возвращены из федерального бюджета 3 тыс. рублей излишне уплаченной государственной пошлины. С ЮТУ взысканы в пользу общества 6 тыс. рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины и в пользу АО «НЭК» 9 тыс. рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины.

В кассационной жалобе ЮТУ просит решение суда и постановление суда апелляционной инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт. Податель жалобы указал, что согласно информации, установленной в ходе проведения таможенной проверки, ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» в качестве беспроцентного займа предоставил 297 млн рублей. В проверяемый период обществом возвращена лишь часть денежных средств ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг», что ставит под сомнение отраженную в договоре цессии от 23.03.2020 № 03/2020 цель передачи права требования оплаты задолженности ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» от общества к NCG Services Company Ltd. ПАО «Промсвязьбанк» письмом от 16.12.2019 № 132347 представлена копия ведомости банковского контроля по контракту № 16050042/3251/0000/4/1, в разделе II «Сведения о платежах» которой отсутствуют записи об осуществленных обществом платежах по контракту. По результатам анализа ведомости банковского контроля по контракту, выписки по операциям по всем счетам общества, а также иных банковских и бухгалтерских документов, не установлено фактическое перечисление денежных средств обществом в пользу NCG Services Company Ltd. (Кипр) по контракту, при этом исполнение обязательств по контракту завершено. В ходе проверки установлен единственный платеж, осуществленный на банковский счет арендодателя N.C.G. Services Company Limited (Кипр) за проверяемое оборудование. В соответствии с платежным документом от 17.12.2018, представленным АО «Райффайзенбанк», размер единовременного платежа составил 1 221 518 евро 61 цент. Данный единственный платеж за проверяемый б/у комплект гидравлического молота IHC S-280 с комплектующими и запчастями осуществило ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг», связанное с обществом. При одинаковой общей оценочной стоимости оборудования, указанной в проформах-инвойсах, наименования компонентов оборудования, содержащихся в них, и относящаяся к ним стоимость различны. Достоверно определить стоимость проверяемого оборудования в соответствии с данными документами не представляется возможным. Заключения эксперта об оценке товаров, экспортная декларация, прайс-листы изготовителя или поставщика товаров, анализ рынка стоимости товаров, а также иные документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, обществом в ходе проведения таможенной проверки не представлены. Проформа-инвойс, представленная обществом при таможенном декларировании товара по спорным ДТ, содержит сведения об общей оценочной стоимости оборудования на условиях поставки DAP-Астрахань в сумме 442 тыс. долларов США. Тогда как согласно проформе-инвойсу, представленной таможенной службой Туркменистана, стоимость оборудования на условиях поставки FCA-Хазар значительно выше и составляет 1 600 тыс. евро. Главой 5 ТК ЕАЭС не устанавливаются какие-либо специальные требования к источникам информации, используемым при определении таможенной стоимости товаров, но при этом пунктом 1 статьи 45 ТК ЕАЭС установлено, что таможенная стоимость товаров определяется на основе сведений, имеющихся на таможенной территории Союза. Коммерческие предложения, представленные обществом с пояснениями, не представлены при проведении таможенного контроля, не относятся к ввозимому товару и, соответственно, не отражают его стоимость. Ввоз проверяемого оборудования осуществлялся в счет исполнения обязательств по контракту, заключенному между обществом и компанией NCG Services Company Ltd. (Кипр). Однако коммерческие предложения представлены на приобретение гидравлических молотов у официального представителя IHC IQIP B.V. в России ООО «Тракоза Парте энд Сервисез». Перечень компонентов, входящих в состав ввезенного обществом оборудования значительно превышает компоненты оборудования, указанного в коммерческом предложении ООО «Тракоза Парте энд Сервисез». Общество не представило документы об эксплуатационных характеристиках проверяемого оборудования, его состоянии и реальном износе на момент его ввоза в Российскую Федерацию, также информацию о годе производства оборудования, что не позволяет реально оценить его техническое состояние на момент ввоза в Российскую Федерацию.  ООО «Тракоза Парте энд Сервисез» не является специализированной оценочной организацией и не может определить рыночную стоимость гидравлического молота IHC S-280 на определенную дату. В акте камеральной таможенной проверки также содержится информация о том, что согласно сведениям, содержащимся на информационном ресурсе зарегистрированных юридических лиц и индивидуальных предпринимателей «СПАРК», а также согласно сведениям ЕГРЮЛ ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» и общество вместе прямо или косвенно контролируют третьих лиц. В настоящее время ЮТУ проводится проверка соблюдения законодательства Российской Федерации в рамках возбужденного уголовного дела. В ходе проверки в соответствии с Федеральным законом от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» таможней осуществляется запросно-справочная работа.

В отзыве на кассационную жалобу общество считает обжалуемые судебные акты законными и обоснованными и просит кассационную жалобу оставить без удовлетворения.

В судебном заседании представители ЮТУ поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе. 

Представители общества в судебном заседании просили судебные акты оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, отзыва, выслушав представителей участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что судебные акты надлежит отменить в части. 

Как видно из материалов дела, в рамках контракта от 04.05.2016 № CNGS-AR-011, заключенного с компанией NCG Services Company LTD (г. Никосия, Кипр) общество по ДТ № 10311020/060616/0001672 ввезло на таможенную территорию Таможенного союза 06.06.2016 в таможенной процедуре «временный ввоз» (ИМ 53) комплект сваебойного оборудования, бывшего в эксплуатации, в том числе: товар № 1 – гидравлический молот IHC Hydrohammer, модель IHC-280, серийный номер 85220003, бывший в употреблении, для сваебойных работ; товар № 2 – контейнер офисного типа со встроенным пультом управления гидравлическим молотом IHC-280, серийный номер 6.4.0010.D09; товар № 3 – контейнер-корпус транспортировочный для перевозки гидравлического силового блока питания, серийный номер 264705. 

Комплект сваебойного оборудования 31.05.2018 задекларирован обществом в таможенной процедуре «выпуск для внутреннего потребления» (ИМ 40) по ДТ № 10311010/310518/0016949. 

При таможенном декларировании товаров по спорным ДТ таможенная стоимость определена и заявлена декларантом на основании цены, определенной в пункте 3.3 контракта от 04.05.2016 № CNGSAR-011 и спецификации № 1 к нему за товар № 1 – 20 055 870 рублей, товар № 2 – 8 690 877 рублей, товар № 3 –  635 102 рубля 55 копеек. 

Таможенное оформление товара по спорным ДТ осуществлено таможенным представителем – АО «НЭК» на основании договора от 21.10.2014 № АФЗЗО/2/14/040 о возмездном оказании транспортно-экспедиционных услуг и услуг по таможенному декларированию. 

По условиям контракта от 04.05.2016 № CNGS-AR-011 арендатору (обществу) предоставляется во временное платное пользование (аренду) б/у комплект сваебойного гидравлического оборудования IHC S-280 с запчастями согласно спецификации, приведенной в приложении № 1 контракта. Цель аренды – выполнение работ по свайному креплению опорных блоков платформы ЛСП-2 и ПЖМ-2 (пункты 1.1, 1.3 контракта). 

Передача оборудования в аренду, а также возврат из аренды осуществляется сторонами на территории стройплощадки арендатора, расположенной по адресу: Россия, 414017, 

<

...> (пункт 2.1 контракта).

Согласно пункту 2.8 контракта срок аренды оборудования предварительно – до 30.06.2017, но он может меняться по согласованию сторон, что будет оформлено дополнительным соглашением к контракту. 

Ежемесячная ставка за аренду оборудования составляла 9830 долларов США за весь комплект за каждый месяц аренды, что согласовано сторонами в пункте 3.1 контракта. Дополнительным соглашением к контракту от 22.12.2016 № 1 ставка за аренду изменена на суточную и составила 1 150 долларов США за весь комплект оборудования за каждые календарные сутки. 

Пунктом 3.3 контракта предусмотрено, что общая оценочная стоимость оборудования по контракту на условиях DAP-Астрахань, Россия (Инкотермс 2010) составляет 442 тыс. долларов США. 

В ходе проведенной камеральной таможенной проверки спорных ДТ ЮТУ установило, что обществом нарушен пункт 10 статьи 38 ТК ЕАЭС, пункт 3 статьи 2 Соглашения между Правительством Российской Федерации, Правительством Республики Беларусь и Правительством Республики Казахстан от 25.01.2008 «Об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза» (далее – Соглашение от 25.01.2018) и пункт 4 статьи 65 Таможенного кодекса Таможенного союза в части достоверности и документальной подтвержденности информации, относящейся к определению таможенной стоимости товара, задекларированного по спорным ДТ. 

По результатам проверки ЮТУ составило акт от 28.08.2020 № 10300000/210/280820/А000039, в котором отразило, что анализ технико-коммерческого предложения N.C.G. Services company Ltd на аренду оборудования от 01.02.2016 № 010216 показал, что в нем отражена лишь ставка за аренду оборудования в месяц, сведения о стоимости проверяемого оборудования отсутствуют; информационное письмо N.C.G. Services company Ltd от 18.02.2016 № 012/16 содержит сведения об оценочной коммерческой стоимости, носит исключительно справочный характер и не является документом, подтверждающим таможенную стоимость; общество представлено две проформы-инвойса с одинаковыми реквизитами от 04.05.2016 № I-AR-008-02, в которых различается стоимость и состав комплекта оборудования № 1, что не позволяет определить стоимость товаров на основе указанных документов; заключение эксперта о рыночной стоимости, справка об остаточной стоимости оборудования, экспортная декларация, прайс-листы изготовителя или поставщика товаров, анализ рынка стоимости товаров обществом не представлены; таможенная стоимость проверяемого товара, заявленная обществом, более чем в 3 раза ниже по сравнению со стоимостью, указанной в копиях экспортных таможенных документов, поданных в таможенный орган Туркменистана при его вывозе; единственным платежом за проверяемые товары в адрес N.C.G. Services company Ltd является платеж от 17.12.2018, совершенный лицом, взаимосвязанным с обществом, в сумме 1 221 518 евро 61 цент; ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг»  и общество являются юридически признанными деловыми партнерами;  общество и ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг», ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» и N.C.G. Services company Ltd являются взаимосвязанными лицами.

Учитывая изложенные обстоятельства, ЮТУ пришло к выводу, что таможенная стоимость товара, задекларированного по спорным ДТ, не может быть определена на основе представленных обществом документов; не может быть определена 1, 2, 3, 4 и 5 методами определения таможенной стоимости, тогда как за основу определения таможенной стоимости может быть принята сумма арендных платежей, уплаченных в пользу арендодателя за указанный товар ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг», как лицом, взаимосвязанным с обществом. 

ЮТУ решениями от 02.11.2020 внесла изменения (дополнения) в сведения, заявленные в спорных ДТ в части базы для исчисления таможенных платежей (таможенной стоимости) – вместо общей таможенной стоимости трех товаров в сумме 29 381 849 рублей 55 копеек указало таможенную стоимость в сумме 84 202 656 рублей 77 копеек.

Полагая, что решения таможни от 02.11.2020 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленных в спорных ДТ являются недействительными, нарушают права и законные интересы, общество и АО «НЭК» (как, лицо несущее по закону солидарную обязанность по уплате таможенных платежей) обратились в арбитражный суд с заявлением о признании их недействительными.

Судебные инстанции сделали вывод об отсутствии у таможни оснований для внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные обществом в спорных ДТ, основываясь на презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

Как указали суды, спорное оборудование ввезено на территорию Туркменистана в 2011 году, стоимость комплекта указанного оборудования составила 1 600 тыс. евро. В дальнейшем данное оборудование после эксплуатации в 2016 году вывезено из Туркменистана по указанной же стоимости. При ввозе на территорию Российской Федерации и декларировании товара заявлена таможенная стоимость 442 тыс. долларов США, которая определена декларантом шестым (резервным) методом определения таможенной стоимости товара ввиду отсутствия фактической продажи сваебойного оборудования и ценовой информации для применения иных методов определения таможенной стоимости.

В целях подтверждения заявленных в спорных ДТ сведений о таможенной стоимости товаров общество представило в таможню: контракт от 04.05.2016 № CNGS?AR-011, на основании которого арендовано временно ввезенное оборудование; спецификацию от 04.05.2016 № 1 к контракту от 04.05.2016 № CNGS-AR011; проформу-инвойс от 04.05.2016 № I-AR-008-02; информационное письмо N.C.G. Services company Ltd от 18.02.2016 № 012/16. 

Указав, что ошибочное указание данного гидравлического блока питания в составе комплекта № 1 в скорректированной проформе-инвойсе не является безусловным основанием для исключения проформы-инвойса от 04.05.2016 № I-AR-008-02 из перечня документов, учитываемых при определении таможенной стоимости, неточности в документе, допущенные контрагентом при переоформлении проформы-инвойса, не повлияли на общую оценочную стоимость оборудования, суды установили, что сведения о коммерческой стоимости товара, указанные в информационном письме N.C.G. Services company Ltd от 18.02.2016 № 012/16, также отражены в контракте от 04.05.2016 № CNGS-AR-011, заключенном впоследствии между контрагентами, пунктом 3.3 которого предусмотрено, что общая оценочная стоимость оборудования по контракту, на условиях DAP–Астрахань, Россия (Инкотермс 2010) составляет 442 тыс. долларов США.

Между тем комплект сваебойного оборудования 31.05.2018 задекларирован обществом в таможенной процедуре «выпуск для внутреннего потребления» (ИМ 40) по ДТ № 10311010/310518/0016949. 

В связи с какими обстоятельствами и документами общество заявило новую таможенную процедуру в отношении временно ввезенного по договору аренды с N.C.G. Services company Ltd (Кипр) оборудования, суды не установили, при изложении обстоятельств дела не выяснили все имеющие существенное значение для дела обстоятельства, касающиеся особенностей определения таможенной стоимости при первоначальном и последующем таможенном декларировании, и с учетом этого не определили нормы права, подлежащие применению к конкретным фактическим обстоятельствам.

При этом суды сослались на то, что спорное оборудование арендовало ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» по контракту от 16.01.2018 № CNGS-AR-020 с 01.06.2018 по 31.12.2018, ставка арендной платы – 9060 долл. США/сут. (пункт 3.1 контракта) (т. 3 дела № А53-3288/2021, л. д. 32 – 37). Не оценили суды то, что арендатором по этому контракту также выступала компания N.C.G. Services company Ltd., оборудование передано по актам приема-передачи от 01.06.2018 и в материалы дела представлены подписанные акты о приемке оказанных услуг (т. 3 дела № А53-3288/2021, л. д. 38 – 40), правовые последствия которых применительно к обстоятельствам дела не установлены.

Суды пришли к выводу, что спорное оборудование на протяжении пяти лет эксплуатировалось в Туркменистане и не подвергалось капитальному ремонту, в связи с чем снижение коммерческой стоимости такого оборудования составляет от 40% до 80% от цены нового оборудования, поставляемого производителем. Кроме того, истек срок полезного использования оборудования, а также снижена остаточная стоимость оборудования по истечении пяти лет эксплуатации, что следует из положений части 1 статьи 258, пункта 2 статьи 259.1 Налогового кодекса Российской Федерации, постановления Правительства Российской Федерации от 01.01.2002 № 1 «О Классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы». При этом, сведения об остаточной стоимости оборудования на момент ввоза на территории Таможенного союза, представлялись декларантом, а также арендодателем спорного оборудования, компанией N.C.G. Services company Ltd при проведении камеральной таможенной проверки, что подтверждается письмом общества от 28.02.2020 № 2/2-20, направленным в ЮТУ.

При этом суды сослались на заключение аудиторской компании WTORMA от 01.09.2020 № 58, коммерческие предложения на поставку новых и бывших в употреблении гидравлических молотов компании-производителя спорного оборудования IHC IQIP B.V. (Нидерланды), информационные письма официального представителя производителя оборудования в России – ООО «Тракоза Партс энд Сервисез» от 05.02.2021 № 11\19\20И, письма компании-арендодателя оборудования N.C.G. Services company Ltd. При этом суды не установили, какие из этих документов представлены в подтверждение таможенной стоимости как на стадии таможенного декларирования, так и при камеральной проверке.

Согласно части 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном данным кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы (часть 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Частями 4, 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определено, что каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Суд оценивает доказательства исходя из требований частей 1, 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при этом по результатам оценки доказательств суду необходимо привести мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства (часть 7 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем в нарушение положений главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суды не проверили и не дали надлежащей оценки доводам таможни о том, что коммерческие предложения на поставку новых и бывших в употреблении гидравлических молотов компании-производителя спорного оборудования IHC IQIP B.V. (Нидерланды), информационные письма официального представителя производителя оборудования в России – ООО «Тракоза Партс энд Сервисез» от 05.02.2021 № 11\19\20И, письма компании-арендодателя оборудования N.C.G. Services company Ltd. содержат лишь общую информацию, по которой невозможно установить степень износа и снижение коммерческой стоимости конкретного оборудования, с учетом этого часть из этих документов вообще не являются относимыми и достоверными доказательствами, подтверждающими действительную таможенную стоимость, а с учетом довода таможни о взаимосвязанности сторон контракта информация компании-арендодателя оборудования N.C.G. Services company Ltd должна быть подтверждена доказательствами, объективно свидетельствующими о реальных стоимостных характеристиках тех экономических показателей, которые являются основанием для определения таможенной стоимости и подтверждают ее как достоверную. Анализ технико-коммерческого предложения N.C.G. Services company Ltd на аренду оборудования от 01.02.2016 № 010216 показал, что в нем отражена лишь ставка за аренду оборудования в месяц, сведения о стоимости проверяемого оборудования отсутствуют. 

Не оценили суды и заявление общества на странице 4 возражений общества на акт камеральной таможенной проверки (т. 3 дела № А53-3288/2021, л. д. 51) о том, что оно на момент оформления временного ввоза действительно не располагало сведениями об остаточной стоимости оборудования, впервые ответ на этот вопрос отражен в письме филиала компании-арендодателя оборудования N.C.G. Services company Ltd от 28.02.2020 № Т-069/20. 

Проверяя довод таможни о взаимосвязанности, суд апелляционной инстанции указал, что в рассматриваемом случае таможенная стоимость товара не заявлялась обществом по цене сделки путем применения первого метода, таможенная стоимость товара согласно оспариваемым решениям определена декларантом шестым (резервным) методом определения таможенной стоимости товара, обществом представлены документы и пояснения, подтверждающие заявленную таможенную стоимость, при изложенных обстоятельствах, наличие или отсутствие взаимосвязанности в рассматриваемом случае не влияет на размер таможенной стоимости товара. Между тем суды не установили и в судебных актах не отразили, какой конкретно метод определения таможенной стоимости и при каком декларировании использовало общество, какой конкретно документ подтверждает заявленный им размер таможенной стоимости. Суды указали, что ЮТУ решениями от 02.11.2020 внесла изменения (дополнения) в сведения, заявленные в спорных ДТ в части базы для исчисления таможенных платежей (таможенной стоимости) – указав новую стоимость вместо общей таможенной стоимости трех товаров в сумме 29 381 849 рублей 55 копеек, однако не указали какой сумме в валюте соответствует эта стоимость в рублевом эквиваленте: 442 тыс. долларов США – общая оценочная стоимость оборудования из пункта 3.3 контракта от 04.05.2016 № CNGS-AR-011 или 659 588 долларам 67 центам – стоимость арендной платы по данному контракту за период с 09.06.2016 по 31.05.2018. 

Кроме того, общий вывод суда апелляционной инстанции о невозможности учета критерия взаимосвязанности при определении таможенной стоимости товара шестым (резервным) методом не соответствует положениям пунктов 1 и 2 статьи Соглашения от 25.01.2008 (утратил силу с 01.01.2018) о гибком характере данного метода: в случае если таможенная стоимость товаров не может быть определена в соответствии со статьями 4, 6 – 9 данного Соглашения, таможенная стоимость оцениваемых (ввозимых) товаров определяется на основе данных, имеющихся на таможенной территории Таможенного союза, путем использования методов, совместимых с принципами и положениями Соглашения от 25.01.2008; методы определения таможенной стоимости товаров, используемые в соответствии со статьей 10 Соглашения от 25.01.2008, являются теми же, что и предусмотренные в статьях 4, 6 – 9 данного Соглашения, однако, при определении таможенной стоимости в соответствии со статьей 10 Соглашения от 25.01.2008 допускается гибкость при их применении. В свою очередь это может свидетельствовать о недопустимости использования стоимости предмета аренды в случае взаимосвязи арендатора и арендодателя в значении «взаимосвязанные лица», установленном пунктом 1 статьи 3 Соглашения от 25.01.2008, если декларант не докажет, что такая взаимосвязь не повлияла на формирование цены аренды. Аналогичные положения содержит статья 45 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза, вступившего в силу с 01.01.2018. Кроме того, понятие «взаимосвязанные лица» используется для целей всей главы 5 «Таможенная стоимость товаров» (статья 37 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза). Аналогичным образом статья 3 Соглашения от 25.01.2008 значение понятия «взаимосвязанные лица» распространяла на все положения Соглашения от 25.01.2008, а не только на положения в рамках регламентации первого метода определения таможенной стоимости. 

С учетом изложенного подлежали исследованию и оценке судами доводы таможенных органов и приведенные ими доказательства о наличии взаимосвязанности, что в свою очередь позволяло установить или исключить основания таможенного органа полагать, что общая стоимость договора аренды не является реальной стоимостью предмета аренды.

Между тем анализ судом первой инстанции доводов таможни о взаимосвязанности не может быть признан полным, последовательным и отражающим все обстоятельства, с которыми таможенный орган связал свои выводы о наличии взаимосвязи на страницах 9 – 10 оспариваемых решений (т. 2 по делу № А53-42002/2020, л. д. 112 – 113, 127 – 128). Кроме того, в акте камеральной проверки содержится вывод о взаимосвязанности не только общества и ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг», но и ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» и N.C.G. Services company Ltd., доводов о прямой взаимосвязанности сторон контракта от 04.05.2016 № CNGS-AR-011 таможенные органы не заявляли, вывод суда апелляционной инстанции в этой части не соответствует материалам дела.

Суды установили, что таможенная стоимость комплекта бывшего в употреблении гидромолота IHC-280, который находился в эксплуатации с 2011 года по 2016 год на территории Туркменистана, определена ЮТУ в размере 1 221 518 евро 61 цент, что составляет 76% стоимости этого оборудования при его ввозе в Туркменистан в 2011 году и соответствует, по мнению таможни, платежу в связи с арендой спорного оборудования. Таможенные органы в этом случае посчитали, что в данном случае подлежит определению таможенная стоимость товара с учетом разъяснений, приведенных в письме ФТС России от 19.11.2008 № 05-33/48386, резервным методом, исходя из суммы арендных (лизинговых) платежей, рассчитанная на весь срок полезного использования объекта аренды (предмета лизинга), если договором аренды (лизинга) не предусмотрен переход права собственности к арендатору (лизингополучателю). Суд первой инстанции установил, что из преамбулы данного письма следует, что указанные разъяснения касаются товаров, ввозимых по договору аренды, а, следовательно, и расчет таможенной стоимости допускается производить исходя из договора аренды (лизинга), по которому указанный товар завозился, однако таможенный орган при определении стоимости оборудования принял во внимание сумму платежей за аренду указанного оборудования не по контракту общества с компанией N.C.G. Services company Ltd от 04.05.2016 № CNGS-AR011, в рамках которого производился ввоз и декларирование товара, а по иному договору аренды (контракту от 16.01.2018 № CNGS-AR-020), заключенному в иной период (с 01.06.2018), с иным лицом (ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг»), а также на условиях, существенно отличающихся от контракта от 04.05.2016 № CNGS-AR011. 

Суды указали, что стоимость аренды оборудования согласно актам о приемке оказанных услуг по контракту от 16.01.2018 № CNGS-AR-020 между ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» и компанией N.C.G. Services company Ltd составила 1 386 180 долларов США, которые 17.12.2018 уплачены ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» в адрес компании N.C.G. Services company Ltd. 

Суды, приняв во внимание пояснения декларанта, представленные также в таможенный орган в рамках возражений на акт камеральной таможенной проверки о том, что между обществом, ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» и N.C.G. Services company Ltd не существует соглашений о том, что платеж ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» от 17.12.2018 в сумме 1 221 518 евро 61 цент осуществлялся в счет погашения долга общества перед N.C.G. Services company Ltd, согласились с тем, что срок погашения 45 822 020 рублей 66 копеек – эквивалент 659 588 долларов 67 центов США задолженности общества по контракту от 04.05.2016 № CNGS-AR011 соглашением о погашении долговых обязательств от 09.01.2019, заключенным между обществом и N.C.G. Services company Ltd, определен сторонами до 31.12.2021, и этот долг погашен 23.03.2020 на основании договора цессии между обществом и N.C.G. Services company Ltd от 23.03.2020 № 03/2020, по условиям которого общество, имея задолженность перед N.C.G. Services company Ltd, в сумме 245 534 193 рубля 37 копеек (в том числе по контракту от 04.05.2016 N CNGS-AR-011 в сумме 45 822 020 рублей 66 копеек), уступает в счет указанной задолженности права требования к ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» по трем договорам на общую сумму 245 534 193 рубля 37 копеек. В бухгалтерском учете общества кредиторская задолженность перед NCG Services Company Ltd. (Кипр, Никосия) списана в 3 квартале 2020 года.

При этом данные обстоятельства, отражение обществом в бухгалтерских документах 31.12.2018 взаимозачета задолженности по контракту общества с N.C.G. Services company Ltd, а также значительное стоимостное превышение суточной ставки аренды, взятые на себя ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг», ставки, по которой оборудование ранее арендовано обществом, доводы таможни подлежали исследованию и оценке в совокупности с иными обстоятельствами по делу, в том числе с учетом довода таможни о взаимосвязанности участников этих отношений, что в свою очередь было использовано в целях занижения таможенной стоимости при декларировании обществом. Не установили суды, кто и где фактически эксплуатировал ввезенное обществом оборудование, с учетом этого не отразили, у кого имелась действительная необходимость в эксплуатации этого оборудования, в том числе на момент его декларирования обществом. Остались без внимания судов и факт покупки обществом спорного оборудования у N.C.G. Services company Ltd по контракту от 15.01.2019 (после возникновения у ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» прямых арендных отношений с N.C.G. Services company Ltd), который расторгнут дополнительным соглашением от 06.12.2019 уже после получения уведомления ЮТУ от 23.10.2019 № 12.4-24/18967 (т. 1 по делу № А53-42002/2020, л. д. 126 – 127) о проведении камеральной таможенной проверки общества. Аналогичным образом суды воздержались от оценки отраженных в обжалуемых решениях возражений таможенного органа относительно действительности задолженности ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» по денежным обязательствам, права на которую переданы по договору цессии между обществом и N.C.G. Services company Ltd от 23.03.2020 № 03/2020 в счет погашения задолженности общества по контракту от 04.05.2016 № CNGS-AR-011.

При таких обстоятельствах нельзя признать правомерным вывод судебных инстанций о том, что задолженность по арендной плате, возникшая по контракту, по которому ввезено задекларированное оборудование, погашена не платежом ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» в адрес N.C.G. Services company Ltd от 17.12.2018.

Вывод судов о том, что снижение стоимости спорного оборудования составляет 40 – 80% ввиду его эксплуатации на протяжении 5 лет, входит в противоречие с доводами общества о том, что оборудование почти не использовалось в период арендных отношений общества с N.C.G. Services company Ltd (именно этим представитель общества  объяснил в судебном заседании кассационной инстанции разницу в размере ставки аренды по двум договорам, последовательно заключенным N.C.G. Services company Ltd сначала с обществом, а затем ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг»). В разрезе данных пояснений факт заключения и исполнения договора аренды сам по себе не может подтверждать размер износа предмета аренды.

Изложенные обстоятельства привели к недостаточно полному исследованию доказательств и принятию неправильных и необоснованных судебных актов в части удовлетворения заявленных требований и взыскания с ЮТУ судебных расходов, что является основанием для их отмены в силу части 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Кассационная инстанция не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении либо были отвергнуты судом, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими и о том, какая норма материального права должна быть применена (часть 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Таким образом, процессуальный закон, определяя пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции, не предоставил ему права исследовать и оценивать доказательства, которые ранее не были предметом исследования (оценки). 

            При таких обстоятельствах дело в отмененной части надлежит направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции, в ходе которого суду следует устранить отмеченные недостатки, истребовать документы и доказательства, в полном объеме исследовать доводы лиц, участвующих в деле, представленные доказательства, дать им надлежащую оценку с учетом норм действующего законодательства, а также разрешить вопрос о распределении судебных расходов.

            Судебные акты в части в части возврата АО «НЭК» из федерального бюджета 3 тыс. рублей излишне уплаченной государственной пошлины законны и обоснованы и отмене или изменению не подлежат.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 26.05.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2021 по                                             делу № А53-42002/2020 оставить без изменения в части возврата акционерному обществу «Независимая энергетическая компания» из федерального бюджета 3 тыс. рублей излишне уплаченной государственной пошлины.

            В остальной части судебные акты по делу отменить. В отмененной части дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ростовской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                                                   Т.В. Прокофьева

Судьи                                                                                                 А.Н. Герасименко

                                                                                                            Т.Н. Драбо