АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень Дело № А75-19724/2024  

Резолютивная часть постановления объявлена 24 июля 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 31 июля 2025 года.  

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе: 

председательствующего Мальцева С.Д., судей Крюковой Л.А., Мельника С.А.  

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц- связи и веб-конференции при ведении протокола помощником судьи Акопян Э.Л. кассационную жалобу государственного казенного учреждения Тюменской области «Управление капитального строительства» на решение от 07.02.2025 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры (судья Голубева Е.А.) и постановление от 07.04.2025 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Солодкевич Ю.М., Рожков Д.Г., Тетерина Н.В.) по делу № А75-19724/2024 по иску государственного казенного учреждения Тюменской области «Управление капитального строительства» (625000, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Развитие медицины» (111024, город Москва, городской муниципальный округ Лефортово, шоссе Энтузиастов, дом 7, этаж 2, комната 2А, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании денежных средств.  

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, – казенное учреждение Ханты-Мансийского автономного округа – Югры «Управление капитального строительства» (628011, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), общество с ограниченной ответственностью «Страйкер» (125167, 

<

...>, этаж 3, помещение 1, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).  

В судебном заседании посредством использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры (судья Сурова А.В.) приняла участие представитель государственного казенного учреждения Тюменской области «Управление капитального строительства» ФИО1 по доверенности от 09.01.2025;  

Посредством системы веб-конференции в судебном заседании участвовали представители общества с ограниченной ответственностью «Развитие медицины» – 

ФИО2 по доверенности от 03.10.2024, ФИО3 по доверенности от 03.10.2024.  

Суд установил: 

государственное казенное учреждение Тюменской области «Управление капитального строительства» (далее – истец, учреждение) обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Развитие медицины» (далее – ответчик, общество) о взыскании 2 807 620 руб. 50 коп. пени по государственному контракту от 31.05.2023 № 0167200003423002866-18/23к (далее – контракт), начисленной за период с 30.08.2023 по 19.09.2024 за нарушение сроков поставки товара.  

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: казенное учреждение Ханты-Мансийского автономного округа – Югры «Управление капитального строительства», общество с ограниченной ответственностью «Страйкер» (далее – общество «Страйкер», вместе именуемые – третьи лица).  

Решением от 07.02.2025 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, оставленным без изменения постановлением от 07.04.2025 Восьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении иска отказано.  

Не согласившись с результатами рассмотрения дела, истец обратился с кассационной жалобой, в которой просит решение и постановление отменить, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить исковые требования в полном объеме.  

В доводах кассационной жалобы учреждение указывает, что применение экономических санкций к Российской Федерации не может квалифицироваться как обстоятельство непреодолимой силы, полагает, что документы, подтверждающие утрату права деятельности во взаимодействии с российскими предпринимателями и прекращение поставок оборудования на территорию Российской Федерации, в материалах дела отсутствуют, такими документами может являться исключительно заключение торгово-промышленной палаты, считает, что, поскольку уведомление о готовности принять товар направлено в мае 2023 года, срок передачи товара нарушен поставщиком с 30.08.2023.  

В отзыве, приобщенном судом округа к материалам дела (статья 279 АПК РФ), ответчик возражает против доводов, изложенных в кассационной жалобе.  

Представители сторон в судебном заседании выступили с объяснениями.  

Учитывая надлежащее извещение третьих лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 АПК РФ рассматривается в их отсутствие.  

Проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность принятых по делу судебных актов, суд кассационной инстанции приходит к следующему.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, между учреждением (заказчик) и обществом (поставщик) заключен контракт, по условиям которого поставщик  

обязуется в порядке и сроки, предусмотренные контрактом, осуществить поставку медицинских изделий (оборудование для обработки костной ткани с принадлежностями ОКПД2 32.50.50.190 2021 – 2023 года выпуска, товарный знак «Stryker», далее – оборудование, изделие, товар) в соответствии со спецификацией и надлежащим образом оказать услуги по доставке, разгрузке, сборке, установке, монтажу, вводу оборудования в эксплуатацию, обучению правилам эксплуатации, обслуживания и инструктажу специалистов получателя, а заказчик – в порядке и сроки, согласованные контрактом, принять и оплатить товар и надлежащим образом оказанные услуги.  

Производителем изделия является иностранное юридическое лицо «Страйкер Инструментс, подразделение компании Страйкер Корпорейшен», Stryker Instruments, Division of Stryker Corporation, 4100 East Milham Avenue, Kalamazoo, MI 49001-6797, USA».  

Место поставки товара: 

<

...>, объект капитального строительства: «Центральная больница на 1100 коек в городе Нижневартовске (1, 2 очереди)» 1 очередь (пункт 1.3 контракта).  

Поставка оборудования осуществляется одной партией в срок до 30.08.2023. Фактической датой поставки изделий и оказания услуг считается дата размещения в единой информационной системе документа о приемке, подписанного заказчиком (пункты 5.1, 5.2 контракта).  

В соответствии с пунктом 11.9 контракта за каждый день просрочки исполнения поставщиком обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения срока исполнения обязательств, начисляется в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от цены контракта (отдельного этапа исполнения контракта), уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом (соответствующим отдельным этапом исполнения контракта) и фактически исполненных.  

Министерством торговли Соединенных Штатов Америки (далее – Минторг США) 23.05.2023 введены ограничительные торговые меры, в связи с которыми для осуществления спорной поставки необходимо получение специальной лицензии Европейского Союза на экспорт товаров на территорию Российской Федерации.  

Обществом «Страйкер» (официальный представитель производителя на территории России) направлено письмо обществу с ограниченной ответственностью «Сентри» (первоначальному поставщику), с которым общество заключило договор для последующей перепоставки оборудования в адрес учреждения в рамках контракта, о невозможности поставки товара.  

Ссылаясь на то, что ответчиком изделия своевременно не поставлены, произведя расчет пени, направив претензию, оставленную без удовлетворения, истец обратился в арбитражный суд с иском.  

Рассматривая спор, суды руководствовались статьями 1, 5, 8, 307, 309, 310, 329, 330,  

401, 406, 521, 506 – 526, 531, 532 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьями 34, 112 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ), пунктами 8, 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7).  

Суд первой инстанции, установив, что на момент проведения закупки и определения победителя отсутствовали препятствия для поставки являющегося предметом закупки нового медицинского импортного оборудования, констатировав наличие причинной связи между санкциями, введенными иностранными государствами, и невозможностью передачи товара, перемещения его комплектующих на территорию Российской Федерации, признал данные события обстоятельствами непреодолимой силы, не позволяющими исполнить должным образом обязательства, пришел к выводу об отсутствии вины ответчика в нарушении срока поставки, отказал в иске.  

Апелляционная коллегия, соглашаясь с выводами Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, учла, что продукция под товарным знаком «Stryker» может быть ввезена на территорию Российской Федерации исключительно официальным дистрибьютером, признала уникальность оборудования, которое не может быть приобретено ни в других странах, ни на территории Российской Федерации, поддержала выводы о наличии непреодолимых обстоятельств, не находящихся в сфере контроля поставщика и препятствующих исполнению обязательства.  

По результатам оценки доводов, приведенных в кассационной жалобе, которыми ограничивается рассмотрение дела судом кассационной инстанции (часть 1 статьи 286 АПК РФ, определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.12.2016 № 302-ЭС15-17338), суд округа не находит оснований для удовлетворения притязаний заявителя, исходя из следующих положений законодательства и разъяснений судебной практики.  

Согласно статьям 454, 506 ГК РФ обязательственное правоотношение по договору поставки состоит из двух основных встречных обязательств, определяющих тип этого договора: обязательства поставщика передать в обусловленный срок производимые или закупаемые товары для использования в предпринимательской деятельности или иных целях, не связанных с личным, семейным, или иным подобным использованием, а также покупателя – их принять и оплатить (пункт 1 статьи 328 ГК РФ).  

По смыслу приведенных норм материального права, а также исходя из требований процессуального закона (статья 9, 65 АПК РФ), при возникновении между сторонами спора относительно надлежащего исполнения условий синаллагматического (двусторонне обязывающего) договора поставки на учреждение возлагается обязанность доказать факт перечисления денежных средств (иного пополнения имущественного фонда контрагента), а на общество – факт осуществления поставки обусловленного соглашением сторон  

оборудования на эквивалентную сумму.  

Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с его условиями и требованиями закона, правовых актов, а при их отсутствии – в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями (статья 309 ГК РФ).  

Неустойка, определение которой содержится в пункте 1 статьи 330 ГК РФ, выполняя обеспечительную функцию, вместе с тем является мерой ответственности и направлена на компенсацию возможных потерь кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением другой стороной своего обязательства (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.01.2018 № 310-ЭС17-11570), она может быть установлена сторонами договора за нарушение любого обязательства, исполнение которого предусмотрено договором, что следует из правовых позиций Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, высказанных в постановлениях от 13.10.2011 № 5531/11, от 12.02.2013 № 13585/12, от 08.04.2014 № 16973/13.  

Согласно пунктам 6, 7, 8 статьи 34 Закона № 44-ФЗ в случае просрочки исполнения поставщиком обязательств, предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств, предусмотренных контрактом, заказчик направляет последнему требование об уплате неустоек.  

Законодательством установлен повышенный стандарт поведения субъектов, осуществляющих предпринимательскую деятельность, в гражданских правоотношениях (пункт 3 статьи 401 ГК РФ), предполагающий необходимость повышенной осмотрительности при приобретении и осуществлении ими гражданских прав, несоблюдение которого предполагает отнесение на субъекта предпринимательской деятельности соответствующих негативных последствий (определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.06.2016 № 308-ЭС14-1400).  

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ, пункт 5 Постановления № 7).  

Из положений пункта 8 Постановления № 7 следует, что требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях; если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий; не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей.  

По смыслу приведенного толкования положений пункта 3 статьи 401 ГК РФ именно такие обстоятельства входят в предмет доказывания при разрешении вопроса о наличии оснований, исключающих ответственность нарушившего обязательство должника.  

Юридическая квалификация обстоятельства как непреодолимой силы возможна только при одновременном наличии совокупности приведенных существенных характеристик (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2015 № 306-ЭС14-7853).  

Действительно, положения статьи 401 ГК РФ исключают из перечня приведенных обстоятельств нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, у должника необходимых денежных средств. Иными словами, принимая на себя соответствующие обязательства, разумный должник должен заранее обеспокоиться судьбой вмененного ему исполнения, учитывать риски нарушения его контрагентами принятых на себя обязательств.  

Однако введение иностранным государством запретов и ограничений в области предпринимательской деятельности, а также иных ограничительных и запретительных мер, действующих в отношении Российской Федерации или российских хозяйствующих субъектов, если такие меры повлияли на выполнение указанными лицами обязательств, может относиться к числу непредотвратимых обстоятельств (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.11.2023 № 305-ЭС23-11869).  

При этом необходимо учитывать, что обстоятельства явной невозможности исполнения обязательства, обусловленные введением ограничительных и запретительных мер, не исключают обязанности должника по совершению разумных и ожидаемых действий, направленных на исполнение обязательства либо прекращение договорной связи, исключающих извлечение последним каких-либо преимуществ, обусловленных наступившими обстоятельствами.  

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание требований и возражений, несет риск наступления последствий совершения или несовершения им процессуальных действий (статьи 9, 65 АПК РФ).  

Вопреки аргументам кассатора, судами верно учтено, что на момент подведения результатов торгов и заключения контракта каких-либо препятствий для реализации поставки спорного оборудования не имелось, требование об иностранном лицензировании, в значительной степени увеличивающее сроки исполнения обществом обязательства, не существовало, его действие не могло быть учтено ответчиком при вступлении в договорную связь, поставляемые изделия согласовано сторонами как уникальная продукция товарного знака «Stryker», передаваемый товар экспортируется на территорию Российской Федерации исключительно официальным дистрибьютером – производителем, альтернативные источники его приобретения объективно отсутствуют.  

Применительно к обстоятельствам настоящего спора судами исследованы и оценены доказательства, подтверждающие невозможность своевременной доставки изделий из Соединенных Штатов Америки в Российскую Федерацию: представленные сведения с сайта Минторга США, официальные ответы дистрибьютера, содержание которых под сомнение истцом не поставлено.  

В целях проверки возможности закупки поставляемого оборудования из иных  

источников судами соотнесен идентификационный код оборудования с кодами, в отношении которых предусмотрено обязательное лицензирование, сделан обоснованный вывод о наличии препятствий, не позволяющих в указанный в иске период исполнить ответчику обязательства по обстоятельствам, находящимся вне сферы его контроля.  

Судами установлено, что поставщик последовательно и неоднократно предпринимал действия, направленные на информирование заказчика о возникших обстоятельствах, мероприятиях, предпринимаемых в целях получения лицензии, взаимодействии с американской компанией «Stryker», представляемой в Российской Федерации обществом «Страйкер», учтена представленная в материалы дела переписка (письма от 24.08.2023 25.12.2023, 14.02.2024, 04.04.2024, 09.04.2024, 17.04.2024, 08.08.2024), подтверждающие действия производителя по отказу от обработки заказов на товары, которые могут быть предметом оформления лицензии на экспорт в Российскую Федерацию, последовательном получении лицензии № D1344333 на ввоз продукции по контракту.  

Итоги кассационной проверки не могут отвергать фактические обстоятельства, которые суды сочли доказанными, основываться на иной оценке представленных доказательств, поскольку обратное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 АПК РФ, о существенном нарушении норм процессуального права и о нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле (определение Верховного Суда Российской Федерации от 13.09.2016 № 305-ЭС16-7224).  

Учитывая изложенное, суд округа резюмирует, что суды обоснованно констатировали, что по итогам принятия Минторгом США и Европейским Союзом ограничительных мер возникли чрезвычайные и непредотвратимые обстоятельства, препятствующие обществу поставить учреждению предусмотренное контрактом оборудование.  

По результатам правильного распределения судами бремени доказывания юридически важных обстоятельств, презумпция виновности опровергнута достаточными и убедительными доказательствами, невозможность исполнения обязательства ответчиком применительно к исковому периоду установлена с соблюдением статей 71, 168 АПК РФ.  

Вопреки аргументам учреждения, соответствующие обстоятельства, предопределяющие правовые выводы относительно правомерности начисления неустойки, могут быть установлены с учетом совокупности относимых и допустимых доказательств (статьи 67, 68 АПК РФ), отсутствие заключения торгово-промышленной палаты не исключает возможности их установления, равно как и квалификации в качестве форс-мажора (часть 5 статьи 71 АПК РФ).  

Доводы учреждения о необходимости начисления пени с предусмотренной договором даты поставки товара отклоняются кассационной коллегией ввиду установленных судами обстоятельств, исключающих возможность ее начисления, как не опровергающие обоснованности итоговых выводов, сделанных с должным соблюдением  

норм процессуального права применительно к конкретным обстоятельствам настоящего спора.  

Арбитражные суды всесторонне и полно исследовали материалы дела, дали надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применили нормы материального права, подлежащие применению, не допустили нарушений процессуального закона. Выводы, содержащиеся в решении и постановлении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для их переоценки не имеется.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено, судами указанных нарушений не допущено.  

Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит. 

В силу наличия у заявителя льготы на обращение в арбитражный суд вопрос о распределении судебных расходов по кассационной жалобе коллегией не разрешается.  

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа  

постановил:

решение от 07.02.2025 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры и постановление от 07.04.2025 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А75-19724/2024 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий С.Д. Мальцев  

Судьи Л.А. Крюкова  

 С.А. Мельник