АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-19197/2021

г. Новосибирск

15 апреля 2022 года

Резолютивная часть решения объявлена 08 апреля 2022 года

Полный текст решения изготовлен 15 апреля 2022 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Лузаревой И.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Оптимус», с. Хабары (ИНН 

<

***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Страховая Компания «Согласие», г. Москва (ИНН 

<

***>)

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: 1) общество с ограниченной ответственностью «МБ-ФАСТАР», 2) ФИО2,

о взыскании убытков по договору страхования в размере 2 353 352 рублей 70 копеек,

при участии в судебном заседании представителей:

от истца: ФИО3 по доверенности от 24.08.2021, диплом, паспорт,

от ответчика: ФИО4 по доверенности №278/Д от 01.02.2022, диплом ИВС 0633826, от 19.06.2003, паспорт,

от третьих лиц: 1) ФИО5 по доверенности № 3 от 01.03.2022, паспорт, 2) не явился, извещен,

                                            у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Оптимус (ООО «Оптимус») обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Страховая Компания «Согласие» (ООО «СК «Согласие») о взыскании убытков в размере 2 353 352 рублей 70 копеек.

В обоснование предъявленных требований истец сослался на следующие обстоятельства нашедшие с вое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

ООО «Оптимус» является владельцем автомобиля Мерседес G-класс VIN 

<

***>. 

08.07.2020 между истцом и ответчиком заключен договор добровольного страхования (КАСКО), что подтверждается полисом страхования транспортного средства серии 207391 № 202415008/20-ТЮ от 08.07.2020.

 Указанный договор заключен в соответствии с Правилами страхования от 17.08.2019 (далее по тексту - Правила страхования), утвержденными генеральным директором ООО «СК «Согласие». 

Согласно договору страхования выплата страхового возмещения осуществляется посредством ремонта на СТОА по выбору страховщица (ответчика).

22.12.2020 автомобиль истца попал в дорожно-транспортное происшествие  (далее –ДТП). О данном ДТП истец уведомил ответчика, который, в свою очередь, сообщил истцу о необходимости доставить автомобиль на СТОА ООО «МБ-ФАСТАР» (СТОА страховщика), расположенную по адресу: 

<

...>. В тот же день на основании акта приёма автомобиля к предварительному заказу-наряду № МФМ0000020838 истец предал ООО «МБ-ФАСТАР» (СТОА страховщика) автомобиль. Автомобиль был доставлен на эвакуаторе и передан для ремонта после ДТП, имевшего место в день передачи автомобиля.

В феврале 2021 года ответчик уведомил истца о том, что от СТОА поступил запрос на согласование скрытых повреждений. Как выяснилось, под скрытыми повреждениями подразумевалось заклинивание двигателя внутреннего сгорания (далее – ДВС) автомобиля.

Письмом №612677-03/УБ от 30.03.2021 ответчик уведомил истца об отказе в выплате страхового возмещения в части повреждений двигателя внутреннего сгорания со ссылкой на заключение эксперта ООО «М-ГРУПП» № 248451/20 от 15.03.2021, согласно которому причиной поломки двигателя является масляное голодание, произошедшее по вине водителя, несвоевременно заглушившего двигатель, само же повреждение двигателя автомобиля, как указал ответчик,  относится к страховому случаю. 

В ответ на указанное уведомление истец предложил провести независимую экспертизу за свой счет, поскольку с выводами заключения ООО «М-ГРУПП» был не согласен (письмо от 15.04.2021). О дате и времени проведения экспертизы, а также о вопросах, поставленных перед экспертом, ответчик был уведомлен письмом от 17.05.2021.

В ответ на письмо истца от 15.04.2021 о несогласии с отказом в выплате страхового возмещения и проведения независимой экспертизы ответчик направил истцу письмо № 675607-03/УБ от 21.04.2021, которым сообщил, что СТОА страховщика готова завершить ремонт автомобиля, осуществив его сборку с неисправным двигателем, либо истец должен оплатить ремонт ДВС. Ввиду изложенного, истец был вынужден самостоятельно оплатить замену двигателя автомобиля.

18.05.2021 на территории СТОА был произведен экспертный осмотр автомобиля. Согласно заключению эксперта НПЦ «Нолтекс» № 01/04-2021 от 04.06.2021 причиной повреждения двигателя автомобиля Мерседес G-класс идентификационный номер (VIN): 

<

***> является его непродолжительная работа в режиме масляного голодания (недостаточном количестве масла, подаваемого к сопряжениям двигателя) в связи с разрывом маслопровода соединения дополнительного радиатора охлаждения системы смазки и разгерметизацией данной системы. Отказ двигателя внутреннего сгорания автомобиля Мерседес G-класс (VIN 

<

***>) связан с разрывом маслопровода соединения дополнительного радиатора охлаждения системы смазки и разгерметизацией данной системы, образованных в результате ДТП, произошедшего 22.12.2020. Соответственно, отказ двигателя внутреннего сгорания является следствием повреждений, полученных автомобилем Мерседес G-класс (VIN 

<

***>) в ДТП, произошедшего 22.12.2020. У водителя автомобиля Мерседес G-класс (VIN 

<

***>) отсутствовала техническая возможность предотвратить развитие неисправностей (негативных последствий), обусловивших отказ двигателя данного автомобиля.

Указанные в заключении выводы эксперта НПЦ «Нолтекс» (ИП ФИО6) полностью опровергают выводы эксперта ООО «М-ГРУПП», изложенные в заключении № 248451/20 от 15.03.2021, на основании которых ответчик отказал истцу в ремонте двигателя автомобиля в рамках договора добровольного страхования (КАСКО). 

В соответствии со ст. 3 Закона РФ от 27.11.1992 N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" страхование осуществляется в форме добровольного страхования и обязательного страхования. Добровольное страхование осуществляется на основании договора страхования и правил страхования, определяющих общие условия и порядок его осуществления. Правила страхования принимаются и утверждаются страховщиком или объединением страховщиков самостоятельно в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и настоящим Законом и содержат положения о субъектах страхования, об объектах страхования, о страховых случаях, о страховых рисках, о порядке определения страховой суммы, страхового тарифа, страховой премии (страховых взносов), о порядке заключения, исполнения и прекращения договоров страхования, о правах и об обязанностях сторон, об определении размера убытков или ущерба, о порядке определения страховой выплаты, о случаях отказа в страховой выплате и иные положения. 

В силу п. 1 ст. 929 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за определенную плату при наступлении предусмотренного в договоре страхования страхового события возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно п. 3.3. Правил страхования страховым случаем является совершившееся событие из числа указанных в п.п. 3.1.1-3.1.4 настоящих Правил и предусмотренное договором страхования, приведшее к утрате (гибели), повреждению застрахованного транспортного средства (ТС) и (или) установленного на нём ДО, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю (выгодоприобретателю).

Как следует из п. 3.1.1.1. Правил страхования дорожно-транспортное происшествие (ДТП) - событие, возникшее в процессе движения застрахованного ТС по дороге и с его участием под управлением указанных в договоре страхования лиц, имеющих действующее право на управление ТС соответствующей категории и не находящихся в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения до ДТП или до прохождения медицинского освидетельствования: наезд, опрокидывание, столкновение и тому подобное, включая повреждение другим механическим ТС на стоянке, в том значении, в котором данное понятие используется в Правилах дорожного движения, действующих в РФ на дату наступления страхового случая, если договором страхования не предусмотрено иное;

Принимая во внимание заключение эксперта № 01/04-2021 ФИО6, повреждение ДВС автомобиля произошло вследствие ДТП, имевшего место 22.12.2020, следовательно, ответчик обязан был выплатить истцу страховую выплату, однако, этого не сделал.

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 этого Кодекса (пункт 2 статьи 393 ГК РФ).

Согласно пункту 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 № 20 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан", если договором добровольного страхования предусмотрен восстановительный ремонт транспортного средства на станции технического обслуживания, осуществляемый за счет страховщика, то в случае неисполнения обязательства по производству восстановительного ремонта в установленные договором страхования сроки страхователь вправе поручить производство восстановительного ремонта третьим лицам либо произвести его своими силами и потребовать от страховщика возмещения понесенных расходов в пределах страховой выплаты.

Истец для восстановления своих нарушенных прав, вызванных необоснованным отказом ответчика в выплате страхового возмещения в части повреждений двигателя внутреннего сгорания согласно заключенному договору добровольного страхования, понес расходы в общей сумме 2 353 352  рубля 70 копеек, в том числе:

-стоимость двигателя внутреннего сгорания и запасных частей, необходимых при его замене в размере 2 280 352,70 рублей;

-стоимость работ по замене ДВС в размере 18 000,00 рублей;

-стоимость оплаты услуг эксперта в размере 55 000 рублей.

Указанные расходы являются убытками истца, возникшими по вине ответчика (ввиду ненадлежащего исполнения им обязательств), и подлежат возмещению.

Согласно п. 14.1. Правил страхования все споры и разногласия, возникшие между страхователем и страховщиком в связи с заключением, исполнением, изменением, расторжением договора страхования, разрешаются страхователем и страховщиком путем переговоров с обязательным направлением надлежащим образом оформленной письменной претензии.

После ознакомления с заключением эксперта НПЦ Нолтекс № 01/04-2021 от 04.06.2021 истец направил ответчику претензию от 11.06.2021, приложив к ней копию заключения эксперта и документы, подтверждающие размер понесенных убытков, в которой просил ответчика в срок, не превышающий 10 рабочих дней с момента получения претензии, в добровольном порядке возместить истцу убытки, причиненные ненадлежащим исполнением договора страхования (КАСКО).

Полагая отказ страховщика в выплате страхового возмещения в части повреждений двигателя внутреннего сгорания незаконным и необоснованным, истец обратился в арбитражный суд с иском о взыскании убытков в размере 2 353 352,70 рублей, возникших в связи  с заменой и установкой нового ДВС на автомобиль Мерседес G-класс (VIN 

<

***>).

Ответчик в отзыве указал на то, что отказ в выплате страхового возмещения был произведен им правомерно на основании п. 3.6.19 Правил страхования от 07.09.2019, а именно в связи с нарушением водителем правил эксплуатации транспортного средства. По мнению ответчика, поломка ДВС произошла по вине водителя ТС, который после ДТП (столкновение с другим ТС) своевременно не заглушил двигатель, в результате чего у двигателя произошло масляное голодание, приведшее к его поломке. 

Истец не согласился с указанными доводами ответчика, при этом сослался на то, что транспортное средство является технически сложным товаром, в комплекте с ним поставляется и руководство по эксплуатации, выкопировка из которого (раздел «Помощь при неисправности») была представлена в материалы дела.

Эксплуатируя транспортное средство, истец обязан был соблюдать рекомендации производителя, указанные в руководстве по эксплуатации. Руководство по эксплуатации автомобиля Мерседес G-класс VIN 

<

***> не содержит указания заглушить двигатель в случае ДТП вовсе, не говоря о детальной регламентации поведения в аварийной ситуации, описывающей, в каких авариях глушить двигатель необходимо, а в каких нет, в течение какого времени с момента ДТП необходимо заглушить двигатель и т.д.

Не содержит таких указаний и Правила дорожного движения, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090 (далее по тексту - ПДД):

Согласно п. 2.5 ПДД при дорожно-транспортном происшествии водитель, причастный к нему, обязан немедленно остановить (не трогать с места) транспортное средство, включить аварийную сигнализацию и выставить знак аварийной остановки в соответствии с требованиями пункта 7.2 Правил, не перемещать предметы, имеющие отношение к происшествию. При нахождении на проезжей части водитель обязан соблюдать меры предосторожности.

Согласно п. 2.6 ПДД, если в результате дорожно-транспортного происшествия погибли или ранены люди, водитель, причастный к нему, обязан:

-принять меры для оказания первой помощи пострадавшим, вызвать скорую медицинскую помощь и полицию;

-в экстренных случаях отправить пострадавших на попутном, а если это невозможно, доставить на своем транспортном средстве в ближайшую медицинскую организацию, сообщить свою фамилию, регистрационный знак транспортного средства (с предъявлением документа, удостоверяющего личность, или водительского удостоверения и регистрационного документа на транспортное средство) и возвратиться к месту происшествия;

-освободить проезжую часть, если движение других транспортных средств невозможно, предварительно зафиксировав, в том числе средствами фотосъемки или видеозаписи, положение транспортных средств по отношению друг к другу и объектам дорожной инфраструктуры, следы и предметы, относящиеся к происшествию, и принять все возможные меры к их сохранению и организации объезда места происшествия; записать фамилии и адреса очевидцев и ожидать прибытия сотрудников полиции.

В материалах административного дела, представленного Управлением МВД России по городу  Новосибирску, отсутствуют сведения, позволяющие сделать вывод о том, что водитель автомобиля Мерседес G-класс (VIN 

<

***>) допустил нарушения ПДД указанных пунктов Правил.

Из экспертного заключения ООО «М-ГРУПП» № 248451/20 от 15.03.2021, на выводы которого ссылается ответчик,  следует, что причиной поломки двигателя автомобиля явилось масляное голодание. К такому же выводу пришел и эксперт ФИО6, составивший заключение № 24851/20 от 15.03.2021.

Таким образом, разногласий между выводами экспертов в указанных экспертных заключениях относительно причины поломки двигателя нет, также как и то, что разгерметизация системы смазки двигателя произошла в момент ДТП.

Разночтения между экспертными заключениями, представленными в материалы дела истцом и ответчиком, касается только длительности работы двигателя автомобиля после разгерметизации смазочной системы, произошедшей после ДТП. Эксперт ООО «М-ГРУПП» утверждает, что работа двигателя была длительной, а, эксперт НПЦ «Нолтекс», что непродолжительной.

В целях полного и всестороннего исследования фактических обстоятельств дела, связанных с определением технических характеристик и определения стоимости восстановительного ремонта, арбитражный суд усмотрел необходимость в назначении по делу судебной экспертизы с поручением проведения ее экспертам общества с ограниченной ответственностью «Транспортный Союз Сибири» ФИО7 и ФИО8, имеющих необходимую квалификацию и опыт работы по специальности, с постановкой перед экспертами вопросов в редакции суда, поскольку суд самостоятельно определяет круг и содержание вопросов по которым должна быть проведена экспертиза (ч. 2 ст. 82 АПК РФ).

Перед экспертами были поставлены следующие вопросы:

1) руководствуясь правилами эксплуатации автомобиля Mercedes-Benz G-Klasse, а также учитывая обстоятельства ДТП, произошедшего 22.12.2020 с участием автомобиля  Mercedes-Benz G-Klasse, VIN 

<

***>, под управлением водителя ФИО2 и транспортного средства КАМАЗ 5320, государственный номер 

<

***> под управлением водителя ФИО9 указать, обязан ли был водитель автомобиля Mercedes-Benz G-Klasse заглушить двигатель автомобиля  до момента, когда он обнаружил (визуально) утечку масла из-под автомобиля?

2)  учитывая все обстоятельства ДТП, в том числе работу двигателя 3,5-5 минут непосредственно после самого столкновения, определить, достаточно ли было этого времени для возникновения в двигателе необратимых последствий, приведших к его поломке?

3) определить, возможен ли ремонт поврежденного двигателя в условиях сервиса официального дилера Mercedes-Benz? В случае, если ремонт возможен, определить стоимость восстановительного ремонта.

В материалы дела предоставлено заключение экспертов ФИО7 и ФИО8  № 011/22. 

На основании анализа предоставленных фотографий с места ДТП  экспертом установлено, что у автомобиля Mercedes-Benz  была зафиксирована течь масла из  нижней части моторного отсека на дорожное покрытие, что подтверждает факт того, что в результате ДТП произошла разгерметизация масляной системы ДВС, приведшая к потере масла в системе двигателя и, как следствие, ограниченному поступлению моторного масла в  двигателе. Натурный осмотр предоставленного эксперту ФИО7 двигателя подтвердил указанные выводы.

При ответе на первый эксперт ФИО7 указал, что в  Руководстве по эксплуатации автомобиля Mercedes-Benz G-Klasse отсутствует информация о действиях водителя по остановке двигателя в результате ДТП, также  Правилами дорожного движения не предусмотрена обязанность водителя заглушить двигатель автомобиля до момента, когда он обнаружил (визуально) утечку масла из-под автомобиля.

        При ответе на второй вопрос эксперт ФИО7 указал, что  повреждения деталей/узлов ДВС являются следствием разгерметизации масляной системы в результате ДТП, при этом, работа ДВС 3-5 минут в режиме масляного голодания привела к необратимым последствиям в двигателе (его повреждению).

Учитывая, что автомобиль находится на гарантии и ремонт ДВС необходимо выполнять в сервисном центре Дилера по расценкам Дилера и рекомендациям завода-изготовителя, эксперт ФИО8 работы по определению стоимости восстановительного ремонта ДВС не производил.

Таким образом, судебная экспертиза подтвердила выводы эксперта ООО «М-ГРУПП» и НПЦ «Нолтекс» ФИО6 о том, что поломка ДВС произошла в результате работы двигателя автомобиля в режиме масляного голодания по причине разгерметизации масляной системы из-за его столкновения с другим автомобилем. 

При этом, согласно ответа на второй вопрос, судебный эксперт конкретизировал,  что времени работы ДВС до момента, когда водитель автомобиля увидел утечку моторного масла (3-5 минут) и заглушил двигатель, оказалось достаточным для повреждения ДВС.

Доводы ответчика со ссылкой на недопустимость представленного по результатам проведенной судебной экспертизы экспертного заключения судом расценены несостоятельными.

Заключение экспертов является одним из доказательств по делу и исследуется наряду с другими доказательствами (ст. 64, 82, 86 АПК РФ).

В рамках данного дела судебная экспертиза проведена в порядке, предусмотренном ст. 82 АПК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 86 АПК РФ на основании проведенных исследований и с учетом их результатов эксперт от своего имени или комиссия экспертов дает заключение в письменной форме и подписывает его.

Требования к заключению экспертов предусмотрены ч. 2 ст. 86 АПК РФ.

Экспертное заключение № 011/22 оформлено в соответствии с требованиями ст. 82, 83, 86 АПК РФ, в нем отражены все предусмотренные ч. 2 ст. 86 АПК РФ сведения, экспертное заключение основано на материалах дела, является ясным и полным, противоречия в выводах экспертов отсутствуют. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

В экспертном заключении содержатся ответы на поставленные судом вопросы о причинах возникновения масляного голодания в ДВС, продолжительности временного интервала между столкновением ТС с другим автомобилем  и возникновения в двигателе необратимых последствий, приведших к его поломке, наличию (отсутствию) обязанности водителя ТС заглушить двигатель до момента, когда он визуально обнаружил утечку масла из-под автомобиля, при этом, исследование  было произведено на основании анализа Правил эксплуатации автомобиля  Мерседес G-класс  и  всех обстоятельств спорного ДТП.

Опрошенный в судебном заседании эксперт ФИО7 пояснил, что все осмотренные экспертом детали двигателя позволили эксперту прийти к выводу о том, что повреждение двигателя произошло из-за масляного голодания, при этом, все ранее проведенные экспертизы также пришли к такому выводу.

Также эксперт ФИО7 пояснил, что в настоящее время воссоздать вещную обстановку события ДТП, а именно работу двигателя на холостом ходу, срабатывание в момент ДТП электроники и другие обстоятельства, не представляется возможным, однако, временной промежуток работы двигателя в интервале 3-5 минут после столкновения транспортных средств, по мнению эксперта, был достаточен для того, чтобы произошла разгерметизация масляной системы двигателя.

При таких обстоятельствах арбитражный суд полагает (с учетом пояснений эксперта ФИО7), что заключение № 011/22 в этой части мотивировано, выводы эксперта предельно ясны, обоснованы исследованными им обстоятельствами, содержат ссылки на представленные судом для производства экспертизы доказательства.

Сведения, содержащиеся в экспертном заключении, документально ответчиком  не опровергнуты (ст. 65 АПК РФ).

Само по себе несогласие ответчика с выводами судебной экспертизы, а также наличие у него сомнений в обоснованности заключения эксперта не свидетельствуют о его недостоверности.

Таким образом, заключение экспертизы в силу ст. 64, 67, 68, 71, 82, 86 АПК РФ является надлежащим доказательством по делу. 

Ссылки ответчика  на рецензионное заключение специалиста (Акта исследования по заключению эксперта от 11.03.2022), судом не могут быть расценены в качестве аргумента, являющегося основанием для возникновения сомнений в выводах судебной экспертизы, поскольку указанная рецензия выполнена по заданию самого ответчика на основании возмездного договора, следовательно, выводы данной рецензии не могут быть признаны объективными. 

Арбитражный суд учитывает при этом, что проведение судебной экспертизы является один из способов получения доказательства, на основании которого может быть опровергнут или подтвержден тот или иной довод одной из сторон. Ее назначение предусмотрено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, тогда как предоставленный в материалы дела ответчиком Акт исследования заключения эксперта от 11.03.2022  таковым не является. Так как  суд исходит из совокупности всех собранных по делу доказательств, представленная ответчиком Рецензия относительно заключения судебной экспертизы не может служить опровержением выводов судебной экспертизы, поскольку является лишь мнением лица, не привлеченного в качестве специалиста к участию в деле, и является для ответчика лишь аргументом для назначения по делу повторной экспертизы, построенном на сомнениях в проведенной судебной экспертизе.

В соответствии с п. 2 ст. 87 АПК РФ в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Ходатайство ответчика не содержит указания на то, по каким причинам ответчик полагает заключение № 011/22 недостоверным, как и указания на то, какие именно противоречия имеются в заключение эксперта, в обоснование ходатайства представитель третьего лица ссылается на обстоятельства, которые заявитель ошибочно полагает нарушениями при проведении экспертизы, не являющиеся основаниями для назначения повторной экспертизы.

Кроме того, арбитражный суд отмечает, что в материалах дела имеется 4 заключения экспертов, 2 из которых проведены по инициативе ответчика, 1 по инициативе истца, и 1 посредством назначения судебной экспертизы.

Все эксперты, проводившие исследования, сошлись во мнении, что поломка двигателя возникла в результате масляного голодания, вызванного работой двигателя в режиме падения уровня масла вследствие разгерметизации системы. Разгерметизации системы предшествовало дорожно-транспортное происшествие.

Таким образом, очевидно, что причина поломки двигателя автомобиля находится в прямой причинно-следственной связи с имевшим место ДТП, в результате которого автомобилю был причинен ущерб.

Установление конкретного времени работы двигателя (3,5-5 минут) с момента ДТП до момента его глушения, ввиду обнаружения течи масла, существенного значения для разрешения спора не имеет, поскольку никак не влияет на отсутствие нарушений правил эксплуатации со стороны водителя автомобиля.

В ходе судебного заседания, вызванный судом эксперт ФИО7 подтвердил, что имевшая место поломка двигателя в результате 3,5-5 минут работы двигателя в режиме масляного голодания могла привести к поломке двигателя, и как произошло в действительности – привела, поскольку  двигатель вышел из строя.

Ответчик, возражая против такого вывода эксперта, не представил надлежащих и достоверных доказательств того, что неисправность ДВС не может быть вызвана такими обстоятельствами.

Таким образом, доводы ответчика о нарушении правил эксплуатации автомобиля со стороны истца не подтвердились ни экспертным исследованием, ни другими материалами дела.

Поскольку по делу, вопреки утверждениям ответчика, доказательств нарушения истцом каких-либо правил эксплуатации транспортного средства не доказано, следовательно, убытки истца возникли вследствие незаконного отказа ответчика в выплате.

Убытки рассчитаны на основании затрат, понесенных истцом для восстановления своего нарушенного права.

Замена двигателя явилась следствием выполнения дилерским центром рекомендаций изготовителя. Данные рекомендации направлялись дилером непосредственно ответчику в процессе восстановительного ремонта автомобиля.

Поскольку ремонт невозможно было осуществить вне дилерского центра, ввиду того, что в противном случае автомобиль был бы снят с гарантии, обоснованным является определение истцом размера  убытков исходя из предъявленных ООО «МБ-ФАСТАР» к оплате счетов № 4330 от 14.05.2021, № 4510 от 20.05.2021 и платежных поручений № 233 от 18.05.2021 и № 236 от 20.05.2021.

Доказательств того, что замена двигателя не требовалась, ответчиком в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд полагает, что по делу доказаны:

-размер причиненного истцу убытка;

-причинно-следственная связь между причинённым убытком и ДТП, то есть, наступление страхового случая;

-причинно-следственная связь между причинённым убытком и действиями (бездействием) ответчика, выразившимися в необоснованном отказе страховщика от восстановления ДВС в рамках заключенного договора КАСКО.

На основании изложенного исковое заявление ООО «Оптимус» о взыскании с ООО СК «Согласие» убытков  подлежит удовлетворению в полном объеме.

Судебные расходы по проведенной по делу судебной экспертизе и расходы уплаченной по иску государственной пошлине, подлежит отнесению на ответчика.

В отношении размера вознаграждения, подлежащего уплате экспертной организации за проведенную экспертизу, арбитражный суд полагает необходимым указать на следующее.

Суд определил стоимость экспертизы в размере 75 000,00 рублей.

Перед экспертами были поставлены 3 вопроса.

На первые два вопроса ответил эксперт ФИО7

На третий вопрос эксперт ФИО8 ответа не дал.

Следовательно, оплате за проведенную экспертизу подлежит сумма 50 000,00 рублей. 

Излишне уплаченные ООО «СК «Согласие» за проведение экспертизы денежные средства в сумме 29 800,00 рублей следует возвратить ответчику (40 000,00+39 800,00 – 50 000,00).

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

РЕШИЛ:

взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Страховая Компания «Согласие» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Оптимус» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) 2 353 352 рублей 70 копеек в возмещение убытков ввиду невыплаченного страхового возмещения, а также 34 767 рублей 00 копеек расходов по государственной пошлине по иску.

Расходы по проведенной по делу судебной экспертизе в размере 50 000 рублей отнести на общество с ограниченной ответственностью «Страховая Компания «Согласие».

Перечислить с депозитного счета Арбитражного суда Новосибирской области на счет общества с ограниченной ответственностью «Транспортный союз Сибири» 50 000 рублей  за проведенную по делу судебную экспертизу.

Перечислить с депозитного счета Арбитражного суда Новосибирской области на счет общества с ограниченной ответственностью «Страховая Компания «Согласие» 29 800 рублей 00 копеек, излишне уплаченных за проведение судебной экспертизы.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу и по заявлению взыскателя.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд.

Решение может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу в Арбитражный  суд Западно-Сибирского округа при условии, что  оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал  в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы. 

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через  Арбитражный суд Новосибирской области.

Судья                                                         И.В. Лузарева