﻿﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А42-6207/2019

17 декабря 2019 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена     10 декабря 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  17 декабря 2019 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Будылевой М.В.

судей Горбачевой О.В., Загараевой Л.П.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем судебного заседания 

Н.А. Климцовой.

при участии:  

от истца (заявителя): не явился, извещен

от ответчика (должника): 1) не явился, извещен, 2) Кравчук Е.А. по доверенности от 02.10.2019

от 3-го лица: 1,2 не явились, 3) Акопян Е.В. по доверенности от 21.03.2018

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-32237/2019) общества с ограниченной ответственностью «Батер» на решение  Арбитражного суда  Мурманской области от 10.09.2019 по делу № А42-6207/2019 (судья С.Б. Варфоломеевой), принятое

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Батер»  

к 1)отделу судебных приставов Октябрьского округа г.Мурманска; 2)управлению Федеральной службы судебных приставов по Мурманской области

заинтересованные лица: 1) Мурманское муниципальное бюджетное учреждение «Управление по обеспечению деятельности органов местного самоуправления города Мурманска», 2) Мурманское муниципальное бюджетное учреждение «Управление дорожного хозяйства» 

третьи лица: 1) общество с ограниченной ответственностью «Надёжный посредник» 2) Морозова Мария Валентиновна 

о признании незаконными постановлений от 03.06.2019 №№ 79257/19/51001-ИП, 79258/19/51001-ИП, от 04.06.2019 о взыскании задолженности и об обращении взыскания на имущественное право

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Батер» (далее – Общество, должник, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Мурманской области с заявлением к судебному приставу-исполнителю Отдела судебных приставов Октябрьского округа города Мурманска Управления Федеральной службы судебных приставов по Мурманской области Кравчук Екатерине Александровне (далее – судебный пристав-исполнитель, ответчик) и Управлению Федеральной службы судебных приставов по Мурманской области (далее – ответчик) о признании незаконными постановлений от 03.06.2019 о возбуждении исполнительных производств №№ 79257/19/51001-ИП, 79258/19/51001-ИП в отношении Общества по взысканию задолженности в пользу Мурманского муниципального бюджетного учреждения «Управление по обеспечению деятельности органов местного самоуправления города Мурманска» (далее – ММУБ «УОД») и постановлений в рамках сводного исполнительного производства № 79257/19/51001-СД от 04.06.2019 о наложении ареста и об обращении взыскания на имущественное право должника по взысканию задолженности с Мурманского муниципального бюджетного учреждения «Управление дорожного хозяйства» (далее – ММБУ «УДХ»). 

К участию в деле привлечены в качестве заинтересованных лиц – ММБУ «УОД» и ММБУ «УДХ» (далее также – заинтересованные лица) и на стороне заявителя в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, – ООО «Надёжный посредник» и Морозова М.В. (далее также – третьи лица).

Решением суда первой инстанции от 10.09.2019 в удовлетворении заявления отказано.

В апелляционной жалобе Заявитель, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального и процессуального права и несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит обжалуемое решение суда отменить, требования удовлетворить, принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя жалобы, требования пристава об обращении взыскания на имущественное право должника ООО «Батер»-право требования ООО «Батер» к ММБУ «Управление дорожного хозяйства в размере 3 170 258,16 руб., установленное определениями суда первой инстанции по делу №42-544/2019 от 16.05.2019 и по делу №А42-1552/2019 от 22.05.2019, в пользу ММБУ «Управление по обеспечению деятельности органов местного самоуправления города Мурманска», является незаконным.

В отзыве на апелляционную жалобу представитель пристава доводы заявителя отклонил.

В отзыве на апелляционную жалобу представитель ООО «надежный посредник» доводы заявителя поддержал.

Отзыв на апелляционную жалобу в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) другими сторонами не направлен.

В судебном заседании представитель Мурманское муниципальное бюджетное учреждение «Управление по обеспечению деятельности органов местного самоуправления города Мурманска» и судебный пристав против удовлетворения апелляционной жалобы возражали по мотивам, изложенным в отзыве.

Заявитель апелляционной жалобы, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания, в том числе путем публичного уведомления на официальном сайте Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области http://kad.arbitr.ru, своих представителей в суд апелляционной инстанции не направил, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в его отсутствие.

Третье лицо о времени и месте слушания дела надлежаще извещен, в связи с чем апелляционная инстанция считает возможным рассмотреть жалобу в отсутствие его представителей.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены в апелляционном порядке в пределах доводов жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в пользу ММБУ «УОД» постановлениями судебного пристава-исполнителя от 03.06.2019 возбуждены исполнительные производства №№ 79257/19/51001-ИП, 79258/19/51001-ИП о взыскании с должника задолженности на общую сумму 3.170.258,16 руб. (л.д.14, 15, 16, 17 т.1), впоследствии в тот же день (03.06.2019) объединённые в сводное исполнительное производство с присвоением № 79257/19/51001-СД (л.д.128 т.1). 

Основанием для возбуждения указанных исполнительных производств и взыскания задолженности послужили исполнительные листы Арбитражного суда Мурманской области серии ФС № 012997726 от 21.02.2018 и № 026917091 5 от 06.12.2018 на 3.141.363,85 руб. и 28.894,31 руб. соответственно, что всего составит 3.170.258,16 руб. (л.д.137, 138, 139, 140 т.1).

В рамках вышеназванного сводного исполнительного производства и в целях исполнения перечисленных исполнительных производств судебный пристав-исполнитель постановлением от 04.06.2019 наложил арест на имущественное право требования Общества к ММБУ «УДХ» в размере 713.378,3 руб., установленное решением Арбитражного суда Мурманской области от 11.04.2019 по делу № А42-606/2019 (л.д.18-20 т.1), а другим постановлением от 04.06.2019 обратил взыскание в пределах взыскиваемой суммы (3.170.258,16 руб.) на установленные в пользу Общества определениями Арбитражного суда Мурманской области от 16.05.2019 и 22.05.2019 путём утверждения мировых соглашений соответственно по делам №№ А42-544/2019, А42-1552/2019 требования к ММБУ «УДХ» (л.д.21-24 т.1). 

При этом в связи с произведённым взысканием указанный арест на сумму 713.378,3 руб. отменён судебным приставом исполнителем постановлением от 14.06.2019 (л.д.98, 99 т.1). 

Во исполнение приведённых требований судебного пристава-исполнителя ММБУ «УДХ» денежные средства в сумме 3.170.258,16 руб. перечислены по платёжному поручению от 11.06.2019 № 200046 на депозитный счёт Отдела судебных приставов Октябрьского округа города Мурманска (л.д.103 т.1), вследствие чего меры по обращению взыскания на имущественные права требования Общества к ММБУ «УДХ» были также отменены судебным приставом-исполнителем 14.06.2019 (л.д.100, 101 т.1). 

Полагая, что судебный пристав-исполнитель наложил арест и обратил взыскание на уже не принадлежавшие Обществу требования по причине их передачи ООО «Надёжный посредник» по договору цессии от 27.05.2019 № 1 (л.д.29-31 т.1) и Морозовой М.В. по договорам цессии от 28.05.2019 №№ 2, 3, 4 (л.д.34-36, 37-41, 42-44 т.1), а для возбуждения спорных исполнительных производств у судебного пристава-исполнителя вовсе не имелось на то оснований, Общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением. 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

В силу части 1 статьи 30 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон № 229-ФЗ) судебный пристав- исполнитель возбуждает исполнительное производство на основании исполнительного документа по заявлению взыскателя, если иное не установлено указанным Федеральным законом. 

Одним из оснований для возвращения взыскателю исполнительного документа, по которому взыскание не производилось или произведено частично, предусмотрено пунктом 4 части 1 статьи 46 Закона № 229-ФЗ, а именно, если у должника отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание, и все принятые судебным приставом-исполнителем допустимые законом меры по отысканию его имущества оказались безрезультатными. 

Однако в соответствии с частью 4 статьи 46 Закона № 229-ФЗ возвращение взыскателю исполнительного документа не является препятствием для повторного предъявления исполнительного документа к исполнению в пределах срока, установленного статьёй 21 данного Федерального закона. 

При этом согласно пункту 5 статьи 46 Закона № 229-ФЗ в случае возвращения взыскателю исполнительного документа в соответствии с пунктом 4 части 1 названной статьи взыскатель вправе повторно предъявить для исполнения исполнительные документы, указанные в частях 1, 3, 4 и 7 статьи 21 указанного Федерального закона, не ранее шести месяцев со дня вынесения постановления об окончании исполнительного производства и о возвращении взыскателю исполнительного документа, а другие исполнительные документы не ранее двух месяцев либо до истечения указанного срока в случае предъявления взыскателем информации об изменении имущественного положения должника. 

Кроме того, применительно к настоящему делу взыскателю (ММБУ «УОД») стало известно о присуждении Арбитражным судом Мурманской области по делам №№ А42-544/2019, А42-606/2019, А42-1552/2019 в пользу Общества денежных средств на общую сумму 5.227.651,96 руб., в связи с чем, 29.05.2019 ММБУ «УОД» повторно предъявило спорные исполнительные листы к принудительному исполнению (л.д.118, 132, 133 т.1) после их возвращения судебным приставом-исполнителем 21.01.2019 с частичным исполнением по причине ненадлежащего имущественного положения должника (л.д.135 т.1). 

При таких обстоятельствах, действия судебного пристава-исполнителя по повторному возбуждению 03.06.2019 спорных исполнительных производств с несоблюдением установленного частью 5 статьи 46 Закона № 229-ФЗ срока согласуются с предусмотренным частью 5 этой же статьи исключением – изменение имущественного положения должника, а равно с фактическими обстоятельствами дела – взыскание с ММБУ «УДХ» в пользу Общества долгов. 

Таким образом, является правильным вывод суда о том, что действия судебного пристава-исполнителя по данному эпизоду соответствуют законодательству об исполнительном производстве, в связи с чем, правовых и фактических оснований для удовлетворения заявления Общества в данной части не имеется. 

Согласно части 2 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными. 

Приведённая норма ориентирует на наличие двух условий признания оспариваемых по настоящему делу постановлений незаконными: несоответствие закону и нарушение прав и законных интересов заявителя. 

Согласно части 1 статьи 1 Закона № 229-ФЗ данный Федеральный закон определяет условия и порядок принудительного исполнения судебных актов, актов других органов и должностных лиц, которым при осуществлении установленных федеральным законом полномочий предоставлено право возлагать на иностранные государства, физических лиц, юридических лиц, Российскую Федерацию, субъекты Российской Федерации, муниципальные образования обязанности по передаче другим гражданам, организациям или в соответствующие бюджеты денежных средств и иного имущества либо совершению в их пользу определённых действий или воздержанию от совершения определённых действий. 

В соответствии с пунктом 3 части 3 статьи 68 Закона № 229-ФЗ мерами принудительного исполнения является, в том числе обращение взыскания на имущественные права должника. 

В соответствии с частью 1 статьи 75 Закона № 229-ФЗ в рамках исполнительного производства взыскание может быть обращено на принадлежащие должнику имущественные права, в том числе на право требования должника к третьему лицу, не исполнившему денежное обязательство перед ним как кредитором, в том числе право требования по оплате фактически поставленных должником товаров, выполненных работ или оказанных услуг, по найму, аренде и другим (дебиторская задолженность) (пункт 1), право требования в качестве взыскателя по исполнительному документу (пункт 2), а также на иные принадлежащие должнику имущественные права (пункт 7). 

Кроме того, часть 2 рассматриваемой статьи закрепляет, что взыскание на принадлежащие должнику исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, право использования результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, а также на имущественные права в отношении третьих лиц обращается с соблюдением правил, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации. 

В силу части 2.1 этой же статьи обращение взыскания на принадлежащее должнику право получения денежных средств производится в порядке, установленном статьёй 76 Закона № 229-ФЗ для обращения взыскания на дебиторскую задолженность.

 В соответствии с частью 1 статьи 76 Закона № 229-ФЗ обращение взыскания на дебиторскую задолженность состоит в переходе к взыскателю права должника на получение дебиторской задолженности в размере задолженности, определяемом в соответствии с частью 2 статьи 69 указанного Закона, но не более объёма дебиторской задолженности, существовавшего на день обращения взыскания, и на тех же условиях. 

При таких обстоятельствах суд первой инстанции, правомерно пришел к выводу, что судебный пристав-исполнитель, выявив принадлежащие Обществу по результатам рассмотрения арбитражных дел №№ А42-544/2019, А42-606/2019, А42-1552/2019 имущественные права требования к ММБУ «УДХ», законно и обоснованно 04.06.2019 наложил арест и обратил взыскание на такие требования. 

При этом доводы заявителя о несоразмерности таких действий судебного пристава-исполнителя не нашли своего подтверждения, поскольку, взыскание произведено в пределах взыскиваемой суммы, поступившей на депозитный счёт службы судебных приставов 11.06.2019, в связи с чем все ранее предпринятые меры принудительного исполнения были отменены 14.06.2019. 

Кроме того, апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции, что доводы заявителя ошибочны об обращении взыскания на денежные средств бюджетной системы, поскольку спорные меры принудительного исполнения были применены именно к присуждённым судом имущественным правам (требованиям), а не к средствам бюджета. 

Доводы заявителя о заключение Обществом договоров уступки требования (цессии) от 27.05.2019 № 1 и от 28.05.2019 №№ 2, 3, 4, в соответствии с которыми первым были уступлены присуждённые ему по арбитражным делам №№ А42-544/2019, А42-606/2019, А42-1552/2019 денежные суммы, а именно, ООО «Надёжный посредник» 2.655.730,66 руб. и Морозовой М.В. в общей сумме 2.571.921,3 руб., не могут быть приняты судами по следующим основаниям.

Согласно пункту 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. 

При этом в силу пункта 3 статьи 382 ГК РФ если должник не был уведомлён в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несёт риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий. 

Обязательство должника прекращается его исполнением  первоначальному кредитору, произведённым до получения уведомления о переходе права к другому лицу. 

В пункте 1 статьи 385 ГК РФ предусмотрено, что уведомление должника о переходе права имеет для него силу независимо от того, первоначальным или новым кредитором оно направлено. 

В соответствии со статьёй 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону (пункт 1). 

Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника (пункт 2). 

Пунктами 1 и 4 статьи 390 ГК РФ помимо прочего определено, что цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником, за исключением случая, если цедент принял на себя поручительство за должника перед цессионарием. 

В случае исполнения должником другому цессионарию риск последствий такого исполнения несёт цедент или цессионарий, которые знали или должны были знать об уступке требования, состоявшейся ранее. 

Таким образом, ММБУ «УДХ» (должник) было уведомлено Обществом о новом кредиторе только 06.06.2019 (л.д.16-18 т.2), то есть когда уступаемые денежные средства были уже арестованы и на них было уже обращено взыскание судебным приставом-исполнителем 04.06.2019, о чём незамедлительно, то есть в эту же дату (04.06.2019) должник (ММБУ «УДХ») был поставлен в известность (л.д.114, 116 т.1), то есть также ранее уведомления Общества. 

При этом судебный пристав-исполнитель не был поставлен в известность о состоявшейся цессии. 

При таких обстоятельствах суд, правомерно пришел к выводам, что у ММБУ «УДХ» не возникло обязательств перед новым кредитором в части арестованной и взыскиваемой суммы по причине наличия обязанностей в силу законодательства об исполнительном производстве, а риск наступления вследствие этого неблагоприятных последствий, в том числе перед новым кредиторами (ООО «Надёжный посредник» и Морозовой М.В.) несёт Общество и, тем более, не может быть подменено признанием незаконными действий (постановлений) судебного пристава-исполнителя. 

Кроме того, проанализировав вышеуказанные договора цессии (уступки требования) суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об их ничтожности, так как считает, что данные цессии в действительности совершены заявителем и третьими лицами с целью прикрытия сделки дарения, что является основаниям для признания таких сделок ничтожными в силу их притворности. 

Как разъяснено в абзаце первом пункта 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. 

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. 

Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. 

При этом, согласно другим официальным разъяснениям, содержащимся в пункте 10 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении вопроса о ничтожности соглашения об уступке права (требования) в порядке статьи 170 ГК РФ при выяснении эквивалентности размеров переданного права (требования) и встречного предоставления, необходимо исходить из конкретных обстоятельств дела. 

В частности, должны учитываться: степень платёжеспособности должника, степень спорности передаваемого права (требования), характер ответственности цедента перед цессионарием за переданное право (требование) (ответственность лишь за действительность права (требования) или также и за его исполнимость должником), а также иные обстоятельства, влияющие на действительную стоимость права (требования), являющегося предметом уступки. 

Применительно к настоящему делу из пункта 2.2 рассматриваемых договоров следует, что плата за уступаемое право требования вовсе не вносится, то есть имущественные требования передаются безвозмездно, а единственная ссылка в цессии от 27.05.2019 № 1 на некий долг по займу является образной и беспредметной. 

Иными словами, по существу ООО «Надёжный партнёр» и Морозова М.В. приобрели спорное право без каких-либо затрат (расходов). 

В то же время, должник – ММБУ «УДХ» (муниципальное учреждение) безусловно является платёжеспособным, а переданный долг по существу – бесспорным, так как уже подтверждён судом. 

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

В силу пункта 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечёт юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента её совершения. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

Учитывая выводы суда по настоящему делу о ничтожности договоров уступки требования (цессии) от 27.05.2019 № 1 и от 28.05.2019 №№ 2, 3, 4, то такие сделки не влекут юридических последствий перехода права требования долга и, как следствие, не могли были быть учтены судебным приставом-исполнителем. 

В соответствии с договором цессии, заключенным между ООО «Батер» и ООО «Надежный посредник», ООО «Батер» в течение 10 (десяти) рабочих дней с момента заключения договора обязано уведомить должника (Мурманское муниципальное бюджетное учреждение «Управление дорожного хозяйства») о состоявшемся переходе требования по договору займа.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что у ММБУ «УДХ» не возникло обязательств перед новым кредитором в части арестованной и взыскиваемой суммы по причине наличия обязанностей в силу законодательства об исполнительном производстве, а риск наступления вследствие -этого неблагоприятных последствий, в том числе перед новым кредитором (ООО «Надежный посредник» и Морозовой М.В.) песет ООО «Батер» и, тем более, не может быть подменено признанием незаконными действий (постановлений) судебного пристава-исполнителя.

На основании изложенного, в удовлетворении заявления Общества правомерно отказано судом первой инстанции. 

Доводы апеллянта об обращении взыскания на денежные средства бюджетной системы ошибочны, поскольку спорные меры принудительного исполнения были применены именно к присужденным судом имущественным правам (требованиям), а не к средствам бюджета.

Апеллянт не указал, как нарушаются его права и законные интересы постановлениями судебного пристава-исполнителя. 

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, как сделанных на основании полного исследования и оценки материалов дела (представленных доказательств), отмечая при этом, что в апелляционной жалобе не содержится каких-либо доводов, которые опровергали бы заявленные требования по существу.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, об ошибочности и необоснованности вывода арбитражного суда, положенных в основу обжалуемого судебного акта, отклоняются судом апелляционной инстанции как основанные на неправильном понимании и толковании норм действующего законодательства. Кроме того, аналогичные аргументы заявителя являлись предметом рассмотрения арбитражным судом и в результате чего получили надлежащую правовую оценку.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих отмену состоявшего по делу судебного акта в любом случае, арбитражным судом также не допущено.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены или изменения обжалуемого решения и удовлетворения апелляционной жалобы.

В силу части 1 статьи 177 АПК РФ решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия. Копии решения на бумажном носителе могут быть направлены лицам, участвующим в деле, в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд.

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Решение Арбитражного суда  Мурманской области  от 10.09.2019 по делу №  А42-6207/2019  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

М.В. Будылева

 

Судьи

 

О.В. Горбачева

 

Л.П. Загараева