ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  г. Москва

31.03.2021

                       Дело № А41-79022/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 марта 2021 года  

Полный текст постановления изготовлен 31 марта 2021 года 

 

            Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: Е.Н. Коротковой, Н.Н. Тарасова, 

при участии в заседании: 

от ФИО1 – ФИО2, по доверенности от 21.12.2020 со сроком действия на 3 года; 

от конкурсного управляющего АО «Рота» ФИО3 – Худо В.Д., по доверенности от 21.01.2021 со сроком действия на 1 год; 

от ФИО4 – ФИО2, по доверенности от 21.12.2020 со сроком действия на 3 года; 

от ООО «Берлин-Хеми/А.Менарини» - ФИО5, по доверенности от 13.01.2020 со сроком действия до 31.12.2021;

рассмотрев 24.03.2021 в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО1 

на определение от 26.02.2020

Арбитражного суда Московской области,  

на постановление от 20.01.2021 

Десятого арбитражного апелляционного суда,

по заявлению конкурсного управляющего должником ФИО3 о признании договора аренды, заключенного должником с ФИО1, недействительной сделкой и применении последствий недействительности сделки, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Роста»,  

 

установил:

решением Арбитражного суда Московской области от 31.01.2019 должник – АО «РОСТА» признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО3. 

            Конкурсный управляющий АО «РОСТА» ФИО3 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительной сделки должника - договора аренды № 002 от 26.06.15, заключенного между АО «РОСТА» и индивидуальным предпринимателем ФИО1, применении последствий недействительности сделки в виде возврата в АО «РОСТА» имущества.

            Заявление подано на основании статей 61.1, 61.8 и 61.9 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)», статьи 10, пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

            До вынесения судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу спора, конкурсный управляющий АО «РОСТА» ФИО3 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнил заявленные требования, просил:

            -признать недействительным сделку должника - договор аренды № 002 от 26.06.15, заключенный между АО «РОСТА» и ИП ФИО1,

            -применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ИП ФИО1 в пользу АО «Роста» 25 887 878, 40 руб.,

            -применить последствия недействительности сделки в виде возврата в АО «РОСТА» имущества.

            В качестве правового обоснования для признания сделки недействительной конкурсный управляющий АО «РОСТА» указал на пункты 1 и 2 статьи 61.2, статьи 61.1, 61.8, 61.9 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)».

            Определением Арбитражного суда Московской области от 26.02.2020 заявление удовлетворено, признана недействительной сделка должника - договор аренды № 002 от 26.06.15, заключенный между АО «РОСТА» и ИП ФИО1, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ИП ФИО1 в пользу АО «РОСТА» 25 887 878, 40 руб., применены последствия недействительности сделок в виде возврата в АО «РОСТА» имущества.

            Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2021 отказано в удовлетворении ходатайства ИП ФИО1, ФИО4 об утверждении мирового соглашения в рамках обособленного спора; определение Арбитражного суда Московской области от 26.02.2020 оставлено без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения. 

            Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Московской области от 26.02.2020 о признании недействительной сделки должника – договора аренды №002 от 26.06.2015, заключенного между АО «РОСТА» и ИП ФИО1 и применении последствий недействительности сделки – отменить в полном объеме; постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2021 отменить в полном объеме и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

            В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.  

            В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

            В порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщен отзыв, согласно которому конкурсный управляющий АО «РОСТА» возражает против доводов кассационной жалобы, просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения.

            В судебном заседании представитель ФИО1 доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней. 

            Представитель ФИО4 кассационную жалобу также  поддержал.

            Представитель конкурсного управляющего ФИО3, представитель ООО «Берлин-Хеми/А.Менарини» возражали против доводов кассационной жалобы.

            Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. 

            Из содержания обжалуемых судебных актов  усматривается, что судами установлены следующие фактические обстоятельства.

            26.06.2015 между ИП ФИО1 (Арендодатель) и АО «РОСТА» (Арендатор) заключен договор аренды № 002, по условиям которого Арендодатель предоставляет, а Арендатор принимает во временное владение и пользование (аренду) нежилые помещения и обязуется уплачивать Арендодателю арендную плату в соответствии с условиями договора.

            В соответствии с пунктом 4.1.1. срок аренды установлен по 30.06.2019.

            Согласно пункту 5.1. договора арендная плата включает в себя фиксированную арендную плату, определяемую исходя из ставки в размере 374 рубля за 1 кв.м. арендуемой площади в месяц и изменяемую арендную плату, включающую в себя плату за фактически использованные в Помещениях коммунальные услуги, которые можно измерить.

            Определением Арбитражного суда Московской области от 06.10.2017 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) АО «РОСТА».

            На основании договора № 01/2018 уступки права требования от 28.03.18 ИП ФИО1 (Цедент) уступил ФИО4 (Цессионарий) права требования задолженности по договору аренды № 002 от 26.06.15 в размере 12 085 020, 60 руб. за декабрь 2017 года - март 2018 года, права требования на задолженность, которая возникнет в будущем периоде в связи с ненадлежащим исполнением должником обязанности по внесению арендной платы по договору аренды №002 от 26.06.15, права требования неустойки (пени) за несвоевременное внесение всех платежей по договору аренды № 002 от 26.06.15, права на неотделимые улучшения, произведенные АО «РОСТА» в период действия договора аренды № 002 от 15.06.15, в том числе права требования в отношении оборудования.

            Суды установили, что АО «РОСТА» обязано передать ФИО4 документацию на линию конвейерной сборки, с АО «РОСТА» в пользу ФИО4 взыскана неустойка (пени) за период с 05.10.17 по 30.09.18 в сумме 5 523 170, 23  руб., договор аренды № 002 от 26.06.15, заключенный между ИП ФИО1 и АО «РОСТА», признан расторгнутым с 28.09.18, АО «РОСТА» обязано освободить и вернуть ИП ФИО1 занимаемые помещения в срок до 7 календарных дней с момента вступления решения суда в законную силу, договор № 01/2018 уступки права требования от 28.03.18, заключенный между ИП ФИО1 - цедентом, и ФИО4 - цессионарием, признан заключенным, акт государственной регистрации договора № 01/2018 уступки права требования от 28.03.18 признан законным (регистрационные записи от 30.03.18, номер регистрации 23:43:0431001:913:23/001/2018-1 и от 30.03.18, номер регистрации 23:43:0431001:893:23/001/2018-1), отменены обеспечительные меры в виде ареста линии конвейерной сборки товара, наложенные определением Советского районного суда г. Краснодара от 06.06.2018, в обращении решения суда по настоящему гражданскому делу к немедленному исполнению отказано, в удовлетворении встречных исковых требований АО «РОСТА» к ФИО4 о признании недействительными (ничтожными) отдельных положений договора № 01/2018 уступки права требования от 28.03.18 и об истребовании имущества из чужого незаконного владения отказано в полном объеме.

            Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий АО «РОСТА» ФИО3 указал, что договор аренды № 002 от 26.06.15 является недействительной сделкой, совершенной по завышенной цене в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, в результате заключения которой из владения должника безвозмездно выбыло имущество.

            Конкурсный управляющий АО «РОСТА» ФИО3 просил признать договор аренды, заключенный должником с ИП ФИО1, недействительным, как сделку, совершенную со злоупотреблением правом, в результате которой уменьшилась конкурсная масса должника.

            Суды, руководствуясь пунктом 1 статьи 650, пунктом 1 статьи 654 Гражданского кодекса Российской Федерации, указали, что целью заключения договора аренды для арендатора является принятие от иного лица во временное владение и пользование имущества за соразмерную плату, уплачиваемую на условиях периодичности.

            В данном случае суды посчитал, что в соответствии со справкой независимого оценщика ИП ФИО6 по  состоянию на 26.06.15 размер арендной платы за вышеуказанные объекты недвижимого имущества, расположенные по адресу: г. Краснодар, Карасунский внутригородской округ, почтовое отделение № 27, составлял 1 887 656 руб..

            Суды пришил к вывуоду, что определенная сторонами договора № 002 от 26.06.15 величина арендной платы была на 30% выше рыночной стоимости аренды, что является существенным расхождением с учетом правовой позиции, сформулированной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.06.11 №913/11 по делу №А27-4849/2010, поскольку изложенный в названной справке вывод независимого оценщика о величине арендной платы документально не опровергнут, при этом, ходатайство о проведении судебной экспертизы в целях установления действительной стоимости аренды спорного имущества на момент заключения рассматриваемого договора участвующими в деле лицами заявлено не было.

            За период действия рассматриваемого договора с 26.06.15 по 23.03.18 АО «РОСТА» начислена арендная плата в размере 86 292 870, 40 руб.(32 месяца х 2 696 652,20 рубля), в то время как рыночная стоимость аренды имущества составила 60 404 992 руб. (32 х 1 887 656 рублей), следовательно, в результате начисления должнику арендных платежей в размере, превышающем рыночные ставки аренды, кредиторам АО «РОСТА» причинен ущерб в сумме 25 887 878 , 40 руб. (86 292 870,40 - 60 404 992).

            Кроме  того, суды указали, что в результате заключения оспариваемого договора АО «РОСТА» лишилось принадлежавшего ему имущества, оставленного в арендованных помещениях в качестве неотделимых улучшений.

            Так, согласно пункту 7.6. договора аренды № 002 от 26.06.15 Арендодатель не возмещает Арендатору расходы по улучшению помещений, неотделимые без вреда для помещения, если иное не согласовано сторонами в письменной форме при условии, что таковые осуществлены Арендатором с согласия Арендодателя. Пунктом 7.7. договора аренды № 002 от 26.06.15 закреплено, что неотделимые улучшения, произведенные Арендатором, собственностью Арендатора не являются и после прекращения или расторжения договора возмещению не подлежат, кроме отдельно оговоренных случаев, оформленных путем подписания Сторонами дополнительного соглашения.

            В соответствии с пунктом 8.1.13. договора от 26.06.15 неотделимыми улучшениями стороны признают улучшения капитального характера: материалы, конструкции, технологии, оборудование, механизмы, перепланировку, прокладку проводок и коммуникаций, реконструкцию, переоборудование сантехнического, электротехнического и другого оборудования, имеющие срок службы не менее 5 лет.

            Судами установлено, что в период действия договора аренды № 002 от 26.06.15 АО «РОСТА» в арендуемых помещениях, расположенных по адресу: г. Краснодар, Карасунский внутригородской округ, почтовое отделение № 27, произвело установку стеллажного оборудования и конвейерных линий, права на которые ИП ФИО1 в соответствии с условиями договора № 01/2018 уступки права требования от 28.03.18 передал ФИО4

            Таким образом, суды исходили из того, что АО «РОСТА» лишилось принадлежавшего ему имущества, без получения какого-либо встречного представления. Поскольку в результате исполнения оспариваемого договора аренды конкурсная масса должника была уменьшена за счет излишних арендных платежей и безвозмездной передачи имущества АО «РОСТА» ИП ФИО1, суды пришли к выводу о том, что договор аренды № 002 от 26.06.15 заключен сторонами в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника путем вывода активов.

            При этом суды учли, что на момент заключения оспариваемого договора АО «РОСТА» отвечало признакам неплатежеспособности, поскольку имело неисполненные обязательства перед контрагентами, в том числе перед: ООО ТД «ОРГАНИКА» в сумме 1 003 030, 82 руб., наличие которых послужило основанием для возбуждения производства по настоящему делу на основании заявления правопреемника Общества - гражданина ФИО7; АО «Нижфарм» в сумме 2 312 421 540, 77 руб., включенных в реестр требований кредиторов должника определением Арбитражного суда Московской области от 12.07.2018. 

            Таким образом, суды отметили, что оспариваемая сделка была заключена в условиях наличия у АО «РОСТА» неисполненных обязательств перед контрагентами в целях уклонения от их исполнения.

            Судами также сделан вывод о том, что о наличии противоправной цели оспариваемой сделки не могло быть неизвестно ИП ФИО1, поскольку заключение сделки на нерыночных условиях при ущемлении прав и интересов одной из сторон (что в рассматриваемом случае выразилось в закреплении в договоре положения о неотделимых улучшениях имущества) не отвечает критерию добросовестности действий участников гражданских правоотношений.

            При этом суды учли, что ФИО1 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 17.04.06, его основным видом деятельности является «68.20.2 Аренда и управление собственным или арендованным нежилым недвижимым имуществом», следовательно, являясь к моменту заключения рассматриваемого договора профессиональным участником рынка на протяжении почти 10 лет ИП ФИО1 в полной мере осознавал невыгодность для АО «РОСТА» условий договора № 002 от 26.06.15.

            Кроме того, суды пришли к выводу, что в результате заключения и исполнения договора аренды № 002 от 26.06.15 конкурсная масса АО «РОСТА» была уменьшена как за счет завышенных арендных платежей, так и за счет безвозмездной передачи имущества должника ИП ФИО1 в качестве неотделимых улучшений арендованного имущества.

             Суды также посчитали о недобросовестности сторон рассматриваемой сделки,  поскольку заведомая невыгодность рассматриваемого договора для АО «РОСТА» была очевидна ИП ФИО1, являющемуся профессиональным участником арендных правоотношений.

            При таких обстоятельствах, суды, признавая сделку недействительной, руководствовались статьей 61.1, пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, пунктами 1, 5, 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» , правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 12.02.2018 №305-ЭС17-11710 (3), статьями 1, 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» и исходили из того, что действия АО «РОСТА» и ИП ФИО1 по заключению оспариваемого договора свидетельствуют о недобросовестности сторон, поскольку последнему безвозмездно передано имущество должника в качестве неотделимых улучшений арендованных помещений, которое таковыми не является; в результате исполнения оспариваемого договора имущественным правам кредиторов должника был нанесен ущерб в виде разницы между стоимостью оплаченных по договору арендных платежей и рыночной стоимостью аренды имущества. 

            При этом суды, руководствуясь статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, пришли к выводу, что в порядке применения последствий недействительности сделки следует взыскать с ИП ФИО1 в конкурсную массу АО «РОСТА» 25 887 878, 40 руб., составляющих разницу между начисленными арендными платежами и действительной стоимостью аренды спорного имущества, а также возвратить в конкурсную массу АО «РОСТА» вышеуказанное оборудование, поскольку в результате исполнения оспариваемого договора АО «РОСТА» пользовалось имуществом ИП ФИО1, однако платило за него завышенную арендную плату, а также утратило права на оборудование, определенное сторонами договора в качестве неотделимых улучшений арендованного имущества.

            Кроме того, суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 150, 160 Закона о банкротстве, частью 5 статьи 49, частью 3 статьи 139, частью 6 статьи 141  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 4 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №97 от 20.12.2005 «Обзор практик рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с заключением, утверждением и расторжением мировых соглашений в делах о несостоятельности (банкротстве)»,  установив, что представленное апелляционному суду на утверждение мировое соглашение достигнуто по обособленному спору в рамках дела о банкротстве должника, вопрос об утверждении которого был рассмотрен на повторном заочном собрании кредиторов АО «РОСТА» 14.12.2020, в котором приняли участие кредиторы, обладающие в совокупности 46,17% от общего числа голосов кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, а также то, что за утверждение мирового соглашения, участвовавшие в собрании кредиторы единогласно не голосовали: за одобрение заключения мирового соглашения проголосовало 80,63% от числа присутствующих, что составляет 37,2% от общего числа голосов кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, пришел к выводу о нарушении порядка одобрения мирового соглашения собранием кредиторов должника, в связи с чем  отказал в утверждении мирового соглашения. 

            Кроме того, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что поскольку условия договора № 001 от 15.07.2014 не предусматривали установку спорных стеллажей и конвейерных линий, а в случае их установки АО «РОСТА» должно было по окончании срока действия договора демонтировать данное имущество, оснований полагать, что спорное имущество было установлено в помещении в рамках договора № 001 от 15.07.2014 не имеется.

             Суд апелляционной инстанции также учел,  что из пункта 1 договора № 01/2018 уступки права требования от 28.03.18, заключенного между ИП ФИО1 и ФИО4, следует, что спорное имущество устанавливалось АО  «РОСТА» в период действия договора №  002 от 26.06.15.

            Кроме того, руководствуясь частью 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №57 от 23.07.09 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств», суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что суд первой инстанции правомерно рассматривал спор по представленным доказательства, не опираясь на выводы Советского районного суда города Краснодара, изложенные в решении от 15.11.2018 по гражданскому делу № 2-6047/2018.

            Судом апелляционной инстанции также установлено, что в соответствии с пунктом 8.1.13. договора от 26.06.15 неотделимыми улучшениями стороны признают улучшения капитального характера: материалы, конструкции,   технологии,   оборудование,   механизмы,   перепланировку,   прокладку проводок и коммуникаций, реконструкцию, переоборудование сантехнического, электротехнического и другого оборудования, имеющие срок службы не менее 5 лет.

            Пунктом 7.7. договора аренды № 002 от 26.06.2015 закреплено, что неотделимые улучшения, произведенные Арендатором, собственностью Арендатора не являются и после прекращения или расторжения договора возмещению не подлежат, кроме отдельно оговоренных случаев, оформленных путем подписания Сторонами дополнительного соглашения.

            Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что заключив договор аренды № 002 от 26.06.15, стороны расширили список неотделимых улучшений, остающихся у Арендодателя, по сравнению с критериями таких улучшений, установленными пунктом 2 статьи 623 Гражданского кодекса Российской Федерации.

            Руководствуясь пунктом 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 16 от 14.03.14 «О свободе договора и ее пределах», с учетом того, что оспариваемый договор имеет признаки сделки, заключенной со злоупотреблением правом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что установление в договоре № 002 от 26.06.15 условия о безвозмездной передаче Арендодателю имущества Арендатора, по своей сути не являющегося неотделимым улучшением арендованного имущества, не соответствует положениям действующего законодательства и свидетельствует о противоправных действиях сторон договора.

            Также суд апелляционной инстанции отметил, что вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы со ссылкой на письмо UAB 

<

> № 4601-81002 от 03.10.18, сам по себе факт службы спорного оборудования более 5 лет не позволяет отнести его к неотделимым улучшениям, поскольку в силу пункта 2 статьи 623 Гражданского кодекса Российской Федерации неотделимыми являются улучшения, в случае невозможности их демонтажа без вреда для имущества.

            Судом апелляционной инстанции учтено отсутствие доказательств невозможности демонтажа спорных стеллажей и конвейерных линий без причинения существенного вреда арендованному помещению, более того, в представленном апелляционному суду мировом соглашении ИП ФИО1 и ФИО4 подтвердили факт наличия возможности демонтажа спорного оборудования (п. 11 мирового соглашения).

            Кроме того, суд учел, что при рассмотрении дела № А32-34194/18 Арбитражный суд Краснодарского края в решении от 19.12.2018 указал, а Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в постановлении от 10.06.2019 подтвердил, что пункт в договоре от 28.03.18 № 01/2018 об уступке права на неотделимые улучшения, произведенные АО «РОСТА», в части оборудования, не подлежит экспертизе на предмет установления отделимости или неотделимости, так как спорное оборудование не является самостоятельным объектом, подлежащим учету в Едином государственном реестре недвижимости. Поскольку данное оборудование, установленное в помещениях, недвижимым имуществом не является и не входит в компетенцию Росреестра, ввиду чего данный пункт договора не изменяет объем зарегистрированных прав при регистрации договора уступки права требования арендной платы. Установленная линия конвейерной сборки товара (конвейерная линия + система управления), стеллажное оборудование, стойки, балки, стеллажи секционные, стеллажи складские, стеллажное оборудование, стеллажи паллетного хранения, стеллаж мобильный, отдельная линия автоматической сборки A-Фрейм, конвейер отвода с автоматом A-Фрейм не являются недвижимым имуществом. Указанное имущество является технологическим оборудованием, расположенным внутри арендуемого помещения, которое в свою очередь и является объектом недвижимости.

            Таким образом, тот факт, что стороны в договоре цессии поименовали данное оборудование как неотделимое, не придает оборудованию статуса неотделимого от складского помещения.

            Также судом апелляционной инстанции учтено, что на основании договора цессии ИП ФИО1, оставаясь собственником помещений по адресу: г. Краснодар, Карасунский внутригородской округ, почтовое отделение № 27, передал ФИО4 права на спорное оборудование, что также свидетельствует о возможности его демонтажа и несоответствии данного имущества критерию неотделимости.

            Вопреки доводам ответчика, суд апелляционной инстанции установил, что факт приобретения ФИО4 прав на неотделимые улучшения, права на просроченную задолженность по внесению арендных платежей АО «РОСТА» на основании возмездной сделки не влияет на квалификацию договора аренды № 002 от 26.06.2015 как действительной сделки, поскольку основополагающим в рассматривающем случае является факт безвозмездной передачи имущества должника ИП ФИО1

            Суд апелляционной инстанции также посчитал, что указание судом первой инстанции положений пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве не свидетельствует о неправильном применении судом норм материального права, поскольку договор № 002 от 26.06.15 недействительным как сделка, совершенная при неравноценном встречном исполнении, признан не был, что следует из текста обжалуемого определения.

            Довод о нарушении судом первой инстанции норм материального права при применении последствий недействительности сделки, что выразилось во взыскании с ИП ФИО1 предполагаемой разницы между фактически установленной сторонами арендной платой и той, которую конкурсный управляющий ФИО3 посчитал рыночной, в то время как обязан был взыскать все платежи, внесенные АО «РОСТА» по договору аренды, также отклонен судом апелляционной инстанции, поскольку договор № 002 от 26.06.15 не оспаривался конкурсным управляющим по признакам мнимой сделки, факт передачи помещений АО «РОСТА» в аренду участвующими в деле лицами не оспаривается. Поскольку арендные отношения предполагают пользование имуществом за соразмерную плату, а факт нахождения помещений в аренде у АО «РОСТА» не оспаривается, суд первой инстанции правомерно взыскал с ИП ФИО1 разницу между начисленными платежами и рыночной стоимостью аренды за весь период нахождения помещений в пользовании должника. Сам по себе факт отсутствия оплаты арендных платежей со стороны АО «РОСТА» не свидетельствует о невозможности применения последствий недействительности сделки, поскольку соответствующая задолженность была взыскана решением Советского районного суда города Краснодара от 15.11.2018 по гражданскому делу № 2-6047/2018. Кроме того, ИП ФИО1 фактически получил исполнение по договору аренды, переуступив соответствующие права требования ФИО4 на основании возмездной сделки.

            Довод о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права, что выразилось в принятии уточнения заявленных требований, в котором были изменены основание и предмет иска, также мотивированно отклонен судом апелляционной инстанции на основании части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку из материалов дела следует, что конкурсный управляющий ФИО3, уточняя заявленные требования в части требования о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ИП ФИО1 в пользу АО «Роста» 25 887 878 рублей 40 копеек, не изменял основание заявленных требований, поскольку как в первоначальном, так и в уточненном заявлении конкурсный управляющий ссылался на уменьшение конкурсной массы должника путем безвозмездной передачи имущества и причинение в связи с этим вреда имущественным правам кредиторов должника.

            Кроме того,  суд посчитал, что как в первоначальном заявлении, так и в поданных уточнениях конкурсный управляющий ФИО3 ссылался на положения Гражданского кодекса Российской Федерации и Закона о банкротстве, а уточнение предмета заявленных требований было необходимо, поскольку без взыскания суммы переплаты, восстановление нарушенного права должника и его кредиторов было бы невозможно.

            Суд кассационной инстанции считает, что, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую  оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.   

            В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

            Статья 61.1 Закона о банкротстве предусматривает, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

            Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

            В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

            Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

            стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

            должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

            после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

            Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»  пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

            В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

            а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

            б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

            в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

            В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

            При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

            В пункте 6 названного Постановления закреплено, что согласно абзацам второму -пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

            а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

            б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

            Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

            При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

            В силу пункта 1 статьи 650 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды здания или сооружения арендодатель обязуется передать во временное владение и пользование или во временное пользование арендатору здание или сооружение.

            Договор аренды здания или сооружения должен предусматривать размер арендной платы (п. 1 ст. 654 ГК РФ).

            Согласно разъяснениям, данным в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 1 0 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

            Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

            Пунктами 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

            В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

            Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №25 от 23.06.15 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

            Для квалификация сделок как ничтожных с применением положений статей 10 и 168 Гражданского кодекса недостаточно установления факта ущемления интересов других лиц, необходимо также установить недобросовестность сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих защищаемый законом интерес.

            Указанный вывод суда соответствует сложившейся судебной практике применения норм статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и нашел отражение в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.11 №1795/11.

            В силу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

            В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) - возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом; целью двусторонней реституции является полное устранение имущественных последствий недействительности сделки, возникших в результате ее исполнения, путем приведения сторон в первоначальное положение, которое имело место до исполнения недействительной сделки.

            Пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве закреплено, что в случае признания сделки в соответствии с настоящей главой недействительной все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по такой сделке подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

            В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

            Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

            В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

            Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

            Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства. 

            Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

            Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки суда апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены. Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

            Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо. 

            Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

            Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется.  

            Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 26.02.2020 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2021 по  делу №А41-79022/17 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

            Председательствующий-судья                          Е.Л. Зенькова                       

            Судьи:                                                                     Е.Н. Короткова  

                                                                                  Н.Н. Тарасов