АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А70-19981/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 20 июля 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 июля 2022 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                   Куклевой Е.А.,

судей          Глотова Н.Б.,

                   ФИО1 -

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 16.03.2022 (судья Квиндт Е. И.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2022 (судьи Аристова Е.В., Брежнева О.Ю., Дубок О.В.) по делу № А70-19981/2020 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ИНН 

<

***>), принятые по заявления ФИО4 о признании требования к должнику общими обязательствами ФИО3 и ФИО2.

Суд установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (далее – ФИО3, должник) конкурсный кредитор должника - ФИО4 (далее – ФИО4, кредитор) обратился в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании задолженности в размере 12 002 659 руб. общим обязательством бывших супругов должника и ФИО2 (далее -  ФИО2, ответчик).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 16.03.2022, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2022, заявление кредитора удовлетворено. В удовлетворении ходатайства ФИО5 (далее – управляющий) о приостановлении производства по рассматриваемому обособленному спору отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 обратилась с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления кредитора.

По мнению заявителя кассационной жалобы, судами неверно распределено бремя доказывания, не учтены разъяснения, изложенные в пункте 5 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2016) о том, что заемные обязательства одного из супругов могут быть признаны общими при наличии обстоятельств расходования денежных средств на нужды семьи, данные обстоятельства доказываются кредитором; ответчик лишен возможности представить такие доказательства, поскольку должник, имеющий весь объем информации, объективно не заинтересован в ее раскрытии; платежи с карты ФИО2 на карту ФИО4 осуществлялись до заключения договоров займа, в текстах расписок отсутствует указание на то, что ответчик приняла на себя обязательства по их возврату, решением Выборгского районного суда города Санкт-Петербурга от 29.06.2020 (далее – решение районного суда от 29.06.2020) задолженность с ФИО3 взыскана в пользу кредитора без учета платежей ответчика; вывод судов об отсутствии иного источника доходов, за исключением заемных денежных средств не соответствует имеющимся в деле доказательствам; кредитором пропущен срок исковой давности.

Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 АПК РФ рассматривается в их отсутствие.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Из материалов дела следует и судами установлено, что между должником и ФИО2 06.02.2004 заключен брак, который расторгнут на основании решения суда от 29.01.2018. В браке у супругов рождены: ФИО6 (09.08.2004) и ФИО7 (30.04.2007).

В период брака между кредитором (заимодавец) и должником (заемщик) заключены договоры займа: от 19.09.2016 на сумму 1 500 000 руб., срок возврата займа – до 31.12.2016; от 19.12.2016 на сумму 2 300 000 руб., срок возврата займа – до 31.05.2017; от 02.03.2017 на сумму 950 000 руб., срок возврата займа – до 31.12.2017; от 13.03.2017 на сумму 300 000 руб., срок возврата займа – до 31.12.2017; от 07.08.2017 на сумму 3 000 000 руб., срок возврата займа – до 31.12.2017; от 22.09.2018 на сумму 1 900 000 руб., срок возврата займа – до 31.12.2018.

Решением районного суда от 29.06.2020, оставленным без изменения апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 08.12.2020, с должника в пользу кредитора взыскано 14 835 251 руб. задолженности по договорам займа, включая 9 950 000 руб. – основной долг, 4 885 521 руб.– проценты по состоянию на 19.12.2019.

Дело о банкротстве должника возбуждено 24.12.2020 по заявлению кредитора в связи с неисполнением обязательств по договорам займа.

Определением суда от 08.02.2021 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, требование кредитора в размере 14 835 521 руб. включено в реестр требований кредиторов должника с отнесением в третью очередь.

Согласно сведений паспорта, должник зарегистрирован: с 31.10.2008 по 04.06.2014 в городе Омске; с 23.06.2014 по 13.11.2019 в городе Санкт-Петербург; с 13.11.2019 по 01.02.2021 в городе Тюмень; с 01.02.2021 в городе Санкт-Петербург.

ФИО2 в судебных заседаниях в процессе рассмотрения дела о банкротстве должника неоднократно указывала, что с 2014 года постоянно проживает в городе Санкт-Петербурге по адресу, что и должник в периоды с 23.06.2014 по 13.11.2019, и с 01.02.2021 по настоящее время; данный адрес также следует из доверенности от 07.06.2021 серия 78АВ № 0300230 ФИО2, выданной на имя представителя ФИО8, удостоверенной нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга.

Из выписок по карте и счету ответчика следует, что в период с 2016 года по январь 2017 года должник перечислял денежные средства в значительных суммах: от 500 000 руб. до 1 500 000 руб.

Сведения о доходах физических лиц с сентября 2016 года по апрель 2018 года по формам 2-НДФЛ, 3-НДФЛ ответчиком и должником в налоговый орган не представлены, ФИО2 в спорный период не была трудоустроена.

Из детализации по операциям по карте ФИО4 за периоды с 01.03.2016 по 01.12.2016, с 01.01.2017 по 31.12.2017 следует, что пополнение его карты осуществлялись как самим должником (в сумме 2 198 000 руб.), так и ответчиком (в сумме 340 000 руб.).

Полагая, что полученные должником заемные денежные средства являются совместной собственностью бывших супругов, обязательства в силу статей 39, 45 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ) общими обязательствами бывших супругов К-ных, кредитор обратился в арбитражный суд с указанным заявлением.

Ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.

Суд первой инстанции, учитывая, установленные факты приобретения заемных обязательств в период брака, совместного проживания К-ных, принятия ими совместных мер по возврату займа, что свидетельствует об осведомленности ответчика о наличии таких обязательств, отсутствие неопровержимых доказательств по исключительной непричастности полученных денежных займов, начиная с сентября 2016 года, в условиях необходимости несения расходов, помимо связанных с текущими тратами на обучение несовершеннолетних детей, обслуживание имеющихся в распоряжении транспортных средств, оплаты коммунальных платежей за принадлежащие семье К-ных в различных регионах (город Курган, город Омск, город Санкт-Петербург) объекты недвижимости, пришел к выводу о наличии оснований для признания спорных обязательств общими бывших супругов К-ных.

Учитывая хронологию пополнения дебетовой карты ФИО4 как самим должником, так и его супругой ФИО2, проанализировав карту последней, в том числе в части расходования денежных средств , суд первой инстанции счел, что заменые средства использованы на личные нужды семьи и впоследствии возвращены семьей К-ных в качестве процентов по займам посредством безналичного перечисления в форме пополнения дебетовой карты заявителя в определенной хронологической последовательности и объеме осуществляемых перечислений.

Суд первой инстанции отметил, что при рассмотрении иных обособленных споров (определение суда от 23.12.2021 о включении в реестр требования кредиторов должника требования по соглашению об уплате алиментов) в деле о банкротстве должника усматривается модель процессуального поведения супругов, свидетельствующая о заинтересованности участников оспариваемых сделок, и направленность умысла при их совершении как на установление в реестре кредиторов должника – кредитора, претендующего на первоочередное удовлетворение требований за счет конкурсной массы должника в максимально возможной сумме требований, так и на вывод активов из конкурсной массы, с целью причинения вреда кредиторам; такие действия бывших супругов (в том числе оформление сделок от имени несовершеннолетних самим должником, с последующим нахождением несовершеннолетних на иждивении ответчика, и создание видимости не связанной с должником фигуры в правоотношениях) по мнению суда не может свидетельствовать об автономности участников правоотношений – бывших супругов К-ных. 

Отклоняя доводы о пропуске срока давности, суд указал, что указанный срок следует считать с момента включения требования кредитора в реестр требований кредиторов должника (определение суда от 08.02.2021), в том числе и в связи с тем, что он не являлся участником бракоразводного процесса.

Восьмой арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции поддержал выводы суда первой инстанции.

Суд округа считает, что судами по существу приняты правильные судебные акты.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) супруги должны добросовестно исполнять обязательства перед кредиторами согласно условиям состоявшегося распределения общих долгов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 34 СК РФ нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

Согласно пункту 2 статьи 45 СК РФ обращение взыскания на общее имущество супругов, а также субсидиарно на личное имущество каждого из них допускается, по общим долгам супругов и по долгам одного из них, если все полученное по сделке было направлено супругом на нужды семьи.

В силу указанного положения общими прежде всего следует считать те обязательства, которые сделаны в период брака и возникли одновременно для обоих супругов из единого правового основания, обязательства, в которых участвуют оба супруга и, соответственно, оба выступают должниками перед третьими лицами, а также обязательства, возникшие из сделок одного из супругов, совершенных им с согласия другого.

Абзацем вторым пункта 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» предусмотрено, что если кредитор, заявляя в деле о банкротстве требование, не ссылался на наличие общего обязательства супругов, вследствие чего арбитражный суд установил требование как личное, то впоследствии такой кредитор вправе обратиться с заявлением о признании его требования общим обязательством супругов.

Таким образом, кредиторы, требование которых включены в реестр требований кредиторов должника, не лишены права обратиться с заявлениями о признании обязательств общими, возникших в период брака супругов.

Как следует из разъяснений высшей судебной инстанции, приведенных в пункте 5 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016, в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 СК РФ, бремя доказывания которых лежит на стороне, претендующей на распределение долга.

В то же время, исходя из специфики дел о банкротстве в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. 

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

Как обоснованно отмечено судами, в силу специфики рассмотрения обособленных споров в рамках дела о банкротстве должника (конфликт между кредиторами и должником ввиду недостаточности средств, а также между кредиторами и супругом должника, не желающим отвечать по обязательству, стороной которого он предположительно является; конкуренция кредиторов; высокая вероятность злоупотребления правом) и объективную сложность в получении кредитором соответствующих прямых доказательств (кредиторы ограничены в процессе доказывания расхода спорных денежных средств на нужды семьи). Если кредитор приводит достаточно серьезные доводы и представляет существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительным его аргумент о направлении денежных средств на нужды семьи, в силу статьи 65 АПК РФ бремя доказывания личного характера данного обязательства переходит на супругов.

Предъявление в таком случае к кредиторам высоких требований по доказыванию заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей, так как они по существу оказываются вынужденными представлять доказательства, доступ к которым у них отсутствует в силу невовлеченности в спорные правоотношения.

В рассматриваемом случае суды, проанализировав по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства при правильном распределении бремени доказывания, установив, что долговые обязательства ФИО3 возникли в период брака, К-ны проживают совместно, ведут общее хозяйство, ими принимались совместные меры по погашению части требований кредитора, приняв во внимание отсутствие документального подтверждения расходования должником спорных денежных средств на личные нужды, пришли к верному выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления кредитора.

Доказательства, подтверждающие отсутствие у ФИО3 и ФИО2 возможности представить в материалы дела опровергающие доказательства, что являлось бы основанием для перераспределения бремени доказывания по настоящему спору обратно на кредитора, в деле отсутствуют.

Поддерживая указанные выводы суд округа учитывает, что вступившими в законную силу определением суда от 27.12.2021, постановлением суд апелляционной инстанцииот 30.03.2022 в рамках настоящего дела о банкротстве должника установлены обстоятельства совместного проживания К-ных.

Довод кассатора о пропуске заявителем срока исковой давности правомерно был отклонен судами на основании следующего.

В соответствии со статьями 195, 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности устанавливается в три года. По общему правилу, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются законом.

Как правомерно указано судом, обращение в суд с требованием о признании обязательства гражданина общим с его супругом не равноценно требованию о взыскании задолженности с супруги должника. Определение общего характера обязательства перед конкретным кредитором имеет значение для распределения средств от реализации имущества, находящегося в общей собственности супругов. В данном случае не идет речь о взыскании долга с бывшей супруги, реализация общего имущества супругов осуществляется в соответствии с пунктом 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве.

Аналогичная позиция поддержана в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 02.12.2019 № 304-ЭС19-21523, от 24.04.2020 № 308-ЭС20-4531, от 27.07.2020 № 306-ЭС19-22343(2), от 27.09.2021 № 310-ЭС21-17647(1,2), от 20.12.2021 № 305-ЭС21-24301.

Суд округа считает, что материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права.

Доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе аналогичны ранее заявленным доводам при рассмотрении спора в суде первой инстанции, апелляционной жалобе, которым судами дана надлежащая правовая оценка. По существу, доводы подателя жалобы не являются основанием для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку базируются на иной оценке фактических обстоятельств и не свидетельствуют о существенных нарушениях норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебных актов, не установлено.

 Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 16.03.2022 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2022 по делу № А70-19981/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

Председательствующий                            Е.А. Куклева

Судьи                   Н.Б. Глотов

                                ФИО1