ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-5994/2025

Дело № А40-264318/20

г. Москва

04 апреля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 27 марта 2025 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 04 апреля 2025 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи А.А. Комарова,

судей Ж.Ц. Бальжинимаевой, Ю.Л. Головачевой, 

при ведении протокола секретарем судебного заседания А.В. Кирилловой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «ПК «Желатин» на определение Арбитражного суда города Москвы от 24.12.2024 по делу № А40-264318/20, об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «АВТАРКИЯ ГРУПП» ФИО1, по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «АВТАРКИЯ ГРУПП»,

при участии в судебном заседании, согласно протоколу судебного заседания

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 25.11.2022 общество с ограниченной ответственностью «АВТАРКИЯ ГРУПП» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. 

В Арбитражный суд города Москвы 13.03.2023 года поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности бывших руководителей должника ФИО2, ФИО1, ФИО3. 

До рассмотрения заявления по существу, конкурсный управляющий обратился с уточнением требований в порядке статьи 49 АПК РФ, в котором просил привлечь ФИО2, ФИО1, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Автаркия Групп» на общую сумму 10 396 559 руб. 43 коп. в солидарном порядке. 

Данное уточнение принято судом первой инстанции к рассмотрению. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.10.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2024 привлечены к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО1, ФИО3 по обязательствам ООО «Автаркия Групп». 

Взыскано с ФИО2, ФИО1, ФИО3 солидарно в пользу ООО «Автаркия Групп» в порядке субсидиарной ответственности 10 396 559,43 руб. 

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 01.04.2024 определение Арбитражного суда г. Москвы от 25 октября 2023 года, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 25 января 2024 года по делу № А40-264318/20 в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 отменены. 

В отмененной части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы. 

До рассмотрения заявления по существу, конкурсный управляющий заявил об уточнении в порядке ст. 49 АПК РФ, в котором просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «АВТАРКИЯ ГРУПП» ФИО1. 

Данные уточнения приняты судом к рассмотрению. 

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего заявил ходатайство об отложении судебного заседания, доводы заявления поддержал. 

Представитель ФИО1 возражал против удовлетворения ходатайства об отложении, против заявления конкурсного управляющего возражал. 

Поскольку выписки поступили в суд 15.10.2024, у конкурсного управляющего имелась возможность ознакомиться с ними до настоящего судебного заседания, невозможность рассмотрения заявления в настоящем судебном заседании не установлена, в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания судом отказано в связи с отсутствием предусмотренных статьей 158 АПК РФ оснований. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 24.12.2024 г. в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «ПК «Желатин» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 24.12.2024 г. отменить, принять новый судебный акт. 

Рассмотрев апелляционную жалобу в порядке статей 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив представленные доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве. 

Из материалов дела следует, что с 22.08.2016 по до 21.01.2020 полномочия единоличного исполнительного органа (директора) Должника осуществлял ФИО2, который совместно с ФИО1 являлся также его учредителем вплоть до 18.12.2019. 

Таким образом, в силу прямого указания Закона о банкротстве ФИО1 в разные периоды являлся контролировавшим Должника лицом.

В обоснование своего заявления конкурсный управляющий указал на то, что ответчик подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника в связи тем, что несостоятельность (банкротство) ООО «АВТАРКИЯ ГРУПП» наступило в результате его деятельности (по его вине). 

Суд, учитывая рекомендации кассационного суда, пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, на основании следующего. 

Как разъяснено в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

Контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности. 

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

В силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. 

Согласно пункту 8 статьи 61.11 Закона о несостоятельности, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно. 

Кроме того, ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на это лицо обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ). 

Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя. 

При недоказанности любого из этих элементов в удовлетворении заявления должно быть отказано. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. 

Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

К ответственности подлежало привлечению лицо, осуществляющее фактический контроль над должником и использовавшее властные полномочия во вред кредиторам, то есть своими действиями приведшее его к банкротству. 

Установление фактического контроля не всегда обусловлено наличием юридических признаков аффилированности (пункт 3 Постановления № 53). 

Напротив, конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, в раскрытии своего статуса контролирующего лица не заинтересован и старается завуалировать как таковую возможность оказания влияния на должника. 

Следовательно, статус контролирующего лица устанавливается, в том числе через выявление согласованных действий между бенефициаром и подконтрольной ему организацией, которые невозможны при иной структурированности отношений. 

Верховным Судом Российской Федерации неоднократно были сформулированы правовые позиции (в том числе в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3), от 10.11.2021 г. № 305-ЭС19-14439(3- 8) и в других), согласно которым при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее: наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника; реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделок); ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (далее - критерии; пункты 3, 16, 21, 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротств») Верховный Суд РФ указывал, что применительно к критерию № 2 квалифицирующими признаками сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений «должник (его конкурсная масса) – кредиторы», то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы. 

Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент их совершения. 

При этом сама по себе убыточность заключенной контролирующим лицом сделки не может служить безусловным подтверждением наличия основания для привлечения к субсидиарной ответственности. 

Конкурсный управляющий в качестве подозрительных сделок в контексте причин банкротства должника указал договоры займа, заключенные Должником со следующими контрагентами: ООО «Северный стиль», ИП ФИО2, ООО «Аркейн Геймз», ООО «Игры народов мира». 

Вместе с тем, в 2018 году ФИО1 выступал участником только одной из указанных организаций, а именно - ООО «Игры народов Мира», при этом, оборот указанной организации с Должником за весь период составляет всего 500 тыс. руб. 

Таким образом, суд пришел к выводу, что конкурсным управляющим не доказано никакого юридического или фактического отношения к ООО «Северный стиль», ИП ФИО2, ООО «Аркейн Геймз» ФИО1 не имел, влияния на их деятельность не оказывал, в хозяйственной деятельности не участвовал, решений не принимал. 

Надлежащих доказательств того, что ФИО1 являлся инициатором и выгодоприобретателем каких-либо сделок, заключаемых Должником с контрагентами, в числе которых были аффилированные с Должником лица, в материалы спора и суду не представлено. 

Из выписок по счетам Должника следует, что сделки с ООО «Северный стиль», ИП ФИО2, ООО «Аркейн Геймз», ООО «Игры народов мира» были возмездными, поскольку все назначения платежей по договорам займа в пользу спорных контрагентов с указанием на то, что договор займа является процентным. 

На это указал и сам конкурсный управляющий в своих письменных пояснениях в таблице переводов денежных средств, что опровергает вывод об отсутствии встречного представления. 

Ни одна из сделок, указанных конкурсным управляющим как подозрительная, в деле о банкротстве им не оспаривалась, недействительной судом не признавалась. 

В силу пункта 23 постановления Пленума № 53 презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. 

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. 

Таким образом, для применения презумпции, установленной подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11, необходимо доказать два обстоятельства: должник совершил сделку или сделки, которые были значимые для него; эти сделки были существенно убыточными, то есть - отличающиеся от рыночных условий в худшую для должника сторону. 

В пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 6/8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность(банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. 

Таким образом, при обращении с требованием о привлечении руководителя должника, его учредителя к субсидиарной ответственности заявитель должен доказать, что своими действиями (указаниями) ответчик довел должника до банкротства, то есть до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам. 

Ответственность контролирующих лиц, руководителя должника является гражданско-правовой, в связи, с чем их привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ. 

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права. 

Следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между; противоправным поведением причинителя вреда и наступившими последствиями, вину причинителя вреда. 

Бремя доказывания наличия этих условий лежит на заявителе, при этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность наличия всей совокупности этих фактов. 

Недоказанность одного из перечисленных составляющих исключает возможность удовлетворения требований заявителей. 

В нарушение статьи 65 АПК РФ в материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о противоправном поведении ФИО1 и причинении вреда интересам общества. 

Вопреки указаниям кассационной инстанции, конкурсным управляющим не указано и не доказано, как именно то обстоятельство, что ФИО1 не востребовал задолженность по договорам займа с должником, в которых он предоставил должнику заемные средства, повлияло на финансовое положение Должника, какая причинно-следственная связь между бездействием Заявителя и фактически наступившим объективным банкротством. 

Согласно правовому подходу Верховного Суда РФ, изложенному в Определении от 08.02.2023 № 310-ЭС20-7837(2) по делу N А23-6235/2015 «По смыслу пунктов 2 и 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020), аффилированные лица вправе свободно определять правовую форму инвестирования, в том числе выдавать подконтрольной организации займы. В то же время очередность удовлетворения требования о возврате компенсационного финансирования подлежит понижению». 

Следовательно, осуществление инвестиций учредителем в общество (в данном случае - в форме займов) является обычной и нормальной практикой. 

При этом любые инвестиции всегда сопряжены с рисками полной или частичной потери вложений в объект инвестирования. 

Согласно сложившейся судебной практике, само по себе наличие невзысканной дебиторской задолженности, сформировавшейся при осуществлении хозяйственной деятельности должника, не может являться основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, являющейся исключительной мерой (постановление Арбитражного суда Московского округа от 04.12.2020 по делу № А40-156244/2018, постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2021 по делу № А56-366/2020). 

Доказательств совершения действий ФИО1, которые явились необходимой причиной банкротства должника, материалы дела не содержат. 

Сам по себе факт совершения рассматриваемых сделок не доказывает их противоправность. 

При этом конкурсным управляющим, как указано ранее не доказан факт убыточности сделок и заключение и с целью причинения вреда должнику. 

Исходя из изложенного, суд первой инстанции в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «АВТАРКИЯ ГРУПП» ФИО1 отказал. 

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, Ответчик не контролировал деятельность аффилированных с Должником организаций, с которыми Общество заключало сделки (за исключением ООО «Игры народов мира»), не являлся инициатором и выгодоприобретателем таких сделок.

Конкурсный управляющий в качестве подозрительных сделок в контексте причин банкротства Должника указал договоры займа, заключенные Должником со следующими контрагентами: ООО «Северный стиль», ИП ФИО2, ООО «Аркейн Геймз», ООО «Игры народов мира».

Вместе с тем, в 2018 году ФИО1 выступал участником только одной из указанных организаций, а именно - ООО «Игры народов Мира».

Оборот указанной организации с Должником за весь период составляет всего 500 тыс. руб., что несопоставимо ни с объемом предоставленного Ответчиком Должнику финансирования (более 150 млн. руб.), ни с масштабами деятельности Должника, следовательно, взаиморасчеты с указанным контрагентом не является и не могут быть причиной банкротства Должника.

Никакого юридического или фактического отношения к остальным Спорным контрагентам ФИО1 не имел, влияния на их деятельность не оказывал, в хозяйственной деятельности не участвовал, решений не принимал.

Данное обстоятельство подтверждается выписками из ЕГРЮЛ. Доказательств какого-то фактического влияния ФИО1 на указанные организации в материалах дела нет.

Необходимо учитывать, что ФИО1 выступал инвестором проекта ООО «Автаркия Групп» и в операционной деятельности Должника никак не участвовал в связи с занятостью по основной деятельности в банке «Зенит». По этой причине Ответчик не являлся инициатором и выгодоприобретателем каких-либо сделок, заключенных Должником со Спорными контрагентами. Доказательств обратного Истцом не представлено.

За реализацию проекта и всю операционную деятельность полностью отвечал второй участник Общества и одновременно его генеральный директор - ФИО2. 

Более того, ФИО1 уже с ноября 2018 года не являлся участником Должника, что подтверждается сведениями из ЕГРЮЛ и договором купли-продажи Ответчиком своей доли в пользу ФИО2

В этой связи, о задолженности Должника перед кредитором Кредитором ООО ПК «Желатин» и неуплате Должником обязательных платежей в бюджет Ответчик информацией не владел и не мог владеть, поскольку: мировое соглашение с ООО «Желатин», условия которого не были исполнены Должником, было заключено практически через год (в октябре 2019 года) после того как ФИО1 вышел из состава участников Общества (ноябрь 2018 года), налоговая отчетность за 2018 год формировалась ФИО2, а не ФИО1, при этом закрытие отчетного периода за 2018 год должно было производиться ФИО2 в 2019 году, когда ФИО1 уже вышел из состава участников Общества.

Сделки с аффилированными лицами сами по себе не свидетельствуют о наличии недобросовестной цели и отсутствии встречного представления.

Верховный Суд РФ неоднократно отмечал, что сделки между аффилированными лицами сами по себе не свидетельствуют о наличии недобросовестной цели сторон и не являются недействительными (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 05.10.2021 N 305-ЭС19-13577 по делу N А40-204589/2017, Определение Верховного Суда РФ от 12.02.2021 N 310-ЭС20-18954 по делу N А36-7977/2016). 

Вопреки доводам Конкурсного управляющего и Кредитора из выписок по счетам Должника следует, что сделки с указанными контрагентами были возмездными, поскольку все назначения платежей по договорам займа в пользу спорных контрагентов идут с указанием на то, что договор займа является процентным.

Ни одна из сделок, указанных Конкурсным управляющим как подозрительная, в деле о банкротстве не оспаривалась, недействительной судом не признавалась.

Кроме того, Истцом и Кредитором не была дана оценка влиянию сделок Должника с аффилированными лицами на банкротство с учетом масштабов реальной уставной деятельности Должника.

В силу пункта 23 постановления Пленума № 53 презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Для применения презумпции, установленной подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11, необходимо доказать два обстоятельства:

- должник совершил сделку или сделки, которые были значимые для него;

- эти сделки были существенно убыточными, то есть - отличающиеся от рыночных условий в худшую для должника сторону.

Конкурсный управляющий и Кредитор никак не обосновали того, как именно сделки со указанными контрагентами повлекли за собой банкротство Должника и какое отношение к данным сделкам имел ФИО1

Обороты по сделкам со всеми Спорными контрагентами несопоставимо малы с масштабом деятельности Должника.

Так, например, согласно выписки по счету ООО «Автаркия Групп» в АО «АЛЬФА БАНК» № 40702810602230000736 на 1647 листах, обороты организации составили более 237 миллионов рублей, в числе которых: оплаты десяткам контрагентов за поставку настольных игр, оплаты поставщикам товарно-материальных ценностей для деятельности общества, таможенные и налоговые платежи, оплата складских помещений и офисов, поступление выручки от реализации игр и др.

Аналогичная ситуация наблюдается и по валютному счету Должника в АО «АЛЬФА БАНК» № 40702840002230000050 на 48 л, обороты по которому составили более 290 тысяч долларов США.

Назначение платежей свидетельствует о том, что Должник производил оплату зарубежным поставщикам за игры по соответствующему инвойсу.

Таким образом, Общество осуществляло масштабную реальную хозяйственную деятельность. Причины банкротства никак не связаны с тем, что ФИО1 профинансировал деятельность Должника своими собственными денежными средствами на сумму свыше 150 млн. руб., и не являются следствием тех 500 тыс. руб., которые были перечислены Должником в OOО «ИГРЫ НАРОДОВ МИРА».

Истец не установил момент наступления объективного банкротства, следовательно, невозможно определить причинно-следственную связь между сделками со Спорными контрагентами и банкротством Должника.

Для оценки влияния сделок со Спорными контрагентами Конкурсному управляющему необходимо было определить момент наступления признаков объективного банкротства, в контексте которого и должны оцениваться все действия/бездействие контролирующих должника лиц.

По версии Конкурсного управляющего объективное банкротство наступило в конце 2016 года, т.е. уже через квартал после учреждения Общества.

Однако, признаков объективного банкротства по состоянию на 31.12.2016 у Должника не имелось и не могло быть, поскольку Общество только было создано и начинало свою деятельность.

Неопределенность момента наступления объективного банкротства не позволяет соотнести данное обстоятельство с тем, кто в соответствующий период времени осуществлял контроль над Обществом, как и какие именно сделки, действия/бездействия контролирующих лиц обусловили банкротство, являлось ли банкротство следствием объективных причин или результатом недобросовестных действий контролирующих лиц.

Истцом не мотивирована причинно-следственная связь между бездействием Ответчика по истребованию долга и банкротством Должника, выводы Конкурсного управляющего противоречивы.

Согласно п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Вопреки вышеуказанным разъяснениям, Конкурсный управляющий и Кредитор не пояснили как именно то обстоятельство, что ФИО1 не востребовал задолженность, повлияло на финансовое положение Должника, какая причинно-следственная связь между бездействием Заявителя и фактически наступившим объективным банкротством.

Следовательно, осуществление инвестиций учредителем в общество (в данном случае- в форме займов) является обычной практикой. При этом любые инвестиции всегда сопряжены с рисками полной или частичной потери вложений в объект инвестирования.

Поскольку ФИО1 не выводил никаких активов Должника, не извлекал никакой выгоды от сделок Должника с контрагентами, не причастен к образованию задолженности Должника, то денежные средства, которые он предоставил Должнику и не истребовал, не обуславливают банкротство Должника, не находятся в причинно-следственной связи с его банкротством.

Сумма выплаченных в 2017 году Ответчику процентов в размере порядка 4,5 млн. руб. никак не обуславливает банкротство Должника, не является недобросовестным действием и явно несоразмерна сумме предоставленного им Должнику финансирования в размере более 150 млн. руб.

Финансирование Должника Ответчиком осуществлялось исключительно прозрачным образом в безналичной форме, что полностью опровергает довод Истца о получении ФИО1 скрытой выгоды.

В материалах дела представлены выпискам по счетам Ответчика, из которых следует, что он, являясь членом Совета директоров банка «Зенит», получал значительные доходы, которые, наряду с доходами от реализации ценных бумаг использовал для вложения в ООО «Автаркия Групп».

Доводы жалобы не содержат обстоятельств, которые не были проверены и учтены судами при рассмотрении дела и могли повлиять на обоснованность и законность принятого по делу судебного акта либо опровергнуть выводы суда, вследствие чего не могут служить поводом для пересмотра обжалуемого судебного акта. 

В соответствии со ст.65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со ст.71 АПК РФ Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. 

На основании изложенного, коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции в полном объеме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы материального и процессуального права. 

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе. 

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч.4 ст.270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 102, 110, 269-271, 272 Арбитражного процессуального кодекса РФ, Девятый Арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 24.12.2024 по делу № А40-264318/20 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:                                          А.А. Комаров

Судьи:                                                                                              Ж.Ц. Бальжинимаева

                                                                                              Ю.Л. Головачева