АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

Дело №А83-9739/2017

г.Калуга

24 ноября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17.11.2020

                  Постановление изготовлено в полном объеме  24.11.2020

Арбитражный суд Центрального округа  в составе:

Председательствующего

Ахромкиной Т.Ф. 

Судей

Ивановой М.Ю.

ФИО1

При участии в заседании:

от заявителя кассационной жалобы

не явились, извещены надлежаще;

от иных лиц, участвующих в деле

не явились, извещены надлежаще;

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО «КрымСтройГрупп» ФИО2 на постановление Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2020 по делу №А83-9739/2017,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Республики Крым от 31.07.2018 г. ООО "КрымСтройГрупп" признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Конкурсный управляющий в рамках дела о банкротстве ООО "КрымСтройГрупп" обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО3 к субсидиарной ответственности по основаниям подпунктов 1, 2 п. 2 ст. 61.11 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Определением суда от 5 июня 2020 года (судья М.А. Белоус) признаны доказанными основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, производство приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2020 (судьи: Л.Н. Оликова, Н.Ю. Горбунова,  К.Г. Калашникова) определение Арбитражного суда Республики Крым от 05.06.2020 отменено, принят новый судебный акт. В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО "КрымСтройГрупп" о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании подпунктов 1, 2 п. 2 ст. 61.11 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" отказано.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, конкурсный управляющий ООО «КрымСтройГрупп» ФИО2 обратился в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой просит его отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции. Заявитель жалобы считает, что при вынесении судебных актов судами были нарушены нормы материального права, выводы судов не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. 

Правонарушение контролирующего должника лица выражается не в том, что он не передал документацию должника конкурсному управляющему, а в его противоправных деяниях, повлекших банкротство подконтрольного ему лица и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов. Судом первой инстанции установлено, что документы ООО «КрымСтройГрупп» были изъяты правоохранительными органами в копиях, таким образом подлинники этих документов находятся у ФИО3; который в свою очередь не передал их конкурсному управляющему. 

Из определения Арбитражного суда Республики Крым от 07.11.2019 следует, что в 2014 году активы должника составили 26 674 тыс. руб. Сведениями об изменениях активов должника, их увеличении либо уменьшении (с указанием причин такого уменьшения) конкурсный управляющий не располагает по причине непередачи бывшим руководителем должника соответствующей документации, а поскольку из имеющихся документов прослеживаются только активы должника ив сумму 10 648 035, 20 руб., а сведения по активам на 16 025 964, 80 руб., (исходя из данных 2014 года) отсутствуют, конкурсный управляющий делает вывод о сокрытии этих сведений бывшим руководителем ФИО3 Косвенно приведенный вывод подтверждается действиями ФИО3, но передаче в 2019-2020 г.г. конкурсному управляющему ряда документов для подачи заявлений о привлечении иных лиц (ФИО4, ФИО5, ФИО6. ФИО7) к субсидиарной ответственности.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 просит постановление суда апелляционной инстанции оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

В силу части 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность определений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Представители лиц, участвующих в деле, в судебное заседание не явились. Суд кассационной инстанции считает возможным рассмотреть дело в порядке ст. 284 Арбитражного процессуального кодекса РФ, в их отсутствие. 

Изучив материалы дела, оценив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия считает необходимым постановление суда апелляционной инстанции оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения, в связи со следующим.

В соответствии со ст. 32 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", ч. 1 ст. 223 Арбитражного процессуального кодекса РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Из заявления конкурсного управляющего ООО "КрымСтройГрупп" следует, что основаниями привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности заявлены положения подпунктов 1, 2 пункта 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

ФИО3 являлся генеральным директором общества с 18.08.2014 г., что подтверждено приказом N 1 от 18.08.2014 г., трудовым договором от 18.08.2014 г.

Участниками общества являются ФИО6, ФИО8, ФИО4, ФИО9 по 25% доли в уставном капитале у каждого.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено названным Федеральным законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более, чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

На основании пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более, чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более, чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

Учитывая приведенные нормы законодательства о банкротстве, суды обоснованно отнесли ФИО3 как бывшего руководителя к контролирующему должника лицу.

В соответствии с п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно подпункту 1 пункта 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: 1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Конкурсный управляющий в заявлении о субсидиарной ответственности указал, что подозрительная сделка, совершенная должником с заинтересованным лицом ФИО10 (супруга руководителя) 15-16.10.2014 г. на сумму 700 000 руб., причинила существенный вред кредиторам и повлияла на погашение требований кредиторов, поскольку уменьшились активы должника.

Суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности управляющим основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по подпункту 1 п. 2 ст. 61.11 закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции не согласился, в связи со следующим.

Как указано в пункте 23 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

В материалы дела не представлены доказательства, что указанная сделка на сумму 700 000 руб., совершенная 15-16.10.2014 г., стала причиной объективного банкротства должника, а также повлекла невозможность удовлетворения требований кредиторов. Конкурсным управляющим должны быть приведены аргументы и доказательства, что данная сделка является убыточной для должника, привела к объективному банкротству.

Следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. (п. 23 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53).

Таких доказательств конкурсным управляющим не представлено.

Действительно, определением Арбитражного суда Республики Крым от 07.11.2019 г. указанная сделка, совершенная в октябре 2014 г., признана недействительной и применены последствия недействительности сделки.

Однако, из материалов дела следует, что признаками несостоятельности должник стал обладать не ранее января 2015 г.: ООО "Морская компания "Корвет" (А40-91149/2016 г. - договор поставки от 01.12.2014 г., срок образования задолженности - январь 2015 г.); ООО "Кедр" (А83-2821/2016 - срок образования задолженности февраль 2015 г.); ООО "Галеон" (А32-14823/2017, срок образования задолженности - март - апрель 2016 г.); АО "ИПС" (А32-39436/2016 - срок образования задолженности - октябрь 2016 г.) и др. кредиторы, требования которых включены в реестр требований кредиторов.

Таким образом, доказательства того, что именно сделка на сумму 700 000 руб. являлась убыточной, в результате которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход, и как следствие стала причиной объективного банкротства должника, а также повлекла невозможность удовлетворения требований кредиторов, в материалах дела отсутствуют, конкурсным управляющим не представлены.

В силу положений Закона о банкротстве на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Иные сделки, которые могли бы повлиять на ухудшение финансово-экономического состояния должника в той мере, как если бы были направлены на достижение критического результата в совокупной деятельности должника на пути к объективному банкротству, конкурсным управляющим в заявлении не приведены.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу об ошибочности выводов суда первой инстанции, и о недоказанности наличия оснований подпункта 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве для привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Следовательно, для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо установить факт неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, вину субъекта ответственности и причинно-следственную связь между отсутствием документации (несвоевременным предоставлением) и существенным затруднением проведения процедуры банкротства, невозможностью формирования конкурсной массы (формирования не в полном объеме) и, как следствие, неудовлетворением требований кредиторов.

Согласно п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве, с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника). Руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

Суд первой инстанции, посчитав доказанным обстоятельства привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по основаниям подпункта 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, указал о невозможности формирования конкурсной массы, в том числе проведение мероприятий по взысканию дебиторской задолженности, и затруднительности проведения процедуры банкротства в связи с неисполнением указанным лицом обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации управляющему.

Суд апелляционной инстанции посчитал, что выводы суда первой инстанции являются ошибочными, сделанными без учета всех обстоятельств дела и представленных ФИО3 доказательств наличия оснований для освобождения его от субсидиарной ответственности по заявленному управляющим основанию.

Согласно положениям статей 20.3, 67 Закона о банкротстве установлена обязанность временного управляющего принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника, провести анализ финансового состояния должника, выявить кредиторов должника; созывать и проводить первое собрание кредиторов. Кроме того, временный управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о своей деятельности и протокол первого собрания кредиторов с приложением документов, определенных пунктом 7 статьи 12 настоящего Федерального закона, не позднее чем за пять дней до даты заседания арбитражного суда, указанной в определении арбитражного суда о введении наблюдения. К отчету временного управляющего прилагаются заключение о финансовом состоянии должника, заключение о наличии или об отсутствии оснований для оспаривания сделок должника, обоснование возможности или невозможности восстановления платежеспособности должника, целесообразности введения последующих применяемых в деле о банкротстве процедур.

Истребуемые у должника временным управляющим документы на основании пункта 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве необходимы для своевременного и достоверного изготовления временным управляющим документов, указанных в статье 67 Закона о банкротстве.

Из материалов дела следует, что арбитражный управляющий ФИО2, исполняя обязанности временного и конкурсного управляющих, в порядке принудительного представления руководителем должника необходимой документации, в суд не обращался.

Между тем, из материалов дела, усматривается, что по итогам наблюдения временным управляющим составлен отчет, анализ финансового состояния должника, анализ на выявление признаков преднамеренного и фиктивного банкротства. При этом в составленных документах временным управляющим не указано о невозможности проведения анализа финансового состояния должника в связи с непредставлением руководителем должника необходимой документации, либо о неполной информации относительно активов должника.

В процедуре конкурсного производства конкурсный управляющий также не обращался в суд с истребованием у ФИО3 документов в порядке ст. 126 Закона о банкротстве.

Из инвентаризационной описи N 181025-01 от 25.10.2018 г. следует, что конкурсным управляющим выявлена дебиторская задолженность в размере 10 760 927 руб., иное имущество отсутствует.

Конкурсный управляющий в заявлении указывает, что непередача руководителем ФИО3 документов не позволяет конкурсному управляющему выявить дебиторов должника, с учетом того, что в бухгалтерской отчетности должника отражена дебиторская задолженность на сумму 10 млрд. руб.

Между тем, бухгалтерская отчетность, на которую ссылается и ориентируется конкурсный управляющий в материалах обособленного спора отсутствует. С целью проверки доводов жалобы и возражений конкурсного управляющего, суд апелляционной инстанции на основании запроса от 30.07.2020 г. истребовал материалы основного дела о банкротстве ООО "КрымСтройГрупп".

Из бухгалтерских балансов за период с 2015-2017 г.г. следует, что в 2017 г. общество хозяйственную деятельность не осуществляло - баланс фактически нулевой, в 2016 г. - активы общества составили 10 000 руб., в 2015 г. - основные средства 578 000 руб., дебиторская задолженность 5 881 тыс. руб., запасы 18 320 тыс. руб., финансовые вложения 2 216 тыс. руб., кредиторская задолженность 27 045 тыс. руб., заемные средства 5 639 тыс. руб. Из пояснений апеллянта и конкурсного управляющего следует, что фактически деятельность общества осуществлялась в 2014-2015 г.г., в 2016-2017 г.г. производственная деятельность прекратилась, общество занималось взысканием дебиторской задолженности, что подтверждается решениями судов о взыскании дебиторской задолженности, которая включена в конкурсную массу должника в размере 10 млн. руб.

Следует отметить, что из материалов дела следует, что во исполнение обязанности о передаче документации, активов должника, установленной ст. 126 Закона о банкротстве, ФИО3 в адрес конкурсного управляющего переданы документы, отраженные в актах приема-передачи от 02.08.2018 г., от 22.03.2018 г., а также в реестре от 06.06.2018 г.

В качестве доказательств невозможности представления документов за 2015 г., ФИО3 представлена справка о краже документов: кассовая книга за 2015 г., первичные документы бухгалтерского учета за 2015 г.

Кроме того, ФИО3 указано на то, что в 2015-2016 г.г. им неоднократно по запросам правоохранительных органов и органов прокуратуры представлялись бухгалтерские документы: в Управление экономической безопасности и противодействия коррупции - исх N 143 от 24.04.2015 г. на запрос N 1243 от 08.04.2015 г., от 28.04.2015 г.; УФСБ по Республике Крым - от 28.07.2015 г. на запрос N 171/32-4409 от 17.07.2015 г.; в Службу финансового надзора - исх. N 62 от 30.06.2015 г.; в ИФНС по г. Симферополю - исх N 4/7 от 20.04.2016 г.

Доказательства возврата представленных ФИО3 в указанные органы документов отсутствуют.

Из материалов дела следует и указано ответчиком, что ФИО3 предпринимал попытку восстановить бухгалтерскую отчетность и документы за период с 01.01.2015 г. по 28.02.2017 г., в связи с чем ООО "КрымСтройГрупп" 22.03.2017 г. был заключен договор об оказании услуг по восстановлению данных бухгалтерского учета с ООО "Руна". По результатам исполнения договора, исполнителем составлен акт от 30.03.2018 г. о невозможности восстановлении данных бухгалтерского учета.

Частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ предусмотрено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу положений частей 1 и 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Из материалов дела следует и установлено судом первой инстанции, что на основании актов приема-передачи от 02.08.2018 г., от 22.03.2018 г., реестра от 06.06.2018 г. и пояснений ФИО3, имеющая документация должника передана конкурсному управляющему. Руководителем должника даны пояснения относительно невозможности представления иных документов и отсутствии некоторых запрашиваемых документов как таковых в связи с их кражей, представлены документы о попытке восстановления документации бухгалтерского учета, имеются письменные доказательства представления документов должника в правоохранительные органы и в налоговую службу, при этом сведения о возврате документации отсутствуют.

Из материалов дела следует, что сформирована конкурсная масса должника в размере 10 760 927 руб. - дебиторская задолженность, которая подтверждена решениями судов, исполнительными листами. Именно руководителем должника ФИО3 в 2016-2017 г.г. проводились мероприятия по взысканию дебиторской задолженности, что послужило в дальнейшем включению в конкурсную массу должника подтвержденной судебными актами, вступившими в законную силу, дебиторской задолженности, которая сейчас продается управляющим с торгов.

Напротив, конкурсным управляющим не представлены доказательства, что у должника по бухгалтерской отчетности числилась дебиторская задолженность 10 млрд. руб., отсутствуют доказательства, что в связи с непередачей документов существенно затрудняется проведение конкурсного производства.

В судебном заседании конкурсный управляющий указал, что дебиторская задолженность ООО Ява-Строй" на сумму 6 607 702 руб. исключена из конкурсной массы, поскольку на основании постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2020 г., оставленного без изменения постановлением Арбитражного суда Московского округа от 31.07.2020 г., отменено определение Арбитражного суда г. Москвы от 06.12.2019 г. о включении требований ООО "КрымСтройГрупп" в реестр требований кредиторов ООО "Ява Строй" в размере 6 607 702 руб. Конкурсный управляющий считает, что причинами отмены указанного судебного акта является непредставление руководителем должника первичной документации, подтверждающей возникшее неисполненное обязательство.

Между тем, суд апелляционной инстанции посчитал необходимым указать, что отмена судебного акта, на основании которого требования должника включены в реестр требований кредиторов ООО "Ява Строй" - дебитора, произошла после вынесения оспариваемого судебного акта, а также отмена судебного акта произведена в связи с переоценкой судом апелляционной инстанции представленных ООО "КрымСтройГрупп" доказательств, подтверждающих заявленное требование, достаточность которых установил суд первой инстанции, а не в связи с недобросовестным поведением или ненадлежащим исполнением ФИО3 обязанностей по передаче документов управляющему.

Кроме того, учитывая, что в деле о банкротстве ООО "Ява Строй" - дебитора должника, имеется только абстрактная возможность полного удовлетворения требований кредиторов третьей очереди за счет имущества должника, нельзя утверждать, что ООО "КрымСтройГрупп" получило бы полное удовлетворение своих требований к ООО "Ява Строй" в размере 6 млн. руб., даже в случае нахождение указанных требований в реестре кредиторов.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что несмотря на неисполнение руководителем должника в полном объеме обязанности по передаче документации должника, в процедуре наблюдения временным управляющим был проведен анализ финансового состояния должника, по результатам финансового анализа деятельности должника сделаны следующие выводы: о невозможности восстановления платежеспособности, целесообразности введения конкурсного производства, признаки преднамеренного и фиктивного банкротства не обнаружены.

Из материалов дела следует, что конкурсным управляющим сформирована конкурсная масса в размере 10 760 927 руб., доказательства в чем именно имеются затруднения в проведении конкурсного производства в связи с непередачей в полном объеме документации конкурсным управляющим не представлены, доказательства наличия в бухгалтерской отчетности дебиторской задолженности 10 млрд. руб. отсутствуют, в рамках конкурсного производства оспорена подозрительная сделка должника.

По мнению суда апелляционной инстанции, конкурсным управляющими не доказано, что неисполнение руководителем должника обязанности по передаче документации привело к затягиванию процедуры банкротства, невозможности проведения анализа финансового состояния должника, формированию конкурсной массы должника.

Напротив, конкурсный управляющий, имеющий сведения о представлении документов в правоохранительные и налоговый органы, в силу своих полномочий вправе истребовать документы должника, возможности которые отсутствуют у ФИО3

Суд апелляционной инстанции посчитал, что конкурсным управляющим не представлены достаточные доказательства полагать о наличии оснований для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по подпункту 2 п. 2 ст. 61.11. Закона о банкротстве.

Иные основания для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим не заявлялись.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что конкурсным управляющим не доказан весь состав вменяемого гражданско-правового деликта, а именно факт причинения вреда действиями руководителя, выразившихся в непередаче конкурсному управляющему бухгалтерских и иных документов, отражающих экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения.

Доказательств невозможности выполнения мероприятий процедуры банкротства вследствие непередачи документации должника суду не представлено, заявителем не доказано. Напротив, ФИО3 представлены доказательства передачи документов, что зафиксировано в актах, передачи документов по дебиторской задолженности, предприняты меры по восстановлению бухгалтерской документации, представлены сведения о направлении документации должника в правоохранительные и налоговые органы.

Поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, безусловно свидетельствующие о наличии противоправного характера поведения лица, о привлечении к ответственности которого заявлено, наличии вины, наличии вреда, причинно-следственной связи между противоправным поведением и причиненным вредом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии достаточных и безусловных оснований, которые позволили бы установить признаки и основания для возложения субсидиарной ответственности на ФИО3

Ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, их привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности (нормы статей 15, 393 ГК РФ) для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправность действий (бездействия) причинителя убытков, наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправными действиями (бездействием) и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя.

При недоказанности любого из этих элементов в удовлетворении заявления должно быть отказано.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции ошибочно посчитал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Доводы заявителя кассационной жалобы не могут быть приняты во внимание, так как по существу направлены на переоценку имеющихся в деле материалов и сделанных на их основе выводов суда апелляционной инстанции, что не является основанием для изменения или отмены обжалуемого судебного акта. Оснований для переоценки у суда кассационной инстанции не имеется.

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 287, ст.ст. 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2020 по делу №А83-9739/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном ст. 291.1 АПК РФ.

Председательствующий                      Т.Ф. Ахромкина

Судьи                              М.Ю. Иванова

                                                                                                            ФИО1