АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-2547/2022

г. Краснодар

22 августа 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 22 августа 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 августа 2024 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Ташу А.Х., судей Малыхиной М.Н. и Рассказова О.Л., при ведении протокола помощником судьи Дубницкой Д.А. и участии в судебном заседании посредством веб-конференции от ответчика – общества с ограниченной ответственностью «НК Нефтесфера» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО1 (доверенность от 12.05.2022), в отсутствие истца – общества с ограниченной ответственностью «Омега» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), надлежаще извещенного о времени и месте судебного разбирательства посредством размещения сведений в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Омега» на решение Арбитражного суда Ставропольского края от 27.12.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.06.2024 по делу № А63-2547/2022, установил следующее.

ООО «Омега» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с иском к ООО «НК Нефтесфера» (далее – компания) о взыскании 2 027 025 рублей неосновательного обогащения и 177 502 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами с 17.04.2020 по 20.12.2021.

Решением от 27.12.2023, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 03.06.2024, в удовлетворении иска отказано. Суды исходили из доказанности факта поставки товара при наличии между сторонами договорных отношений.

В кассационной жалобе общество просит отменить судебные акты и удовлетворить иск. По мнению заявителя, в ходе рассмотрения дела заявление о фальсификации доказательств не рассматривалось, об отказе в  удовлетворении данного ходатайства истец узнал только после вынесения резолютивной части решения, чем существенно нарушены нормы процессуального права и права истца как участника процесса. Суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении заявления о фальсификации доказательств и назначении экспертизы подлинности подписи руководителя общества и печати истца. С ответчиком отсутствовали и отсутствуют какие-либо правоотношения. Договор поставки от 10.04.2020 № 191 и иные документы, представленные компанией, являются сфальсифицированными, так как подпись директора и печать общества поддельны. Компания не представила надлежащих доказательств исполнения договора поставки. В деле отсутствуют доказательства, свидетельствующие о наличии у истца волеизъявления на заключение оспариваемой сделки, в связи с чем у судов имелись основания для признания договора купли-продажи ничтожной сделкой и удовлетворения иска. Суды не учли доводы истца относительно недобросовестности действий ответчика, а также ответы правоохранительных органов, в которых установлены факты хищения денежных средств со счета истца и перевод их по фиктивным основаниям компании.

В отзыве компания просит оставить судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Суд кассационной инстанции отмечает, что представителю общества ФИО2 удовлетворено ходатайство об участии в судебном заседании посредством веб-конференции. Однако в установленный срок представитель истца к участию в деле посредством онлайн-заседания не подключился при том, что возможность такого подключения судом округа предоставлена (подтверждается участием представителя ответчика посредством веб-конференции). В связи с этим истец несет риск несовершения им процессуальных действий. 

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и выслушав представителя ответчика, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению.

Как следует из материалов дела, в ходе расследования, проводимого в рамках уголовного дела № 12101450009000125, находящегося в производстве СЧ СУ УВД по САО ГУ МВД России по г. Москве, обществу стало известно о незаконном перечислении денежных средств на расчетный счет компании.

Согласно документам из материалов уголовного дела третьи лица без ведома руководства истца преступным путем осуществили перевод денежных средств с расчетного счета общества № 40702810300010000533 в ООО «КБ "Невастройинвест"» на расчетный счет компании в размере 2 027 025 рублей при отсутствии между сторонами договорных отношений.

Полагая, что данные денежные средства являются неосновательным обогащением компании, общество обратилось в арбитражный суд с иском.

Возражая против удовлетворения иска, ответчик указал, что на спорную сумму поставил истцу товар в рамках заключенного 10.04.2020 договора № 191, согласно пункту 4.4 которого общество осуществляет оплату стоимости товара на условиях 100% предоплаты путем перечисления денежных средств на расчетный счет поставщика. Компания выставила счет на оплату от 17.04.2020 № 150 на сумму 2 027 025 рублей. В подтверждение факта поставки товара ответчик в материалы дела представил копии подписанных сторонами универсальных передаточных документов и товарно-транспортных накладных (т. 1, л. д. 93 – 107). Кроме того, представлен оригинал акта сверки взаимных расчетов за 2 квартал 2020 года, подписанный сторонами, скрепленный печатями организаций, из которого следует, что задолженность у сторон отсутствует.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Кодекса.

Согласно пункту 2 статьи 1105 Кодекса лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило.

В пункте 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019, указано, что по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика – обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Вместе с тем из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, доводы и возражения сторон с учетом изложенных норм, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований ввиду перечисления истцом ответчику денежных средств в рамках договорных отношений.

Как установили суды и видно из материалов дела, оплата внесена на основании заключенного сторонами договора поставки, размер внесенной обществом оплаты за товар не превышает цены поставленного товара. Согласно выписке по счету в ООО «КБ "Невастройинвест"» № 40702810300010000533 платеж, осуществленный 17.04.2020 в сумме 2 027 025 рублей, является оплатой счета от 17.04.2020 № 150. Указанный счет направлен ответчиком истцу в рамках исполнения договора поставки №  191, заключенного сторонами 10.04.2020, подписанного директором общества ФИО3 и заверенного печатью истца.

Обязательства по поставке товара по договору на сумму 2 027 025 рублей выполнены компанией в полном объеме, что подтверждается счетами-фактурами, товарно-транспортными накладными от 17.04.2020 № 41701, от 17.04.2020 № 41702, от 18.04.2020 № 41805, от 20.04.2020 № 42001, от 20.04.2020 № 42002. Поставка товара отражена в бухгалтерских документах ответчика и документации, переданной в налоговую службу.

Денежные средства в размере 2 027 025 рублей перечислены платежным поручением от 17.04.2020 № 395 с использованием системы «банк-клиент». Документы, заявления, жалобы, а также сведения о хищении или утрате электронных цифровых ключей и их замене отсутствуют. Материалы дела не содержат доказательств того, что ФИО3 осуществил передачу электронных цифровых ключей в результате противоправных действий компании (ее аффилированных лиц), как и доказательств того, что компания располагала сведениями о распоряжении денежными средствами общества неуполномоченным лицом (в случае такового).

Довод общества о том, что факт мошеннических действий в отношении истца путем хищения денежных средств с расчетного счета, в том числе в виде незаконного перечисления денежных средств по фиктивным основаниям на расчетный счет компании, установлен органами внутренних дел в ходе предварительного расследования, подлежит отклонению.

В силу положений части 4 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

Таким образом, в отсутствие приговора суда, установление фактов органами предварительного расследования по уголовному делу не имеет преюдициального значения.

При установленных обстоятельствах оснований для вывода о наличии на стороне ответчика неосновательного обогащения в указанном истцом размере не имеется.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции истец заявлял о фальсификации договора поставки от 10.04.2020 № 191, счетов-фактур и товарно-транспортных накладных, просил назначить почерковедческую экспертизу.

При рассмотрении данного заявления суд первой инстанции исследовал другие имеющиеся в деле доказательства и сделал вывод о необоснованности заявления о фальсификации и отсутствии оснований для назначение экспертизы, поскольку подписи ФИО3 между собой различны, в том числе и в представленных процессуальных документах, то есть в материалах дела имеется несколько вариантов его подписи. 

С учетом явного несоответствия подписей ФИО3 в исковом заявлении тем вариантам подписи, которые учинены в досудебной претензии и доверенности от 02.12.2019, суд апелляционной инстанции также не усмотрел оснований для назначения по делу почерковедческой экспертизы, так как для соответствующего вывода о существенной разнице в подписях специальные познания не требуются. При использовании ФИО3 разных вариантов подписи, с учетом фактических обстоятельств по делу, устранение противоречий в их написании не представляется возможным. Основания полагать, что подпись ФИО3 выполнена не им во всех представленных доказательствах, у судов отсутствовали.

Кроме того, отказывая в назначении судебной экспертизы по определению принадлежности печати обществу, проставленной на спорных документах, суд апелляционной инстанции исходил из того, что удовлетворение ходатайства о проведении экспертизы является правом, а не обязанностью, которое суд может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.

В подтверждение заключения договора ответчик представил его подлинник, подписанный сторонами и содержащий оттиски печатей.

Печать является одним из способов идентификации юридического лица в гражданском обороте. Юридическое значение круглой печати общества заключается в удостоверении ее оттиском подлинности подписи (подписей) лица (лиц), управомоченного представлять общество во внешних отношениях, а также того факта, что соответствующий документ исходит от индивидуально определенной коммерческой организации как юридического лица, являющегося самостоятельным участником гражданского оборота.

При этом для подтверждения волеизъявления лица необходимо в обязательном порядке наличие подписи на документе, а наличие печати – это не обязательный, а факультативный элемент, подтверждающий волеизъявление лиц (в случае, если законом, иными правовыми актами и соглашением сторон он установлен в качестве дополнительного требования).

В данном случае вопрос об идентичности проставленных на спорных документах оттисков печати, принадлежащей обществу, не имеет правового значения, поскольку истец не опроверг принадлежность работнику общества подписи на спорных документах.

Довод общества о недобросовестном поведении ответчика не нашел документального подтверждения, на основании чего также не принят во внимание. Как верно отметил апелляционный суд, постановлением отдела СЧ СУ УВД по САО ГУ МВД России по г. Москве от 06.07.2022 общество в лице ФИО3 признано потерпевшим по уголовному делу № 42201450009000113. В настоящее время расследование уголовного дела № 42201450009000113 не окончено, приговор по указанному уголовному делу не вынесен. Какие-либо иные доказательства недобросовестности действий компании в деле отсутствуют.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы суд округа признает, что суды первой и апелляционной инстанций верно определили круг обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения спора, представленным доказательствам дана правовая оценка, выводы судов о применении норм материального права соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Основания для отмены обжалуемых судебных актов отсутствуют. 

Руководствуясь статьями 274, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ставропольского края от 27.12.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.06.2024 по делу № А63-2547/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                       А.Х. Ташу 

Судьи                                                                                                                     М.Н. Малыхина

                                                                                                                                О.Л. Рассказов