ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru. 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-21243/2016

г. Самара

28 марта 2019 г.

Резолютивная часть постановления оглашена 21 марта 2019 года

Постановление в полном объеме изготовлено 28 марта 2019 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Мальцева Н.А.,

судей Садило Г.М., Серовой Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании 21 марта 2019 года в помещении суда, в зале № 7, 

апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23 января 2019 года (судья Маннанова А.К.), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной̆ ответственностью «Промышленное нефтяное снабжение» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 в рамках дела №А65-21243/2016 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Промышленное нефтяное снабжение», ИНН 

<

***>,

  без участия лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом.

установил:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12.10.2016 признано обоснованным заявление публичного акционерного общества «Тимер-Банк», г.Казань, и в отношении общества с ограниченной̆ ответственностью «Промышленное нефтяное снабжение», г.Бугульма, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО3, член Некоммерческого партнерства «Объединение арбитражных управляющих «Авангард». 

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 197 от 22.10.2016.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.01.2017 в отношении общества с ограниченной̆ ответственностью «Промышленное нефтяное снабжение» открыто конкурсное производство сроком на 4 месяца. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3.

В Арбитражный суд Республики Татарстан 19.10.2018 поступило заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной̆ ответственностью «Промышленное нефтяное снабжение» ФИО3 о взыскании убытков.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.01.2019 заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной̆ ответственностью «Промышленное нефтяное снабжение» ФИО3 удовлетворено. ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности. Приостановлено производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.01.2019 по делу № А65-21243/2016 отменить, отказать в удовлетворении заявления.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылается на то, что последним в 2017 году была передана конкурному управляющему должника вся имеющаяся у него документация, в связи с чем основания для привлечения его к субсидиарной ответственности отсутствуют.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2019 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 21.03.2019.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

Лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом путем направления почтовых извещений и размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с требованиями абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ, в связи с чем суд вправе рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие согласно ч. 3 ст. 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения суда первой инстанции, исходя из следующего.

В силу ст. 32 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее- АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более, чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 4  статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника».

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, руководителем должника на дату признания ООО «Промышленное нефтяное снабжение» банкротом являлся ФИО2, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц и сведениями уполномоченного органа, следовательно, последний является контролирующим должника лицом.

Как указывает конкурсный управляющий должника, согласно бухгалтерской документации по состоянию на 31.12.2014 балансовая стоимость активов должника составляла 9 442 000 рублей, из них - основные средства - 23 000 рублей, запасы - 142 000 рублей, дебиторская задолженность - 9 054 000 рублей.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.12.2016 удовлетворено заявление временного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Промышленное нефтяное снабжение» ФИО3 об обязании руководителя должника - ФИО2 передать бухгалтерскую и иную документацию должника временному управляющему. 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.06.2017 удовлетворено заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Промышленное нефтяное снабжение» ФИО3 об истребовании документации у бывшего руководителя должника ФИО2 

Суд обязал руководителя общества с ограниченной ответственностью «Промышленное нефтяное снабжение» ФИО2 передать конкурсному управляющему общества с ограниченной ответственностью «Промышленное нефтяное снабжение» ФИО3 все документы, подтверждающие дебиторскую задолженность общества с ограниченной ответственностью «Промышленное нефтяное снабжение» на сумму 9 054 000,00 рублей, документы, подтверждающие финансовые вложения общества с ограниченной ответственностью «Промышленное нефтяное снабжение» на суму 223 000,00 рублей, в том числе: платежные поручения, квитанции, договоры, акты приема-передачи и другие документы в подтверждение финансовых вложений общества.

В связи с неисполнением указанного определения 25.01.2018 возбуждено исполнительное производство.

Как указывает конкурсный управляющий должника, по настоящий момент документы конкурсному управляющему не переданы. 

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.11.2018 суд признал бездействие судебного пристава-исполнителя Бугульминского РОСП УФССП России по Республике Татарстан ФИО4 незаконным.

Обращаясь в суд с заявлением о взыскании со ФИО2 убытков в размере 9 277 000,00 рублей, конкурсный управляющий должника сослался на не передачу ФИО2 сведений и документов, подтверждающих дебиторскую задолженность должника.

При этом фактически конкурсный управляющий должника ссылается на необходимость взыскания с контролирующего должника лица убытков в размере стоимости не переданного управляющему имущества.

Судом первой инстанции верно отмечено, что привлечение к субсидиарной ответственности по спору о взыскании убытков не является изменением исковых требований, а представляет собой уточнение правовой квалификации иска при очевидной неизменности преследуемого конкурсным управляющим материально-правового интереса.

В пунктах 1, 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление от 21.12.2017 № 53) разъяснено, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

Абзацем 4 пункта 20 постановления от 21.12.2017 № 53 предусмотрено, что независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. При этом исходит из следующего.

В соответствии с п. 1, п. 2 (п. п. 2, 4) ст. 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Согласно п. 4 ст. 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Согласно п. 6 ст. 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 4 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами.

При доказанности обстоятельств, составляющих опровержимые презумпции доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, указанному в п.п. 1 п. 4 Закона о банкротстве, необходимо установить следующие обстоятельства:

- к моменту принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют документы бухгалтерского учета и отчетности либо искажена информация, подлежащая отражению в документах бухгалтерского учета и отчетности;

- в результате не передачи документов бухгалтерского учета и отчетности или искажения информации, подлежащей отражению в документах бухгалтерского учета и отчетности, затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование конкурсной массы.

Вопрос о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, указанным конкурсным управляющим в данном заявлении, может быть разрешен только при совокупности этих двух обстоятельств.

Ответственность, предусмотренная п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие положения главы 25 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо факта отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности исходя из того, приняло ли данное лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при должной степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности также имеет значение причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 № 9127/12).

Поскольку нормами подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия руководителя, пока не доказано иного, то бремя доказывания отсутствия своей вины в том, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие его действий и (или) бездействия, несет ФИО2

Ведение текущей финансово-хозяйственной деятельности общества, организация бухгалтерского и налогового учета возложены действующим законодательством на руководителя общества, а ФИО2 до даты введения конкурсного производства являлся исполнительным органом общества.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Таким образом,  ФИО2 как бывший директор общества обязан был передать всю документацию, касающуюся деятельности общества, конкурсному управляющему в установленные законом сроки.

 В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время - подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при не передаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в пункте 24 постановления от 21.12.2017 № 53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

ФИО2 не совершил каких-либо действий, направленных на передачу бухгалтерской и иной документации должника конкурсному управляющему, и не предпринимал какие-либо меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.13 Закона о банкротстве в случае нарушения руководителем должника положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

Поскольку наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона, то именно руководитель должника обязан доказывать наличие уважительных причин непредставления документации. Таким образом, доказательства отсутствия вины должны быть представлены самим руководителем должника, как лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности, в соответствии с требованиями пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доказательств совершения ФИО2 действий по восстановлению утраченной документации по дебиторской задолженности, а также разумных объяснений относительно причин не передачи испрашиваемой документации конкурсному управляющему  в материалы дела не представлено.

Таким образом, суд первой инстанции законно и обоснованно пришел к выводу о наличии следующих обстоятельств: недостаточность имущества должника для удовлетворения требований конкурсных кредиторов; неисполнение ответчиком обязательства по передаче документации (объективная сторона правонарушения); вина субъекта ответственности, исходя из того, что ответчик не принял все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота; наличие причинно-следственной связи между отсутствием документации и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, в связи с чем привлек бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности в порядке п.2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно п.7 ст.61.16 Закона о банкротстве если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Судом первой инстанции установлено, что в настоящее время не представляется возможным определить размер ответственности ФИО2, поскольку не все мероприятия конкурсного производства по формирования конкурсной массы завершены, к расчетам с кредиторами конкурсный управляющий не преступал.

На основании изложенного суд первой инстанции правомерно приостановил производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Довод ФИО2 о том, что им была передана конкурсному управляющему должника вся имеющаяся документация в 2017 году, суд апелляционной инстанции отклоняет в силу следующего.

Не передача всей имеющейся у ФИО2 документации в нарушение положений Закона о банкротстве установлена вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.06.2017, которым на последнего возложена обязанность передать конкурсному управляющему общества с ограниченной ответственностью «Промышленное нефтяное снабжение» ФИО3 все документы, подтверждающие дебиторскую задолженность общества с ограниченной ответственностью «Промышленное нефтяное снабжение» на сумму 9 054 000,00 рублей, а также документы, подтверждающие финансовые вложения общества с ограниченной ответственностью «Промышленное нефтяное снабжение» на суму 223 000,00 рублей, в том числе: платежные поручения, квитанции, договоры, акты приема-передачи и другие документы в подтверждение финансовых вложений общества.

Неисполнение указанного судебного акта подтверждается возбужденным 25.01.2018 исполнительным производством, а также решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.11.2018 о признании бездействия судебного пристава-исполнителя Бугульминского РОСП УФССП России по Республике Татарстан ФИО4, выразившееся в непринятии всех необходимых мер по исполнению исполнительного листа серии ФС №014776305 от 20.12.2017, выданного на основании определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.06.2017.

ФИО2 не представлено доказательств, свидетельствующих об уважительности причин непредставления конкурсному управляющему должника испрашиваемых документов, в связи с чем оснований для освобождения последнего от субсидиарной ответственности по обязательствам должника не имеется. 

При таких обстоятельствах, учитывая отсутствие нарушений, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта по статье 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционную жалобу необходимо оставить без удовлетворения, а определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23 января 2019 года по делу №А65-21243/2016 оставить без изменения.

ФИО2 при подаче апелляционной жалобы уплачена государственная пошлина в размере 3 000,00 рублей, что подтверждается чеком от 04.02.2019.

Однако уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы на определения о привлечении к субсидиарной ответственности положениями статьи 333.21 Налогового Кодекса Российской Федерации не предусмотрена, в связи с чем государственная пошлина  в размере 3 000,00 рублей подлежит возврату ФИО2 из федерального бюджета.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд             

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23 января 2019 года по делу №А65-21243/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Возвратить ФИО2 из федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000,00 рублей.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                 Н.А. Мальцев

Судьи                 Г.М. Садило

                                                                                                                Е.А. Серова