165/2024-15883(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА 

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000 http://fasszo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

06 марта 2024 года Дело № А56-77007/2021  

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе  председательствующего Бычковой Е.Н., судей Мирошниченко В.В., Яковца А.В.,  

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Спецтехника98» ФИО1 (доверенность от 10.08.2022),  

рассмотрев 28.02.2024 в открытом судебном заседании кассационные  жалобы общества с ограниченной ответственностью «Дигестпроект» и общества  с ограниченной ответственностью «Спецтехника-98» на постановление  Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2023 по делу   № А56-77007/2021,  

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 23.12.2021 на основании заявления общества с ограниченной  ответственностью (далее – ООО) «Спецтехника 98» (далее - Компания),  возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве)  ООО «Дигестпроект», адрес: 192012, Санкт-Петербург, пр. Обуховской  Обороны, д. 271, лит. А, пом. 602, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>  (далее - Общество).  

Определением суда от 01.04.2022 в отношении Общества введена  процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена  ФИО2.  

Решением от 30.01.2023 Общество признано несостоятельным (банкротом),  в отношении его открыта процедура конкурсного производства, конкурсным  управляющим утвержден ФИО3.  

В арбитражный суд поступила жалоба Компании 13.06.2023 на действия  (бездействия) конкурсного управляющего ФИО3 и отстранении его от  исполнения обязанностей конкурсного управляющего.  

Определением от 17.06.2023 к участию в обособленном споре в качестве  третьего лица, не заявляющего самостоятельного требования относительно  предмета спора, привлечено НКО ПОВС «Эталон» (далее – Фирма).  

Определением от 02.10.2023 в удовлетворении жалобы и ходатайства об  отстранении конкурсного управляющего отказано.  

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда  от 12.12.2023 определение от 02.10.2023 отменено, признано не  соответствующим закону действие (бездействие) конкурсного управляющего  ФИО3 по нарушению обязанности, установленной статьей 24.1  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), по своевременному заключению  договора страхования на случай причинения убытков лицам, участвующим в  деле. В остальной части судебный акт оставлен без изменения.  

Общество в лице конкурсного управляющего ФИО3 просит отменить  

постановление апелляционного суда в части признания незаконным заключения  договора обязательного страхования с Фирмой и оставить в этой части в силе  определение суда первой инстанции.  

Податель жалобы утверждает, что Фирма имеет лицензию Банка России  от 30.11.2020 на осуществление страховой деятельности и аккредитована  ассоциацией «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих  Центрального федерального округа», членом которой является ФИО3  Как утверждает податель жалобы, заключив договор с обществом взаимного  страхования, а именно с Фирмой, ФИО3 действовал в соответствии со  статьей 24.1, 20, 20.2 Закона о банкротстве и статьей 4 Федерального закона  от 29.11.2007 № 286-ФЗ «О взаимном страховании» (далее – Закон о взаимном  страховании). Податель жалобы оспаривает вывод апелляционного суда об  отсутствии у Фирмы реальной возможности исполнить обязательства по  договору страхования перед кредиторами.  

Компания в своей кассационной жалобе, ссылаясь на неправильное  применение судами норм материального права, а также на несоответствие их  выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение  суда первой инстанции и постановление апелляционного суда и принять по  делу новый судебный акт.  

Податель кассационной жалобы указывает, что апелляционный суд вышел  за пределы заявленных требований и удовлетворил требование, которое  Компанией не заявлялось. Податель жалобы ссылается на заявление им  требования о признании незаконным бездействия ФИО3, выразившееся  в незаключении договора обязательного страхования (его отсутствии) на дату  утверждения в качестве конкурсного управляющего. По мнению подателя  жалобы, суд первой инстанции не принял во внимание, что договор  страхования, заключенный управляющим и Фирмой, не может быть признан  соответствующим требованиям Закона о банкротстве, поскольку Фирма вправе  заключать только договор добровольного дополнительного страхования, что не  освобождает управляющего от заключения договора обязательного  страхования ответственности управляющего.  

В отзыве на кассационную жалобу Компании конкурсный управляющий  ФИО3 просит отказать в ее удовлетворении.  

В судебном заседании представитель Компании поддержал доводы,  приведенные в своей кассационной жалобе, и возражал против удовлетворения  жалобы Общества.  

 Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о  времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в  судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является  препятствием для рассмотрения жалобы.  

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном  порядке.  

Как следует из материалов дела, 13.06.2023 в арбитражный суд первой  инстанции поступила жалоба Компании на действия (бездействия) конкурсного  управляющего ФИО3, содержащая ходатайство об отстранении его от  исполнения обязанностей конкурсного управляющего.  

В обоснование жалобы Компания указала, что арбитражным управляющим  ФИО3 не заключен договор обязательного страхования ответственности  на случай причинения убытков лицам, участвующим в деле о банкротстве.  Представленный ФИО3 договор страхования ответственности заключен  с Фирмой, которая не является страховой организацией. Кредитором отмечено,  

что доказательства обращения конкурсного управляющего ФИО3 в  страховые компании и полученные от них отказы в страховании  ответственности в материалах отсутствуют. Также заявитель указывает на  непринятие мер по принятию имущества должника, по оспариванию  подозрительных сделок, а также мер по получении документов должника от  бывшего руководителя, в том числе истребование их через суд. По мнению  кредитора, конкурсный управляющий включил проценты за пользование  коммерческим кредитом ФГУП «ГВСУ № 14» в третью очередь реестра  требований кредиторов, тогда как данные требования должны учитываться  отдельно в реестре. Компания указала на ненадлежащее ведение конкурсным  управляющим ФИО3 реестра требований кредиторов Общества.  

Суд первой инстанции установил, что арбитражный управляющий  ФИО3 является членом Ассоциации «Саморегулируемая организация  арбитражных управляющих Центрального федерального округа».  

ФИО3 и Фирмой заключен договор от 11.08.2022   № ОАУ-000000413 страхования ответственности арбитражного управляющего  сроком действия с 21.09.2022 по 20.09.2023 на страховую сумму 10 000 000 руб.  

ФИО3 и Фирмой заключен договор от 09.03.2023   № ОАУ-0000001080 страхования дополнительной ответственности  арбитражного управляющего сроком действия с 01.02.2023 по 31.01.202 на  страховую сумму 9 524 000,00 руб.  

Конкурсным управляющим в материалы дела представлен полис  страхования ответственности от 09.03.2023 № ОАУ-0000001080.  

Фирма имеет лицензию на осуществление взаимного страхования  от 30.11.2020.  

В судебном заседании суда первой инстанции конкурсным управляющим  представлен договор страхования ответственности конкурсного управляющего  ФИО3 от 19.09.2023 № ОАУ № 4477/77/23, заключенный с  ООО «Британский Страховой Дом», полис страхования ответственности  арбитражного управляющего № 4488/700/23 от 19.09.2023.  

Суд первой инстанции пришел к выводу, что заключение конкурсным  управляющим ФИО3 договора обязательного страхования  ответственности арбитражного управляющего с обществом взаимного  страхования, а не страховой организацией не противоречит статьям 24.1, 20,  20.2 Закона о банкротстве, статье 968 Гражданского кодекса РФ и статье 4  Закона о взаимном страховании.  

Также суд не признал обоснованными доводы Компании о ненадлежащем  исполнении конкурсным управляющим ФИО3 обязанностей,  выразившихся в непринятии мер, направленных на выявление имущества  должника, установление его местонахождения и проведение мероприятий по  оспариванию сделок должника и истребованию документации от бывшего  руководителя должника и ведению реестра кредиторов должника.  

Суд отказал в удовлетворении жалобы Компании и не усмотрел основания  для отстранения ФИО3 от исполнения обязанностей конкурсного  управляющего должником.  

Апелляционный суд не согласился с выводами суда первой инстанции в  части отказа в признании неправомерным заключения договора обязательного  страхования ответственности арбитражного управляющего с обществом  взаимного страхования, которым является Фирма. Апелляционный суд признал  не соответствующим закону действие (бездействие) конкурсного управляющего  ФИО3 по нарушению обязанности, установленной статьей 24.1 Закона о  банкротстве), по своевременному заключению договора страхования на случай  

причинения убытков лицам, участвующим в деле. В остальной части судебный  акт оставлен без изменения. Приняв во внимание, что конкурсным  управляющим представлен договор страхования ответственности конкурсного  управляющего ФИО3 от 19.09.2023 № ОАУ № 4477/77/23, заключенный  с ООО «Британский Страховой Дом», полис страхования ответственности  арбитражного управляющего от 19.09.2023 № 4488/700/23, апелляционный суд  установил отсутствие в настоящее время достаточных оснований для  отстранения конкурсного управляющего.  

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив  правильность применения судами норм материального и процессуального  права, полагает, что нормы права применены правильно апелляционным судом,  а выводы этого суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела и  представленным доказательствам.  

Согласно пункту 1 статьи 60 Закона о банкротстве заявления и ходатайства  арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним  и кредиторами, а в случаях, предусмотренных названным Федеральным  законом, между ним и должником, жалобы кредиторов на нарушение их прав и  законных интересов рассматриваются в заседании арбитражного суда, по  результатам рассмотрения указанных заявлений, ходатайств и жалоб  арбитражный суд выносит определение.  

В силу пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве конкурсный управляющий  может быть отстранен арбитражным судом от исполнения обязанностей  конкурсного управляющего: в связи с удовлетворением арбитражным судом  жалобы лица, участвующего в деле о банкротстве, на неисполнение или  ненадлежащее исполнение конкурсным управляющим возложенных на него  обязанностей при условии, что такое неисполнение или ненадлежащее  исполнение обязанностей нарушило права или законные интересы заявителя  жалобы, а также повлекло или могло повлечь за собой убытки должника либо  его кредиторов; в случае выявления обстоятельств, препятствовавших  утверждению лица конкурсным управляющим, а также в случае, если такие  обстоятельства возникли после утверждения лица конкурсным управляющим.  

При этом, как следует из пункта 56 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых  процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при  осуществлении предусмотренных Законом о банкротстве функций по  утверждению и отстранению арбитражных управляющих суд должен исходить  из таких общих задач судопроизводства в арбитражных судах, как защита  нарушенных прав и законных интересов участников судебного разбирательства  и предупреждение правонарушений в сфере предпринимательской и иной  экономической деятельности.  

В соответствии с абзацем третьим пункта 3 статьи 65, абзацем восьмым  пункта 5 статьи 83, абзацем четвертым пункта 1 статьи 98 и абзацем четвертым  пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве арбитражный управляющий может  быть отстранен судом от исполнения обязанностей в случае выявления  обстоятельств, препятствовавших утверждению лица арбитражным  управляющим (пункт 2 статьи 20.2 Закона), а также в случае, если такие  обстоятельства возникли после утверждения лица арбитражным управляющим.  

Неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим  возложенных на него обязанностей является основанием для отстранения  такого управляющего по ходатайству собрания (комитета) кредиторов либо  лица, участвующего в деле о банкротстве (абзац второй пункта 3 статьи 65,  абзацы шестой и седьмой пункта 5 статьи 83, абзацы второй и третий пункта 1  

статьи 98 и абзацы второй и третий пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве).  

Отстранение арбитражного управляющего по данному основанию связано  с тем, что арбитражный управляющий утверждается для осуществления  процедур банкротства и обязан при их проведении действовать добросовестно  и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (статья 2 и пункт 4  статьи 20.3 Закона о банкротстве), а неисполнение или ненадлежащее  исполнение арбитражным управляющим обязанностей, выражающееся в  нарушении им законодательства при осуществлении полномочий, приводит к  возникновению обоснованных сомнений в способности данного управляющего к  надлежащему ведению процедур банкротства. В связи с этим, а также в целях  недопущения злоупотребления правом при рассмотрении дела о банкротстве  суд не может допускать ситуации, когда полномочиями арбитражного  управляющего обладает лицо, в наличии у которого должной компетентности,  добросовестности или независимости у суда имеются существенные и  обоснованные сомнения.  

Суды первой и апелляционной инстанций, отказав в удовлетворении  жалобы Компании в части доводов о ненадлежащем исполнении конкурсным  управляющим ФИО3 обязанностей, выразившихся в непринятии мер,  направленных на выявление имущества должника, установление его  местонахождения, оспаривание сделок должника, истребование документации  от бывшего руководителя должника и ненадлежащее ведение реестра  требований кредиторов должника, руководствовались положениями статей 20.3  и 60 Закона о банкротстве и исходили из недоказанности наличия совокупности  условий для признании действий (бездействия) конкурсного управляющего  ФИО3 незаконными и недоказанности причинения вреда законным  интересам кредиторов. При этом само по себе несогласие с проводимыми  конкурсным управляющими в процедуре банкротства должника мероприятиями  не может являться обстоятельством, позволяющим квалифицировать такие  действия конкурсного управляющего как не соответствующие Закону о  банкротстве.  

Суд округа не может признать обоснованным довод конкурсного  управляющего ФИО3 о том, что заключение договора с обществом  взаимного страхования является надлежащем исполнением им обязанности,  установленной статьей 24.1 Закона о банкротстве.  

Согласно пункту 1 статьи 24.1 Закона о банкротстве установлена  обязанность арбитражных управляющих заключать договоры страхования  ответственности.  

В ряде случаев арбитражные управляющие обязаны также заключить  договоры дополнительного страхования (пункт 2 названной статьи).  

Таким образом, наличие договора страхования ответственности является  обязательным условием ведения арбитражным управляющим своей  деятельности, а его отсутствие может послужить основанием для привлечения  арбитражного управляющего к юридической ответственности.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, на дату  утверждения конкурсным управляющим ФИО3 был заключен договор с  Фирмой, которая является обществом взаимного страхования.  

Согласно части 1 статьи 6 Закона от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации  страхового дела в Российской Федерации» (далее – Закон об организации  страхового дела) общества взаимного страхования не являются страховыми  организациями.  

В соответствии с частью 5 статьи 3 Закона о взаимном страховании  общество взаимного страхования не вправе осуществлять обязательное  

страхование, за исключением случаев, если такое право предусмотрено  федеральным законом о конкретном виде обязательного страхования.  

В действующем законодательстве Российской Федерации о  несостоятельности (банкротстве) отсутствуют положения о возможности  обязательного страхования ответственности арбитражных управляющих в  обществах взаимного страхования.  

Из системного толкования норм Закона об организации страхового дела и  Закона об обществах взаимного страхования следует, что общества взаимного  страхования не являются одним из разновидностей страховых организаций, а  расцениваются как две различные категории, регулируя правила их  деятельности по-разному.  

Апелляционный суд, установив, что заключение договора с обществом  взаимного страхования (Фирмой) не способно гарантировать права кредиторов  на возмещение убытков, а так же указав на отсутствие доказательств  невозможности арбитражного управляющего ФИО3 заключить договор  страхования ответственности у страховщиков в пределах предоставляемых  лимитов, пришел к правомерному выводу о нарушении арбитражным  управляющим обязанности по обязательному страхованию ответственности  арбитражного управляющего.  

Вместе с тем суд округа не может согласиться с доводами Компании об  обязательном отстранении ФИО3 от исполнения обязанностей  конкурсного управляющего должником.  

Отсутствие договора страхования (основного или дополнительного), среди  прочих оснований, может блокировать осуществление арбитражным  управляющим деятельности в конкретном деле. Если после утверждения  арбитражного управляющего установлено, что отсутствуют основной и/или  дополнительный договоры страхования, в том числе ввиду прекращения ранее  заключенного договора, то арбитражный управляющий может быть отстранен  (пункт 1 статьи 98, пункт 1 статьи 145 Закона о банкротстве).  

В данном случае апелляционный суд пришел к обоснованному выводу об  отсутствии достаточных оснований для отстранения управляющего, установив  что в настоящее время ответственность конкурсного управляющего  ФИО3 застрахована страховой организацией (договор страхования  ответственности от 19.09.2023 № ОАУ № 4477/77/23, полис страхования  ответственности арбитражного управляющего ОАУ № 4488/700/23  от 19.09.2023).  

При этом апелляционный суд принял во внимание исключительность такой  меры ответственности, как отстранение, недопустимость фактического  установления таким образом запрета на профессию и необходимость  ограничения во времени риска ответственности за совершенные нарушения.  

Суд учел, что основанием для отстранения не могут служить нарушения,  допущенные управляющим по неосторожности, несущественные нарушения,  нарушения, не причинившие значительного ущерба кредиторам.  

Поскольку при рассмотрении дела нормы материального права применены  апелляционным судом правильно и нормы процессуального права не  нарушены, суд кассационной инстанции не находит оснований для  удовлетворения жалобы.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа  

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда  от 12.12.2023 по делу № А56-77007/2021 оставить без изменения, а  

кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью  «Дигестпроект» и общества с ограниченной ответственностью «Спецтехника98» – без удовлетворения.  

Председательствующий Е.Н. Бычкова  

Судьи В.В. Мирошниченко 

 А.В. Яковец