﻿﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                   Дело № А27-10256/2017

Резолютивная часть постановления объявлена  22 января 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме  29 января 2020 года

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                     Куклевой Е.А.,

судей                                                    Малышевой И.А.,

                                                              Мелихова Н.В.,

при протоколировании судебного заседания с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел кассационные жалобы финансового управляющего имуществом Воронова Евгения Викторовича Лиматовой Софьи Эдуардовны и Воронова Артема Евгеньевича на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 24.07.2019 (судья Димина В.С.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2019 (судьи Назаров А.В., Зайцева О.О., Иванов О.А.) по делу № А27-10256/2017 о несостоятельности (банкротстве) Воронова Артема Евгеньевича, принятые по заявлению финансового управляющего имуществом Воронова Евгения Викторовича Лиматовой Софьи Эдуардовны о признании дополнительного соглашения № 1 от 07.04.2017 к брачному договору от 14.07.2015 № 42 АА 1728548 недействительной сделкой и применении последствий.

Третье лицо без самостоятельных требований: отдел опеки и попечительства администрации города Кемерово по Заводскому району.

В заседании приняла участие финансовый управляющий имуществом  Воронова Евгения Викторовича Лиматова София Эдуардовна. 

Суд установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Воронова Артема Евгеньевича (далее – Воронов А.Е., должник) в Арбитражный суд Кемеровской области обратился финансовый управляющий имуществом Воронова Евгения Викторовича Лиматова Софья Эдуардовна (далее – Лиматова С.Э., кредитор) с заявлением о признании недействительной сделкой дополнительное соглашение от 07.04.2017 № 1 (далее – соглашение № 1) о внесении изменений в брачный договор от 14.07.2015 № 42 АА 1728548 (далее – договор от 14.07.2015), заключенных между Вороновым А.Е. и Вороновой Анной Олеговной (далее – Воронова А.О.), применении последствий недействительности сделки. 

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 24.07.2019, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2019, заявление удовлетворено частично. Соглашение № 1 признано недействительной сделкой, применены последствия недействительности сделки в части отчуждения должником земельного участка, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование: для сельскохозяйственного производства, общей площадью 34 917 кв. м, место нахождения: Кемеровская область, Кемеровский муниципальный район, Ягуновское сельское поселение, поселок Новоикитимск, АОЗТ «Кемеровское», кадастровый номер – 42:04:0316002:292 (далее – земельный участок № 1) в виде возложения на Воронову А.О. обязанности возвратить в конкурсную массу должника земельный участок. В остальной части в удовлетворении заявления отказано.

Лиматова С.Э. обратилась с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить в части отказа в применении последствий недействительной сделки в виде возложения на Воронову А.О. обязанности возвратить в конкурсную массу должника недвижимое имущество: квартиру № 108 общей площадью 68, 2 кв. м, расположенную по адресу: город Кемерово, проспект Молодежный, дом 15, этаж 7, кадастровый номер – 42:24:0101051:3188 (далее – квартира), принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления в полном объеме.

По мнению заявителя, судами нарушены нормы материального права, отказ в применении последствий признанной судами недействительной сделки по причине постоянного проживания в квартире несовершеннолетних детей нарушает права и законные интересы кредиторов; не учтено, что исполнительский иммунитет не распространяется на жилое помещение, не принадлежащее должнику и в котором он фактически не проживает; единственным жильем для должника является жилой дом, который исключен из конкурсной массы; наличие регистрации по месту жительства несовершеннолетних детей должника в квартире не может являться препятствием для оспаривания сделки при наличии всех обстоятельств для признания ее недействительной. 

Воронов А.Е. обратился с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить в части удовлетворения заявления, принять по делу новый судебный акт об отказе в его удовлетворении в полном объеме.

По мнению подателя жалобы, судами не дана оценка тому обстоятельству, что единственный подтвержденный кредитор должника акционерное общество «Российский сельскохозяйственный банк» (далее – банк, кредитор) на момент совершения сделки являлся залоговым и решением Ленинского районного суда города Кемерово от 15.11.2016 по делу № 2-2302/2016 обращено взыскание на иную квартиру должника, расположенную по адресу: город Кемерово, проспект Химиков, 10А-20, действительная стоимость которой превышала требования кредитора; действия банка не отвечают критериям разумности, поскольку последним не предприняты попытки для реализации заложенного имущества и как следствие погашения имеющейся задолженности.

По мнению кассатора, судами необоснованно не приняты во внимание обстоятельства, установленные в деле № А27-928/2016 при рассмотрении обособленного спора в деле о банкротстве Воронова В.Е. по заявлению Лиматовой Э.С., об отсутствии в действиях Воронова А.Е. и Вороновой А.О. при заключении соглашения № 1 признаков злоупотребления правом, заключении указанного соглашения в процессе расторжения брака, что является обычным поведением граждан; в нарушение норм процессуального законодательства суды пришли к иным выводам в части оценки действий сторон по заключению соглашения № 1, фактически пересмотрев вступившие в законную силу судебные акты; не представлено доказательств того, что сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

В судебном заседании финансовый управляющий поддержал правовую позицию, изложенную в кассационной жалобе.

Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) рассматривается в отсутствие их представителей.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ законность судебных актов суд кассационной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для их отмены.

Из материалов дела следует и судами установлено, что Воронов А.Е. (супруг) и Воронова А.О. (супруга) в период с 06.07.2012 по 15.09.2017 состояли в зарегистрированном браке, между ними заключен договор от 14.07.2015, по условиям которого устанавливается раздельный режим имущества супругов. 

Согласно пункту 4 договора от 14.07.2015 все имущество, приобретенное в период брака, считается личной собственностью того супруга, на кого это имущество зарегистрировано.

На праве собственности за Вороновым А.Е. зарегистрировано следующее имущество: - земельный участок № 1; жилой дом, 1-этажный, общая площадь 40,5 кв.м, инвентарный номер  3-6225/1, литер А, расположенный по адресу: Кемеровская область, город Кемерово, улица Зейская, дом 160, кадастровый номер - 42624:010100561489, запись в Едином государственном реестре прав на объекты недвижимости (далее – ЕГРН) от 08.04.2016 № 42-42/001-42/201/010/2016-612/2 (далее – жилой дом);  земельный участок под жилым домом, земли населенных пунктов, общей площадью 1089 кв. м, кадастровый номер 42:42:0101005:977, запись в ЕГРН от 08.04.2016 № 42-42/001-42/201/010/2016-611/2 (далее – земельный участок № 2); квартира.

За Вороновой А.О. зарегистрировано право собственности на автомобиль  KIO RIO, 2015 года выпуска (далее - автомобиль).

Земельный участок № 1 и квартира подарены Воронову А.Е. его родителями.

Между супругами заключено соглашение № 1, которым изменен режим имущества супругов: в собственность супруги перешли земельный участок № 1, квартира и автомобиль, супруга – жилой дом и земельный участок № 2.

Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 21.03.2019 должник признан банкротом, введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утвержден Гаврилин Артем Михайлович (далее – Гаврилин А.М.).

Кредитор должника, полагая, что в результате заключения соглашения № 1 причинен вред имущественным правам кредиторов должника, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Частично удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции, установив, что заключение соглашения № 1 в период брака свидетельствует о заинтересованности Вороновой А.О. по отношению к должнику, квартира и земельный участок № 2 не являлись совместно нажитым имуществом, поскольку подарены должнику его родителями, Воронов А.Е. в результате совершения сделки фактически безвозмездно передал два объекта недвижимости, являющиеся его индивидуальной собственностью, супруге, на дату совершения сделки Воронов А.Е. обладал признаками неплатежеспособности, пришел к выводу о том, что действия супругов свидетельствуют о намерении вывода активов должника из конкурсной массы с целью исключения обращения на него взыскания в процедуре банкротства и причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Суд  первой инстанции, приняв во внимание то обстоятельство, что за два дня до заключения соглашения № 1 Воронова А.О. дала согласие на заключение Вороновым А.Е. договора  об отступном от 18.04.2017, по которому должник передал Ведмедь Т.Н. долю в праве собственности на недвижимое имущество в счет погашения задолженности по договору займа от 20.03.2017 № 1-03 в размере 2 156 000 руб., отметил, что Вороновой А.О. было известно о неплатежеспособности супруга и свидетельствует о ее осведомленности о заключении соглашения № 1 с целью  причинения ущерба имущественным правам кредиторов.

Однако, установив, что в квартире зарегистрированы и проживают с даты их рождения несовершеннолетние дети должника и Вороновой А.О., отсутствие у них иного жилья, приняв во внимание необходимость обеспечения баланса интересов не только кредиторов должника, но и находящихся на иждивении должника несовершеннолетних детей, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для применения последствий недействительности сделки в виде возложения на Воронову А.О. обязанности по возврату в конкурсную массу квартиры, поскольку это приведет к нарушению конституционного права несовершеннолетних детей должника на жилище и нормальных условий их существования и гарантий социально-экономических прав.

Суд первой инстанции отметил, что негативные последствия, вызванные введением в отношении должника процедуры банкротства, может претерпевать сам должник, вопрос о наличии у жилого дома должника исполнительского иммунитета не рассмотрен, кредиторы вправе заявить свои возражения об исключении указанного имущества из конкурсной массы.

Отклоняя довод Воронова А.Е. о пропуске заявителем срока исковой давности, суд указал, что полномочия на оспаривание сделки возникли у заявителя с момента приобретения статуса кредитора должника (09.01.2019), следовательно, срок исковой давности не пропущен.

Седьмой арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции. 

Суд кассационной инстанции считает, что по существу судами приняты правильные судебные акты.

Согласно положениям пункта 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу положений пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Согласно разъяснениям, изложенным в подпункте 4 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут оспариваться, в том числе, брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов.

В соответствии со статьей 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ) имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, независимо от того, на имя кого конкретно из супругов оно приобретено, зарегистрировано или учтено.

Брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 ГК РФ), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов. Брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным ГК РФ для недействительности сделок (статья 44 СК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, установив, что в результате заключения соглашения № 1 должник распорядился индивидуальным имуществом и передал его безвозмездно в собственность Вороновой А.О., которая была осведомлена о неплатежеспособности должника, суды пришли к обоснованному выводу о том, что оспоренная сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и подлежит признанию недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Утверждения Воронова А.Е. о том, что требование банка обеспечено залогом, следовательно, при заключении дополнительного соглашения к брачному договору вред имущественным правам банка не причинен, правомерно отклонены судами, поскольку обращение взыскания на предмет залога не гарантирует полного удовлетворения требований кредитора и не свидетельствует о том, что залоговый кредитор вправе рассчитывать на удовлетворение своих требований только за счет предмета залога.

Наличия злоупотребления правами банком судами не установлено.

Доводы Воронова А.Е. о преюдициальном характере обстоятельств, установленных при рассмотрении обособленного спора в деле № А27-928/2016 о банкротстве Воронова В.Е. по заявлению Лиматовой Э.С.,  судами обоснованно не приняты во внимание с учетом того, что сделка на предмет наличия пороков, предусмотренных специальными нормами Закона о банкротстве, в рамках указанного спора  не оценивалась.

Суд округа поддерживает выводы судов об отсутствии оснований для применения последствий недействительности сделки в отношении квартиры в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 54 СК РФ ребенком является лицо, не достигшее возраста 18 лет (совершеннолетия) (пункт 1 статьи 54 СК РФ), родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей (пункт 1 статьи 80 СК РФ). Следовательно, до достижения ребенком совершеннолетия всю ответственность за его воспитание и содержание несут родители. Иждивение несовершеннолетних детей родителями презюмируется и не требует доказательств. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 20 ГК РФ местом жительства признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает.

Согласно статье 18 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в постановлении от 12.07.2007 № 10-П, следует, что необходимость обеспечения баланса интересов кредитора и гражданина-должника требует защиты прав последнего путем не только соблюдения минимальных стандартов правовой защиты, отражающих применение мер исключительно правового принуждения к исполнению должником своих обязательств, но и сохранения для него и лиц, находящихся на его иждивении, необходимого уровня существования, с тем, чтобы не оставить их за пределами социальной жизни.

На необходимость обеспечения баланса интересов кредитора и гражданина-должника, в том числе, посредством сохранения для него и лиц, находящихся на его иждивении, необходимого уровня существования, содержится указание и в пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан».

Указанное ограничение обусловлено необходимостью защиты конституционного права на жилище не только самого должника, но и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, а также на обеспечение охраны государством достоинства личности, как того требует статья 21 (часть 1) Конституции Российской Федерации, условий нормального существования и гарантий социально-экономических прав в соответствии со статьей 25 Всеобщей декларации прав человека (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 04.12.2003 № 456-О).

Таким образом, исходя из указанных подходов процедура банкротства в отношении гражданина должна отвечать интересам не только кредиторов и должника, но и интересам защиты конституционных прав лиц, находящихся на иждивении должника, результаты проведения процедуры банкротства не могут приводить к утрате основополагающих конституционных прав указанных лиц (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 № 11-П).

Руководствуясь вышеназванными нормами и принципами права, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что Воронова А.О., а также несовершеннолетние дети проживают в спорной квартире с момента создания семьи, зарегистрированы по месту проживания, в спорной квартире созданы условия для проживания и развития несовершеннолетних детей, у которых отсутствует иное жилье, суды пришли к правильному выводу об отсутствии оснований для применения последствий недействительности сделки в части квартиры.

Судами верно отмечено, что негативные последствия, вызванные введением в отношении должника процедуры банкротства, может претерпевать сам должник, и они не могут быть отнесены на его несовершеннолетних детей, возражения кредитора о недобросовестности действий должника по заключению соглашения № 1 в части передачи квартиры в собственность супруге для проживания несовершеннолетних детей могут быть заявлены и учтены при рассмотрении вопроса о наличии у жилого дома должника исполнительского иммунитета.

Суд округа считает, что судами первой и апелляционной инстанций верно определен предмет доказывания при рассмотрении настоящего обособленного спора, материалы дела исследованы полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемых судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены обжалуемых судебных актов по приведенным в кассационных жалобах доводам, оценка которым дана судами обеих инстанций,  не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебных актов, судом округа не установлено, кассационные жалобы не подлежат удовлетворению.

Поскольку Воронову А.Е. предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, с учетом результатов рассмотрения настоящего спора на основании статьи 110 АПК РФ, суд кассационной инстанции взыскивает с него в доход федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины по кассационной жалобе.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 24.07.2019 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2019  по делу № А27-10256/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с Воронова Артема Евгеньевича в доход федерального бюджета 3 000 руб. государственной пошлины.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                    Е.А. Куклева

 

Судьи                                                                                 И.А. Малышева

 

                                                                                            Н.В. Мелихов