ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-3101/2021, 18АП-3278/2021

Дело № А47-3532/2017

14 апреля 2021 года

г. Челябинск

Резолютивная часть постановления объявлена 07 апреля 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 апреля 2021 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Матвеевой С.В., 

судей Журавлева Ю.А., Поздняковой Е.А., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Промышленный Строительный Комплекс» ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 13.02.2021 по делу № А47-3532/2017. 

В заседании приняли участие:

- конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Промышленный Строительный Комплекс» ФИО2 (паспорт);

- представитель ФИО3 – ФИО4 (доверенность 56 АА 2389027 от 17.12.2019).

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 11.04.2017 по заявлению общества с ограниченной ответственностью Строительно-монтажное управление «Каркас-Ч» возбуждено дело о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Промышленный Строительный Комплекс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 24.10.2017 (резолютивная часть от 17.10.2017) в отношении ООО «ПСК» введено наблюдение, применены правила параграфа 7 «Банкротство застройщиков» Главы IX Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), временным управляющим утверждена ФИО2.

Решением суда от 08.06.2018 ООО «ПСК» признано несостоятельным (банкротом) с открытием конкурсного производства с применением правил параграфа 7 «Банкротство застройщиков» Главы IX Закона о банкротстве, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО2

Определением суда от 18.02.2019 (резолютивная часть от 05.02.2019) конкурсным управляющим ООО «ПСК» утверждена ФИО2

Конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением, согласно которому просит:

1. признать доказанным наличие оснований для привлечения Шумилкина     Aлексея Михайловича (ДД.ММ.ГГГГ года рождения), ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения), ФИО6 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения), ФИО7 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ПСК».

2. приостановить рассмотрение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц до окончания расчетов с кредиторами (с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением суда от 18.06.2020 к участию в обособленном споре в качестве соответчика привлечен ФИО8.

Определением суда от 13.02.2021 (резолютивная часть от 04.02.2021) заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично. Суд признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО9, ФИО3, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ПСК». В части требований конкурсного управляющего  о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО8 отказано. Рассмотрение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

С определением суда от 13.02.2021 не согласились конкурсный управляющий ФИО2 и ФИО3 и обратились в суд апелляционной инстанции с жалобами.

Конкурсный управляющий ФИО2 просила обжалуемый судебный акт отменить в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8 и принять новый судебный акт в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2 в указанной части.

В обоснование доводов апелляционной жалобы конкурсный управляющий ФИО2 ссылается на то, что ФИО8, активно участвовал в жизни ООО «ПСК», принимал участие при обсуждении вопросов, связанных с проектированием объекта, выбора подрядчика и т.д., рассчитывал на прибыль не менее 150 000 000 руб. (с 12 500 000 руб. вложенных). По заключенным договорам участия в долевом строительстве от 15.11.2013 стал единственным выгодоприобретателем нежилых помещений, приобретя право по существенно заниженной стоимости. В результате заключения указанных сделок на нежилые помещения (в том числе) была снижена платежеспособность должника. ФИО8, являясь заинтересованным лицом по отношению к должнику (данный факт установлен судебными актами, в том числе постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 30.04.2019 по делу А47-3532/2017 по вопросу оспаривания сделки по нежилому помещению № 3 ФИО8), не мог не знать о наличии иных кредиторов и о причинении вреда этим кредиторам. Один только факт заинтересованности может и не мог стать основанием для привлечения его к ответственности, но совокупность обстоятельств указывает на то, что ФИО8 может и должен быть привлечен к субсидиарной ответственности.

ФИО3 просил обжалуемый судебный отменить или изменить в части наличия оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ПСК».

В обоснование доводов апелляционной жалобы ФИО3 ссылается на то, что он никогда не имел в уставном капитале должника долю в размере более половины уставного капитала, не подпадает под признаки контролирующего должника лица и не может выступать субъектом субсидиарной ответственности. Он не участвовал в принятии ключевых решений в обществе, повлиявших на его несостоятельность и не имел таких полномочий. В качестве неправомерных действий суд первой инстанции указал на совершение должником сделок с ООО «Оренстройиндустрия», которые впоследствии были признаны совершенными в ущерб интересам кредиторов. Указанные платежи были признаны недействительными исключительно по мотиву заинтересованности ФИО10 Участие или какое-либо иное влияние на их осуществление другими участниками ООО «ПСК» (ФИО3 и ФИО6) судом не установлено. В последующем ФИО3 стал конечным выгодоприобретателем по названным недействительным сделкам. ФИО3 полагает ошибочным вывод суда о том, что в рассматриваемом случае имеются основания для привлечения бывших участников ООО «ПСК» к субсидиарной ответственности за неподачу заявления должника о признании банкротом. Обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом возложена на руководителя должника, соответственно ответственность, предусмотренная пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве за неподачу заявления, не может быть возложена на участника. Судом первой инстанции не приводится доказательств, что после выхода из общества 21.10.2015 заявитель поддерживал связь с должником или его руководителем, принимал какое-либо участие в деятельности общества. ФИО3 в суде первой инстанции пояснял, что с момента выхода из состава участников он переехал на работу в г. Казань.

До начала судебного заседания ФИО8 направил в суд апелляционной инстанции посредством системы «Мой арбитр» отзыв на апелляционную жалобу, протокольным определением суда в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указанный отзыв приобщен судом к материалам дела.

До начала судебного заседания конкурсный управляющий просила назначить судебную оценочную экспертизу об определении рыночной стоимости прав требования о передаче нежилых помещений по договорам участия в долевом строительстве от 15.11.2013, заключенных ООО «ПСК» и ФИО8

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для назначения судебной оценочной экспертизы по делу, исходя из следующего.

В силу части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, при этом назначение экспертизы является правом суда. Назначение судом экспертизы является способом получения доказательств по делу и направлено на всестороннее, полное и объективное его рассмотрение, находится в компетенции суда, разрешающего дело по существу.

Определением суда от 22.10.2018 рассмотрено заявление конкурсного управляющего должника к ФИО8 о признании недействительным договора участия в долевом строительстве от 15.11.2013, заключенного между ООО «ПСК» и ФИО8 на нежилое помещение № 3 (три), в доме № 2/4 по улице Березка города Оренбурга, общая проектная площадь 481,60 кв.м., этаж цокольный (подвал), кадастровый номер 56:44:0121001:5533, в удовлетворении которого отказано.

Определением  от 30.05.2019 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «ПСК» о признании недействительными договоров участия в долевом строительстве от 15.11.2013, заключенных между ООО «ПСК» и ФИО8 на нежилое помещение № 4, общая проектная площадь 237,47 кв.м., этаж цокольный (подвал); нежилое помещение № 7, общая проектная площадь 1026, 21 кв.м., этаж 1; нежилое помещение № 10, общая проектная площадь 860, 0 кв.м., этаж 2; нежилое помещение № 11, общая проектная площадь 226,97 кв.м., этаж 2, и применении последствий недействительности сделки, отказано.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд исходил из того, что оспариваемая сделка совершена за пределами периодов подозрительности, установленных пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, признал по результатам исследования доказательств недоказанными ее совершение при неравноценном встречном исполнении, в целях причинения ущерба имущественным правам кредиторов либо при злоупотреблении правом со стороны должника и ФИО8

Отказ в признании сделок, заключенных должником с ФИО8, недействительными был обусловлен, в том числе, недоказанностью конкурсным управляющим должника неравноценного встречного предоставления при определении цены предмета долевого строительства другой стороной сделки. Иных оснований для назначения судебной экспертизы конкурсным управляющим не указано, в связи с чем суд приходит к выводу, что основания для назначения оценочной экспертизы по вопросу определения рыночной стоимости прав требования о передаче нежилых помещений по договорам участия в долевом строительстве от 15.11.2013, заключенных ООО «ПСК» и ФИО8, отсутствуют.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб уведомлены посредством почтовых отправлений, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили. 

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, их представителей. 

В судебном заседании конкурсный управляющий доводы своей апелляционной жалобы поддержал, с доводами апелляционной жалобы ФИО3 не согласился.

Представитель ФИО3 доводы своей апелляционной жалобы поддержал, с доводами апелляционной жалобы конкурсного управляющего не согласился.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц ООО «ПСК» создано 28.12.2005 (т.1 л.д. 19-21).

Единственным участником и генеральным директором являлся ФИО10 (решение от 28.12.2005 (т.1 л.д. 19)).

В ООО «ПСК» 14.04.2011 в качестве участников входят ФИО3 и ФИО6 Доли распределены следующим образом: ФИО10 - 33,34%, ФИО3 - 33,33%, ФИО6 -33,33% (т. 7 л.д. 71-72).

Из протокола №6 общего собрания ООО «ПСК» от 08.10.2015 следует, что в связи с выходом из состава участников общества ФИО10 (уведомление от 07.10.2015 (т.5 л.д. 108)), его доля в уставном капитале общества в размере 33,34% переходит к обществу и распределяется оставшимся членам общества пропорционально их долям. Утверждено, что размер и номинальная стоимость долей участников составляет: ФИО3 имеет долю равную 50%, ФИО6 имеет долю равную 50% (т.5 л.д. 81-82).

ФИО3 21.10.2015 выходит из состава участников ООО «ПСК». Учредителем общества является ФИО6 с размером доли равной 100% (уведомление о выходе из состава участников, сведения из ЕГРЮЛ, решение №1 единственного участника (т.5 л.д. 68-69, 79)).

Согласно протоколу №7 общего собрания ООО «ПСК» от 23.10.2015 ФИО6 имеет долю равную 80%, ФИО7 имеет долю равную 20% (т.5 л.д. 38).

Решением Арбитражного суда Оренбургской области по делу №А47-10077/2016 от 30.08.2018 удовлетворены исковые требования ФИО6, признаны недействительными решения общего собрания участников ООО     «ПСК», оформленные протоколами общего собрания № 6 от 08.10.2015, № 7 от 23.10.2015 и решениями № 1 от 21.10.2015, № 2 от 22.10.2015.

Действия контролирующих должника лиц по выходу из состава учредителей ООО «ПСК» в октябре 2015 года совершены при наличии большого объема задолженности.

В данный период арбитражным судом рассматривалось исковое заявление ООО «Каркас – Ч» к ООО «ПСК» о взыскании 24 624 599,83 руб. по договору на строительство от 25.11.2011. 

Решение суда от 29.12.2016 частично удовлетворено требование о взыскании с ООО «ПСК» задолженности в размере 21 091 724, 16 руб. (т.1 л.д. 45 - 57).

ООО «Легион 56» в арбитражный суд 28.07.2015 подано исковое заявление о взыскании с ООО «ПСК» задолженности в размере 5 218 008 руб. по договору генерального строительного подряда №22 от 01.12.2013 по строительству объекта капитального строительства на строительном объекте «Жилой комплекс по ул. Березка в г. Оренбурге (первая очередь        строительства)».        

Решением арбитражного суда от 14.05.2018 по делу №А47-8018/2015 взыскано с ООО «ПСК» в пользу ООО «Легион 56» 5 218 008 руб. основного долга (т. 10 л.д. 131-141).

На основании представленных в материалы документов, суд первой инстанции пришел к выводу, что ФИО3, ФИО6 участвовали в деятельности ООО «ПСК», имели возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. Выход ФИО3 из состава участников ООО «ПСК» 21.10.2015 не исключает возможность его привлечения, как контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника при наличии совокупности обстоятельств, указанных в Законе о банкротстве.

Возражения ФИО3, ФИО6 со ссылкой на возбуждение уголовного дела только в отношении ФИО10 не имеют правового значения для рассмотрения настоящего обособленного спора и не свидетельствуют о том, что данные лица не являются лицами, контролирующими должника.

При этом судом учтено, что ФИО10, ФИО3 являлись участниками; ФИО6, ФИО10 - руководителями ООО «Оренстройиндустрия» в пользу которого ООО «ПСК» совершены сделки, впоследствии признанные судом недействительными. Суд пришел к выводу, что оспариваемые сделки были совершены в отношении заинтересованного лица, которое находится с должником в отношениях, определенных статьей 19 Закона о банкротстве, в связи с чем, очевидна осведомленность ООО «Оренстройиндустрия» о неплатежеспособности и недостаточности имущества должника, а также о совершении оспариваемых сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Суд первой инстанции обоснованно признал, что контролирующими должника лицами являются ФИО10, ФИО3, ФИО6, владеющие всей информацией о финансовом состоянии должника, имеющими возможность оказывать влияние на принятие им решений и совершение сделок.

В части требований конкурсного управляющего о привлечении ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд пришел к правильному выводу о том, что ФИО7 не являлся контролирующим должника лицом. Доказательства того, что он имел возможность давать ООО «ПСК» обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия, контролировал текущую деятельность общества, в материалах дела отсутствуют.

Из пояснений, полученных судом первой инстанции следует, что ФИО7 являлся водителем ФИО3, не определял принимаемые ООО «ПСК» решения, являлся номинальным участником общества.

Действия ФИО10, ФИО3 по выходу из состава общества и вводу в его состав ФИО7 в качестве номинального учредителя не отвечают требованиям добросовестности.

В части требований конкурсного управляющего о привлечении ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд пришел к выводу, что ФИО8 не являлся контролирующим должника лицом. 

Сделки, оспоренные конкурсным управляющим, совершены ФИО8 с ООО «ПСК» в 2013 году, до появления у должника признаков банкротства, а также до совершения сделок, оспоренных конкурсным управляющим и признанных судом недействительными; ФИО8 не является выгодоприобретателем по договорам, признанным судом недействительными; доказательства того, что он получал прибыль от незаконного поведения руководителя и участников должника, отсутствуют.

При рассмотрении обособленных споров по оспариванию сделок, совершенных должником с ФИО8, конкурсный управляющий также ссылался на заинтересованность ФИО8 по отношению к должнику, указывая, что согласно выписке из регистрационного дела должника 22.04.2011 ФИО3 вошел в число участников должника с долей участия 33,3%. Супругой ФИО3 является ФИО11, в девичестве ФИО12, родителями которой являются ФИО8 и ФИО13.

Вместе с тем, сам по себе факт аффилированности между ФИО8 и ФИО3 основанием для признания ФИО8 лицом, контролирующим должника, не является.

В заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности в качестве основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий, указал, что нарушена обязанность по своевременной подаче заявления должника в арбитражный суд о признании должника банкротом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 6 статьи 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности по основаниям, предусмотренным указанным Законом, рассматривается арбитражным судом в деле о банкротстве должника. Указанное заявление может быть подано в ходе конкурсного производства арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили свое действие.

Переходные положения изложены в статье 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 № 137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Конкурсный управляющий, обращаясь в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, указал на неисполнение требования, установленного статьей 9 Закона о банкротстве, по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника не позднее августа 2013 года.

С учетом изложенного, к данным правоотношениям подлежат применению нормы Закона о банкротстве, действовавшие в указанный период времени.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Аналогичные положения содержатся в статье 61.12 Закона о банкротстве.

При исследовании в совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53).

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Из материалов дела следует, что у должника признаки объективного банкротства присутствуют с 13.08.2013.

Факт неплатежеспособности должника, возникшей в период с 2013 года, подтверждается значительным размером суммы просроченной задолженности, перед ООО Строительно-монтажное управление «Каркас – Ч», ООО «Легион 56», задолженность перед кредиторами, выполняющими работы по возведению объекта капитального строительства жилого комплекса по ул. Березка в г. Оренбурге, не погашена должником в преддверии его банкротства, требования  кредиторов признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов ООО «ПСК» с удовлетворением в четвертую очередь.

Из анализа финансового состояния должника от 20.05.2017, составленного временным управляющим ФИО2, следует, что по результатам анализа показателей, характеризующих платежеспособность должника, можно сделать выводы об ухудшении его финансового состояния с 01.01.2014 и возникновения признаков банкротства начиная с 2014 года. Должник на последнюю отчетную дату не располагает активами, достаточными для погашения задолженности. Так по состоянию на 01.04.2016 должник, реализовав все свои активы, способен погасить не более 98,5 своих обязательств. Основное средство автомобиль Volkswagen Polo, перешел в собственность ФИО14, арендованные основные средства по договору лизинга от 26.03.2013 - самосвалы Scania Р380, Scania Р420 перешли к      новому лизингополучателю ООО «Оренстройиндустрия». В течение периода с 01.01.2014 по 01.01.2017 ликвидные активы общества были сформированы за счет дебиторской задолженности и остатков денежных средств на расчетных счетах и в кассе предприятия. В конце исследуемого периода со снижением остатков дебиторской задолженности и денежных средств произошло уменьшение ликвидных активов.

При этом должник отвечает признаку неоплатности, критерием которого является превышение обязательств должника над величиной всего имеющегося у него имущества. При очень низкой абсолютной и текущей ликвидности, что свидетельствует о неудовлетворительной структуре баланса, т.е. фактически о неплатежеспособности, у должника отсутствует обеспеченность обязательств активами - 98,5%. Данный факт не позволяет рассчитывать на полное удовлетворение кредиторских требований. Коэффициент автономии             констатирует неудовлетворительную, рисковую структуру баланса, в которой средства кредиторов составляют долю в 100% от суммы активов. Высокая доля просроченной кредиторской задолженности в пассивах, равно как и высокая доля низколиквидных средств в активах, свидетельствуют о неудовлетворительной, неплатежеспособной структуре баланса должника. Первая также свидетельствует о высокой долговой дисциплине должника, а вторая - о недостатке собственных оборотных активов в балансе должника.     На протяжении всего рассматриваемого периода (2014 – 2016 г.г.) финансовое состояние должника постепенно ухудшалось - снижалась выручка (доход) сокращалось ликвидное имущество, росла кредиторская задолженность, увеличивались убытки. Собственные средства должника за период с 01.01.2014 по 01.01.2017 сократились на 3372 тыс. руб. и составили - 9535 тыс. руб. Данное снижение связано с убытками, полученными в течение всего исследуемого периода. Собственные средства предприятия представлены уставным капиталом (13 тыс. руб.  или  0,002%  от  валюты  баланса)  и  непокрытым  убытком (9548 тыс. руб.). В 2016 году финансовый результат деятельности предприятия составил - 425 тыс. руб. Все это свидетельствует о неэффективной деятельности руководства предприятия. В течение всего исследуемого периода у должника собственные средства принимали отрицательные значения. В результате неэффективного управления, деятельность должника осуществлялась за счет долгосрочных кредитов и займов, а также отвлечения в свой оборот средств кредиторов (т. 3 л.д. 12 - 95).

Анализ финансово - экономического состояния ООО «ПСК» никем из лиц, участвующих в деле, не оспаривался, в связи с чем, оснований для непринятия во внимание изложенных в нем выводов у суда не имеется.

С учетом данных обстоятельств, суд считает, что объективное банкротство ООО «ПСК» наступило по итогам 2014 года, что подтверждается финансовым анализом и согласуется с выводами суда о наличии у должника признаков неплатежеспособности в период совершения сделок с 18.11.2014 по 13.07.2015.

Суд обоснованно установил, что обязанность по подаче в арбитражный суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) возникла спустя месяц после истечения срока по обязанности представить бухгалтерский баланс ООО «ПСК» за 2014 - 30.04.2015.

По итогам 2014 ООО «ПСК» обладало признаками неплатежеспособности, свидетельствующими об объективном банкротстве должника, о которых ФИО10 как руководителю должника, а также как учредителю, было известно. 

Обязанность ответчика по обращению с заявлением о признании должника банкротом не была исполнена.

Поскольку у общества имелись неисполненные обязательства, ответчик располагал сведениями о размере задолженности, следовательно, возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о признании общества банкротом. 

Субсидиарная ответственность за неподачу заявления о признании должника банкротом при возникновении признаков неплатежеспособности возникает именно у руководителя должника.

Суд, признавая обоснованными доводы ФИО3 о том, что на момент спорных правоотношений Закон о банкротстве не относил учредителей к лицам, которые могут быть привлечены к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве, вместе с тем полагает, что с даты вынесения арбитражным судом решений от 29.12.2016 по делу №А47-6311/2014, 14.05.2018 по делу №А47-8018/2015, а также решений судов общей юрисдикции в 2017 – 2018 году о взыскании с ООО «ПСК» в пользу участников строительства неустойки за нарушение сроков передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства, процентов за пользование денежными средствами, компенсации морального вреда, штрафа за нарушение удовлетворения требований потребителя в добровольном порядке, учредителям ООО «ПСК» должно было быть очевидным наличие у должника кризисной ситуации, обязывающей их потребовать проведение досрочного заседания органов управления ООО «ПСК» для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Принимая во внимание и представленные в подтверждение данных обстоятельств доказательства, суд обоснованно установил, что совокупность элементов, необходимая для привлечения ФИО10, ФИО3, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд, проведении досрочного заседания органов управления ООО «ПСК» для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, конкурсным управляющим доказана.

В качестве обстоятельств для привлечения к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий указал также на совершение руководителем должника ряда сделок, привел следующие доводы.

Пунктом 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

В рамках дела о банкротстве должника конкурсным управляющим подано заявление о признании недействительными сделок  по перечислению денежных средств со счета ООО «ПСК» на счет ООО «Оренстройиндустрия» на общую сумму 2 671 200 руб., 27 221 449 руб. и применении последствия недействительности ничтожной сделки в виде взыскания с ООО «Оренстройиндустрия» в пользу общества с ограниченной ответственностью «ПСК» денежных средств на общую сумму 54 474 976 руб.

Определениями от 03.08.2019, 09.08.2019, 02.09.2019 заявления конкурсного управляющего удовлетворены. Суд применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Оренстройиндустрия» в конкурсную массу ООО «ПСК» денежных средств в размере 2 671 200 руб.,   27 221 449 руб., 54 474 976 руб.

Также в рамках дела о банкротстве должника конкурсным управляющим оспорена сделка - соглашение от 01.04.2015 о замене стороны по договору лизинга №49-Л/2013 от 26.03.2013, заключенная ООО «ПСК» и ООО «Оренстройиндустрия».

Определением от 05.11.2019 признано недействительной сделкой соглашение о замене стороны по договору лизинга от 01.04.2015, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Оренстройиндустрия» в конкурсную массу ООО «ПСК» денежных средств в размере 5 400 000 руб.

Судом при рассмотрении обособленных споров об оспаривании сделок должника дана оценка доводам конкурсного управляющего об аффилированности ООО «ПСК» и ООО «Оренстройиндустрия».

Суд пришел к выводу, что оспариваемые сделки были совершены в отношении заинтересованного лица, которое находится с должником в отношениях, определенных статьей 19 Закона о банкротстве.

Помимо ФИО10 в период с 21.04.2015 по 19.05.2017 учредителем ООО «Оренстройиндустрия» являлся ФИО3, руководителем ООО «Оренстройиндустрия» в период с 30.07.2012 по 20.04.2015 являлся ФИО6

Доводы о том, что ФИО3 контролирующим лицом в ООО «Оренстройиндустрия» никогда не был и стал его участником с долей в уставном капитале в размере 49% уже после совершения оспариваемых сделок - с 21.04.2015, признаются судом ошибочными.

Судом признаны недействительными платежи, совершенные ООО «ПСК» на счет ООО «Оренстройиндустрия» в размере 54 456 976 руб. за период с 06.04.2015 по 13.07.2015, в том числе, за период когда ФИО3 являлся участником ООО «Оренстройиндустрия» и ООО «ПСК».

С учетом изложенного, суд пришел к правильному выводу о том, что действия руководителя     ООО «ПСК» ФИО10 по заключению вышеуказанных сделок привели к появлению у общества признаков несостоятельности (банкротства), ухудшению финансового положения должника, к невозможности полного погашения требований кредиторов. При этом у ФИО3, ФИО6 имелась возможность оказания влияния по их совершению и получению финансовой выгоды от совершения сделок.

Следовательно, материалами дела о банкротстве подтверждено, что ФИО10, ФИО3, ФИО6 совершали неправомерные действия по выводу активов должника с целью избежания последующего обращения взыскания в пользу кредиторов. Данные действия контролирующих должника лиц находятся в непосредственной причинной связи с невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Исходя из вышеизложенного, суд обоснованно пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО10, ФИО3, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Доводы ФИО3 об отсутствии оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности подлежат отклонению на основании изложенного.

В рамках дела о банкротстве должника судом были рассмотрены заявления конкурсного управляющего к ФИО8 о признании недействительными договоров участия в долевом строительстве от 15.11.2013.

В удовлетворении заявленных требований отказано.

Сделки, совершенные ООО «ПСК» с ФИО8 оспаривались конкурсным управляющим в связи с неравноценностью встречного предоставления.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд признал по результатам исследования доказательств недоказанным их совершение при неравноценном встречном исполнении, в целях причинения ущерба имущественным правам кредиторов либо при злоупотреблении правом со стороны должника и ФИО8

Отказ в признании сделок, заключенных должником с ФИО8 недействительными был обусловлен, в том числе, недоказанностью конкурсным управляющим неравноценного встречного предоставления при определении цены предмета долевого строительства другой стороной сделки; ФИО8 не является выгодоприобретателем по договору, признанному судом недействительным; сами по себе оспариваемые сделки не причинили убытки должнику, поскольку фактически являлись возмездными, в связи с чем суд первой инстанции пришел к выводу, что основания для привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отсутствуют.

Доводы конкурсного управляющего о том, что ФИО8 является контролирующим должника лицом, что, по его мнению, подтверждается показаниями самого ответчика, данными в следственных органах, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Представленные в материалы дела объявления, протоколы очных ставок, допросов свидетельствуют лишь о том, что ФИО8 передавал денежные средства для строительства объекта в части коммерческих помещений, в том числе, контролировал строительство на всех этапах и расходование денежных средств в части приобретенных им помещений.

В материалах дела отсутствуют сведения о том, что ФИО8 осуществлял контроль за всей хозяйственно-экономической деятельностью юридического лица, помимо строительства приобретенных им помещений, влиял на принятие решений руководителем и учредителями общества, получал прибыль от его деятельности.

Доводам о том, что уплаченные им денежные средства не соответствовали действительной рыночной стоимости спорных помещений, уже дана оценка судом при рассмотрении вопроса о признании сделки недействительной.       

При указанных обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали основания для признания ФИО8 контролирующим должника лицом и привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам последнего.

Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционные жалобы не содержат, в силу чего удовлетворению не подлежат.

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (часть 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 13.02.2021 по делу № А47-3532/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Промышленный Строительный Комплекс» ФИО2, ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяС.В. Матвеева 

Судьи:Ю.А. Журавлев

                                                                                                 Е.А. Позднякова