ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-49921/2020

10 августа 2022 года

г. Санкт-Петербург

/тр.18

Резолютивная часть постановления объявлена     02 августа 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  10 августа 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Слоневской А.Ю.,

судей  Мельниковой Н.А., Савиной Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:  

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 17.03.2022; 

от генерального директора ООО «Строй-Мастер»: ФИО4 по доверенности от 10.09.2019;

от Комитета по строительству: ФИО5 по доверенности от 30.12.2021 (посредством онлайн заседания);  

от ФИО6: ФИО7 по доверенности от 01.07.2022;

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-18257/2022) ФИО2 на определение  Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.05.2022  по делу № А56-49921/2020/тр.18, принятое

 

по заявлению ФИО2

о включении требования в реестр требований кредиторов

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Строй-Мастер»,

 

третье лицо: ФИО9, 

 

установил:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.11.2021 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Строй-Мастер» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; Санкт-Петербург, ул.Кантемировская, д.37, лит.А; далее – Общество) введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО8. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 04.12.2021 № 221.

ФИО2 обратился в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов требования в сумме 32 700 000 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО9.

Определением суда от 13.05.2022 ФИО2 во включении требования в реестр требований кредиторов должника отказано, требование ФИО2 в сумме 32 700 000 руб. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований кредиторов в порядке пункта 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Не согласившись с определением суда от 13.05.2022, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение, ссылаясь на то, что на 28.01.2020 признакам недостаточности имущества должник не отвечал в силу того, что на 31.12.2019 у должника имелась нераспределенная прибыль в размере 26 602 000 руб., надлежащим образом исполнял государственные контракты, заключенные с Санкт-Петербургским государственным казенным учреждением «Фонд капитального строительства и реконструкции». Доказательства, свидетельствующие о резком изменении финансового состояния должника до 28.01.2020 не представлено, так же как и доказательств того, что требование общество с ограниченной ответственностью КБ «Аресбанк», перешедшее впоследствии к ФИО9, а затем к ФИО2 носит корпоративный характер или нарушает права и законные интересы иных кредиторов. Податель жалобы указывает на то, что договор уступки прав (цессии) от 05.10.2020 имеет реальную экономическую цель и заключен не в целях получения бенефициаром должника контроля над процедурой банкротства.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». 

Суд приобщил к материалам дела отзывы Комитета по строительству, ФИО6 и письменные объяснения ФИО9 и отказал в приобщении финансового анализа должника на основании разъяснений пункта 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 12 от 30.06.2020 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», часть 3 статью 65 АПК РФ, поскольку данные документы в суде первой инстанции не представлялись, соответствующие процессуальные ходатайства не заявлялись и уважительных причин невозможности представления документов в суд первой инстанции не приведено. Кроме того, финансовый анализ подготовлен арбитражным управляющим для рассмотрения собранием кредиторов 08.06.2022, то есть после вынесения обжалуемого судебного акта, что исключает возможность его оценки судом первой инстанции. 

Апелляционный суд не приобщил к материалам дела документы, приобщенные к отзыву ФИО6, на основании части 2 статьи 67 АПК РФ. 

Иные процессуальные ходатайства, в том числе об истребовании доказательств, в судебном заседании не заявлены и не поддержаны. 

В судебном заседании представитель ФИО2 и должник поддержал доводы жалобы; иные лица, участвующие в деле, отклонили их.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, что в силу статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие представителей. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «Коммерческий Банк «Аресбанк» (гарант) выдало Обществу (принципал) банковские гарантии от 28.01.2020 № ГР 20-013/Г, ГР 20-14/Г и ГР 20-15/Г для обеспечения исполнения обязательств должника перед Санкт-Петербургским государственным казенным учреждением «Фонд капитального строительства и реконструкции» (далее – Фонд) по государственным контрактам № 0172200002517000195, от 19.06.2017 № 06/ЗП-17 и от 19.06.2017 № 05/ЗП-17 на суммы 22 182 823 руб. 09 коп., 18 793 495 руб. 75 коп. и 13 643 815 руб. 56 коп. соответственно.

Комитет по строительству Санкт-Петербургу направил ООО «КБ «Аресбанк» требования от 15.05.2020 об осуществлении выплат по банковским гарантиям.

Платежными поручениями от 17.06.2020 № 5, 20 и 22 ООО «КБ «Аресбанк» перечислило в пользу Фонда 14 500 000 руб., 10 000 000 руб. и 8 200 000 руб. соответственно.

Исполнение обязательств Общества по банковским гарантиям обеспечено поручительством ФИО9, предоставленным по договорам от 28.01.2020      № 20-13/П, 20-014/П и 20-15/П, заключенным с ООО «КБ «Аресбанк».

ООО «КБ «Аресбанк» направило ФИО9 требования от 25.06.2020 о возмещении сумм, уплаченных по гарантиям.

Платежными поручениями от 29.06.2020 № 15, 11 и 13 ФИО9 уплатил ООО «КБ «Аресбанк» 8 200 000 руб., 10 000 000 руб. и 14 500 000 руб. соответственно.

По договору от 05.10.2020 уступки прав (цессии) требования, возникшие из договоров поручительства от 28.01.2020 № 20-13/П, 20-014/П и 20-15/П, уступлены ФИО9 (цедент) в пользу ФИО2 (цессионарий).

Ссылаясь на неисполнение Обществом обязательств, ФИО2 обратился в суд с настоящим заявлением.

Рассмотрев заявленное требование, арбитражный суд находит его обоснованным, но подлежащим понижению в очередности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований, и включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда от 22.06.2012 N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление N 35), в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Согласно пункту 1 статьи 379 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) принципал обязан возместить гаранту выплаченные в соответствии с условиями независимой гарантии денежные суммы, если соглашением о выдаче гарантии не предусмотрено иное.

К поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора (пункт 1 статьи 365 ГК РФ).

Возмещение ФИО9 денежных средств, ранее уплаченных ООО «КБ «Аресбанк» по банковским гарантиям, подтверждается платежными поручениями от 29.06.2020 № 15, 11 и 13. Наличие у третьего лица денежных средств в объеме, достаточном для выплаты возмещения, подтверждается справкой ООО «КБ «Аресбанк» от 05.05.2022 о том, что ему предоставлен кредит на сумму 33 401 523 руб. 95 коп.

Суд апелляционной инстанции считает, что требование кредитора является обоснованным, поскольку подтверждено совокупностью надлежащих доказательств, не опровергнутых лицами, участвующими в обособленном споре.

Комитет по строительству ссылается на аффилированность кредитора и должника.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца двадцать шестого статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недопустимых обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается.

Вместе с тем, для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 Постановления N 35, пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

Следовательно, во избежание нарушения прав кредиторов должника все обстоятельства сделок с ним как с банкротом подлежат судебному исследованию, тем более, что если на пороки сделок указывают лица, участвующие в деле.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, ФИО9 является генеральным директором и единственным учредителем должника.

Приобретая у ФИО9 право (требование) к Обществу, ФИО2 мог разумно предвидеть, что в случае банкротства должника его требование будет субординировано. К моменту заключения договора от 05.10.2020 об уступке права (требования) дело о банкротстве было возбуждено (10.07.2020), а поскольку ФИО2 является правопреемником ФИО9, то ему в порядке правопреемства перешло право требования с той же очередностью  удовлетворения на случай банкротства (пункт 7 Обзора).

В связи с этим имеются основания полагать, что между ФИО9 и ФИО2 имеются отношения фактической аффилированности, которые не раскрыты перед судом в порядке частей 3 и 4 статьи 65 АПК РФ.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается.

В соответствии с пунктом 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020) требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Принимая во внимание сформулированное в судебной практике понятие компенсационного финансирования в форме заключения договора займа, в частности, по смыслу правовой позиции пункта 3.1 Обзора от 29.01.2020, необходимо, чтобы такое финансирование предоставлялось контролирующим лицом в период, когда должник находился в трудном экономическом положении, и с целью вернуть должника к нормальной предпринимательской деятельности. Выбирая подобную экономическую модель поведения, в обход порядка, предусмотренного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, контролирующее лицо принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства и данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 3 Обзора от 29.01.2020, при банкротстве требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса, в составе очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, а именно: после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ.

При этом под компенсационным финансированием понимается, в том числе непринятие мер к истребованию задолженности при наступлении срока исполнения обязательства (пункты 3.1 и 3.2 Обзора от 29.01.2020).

Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

Согласно пункту 3.3 Обзора от 29.01.2020 разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом, об оплате работ после окончательной сдачи их результатов, о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах и т.п.). Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства. В случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа.

В том же положении, что и контролирующее лицо, находится кредитор, не обладающий контролем над должником, аффилированный с последним, предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица. Соответствующие разъяснения приведены в пункте 4 Обзора от 29.01.2020.

Комитет указал, что по состоянию на 28.01.2020 (дата заключения договоров поручительства) у Общества имелись неисполненные обязательства перед публичным акционерным обществом «Россети Ленэнерго» (дело № А56-103913/2019), ООО «АВТ Моторс» (дело № А56-9115/2020), обществом с ограниченной ответственностью «Перилов.Ру» (дело № А56-71743/2020), обществом с ограниченной ответственностью «Строительная компания АТН» (дело № А56-64853/2019), обществом с ограниченной ответственностью «ГлавЭнергоСтройКонтроль» (дело № А56-88240/2020), обществом с ограниченной ответственностью «Элмех» (дело № А56-58159/2019).

Возражая против данного довода, должник сослался на то, что согласно данным бухгалтерского баланса по итогам 2019 года его нераспределенная прибыль составила 26 612 000 руб., однако в связи с введением процедуры наблюдения и в действительном наличии у должника указанной прибыли, требования кредиторов не погашены.

Вместе с тем на момент приобретения права требования к должнику (05.10.2020) в ЕФРСБ размещены публикации кредиторов о намерении кредиторов обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом: 12.03.2020 ООО «Строительная компания  «АТН», 04.06.2020 ООО «КФ ПРОФИ» и предпринимателя ФИО10 На момент заключения договора поручительства (28.01.2020) и исполнения требований поручителем (29.06.2020) должник находился в состоянии имущественного кризиса. Начиная с 2018 года в отношении должника поданы заявления о признании его банкротом (дела № А56-155248/2018, А56-8731/2020, А56-49921/2020), должник имел неисполненные обязательства перед кредиторами, обязательства перед которыми возникли  в 2019 году, что подтверждается результатами рассмотрения обособленных споров А56-49921/2020/тр.16, № А56-49921/2020/тр.8, № А56-49921/2020/тр.5, № А56-49921/2020/тр.7, № А56-49921/2020/тр.4, № А56-49921/2020/тр.11.

Совокупность изложенных обстоятельств подтверждает вывод об осуществлении кредитором по существу финансирования должника и соответственно, об отнесении на кредитора риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства. Доказательств обратного заявителем не представлено.

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 3.1 Обзора от 29.01.2020, суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции о наличии оснований для понижения очередности удовлетворения требования кредитора в указанной части, поскольку требование кредитора вытекает из отношений по компенсационному финансированию и не может быть противопоставлено другим кредиторам. Заявителем не опровергнуты выводы суда о компенсационном финансировании.

В силу пункта 3.4 Обзора от 29.01.2020 не устраненные аффилированным лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

В связи с изложенным, требование ФИО2 является обоснованным и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Определение суда является законным и обоснованным. Апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению по приведенным в ней доводам.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 13.05.2022 по делу №  А56-49921/2020/тр.18 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

А.Ю. Слоневская

Судьи

 

Н.А. Мельникова

 Е.В. Савина