ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-53177/2020

24 февраля 2022 года

г. Санкт-Петербург

/тр.6

Резолютивная часть постановления объявлена     16 февраля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  24 февраля 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Мельниковой Н.А.

судей  Савиной Е.В., Слоневской А.Ю.

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1

при участии:  

от заявителя: ФИО2 по доверенности от 15.01.2021

от должника: ФИО3 по доверенности от 20.01.2022

финансовый управляющий ФИО4 по паспорту

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-34968/2021) ФИО5 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.09.2021 по делу № А56-53177/2020/тр.6, принятое 

по заявлению ФИО5

о включении требования в реестр требований кредиторов

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО7 

установил:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) от 17.09.2020 (резолютивная часть объявлена 15.09.2020) признано обоснованным заявление ПАО «Банк Уралсиб» о признании ФИО7 (далее – должник) несостоятельным (банкротом),  в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО4.

Сведения о введении процедуры реструктуризации долгов в отношении должника опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 26.09.2020 №176.

В арбитражный суд 16.02.2021 обратился ФИО5 (далее – кредитор) с заявлением о включении требования в реестр требований кредиторов должника в размере 120 000 000 рублей основного долга, 111 600 000 рублей процентов.

Определением суда от 17.09.2021 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, кредитор обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой, ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, нарушение судом норм материального и процессуального права, просит определение от 17.09.2021 отменить, требование удовлетворить. 

По мнению кредитора, судом первой инстанции не учтено, что договор займа заключен между физическими лицами, отношения которых напрямую не были связаны с предпринимательской деятельностью. Само по себе наличие деловых отношений между сторонами, тесное сотрудничество, как полагает кредитор, не опровергает, а подтверждает наличие заемных правоотношений. 

В отзыве на апелляционную жалобу Банк, выражая согласие с обжалуемым судебным актом, просит оставить его без изменения.

Должник в своем письменном отзыве просит определение отменить, перейти к рассмотрению спора по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, привлечь в качестве заинтересованного лица конкурсного управляющего АО «Главстройкомплекс» ФИО6  

В судебном заседании представитель кредитора доводы, изложенные в жалобе, поддержал. Представитель должника поддержал позицию апеллянта. Финансовый управляющий против удовлетворения жалобы возражал.

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Согласно материалам обособленного спора кредитор, обращаясь с настоящим заявлением в суд указал, что между ним и должником 14.01.2013 заключен договор займа б/н, по условиям которого кредитор (займодавец) передал ФИО7 (заемщик) 120 000 000 рублей.

Согласно пункту 2 договора за предоставление займа заемщик выплачивает займодавцу проценты в сумме 12% ежегодно. Проценты за пользование суммой займа выплачиваются заемщиком 14 декабря ежегодно, начиная с года заключения договора в полном объеме и независимо от фактически возвращенной суммы займа.

Возврат указанной в договоре суммы может иметь место по желанию заемщика в течение срока действия договора разновеликими долями, однако последний взнос должен быть сделан не позднее 14.12.2020 (пункт 3).

В соответствии с пунктом 6 стороны договорились, что подписание договора фактически подтверждает получение заемщиком денежных средств в размере 120 000 000 рублей в полном объеме.

Согласно акту сверки от 11.01.2021, подписанному сторонами, общий размер задолженности по данному договору с процентами составляет 120 000 000 рублей основного долга и 111 600 000 рублей процентов.

Ссылаясь на отсутствие исполнения обязательств по договору займа в общем размере 231 600 000 рублей, кредитор обратился в суд с настоящими требованиями.

Согласно положениям части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что отношения связанные с банкротством граждан, урегулированы главой X "Банкротство граждан", а также главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI данного Закона.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Закона о банкротстве размер денежных обязательств или обязательных платежей считается установленным, если он определен судом в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве.

Под денежным обязательством в силу абзаца четвертого статьи 2 Закона о банкротстве понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ) основанию.

В силу пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в законную силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер.

В соответствии с пунктом 2 статьи 213.8 Закона о банкротстве для целей включения в реестр требований кредиторов и участия в первом собрании кредиторов конкурсные кредиторы, в том числе кредиторы, требования которых обеспечены залогом имущества гражданина, и уполномоченный орган вправе предъявить свои требования к гражданину в течение двух месяцев с даты опубликования сообщения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом в порядке, установленном статьей 213.7 Закона о банкротстве. Требования кредиторов рассматриваются в порядке, предусмотренном статьей 71 данного Федерального закона.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" разъяснено, что проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Разрешая данный обособленный спор, суд первой инстанции правильно квалифицировал возникшие между сторонами правоотношения как регулируемые главой 42 ГК РФ (заем и кредит).

Исходя из положений статей 309 и 310, пункта 1 статьи 807, пункта 2 статьи 808 и пункта 1 статьи 810 ГК РФ, а также требований статьи 65 АПК РФ, в рассматриваемом обособленном споре предметом доказывания является факт реального предоставления кредитором денежных средств должнику.

При этом требование о включении в реестр задолженности по договору займа по своей правовой природе аналогично исковому требованию о взыскании долга по соответствующему виду договора, за тем исключением, что в первом случае в отношении ответчика проводятся процедуры несостоятельности.

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

Этим объясняется установлением в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом, в частности проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности. В таком случае основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (определения Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2018 N 305-ЭС18-3533 и от 08.05.2019 N 305-ЭС18-25788(2)).

В подтверждение факта передачи должнику денежных средств и наличия задолженности, кредитор представил договор займа, содержащий расписку в получении денежных средств, акт сверки расчетов за период с 14.01.2013 по 11.01.2021.

Должник факт получения займа не отрицал.

Однако арбитражным судом первой инстанции установлено, что поведение сторон по передаче денежных средств в столь значительном объеме по расписке, минуя операции по расчетным счетам, учитывая условия договора займа, как и поведение сторон при исполнении обязательств, вытекающих из данного соглашения, в условиях не раскрытых фактических обстоятельств сложившихся правоотношений, нельзя отнести к стандартным, типичным для аналогичных сделок, совершаемых независимыми участниками гражданского оборота. 

При этом ни кредитором, ни должником не представлены документы, свидетельствующие о  выбранном сторонами сделки способе расчетов, стороны не раскрыли причину отсутствия/непредставления отдельного документа о выдаче займа, притом, что предметом договора являлась значительная сумма денежных средств. 

Указанные обстоятельства исключают возможность проверки реальности передачи/перечисления денежных средств, а также порождают двусмысленность в установлении последовательности действий сторон при заключении сделки, на что обоснованно указал суд первой инстанции.

Кроме того, из содержания договора и его условий следует, что стороны сделки, несмотря на значительную сумму займа, не установили механизм защиты прав кредитора и гарантий возврата кредитору заемных денежных средств.

По условиям договора, возврат денежных средств может иметь место в течение всего срока действия договора, однако последний взнос должен быть сделан не позднее 14.12.2020. Уплата процентов за пользование займом предусматривает ежегодную дату передачи денежных средств займодавцу наличными заемщиком в руки кредитора с составлением расписки в получении (14 декабря).

Договор заключен 14.01.2013, однако кредитор вплоть до обращения с настоящим заявлением в суд – 16.02.2021, с требованием к должнику о возврате займа полностью или в какой либо части не обращался, равно как и не требовал уплаты процентов. 

Учитывая, что кредитор обратился в суд 16.02.2021, общий срок исковой давности, установленный пунктом 1 статьи 196 ГК РФ,  даже с учетом подписания акта сверки 11.01.2021, по процентам за 2013 - 2017 год в общем размере 72 000 000 рублей истек.

Условие о возврате суммы займа, допускающее возврат ФИО7 займодавцу 120 000 000 рублей как разновеликими платежами в период действия договора, так целиком не позднее 14.12.2020, обосновано оценено судом как явно предоставляющее привилегии заемщику, в виде возможности по его усмотрению не возвращать заемные денежные средства в течение семи лет. Вероятность согласования такого нерыночного условия кредитования физического лица на аналогичную сумму иными независимыми контрагентами (в том числе, кредитными организациями) в отсутствие соответствующего обеспечения  исключена. Подобные льготные условия договора недоступны независимым участникам гражданского оборота, принимая во внимание значительную сумму займа.

ФИО5 не раскрыл мотивы заключения договора, экономическую целесообразность сделки на указанных нерыночных условиях, характеризующих займодавца как не защищенную сторону сделки. В свою очередь, значительный размер займа предполагает необходимость установления условий контроля за целями расходования и гарантий возврата со стороны разумного предпринимателя.   

Коммерческая выгода от выдачи займа в значительной сумме на длительный период (с 14.01.2013 по 14.12.2020) без истребования ежегодной задолженности по процентам представляется крайне сомнительной, а бездействие кредитора по неистребованию задолженности вплоть до обращения с заявлением о включении задолженности в реестр (с учетом возбуждения 07.07.2020 дела о банкротстве и введения 15.09.2020 процедуры реструктуризации долгов) - недопустимым для добросовестного хозяйствующего субъекта.    

Учитывая, что в течение восьми лет займодавец не получал какой-либо прибыли от выдачи займа в размере 120 000 000 рублей, суд первой инстанции обоснованно указал на наличие признаков мнимости данной сделки, поскольку отсутствие заинтересованности кредитора в возврате денежных средств и в извлечении выгоды невозможно предположить в случае реального кредитования с учетом суммы сделки.

Целесообразность условий сделки ни кредитором, ни должником не раскрыта, как и мотивы поведения сторон после ее заключения. 

Кроме того, суд первой инстанции, основываясь на материалах настоящего обособленного спора, установил отсутствие доказательств наличия у Кредитора реальной возможности предоставить должнику займ.

Так, в подтверждение финансовой состоятельности на дату передачи денежных средств ФИО5 представил договор срочного накопительного вклада в иностранной валюте от 04.05.2010, выписки по текущему счету в Банк «Таврический» (ОАО) за период с 04.05.2010 по 01.06.2011, с 17.03.2013 по 01.08.2014, договоры срочного вклада в рублях от 26.04.2013 №1598-НДР/13 и 03.10.2014 №5366-НДР/14, а также расходные кассовые ордера ОАО «ГСК» за  2009 - 2011 год о выдаче ФИО5 денежных средств на основании соглашений о расторжении договоров участия в долевом строительстве, договоры купли-продажи квартир, в которых кредитор является продавцом от 16.04.2013, 12.12.2014, расписку в получении денежных средств от 20.02.2015.

Из указанных документов следует, что кредитор имел вклад в иностранной валюте, который был закрыт 10.06.2011, то есть за полтора года до заключения договора, что ставит под сомнение относимость данного факта к обстоятельствам спора: денежные средства, имевшиеся у кредитора, могли быть им израсходованы на иные нужды. 

Представленные кредитором расходные кассовые ордера за период с 11.09.2009 по 11.09.2011 подтверждают выдачу ФИО5 денежных средств АО «Главстройкомплес» в связи с расторжением договоров участия в долевом строительстве, которые были получены задолго до заключения договора займа и кредитор имел реальную возможность направить их на личные нужды.   

Договор срочного вклада в рублях от 26.04.2013 на сумму 31 500 000 рублей и выписки по счету за период с 17.10.2013 по 01.08.2014 также не могут быть приняты во внимание, поскольку отсутствие документа, подтверждающего выдачу займа, не позволяет соотнести период наличия у кредитора денежных средств на счетах/во вкладах с датой предоставления займа. При этом, договор срочного вклада заключен кредитором спустя десять месяцев после заключения договора займа.

Аналогичные выводы можно сделать и в отношении договора срочного вклада от 03.10.2014 на сумму 4 000 000 рублей. Наличие вклада у кредитора, который открыт фактически через два года после сделки с ФИО7, не подтверждает факт наличия финансовой возможности выдать денежные средства заемщику ни в дату договора 14.01.2013, ни до нее.  

Договоры купли-продажи недвижимого имущества от 16.04.2013 на сумму 4 700 000 и от 12.12.2014 на сумму 5 200 000 рублей (расписка в получении денежных средств датирована 2015 годом) не являются относимыми доказательствами, так как заключены после заключения договора займа.

Расходные кассовые ордера от 01.07.2013 на 15 000 000 рублей и 26.04.2013 на 31 500 000 рублей, свидетельствующие о поручении в кассе Банк «Таврический» (ОАО) ФИО5 денежных средств в крупном размере также выходят за пределы исследуемого периода.

Более того, судом первой инстанции установлено, что ФИО5 является генеральным директором АО «СТРОЙРЕСУРС» (ИНН 

<

***>), в свою очередь, ФИО7 являлся владельцем акций и генеральным директором АО «ГСК».

В подтверждение расходования полученных у кредитора денежных средств должник приобщил к материалам дела договор беспроцентного денежного займа от 14.01.2013, заключенный между ФИО7 (займодавец) и ОАО «ГСК» (заемщик) на 120 000 000 рублей на срок до 15.01.2016, а также квитанцию к приходному кассовому ордеру от 14.01.2013 о внесении денежных средств в кассу организации.

Учитывая, что являясь руководителем общества, должник имел возможность оформить необходимые документы о предоставлении займа в целях для легализации получения денежных средств, представленные документы обоснованно оценены судом первой инстанции критически.   

В рамках дела о банкротстве № А56-76787/2017 с даты введения в отношении АО «ГСК» процедуры наблюдения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.08.2018 до настоящего времени отсутствует какая-либо информация о предъявлении ФИО7 требований, основанных на спорном договоре займа; доказательства возврата обществом займа ФИО7 отсутствуют.

Суд обоснованно принял во внимание, что раскрывая движение денежных средств, полученных ФИО7 от ФИО5 фактически в АО «ГСК», должник, располагая доказательствами наличия задолженности общества перед ним, до настоящего момента не заявил о своих требованиях к АО «ГСК», явно значительных по размеру.  

Не раскрыты сторонами сделки причины ее совершения на очевидно невыгодных для ФИО7 условиях, который, получив займ у ФИО5 под условие выплаты 14% годовых, в ту же дату внес денежные средства в рублях в кассу подконтрольного ему общества, но уже на условиях беспроцентного займа. Сторонами не даны разумные объяснения необходимости выстраивания подобной схемы движения денежных средств от кредитора фактически в АО «ГСК» через ФИО7, в то время как логичным представляется предоставление займа ФИО5 напрямую АО «ГСК», в том числе с обеспечением (в частности, залог имущества застройщика), что обеспечило бы гарантии удовлетворения требований кредитора.  

Более того, в рамках дела о банкротстве АО «ГСК» №А56-76787/2017 установлено, что в период с октября 2015 года по апрель 2017 года АО «ГСК» предоставляло АО «СТРОЙРЕСУРС» беспроцентные займы на различные суммы. Всего произведено 56 платежей на общую сумму 21 955 000 рублей. Таким образом, АО «ГСК» на протяжении нескольких лет фактически финансировало АО «СТРОЙРЕСУРС», предоставляя денежные средства на нерыночных условиях (беспроцентные займы), что недоступно обычным заемщикам на рынке финансовых услуг. В свою очередь, ФИО5, являясь руководителем АО «СТРОЙРЕСУРС», не мог не знать о движении/поступлении денежных средств от АО «ГСК», бенефициаром и генеральным директором является ФИО7

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, установив, что ни кредитор, ни должник не подтвердили реальности займа, не обосновали экономический смысл предоставления наличных денежных средств в таком размере и не подтвердили их дальнейшее расходование, при том, что неистребование в течение длительного периода времени заявителем задолженности или процентов не свойственно обычным участникам такого рода правоотношений, суд первой инстанции правомерно отказал во включении требования в реестр требований кредиторов должника за необоснованностью заявления.

Оснований не согласиться с выводами суда у апелляционной инстанции не имеется.

Вопреки позиции должника, оснований для привлечения к участию в настоящем обособленном споре конкурсного управляющего АО «ГСК» суд апелляционной инстанции не усматривает, доказательств того, что в результате рассмотрения спора, с учетом заявленного предмета, оснований и субъектного состава участников спора, судебный акт может повлиять на его права и обязанности, не представлено.

Исходя из предмета и оснований заявленных требований, обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом первой инстанции установлены верно, доказательства исследованы и оценены надлежащим образом. Нормы материального права судом при разрешении спора применены правильно. 

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 17.09.2021 по делу №  А56-53177/2020/тр.6 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Н.А. Мельникова

 

Судьи

Е.В. Савина

 А.Ю. Слоневская