ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

             № 09АП-43264/2023

Дело № А40-106584/21

г. Москва

07 августа 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26 июля 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 07 августа 2023 года

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ж.Ц. Бальжинимаевой,

судей С.А. Назаровой, А.А. Комарова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда города Москвы от 05.06.2023 о признании требования ФИО2 подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и п.8 ст. 63 ГК РФ (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты), вынесенное в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Энергоинжстрой»,

с участием представителей, согласно протоколу судебного заседания, 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда г. Москвы 05.04.2022 в отношении ЗАО «Энергоинжстрой» открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Определением Арбитражного суда г. Москвы от 12.07.2022г. конкурсным управляющим должника утвержден арбитражный управляющий ФИО3

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 14.09.2022 требование ФИО2 признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника в общем размере 4 435 093,49 руб., из них: 3 876 000 руб. – основной долг, 481 675,67 руб. – проценты за пользование займом, 30 375,47 руб. – госпошлина, 77 417,82 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами, с учетом п. 3 ст. 137 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)". 

Постановлением Девятого Арбитражного апелляционного суда от 06.12.2022г. определение Арбитражного суда г. Москвы от 14.09.2022 оставлено без изменений, апелляционная жалоба конкурсного управляющего без удовлетворения. 

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 22.02.2023 постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2022 и определение Арбитражного суда города Москвы от 14.09.2022 по делу № А40- 106584/21-30-215 Б – отменено в части установления очередности требований кредитора, в отмененной части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд г. Москвы. 

После нового рассмотрения определением Арбитражного суда города Москвы от 05.06.2023 признано требование ФИО2 подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и п.8 ст. 63 ГК РФ (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты). 

Не согласившись с принятым определением, ФИО2 подал апелляционную жалобу, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе апеллянт указывает на то, что суд первой инстанции сделал явно несоответствующий материалам дела и реальной хронологии правоотношений вывод о том, что заем предоставлялся в условиях наличия у заявителя задолженности по зарплате. Также апеллянт указывает на то, что отсутствие формально-юридических признаков аффилированности ФИО2 по отношению к должнику, а также отсутствие доказательств осуществления ФИО2 фактического контроля над должником, что исключает возможность признания заявителя контролирующим должника лицом.

Наличие у должника задолженности перед отдельными кредиторами с 2014 года не свидетельствует о наличии с 2014 года признаков неплатежеспособности, поскольку деятельность организации была построена на ее финансировании материнской компанией, а также не свидетельствует о наличии правовых оснований для понижения очередности требований ФИО2 являющегося независимым кредитором. Кроме того, апеллянт ссылается на то, что бенефициаром должника являлся ФИО4

ФИО2 апелляционную жалобу поддержал по доводам, изложенным в ней. При этом, протокольным определением было отказано в приобщении дополнительных документов, приложенных к апелляционной жалобе (приложение 3-6), поскольку в  нарушение ч. 2 ст. 268 АПК РФ апеллянт не обосновал невозможность их представления в суд первой инстанции. 

 Представитель конкурсного управляющего должника возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам, изложенным в приобщенном к материалам дела отзыве.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения лиц, явившихся в судебное заседание, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда г. Москвы от 14.09.2022 требование ФИО2 признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов Закрытого акционерного общества «Энергоинжстрой» в общем размере 4 435 093,49 руб., из них: 3 876 000 руб. – основной долг, 481 675,67 руб. – проценты за пользование займом, 30 375,47 руб. – госпошлина, 77 417,82 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами, с учетом п. 3 ст. 137 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)". Вместе с тем, указанный судебный акт отменен в части установления очередности требования кредитора ФИО2, в отмененной части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд г. Москвы.

Отменяя определение Арбитражного суда города Москвы от 14.09.2022 постановление Девятого Арбитражного апелляционного суда от 06.12.2022 в части установления очередности требования кредитора суд кассационной инстанции указал на то, что судами не учтено, что само по себе наличие вступившего в законную силу судебного акта, подтверждающего задолженность, не освобождает арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, от обязанности определить очередность удовлетворения основанного на этой задолженности требования. Конкурсный управляющий должника в кассационной жалобе привел доводы, свидетельствующие о том, что должник и кредитор являются аффилированными лицами, заем был предоставлен с целью компенсационного финансирования. Указанные доводы, связанные с установлением фактических обстоятельств, не исследованы и не оценены судами. Также  в данном деле судами не были установлены обстоятельства предоставления займа обществу

Выводы судов первой и апелляционной инстанций в части установления очередности требования кредитора не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, а также сделаны при неправильном применении норм права, что в соответствии с частями 1, 2, 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основаниями для отмены судебного акта.

Суд первой инстанции, учитывая указания суда кассационной инстанции, изучив материалы дела, пришел к выводу, что настоящее требование соответствует признакам компенсационного финансирования, поскольку заявитель требования заключает договор займа с должником на сумму в размере 4 500 000 руб., с учетом наличия неисполненных ранее обязательств, что является не типичным поведением для экономических правоотношений, а также с учетом того что заявитель требования более 6 лет занимал руководящие должности должника, знал или должен был знать о нахождении должника в состоянии имущественного кризиса. При таких обстоятельствах, суд пришел к выводу о наличии юридической, а также фактической аффилированности между должником и ФИО2

Суд апелляционной инстанции соглашается с такими выводами суда первой инстанции.

В силу положений статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

В Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц", утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее также Обзор Президиума ВС РФ от 29.01.2020), обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

В соответствии с п. 3.1. Обзора Президиума ВС РФ от 29.01.2020 согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, путем заключения с независимым кредитором договора о предоставлении поручительства по обязательствам должника, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ). Поэтому суброгационные требования поручителя не могут конкурировать с требованиями независимых кредиторов - они подлежат удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты) (пункты 3.1, 6.1 Обзора Президиума ВС РФ от 29.01.2020).

В том же положении, что и контролирующее лицо, находится кредитор, не обладающий контролем над должником, аффилированный с последним, предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица. При этом в ситуации, когда аффилированные должник и кредитор имеют одного конечного бенефициара, предполагается, что, финансирование предоставлено по указанию контролирующего лица, пока не доказано иное (пункт 4 обзора судебной практики).

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о банкротстве через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, а именно копии трудовой книжки ФИО2, с 01.09.2014г. ФИО2 являлся работником должника и на основании трудового договора № 17 от 01.09.2014г. принял на себя выполнение трудовых обязанностей в подразделение “Администрация” на должности “Главный инженер”. 01.03.2019г. ФИО2 переведен на должность заместителя генерального директора – инженер, 28.02.2021г. трудовой договор прекращен.

В соответствии с п. 1 ст. 61.10 "О несостоятельности (банкротстве)", если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Возможность определять действия должника может достигаться: 

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

При этом в соответствии как разъяснено в абз. 2 п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

В соответствии с Квалификационным справочником должностей руководителей, специалистов и других служащих (утв. Постановлением Минтруда России от 21.08.1998 N 37), должность главного инженера предприятия относится к руководящим должностям предприятия. В круг обязанностей главного инженера входит определение технической политики и направления технического развития предприятия в условиях рыночной экономики, пути реконструкции и технического перевооружения действующего производства, уровень специализации и диверсификации производства на перспективу; обеспечение необходимым уровнем технической подготовки производства и его постоянным ростом, повышение эффективности производства и производительности труда, сокращение издержек (материальных, финансовых, трудовых), рациональное использование производственных ресурсов, высокое качество и конкурентоспособность производимой продукции, работ или услуг; в соответствии с утвержденными бизнес-планами предприятия на среднесрочную и долгосрочную перспективу руководит разработкой мероприятий по реконструкции и модернизации предприятия.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что должник и заявитель требования - ФИО2, как работник должника занимающий руководящую должность, являются аффилированными лицами.

Довод ФИО2 о том, что в 2020 году он осуществлял обычную трудовую деятельность в должности технического специалиста руководящего звена – инженера, противоречит записи в его трудовой книжке (есть в материалах дела), где указано, что с 01.03.2019 ФИО2 был переведен на должность заместителя генерального директора – главного инженера.

Доводы апеллянта о том, что бенефициаром должникам являлся иное лицо, подлежат отклонению, поскольку данный вопрос не относится к рассматриваемому спору.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 05.09.2022г. по делу А40-106584/21  установлено следующее:

«Также судами отклонены доводы ЗАО «Электросетьстройпроект» относительного того, что не установлен момент возникновения имущественного кризиса и его причины, поскольку заявленная задолженность начала образовываться в 2014 году, о чем свидетельствует, по мнению судов, представленная в материалы дела детализация задолженности, являющаяся приложением к договору №1-320/3 от 01.06.2020.».

При таких обстоятельствах, заявитель требования знал или должен был знать о нахождении должника в состоянии имущественного кризиса, принимая во внимание, что трудовые отношения должника и заявителя требования длились более 6 лет, а заявитель требования занимал руководящие должности должника.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 3.2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор), разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам куплипродажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации) и т.п.).

Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.10.2020 № 307-ЭС19-1671 (2, 3, 4) по делу № А66-9583/2016, при наличии любого из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (имущественном кризисе) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве. Сокрытие названной информации и попытка преодолеть кризис посредством внутреннего публично нераскрываемого компенсационного финансирования ведет к тому, что контролирующее лицо берет соответствующий риск непреодоления кризиса на себя и не вправе перекладывать его на других кредиторов, что обеспечивается понижением очередности удовлетворения такого требования. При этом под компенсационным финансированием понимается, в том числе непринятие мер к истребованию задолженности по наступлении срока исполнения обязательства (пункты 3.1 и 3.2 Обзора).

Согласно пункту 3.3 Обзора разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа, об оплате работ после окончательной сдачи их результатов, о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах.

Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

Исходя из заложенной в Обзоре презумпции, не устраненные Обществом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора).

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, очередность удовлетворения требования лица, выраженного в виде компенсационного финансирования, должна быть понижена. То есть при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов - оно подлежит удовлетворению в очереди, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

В соответствии с заявлением кредитора, договор займа № 1-320/11 между должником и заявителем требования заключен 22.07.2020.

При наличии значительной задолженности по выплате заработной платы заявителю требования, как отмечает ФИО2, сторонами спорных правоотношений заключатся договор займа на сумму в размере 4 500 000 руб., в соответствии с которым размер обязательств должника перед заявителем требования ещё больше увеличивается, что является не типичным поведением для экономических правоотношений.

Доказательств опровергающие указанные положения материалы дела не содержат.

Согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор) сама по себе выдача контролирующим лицом денежных средств подконтрольному обществу посредством заключения с ним договора займа не свидетельствует о том, что обязательство по возврату полученной суммы вытекает из участия в уставном капитале (абз. 8 ст. 2 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве)). 

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений о безусловном понижении очередности удовлетворения некорпоративных требований кредиторов, относящихся к числу контролирующих должника лиц. Из фундаментального принципа автономии воли и свободы экономической деятельности участников гражданского оборота (ст. 1 ГК РФ) следует право каждого определять правовую форму инвестирования, в частности посредством внесения взносов в уставный капитал подконтрольной организации или выдачи ей займов. Если внутреннее финансирование с использованием конструкции договора займа осуществляется добросовестно, не направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц - других кредиторов должника, не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения требования, основанного на таком финансировании. 

Требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса. 

На основании изложенного, суд первой инстанции к выводу, что настоящее требование соответствует признакам компенсационного финансирования, поскольку заявитель требования заключает договор займа с должником на сумму в размере 4 500 000 руб., с учетом наличия неисполненных ранее обязательств, что является не типичным поведением для экономических правоотношений, а также с учетом того что заявитель требования более 6 лет занимал руководящие должности должника, знал или должен был знать о нахождении должника в состоянии имущественного кризиса.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце 8 подпункта 3.1 пункта 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020), при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ.

Все доводы и аргументы заявителя апелляционной жалобы проверены судом апелляционной инстанции, признаются несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта и основаны на неверном толковании норм действующего законодательства, обстоятельств дела.

   Неправильное применение норм материального права и нарушения норм процессуального права, которые могли бы послужить основанием для отмены  и принятого по делу судебного акта в соответствии с ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом апелляционной инстанции не установлены.

   При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о принятии судом первой инстанции оспариваемого определения с учетом правильно установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованных доказательств, с учетом правильного применения норм материального и процессуального права.

   Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, апелляционный суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 05.06.2023 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

 

Председательствующий судья:                                                Ж.Ц. Бальжинимаева 

 

Судьи:                                                                                 С.А. Назарова

 

                                                                                                          А.А. Комаров