﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-721/20 

Екатеринбург

13 марта 2020 г.

Дело № А47-13897/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 12 марта 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 13 марта 2020 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Столярова А.А.,

судей Лазарева С.В., Купреенкова В.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы индивидуального предпринимателя Главы крестьянского фермерского хозяйства Мифтахутдинова Рима Шавкатовича (далее - предприниматель Глава КФХ Мифтахутдинов Р.Ш.) и Администрации Нойкинского сельсовета Бугурусланского района Оренбургской области (далее – Администрация) на решение Арбитражный суд Оренбургской области от 29.08.2019 по делу                     № А47-13897/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2019 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял участие индивидуальный предприниматель Глава крестьянского фермерского хозяйства Мифтахутдинов Рим Шавкатович.

Предприниматель Глава КФХ Мифтахутдинов Р.Ш. обратился в Арбитражный суд Оренбургской области с исковым заявлением к Администрации, обществу с ограниченной ответственностью «Мечта» (далее – общество «Мечта»), к Администрации Бугурусланского района Оренбургской области о взыскании убытков в виде упущенной выгоде в размере 9 221 924 руб.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 31.01.2019 принят отказ истца от иска в отношении ответчиков общества «Мечта» и Администрации Бугурусланского района Оренбургской области.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 29.08.2019 исковые требования удовлетворены частично, с Администрации в пользу предпринимателя главы КФХ Мифтахутдинова Р.Ш. взыскана сумма упущенной выгоды в размере 1 475 730руб., сумма судебных расходов в размере 8 322руб. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда                   от 14.11.2019 решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Администрация просит обжалуемые судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме. По мнению кассатора, судами при рассмотрении дела неправомерно не применены положения статей 16, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации. Кроме того, считает, что судами допущено неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела и не доказаны имеющиеся для дела обстоятельства, которые суды посчитали установленными. Податель жалобы обращает внимание, что судами оставлен без внимания тот факт, что при подаче искового заявления, так и в процессе рассмотрения дела со стороны истца не были представлены какие-либо документы, подтверждающие фактическое использование по целевому назначению земельного участка. Как полагает заявитель, предпринимателем не доказан факт несения им убытков в виде упущенной выгоды. 

Предприниматель в своей кассационной жалобе просит обжалуемые судебные акты отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Кассатор полагает, что взятое за основу при определении размера упущенной выгоды заключение судебного эксперта общества с ограниченной ответственностью «Лаборатория судебной экспертизы ФЛСЭ» (далее – общество «Лаборатория судебной экспертизы ФЛСЭ») № 2019/177 от 22.07.2019, согласно которому стоимость упущенной выгоды от неиспользования земельного участка с кадастровым 56:07:1607034:3 в период с 01.01.2016 по 31.12.2017 составляет 1 475 730 руб., не соответствует действительности и рыночным показателям доходности, получаемой от использования земельного участка, в связи с чем, сумма требований упущенной выгоды в результате расчета существенно занижена и не соответствует действительности. При этом представленное предпринимателем оценочное заключение № 88/ОЦ/ИП-18 от 31.03.2018, подготовленное индивидуальным предпринимателем Фроловой С.Н., в нарушение статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не оценено судами наряду с другими доказательствами по делу. Между тем результаты указанного заключения не признаны недостоверными и выводы эксперта не оспорены, экспертиза достоверности и подлинности отчета оценщика не назначена. Кроме того, податель жалобы обращает внимание, что суд первой инстанции нарушил его права на предоставление дополнительных доказательств (приобщении рецензии  на оценочное заключение) и не позволил дать объективную и всестороннюю оценку заключению эксперта, отказав в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания.

Как следует из материалов дела и установлено судами, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Оренбургской области от 27.07.2017 по делу А47-12688/2016 признан недействительным между Администрацией и обществом «Мечта» договор, применены последствия недействительности договора аренды, а именно, суд обязал общество «Мечта» возвратить администрации Бугурусланского района Оренбургской области земельный участок с кадастровым номером 56:07:1607034:3, площадью 3280348 кв.м., оформив передачу участка актом приема-передачи, а администрацию Бугурусланского района Оренбургской области обязал заключить с истцом договор аренды на указанный земельный участок. При этом судом установлено, что при заключении оспариваемой сделки Администрацией нарушен порядок предоставления в аренду спорного земельного участка, установленный Земельным кодексом Российской Федерации и Законом об обороте земель сельскохозяйственного назначения (участок предоставлен обществу без проведения торгов).

Указанным решением установлено, что постановлением администрации Бугурусланского района от 01.12.2008 № 357-В земельный участок площадью 3281218га предоставлен в аренду истцу сроком на 5 лет. 

Во исполнение постановления между администрацией Бугурусланского района и Мифтахутдиновым Р.Ш. 20.03.2009 заключен договор аренды указанного земельного участка № 48/903.

Истец 04.08.2014 обратился в Администрацию Бугурусланского района Оренбургской области с заявлением о выделении земельного участка, площадью 328 га (3280348 кв.м.), расположенного по адресу: Бугурусланский район, земельный участок расположен в центральной части кадастрового квартала 56:07:1607034, земли сельскохозяйственного назначения, для ведения сельскохозяйственного производства. 

На основании заявления истца Распоряжением №206-р от 25.08.2014 Администрацией района утверждена схема расположения земельного участка, категория земель - земли сельскохозяйственного назначения, для ведения сельскохозяйственного производства, с местоположением: Оренбургская область, Бугурусланский район, земельный участок расположен в центральной части кадастрового квартала 56:07.1607034. площадью 3280348 кв.м. и в 2014 году истцом собственными силами проведены кадастровые работы по межеванию данного земельного участка и постановке его на государственный кадастровый учет. 

Истец 26.02.2016 вновь обратился в Администрацию Бугурусланского района Оренбургской области с заявлением о передаче в аренду земельного участка, с кадастровым номером 56:07:16070334:3 сроком на 49 лет.

Администрация Бугурусланского района Оренбургской области перенаправила данное заявление в Администрацию. 

Администрацией в нарушение действующего земельного законодательства принято постановление №18п от 04.05.2016 года «О предоставлении в аренду земельного участка обществу «Мечта» с последующим заключением договора аренды спорного земельного участка с кадастровым номером 56:07:1607034:3, площадью 3280348 кв.м. на срок с 04.05.2016 по 04.05.2065. 

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения истца в суд с рассматриваемыми требованиями. 

Удовлетворяя частично требования истца, суды исходили из доказанности материалами дела факта причинения истцу убытков в форме упущенной выгоды, вины ответчика и наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникшими убытками.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает. 

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, в том числе вследствие причинения вреда. 

Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с положения пункта 2 статьи 15 указанного Кодекса под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

В силу пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Одним из способов возмещения вреда является возмещение убытков (статья 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

По общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков (пункт 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25)).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 13 постановления Пленума                     № 25, следует, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). 

По смыслу изложенных правовых норм и разъяснений возмещение убытков является способом защиты, направленным на восстановление имущественных прав лица в силу необходимости возмещения (компенсации) того, что было утрачено или повреждено, либо недополучено в силу нарушения такого права. 

Согласно пунктам 1, 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации) должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса. 

Статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление Пленума № 7) по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается. Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков. Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 12 постановления Пленума № 25).

Таким образом, для возникновения права на возмещение убытков истец обязан доказать совокупность таких обстоятельств, как нарушение или ненадлежащее исполнение ответчиком условий договора аренды, наступление вреда и его размер, наличие причинно-следственной связи между наступлением вреда и нарушением (ненадлежащим исполнением) ответчиком условий договора аренды; вина ответчика в причинении вреда истцу.

Как установлено судами, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Оренбургской области от 27.07.2017 по делу № А47-12688/2016 признан недействительным договор аренды земельного участка № 3, заключенный 04.05.2016 между Администрацией и обществом «Мечта», применены последствия недействительности договора аренды.

В ходе рассмотрения дела № А47-12688/2016 суды трех инстанций пришли к выводу о наличии оснований для признания недействительным договора аренды земельного участка № 3, заключенного 04.05.2016, поскольку установили факты, подтверждающие, что ответчиком чинятся препятствия в осуществлении истцом правомочий по пользованию и распоряжению имуществом. 

Кроме того, судом первой инстанции было удовлетворено и оставлено без изменения вышестоящими инстанциями требование об обязании администрации заключить договор аренды спорных земельных участков с истцом. 

В постановлении суда первой, апелляционной и кассационной инстанций указано на наличие у Администрации обязанности подготовить и направить истцу договор аренды спорного земельного участка в связи с отсутствием оснований для отказа в предоставлении земельного участка. При этом суды признали истца единственным лицом, подавшим заявление в порядке ст.39.18 Земельного кодекса Российской Федерации и обладающим правом на заключение договора аренды. 

В силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. 

Таким образом, преюдициальное значение имеют факты, установленные вступившим в законную силу решением суда, обстоятельства, которые установлены таким решением, не подлежат доказыванию вновь в делах с участием тех же лиц. 

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности. 

Преюдициальность означает не только отсутствие необходимости доказывать установленные ранее обстоятельства, но и запрещает их опровержение до тех пор, пока судебный акт, в котором установлены эти обстоятельства, не будет отменен в порядке, предусмотренном законом.

Под обстоятельствами, которые могут быть установленными, следует понимать обстоятельства, имеющие правовое значение. Правовое значение обстоятельств выявляется и устанавливается в результате правовой оценки доказательств их существования и смысла. Обстоятельства, существование и правовое значение которых установлено с соблюдением установленного законодательством порядка, в случаях, предусмотренных законом, не нуждаются в повторном доказывании и должны приниматься, как доказанные.

Таким образом, как верно отмечено судами, обстоятельства, установленные вышеуказанным судебным актом, имеют в силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации преюдициальное значение для рассмотрения настоящего дела и не требуют дополнительного доказывания. 

Сразу после вступления его в законную силу (27.07.2017) истец обратился к ответчику с заявлением о выделении земельного участка, площадью 328 га (3280348 кв.м.), расположенного по адресу: Бугурусланский район, земельный участок расположен в центральной части кадастрового квартала 56:07:1607034, земли сельскохозяйственного назначения, для ведения сельскохозяйственного производства.

Материалами дела, в том числе вступившими в законную силу судебными актами по делу № А47-12688/2016, подтверждено, что ранее распоряжением № 206-р от 25.08.2014 Администрацией района утверждена схема расположения земельного участка, категория земель - земли сельскохозяйственного назначения, для ведения сельскохозяйственного производства, с местоположением: Оренбургская область, Бугурусланский район, земельный участок расположен в центральной части кадастрового квартала 56:07.1607034. площадью 3280348 кв.м. и в 2014 году истцом собственными силами проведены кадастровые работы по межеванию данного земельного участка и постановке его на государственный кадастровый учет.

Как указано выше, истец 26.02.2016 обращался с заявлением о передаче в аренду земельного участка, с кадастровым номером 56:07:16070334:3 сроком на 49 лет. Администрация Бугурусланского района Оренбургской области перенаправила данное заявление в Администрацию. 

Администрацией в нарушение действующего земельного законодательства принято постановление № 18п от 04.05.2016 года «О предоставлении в аренду земельного участка ООО «Мечта» с последующим заключением договора аренды спорного земельного участка с кадастровым номером 56:07:1607034:3, площадью 3280348 кв.м. на срок с 04.05.2016 по 04.05.2065.

Поскольку договор аренды земельного участка № 3, заключенный 04.05.2016 между Администрацией и обществом «Мечта», был признан судом недействительным только в 2017, суды пришли к выводу о том, что стоимость неполученных доходов истца за неиспользование спорного земельного участка образовалась за 2016, 2017. 

При таких обстоятельствах вывод судов о доказанности истцом вины ответчика в нарушении преимущественного права истца на заключение договора аренды спорного земельного участка с целью получения дохода от сельскохозяйственной деятельности, причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими неблагоприятными последствиями в виде неполучения дохода от сельскохозяйственной деятельности в 2016, 2017 годах, является правильным.

В силу пункта 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления. 

Из разъяснений, содержащихся в пункте 2 постановления Пленума № 7, упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено. 

Аналогичный подход к определению упущенной выгоды содержится                           в пункте 14 постановления Пленума № 25. При этом отмечено, что поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске. 

Применительно к убыткам в форме упущенной выгоды, то есть неполученным доходам, которые лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено, это лицо должно доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве его субъективного представления, и допущенное нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить соответствующие доходы. 

В пункте 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации определены условия для возмещения упущенной выгоды, которые должно доказать лицо, требующее возмещения таких убытков. При определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления. 

Сторона, понесшая убытки в виде упущенной выгоды, должна доказать факт нарушения ее права, наличие причинно-следственной связи между этим фактом и понесенными убытками, а также их размер. Недоказанность хотя бы одного из указанных условий является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска о взыскании убытков. 

Пунктом 3 постановления от 24.03.2016 № 7 разъяснено, что при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (п. 4 ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Должник не лишен права представить доказательства того, что упущенная выгода в заявленном размере не была бы получена кредитором. 

В абзаце первом пункта 5 постановления Пленума № 7 разъяснено, что кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

При этом следует учитывать, что на основании пункта 5 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства. 

Такой же правовой подход сформирован в пункте 9 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016. 

Принимая во внимание то, что между сторонами существует спор относительно размера упущенной выгоды, суд первой инстанции, руководствуясь статьей 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определением от 09.04.2019 удовлетворил ходатайство истца о назначении судебной экспертизы, проведение которой поручено обществу «Лаборатория судебной экспертизы ФЛСЭ».

 Согласно заключению эксперта установлена рыночная стоимость требования упущенной выгоды от неиспользования земельного участка с кадастровым номером 56:07:1607034:3 площадью 3 280 348 кв.м. в период с 01.01.2016 по 31.12.2017 составляет 1 475 730 руб. 

Заключение эксперта является одним из доказательств, которое согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами (части 4 и 5 статьи 71 Кодекса); суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 Кодекса. 

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указанное заключение эксперта, суды установили, что процедура назначения и проведения экспертизы соблюдена, заключение эксперта соответствует требованиям, указанным в статье 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо неверного заключения, при проведении экспертизы каких-либо возражений по ее проведению ни от истца, ни от ответчика не поступало. Нарушения экспертом основополагающих методических и нормативных требований при его производстве не установлены. Заключение эксперта достаточно мотивировано, выводы эксперта ясны, противоречия в выводах эксперта отсутствуют. 

При указанных обстоятельствах данное экспертное заключение признано судами надлежащим доказательством по делу. 

Доказательств, опровергающих выводы экспертного заключения, в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, в том числе заключение экспертизы, суды пришли к правильному выводу о несении предпринимателем убытков в форме упущенной выгоды в сумме                 1 475 730 руб., правомерно удовлетворив исковые требования в указанной части.

Довод предпринимателя о том, что судами в нарушение статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не дана оценка оценочному заключению № 88/ОЦ/ИП-18 от 31.03.2018, подготовленному индивидуальным предпринимателем Фроловой С.Н., судом кассационной инстанции отклоняется, поскольку основанием для назначения судебной экспертизы послужило в том числе  представленная истцом указанное оценочное заключение, а экспертом при проведении экспертизы принимались во внимание, в том числе и те критерии оценки, которые использовались специалистом Фроловой С.Н. в указанном заключении.

Иные доводы предпринимателя, изложенные в кассационной жалобе, являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, им дана надлежащая правовая оценка и сводятся, по сути, лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судом оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу, переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Довод Администрации о том, что судами при рассмотрении дела неправомерно не применены положения статей 16, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, судом кассационной инстанции отклоняется как основанный на неверном толковании указанных положений закона применительно к обстоятельствам данного спора. 

Ссылка органа местного самоуправления на то, что судами оставлен без внимания тот факт, что при подаче искового заявления, так и в процессе рассмотрения дела со стороны истца не были представлены какие-либо документы, подтверждающие фактическое использование по целевому назначению, судом округа также признана несостоятельной, поскольку опровергается материалами дела. 

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отмене не подлежат. Основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражный суд Оренбургской области от 29.08.2019 по делу                 № А47-13897/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2019 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы индивидуального предпринимателя Главы крестьянского фермерского хозяйства Мифтахутдинова Рима Шавкатовича и Администрации Нойкинского сельсовета Бугурусланского района Оренбургской области – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий						А.А. Столяров 

Судьи						С.В. Лазарев 

                                             					 В.А. Купреенков