АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

Нижний Новгород

Дело № А11-4686/2016

03 апреля 2019 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28.03.2019.

Постановление в полном объеме изготовлено 03.04.2019.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Елисеевой Е.В.,

судей Ногтевой В.А., Прытковой В.П.

в отсутствие представителей участвующих в деле лиц

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

Керженцевой Анны Юрьевны

на определение Арбитражного суда Владимирской области от 30.08.2018,

принятое судьей Гиндулиной В.Ю.,  и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2018,

принятое судьями Протасовым Ю.В., Кириловой Е.А., Рубис Е.А.,

по делу № А11-4686/2016

по заявлению конкурсного управляющего 

общества с ограниченной ответственностью 

«Производственное предприятие «Профиль» 

(ИНН: 3305716179, ОГРН: 1123332002584)

Сусоровой Ирины Анатольевны

о привлечении Керженцевой Анны Юрьевны и Моисеева Ивана Ивановича

к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

и   у с т а н о в и л : 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Производственное предприятие «Профиль» (далее – Предприятие; должник) конкурсный управляющий должника Сусорова Ирина Анатольевна обратилась в Арбитражный суд Владимирской области с заявлением о привлечении бывшего руководителя Предприятия Керженцевой Анны Юрьевны к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

 

К участию в рассмотрении обособленного спора в качестве соответчика привлечен учредитель (участник) Предприятия Моисеев Иван Иванович.

Заявление конкурсного управляющего основано на статье 9, пунктах 2, 4 и 5 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), действовавшей в спорный период, и мотивировано тем, что Керженцева А.Ю. в установленный законом срок не исполнила обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) при обнаружении признаков его неплатежеспособности; бывшие руководители                   Керженцева А.Ю. и Моисеев И.И. совершили от имени Предприятия сделки, повлекшие его несостоятельность (банкротство), а также исказили информацию, содержащуюся в документах бухгалтерского учета должника, что привело к существенному затруднению проведения процедуры банкротства.

Суд первой инстанции определением от 30.08.2018, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2018, привлек Керженцеву А.Ю. и Моисеева И.И. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве и взыскал с них солидарно в пользу Предприятия 5 539 689 рублей 38 копеек. Суды пришли к выводу о том, что неправомерные умышленные действия Керженцевой А.Ю. и Моисеева И.И. по совершению от имени Предприятия невыгодной для него сделки – соглашения о передаче прав и обязанностей по договору купли-продажи – привели к несостоятельности (банкротству) должника.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами в части привлечения ее к субсидиарной ответственности, Керженцева А.Ю. обратилась в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 30.08.2018 и постановление от 04.12.2018 и принять по спору новый судебный акт об отказе в привлечении Керженцевой А.Ю. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в полном объеме.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судами норм материального права, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, и несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Как поясняет заявитель кассационной жалобы, увеличению убытков Предприятия способствовало бездействие кредитора – общества с ограниченной ответственностью «Производственно-коммерческая фирма «НЗТА» (далее – Фирма), с которым, как с покупателем, должник заключил соглашение от 09.12.2012 о передаче прав и обязанностей по договору купли-продажи от 07.09.2012 новому продавцу (Предприятию). В 2014 году размер активов должника составлял 1 873 000 рублей и в целях взыскания с Предприятия задолженности по соглашению от 09.12.2012 Фирме необходимо было обратиться в службу судебных приставов для исполнения решения Арбитражного суда Владимирской области от 17.04.2013 по делу № А11-221/2013, которым с Предприятия в пользу Фирмы взысканы задолженность, неустойка и проценты за пользование чужими денежными средствами по соглашению от 09.12.2012. При определении размера субсидиарной ответственности суды ошибочно учли обязательство перед кредитором – обществом с ограниченной ответственностью «Секвестрконсалтинг», который в момент возникновения обязательств перед ним не мог не знать о финансовом положении должника.

По мнению заявителя жалобы, в материалах дела отсутствуют доказательства наступления у Предприятия финансовой несостоятельности именно в результате заключения соглашения о передаче прав и обязанностей по договору купли-продажи; объем неисполненных обязательств должника перед свершением сделки превышал стоимость его активов, то есть деятельность Предприятия носила убыточный характер и до заключения указанного соглашения. При этом негативные последствия совершения сделки не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов, соглашение заключено с согласия покупателя по первоначальному договору купли-продажи (Фирмы), который должен был действовать с должной осмотрительностью и мог отказаться от замены лиц в договорных обязательствах; действительность сделки кредитор не оспаривал. По результатам проведения анализа финансового состояния должника конкурсный управляющий не установил признаков преднамеренного банкротства, а также банкротства должника по вине лиц, имевших возможность своими действиями и решениями влиять на деятельность Предприятия.

Конкурсный управляющий Сусорова И.А. и представитель конкурсного кредитора должника – ООО «Секвестрконсалтинг» в письменных отзывах на кассационную жалобу отклонили доводы заявителя жалобы, указав на законность и обоснованность принятых судебных актов.

Керженцева А.Ю. ходатайствовала о рассмотрении кассационной жалобы без ее участия. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Владимирской области от 30.08.2018 и постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2018 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в обжалованной части в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив представленные в дело доказательства, проверив обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе и в отзывах на нее, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

Как следует из материалов дела, ООО «ПП «Профиль» (ОГРН: 1073332004030) (первоначальный продавец) и Фирма (покупатель) заключили договор купли-продажи от 07.09.2012 № 270812/098, по условиям которого продавец обязался поставить, а покупатель принять и оплатить товар в порядке предварительной оплаты в размере 30 процентов от его стоимости и остальные 70 процентов – по факту готовности продукции к отгрузке на складе продавца.

По платежному поручению от 10.09.2012 Фирма перечислила первоначальному продавцу 3 806 400 рублей в качестве предварительной оплаты товара, однако продавец поставку в предусмотренные в договоре сроки не произвел.

Первоначальный продавец, Фирма (покупатель) и Предприятие (новый продавец) заключили соглашение от 09.12.2012 о передаче прав и обязанностей (замене стороны) по договору купли-продажи от 07.09.2012 № 270812/098, в соответствии с которым первоначальный продавец с согласия покупателя передал новому продавцу, а новый продавец принял на себя права и обязанности первоначального продавца по договору купли-продажи в объеме и на условиях, существовавших на дату заключения соглашения.

Арбитражный суд Владимирской области решением от 17.04.2013 по делу № А11-221/2013, вступившим в законную силу, взыскал с Предприятия в пользу Фирмы 3 806 400 рублей задолженности по договору купли-продажи от 07.09.2012 № 270812/098, 560 224 рубля неустойки, 25 296 рублей 70 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 18.12.2012 по 16.01.2013, проценты за период с 17.01.2013 по день фактической оплаты долга и 44 959 рублей 60 копеек расходов по уплате государственной пошлины.

Арбитражный суд определением от 31.01.2014 заменил взыскателя по делу № А11-221/2013 (Фирмы) на его правопреемника – ЗАО «Секвестрконсалтинг»; определением от 18.03.2015 заменил ЗАО «Секвестрконсалтинг» на ООО «Секвестрконсалтинг».

Арбитражный суд Владимирской области определением от 28.06.2016 принял к производству заявление ООО «Секвестрконсалтинг» и возбудил дело о банкротстве должника; определением от 05.10.2016 ввел в отношении Предприятия процедуру наблюдения, включил требования ООО «Секвестрконсалтинг» в сумме 5 483 066 рублей 73 копеек, подтвержденные решением суда от 17.04.2013 по делу № А11-221/2013  в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника и утвердил временным управляющим Сусорову И.А.; решением от 27.03.2017 признал Предприятие несостоятельным (банкротом), открыл в отношении его имущества конкурсное производство и утвердил Сусорову И.А. конкурсным управляющим должника.

Установив наличие оснований для привлечения Керженцевой А.Ю. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности установлены в статье 10 Закона о банкротстве, действовавшей в спорный период.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266) статья 10 Закона о банкротстве «Ответственность должника и иных лиц в деле о банкротстве» признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу названного закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266.

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении Керженцевой А.Ю. к субсидиарной ответственности после 01.07.2017, однако положения пункта 3 статьи 4 Закона № 266 касаются применения лишь процессуальных норм, поэтому в связи с возникновением спорных правоотношений до 01.07.2017 (заключением соглашения 09.12.2012), к ним подлежат применению основания и правила привлечения в ответственности, установленные в статье 10 Закона о банкротстве.

Федеральным законом от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Закон № 134-ФЗ), вступившим в силу 30.06.2013, внесены изменения в статью 10 Закона о банкротстве.

Обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения Керженцевой А.Ю. к субсидиарной ответственности, имели место до 30.06.2013, поэтому с учетом разъяснений, изложенных в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», к спорным правоотношениям подлежит применению пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (далее – Закон № 73-ФЗ), действовавший до вступления в силу Закона № 134-ФЗ.

В спорный период Керженцева А.Ю. осуществляла функции единоличного исполнительного органа (генерального директора) Предприятия. Следовательно, применительно к положениям статьи 2 Закона о банкротстве Керженцева А.Ю. в соответствующий период являлась контролирующим должника лицом.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 73-ФЗ, действовавшей до 30.06.2013) контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу. Контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта ненадлежащего исполнения обязанностей, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 73-ФЗ) ответственность соотносилась с нормами об ответственности по обязательствам юридического лица, установленной в пункте 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовавшем в спорный период, по правилам которого в случае, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

В связи с этим субсидиарная ответственность лиц по названным основаниям наступает в зависимости от того, привели ли их действия или указания к несостоятельности (банкротству) должника. В предмет доказывания по настоящему спору входят наличие вины ответчика и причинной связи между указаниями и действиями учредителя и возникшей финансовой неплатежеспособностью должника, не позволяющей ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам.

При разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями (пункт 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Исследовав представленные в материалы дела доказательства и оценив их по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций установили, что договор купли-продажи от 07.09.2012 № 27812/098 подписан от имени первоначального продавца директором организации Моисеевым И.И. Соглашение от 09.12.2012 о передаче прав и обязанностей по договору купли-продажи подписано от имени первоначального продавца его директором Моисеевым И.И., со стороны нового продавца – генеральным директором Предприятия Керженцевой А.Ю. На дату заключения договора купли-продажи и соглашения о передаче прав и обязанностей по договору купли-продажи Моисеев И.И. являлся супругом одного из учредителей Предприятия Моисеевой Д.В. с долей участия в размере 50 процентов; Керженцева А.Ю. являлась супругой учредителя организации первоначального продавца Керженцева И.А. После получения от Фирмы 3 806 400 рублей в качестве предоплаты по договору купли-продажи первоначальный продавец перечислил 3 800 000 рублей с указанием в назначении платежа на перечисление денежных средств за материалы на расчетный счет ООО «Трансснаб», генеральным директором и единственным участником которого с 22.08.2017 являлся Моисеев И.И. Регистрирующий орган принял решение от 12.01.2018 об исключении ООО «Трансснаб» из Единого государственного реестра юридических лиц как недействующего юридического лица; организация первоначального продавца прекратила свою деятельность 10.04.2013 путем реорганизации в форме присоединения к ООО «Автограф», которое на основании решения регистрирующего органа 05.06.2017 после присоединения к нему еще 16 юридических лиц ликвидировано как недействующее юридическое лицо. Согласно бухгалтерским балансам за 2012 – 2015 годы Предприятие в 2012 году обладало активами стоимостью 540 000 рублей, в 2013 году – 541 000 рублей, в 2014 году – 1 873 000 рублей, в 2015 году активы должника составили нулевые показатели.

Таким образом, суды справедливо посчитали, что Предприятие, приняв на себя обязательства по соглашению о передаче прав и обязанностей по договору купли-продажи, заведомо не имело финансовой возможности для их исполнения, что послужило причиной его банкротства.

Разрешая вопрос о том, явилось ли банкротство Предприятия следствием поведения его руководителя и учредителя, суды учли правила статьи 2 Закона о банкротстве, согласно абзацу 2 которой банкротство – это неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по гражданским обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, признанная арбитражным судом.

В связи с этим суды приняли во внимание, что на фоне имеющейся кредиторской задолженности и недостаточности у должника денежных средств (признаков неплатежеспособности) действия контролирующих должника лиц по заключению соглашения о передаче прав и обязанностей по договору купли-продажи усугубили и без того затруднительное финансовое состояние должника, что привело к его банкротству, которое в такой ситуации стало неизбежным.

Действия руководителя и учредителей должника, касающиеся принятия по соглашению о передаче прав и обязанностей по договору купли-продажи заведомо неисполнимых обязательств при наличии у Предприятия кредиторской задолженности, вызывают объективные сомнения в том, что руководитель и учредители руководствовалась интересами учрежденного ими предприятия, поэтому в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на контролирующее должника лицо переходит бремя доказывания того, что негативные последствия принятия на себя должником прав и обязанностей первоначального продавца явилось следствием обычного оборота, а не вызвано использованием контролирующими лицами их возможностей, касающихся определения действий контролируемого лица, во вред его кредиторам. Между тем ответчики не привели каких-либо обстоятельств и не представили доказательств, свидетельствующих о добросовестности и разумности указанных действий.

Керженцева А.Ю. как руководитель и учредитель организации должника не могла не обладать информацией о финансовом положении контролируемого Предприятия.

При таких обстоятельствах вывод судов о наличии оснований для привлечения Керженцевой А.Ю. к субсидиарной ответственности по долгам Предприятия соответствует установленным обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

Ссылка заявителя кассационной жалобы на необращение кредитора в службу судебных приставов для принудительного взыскания с Предприятия денежных средств, присужденных решением арбитражного суда в связи с неисполнением обязательств по поставке оплаченного покупателем товара, не имеет правового значения для того, чтобы сделать вывод о правомерности и разумности действий руководителя должника. В рассматриваемом случае ООО «Секвестрконсалтинг» избрало обращение в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в качестве способа защиты своего нарушенного права. Предоставляемая кредиторам возможность инициирования процедуры несостоятельности является одной из форм защиты права на получение от должника причитающегося надлежащего исполнения. Такое обстоятельство, как возможность получения кредитором удовлетворения в ходе исполнительного производства, а не в рамках дела о банкротстве, не предусмотрено законом в качестве основания для отказа во введении процедуры наблюдения по заявлению такого кредитора. Право выбора способа защиты принадлежит лицу, чье право нарушено, и реализация такого права не свидетельствует о злоупотреблении со стороны заявителя.

На основании изложенного суды правомерно усмотрели наличие оснований для привлечения Керженцевой А.Ю. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

В силу пунктов 8 и 9 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 73-ФЗ) размер ответственности контролирующих должника лиц устанавливается исходя из разницы между определяемым на момент закрытия реестра размером требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, и размером удовлетворенных требований кредиторов на момент приостановления расчетов с кредиторами или исполнения текущих обязательств должника в связи с недостаточностью имущества должника, составляющего конкурсную массу. Денежные средства, взысканные с лиц, привлеченных к ответственности, включаются в конкурсную массу.

При определении размера субсидиарной ответственности Керженцевой А.Ю. суды учли названные нормы Закона о банкротстве и исходили из того, что размер включенных в реестр непогашенных требований кредиторов Предприятия составил 5 539 689 рубль 38 копеек.

Ссылка заявителя жалобы на то, что при определении размера субсидиарной ответственности суды должны были учесть, что кредитор третьей очереди ООО «Секвестрконсалтинг» знал о финансовом состоянии должника, подлежит отклонению, как основанная на неправильном толковании норм права. Данное обстоятельство могло быть учтено судами в случае определения размера субсидиарной ответственности при привлечении к такой ответственности по основанию нарушения бывшим руководителем обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника.

Иные доводы, изложенные в кассационной жалобе, свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судами доказательств. Переоценка доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела согласно статье 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены принятых судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы не рассматривался, поскольку на основании статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при обращении с кассационной жалобой по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Владимирской области от 30.08.2018 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2018 по делу № А11-4686/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу Керженцевой Анны Юрьевны – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

 

Е.В. Елисеева

 

Судьи

В.А. Ногтева

В.П. Прыткова