ИМЕНЕМ  РОССИЙСКОЙ  ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

г.Москва                                                                                               А40-294305/18-113-2461

17 мая 2019 г.

Резолютивная часть решения объявлена 16 мая 2019 г.

Решение в полном объеме изготовлено 17 мая 2019 г.

Арбитражный суд г.Москвы в составе:

председательствующего судьи А.Г.Алексеева

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску Главы КФХ ФИО2 к АО СК «РСХБ-Страхование»

о взыскании 4 532 885,9 рублей,

при участии:

от истца – ФИО3 по доверенности от 8 июня 2018 г.;

от ответчика – ФИО4 по доверенности от 22 августа 2017 г. №406/17, ФИО5 по доверенности от 22 августа 2017 г. № 404/17;

У С Т А Н О В И Л :

Иск заявлен о взыскании с ответчика в пользу истца с учётом принятого судом уточнения в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Арбитражный процессуальный кодекс) страхового возмещения в размере 4 004 924,5 рублей.

Истец настаивал на удовлетворении иска.

Ответчик возражал по доводам отзыва на исковое заявление.

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей сторон, исследовав и оценив представленные доказательства, суд пришел следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела, 

Истец основывает свои требования на договоре сельскохозяйственного страхования (урожай сельскохозяйственных культур «Господдержка - Классика» от 5 сентября 2017 г. № КД-05-21-0001024 (далее – Договор). В соответствии с п. 2.1., 2.2 Договора объектом страхования являются имущественные интересы страхователя, связанные с риском утраты (гибели) или частичной утраты урожая следующих сельскохозяйственных культур:

Наименование с/х культуры

Урожайность

по договору, ц/га

Застрахованная площадь, га

Средняя цена реализации, руб/ц

Страховая сумма

Дата окончания уборки

Озимый рапс

23,4

184

2367,9

10 195 230

25.08.2018

Договор заключен в соответствии с Правилами страхования (стандартными) урожая сельскохозяйственных культур, посадок многолетних насаждений, осуществляемого с государственной поддержкой от 18 февраля 2016 г. (далее – Правила страхования).

Правоотношения по Договору регулируются Федеральным законом от 25 июля 2011 г. № 260-ФЗ «О государственной поддержке в сфере сельскохозяйственного страхования и о внесении изменений в Федеральный закон «О развитии сельского хозяйства» (далее – Закон о государственной поддержке).

Согласно п. 2.4 Договора страхование урожая сельскохозяйственных культур производится на случай утраты (гибели) урожая сельскохозяйственной культуры. В соответствии с п. 1.2.25 Правил страхования, утрата (гибель) урожая сельскохозяйственной культуры - имевшее место в период действия договора сельскохозяйственного страхования снижение фактического урожая сельскохозяйственной культуры, в том числе урожая многолетних насаждений, по сравнению с запланированным урожаем в размере, предусмотренном ст. 2 Федерального закона № 260-ФЗ в редакции, действующей на момент заключения договора сельскохозяйственного страхования, в результате наступления событий, предусмотренных ст. 8 Федерального закона № 260-ФЗ.

Статьей 2 Закона о государственной поддержке предусмотрено, что утратой признается снижение фактического урожая на 20% и более по сравнению с запланированным урожаем. Таким образом, для определения общей утраты необходима информация о запланированном урожае и о фактическом урожае. Запланированный урожай возможно вычислить из содержания Договора. С учетом средней пятилетней урожайности озимого рапса (23,4 ц/га) и площади посадок (184 га) запланированный урожай составляет 4 305,6 ц.

Согласно доводам истца, в октябре 2017 года произошёл страховой случай, а именно: вымерзание, подтопление и переувлажение почвы, что зафиксировано актом от 9 октября 2017 г. № 1.

По мнению истца, указанные обстоятельства также подтверждаются постановлением правительства Калининградской области от 9 октября 2017 г. № 524 и справкой Росгидромета.

Истец 13 октября 2017 г. обратился к страховщику с заявлением, однако, по мнению истца, страховщиком свои обязательства выполнены ненадлежащим образом.

Страхователь и страховщик договорились о пересеве погибшего в результате природных явлений рапса на пшеницу и ячмень.

Свои убытки по пересеву и погибшему рапсу истец предъявляет к возмещению по Договору согласно представленного расчёта.

Согласно п. 2.8 Договора страхование (период страхования в отношении каждой культуры) распространяется на страховые случаи, произошедшие с 00 часов 00 минут дня, следующего за днем уплаты всей суммы первого страхового взноса, но не ранее дня завершения посева/посадки данной сельскохозяйственной культуры, и оканчивается в 24 часа дня, указанного как дата окончания уборки урожая сельскохозяйственной культуры.

Истцом страховая премия была оплачена 29 сентября 2017 г. В связи с этим страхование распространяет свое действие на события, произошедшие с 30 сентября 2017 г.

Истец утверждает, что недобор урожая озимого рапса произошел в результате воздействия на него страховых событий «переувлажнение почвы» и «вымерзание». 

Согласно п. 2.4.1 Договора страхование урожая сельскохозяйственных культур производится на случай утраты (гибели) урожая сельскохозяйственной культуры в результате воздействия опасных для производства сельскохозяйственной продукции природных явлений». 

Событие считается состоявшимся, если оно полностью соответствует критериям для данного явления, указанным в приложении №3 к Договору, и произошло в период, указанный в п. 2.8 Договора.

В соответствии с Критериями опасных природных явлений (приложение №3 к Договору) переувлажнением почвы является событие, отвечающее следующим критериям: «1. В период активной вегетации сельскохозяйственных культур в течение 20 дней подряд (в период уборки 10 дней подряд) запасы влаги в слое почвы 0-20 см превышают 60 мм.

В случае если данные, необходимые для настоящего критерия невозможно получить в Росгидромете, стороны руководствуются указанным ниже критерием.

В период вегетации сельхозкультур в течение 20 дней подряд (в период уборки в течение 10 дней) состояние почвы на глубине 10-12 см по визуальной оценке увлажненности оценивается как липкое или текучее; в отдельные дни (не более 20% продолжительности периода) возможен переход почвы в мягкопластичное или другое состояние».

По мнению истца гибель озимого рапса в результате переувлажнения почвы подтверждается актом обследования от 9 октября 2017 г. №1, составленным в ходе комиссионного обследования посевов озимого рапса истцом и ответчиком. По состоянию на данную дату Договор действовал только 10 дней. В указанный промежуток времени страховое событие «переувлажнение почвы» не могло реализоваться, так как переувлажнением почвы является событие, которое наблюдается 20 дней.

Более того, из акта обследования от 9 октября 2017 г. №1 следует, что частичная гибель посевов произошла в результате событий, не являющихся страховыми. В Акте обследования №1 от 09.10.2017 г. указано, что общая площадь, на которой отсутствуют всходы и посевы покрыты водой составляет 66 га или 36%. Из данного акта следует, что причиной гибели посевов на указанной площади является влага в почве.

Наличие критериев переувлажнения почвы до начала действия Договора страхования (30 сентября 2017 г.) является основанием для применения п. 4.5.6 Правил страхования.

Согласно п. 4.5.6 Правил страхования не относятся к страховым случаям любые события, в том числе предусмотренные договором сельскохозяйственного страхования в соответствии с п. 4.2 Правил страхования, но начавшиеся до начала периода страхования, установленного договором сельскохозяйственного страхования, если с момента начала события до начала периода страхования прошло более 25% от установленной критерием продолжительности, необходимой для признания этого события наступившим в соответствии с приложением № 7.

Таким образом, страховое возмещение не может быть выплачено в счет возмещения гибели урожая ввиду того, что в период ответственности не было зафиксировано страховых событий.

Довод ответчика о том, что не могут быть компенсированы на основании Закона о государственной поддержке повреждения посевов в результате воздействия опасных природных явлений, наступивших до начала действия Договора, подтверждается судебной практикой, а именно по делам А40-174209/2016, А40-153890/16, А40-7362/16, А40-168824/16, А40-224072/16, А40-168831/16 и т.д.

Кроме того, как установлено судом, в силу п. 6 ст. 2 Закона о государственной поддержке договор сельскохозяйственного страхования с государственной поддержкой может быть заключен в отношении сельскохозяйственных культур, сорта которых внесены в Государственный реестр селекционных достижений и которые допущены к использованию.

При заключении Договора в заявлении на страхование истец сообщил ответчику, что им используются сорта, внесенные в Государственный реестр селекционных достижений, допущенных к использованию (п. 4.4 Заявления). В соответствии с актом расхода семян от 30 августа 2017 г. №3, истцом для выращивания урожая озимого рапса были использованы семена сортов Триангель (на площади 92 га) и Туран (на площади 92 га).

Согласно ответу ФГБУ «Госсорткомиссия», сорта озимого рапса Триангель и Туран не включены в Государственный реестр селекционных достижений, допущенных к использованию в Калининградской области (территория страхования).

В соответствии с п. 3.2.4 Правил страхования не подлежит страхованию урожай сельскохозяйственных культур, сорта которых не внесены в Государственный реестр селекционных достижений и которые не допущены к использованию». Данное положение договора в полной мере соотносится с требованиями законодательства.

В силу п. 1 ст. 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления. Выращивание культуры, сорт которой не пригоден для выращивания в соответствующем регионе, безусловно является фактором, влияющим на недобор урожая. Соответственно, недобор урожая в связи с использованием нерайонированных сортов не обладает признаками вероятности и случайности. В связи с этим истец не может перекладывать на страховщика последствия использования нерайонированных семян озимого рапса. Данный подход подтверждается судебной практикой. а именно: А40-73475/13, А40-155395/17, А40-153494/13, А40-73475/13.

Согласно пункту 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

На основании статьи 15 Гражданского кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Исходя из смысла статей 15 и 393 Гражданского кодекса для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего в себя наступление вреда и его размер, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между возникшим вредом и действиями указанного лица, а также вину причинителя вреда. Требование о возмещении вреда может быть удовлетворено только при доказанности всех названных элементов в совокупности.

Правила страхования в силу п. 1 ст. 943 Гражданского кодекса являются неотъемлемой частью договора страхования и не должны содержать положений, противоречащих гражданскому законодательству и ухудшающих положение страхователя по сравнению с установленным законом, что вытекает из содержания ст. 422 Гражданского кодекса.

Основанием возникновения обязательства страховщика по выплате страхового возмещения является наступление предусмотренного в договоре события (страхового случая) (п.1 ст. 929 Гражданского кодекса и п. 2 ст. 9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации»). Пункт 2 ст. 9 Закона Российской Федерации «Об организации страхового дела в Российской Федерации» определяет страховой случай как совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю либо иным лицам. Согласно п. 1 ст. 9 Закона Российской Федерации «Об организации страхового дела в Российской Федерации», страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.

Страховой риск, как и страховой случай, являются событиями. Страховой риск - это предполагаемое событие, а страховой случай - совершившееся событие. Перечень событий, наступление которых влечет обязанность страховщика по выплате страхового возмещения, описывается путем указания в договорах (правилах) имущественного страхования событий, являющихся страховыми случаями, и событий, не являющихся страховыми случаями (исключений).

Из смысла указанных норм закона следует, что страховой случай - это факт объективной действительности (событие). Действия самого страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица не могут рассматриваться как страховой случай. Эти действия могут лишь влиять на наступление страхового случая и служат основанием к освобождению страховщика от обязанности выплатить страховое возмещение только в предусмотренных законом случаях.

В п. 1 ст. 963 Гражданского кодекса приведены основания, по которым страховщик может быть освобожден от выплаты страхового возмещения или страховой суммы при наступлении страхового случая.

В силу п. 1 ст. 963 Гражданского кодекса страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица, за исключением случаев, предусмотренных п. 2 и 3 указанной статьи. Законом могут быть предусмотрены случаи освобождения страховщиком от выплаты страхового возмещения по договорам имущественного страхования при наступлении страхового случая вследствие грубой неосторожности страхователя или выгодоприобретателя.

Таким образом, п. 1 ст. 963 Гражданского кодекса установлены ограничения на освобождение страховщика от выплаты страхового возмещения при наличии той или иной степени виновности страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица. Закрепляя такие ограничения, законодатель определяет страховой случай (п. 1 ст. 929 Гражданского кодекса и ст. 9 Закона Российской Федерации «Об организации страхового дела в Российской Федерации») от действий лиц, участвующих в страховом обязательстве на стороне страхователя, не допуская освобождение страховщика от выплаты страхового возмещения при любой степени виновности указанных лиц, кроме умысла и в случаях, предусмотренных законом, грубой неосторожности.

Согласно ст. 927 Гражданского кодекса страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

В соответствии со ст. 929 Гражданского кодекса по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно п. 1 ст. 942 Гражданского кодекса при заключении договора имущественного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение: об определенном имуществе либо ином имущественном интересе, являющемся объектом страхования; о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (страхового случая); о размере страховой суммы; о сроке действия договора.

Страхователь на протяжении всего периода действия договора не воспользовался правом на изменение или исключение отдельных положений Правил, предусмотренным п. 3 ст. 943 Гражданского кодекса, каких-либо заявлений в адрес страховщика не направлял.

В соответствии с п. 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 г. стороны вправе включать в договор добровольного страхования имущества условия о действиях страхователя, с которыми связывается вступление в силу договора, об основаниях для отказа в страховой выплате, о способе расчета убытков, подлежащих возмещению при наступлении страхового случая, и другие условия, если они не противоречат действующему законодательству.

При этом, в соответствии с п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 14 марта 2014 г. № 16, согласно пункту 4 статьи 421 Гражданского кодекса условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано обязательными для сторон правилами, установленными законом или иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения (статья 422 Гражданского кодекса).

В российском законодательстве отсутствуют императивные нормы, устанавливающие запрет на введение в текст договора страхования условий о названных в договоре страхования исключениях из страхового покрытия.

Подобная позиция также отображена в пункте 2 Обзора судебной практики Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2017 г., в соответствии с которым, если иное не предусмотрено законом или иными правовыми актами, стороны договора добровольного страхования вправе по своему усмотрению определить перечень случаев, признаваемых страховыми, а также случаев, которые не могут быть признаны страховыми.

Таким образом, сторонами в порядке статьи 421 Гражданского кодекса определён перечень рисков, наступление которых является страховым случаем.

Обязанность страховщика по выплате наступает только при наличии страхового случая.

При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (статья 431 Гражданского кодекса).

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Арбитражный процессуальный кодекс) суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса).

В соответствии со статьями 8 и 9 Арбитражного процессуального кодекса судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии со статьёй 110 Арбитражного процессуального кодекса расходы по уплате государственной пошлины относятся на сторон пропорционально удовлетворённых требований.

С учетом изложенного, руководствуясь статьями 11, 12, 307, 309, 310, 330, 331, 333, 506, 516 Гражданского кодекса, статьями 65, 101, 102, 106, 110, 123, 131, 156, 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса, суд

Р Е Ш И Л :

1.В удовлетворении исковых требований отказать полностью.

2.Возвратить главе крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 (ОГРНИП 304391130800090) из федерального бюджета государственную пошлину в размере 2 639 (две тысячи шестьсот тридцать девять) рублей, уплаченную по платёжному поручению от 17 октября 2018 г. № 312.

3.Решение суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

 

Судья                                                                                                                   А.Г.Алексеев