1363/2023-102607(2) 

 

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А 

http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-22566/2017

14 июля 2023 года

г. Санкт-Петербург

/торг  Резолютивная часть постановления объявлена 03 июля 2023 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 14 июля 2023 года  Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

в составе: председательствующего Серебровой А.Ю. судей Будариной Е.В., Морозовой Н.А. при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1 при участии: 

от ФИО2 – представитель ФИО3 (по доверенности от 14.02.2023),  от ФИО4 – представитель ФИО5 (по доверенности от 07.12.2021),  

от конкурсного управляющего ООО «Скандинавский дизайн» - представитель  ФИО6 (по доверенности от 23.01.2023),  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы  (регистрационный номер 13АП-12655/2023, 13АП-12656/2023) ФИО4 и ФИО2  

на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 21.03.2023 по делу № А56-22566/2017/торг (судья Голоузова О.В.),  принятое по заявлению ФИО2 и ФИО4 о признании недействительными торгов по делу о несостоятельности  (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Скандинавский дизайн»  заинтересованное лицо: общество с ограниченной ответственностью «Тотал»  

об отказе в удовлетворении заявления,  

установил:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области (далее – арбитражный суд, суд первой инстанции) от 17.10.2017 по  заявлению ФИО7 о признании общества с ограниченной  ответственностью «Скандинавский дизайн» (далее – ООО «Скандинавский дизайн»,  Общество, должник) несостоятельным (банкротом) в отношении должника введена  процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО8.  

Решением арбитражного суда от 02.10.2018 Общество признано  несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное  производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО8  

Определением арбитражного суда от 21.01.2020 арбитражный управляющий  ФИО8 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего  Общества, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО9.  

Определением арбитражного суда от 12.04.2021 ФИО9 освобожден от  исполнения обязанностей конкурсного управляющего Общества.  

Определением арбитражного суда от 18.10.2021 конкурсным управляющим  Общества утвержден ФИО10.  

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Общества ФИО4 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании  недействительными торгов по продаже дебиторской задолженности Общества: прав  (требования) к ФИО4 и ФИО11  в размере 6 817 850,00 руб. в форме публичного предложения № 2566-ОТПП на  электронной площадке «Система Электронных Торгов Имуществом» (далее -  СЭЛТИМ), договора цессии, заключенного по результатам указанных торгов с  обществом с ограниченной ответственностью «Тотал» (далее – ООО «Тотал»).  

Также в арбитражный суд обратился конкурсный кредитор Общества ФИО2 с заявлением о признании недействительными торгов в форме  публичного предложения № 2566-ОТПП по реализации имущества Общества в  составе лота № 1 на электронной площадке «СЭЛТИМ», применении последствий  недействительности сделки, заключенной по результатам торгов в форме  публичного предложения № 2566-ОТПП по реализации имущества Общества в  составе лота № 1.  

Определением арбитражного суда от 21.03.2023 обособленные споры по  заявлениям ФИО2 и ФИО4 объединены в одно производство с  присвоением объединённому обособленному спору номера А56-22566/2017/торг; в  удовлетворении заявленных требований о признании недействительными торгов по  делу о несостоятельности (банкротстве) по продаже прав требования Общества к  ФИО4 и ФИО11 в размере 6 817 850,00 руб. в форме публичного  предложения № 2566-ОТПП на электронной площадке «СЭЛТИМ», договора цессии  с ООО «Тотал», заключенного по результатам торгов и применении последствий  недействительности этой сделки, отказано.  

Не согласившись с указанным определением суда первой инстанции, ФИО2 и ФИО4 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят  отменить обжалуемое определение и принять новый судебный акт об  удовлетворении заявленных требований.  

ФИО2 в своей апелляционной жалобе указывает на неверное  применение судом первой инстанции положений статьи 61.17 Федерального закона  от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о  банкротстве) со ссылкой на правовую позицию, изложенную в определении  Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской  Федерации от 17.03.2021 № 302-ЭС20-20755 по делу № А33-18017/2014, о  возможности изменения кредитором способа распоряжения субсидиарной  ответственностью.  

По мнению ФИО2, оспариваемые торги проведены с нарушением  требований законодательства о банкротстве ввиду недостоверного определения  предмета торгов, поскольку им был выбран способ распоряжения правом  требования к субсидиарным ответчикам в виде уступки права в части суммы его  

требования - 3 124 271,03 руб. Соответственно, у должника осталось право  требования ФИО11 и ФИО4 только в части 3 693 578,97 руб. (6  817 850 руб. - 3 124 271,03 руб.).  

В этой связи ФИО2 полагает, что конкурсным управляющим незаконно  реализовано с торгов право требования на сумму 6 817 850 руб., что влечет  недействительность заключенного с ООО «Тотал» договора уступки прав  требования на эту сумму, поскольку должник обладал правом требования в  меньшем размере в связи с распоряжением кредитором ФИО2 своим  правом требования к субсидиарным ответчикам.  

При этом ФИО2 ссылается на направление конкурсному  управляющему до публикации 23.07.2022 объявления о проведении торгов  уведомления об изменении способа распоряжения правом к субсидиарному  ответчику, что автоматически влечет замену способа распоряжения правом и как  следствие переход спорных прав от должника к кредитору.  

В апелляционной жалобе ФИО4 выражает несогласие с выводом  суда первой инстанции об отсутствии доказательств аффилированности ООО  «Тотал» по отношению к конкурсному управляющему должника.  

В обоснование данного довода податель жалобы указывает, что юридический  адрес ООО «Тотал» (396334, 

<

...>) зарегистрированного 27.03.2017  МИФНС № 12 по Воронежской области, генеральным директором которого является  ФИО12, совпадает с адресом для корреспонденции  арбитражного управляющего ФИО10  

Кроме того, апеллянт указывает на факты одновременного участия ООО  «Тотал», арбитражного управляющего ФИО10 и ФИО12 в  рассмотрении дел о банкротстве других юридических лиц.  

В связи с изложенными обстоятельствами, ФИО4 полагает, что  ФИО10 и ООО «Тотал» являются взаимосвязанными лицами и имеют признаки  фактической аффилированности.  

Конкурсным управляющим должника в Тринадцатый арбитражный  апелляционный суд представлен отзыв на апелляционную жалобу.  

В судебном заседании Тринадцатого арбитражного апелляционного суда  представители ФИО4 и ФИО2 поддержали доводы апелляционных  жалоб.  

Представителем ФИО2 заявлено ходатайство о приобщении к  материалам дела дополнения к апелляционной жалобе, в удовлетворении которого  судом апелляционной инстанции отказано на основании части 5 статьи 159 АПК РФ,  поскольку указанный документ представлен с нарушением требований части 2  статьи 262, части 3 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (далее – АПК РФ), так как заблаговременно надлежащим образом не  раскрыт перед лицами, участвующими в споре. В связи с тем, что вышеуказанный  документ направлен в электронном виде, он не подлежит возврату представившем  его лицу на бумажном носителе.  

Представитель конкурсного управляющего ФИО10 возражал против  удовлетворения апелляционных жалоб по основаниям, изложенным в отзыве.  

Иные лица, участвующие в деле о несостоятельности (банкротстве),  надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания в  соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (далее - АПК РФ), явку своих представителей в заседание суда  апелляционной инстанции не обеспечили, в связи с чем на основании части 1  

статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ жалоба рассмотрена в отсутствие  неявившихся участников процесса.  

Проверив в порядке статей 266 – 272 АПК РФ законность и обоснованность  определения суда первой инстанции, исследовав и оценив материалы дела, изучив  доводы апелляционных жалоб и возражений на них, проверив правильность  применения судом первой инстанции норм материального и процессуального  права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены  судебного акта, исходя из следующего.  

В соответствии с положениями, содержащимися в статье 223 АПК РФ, пункте  1 статьи 6, пункте 1 статьи 32 Закона о банкротстве, дела о несостоятельности  (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными  законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации  (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о  банкротстве.  

Как разъяснено в пункте 18 постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных  с применением главы III.1 Закона о банкротстве», в соответствии с пунктом 1 статьи  447 ГК РФ договор может быть заключен путем проведения торгов с лицом,  выигравшим торги.  

В силу статьи 449 ГК РФ торги, проведенные с нарушением правил,  установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску  заинтересованного лица; признание торгов недействительными влечет  недействительность договора, заключенного с лицом, выигравшим торги.  Следовательно, торги являются способом заключения договора, а признание их  недействительными влечет недействительность договора, заключенного с лицом,  выигравшим торги. По этой причине предъявление требования о признании  недействительными торгов означает также предъявление требования о признании  недействительной сделки, заключенной по результатам торгов.  

В связи с этим требование арбитражного управляющего и любого другого  заинтересованного лица о признании недействительными торгов по продаже  имущества должника, в частности торгов, проведенных в ходе исполнительного  производства, после введения в отношении должника процедуры наблюдения и  вплоть до завершения дела о банкротстве подлежит предъявлению в рамках дела о  банкротстве по правилам главы III.1 Закона о банкротстве.  

В пункте 44 совместного постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской №  22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при  разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных  прав» разъяснено, что споры о признании торгов недействительными  рассматриваются по правилам, установленным для признания недействительными  оспоримых сделок.  

Как следует из материалов дела, определением арбитражного суда от  29.07.2019, оставленным без изменения постановлениями Тринадцатого  арбитражного апелляционного суда от 30.10.2019 и Арбитражного суда Северо-Западного округа от 12.03.2020, заявление конкурсного управляющего Общества  ФИО8 о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности  контролирующих должника лиц: ФИО4 и ФИО4 признано  

обоснованным, производство по рассмотрению заявления приостановлено  до окончания формирования конкурсной массы и осуществления расчетов с  кредиторами должника.  

В соответствии с пунктами 1-3 статьи 61.17 Закона о банкротстве в течение  пяти рабочих дней со дня принятия судебного акта о доказанности наличия  оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной  ответственности, вынесенного в соответствии с пунктами 7 и 8 статьи 61.16 Закона  о банкротстве, или судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности,  вынесенного в соответствии с пунктом 13 статьи 61.16 Закона о банкротстве,  арбитражный управляющий сообщает кредиторам о праве выбрать способ  распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности  путем включения такого в ЕФРСБ.  

В течение десяти рабочих дней со дня направления сообщения,  предусмотренного пунктом 1 статьи 61.17 Закона о банкротстве, каждый кредитор, в  интересах которого лицо привлекается к субсидиарной ответственности, вправе  направить арбитражному управляющему заявление о выборе одного из следующих  способов распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной  ответственности:  

1) взыскание задолженности по этому требованию в рамках процедуры,  применяемой в деле о банкротстве;  

2) продажа этого требования по правилам пункта 2 статьи 140 Закона о  банкротстве;  

3) уступка кредитору части этого требования в размере требования  кредитора.  

По истечении двадцати рабочих дней со дня направления сообщения,  предусмотренного пунктом 1 статьи 61.17 Закона о банкротстве, арбитражный  управляющий составляет и направляет в арбитражный суд отчет о результатах  выбора кредиторами способа распоряжения правом требования о привлечении к  ответственности, в котором указываются сведения о выборе, сделанном каждым  кредитором, размере и об очередности погашения его требования.  

Кредитор, от которого к указанному сроку не будет получено заявление,  считается выбравшим способ, предусмотренный подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.17  Закона о банкротстве.  

На основании отчета арбитражного управляющего, предусмотренного пунктом  3 статьи 61.17 Закона о банкротстве, арбитражный суд после истечения срока на  подачу апелляционной жалобы или принятия судом апелляционной инстанции  соответствующего судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности:  

- производит замену взыскателя в части соответствующей суммы на  кредиторов, выбравших способ, предусмотренный подпунктом 3 пункта 2 статьи  61.17 Закона о банкротстве, и выдает на имя каждого такого кредитора как  взыскателя исполнительный лист с указанием размера и очередности погашения  его требования в соответствии со статьей 134 Закона о банкротстве;  

- выдает исполнительный лист на имя должника по делу о банкротстве как  взыскателя на оставшуюся сумму.  

К кредитору, который выбрал способ, предусмотренный подпунктом 3 пункта  2 статьи 61.17 Закона о банкротстве, с момента вынесения арбитражным судом  определения о замене на него взыскателя переходит часть требования о  привлечении к ответственности, равная размеру требования этого кредитора к  должнику. Такой переход не уменьшает размер требования этого кредитора к  должнику, лицу, предоставившему обеспечение, иным лицам, к которым может быть  предъявлено требование в соответствии с настоящей главой. В случае полного или  

частичного удовлетворения требования кредитора лицом, привлеченным к  ответственности, в соответствующей сумме уменьшается размер требования этого  кредитора к должнику, лицу, предоставившему обеспечение, иным лицам, к которым  может быть предъявлено требование в соответствии с главой III.2 Закона о  банкротстве.  

Сообщение о праве кредитора выбрать способ распоряжения правом  требования о привлечении к субсидиарной ответственности опубликовано в ЕФРСБ  11.02.2020 (сообщение № 4693200).  

Определением арбитражного суда от 13.10.2020 ФИО11 и ФИО4 привлечены солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам  Общества в размере 15 928 248,00 руб.; с ФИО11 и ФИО4 солидарно в пользу ФИО13 взыскано 943 804,00 руб.  (третья очередь, основной долг), в пользу ООО «Норма» - 236 992,00 руб. (третья  очередь, мораторные проценты), в пользу ООО «Северо-Западная инвестиционная  компания» - 2 509 101,00 руб. (третья очередь, из них 1 873 492,00 руб. основного  долга, 165 169,00 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами,  470 440,00 руб. мораторных процентов), в пользу ФИО14 Степановны5 420 313,00 руб. (третья очередь, из них 2 679 539,00 руб. основного долга,  2 067 933,00 руб. неустойки, 672 841,00 руб. мораторных процентов), в конкурсную  массу должника ООО «Скандинавский дизайн» взыскано 6 817 850,00 руб.  

При этом в указанном определении арбитражный суд установил что согласно  отчету о результатах выбора кредиторами способа распоряжения правом  требования о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего  должника лица следующие кредиторы в установленный срок направили конкурсному  управляющему заявление о выборе способа распоряжения своим правом  требования о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и  ФИО11, который предусмотрен подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.17 Закона о  банкротстве, то есть уступку должником в пользу кредитора части требования к  ответчикам:  

- ООО «Норма», которое заменено в порядке процессуального  правопреемства на ФИО13 - в части требования  943 804,14 руб. (основной долг, третья очередь), остаток требований ООО «Норма»  составил 236 992,00 руб. (третья очередь, мораторные проценты);  

- ООО «Северо-Западная инвестиционная компания» - в размере 2 509 101,00  руб. (с отнесением в третью очередь, в том числе, 1 873 492,00 руб. основного  долга, 165 169,00 руб. процентов за пользование чужими денежными  средствами, 470 440,00 руб. мораторных процентов);  

- ФИО14 - в размере 5 420 313,00 руб. (с отнесением  к третьей очереди, в том числе, 2 679 539.00 руб. основного долга, 2 067 933,00 руб.  неустойки, 672 841,00 руб. мораторных процентов).  

Арбитражный суд пришел к выводу, что в оставшейся части (6 817 850,00  руб.) взыскателем по делу остается должник, в связи с чем у него сохранилось  право требования к субсидиарным ответчикам в названной сумме.  

По результатам инвентаризации имущества должника, проведенной  17.10.2020 конкурсным управляющим, в конкурсную массу должника включена  дебиторская задолженность к ФИО11 и ФИО4 в размере  6 817 850,00 руб., что подтверждается инвентаризационной описью № 2 от  17.10.2020.  

На 10.02.2022 конкурсным управляющим Общества назначено проведение  собрания кредиторов Общества с вынесением на повестку дня следующих  вопросов:  

1. Отчет конкурсного управляющего о ходе конкурсного производства в о  ношении Общества;  

2. Утверждение Положения о порядке, сроках и условиях продажи имущества  Общества.  

Согласно протоколу собрания кредиторов от 10.02.2022 собрание кредиторов  признано несостоявшимся ввиду отсутствия кворума.  

В этой связи 23.02.2022 конкурсный управляющий должника обратился в  арбитражный суд с заявлением об утверждении Положения о порядке, условиях и  сроках реализации имущества Общества в редакции конкурсного управляющего от  10.02.2022 (далее - Положение), которым предусмотрена реализация имущества  Общества - прав (требований) к ФИО4 и ФИО11 в размере  6 817 850,00 руб. единым лотом на открытых торгах путем проведения аукциона с  установлением начальной цены в размере 6 817 850,00 руб. (пункты 1, 2  Положения).  

ФИО2 14.03.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением о  процессуальном правопреемстве, в котором просил произвести замену кредитора  ФИО7 на правопреемника ФИО2  

Определением арбитражного суда от 24.06.2022 Положение утверждено в  редакции, предложенной конкурсным управляющим должника.  

Определением арбитражного суда от 28.06.2022, резолютивная часть  которого объявлена 16.06.2022, удовлетворено ходатайство ФИО2 о  процессуальном правопреемстве: кредитор ФИО7 с размером  требований в сумме 3 124 271,03 руб., из которых 2 130 948,80 руб. основного долга,  969 140,11 руб. штрафа, 24 182,12 руб. расходов по оплате государственной  пошлины, установленных определением арбитражного суда от 07.10.2017, заменена  в порядке процессуального правопреемства на правопреемника ФИО2  

Основанием для осуществления процессуального правопреемства явился  заключенный между ФИО7 и ФИО2 договор цессии № 1-Ц от  15.04.2019, по условиям которого ФИО7 передала, а ФИО2 принял  право требования ФИО7 к Обществу по договору купли-продажи кухонной  техники Kupersbusch и Liebherr № 49 Т от 03.08.2013, заключенному между  ФИО7 и должником, в размере 3 124 271,03 руб.  

Согласно пункту 5 указанного договора цессии цена уступаемых прав  составляет 1 500 000,00 руб. Оплата уступаемого требования произведена  правопреемником в полном объеме, что подтверждается представленным в  материалы дела приходным кассовым ордером № 5 от 18.04.2019.  

Во исполнение определения арбитражного суда от 24.06.2022 конкурсным  управляющим должника организовано проведение первых торгов по продаже  имущества должника, о чем 13.07.2022 в ЕФРСБ опубликовано сообщение №  9203824.  

Прием заявок на участие в торгах определен с 25.07.2022 по 26.08.2022, дата  проведения торгов – 29.08.2022.  

Уведомление о выборе ФИО2 способа распоряжения правом  требования о привлечении к субсидиарной ответственности в виде уступки  кредитору части этого требования в размере требования кредитора получено  конкурсным управляющим 19.07.2022, что подтверждается сформированным  официальным сайтом ФГУП «Почта России» отчетом об отслеживании отправления  с почтовым идентификатором 19103372019521, то есть после проведения  организационных мероприятий по проведению первых торгов.  

Торги по продаже имущества Общества, назначенные на 29.08.2022,  признаны несостоявшимися ввиду отсутствия заявок на участие в торгах.  

Проведение повторных торгов было назначено на 10.10.2022, прием заявок  определен с 05.09.2022 по 07.10.2022, дата проведения торгов – 10.10.2022  (сообщение в ЕФРСБ от 26.08.2022 № 9507308).  

Повторные торги также признаны несостоявшимися в связи с отсутствием  заявок на участие в торгах.  

В этой связи конкурсным управляющим организовано проведение торгов в  форме публичного предложения по продаже имущества должника, прием заявок  определен с 17.10.2022 по 22.11.2022 (сообщение в ЕФРСБ от 11.10.2022 №  9824212).  

На периоде с 09.11.2022 по 10.11.2022 победителем торгов признано ООО  «Тотал» с ценовым предложением 2 208 983,40 руб.  

В адрес ООО «Тотал» 25.11.2022 направлено предложение о заключении  договора уступки прав (требований), которое получено ООО «Тотал» 10.01.2023.  

Между ООО «Тотал» и обществом в лице конкурсного управляющего  должника 15.01.2023 заключен договор уступки прав (требований), по условиям  которого должник уступает, а ООО «Тотал» принимает права (требования) к  ФИО4 и ФИО11 в размере 6 817 850,00 руб.  

ООО «Тотал» в полном объеме оплатило цену по договору, что  подтверждается платежными поручениями от 16.11.2020 № 338 и от 15.02.2023 №  26.  

Доводы апелляционной жалобы ФИО2 о неправильном применении  судом первой инстанции положений статьи 61.17 Закона о банкротстве судом  апелляционной инстанции отклоняются как несостоятельные.  

Как обоснованно указал суд первой инстанции, Законом о банкротстве  определен конкретный порядок и сроки для реализации кредиторами своего права  на распоряжение правом требования к субсидиарным ответчикам.  

В данном случае, кредитор ФИО2 включен в реестр требований  кредиторов должника в качестве процессуального правопреемника кредитора  ФИО7 на основании определения арбитражного суда от 28.06.2022,  которым произведена замена в порядке процессуального правопреемства  кредитора ФИО7 с размером требований в сумме 3 693 578,97 руб. на  правопреемника ФИО2  

По смыслу статьи 48 АПК РФ для правопреемника все действия,  совершенные до его вступления в правоотношение, обязательны в той мере, в  какой они были обязательны для стороны правоотношения, которую правопреемник  заменил.  

Соответственно, для ФИО2 в данном деле о банкротстве являются  обязательными все процессуальные действия (процессуальное бездействие) его  правопредшественника ФИО7  

Как указано выше, после опубликования 11.02.2020 сообщения конкурсного  управляющего о праве кредитора выбрать способ распоряжения правом требования  о привлечении к субсидиарной ответственности заявления о выборе способа  распоряжения требованием в виде уступки кредитору части этого требования в  размере требования кредитора (подпункт 3 пункта 3 статьи 61.17 закона о  банкротстве) поступили от ООО «Норма», которое заменено в порядке  процессуального правопреемства на ФИО13, ООО «Северо-Западная  инвестиционная компания» и ФИО14  

Остальные кредиторы, в том числе ФИО7, правопреемником  которой является ФИО2, не заявили о выборе способа распоряжения  требованием, что является основанием для определения способа распоряжения  требованием в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.17 Закона о  

банкротстве, то есть в виде продажи требования по правилам пункта 2 статьи 140  Закона о банкротстве.  

Поскольку кредитор ФИО7 в установленный Законом о банкротстве  срок не выбрала способ распоряжения правом требования о привлечении к  субсидиарной ответственности, суд первой инстанции пришел к правомерному  выводу, что такое процессуальное бездействие свидетельствует о выборе способа  распоряжения правом требования к субсидиарным ответчикам в виде продажи этого  права.  

В этой связи в соответствии с нормами пункта 4 статьи 61.17 Закона о  банкротстве, арбитражный суд определением от 13.10.2020 установил общий  размер субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО11 и взыскал с  ответчиков денежные средства непосредственно в пользу каждого из кредиторов,  распорядившихся правом требования в виде уступки, сумму субсидиарной  ответственности согласно размеру требований этих кредиторов (ООО «Норма»,  ООО «Северо-Западная инвестиционная компания», ФИО14), сумма  субсидиарной ответственности в размере требований ФИО7 взыскана в  пользу должника.  

Торги по реализации прав требования должника к ФИО4 и ФИО11 в сумме 6 817 850,00 руб. проведены в соответствии со вступившим в законную  силу определением арбитражного суда от 24.06.2022 об утверждении Положения в  редакции, в которой предмет торгов описан именно как право требования в  указанной сумме.  

Уведомление конкурсному управляющему о распоряжении правом  требования к ФИО4 и ФИО11 в виде уступки заказным письмом от  30.06.2022, на которое ссылается ФИО2, получено арбитражным  управляющим 19.07.2022, то есть после утверждения судом Положения и  опубликования 13.07.2022 в ЕФРСБ сообщения № 9203824 о проведении торгов.  

В определении Судебной по экономическим спорам Верховного Суда  Российской Федерации от 17.03.2021 № 302-ЭС20-20755 по делу № А33-18017/2014  изложена правовая позиция, согласно которой Закон о банкротстве позволяет  кредиторам изменять свой выбор со взыскания задолженности по требованию на  уступку.  

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в названном определении,  отсутствие в Законе о банкротстве прямого регулирования вопроса о возможности  последующего изменения кредитором своего выбора способом распоряжения  требованием к субсидиарным ответчикам, может быть восполнено общими  нормами-принципами гражданского права, поскольку правоотношения по  процессуальному правопреемству производны от их материального содержания, а в  данном случае материальные правоотношения между кредитором и должником по  имущественным требованиям относятся к сфере действия гражданского  законодательства (пункт 1 статьи 2 ГК РФ).  

По принципу дозволительной направленности гражданско-правового  регулирования нормы этой отрасли права позволяют участникам гражданского  оборота совершать любые действия, не запрещенные законом. Субъекты  гражданского права могут приобретать права и нести обязанности в том числе и не  предусмотренные законом и иными правовыми актами (статья 8 ГК РФ).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по  своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. По  общему правилу никто не вправе навязывать участникам гражданского оборота, как  осуществлять принадлежащие им гражданские права и какие возлагать на себя  обязанности.  

Пределы распоряжения гражданскими правами в общем виде указаны в  статье 10 ГК РФ (запреты на злоупотребление правом, на противоправный обход  закона, на намеренный вред другому лицу).  

Ни Закон о банкротстве, ни иные правовые акты гражданского  законодательства ни прямо, ни косвенно не запрещают кредитору изменять свой  выбор в отношении требования к субсидиарному ответчику, по крайней мере, в том  случае, если он первоначально выбрал взыскание задолженности или продажу  требования с торгов (тем более, если взыскание задолженности не привело к  желаемому результату – получению денежных средств в конкурсную массу, а торги  не начались или не состоялись). К тому же при таком выборе кредитора требование  к нему не переходит и остается у прежнего правообладателя – должника.  

Однако, во избежание нарушения прав других кредиторов и конкурсного  управляющего, кредитор, изменивший свой выбор, обязан возместить лицам,  понесшим расходы на взыскание задолженности и организацию и проведение  торгов, их убытки.  

Этот подход позволяет с одной стороны понудить кредитора ответственно  подходить к распоряжению своими правами, а с другой – сохранить ему  возможность самостоятельно удовлетворить свои требования за счет имущества  субсидиарных ответчиков, не затягивая на неопределенное время процедуру  банкротства должника. Тем самым соблюдается баланс интересов всех лиц,  участвующих в деле.  

Если кредитор первоначально выбрал уступку требования, то в дальнейшем  оснований для изменения способа распоряжения требованием лишь только по воле  самого кредитора не имеется: перемена лица в обязательстве состоялась и  обратный переход требования без воли должника нарушил бы принцип автономии  воли участников гражданского оборота.  

Нормы статьи 61.17 Закона о банкротстве (такие, например, как о сроках  совершения действий по выбору способа распоряжения, о публичном размещении  информации, о представлении в суд отчета арбитражного управляющего о  результатах выбора кредиторами способа распоряжения и другие) в целом носят  организационный характер и направлены на упорядочение процедуры  первоначального выбора кредиторами способа распоряжения требованиями к  субсидиарным ответчикам. Поэтому само по себе несоблюдение буквального  содержания этих норм без негативных последствий для сообщества кредиторов  никак не должно противопоставляться гражданским правам кого-либо из  кредиторов.  

С учетом изложенного изменение кредитором своего волеизъявления должно  рассматриваться в контексте и с учетом мероприятий процедуры банкротства и не  должно нарушать баланс интересов всех лиц, участвующих в деле, в том числе  иных кредиторов.  

Следует отметить, что предметом данного обособленного спора является не  вопрос правомерности изменения кредитором своего способа распоряжения правом  требования к субсидиарным ответчиком, а вопрос законности проведения  оспариваемых торгов.  

В период проведения торгов, а также на дату заключения договора цессии по  их результатам, имущество должника в виде прав требования к ФИО4 и  ФИО11, установлено конкурсным управляющим на основании вступившего в  законную силу определения суда от 13.10.2020, в соответствии с которым денежные  средства в размере 6 817 850 руб. взысканы арбитражным судом именно в пользу  должника.  

Как обоснованно указал суд первой инстанции, уведомление кредитора об  изменении ранее сделанного выбора в отношении способа распоряжения правом  требования к субсидиарным ответчикам, автоматически не наделяет этого  кредитора соответствующими правами требования, не делает его взыскателем и не  лишает соответствующих прав должника.  

Замена взыскателя с должника на кредитора производится в соответствии с  пунктом 4 статьи 61.17 Закона о банкротстве исключительно в судебном порядке.  

Права требования к должнику в материальном смысле перешли от  ФИО7 к ФИО2 18.04.2019 (с момента оплаты уступаемого права).  

Таким образом, на момент привлечения ФИО4 и ФИО11 к  субсидиарной ответственности (определение арбитражного суда от 29.07.2019),  публикации сообщения конкурсного управляющего о выборе кредиторами способа  распоряжения правом требования (11.02.2020), установления размера  ответственности (определение арбитражного суда от 13.10.2020), ФИО2  являлся правопреемником ФИО7 в материальном смысле и не был  лишен был возможности принять меры по своевременному выражению воли на  изменение способа распоряжения правом требования, уже выбранного его  правопредшественником в установленном Законом порядке.  

Между тем, за период с 18.04.2019 (дата перехода прав требования) по  23.02.2022 (обращение конкурсного управляющего в арбитражный суд с заявлением  об утверждении Положения) ФИО2 не реализовал свои права как кредитора  Общества.  

В период с 13.07.2022 (дата публикации сообщения о проведении первых  торгов по продаже имущества должника) по 10.11.2022 (дата завершения торгов в  форме публичного предложения), ФИО2 не инициировал вопрос о  процессуальном правопреемстве.  

С заявлением о процессуальном правопреемстве ФИО2 обратился в  арбитражный суд лишь 09.01.2023, после проведения конкурсным управляющим  организационных мероприятий по реализации имущества Общества.  

При этом ФИО2 не мог не осознавать риски несвоевременности своих  действий по изменению способа распоряжения правом, коль скоро сроки и порядок  такого изменения прямо нормами Закона о банкротстве не урегулированы.  

Довод ФИО2 о безусловном изменении способа распоряжения  правом к субсидиарному ответчику с момента вручения соответствующего  уведомления конкурсному управляющему основан на неверном толковании норм  материального права и правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации  от 17.03.2021 № 302-ЭС20-20755, при этом Верховным Судом Российской  Федерации в определении от 25.05.2023 № 307-ЭС22-27948 указано на  допустимость изменения кредитором выбора способа распоряжения требованием  лишь в том случае, если такое изменение не имеет признаков злоупотребления  правом.  

В связи с изложенными обстоятельствами апелляционная коллегия приходит  к выводу, что действия ФИО2 не отвечают принципам добросовестного  поведения, не соответствуют целям и задачам процедуры конкурсного  производства, направлены на ее затягивание, что повлечет за собой  дополнительные расходы при том, что доказательства наступления негативных  последствий для других кредиторов должника и конкурсной массы в результате  проведения оспариваемых торгов ФИО2 в материалы дела не  представлены.  

Приведенные в апелляционной жалобе ФИО4 доводы об  аффилированости конкурсного управляющего Общества и победителя торгов - ООО  

«Тотал» судом апелляционной инстанции также отклоняются ввиду отсутствия  доказательств такой аффилированности.  

Критерии заинтересованности арбитражного управляющего для целей  применения Закона о банкротстве установлены в пункте 4 статьи 19 Закона о  банкротстве в совокупности с пунктами 1 и 3 указанной статьи.  

По правилам пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованным  лицом по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с  Федеральным законом от 26.06.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в  одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом  должника.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 19 Закона о банкротстве в случаях,  предусмотренных настоящим федеральным законом, заинтересованными лицами  по отношению к арбитражному управляющему, кредиторам признаются лица в  соответствии с пунктами 1 и 3 указанной статьи, а именно: лицо, которое в  соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите  конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является  аффилированным лицом должника.  

Согласно статье 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и  ограничении монополистической деятельности на товарных рынках»  аффилированные лица - физические и юридические лица, способные оказывать  влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих  предпринимательскую деятельность.  

Между тем, по смыслу положений статьи 19 Закона о банкротстве  приведенные ФИО4 доводы не свидетельствуют об аффилированности  арбитражного управляющего и ООО «Тотал».  

Совпадение юридического адреса ООО «Тотал» и адреса для  корреспонденции арбитражного управляющего, равно как и одновременное участие  ООО «Тотал», его генерального директора и арбитражного управляющего ФИО10 в рассмотрении других дел о банкротстве факт аффилированности указанных  лиц не подтверждает.  

Иные доказательства заинтересованности арбитражного управляющего по  отношению к ООО «Тотал», равно как и доказательства наличия иных  обстоятельств, вызывающих сомнение в беспристрастности и объективности  арбитражного управляющего при исполнении возложенных на него обязанностей в  рамках процедуры банкротства Общества, в материалах дела отсутствуют.  

В силу пункта 1 статьи 449 ГК РФ торги, проведенные с нарушением правил,  установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску  заинтересованного лица. Торги могут быть признаны недействительными в случае,  если: кто-либо необоснованно был отстранен от участия в торгах; на торгах  неосновательно была не принята высшая предложенная цена; продажа была  произведена ранее указанного в извещении срока; были допущены иные  существенные нарушения порядка проведения торгов, повлекшие неправильное  определение цены продажи; были допущены иные нарушения правил,  установленных законом.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 449.1 ГК РФ под публичными торгами  понимаются торги, проводимые в целях исполнения решения суда или  исполнительных документов в порядке исполнительного производства, а также в  иных случаях, установленных законом. Правила, предусмотренные статьями 448 и  449 ГК РФ, применяются к публичным торгам, если иное не установлено ГК РФ  процессуальным законодательством.  

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 1  информационного письма от 22.12.2005 № 101 «Обзор практики разрешения  арбитражными судами дел, связанных с признанием недействительными публичных  торгов, проводимых в рамках исполнительного производства» (далее -  Информационное письмо № 101) указал, что лицо, обращающееся с требованием о  признании торгов недействительными, должно доказать наличие защищаемого  права или интереса с использованием мер, предусмотренных гражданским  законодательством. Нарушения порядка проведения торгов не могут являться  основаниями для признания торгов недействительными по иску лица, чьи  имущественные права и интересы данными нарушениями не затрагиваются и не  могут быть восстановлены при применении последствий недействительности  заключенной на торгах сделки.  

Как разъяснено в пункте 5 информационного письма № 101, при  рассмотрении иска о признании публичных торгов недействительными суд должен  оценить, являются ли нарушения, на которые ссылается истец, существенными и  повлияли ли они на результаты торгов.  

Нарушения, допущенные организатором публичных торгов, признаются  существенными, если с учетом конкретных обстоятельств дела судом будет  установлено, что они повлияли на результаты публичных торгов (в частности, на  формирование стоимости реализованного имущества и на определение победителя  торгов) и привели к ущемлению прав и законных интересов истца (пункт 71  постановления Пленума верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 №  71 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов,  возникающих в ходе исполнительного производства».  

Таким образом, основанием для признания торгов недействительными  является нарушение правил их проведения, имеющее существенное влияние на  результаты торгов, если это нарушение привело к ущемлению прав и законных  интересов заявителя, которые будут восстановлены в случае признания торгов  недействительными и применения последствий недействительности сделки,  заключенной на таких торгах.  

Торги по продаже имущества должника в ходе процедуры банкротства  проводятся с целью реализации этого имущества по максимально высокой цене.  Вырученная от продажи имущества должника сумма предназначена, в том числе и  для погашения требований кредиторов. Продажа имущества по заниженной цене  фактически приводит к тому, что кредиторы получают в счет погашения долга  меньшую сумму, поэтому конкурсные кредиторы являются лицами,  заинтересованными в результатах проведения торгов и заключении договора купли-продажи имущества должника по более высокой цене с соблюдением норм Закона о  банкротстве.  

В данном случае, ФИО4 является лицом, привлеченным к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника, и лицом, права  требования к которому реализовано на торгах.  

Поскольку размер взыскиваемой с ФИО4 денежной суммы,  реализованной на торгах, установлен вступившим в законную силу судебным актом,  замена взыскателя (победителя торгов) на любое другое лицо на размер  взыскиваемой с ФИО4 суммы не повлияет. Личность взыскателя для  ФИО4 какого-либо значения не имеет, доказательства обратного  ФИО4 не представлены.  

Таким образом, имущественные права и интересы ФИО4  оспариваемыми торгами не затрагиваются и не могут быть восстановлены при  применении последствий недействительности заключенной на торгах сделки, что  

само по себе является основание для отказа в удовлетворении требований  ФИО4  

Доказательства наступления негативных последствий для кредиторов  должника и конкурсной массы указанными торгами, ФИО4 также не  представлены.  

При изложенных обстоятельствах апелляционная коллегия полагает, что  апелляционные жалобы не содержат доводов, свидетельствующих о наличии  обстоятельств, влияющих на обоснованность и законность обжалуемого судебного  акта либо опровергающих выводы суда первой инстанции, в связи с чем, доводы  подателей жалоб признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и  не могут служить основанием для отмены судебного акта.  

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм  материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270  АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебного акта, не  установлено.  

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 21.03.2023 по делу № А56-22566/2017/торг оставить без изменения,  апелляционные жалобы ФИО4 и ФИО2 - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий А.Ю. Сереброва  

Судьи Е.В. Бударина  

 Н.А. Морозова