ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

(11АП-18232/2022, 11АП-18236/2022)

Дело №А55-8139/2021

г. Самара

13 февраля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 07 февраля 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 13 февраля 2023 года

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Поповой Г.О., судей Александрова А.И., Бессмертной О.А.,

            при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием в судебном заседании до перерыва:

от арбитражного управляющего ФИО2 - представитель ФИО3, по доверенности от 15.06.2020,

от ФИО4 - представитель ФИО5, по доверенности от 30.01.2020,

от ФИО6 - представитель ФИО7, по доверенности от 18.01.2022,

с участием в судебном заседании после перерыва:

от арбитражного управляющего ФИО2 - представитель ФИО3, по доверенности от 15.06.2020,

от ФИО6 - представитель ФИО7, по доверенности от 18.01.2022.

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом, 

рассмотрев в открытом судебном заседании 31.01.2023 - 07.02.2023 в помещении суда в зале №2 апелляционные жалобы ФИО6, ФИО8 на определение Арбитражного суда Самарской области от 21.10.2022 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки в рамках дела № А55-8139/2021 о несостоятельности (банкротстве) ФИО8 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>), 

 

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании ФИО8 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Самарской области от 31.03.2021 заявление принято   к   производству,   возбуждено   производство   по  делу   о   несостоятельности (банкротстве).

Определением Арбитражного суда Самарской области от 28.04.2021 заявление ФИО4 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО8 признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО2.

Финансовый управляющий ФИО2 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными совершенные сделки: договор купли-продажи от 19.04.2019, заключенный между должником с ФИО9, договор купли-продажи квартиры от 24.03.2020, заключенный между ФИО9 и ФИО6, и применении последствия недействительности сделки в виде возврата ФИО6 в пользу ФИО8 недвижимого имущества: жилое помещение с кадастровым номером 63:01:0908001:1733, находящееся по адресу: 

<

...>.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 21.10.2022 заявление  финансового управляющего ФИО2 удовлетворено, признаны недействительными совершенные сделки:

- договор купли-продажи от 19.04.2019, заключенный между ФИО8 и ФИО9;

- договор купли-продажи квартиры от 24.03.2020, заключенный между ФИО9 и ФИО6; применены последствия недействительности сделки в виде возврата ФИО6 в пользу ФИО8, недвижимого имущества: жилое помещение с кадастровым номером 63:01:0908001:1733, находящееся по адресу: 

<

...>. Распределены судебные расходы.

ФИО6, ФИО8 обратились в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами на определение Арбитражного суда Самарской области от 21.10.2022, просили судебный акт отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать, ссылаясь на отсутствие доказательств наличия цепочки сделок, наличие финансовой возможности ФИО6 оплаты по договору купли-продажи квартиры от 24.03.2020, полагали доказанным факт пользования ФИО9 спорным жилым помещением в период с сентября 2019 года по март 2020 года, в том числе путем переоформления на свое имя лицевых счетов на квартиру.

Определениями Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.11.2022 апелляционные жалобы приняты к производству, судебное разбирательство назначено в судебное заседание. 

Информация о принятии апелляционных жалоб к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2022, от 23.12.2022 рассмотрение апелляционных жалоб отложено, предложено представить: ФИО8 сведения о расходовании денежных средств полученных по сделке, по договору купли - продажи от 19.04.2019, заключенного между ФИО8 и ФИО9; ФИО6 сведения о аккумулировании денежных средств, которые пошли на оплату по договору купли-продажи от 24.03.2020, заключенного между ФИО9 и ФИО6; ФИО9 доказательства несения расходов на содержание квартиры, в период (с апреля 2019 по март 2020), ТСЖ «Карбышева 67»  сведения с какого банка и с какого счета осуществлялись платежи за коммунальные услуги за период с апреля 2019 по март 2020 по адресу: 

<

...>; на кого были оформлены лицевые счета по коммунальным услугам за период с апреля 2019 по март 2020; периоды накапливания задолженности и периоды ее погашения  с апреля 2019 по март 2020.

ТСЖ «Карбышева 67» 30.01.2023 представило сведения о том, что в период с сентября 2019 по март 2020 лицевые счета на жилое помещение, жильцы не проживали, коммунальные платежи рассчитаны из расчета на 1 человека; в период с апреля 2019 расположенное по адресу: 

<

...> открыты на ФИО9, в указанный период имелась задолженность по коммунальным платежам в размере 79 429,34 руб., погашена собственником жилого помещения ФИО9; в период с марта 2020 года по настоящее время лицевые счета на указанное жилое помещение открыты на ФИО6, жильцы не проживают, коммунальные платежи рассчитываются из расчета на 1 человека и показаний счетчиков.

В судебном заседании 31.01.2023 в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв до 10 часов 55 минут 07.02.2023. Сведения о месте и времени продолжения судебного заседания были размещены на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru и на доске объявлений в здании суда.

В судебном заседании представитель ФИО6 доводы апелляционной жалобы поддержала, полагала определение суда первой инстанции необоснованным, просила его отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в  удовлетворении требований, с учетом представленных документов подтверждающих финансовую возможность ФИО6 с учетом совокупного дохода с супругой произвести оплату по договору от 24.03.2020.

Представитель финансового управляющего ФИО2 с доводами апелляционных жалоб не согласилась, просила определение суда первой инстанции оставить без изменения, по основаниям указанным в отзыве и письменных пояснениях.

Представитель ФИО4 с доводами апелляционных жалоб не согласилась, просила определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ. 

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из заявления финансового управляющего, в ходе осуществления финансовым управляющим своей деятельности и проведения анализа финансового состояния должника установлено, что в течение трех лет до принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом)) совершены цепочки сделок в отношении недвижимого имущества: жилое помещение с кадастровым номером 63:01:0908001:1733, находящийся по адресу: 

<

...>:

1) договор купли-продажи от 19.04.2019, заключенный между должником сФИО9, цена договора составила сумму в размере 7 000 000 руб.

2) договор купли-продажи квартиры oт 24.03.2020, заключенный междуФИО9 и ФИО6, цена договора составила сумму в размере 6 800 000 руб.

Финансовый управляющий считает, что указанные выше сделки направлены на причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника, в целях вывода имущества и невозможности обращения на него взыскания, что повлекло уменьшение конкурсной массы должника.

Также финансовый управляющий указал, что на момент совершения оспариваемой сделки должник имел неисполненные денежные обязательства начиная с 08.08.2018 перед ФИО4 в размере 7 430 000 руб., которая подтверждается расписками от 04.09.2018 на сумму 4 500 000 руб. и от 08.08.2018 на сумму 750 000 руб. На основании Приговора Октябрьского районного суда г.Самары от 09.07.2020 по уголовному делу №1-277/2020, в том числе взыскана с ФИО8 в пользу ФИО4 в счет возмещения материального ущерба сумма в размере 2 180 000 руб.

Продажа жилого помещения осуществлена при наличии неплатежеспособности должника, в пределах периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения финансового управляющего с настоящим заявлением в суд с требованием о признании недействительными указанных договоров, а также применении последствий недействительности сделки в виде возвращения имущества в конкурсную массу должника, в обоснование доводов о недействительности данных сделок и применении последствий их недействительности приведены ссылки на нормы п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а также на ст. ст. 10, 168, 170 ГК РФ. Заявитель указывала, что сделка первоначально совершены между должником и ФИО9, в последующим приобретателем спорного имущества является отец должника - ФИО6; сделки заключены должником при наличии не исполненных требований перед кредитором; в отсутствие доказательств погашения задолженности за счет денежных средств полученных по сделке, не раскрытия источника поступления денежных средств ФИО6 для возможности дальнейшей оплаты денежных средств по договору купли-продажи от 24.03.2020; с целью причинения вреда кредиторам.

Исследуя представленные в дело документы, суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности требований финансового управляющего имуществом должника, и удовлетворил заявленные требования.

В апелляционных жалобах ФИО8, ФИО6, повторяют свои возражения, заявленные при рассмотрении заявления судом первой инстанции.

Повторно рассмотрев обособленный спор, изучив обстоятельства дела и доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Требование о признании оспариваемых сделок недействительными заявлено также со ссылкой на нормы ст. ст. 10, 168, 170 ГК РФ.

Производство по делу о несостоятельности (банкротстве) в отношении ФИО8 возбуждено 31.03.2021, оспариваемые сделки совершены в период подозрительности: сделка между ФИО8 и ФИО9 по отчуждению недвижимого имущества совершена 19.04.2019, сделка между ФИО9 и ФИО6 совершена 24.03.2020, то есть в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом.

Согласно п. 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из предусмотренных указанным пунктом условий.

В соответствии с пунктами 5-7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правамкредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правамкредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной целидолжника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособностиили недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацамивторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В пункте 7 Постановления №63 разъяснено, что в силу первого абзаца пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом.

В пункте 3 статьи 19 Закона о банкротстве установлено, что заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Основываясь на установленных обстоятельствах и руководствуясь положениями статьи 19 Закона о банкротстве, статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» и Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» суд первой инстанции признал ответчиков и должника заинтересованными лицами.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Оценив обстоятельства дела, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ФИО6 - отец должника, является заинтересованным лицом по отношению к должнику в силу ст.19 Закона о банкротстве, соответственно он не мог не знать о неплатежеспособности должника и цели заключения сделки, направленной на вывод имущества с целью избежать обращения взыскания на него.

Указанные обстоятельства, явились основанием для вывода суда первой инстанции о том, что совокупность действий должника, направлена на вывод имущества в преддверии банкротства заинтересованному лицу (отцу).

В соответствии с абз. 2 и 3 п. 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Законодательство о банкротстве не содержит норм, запрещающих рассмотрение в деле о банкротстве заявления конкурсного (финансового) управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной между должником и конечным приобретателем имущества, путем заключения взаимосвязанных с ними ряда договоров.

При этом для квалификации цепочки договоров как единой сделки необходимо установить, что отчуждение имущества конечному приобретателю изначально являлось целью всех участников этих договоров (субъективный умысел участников сделки).

Само по себе заключение цепочки отдельных сделок с учетом финансово-экономического положения должника на момент отчуждения имущества могут свидетельствовать об их общей противоправной цели - выводе ликвидного имущества из владения должника.

Исследование фактических обстоятельств дела также необходимо и при рассмотрении требования о возврате имущества в конкурсную массу от фактического владельца, в случае, если имущество перешло в его владение в результате совершения ничтожных сделок.

Ключевые позиции по оспариванию в деле о банкротстве должника цепочки взаимосвязанных сделок сформулированы в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 31.07.2017 №305-ЭС15-11230, от 01.11.2019 №306-ЭС19-2986 (3,4), от 28.12.2020 №308-ЭС18-14832 (3,4), от 19.06.2020 №301-ЭС17-19678, от 27.08.2020 №306-ЭС17-11031 (6), при отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок следует различать две ситуации.

В первом случае, когда волеизъявление первого приобретателя отчужденного должником имущества соответствует его воле: этот приобретатель вступил в реальные договорные отношения с должником и действительно желал создать правовые последствия в виде перехода к нему права собственности. В таком случае при отчуждении им спорного имущества на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок права должника (его кредиторов) подлежат защите путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к первому приобретателю и виндикационного иска по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса к последнему приобретателю, а не с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 №6-П). Вопрос о подсудности виндикационного иска в этом случае подлежит разрешению с учетом разъяснений, данных в пункте 16 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» - требование о виндикации при подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, может быть разрешено в деле о банкротстве, в иных случаях - вне рамок дела о банкротстве с соблюдением общих правил о подсудности.

Однако возможна обратная ситуация, при которой первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов (далее - бенефициар) лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.

При этом правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами (пункты 86, 87, 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ»).

Таким образом, цепочкой последовательных сделок с разным субъектным составом может прикрываться одна единственная сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара.

Именно в этом заключается смысл оспаривания цепочки последовательно совершенных должником сделок (действий) и смысл применения реституции в рамках дела о банкротстве без обращения с последующим виндикационным иском.

Следовательно, существенное значение для правильного рассмотрения обособленных споров о признании цепочки сделок недействительными имеют значение обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, реальности передачи прав на него по последовательным сделкам.

В силу правовой позиции, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.07.2017 №305-ЭС15-11230, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю.

В отношении прикрывающей сделки ее стороны, как правило, изготавливают документы так, что у внешнего лица создается впечатление будто бы стороны действительно следуют условиям притворного договора. Однако существенное значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора имеют обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, якобы передаваемым по последовательным притворным сделкам.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом наличие доверительных отношений между формальными участниками притворных сделок позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому само по себе не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок.

Таким образом, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку бенефициар является стороной прикрываемой (единственно реально совершенной) сделки, по которой имущество выбывает из владения должника, право кредиторов требовать возврата имущества в конкурсную массу подлежит защите с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, а не путем удовлетворения виндикационного иска. Споры о признании недействительными сделок, совершенных несостоятельными должниками в преддверии банкротства, и о применении последствий их недействительности отнесены к компетенции арбитражных судов, рассматривающих дела о банкротстве (пункт 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве).

Следовательно, существенное значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора имеют обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, реальности передачи прав на него по последовательным сделкам (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2020 г. №301-ЭС17-19678).

Согласно положениям статьи 170 Гражданского кодекса о том, что мнимая сделка -совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия - ничтожна (пункт 1).

Ничтожной считается и притворная сделка, которая совершена с целью прикрыть другое соглашение. А к сделке, которую стороны действительно имели в виду, применяются относящиеся к ней правила (пункт 2).

Проверяя доводы финансового управляющего о наличии в указанных сделках прекрываемой сделки по выдаче займа под залог недвижимости, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Между должником и ФИО9 19.04.2019 заключен договор купли-продажи недвижимого имущества: жилое помещение с кадастровым номером 63:01:0908001:1733, находящееся по адресу: 

<

...>. 

В соответствии с условиями договора купли-продажи квартиры от 19.04.2019 ФИО8 (продавец) продал, а ФИО9 (покупатель) купил в собственность: квартиру, назначение: жилое помещение, площадью: 91,8 кв.м., адрес: Самарская обл., г. Самара, Советский р-н, ул. Карбышева, д. 67, кв. 162. Кадастровый номер: 63:01:0908001:1733 (пункт 1 договора).

Пунктом 2 договора стороны определили стоимость квартиры в размере 7 000 000 руб., которые продавец получил полностью до подписания договора.

Согласно пункта 7 указанного договора передача отчуждаемой квартиры осуществляется при подписании настоящего Договора, в соответствии со ст. 556 ГК РФ путем передачи всех комплектов ключей и документов по оплате коммунальных услуг. Настоящий Договор имеет силу акта приема - передачи.

Однако, несмотря на заключение указанного договора, регистрации его в Управлении Росреестра по Самарской области, фактически спорная квартира ФИО9 не передавалась, из пользования ФИО8 и его семьи не выбывала. ФИО9 числился собственником спорного недвижимого имущества в государственном реестре короткий период времени (с 24.04.2019 по 31.03.2020).

Следовательно, ФИО9 являлся лишь номинальным собственником реализованной квартиры, в фактическое владение отчуждаемая квартира по оспариваемой сделке ФИО9 не получена, в личных целях для проживания не использовалась. 

Согласно сведений, представленных ТСЖ «Карбышева 67» для оплаты коммунальных услуг (электроэнергии, ГВС, ХВС), усматривается, что в период с апреля 2019 года по март 2020 года в спорной квартире продолжали проживать, поскольку выставленные счета содержат сведения о потреблении ГВС, ХВС, электроэнергии, водоотведении (отличных от норматива потребления).

ФИО9 пояснял, что согласно договоренностей, ФИО8 должен  освободить квартиру до 01.06.2019, однако в оговоренное время квартиру не передал и попросил отсрочку в передаче квартиры до 01.07.2019. Затем ФИО9 переоформлены на себя лицевые счета по квартире.

Из указанных пояснений следует, что в квартире проживали члены семьи должника, также ФИО9 указал, что от квартиры никогда не имел ключа, замки не менял, должник с семьей фактически постоянно имел в квартиру доступ.

Из материалов дела следует, что деятельностью ФИО9 является покупка, перепродажа квартир, в том числе, выдача денежных средств в долг. 

В своем отзыве на заявленные требования ФИО9 указывает, что квартира продана по договору купли-продажи 24.03.2020 ФИО6 за 6 800 000 руб., которые ФИО9 получил полностью в помещении МФЦ Волжского района на ул. Дыбенко и выдал расписку на имя ФИО6, при этом пояснял, что денежные средства ему передавались частями, начиная с августа 2019 года, передача денежных средств документально не оформлялась.

В судебном заседании 15.06.2022 удовлетворено устное ходатайство представителя ФИО6 о вызове свидетеля - ФИО10. 

Под подписку, ФИО10 предупреждена судом об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний.

ФИО10 указала, что про продажу квартиры сыном узнала случайно, после чего стала договариваться о ее выкупе, на покупку квартиры денежные средства аккумулированы от реализации имущества, зарегистрированного за ней и супругом, и за счет имеющихся собственных денежных накоплений на расчетных счетах.

Как следует из материалов дела, в октябре 2017 года должник также получил займ денежных средств от ООО «ЕВРОФИНАНС» под залог недвижимого имущества, данные взаимоотношения оформлены договором купли-продажи земельного участка и жилого дома №85/10/17-НП/С от 24.10.2017 (

<

...>) и договором купли-продажи земельного участка и жилого дома №86/10/17-НП/С от 24.10.2017 (

<

...>). В период действия договоров займа ФИО8 ежемесячно вносил примерно по 250 000 рублей в кассу ООО «ЕВРОФИНАНС», до того момента, пока земельные участки, переданные в залог, не были выкуплены у ООО «ЕВРОФИНАНС.». В дальнейшем указанный земельный участок ООО «ЕВРОФИНАНС» (ИНН 

<

***>) (Светлое Поле, 

<

...> уч. 39 Г), кадастровый номер 63:26:1803002:468) передан в собственность ФИО8 (должник) на основании договора купли-продажи от 13.03.2019.

Согласно Выписке из ЕГРН о переходе прав на объект недвижимости - земельный участок, расположенный по адресу: Самарская область, Красноярский район, сельское поселение Светлое Поле, 

<

...> уч. 49 Б, кадастровый номер 63:26:1803002:532, принадлежащий   на   праве   собственности   ФИО6 (отец должника), передан в собственность Куйбышеву А.В, на основании договора купли-продажи от 08.07.2019. В дальнейшем указанный земельный участок ФИО9 передан в собственность ФИО10 на основании договора купли-продажи от 10.08.2020.

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», п. 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016). Это правило применяется для требований по текущим обязательствам.

Примеры судебных дел, в которых раскрывается понятие повышенного стандарта доказывания применительно к различным правоотношениям, из которых возник долг, имеются в периодических и тематических обзорах судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации (пункт 15 Обзора №1 (2017) от 16.02.2017; пункт 20 Обзора №5 (2017) от 27.12.2017, пункт 17 Обзора №2 (2018) от 04.07.2018, пункт 13 Обзора от 20.12.2016), а также в судебных актах Верховного Суда Российской Федерации по конкретным делам (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации №305-ЭС16-20992 (3), №305-ЭС16-10852, №305-ЭС16-10308, №305-ЭС16-2411, №309-ЭС17-344, №305-ЭС17-14948, №308-ЭС18-2197).

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26.05.2017 №306-ЭС16-20056 (6) по делу №А12-45751/2015).

Действительно, сама по себе аффилированность должника и ответчика не свидетельствует о недействительности сделки, вместе с тем, в подтверждении оплаты должны быть представлены надлежащие, достоверные и достаточные доказательства.

Так, согласно пояснениям представителя ответчика - ФИО6 спорная квартира была выкуплена родителями должника - ФИО6 и ФИО10 для внучки. 

В качестве доказательств наличия финансовой возможности по приобретению квартиры 24.03.2020, заявитель апелляционной жалобы ФИО6 ссылается на:

- договор переуступки прав о обязанностей по предварительному договору купли-продажи №72/06/10 от 10.06.2016, в отношении квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, ст. номер 1354, на сумму 4 200 000 руб., а также на указал на заключение договора аренды индивидуальной сейфовой ячейки в период 14.09.2016 по 13.09.2017, заключенного с ПАО Сбербанк;

- справки 2-НДФЛ с места работы ФИО6 за 2018 - 2019 гг., на общую сумму 3 309 839 руб., а также выписки по расчётным счетам, открытых на имя ФИО10 на общую сумму 1 600 000 руб.  (№423605810154407214172 - пополнен 11.11.2019, закрыт 05.12.2019, №42305810654407212522 - пополнен 11.03.2019, закрыт 12.03.2020);

- выписка по счету открытому на имя ФИО6 в период с 2012 по 2017 года, согласно которой ежемесячно поступала заработная плата не менее 100 000 руб.

Представлены также договоры купли-продажи квартир, которые были проданы родителями должника с целью выкупа спорной квартиры (Самара, ул. Карбышева, д. 67, кв. 162):

-    договор купли-продажи от 29.10.2019, согласно которому ФИО6 продана квартира, находящаяся по адресу: г. Самара, 

<

...>. Стоимость квартиры, согласно договора составила 1 000 000 руб.

-    договор купли-продажи от 17.03.2020, согласно которому ФИО10 продана квартира, находящаяся по адресу: г. Самара, Советский район, ул. Карбышева, д. 61, кв. 35. Стоимость квартиры, согласно договора составила 3 350 000 руб.

При этом заявители апелляционных жалоб не раскрыли целесообразности продажи двух квартир, вложение всех сбережений, для покупки одной квартиры, ни ФИО6, ни должник, не раскрыли. Кроме того квартира, находящаяся по адресу: г. Самара, Советский район, ул. Карбышева, д. 61, кв. 35, которая находилась в соседнем, более новом доме, являлась не менее ликвидным имуществом.

Также, в материалы дела представлена расписка ФИО9 от 24.03.2020 о получении денежных средств от ФИО6 на сумму 4 500 000 руб. (остаток по сделке). Остальные денежные средства как пояснил ФИО9, ему были переданы частями, начиная с августа 2019 года, передача денежных средств документально не оформлялась.

Кроме того, необходимо учитывать, что помимо покупки квартиры 24.03.2020, в этот же период времени - 06.05.2020 ФИО10 выкуплен земельный участок по адресу: 

<

...> уч. 39Б у ООО «ЕВРОФИНАНС», а также 10.08.2020 выкуплен у ФИО9 земельный участок, расположенный по адресу: 

<

...> уч.49Б.

Источник финансирования указанных сделок - выкуп земельного участка у ФИО9 от 10.08.2020 и выкуп земельного участка у ООО «ЕВРОФИНАНС» от 06.05.2020, а также целесообразность указанных сделок, ни ответчик, ни должник, ни ФИО10 в своих пояснениях не раскрыли.

Как уже указывалось выше, на момент совершения оспариваемых сделок должник обладал признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества, поскольку за должником зарегистрирован только автомобиль MAZDA CX7, 2010 года выпуска, на который наложен арест, оставленный без изменения Приговором Октябрьского районного суда г.Самары от 09.07.2020 по делу №1-277/2020. Иное имущество на дату сделки отсутствовало.

Судебная коллегия относится критично к представленным доказательствам и пояснениям ответчика, так по себе договор аренды индивидуальной сейфовой ячейки заключенный в период с 14.09.2016 по 13.09.2017 не подтверждает наличие финансовой возможности оплаты по договору купли-продажи квартиры от 24.03.2020, заключенный между ФИО9 и ФИО6 

Ссылка заявителя апелляционной жалобы о наличии денежных средств на открытых расчетных счетах супругов Ф-вых, признается судебной коллегией несостоятельной, поскольку из указанных выписок не следует аккумулирование и последующее снятие денежных средств в размере более 6 800 000 руб. на дату заключения договора (24.03.2020), и возможности в дальнейшем осуществить выкуп иного имущества. 

При этом ФИО6 не раскрыт источник поступления денежных средств на расчетные счета открытые на имя ФИО10 (№423605810154407214172 - пополнен 11.11.2019, закрыт 05.12.2019, №42305810654407212522 - пополнен 11.03.2019, закрыт 12.03.2020).

Также судебная коллегия критически отнеслась к доводам ФИО6 о возможности накопления денежных средств на покупку квартиры за счет дохода, начиная с 2012 по 2017 года, поскольку аккумулирование денежных средств за столь длительный период времени, за именно за период 8 лет (с 2012 года до момента совершения сделки в 2020 году), никакими фактическими обстоятельствами не подтверждено, и не соотносятся с разумным экономическим поведением.

На основании изложенного, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о том, что оспариваемые сделки между должником и ФИО9 от 19.04.2019, затем между ФИО9 и ФИО6 от 24.03.2020 являются притворными и прикрывают собой сделку, по оформлению имущества на отца должника - ФИО6, которая направлена на вывод имущества из конкурсной массы, с целью причинения вреда кредиторам, фактически за счет денежных средств полученных должником от ФИО9, в отсутствие документального подтверждения финансовой возможности оплаты по договору ФИО6, и нежеланием раскрыть сведения ФИО8 о расходовании денежных средств полученных от ФИО9 в размере 7 000 000 руб.

Как следует из материалов дела оспариваемые сделки являются взаимосвязанными, объединены единой целью, умыслом на вывод ликвидных активов и направлены на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, поскольку лишают их возможности погасить требования за счет спорного имущества.

В данном случае, установив необходимую совокупность обстоятельств, суд первой инстанции пришел к мотивированному выводу о наличии оснований для признания последовательных сделок недействительными.

В рассматриваемом случае причиненный кредиторам вред заключается в выводе актива должника - квартиры путем его передачи аффилированному лицу, при этом как следует из материалов дела, в ходе процедуры реализации имущества не выявлено достаточного имущества должника, за счет которого возможно удовлетворение требований кредиторов.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу, что оспариваемые сделки совершены с целью причинения вреда кредиторам, в результате совершения оспариваемых сделок причинен вред имущественным правам кредиторов, другие стороны сделок, являясь заинтересованными лицами, знали об указанной цели должника к моменту совершения сделок. Конечным бенефициаром цепочки вышеуказанных сделок является сам должник, который не утратил возможности определять судьбу спорного имущества через конечных собственников имущества, являющихся его родителями, т.е. заинтересованными лицами.

Аналогичная позиция изложена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 22.07.2019 №308-ЭС19-4372 по делу №А53-15496/2017, постановлениях Арбитражного суда Поволжского округа от 24.04.2018 по делу №А65-20684/2016.

С учетом изложенного, суд первой инстанции признал, что перечисленные сделки являются притворными, прикрывающими по сути одну реально совершенную сделку - сделку по выводу активов должника (вышеуказанного имущества, являвшегося предметом договоров) с целью недопущения обращения взыскания на данное имущество. Об указанных обстоятельствах свидетельствуют: совершение сделок в условиях неплатежеспособности должника; совершение сделок между заинтересованными лицами.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции констатировал, что имеет место явное и очевидное злоупотребление правом, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С учетом вышеуказанного суд первой инстанции правомерно признал недействительными оспоренные сделки, применил последствия недействительности сделок в виде в виде возврата в конкурсную массу ФИО8 недвижимого имущества: жилое помещение с кадастровым номером 63:01:0908001:1733, находящееся по адресу: 

<

...>.

Приведенные заявителями апелляционных жалоб доводы о добросовестности, фактическом осуществлении расчета, наличии финансовой возможности для расчета с учетом дохода и накоплений не опровергают выводов суда первой инстанции по указанным обстоятельствам, с учетом фактически организованного формального документооборота (получение денежных средств от продажи имуществ должником, и последующий выкуп указанного имущества в виде возврата займа заинтересованными лицами) и не свидетельствует о реальности правоотношений между сторонами, так как минимальный набор документов, указывающих на исполнение сделки, не может расцениваться как достаточный и однозначно подтверждающий реальность исполнения сделки, в отсутствие доказательств фактического выбытия имущества из владения должника.

Несогласие заявителей с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Иные доводы заявителей, изложенные в апелляционных жалобах, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалоб и удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

Согласно части 5 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением апелляционной, кассационной жалобы, распределяются по правилам, установленным настоящей статьей.

Пунктом 19 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона о несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 61.8 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» форма и содержание заявления об оспаривании сделки должника в деле о банкротстве и порядок его подачи в суд должны отвечать требованиям, предъявляемым к исковому заявлению в соответствии АПК РФ.

По смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок.

Согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ при подаче искового заявления по спорам о признании сделок недействительными уплачивается государственная пошлина в размере 6 000 руб.

В соответствии с требованиями подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ при подаче апелляционной жалобы в арбитражный суд ее заявитель уплачивает государственную пошлину в размере 50 процентов размера государственной пошлины, подлежащей уплате при подаче искового заявления неимущественного характера, что составляет 3 000 руб.

Расходы по уплате государственной пошлины в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на заявителей апелляционных жалоб, которыми она уплачена.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 21.10.2022 по делу № А55-8139/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                            Г.О. Попова

 

Судьи                                                                                                          А.И. Александров

 

                                                                                                                      ФИО11