Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98

http://5aas.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело

№ А24-5586/2014

г. Владивосток

17 октября 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 октября 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 17 октября 2018 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Н.А. Скрипки,

судей К.П. Засорина, Л.А. Мокроусовой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

апелляционное производство № 05АП-7258/2018 

на определение от 22.08.2018 судьи В.П. Березкиной

по делу № А24-5586/2014 Арбитражного суда Камчатского края 

заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью СК «Альянс» ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих

должника лиц солидарно в размере 13 462 102,96 руб., предъявленное по делу

№ А24-5586/2014 

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Велес» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании несостоятельным

(банкротом) общества с ограниченной ответственностью СК «Альянс»

(ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

при участии:

конкурсный управляющий ООО СК «Альянс» ФИО2, на основании определения от 07.06.2018, паспорт;

от ФИО3: ФИО4, (доверенность от 19.06.2017, сроком на 5 лет, паспорт);

от Шефа А.В.: ФИО4, (доверенность от 01.03.2018, сроком на 5 лет, паспорт).

иные лица, участвующие в деле о банкротстве, не явились, извещены.

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 16.12.2014 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Велес» в отношении общества с ограниченной ответственностью СК «Альянс» (далее - ООО СК «Альянс», должник) возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).

Определением суда от 16.01.2015 в отношении общества СК «Альянс» введена процедура наблюдения, временным управляющим должником утвержден ФИО2.

Решением суда от 06.08.2015 ООО СК «Альянс» признано несостоятельным (банкротом),  открыто конкурсное производство.

Определением суда от 06.08.2015 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО2.

Объявление № 54030265458 о признании должника несостоятельным (банкротом) и об  открытии в отношении ООО СК «Альянс» конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» 22.08.2015.

В рамках дела о банкротстве ООО СК «Альянс» конкурсный управляющий ФИО2 обратился с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц: ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО3 и взыскании в пользу должника: солидарно с ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 - 13 462 102,96 рублей, с ФИО3 – 1 202 747,43 рублей. Требования заявлены конкурсным управляющим со ссылкой на пункт 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 22.08.2018 в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт. В обоснование своей позиции апеллянт указал, что при вынесении обжалуемого определения суд неправильно применил нормы права, дал неверную оценку обстоятельствам дела. Полагал, что приведенные в суде первой инстанции факты в совокупности свидетельствуют о наличии оснований для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности. По мнению апеллянта, принятое арбитражным судом первой инстанции определение не может быть признано законным и обоснованным, так как нарушает баланс прав и законных интересов всех лиц, участвующих в деле о банкротстве и препятствует достижению основной цели конкурсного производства - максимальному удовлетворению требований кредиторов.

В судебном заседании конкурсный управляющий поддержал доводы апелляционной жалобы. Просил определение суда первой инстанции отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

Представитель ФИО3 и Шефа А.В. на доводы апелляционной жалобы возражал. Определение Арбитражного суда Камчатского края счел законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, надлежаще извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе с учетом публикации необходимой информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, в заседание арбитражного суда апелляционной инстанции не явились. Апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие по правилам статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Исследовав и оценив материалы дела, ценив доводы представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что определение не подлежит отмене в силу следующих обстоятельств.

Из материалов дела следует, что согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) ФИО5, ФИО6 являются учредителями ООО СК «Альянс» каждый с 50% доли в уставном капитале общества. 

ФИО7 являлся генеральным директором общества в период с 16.12.2014 по 06.08.015 согласно протоколу общего собрания участников ООО СК «Альянс» № 3 от 16.12.2014; ФИО8 являлся генеральным директором должника в период с 22.05.2014 по 16.12.2014, что следует из протокола № 1 общего  собрания участников ООО СК «Альянс»; ФИО3 являлся генеральным директором в период с 02.08.2007 по 22.05.2014 в соответствии с протоколом общего собрания учредителей от 02.08.2007 № 1.

Основанием для обращения конкурсного управляющего Шишкина Д..И. с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, Шеф А.В. и ФИО9 в солидарном порядке контролирующих должника лиц  на основании абзаца 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве послужила невозможность полного погашения требований кредиторов. Размер субсидиарной ответственности ФИО5 и Шефа А.В. конкурсным управляющим определен в совокупном размере требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. Размер ответственности ФИО3 управляющим определен в размере разницы между суммой взысканных определением от 13.02.2017 убытков в размере 12 259 355,53 рублей и общего размера требований кредиторов, что составляет 1 202 747,43 рублей

 Заявление в отношении ФИО10 и ФИО8 на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве конкурсный управляющий мотивировал тем, что непередача документов по хозяйственной деятельности должника не позволила арбитражному управляющему провести мероприятия по установлению юридически значимых фактов хозяйственной деятельности общества, что повлекло за собой существенные затруднения в том числе, невозможность определения активов должника и их идентификации, выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы должника. Размер ответственности конкурсным управляющим определен в совокупном размере требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Отказывая в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности учредителей должника ФИО5 и Шеф А.В., а также  бывшего руководителя должника ФИО3 суд первой инстанции пришел к выводу, об отсутствии оснований для привлечения учредителей к субсидиарной ответственности по основаниям абзаца 3 пункта 2 пункта  статьи 61.11 Закона о банкротстве в связи с необоснованностью заявления; конкурсным управляющим не доказаны обстоятельства, позволяющие прийти к выводу, что указанные лица оказывали какое-либо влияние на совершение сделок единоличным исполнительным органом, ФИО5 и Шеф А.Ф. не относятся к числу лиц, в отношении которых действует опровержимая презумпция того, что именно они определяли действия должника. В отношении  бывшего руководителя должника ФИО3, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для такого привлечения, поскольку применение к ответчику второго вида ответственности за одно и то же правонарушение, противоречит общим принципам гражданского законодательства, согласно которым за одно нарушение не может применяться одновременно два вида ответственности.

Отказывая в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности бывших руководителей должника  ФИО8 и ФИО7, суд первой инстанции пришел к выводу, об отсутствии оснований для их привлечения к субсидиарной ответственности по основаниям абзаца 2 пункта 2 пункта  статьи 61.11 Закона о банкротстве, в связи неподтверждением того, что непередача ответчиками документов повлекла затруднительность проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, а также формирования и реализации конкурсной массы.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, исходя из следующего.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее по тексту - Закон № 266-ФЗ) в Закон о банкротстве были внесены изменения, вступающие в силу со дня его официального опубликования (текст Закона № 266-ФЗ опубликован на «Официальном интернет-портале правовой информации» (www.pravo.gov.ru) 30.07.2017, в «Российской газете» от 04.08.2017 № 172, в Собрании законодательства Российской Федерации от 31.07.2017 № 31 (часть I) статья 4815).

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Поскольку заявление конкурсного управляющего поступило в Арбитражный суд Приморского края после 01.07.2017, оно подлежит рассмотрению по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 61.14 Закона арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве обладает правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11, 61. 12 и 61.13 настоящего Федерального закона.

Согласно части 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 2 части 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: в том числе, имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника, извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

В силу статьи 2 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо - это лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника). 

В силу части 1 статья 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующего обстоятельства: требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

В пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) сказано, что в соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в частности, предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств: должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия); доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Данная презумпция применяется при привлечении к субсидиарной ответственности как руководителя должника (фактического и номинального), так и иных лиц, признанных контролирующими на момент совершения налогового правонарушения (пункт 5 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. 

Конкурсный управляющий, в качестве основания, послужившего для обращения в суд, сослался на результаты выездной налоговой проверки, оформленной Актом от 10.01.2014 № 13-12/1/1582, на основании которого решением от 28.03.2014 №13-12/19 ООО СК «Альянс» привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения.

В результате организации фиктивного документооборота и занижения налоговой базы по налогу на добавленную стоимость, налогу на прибыль организаций, ООО СК «Альянс» решением Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Петропавловску-Камчатскому от 28.03.2014 № 13-12/19 ООО СК «Альянс» привлечено к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 122, статьей 123 Налогового кодекса Российской Федерации, в виде штрафа в размере 1 054 655,31 рублей за неполную уплату налога на добавленную стоимость, за неполную уплату налога на прибыль организации, за несвоевременное исполнение обязанности по перечислению удержанных сумм НДФЛ; обществу начислены пени в сумме 2 624 166,22 рублей и предложено уплатить недоимку по налогу на добавленную стоимость в сумме 8 580 534 рублей.

Определением Арбитражного суда Камчатского края 11.03.2015 по настоящему делу требования уполномоченного органа в размере 12 843 492,25 руб., в том числе: 8 581 969,65 руб. – налог, 3 206 867,29 руб. – пеня, 1 054 655,31 руб. – штраф (в сумму требований входит установленная решением от 28.03.2014 № 13-12/19 сумма 12 259 355, 53 руб.) признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника (третья очередь удовлетворения). 

Из реестра требований кредиторов следует, что требования уполномоченного органа, которые составляют доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля налоги, составили более 50 % совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце 3 пункта 5 Постановления № 53 в соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предполагается, что участник корпорации, учредитель унитарной организации является контролирующим лицом, если он и аффилированные с ним лица (в частности, статья 53.2 ГК РФ, статья 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ "О защите конкуренции", статья 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках") вправе распоряжаться 50 и более процентами голосующих акций (долей, паев) должника, либо имеют в совокупности 50 и более процентов голосов при принятии решений общим собранием, либо если их голосов достаточно для назначения (избрания) руководителя должника. Презюмируется, что лицо, отвечающее одному из указанных критериев, признается контролирующим наряду с аффилированными с ним лицами.

При этом, как верно указано судом, само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица. Исключение из этого правила закреплено в подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, установивших круг лиц, в отношении которых действует опровержимая презумпция того, что именно они определяли действия должника (пункт 5 Постановления от 21.12.2017 № 53).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Учитывая выше изложенное, коллегия признала правомерным вывод суда первой инстанции в том, что  ФИО5 и Шеф А.В. не относятся к числу лиц, в отношении которых действует опровержимая презумпция того, что именно они определяли действия должника. 

Конкурсный управляющий, ссылаясь на разъяснения, данные в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472 (4,5,7) о необходимости принимать во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными аргументы о возникновении отношений фактического контроля и подчиненности, указал на наличие переводов и получения платежей от должника  следующим юридическим лицам, а именно: ООО «МорТранс», ООО «ОТЦ «Эксперт», ООО «Раликс», одним из участников которых является ФИО11 

Вместе с тем, судом первой инстанции отмечено, что не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в отсутствии контроля должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать факт возможности давать прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания. 

Сам по себе факт перечисления и получения денежных средств без исследования оснований совершения данных операций не может говорить о наличии контроля за деятельностью единоличного исполнительного органа должника в совершении операций, которые послужили основанием для привлечения его к налоговой ответственности.

Кроме того,   судами установлено, что в рамках рассмотрения обособленного спора по делу А24-5586/2014 по заявлению конкурсного управляющего о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО3 убытков в размере 12 259 355,53 рублей, суд пришел к выводу о том, что ФИО3, являясь руководителем общества, действовал недобросовестно и неразумно, осуществляя руководство текущей деятельностью общества, без должной осмотрительности при выборе контрагентов по сделкам, не проверял реальность исполнения контрагентами своих обязательств, следствием чего стало причинение обществу убытков в виде доначисления недоимки, начисления штрафов и пеней по решению Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Петропавловску-Камчатскому от 28.03.2014 № 13-12/19 ООО СК «Альянс» о привлечении к налоговой ответственности.

В связи с чем требования конкурсного управляющего были удовлетворены в полном объеме определением Арбитражного суда Камчатского края от 13.02.2017, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 14.09.2017.

 При этом, как указал суд кассационной инстанции в постановлении от 14.09.2017, вынесенном по результатам рассмотрения кассационной жалобы на определение от 13.02.2017, доказательств отсутствия в действиях ФИО3 вины в материалах дела не представлено, как и не представлено доказательств того, что фактическое руководство должником осуществлялось учредителем общества – ФИО5

 Таким образом, конкурсным управляющим в нарушении статьи 65 АПК РФ не представлены в материалы дела доказательства того, что ФИО5 и Шеф А.В. оказывали какое-либо влияние на совершение сделок единоличным исполнительным органом.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, коллегия соглашается с выводом суда, о том, что оснований для удовлетворения заявления в данной части не имеется.

Конкурсный управляющий в своем заявлении указал на наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 по подпункту 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Однако, из материалов дела следует, что конкурсный управляющий ссылаясь на результаты выездной налоговой проверки, оформленной актом от 10.01.2014 № 13-12/1/1582, на основании которого решением от 28.03.2014 № 13-12/19 ООО СК «Альянс» привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения, обратился с заявлением о взыскании убытков с бывшего руководителя должника – ФИО3, который являлся единоличным исполнительным органом ОООО СК «Альянс» в период с 02.08.2007 по 22.05.2014. 

Вступившим в законную силу определением суда от 13.02.2017, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 14.09.2017 ФИО3 привлечен к ответственности в виде взыскания в пользу должника убытков в размере       12 259 355, 53 рублей  (установленные Решением уполномоченного органа от 28.03.2014 № 13-12/19 требования, доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля). 

Как разъяснено в пункте 20 постановления № 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред, исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Между тем, право выбора способа защиты нарушенных прав принадлежит лицу, права которого нарушены. В случае, когда в целях возмещения причиненного ему ущерба должник имеет возможность воспользоваться различными способами защиты своих прав, кредитор вправе предъявлять соответствующие требования к каждому из виновных в причинении ущерба лиц до полного возмещения своих имущественных потерь (Определение Верховного Суда российской Федерации от 04.07.2016 по делу N 303-ЭС16-1164(1,2), А24-2528/2012).

Согласно пункту 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

Учитывая указанную правовую позицию Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, Верховного Суда Российской Федерации, можно сделать вывод о том, что кредитор в целях удовлетворения своих требований вправе воспользоваться как возможностью привлечения контролирующего своего контрагента лица к субсидиарной ответственности, так и прямым гражданским иском о возмещении вреда до полного возмещения своих имущественных потерь.

Коллегией установлено, что конкурсным управляющим при обращении в суд с заявлением о возмещении убытков с контролирующего должника лица был избран специальный способ защиты права – в порядке предъявления требований с помощью института возмещения убытков. 

Удовлетворяя заявленные требования,  арбитражный суд, руководствуясь статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции без учета изменений, внесенных Федеральным законом от 23.06.2016 № 222-ФЗ), статьями 15, 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктами 1, 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», пунктами 1, 3, 4, 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», исходил из того, что неправомерные действия бывшего директора общества СК «Альянс» ФИО3 по занижению налоговой базы и ненадлежащее исполнение им обязанностей по уплате обязательных платежей привели к привлечению юридического лица к налоговой ответственности, в связи с чем суд пришел к выводу о доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего ответственность, установленную статьей 53.1 ГК РФ. 

Вместе с тем, заявляя настоящие требования к ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности за действия, в результате которых ответчик ранее был привлечен к ответственности в виде взыскания с него убытков, конкурсный управляющий, по сути, просит применить к ответчику второй вид ответственности за одно и то же правонарушение, что противоречит общим принципам гражданского законодательства, согласно которым за одно нарушение не может применяться двойная ответственность.

Таким образом, учитывая выше изложенное коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции  о том, что требования в данной части к ФИО3 заявлены неправомерно, в связи с чем не подлежит удовлетворению.

Также конкурсный управляющий в своем заявлении указал на наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности бывших руководителей должника ФИО8 и ФИО7 на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Далее, проверяя выводы суда первой инстанции относительно отказа в удовлетворении требования ФИО12 о привлечении бывших руководителей должника ФИО8 и ФИО7 к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, коллегия пришла к следующему.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2).

В пункте 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Пунктом 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве установлено, что не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. 

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В главе III.2 Закона о банкротстве установлены ряд оспоримых презумпций и порядок их опровержения, исходя из которых арбитражный суд должен определить объем обстоятельств, входящих в предмет доказывания, и распределить бремя доказывания.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства (абзацы 3,4 пункта 24 Постановления № 53).

В соответствии с абзацем шестым пункта 24 Постановления № 53 под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Судом первой инстанции установлено, что основанием для возложения субсидиарной ответственности на бывшего директора ООО «СК Альянс» ФИО8 и сменившего его на этой должности ФИО7 явилось исключительно непередача документов конкурсному управляющему. 

Совершение ответчиками иных виновных действий, приведших к банкротству должника, конкурсным управляющим не указано. 

При этом, конкурсный управляющий предъявляя требование о привлечении ФИО8 и ФИО7 к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, не указал и не представил каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что непередача ответчиком документов повлекла затруднительность проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, а также формирования и реализации конкурсной массы. 

Из представленных в материалы дела ответов компетентных органов, осуществляющих учет транспортных средств, регистрацию прав на недвижимое имущество по месту нахождения должника, следует, что какое-либо имущество за должником не зарегистрировано. 

В связи с чем коллегия признала правомерным вывод суда первой инстанции в том, что конкурсным управляющим не доказано наличие у ООО СК «Альянс» имущества, стоимость которого позволяла погасить всю имеющуюся кредиторскую задолженность (требования, включенные в реестр и текущую задолженность) и исключительно отсутствие документации привело к невозможности удовлетворения должником требований кредиторов на заявленную сумму. 

Кроме того, материалами дела не подтверждается наличие причинно-следственной связи между непередачей конкурсному управляющему документации должника и затруднительностью проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, формирования конкурсной массы и как следствие невозможностью удовлетворения требований кредиторов. 

Конкурсный управляющий ФИО13 не представил доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО8 и ФИО7 скрывали документы ООО СК «Альянс», либо уклонялись от их передачи арбитражному управляющему. 

Согласно представленному в материалы дела акту приема-передачи документов бухгалтерского учета от 16.12.2014, коллегией установлено, что от прежнего руководителя ООО «СК Альянс» ФИО3 вновь назначенному руководителю ФИО8 не передавалось имущество, бухгалтерская, финансовая и иная документация, базы данных организации на электронных носителях (резервные копии баз данных), программное обеспечение, а также кодов доступа, печати, пароли. 

Данный акт удостоверен генеральным директором ФИО8, участником общества ФИО5 

Также судом апелляционной инстанции отмечено, что в результате проведенной проверки по заявлению конкурсного управляющего о наличии признаков состава преступления, предусмотренного статьей 195 УК РФ в отношении ФИО7, было установлено, что ФИО7, являвшийся формально последним руководителем ООО СК «Альянс», документы не принимал, к исполнению должностных обязанностей не приступал. 

Учитывая выше изложенное суд апелляционной инстанции счел обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что непередача конкурсному управляющему документации не может свидетельствовать о наступлении ответственности для данных лиц, поскольку отсутствуют основания полагать, что невозможность формирования конкурсной массы обусловлена поведением ФИО8, которому не была передана документация от бывшего руководителя и который имел полномочия руководителя должника непродолжительный период времени, и ФИО7, который фактически не приступал к исполнению обязанностей руководителя должника. 

Следовательно, поскольку конкурсный управляющий не обосновал, каким образом отсутствие бухгалтерской документации существенно затруднило формирование и реализацию конкурсной массы, а также привело к невозможности удовлетворения должником требований кредиторов, и данный факт не установлен по материалам дела, коллегия согласилась с выводом суда первой инстанции об отсутствии вины ответчиков и отсутствии причинно-следственной связи между их бездействием и доведением должника до объективного банкротства,  в связи с чем оснований для привлечения ФИО8 и ФИО7 к субсидиарной ответственности у суда не имелось.

Таким образом, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, безусловно свидетельствующие о наличии противоправного характера поведения лиц, о привлечении к ответственности которых заявлено, их вины, наличии вреда, причинно-следственной связи между противоправным поведением и причиненным вредом, у суда первой инстанции отсутствовали достаточные и безусловные основания для возложения субсидиарной ответственности на ФИО5, Шефа А.В., ФИО7, ФИО8, ФИО3

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаны апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого определения.

Обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Камчатского края от 22.08.2018 по делу №А24-5586/2014 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Камчатского края в течение одного месяца.

Председательствующий

Н.А. Скрипка

Судьи

К.П. Засорин

Л.А. Мокроусова