ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-23984/2022

г. Саратов

26 декабря 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 декабря 2023 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Антоновой О. И.,

судей Жаткиной С. А., Заграничного И. М.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО3 на решение Арбитражного суда Саратовской области от 16 октября 2023 года по делу № А57-23984/2022 

по исковому заявлению ФИО2 (ИНН 

<

***>) в интересах ООО «Покровский радиотелефон» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

к ФИО3 (ИНН 

<

***>), 

к ФИО4, г. Москва, 

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО5, г. Москва, ФИО6, Саратовская область, г. Энгельс, Территориальное управление Росимущества в Саратовской области, г. Саратов, ИП ФИО7, г. Саратов, ИП ФИО8, г. Москва, ФИО9, г. Саратов, 

о взыскании убытков,

при участии в судебном заседании:

- от ООО «Покровский радиотелефон» представитель ФИО10 по доверенности от 01.12.2023, выданной сроком по 31.12.2024, 

- от ФИО2 представитель ФИО11 по доверенности от 29.09.2021, выданной сроком на три года, 

- от ФИО4 представитель ФИО12  по доверенности от 20.09.2023, выданной сроком на один год, 

- от ФИО3 – представитель  ФИО13, по доверенности от 21.10.2023, выданной сроком на пять лет, 

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Саратовской области обратился ФИО2 (далее – ФИО2, истец) к  ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик) с исковым заявлением о взыскании убытков в размере 6 750 087,04 руб. 

По ходатайству истца судом первой инстанции определением от 17.01.2023 в качестве соответчика привлечен ФИО4, г. Москва (далее – ФИО4, ответчик). 

В ходе судебного разбирательства истец в порядке статьи 49 АПК РФ неоднократно уточнял исковые требования, согласно последним уточнениям, истец просил взыскать с ФИО3 в пользу ООО «Покровский радиотелефон» убытки в размере 6 323 353,04руб., взыскать солидарно с ФИО3 и ФИО4 в пользу ООО «Покровский радиотелефон» убытки в размере 430 000 руб.

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 16.10.2023 исковые требования удовлетворены частично: с ФИО3 в пользу ООО «Покровский радиотелефон» взысканы убытки в размере 430 000 руб. 

В удовлетворении остальной части иска было отказано.

В удовлетворении исковых требований к ФИО4 - отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение Арбитражного суда Саратовской области от 16.10.2023 изменить, взыскать с ФИО3 в пользу ООО «ПРТ» убытки в размере 6 323 353,04 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 обратился в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение Арбитражного суда Саратовской области от 16.10.2023 в части удовлетворенных требований отменить; вынести по делу новое решение в обжалуемой части о полном отказе в удовлетворении иска.

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверена судом апелляционной инстанции в порядке и по основаниям, предусмотренным статьями 258, 266-271 АПК РФ.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд считает, что судебный акт не подлежит отмене по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, согласно Выписке из ЕГРЮЛ, участниками общества с ограниченной ответственностью «Покровский радиотелефон» (далее – ООО «ПРТ»)  являются: 

-ФИО14 с номинальной стоимостью доли 95 000 руб., что составляет 1.08571429% уставного капитала общества, 

-ФИО2 с номинальной стоимостью доли 95 000 руб., что составляет 1.08571429% уставного капитала общества, 

-ФИО6 с номинальной стоимостью доли 19 000 руб., что составляет 0.21714286% уставного капитала общества. 

-ФИО4 с номинальной стоимостью доли 2 956 500 руб., что составляет 33.78857143% уставного капитала общества,  

-ФИО5 с номинальной стоимостью доли 5 584 500 руб., что составляет 63.82285713% уставного капитала общества,  

ФИО14 умер 07.10.2021г. Согласно представленным  Федеральной нотариальной палаты РФ сведениям по состоянию на 27 мая 2022г., сведения об открытии наследственного дела в отношении имущества ФИО14, ДД.ММ.ГГГГ г.р., умершего 07.10.2021, в ЕИС отсутствуют. 

ФИО3 в период с 30.04.2021г. по 10.01.2022г. являлся директором ООО «Покровский радиотелефон» (единоличным исполнительным органом), что подтверждается протоколом очередного (годового) общего собрания участников №3 от 30.0.4.2021 и протоколом внеочередного общего собрания участников №1 от 10.01.2022г.  

В обоснование своих исковых требований, истец ссылается на то, что в период осуществления Шевчуком С.А. полномочий директора ООО «ПРТ» производились платежи ИП ФИО7 (ОГРНИП: 

<

***>) по договору подряда №18/0121 от 18.01.2021. В настоящий момент Арбитражным судом Саратовской области рассматривается дело № А57-22779/2022 по исковому заявлению ФИО2 о признании недействительным договора подряда № 18/0121 от 18.01.2021. 

Истец утверждает, что указанная сделка является мнимой, подлинная воля сторон которой не была направлена на создание правовых последствий, наступающих при исполнении сделок строительного подряда (статья 170 ГК РФ), а имела целью вывод активов общества в условиях корпоративного конфликта, о чем не мог не знать директор ФИО3 

Помимо этого, истец считает, что в результате совершения сделки со злоупотреблением правом был причинен ущерб охраняемым законом интересам ООО «ПРТ» и его участникам, о явном характере которого знали обе стороны, поскольку действовали в сговоре (п. 2 ст. 174 ГК РФ). 

Согласно уточненному расчету истца, сумма перечисленных денежных средств ООО «ПРТ» по указанному договору ИП ФИО7 за период осуществления полномочий ответчика с 30.04.2021г. по 10.01.2022г. составила 6 323 353,04 руб. 

Поскольку, как указывает истец, по данной мнимой сделке не достигнут результат, и намерения сторон ее исполнять отсутствовали, поведение директора ФИО3 является неразумным и недобросовестным. При этом истец ссылается на  осведомленность ответчика ФИО3 о том, что денежные средства перечислялись обществом за работы, которые не оказывались и не могли быть оказаны. 

Таким образом, по мнению истца, имеет место факт совершения бывшим директором недобросовестных и неразумных действий по необоснованному перечислению денежных средств ИП ФИО7 в отсутствие реальных хозяйственных правоотношений и встречного предоставления, что причинило убытки обществу в сумме 6 323 353,04 руб. 

Кроме того, истец ссылается на то, что в период полномочий директора ФИО3 обществом производились арендные платежи ИП ФИО8 (ОГРНИП: 

<

***>) по договору аренды жилого помещения от 01.01.2021г. за пользование жилым помещением - трехуровневой квартирой, находящейся по адресу: 

<

...>. 

Истец утверждает, что указанные расходы общества «Покровский радиотелефон» на аренду элитного жилья в г. Саратове понесены на личные нужды мажоритарного участника ФИО4, а связь указанных расходов с хозяйственной деятельностью общества отсутствует. 

Истец считает, что поведение директора по оплате за счет средств общества расходов, обоснованность которых и факт их несения на нужды общества не подтверждены, свидетельствует о причинении ООО «ПРТ» убытков в соответствующем размере. 

По расчету истца, размер убытков общества в связи с недобросовестными и неразумными действиями ответчиков ФИО3 и ФИО4 по оплате арендной платы за пользование данным жилым помещением составляет 430 000 руб. - сумма, оплаченная ИП ФИО8 платежными поручениями № 3052 от 22.10.2021 на сумму 60 000 руб. и № 3198 от 11.11.2021 на сумму 370 000 руб. 

Считая, что убытки, причиненные обществу, в общем размере 6 323 353,04 руб.  подлежат возмещению ФИО3, а в размере 430 000 руб. солидарно ФИО3 и ФИО4, истец обратился в суд с настоящим иском, уточненным в ходе судебного разбирательства.

Суд первой инстанции, рассматривая исковые требования, правомерно руководствовался следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. 

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску (пункт 1). 

Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании (пункт 2). 

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе, возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3). 

В случае совместного причинения убытков юридическому лицу, лица, указанные в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно (пункт 4). 

Согласно пункту 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об ООО) единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. 

Единоличный исполнительный орган отвечает перед юридическим лицом за причиненные убытки, если необходимой причиной их возникновения послужило недобросовестное и (или) неразумное осуществление руководителем возложенных на него полномочий (пункт 3 статьи 53, пункт 1 статьи 53.1 ГК РФ, статья 44 Закона об ООО). 

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. 

В соответствии с абзацем третьим пункта 1, пунктом 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - постановление Пленума от 30.07.2013 N 62) по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ), наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. 

В пунктах 2 и 3 постановления Пленума от 30.07.2013 N 62 даны разъяснения относительного того, какие действия (бездействие) директора могут свидетельствовать о его недобросовестности и/или неразумности. 

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица. 

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.). Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п. 

В соответствии с пунктом 4 постановления Пленума от 30.07.2013 N 62 добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. 

Согласно пункту 5 постановления Пленума от 30.07.2013 N 62 в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). 

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства. 

Сам по себе факт отсутствия у директора выгоды от сделок, повлекших для юридического лица негативные последствия, не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков, поскольку на директоре лежит самостоятельная обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ и пункт 7 постановления Пленума от 30.07.2013 N 62). 

Из разъяснений пункта 8 постановления Пленума от 30.07.2013 N 62 следует, что удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. 

В подтверждение своих исковых требований истцом представлены: договор на выполнение строительно-монтажных работ №18/0121 от 18.01.2021г., таблица платежей по договору №18/0121 от 18.01.2021г., договор аренды жилого помещения от 01.01.2021г., акт приема-передачи нежилых помещений от 02.01.2021г., акт приема-передачи помещения от 02.11.2021г., акты от 31.05.2021г., 30.06.2021г., 31.07.2021г., 31.08.2021г., 30.09.2021г., 31.10.2021г., 02.11.2021г., выписка со счета ООО «ПРТ». 

ООО «ПРТ» зарегистрировано в качестве юридического лица 30 апреля 2004г. Основным видом деятельности общества является «деятельность по предоставлению услуг телефонной связи», дополнительными видами деятельности общества - «торговля оптовая производственным электротехническим оборудованием, машинами, аппаратурой и материалами», «торговля розничная непродовольственными товарами, не включенными в другие группировки, в специализированных магазинах», «прочая деятельность в области связи на базе проводных технологий». 

Функции единоличного исполнительного органа ООО «ПРТ» в период с 30 апреля 2004 г. по 29 декабря 2018 г. исполнял ФИО14 - участник ООО «ПРТ». 

Полномочия директора общества ФИО14 прекращены в декабре 2018 г. досрочно, но инициативе мажоритарного участника общества ФИО5 

Функции единоличного исполнительного органа ООО «ПРТ» в период с 29 декабря 2018 г. по 30 апреля 2021 г. исполнял ФИО15 

Обязанности единоличного исполнительного органа ООО «ПРТ» в период с 1 мая 2021 г. по 10 января 2022 г. исполнял ответчик ФИО3 

Управленческие решения предыдущего руководителя общества ФИО14, равно как сделки, заключаемые им в период осуществления полномочии единоличного исполнительного органа ООО «ПРТ», были аналогичны по своему содержанию и условиям сделок, заключенных и исполняемых новыми руководителями общества ФИО9 и Шевчуком С.В., оспариваемых ФИО16 в рамках: арбитражного дела № А57-18568/2021 по иску ФИО2. в интересах ООО «ПРТ» к ООО СФ «Кварц-98» о признании недействительным договора подряда на выполнение строительно-монтажных работ, арбитражного дела № А57-22779/2022 по иску ФИО2. в интересах ООО «ПРТ» к ИП ФИО7 о признании недействительным договора подряда, применении последствий недействительности сделки, а также в рамках иных арбитражных дел с участием ФИО2 

Заключение предыдущим директором ООО «ПГГ» ФИО14 тождественных по сути сделок давало новым руководителям общества ФИО9 и Шевчуку СВ. понимание, что их действия по руководству ООО «ПРТ» являются разумными и добросовестными, и исключало понимание того, что в дальнейшем их действия, абсолютно идентичные действиям предыдущего директора общества, руководившего обществом более 14 лет, будут квалифицированы как правонарушения. 

08 октября 2019г. между ООО «ПРТ» (заказчик) в лице директора ФИО9 и ООО Строительная фирма «Кварц-98» (подрядчик, далее по тексту - ООО СФ «Кварц-98») в лице директора ФИО7 заключен договор подряда на выполнение строительно-монтажных работ №08-10-2019, по условиям которого подрядчик принял на себя обязательства по выполнению в соответствии с техническим заданием заказчика строительно-монтажных работ на объектах заказчика, а заказчик обязался принять и оплатить выполненные работы. 

18 января 2021г. между ООО «ПРТ» (заказчик) в лице директора ФИО9 и ИП ФИО7 (подрядчик)  был заключен  договор   подряда  на  выполнение  строительно-монтажных работ № 18/0121 (далее по тексту - «оспариваемый/спорный договор», «договор подряда»), аналогичный по содержанию и предмету договору подряда от 8 октября 2019 г. 

Перезаключение договора позволило не только сохранить прежний уровень стоимости выполнения строительно-монтажных работ на объектах ООО «ПРТ», но и значительно ее уменьшить (стоимость выполнения строительно-монтажных работ была уменьшена в среднем от 20% до 80%, что подтверждается данными Перечней комплексных расценок по реконструкции и капитальному ремонту ВОЛС, ДРС, прилагаемых к договору подряда от 08 октября 2019 г. и договору подряда от 18 января 2021 г. 

Организационные условия выполнения строительно-монтажных работ остались прежними. Работы на объектах заказчика выполнялись тем же персоналом, уволенным, учитывая указанные обстоятельства, с ООО СФ «Кварц-98» и принятым на работу к ИП ФИО7 

Обращаясь с требованием об оспаривании договора на выполнение строительно-монтажных работ, заключенного между ООО «ПРТ» и ИП ФИО7, равно как и с требованием к Шевчуку С.В. о взыскании необоснованно перечисленных денежных средств ИП ФИО7 (взыскании убытков), истец ссылается на то, что указанный договор являлся мнимой сделкой, совершенной для придания видимости отношений между сторонами без реальности финансово-хозяйственных взаимоотношений. 

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, т.е. сделка, совершенная для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. 

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определения Верховного Суда РФ от 25 июля 2016 г. № 305-ЭС16-2411, от 13 июля 2018 г. № 308-ЭС18-2197). 

Обращаясь с иском о признании сделки ничтожной по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 170 ГК РФ, истец должен доказать, что при ее совершении стороны не только не намеревались ее исполнять, но и то, что оспариваемая сделка действительно была не исполнена. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. 

Однако, как верно указал суд первой инстанции, каких-либо доказательств, свидетельствующих о невыполнении сторонами обязательств по договору подряда от 18 января 2021 г., истцом в нарушение положений статьи 65 АПК РФ в материалы дела не представлено. 

Доказательства не исполнения ИП ФИО7 своих обязательств по договору, равно как и доказательства выполнения строительно-монтажных работ на объектах заказчика иным третьим лицом или самим заказчиком; доказательства о наличии каких-либо возражений со стороны заказчика относительно объема и качества выполненных работ и их оплаты, необходимые и достаточные доказательства нереальности хозяйственных операций между сторонами оспариваемого договора, в материалах дела также отсутствуют, что, как верно указал суд первой инстанции, противоречит доводу истца о мнимости заключенной сделки. 

Оценив поведение ООО «Покровский радиотелефон» в течение всего периода действия спорного договора, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что договор обществом признавался действительным и им исполнялся. 

Согласно данным выписок банка по операциям на расчетных счетах ООО «ПРТ и ИП ФИО7 оплата за выполненные ИП ФИО7 работы обществом производилась. 

Оплата работ осуществлялась в соответствии со статьей 746 ГК РФ. Сдача и приемка работ осуществлялась в соответствии со статьей 753 ГК РФ с подписанием сторонами актов выполненных работ в согласованный между сторонами отчетный период и срок их составления и в соответствии со статьей 720 ГК РФ. Претензии по объему, качеству, номенклатуре материалов, используемой специальной техники, срокам приемки работ, в т.ч. этапов работ, срокам оплаты, - сторонами не предъявлялись. 

Реальность финансово-хозяйственных взаимоотношений ООО «ПРТ» и ИП ФИО7, фактического выполнения подрядчиком объемов строительно-монтажных работ, подтверждается первичными учетными документами по хозяйственным операциям, возникшим на основании договора подряда от 18 января 2021 г.: товарными накладными о покупке ООО «ПРТ» в рамках выполнения работ по спорному договору подряда сопутствующих материалов, отчетами ИП ФИО7 об использовании сопутствующих материалов, накладные на отпуск материалов на сторону, актами о приемке выполненных работ (форма КС-2), справками о стоимости выполненных работ (форма KC-3), подписанные OOO «ПРТ» без каких-либо замечаний. Все финансовые операции по сделке отражены в бухгалтерской отчетности ИП ФИО7 

В представленных актах о приемке выполненных работ, составленных по форме КС-2, указано их количество, единицы измерения, стоимость за единицу измерения, а также общая стоимость работ, отражена итоговая стоимость выполненных работ и детализирована их стоимость по видам, имеется ссылка на соответствующий договор. Виды работ согласно актам соответствуют таковым по спорному договору подряда. 

Журнал работ (форма КС-6) и журнал учета выполненных работ (форма КС-ба) подрядчиком не оформлялись. 

Каких-либо недостатков в оформлении представленных ответчиком документов, которые могут служить достаточным основанием для вывода о недостоверности данных документов применительно к фактически осуществленным хозяйственным операциям, не усматривается. 

Кроме того, как правомерно указал суд первой инстанции, какие-либо пороки в оформлении представленных ответчиком документов не могут быть квалифицированы в качестве доказательств, опровергающих реальность оспариваемой сделки. Не заполнение или некорректное заполнение отдельных граф представленной исполнительной документации не опровергает ее достоверность. 

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ всю исполнительную документацию, представленную ответчиком, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что данная документация выполнена в соответствии с требованиями действующего законодательства РФ. 

Доказательств того, что договор подряда от 18 января 2021 г. заключен без намерений его фактического исполнения, истцом в нарушение положений статьи 65 АПК РФ не представлено. 

При этом фактическое исполнение сторонами договора подряда от 18 января 2021 г. подтверждает совокупность представленных в материалы дела документов и опровергает доводы истца о том, что спорной договор подряда является мнимой сделкой, равно как и о необоснованном перечислении директором ООО  «ПРТ» Шевчуком С.В. денежных средств.

Доводы истца, отраженные также в апелляционной жалобе ФИО2, о мнимом характере договора подряда от 18 января 2021 г., не имеющего разумного экономического обоснования и совершенного сторонами без реальной хозяйственной деловой цели, судом первой инстанции были обоснованно отклонены.

Как верно указал суд первой инстанции, анализ финансово-хозяйственной деятельности сторон договора, с учетом совокупности представленных в материалы дела документов, не подтверждает доводов истца; правовые основания для признания спорного договора экономически необоснованным отсутствуют. 

Доказательств того, что договор подряда от 18 января 2021 г. совершен за пределами обычной хозяйственной деятельности истца ООО «ПРТ» истцом не представлено. 

Эксплуатация и ремонт сетей связи организацией, предоставляющей услуги телефонной связи, является обычной хозяйственной деятельностью такового юридического лица, как ООО «ПРТ». 

Заключение юридическими лицами договоров аутсорсинга по выполнению строительно-монтажных работ также соответствует обычному деловому обороту. 

Как следствие, договор подряда от 18 января 2021 г., исходя из согласованного в нем предмета, является результатом обычной хозяйственной деятельности ООО «ПРТ» и не выходит за ее пределы. Условия сделки не противоречат целям деятельности общества. 

Доводы истца, отраженные также в апелляционной жалобе ФИО2, о том, что совершение договора подряда от 18 января 2021 г. выходило за пределы обычной хозяйственной деятельности общества; что заключение данного договора связано с неразумным и нетипичным поведением сторон оспариваемой сделки, обстоятельствами одновременного выбытия необходимых производственных активов и квалифицированного персонала общества, связанными с заключением спорной сделки и согласованных действий ее сторон, судом первой инстанции обоснованно признаны несостоятельными. 

Доказательств того, что заключение договора подряда от 18 января 2021г. привело к наступлению неблагоприятных последствий для общества или его участников, могло привести к прекращению деятельности общества, изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов, истцом в нарушение положений статьи 65 АПК РФ не представлено.

Доказательства ухудшения финансового положения ООО «ПРТ» в период исполнения спорного договора (2021 г.) в материалах дела отсутствуют. 

Напротив, как верно указал суд первой инстанции, финансово-хозяйственные показатели деятельности общества в период исполнения спорного договора улучшились, что подтверждается данными экспертного заключения от 21 октября 2022г., проведенного АНО «Соэкс-Волга» по запросу ООО «ПРТ». 

Доказательства того, что управленческое решение по заключению договора подряда от 18 января 2021 г. не соответствовало целям достижения наибольшего экономического эффекта в результате предпринимательской деятельности ООО «ПРТ», равно как и доказательства того, что общество имело собственные организационные, материальные и иные ресурсы для выполнения строительно-монтажных работ и не нуждалось в привлечении подрядной организации, в материалах дела также отсутствуют. 

Согласно разъяснениям Конституционного суда РФ в постановлении от 24 февраля 2004 г. № 3-П, определениях от 4 июня 2007 г. № 320-О-П и № 366-О-П все произведенные организацией расходы являются оправданными и экономически обоснованными, если они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода. При этом имеет значение лишь направленность деятельности, а не ее результат. Целесообразность, рациональность, эффективность финансово-хозяйственной деятельности вправе оценивать лишь юридическое лицо единолично, поскольку осуществляет деятельность самостоятельно и на свой риск. Исходя из принципа свободы предпринимательской деятельности, суды не призваны проверять экономическую целесообразность принимаемых юридическим лицом решений в сфере бизнеса. 

В силу пункта 2 статьи 1 ГК РФ субъекты предпринимательской деятельности приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству условий договора. 

Судебные органы в силу прямого указания закона не вправе определять условия ведения надлежащим образом зарегистрированными юридическими лицами своей предпринимательской деятельности, не вправе вмешиваться в нормальную хозяйственную деятельность субъектов предпринимательской деятельности посредством оценки целесообразности использования ими тех или иных возможностей. 

Хозяйствующие субъекты самостоятельно по своему усмотрению выбирают способы достижения результата от предпринимательской деятельности. В полномочия государственных органов и судов входит лишь контроль за соблюдением действующего законодательства, а не вменение им доходов, исходя из собственного видения способов достижения юридическими лицами экономического результата с меньшими затратами (постановление Президиума ВАС РФ от 26 февраля 2008 г. № 11542/07). 

Договор подряда по выполнению строительно-монтажных работ от 18 января 2021 г. сторонним лицом (подрядчиком) был нацелен на достижение нормальной деловой цели выполнение ремонтно-восстановительных и монтажных работ на объектах заказчика. 

Выполнение ремонтно-восстановительных и монтажных работ сетей связи не являлось основным видом деятельности ООО «ПРТ». 

Оказание услуг связи  предоставление доступа к местной телефонной связи, доступа к сети Интернет, и оказание других услуг связи является доходной частью деятельности общества, в то время как ремонт сетей связи является расходной частью его деятельности. 

Привлечение подрядчика для выполнения строительно-монтажных работ было, в силу вышеуказанных обстоятельств, экономически обоснованно. Признаков заведомой невыгодности условий сделки из материалов дела не усматривается. Заключенный сторонами договор от 18 января 2021 г. был реальным и экономически целесообразным. 

Действия ООО СФ «Кварц-98» и ИП ФИО7 по увольнению и приему на работу квалифицированных сотрудников, осуществление ими тех же обязанностей, что и прежде, не противоречит действующему законодательству РФ. 

Как верно указал суд первой инстанции, указанные обстоятельства не могут быть положены в основу утверждения об экономической нецелесообразности заключения договора подряда от 18 января 2021г. и свидетельствовать о неразумном и нетипичном поведении сторон спорной сделки. 

Исходя из общей трудоемкости строительно-монтажных работ и штатной численности работников ООО «ПРТ», собственных ресурсов общества для их выполнения было недостаточно. 

Доводы истца об обратном, отраженные также в апелляционной жалобе ФИО2, судом первой инстанции верно расценены как предположительные и не подтвержденные какими-либо расчетами, не основанные на нормативной, в том числе статистической базе; сделанные без привлечения специализированной экспертной организации, в связи с чем, не опровергают доводы ответчика о разумном экономическом обосновании управленческого решения по заключению договора подряда от 18 января 2021г. 

Установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях юридического лица осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. 

В рассматриваемом случае целью ООО «ПРТ» при заключении договора подряда являлось минимизация убытков за счет его перезаключения. 

Изложенные доводы подтверждаются данными экспертных заключений АНО «Соэкс-Волга» (дочернего предприятия договорного холдинга «СоюзЭкспертиза» (Соэкс) при Торгово-промышленной палате РФ): - экспертного заключения № 026-005-01-187 от 21 октября 2022 г., - экспертного заключения № 026-005-01-193 от 31 октября 2022 г. 

Как указывалось выше, в силу положений абзаца 3 пунктов 1 и 6 постановления Пленума от 30.07.2013 N 62, пункта 5 статьи 10 ГК РФ по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать фактическое наличие у юридического лица убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ), наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. 

Истцом, вопреки доводам жалобы ФИО2, в нарушение статьи 65 АПК РФ не доказана совокупность обстоятельств, при наличии которых, в силу статьи 15 ГК РФ у ответчика могла возникнуть обязанность возмещения убытков обществу. 

В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что ответчик своими недобросовестными действиями причинил обществу убытки (фактический ущерб, подтвержденный, например, актами проверки ревизионной комиссии или актами аудиторской проверки финансово-хозяйственной деятельности общества) или затруднил деятельность общества либо сделал невозможным ее осуществление; доказательства расходования директором ООО «ПРТ» Шевчуком С.В. денежных средств общества на свои личные нужды. 

Отсутствие в материалах дела доказательств несения руководителем общества расходов на нужды хозяйственной деятельности общества не является основанием признания таких расходов убытками общества. 

Оценив договор подряда от 18 января 2021 г. на предмет его совершения и исполнения в ущерб интересам юридического лица для придания видимости отношений между сторонами без реальной хозяйственной деловой цели и экономического обоснования, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что истец не представил доказательств того, что спорный договор подряда является мнимой сделкой. 

Доказательства наличия у общества убытков, как таковых, равно как и причинная связь между поведением ответчика и наступившими у общества неблагоприятными последствиями,  истцом не представлены. 

Сведения об убытках в бухгалтерских балансах общества за 2019г.-2021г. отсутствуют. 

Напротив, как следует из бухгалтерского баланса общества, бухгалтерской справки ООО «ПРТ» об увеличении стоимости объектов основных средств ООО  «ПРТ» с 2019 г. по 2020 г., справки ООО «ПРТ» № 248 от 7 ноября 2022 г. об анализе составляющих убытков ООО «ПРТ» за 2020 г., справки ООО «ПРТ» № 344 от 6 декабря 2022 г. об отсутствии убытков ООО «ПРТ» в 2021 г., - основные средства общества последовательно увеличивалась (в 2019 г. на 3.000.212 руб., в 2020 г. на 18.674.734,34 руб.), выручка от реализации оказываемых обществом услуг по основному виду деятельности не снижалась по сравнению с предыдущем годом, непокрытого убытка в 2019 г. и 2021 г. у общества не было, в 2020 г. - ООО «ПРТ» понесло только запланированные убытки, связанные с переходом на упрощенную систему налогообложения (затраты на восстановление НДС с материалов и остаточной стоимости основных средств), с увеличением размера арендных платежей АО «Облкоммунэнерго», платежей за электроэнергию ПАО «Саратовэнерго», с вводом в эксплуатацию приобретенного обществом оборудования (затраты, связанные с увеличением сумм амортизации приобретенного оборудования). 

Указанные обстоятельства истцом не оспорены, доказательств в их опровержение в соответствии со статьей 65 АПК РФ не представлено. 

При этом бремя доказывания недобросовестности и неразумности поведения генерального директора, повлекшего неблагоприятные последствия для юридического лица, возложено на истца, - юридическое лицо и (или) его участника, требующего взыскания убытков. 

Ответчик ФИО3, возражая относительно удовлетворения предъявленных к нему исковых требований, ссылался на то, что им, как директором общества, производились расходы, входящие в обычную хозяйственную деятельность общества. Произведенные им расходы не привели к затруднению деятельности общества и не сделали невозможным ее осуществление. Все денежные средства были потрачены на финансово-хозяйственные нужды общества и не были им присвоены для личного обогащения. 

Указанные обстоятельства истцом также не оспорены, доказательств в их опровержение в соответствии со статьей 65 АПК РФ не представлено. 

Каких-либо доказательств того, что директор общества не должен был исполнять договор подряда от 18 января 2021 г., что он тратил денежные средства общества на свои личные нужды, истцом не представлено. 

Какого-либо одобрения для заключения и исполнения договора подряда от 18 января 2021 г. не требовалось. 

Наличие у ответчика ФИО3 намерения ущемить интересы ООО «ПРТ», намерения в результате исполнения договора подряда от 18 января 2021 г. приобрести какую-либо личную выгоду, что ответчик из корыстных побуждений исполнил спорный договор на заведомо невыгодных для общества условиях, истцом не доказано.

Директор юридического лица не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычной хозяйственной деятельности общества и обычного делового (предпринимательского) риска. 

Заявляя о том, что ответчик ФИО3 причинил обществу убытки в виде исполнения договора подряда от 18 января 2021г., истец должен доказать, в первую очередь, недобросовестность и (или) неразумность действий директора при исполнении данной сделки, его фактическую заинтересованность в исполнении сделки. 

В противном случае любая сделка, совершенная или исполненная любым руководителем в любом обществе может иметь для руководителя негативные последствия, если участнику или обществу будет достаточно лишь заявить о том, что какая-либо сделка является неразумной, нецелесообразной, мнимой, совершенной в ущерб интересам организации. 

Доводы истца о недобросовестности и неразумности действий руководителя общества ФИО3, выразившихся в якобы необоснованном перечислении денежных средств в отсутствие реальных хозяйственных правоотношений и встречного предоставления, совершенных в ущерб интересам юридического лица, в нарушение статьи 65 АПК РФ не подкреплены какими-либо доказательствами. 

Доводы жалобы об обратном отклоняются судебной коллегией.

Представленные в дело доказательства, исполнительная документация, подтверждают реальный факт осуществленных сторонами договора подряда хозяйственных операций. 

Истцом ходатайств о назначении судебной экспертизы на предмет реальности выполненных работ по договору подряда №18/0121 от 18.01.2021г. не заявлено.  

Доказательства обратного в материалах дела отсутствуют, что противоречит доводу истца о невыполнении сторонами договора подряда от 18 января 2021г. обязательств по договору, о мнимости осуществленных ответчиком хозяйственных операций. 

С учетом изложенного, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что истцом не доказана противоправность поведения ответчика ФИО3 по перечислению денежных средств ИП ФИО7 в рамках договора подряда №18/0121 от 18.01.2021г., причинно-следственная связь между данными действиями ответчика и наступившими последствиями, а также сам факт причинения перечислением  денежных средств ИП ФИО7 убытков ООО «Покровский радиотелефон». 

В связи с чем, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в части взыскания с ответчика ФИО3 убытков в размере 6 323 353,04 руб.

Истцом также заявлено требование о взыскании солидарно с ФИО3 и ФИО4 в пользу ООО «Покровский радиотелефон» убытков в размере 430 000 руб. 

01.01.2021г. между ООО «Покровский радиотелефон» (арендатор) и ИП ФИО8 (арендодатель) был заключен договор аренды жилого помещения. 

Предметом данного договора являлось предоставление арендодателем за плату во временное пользование арендатора жилого помещения с находящимся в нем имуществом. Срок аренды 11 месяцев. 

Объектом аренды являлась квартира общей площадью 193,4 кв.м., на 1,2,3 этажах по адресу: 

<

...>. 

В соответствии с прутком 5.1 договора стоимость аренды жилого помещения, переданного в пользование арендатору, составляет 63 800 руб. 

Материалами дела подтверждается, что в период полномочий директора ФИО3 обществом - ООО «Покровский радиотелефон» были произведены арендные платежи ИП ФИО8 (ОГРНИП: 

<

***>) по договору аренды жилого помещения от 01.01.2021 в общей сумме 430 000 руб. 

Ответчик утверждает, что указанные расходы общества «Покровский радиотелефон» на аренду жилья в г. Саратове были произведены по трудовому договору в качестве компенсации работнику ФИО4 расходов по найму жилья ввиду отсутствия у него собственного недвижимого имущества на территории г. Саратова, а также необходимостью проведения встреч, переговоров с контрагентами по финансовым и хозяйственным вопросам в интересах компании, что предусмотрено положениями Должностной инструкции заместителя директора по коммерческим вопросам ООО «ПРТ»; указанную должность в спорный момент занимал ФИО4 (л.д.70-74 т.11). 

Вместе с тем, как обоснованно указал суд первой инстанции, из представленных ответчиком документов не усматривается, что аренда помещения была обусловлена необходимостью проживания ФИО4 в городе Саратове в 2021г. с целью осуществления им какой-либо деятельности в интересах Общества, никаких доказательств проведения встреч, переговоров в указанный период обществом не представлено. 

Доказательства необходимости заключения договора аренды от 01.01.2021г. ответчиком не представлены.      

Кроме того, оценив условия заключенного договора аренды, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что они являются невыгодными для общества, поскольку аналогичные сделки на территории г. Саратова в 2021г. совершались по белее низким ценам, и ответчиком не доказана необходимость аренды элитного трехэтажного жилья. 

Так, в обоснование заявленных доводов, истцом представлено письмо Территориального органа Федеральной службы государственной статистики по Саратовской области (Саратовстат) от 15.06.2023г. за №МН-Т66-02/941-ДР, согласно которому в 2020 году за период с января по декабрь аренда однокомнатных квартир у частных лиц в месяц составляла 10 778,67 руб., аренда двухкомнатных квартир – 12 493,33 руб., в 2021году в период с января по декабрь аренда однокомнатной квартиры у частных лиц – 10 778,67 руб. – 11 395,90 руб.; аренда двухкомнатной квартиры – 12 493,33 руб. – 13 152,06 руб., проживание в гостинице, сутки с человека, в 2020 году в период с января по декабрь – 1 390,32 руб., проживание в гостинице 1* или в мотеле, сутки с человека – 1 464,61 руб. – 1 519,08 руб.; проживание в гостинице в 2021году 2* в сутки с человека – 1 024,70 руб. – 1 072,38 руб., проживание в гостинице 3* с человека - 1 373,59 руб. – 1 414,91 руб., проживание в гостинице 4*-5* в сутки с человека – 1 549,19 руб. – 1 770,59 руб. (л.д. 121-122, т.11). 

Согласно пункту 5 постановления Пленума от 30.07.2013 N 62 в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей, в том числе ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом, директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки. 

Суд первой инстанции, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, пришел к обоснованному выводу, что при надлежащем исполнении обязанностей директором данные расходы общество могло не понести. 

С учетом данных обстоятельств, суд первой инстанции обоснованно признал действия директора ООО «Покровский радиотелефон» ФИО3 по оплате арендной платы за пользование данным жилым помещением в размере 430 000 руб. недобросовестными и неразумными. 

Действия ФИО3 не отвечали интересам общества, совершены в ущерб общества и состоят в причинно-следственной связи с причинением убытков ООО «Покровский радиотелефон» в указанном размере.

При этом, как верно указал суд первой инстанции, материалами дела подтверждается, что арендная плата была оплачена ООО «Покровский радиотелефон» в лице директора ФИО3 на расчетный счет ИП ФИО8, в связи с чем, ответственность за перечисление денежных средств по договору аренды жилого помещения от 01.01.2021г. за пользование жилым помещением - трехуровневой квартирой, находящейся по адресу: 

<

...> не может быть возложена на ФИО4, поскольку истцом не доказано, что ФИО4 обладал правом давать обязательные для Общества указания либо иным образом определять его действия. 

На основании изложенного, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что убытки, причиненные ООО «Покровский радиотелефон», перечислением арендной платы за пользование жилым помещением, в размере 430 000 руб. подлежат взысканию с ФИО3, и в удовлетворении иска к ФИО4 обоснованно отказал.

Довод жалобы ФИО3 о том, что договор аренды жилого помещения от 01.01.2021г. заключался до вступления в должность директора ФИО3, который приступил к исполнению полномочий только с 30.04.2021г., и не имел оснований не исполнять уже заключенный, действовавший ранее и фактически исполнявшийся договор аренды от 01.01.2021г., судебной коллегией признан несостоятельным и отклоняется.

В соответствии с пунктом 4 постановления Пленума от 30.07.2013 N 62 добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

Доказательств, свидетельствующих о невозможности директором Шевчуком С.В. совершения действий, направленных на расторжение вышеуказанного договора аренды и заключение нового договора аренды жилого помещения по иной (приемлемой и разумной) цене, Шевчуком в нарушение положений статьи 65 АПК РФ в материалы дела не представлено.

Доказательств отсутствия предложений стоимости жилья по иным ценам (более низким), Шевчуком С.В. в материалы дела не представлено.

При этом ссылка ФИО3 на тот факт, что площадь арендуемой по договору аренды от 01.01.2021г. квартиры соответствовала количеству проживающих, поскольку кроме самого ФИО4 в ней проживали еще 4 члена семьи, судебной коллегией признана несостоятельной и отклоняется.

Доказательств того, что необходимость проживания семьи ФИО4 в городе Саратове в 2021г. обусловлена осуществлением какой-либо деятельности в интересах Общества, материалы дела не содержат. Равно как и отсутствуют доказательства нахождения самого ФИО4 в указанный период в г. Саратове с целью осуществления им какой-либо деятельности в интересах Общества,

Довод представителя ФИО3 – ФИО13 о том, что ФИО5 и ИП ФИО7 не были извещены судом первой инстанции о судебном процессе по настоящему делу, судебной коллегией признан несостоятельным и отклоняется.

Согласно части 1 статьи 123 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом, если к началу судебного заседания, совершения отдельного процессуального действия арбитражный суд располагает сведениями о получении адресатом копии определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, направленной ему в порядке, установленном настоящим Кодексом, или иными доказательствами получения лицами, участвующими в деле, информации о начавшемся судебном процессе.

Так, из материалов настоящего дела следует, что ФИО5 и ИП ФИО7 располагали информацией о начавшемся судебном процессе по настоящему делу.

При рассмотрении настоящего спора в суде первой инстанции ФИО5 в лице своего представителя ФИО17 по доверенности от 03.04.2019, участвовал в рассмотрении дела (протокол судебного заседания от 18.07.2023) (том 11, л.д. 132).                               

Также, ФИО17, являющаяся представителем ИП ФИО7 на основании доверенности от 01.10.2023, выданной сроком до 01.10.2025  в рамках настоящего дела получила от имени последнего отзыв на исковое заявление (том 3, л.д. 15). 

На основании данной доверенности ФИО17 также представляла интересы ИП ФИО7 в рамках арбитражного дела А57-22779/2022.

Доказательств отзыва указанной доверенности материалы дела не содержат.

Доводы апелляционных жалоб не опровергают выводы обжалуемого судебного акта, являются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены принятого решения.

Все имеющие значение для правильного и объективного рассмотрения дела обстоятельства выяснены судом первой инстанции, всем представленным доказательствам дана правовая оценка. 

Апелляционные жалобы следует оставить без удовлетворения. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены решений суда первой инстанции, не установлено. 

Расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы ФИО2 в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на заявителя.

В соответствии с частью 1 статьи 177 АПК РФ постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Саратовской области от 16 октября 2023 года по делу № А57-23984/2022 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3 000 рублей.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий    О. И. Антонова  

Судьи    С. А. Жаткина

                                                                                                                          И. М. Заграничный