﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

03 ноября 2020 года

Дело №

А56-70649/2017

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Воробьевой Ю.В., судей Тарасюка И.М., Яковлева А.Э.,

при участии от конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «КапиталГрупп-Спб» (далее - ООО «КапиталГрупп-Спб») Иванова Игоря Георгиевича представителя Волоскова А.А. (доверенность от 05.10.2020), от представителей участников ООО «КапиталГрупп-Спб» представителя Имадаевой М.С. (протокол от 26.09.2018), от общества с ограниченной ответственностью «Коммерческий банк «СИНКО-БАНК» представителя Жердева А.В. (доверенность от 12.10.2020), 

рассмотрев 27.10.2020 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Коммерческий банк «СИНКО-БАНК» на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.08.2020 по делу № А56-70649/2017/сд.1,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.09.2017 принято заявление общества с ограниченной ответственностью «Запспецстрой», ОГРН 1068904010141, ИНН 8904055833 (далее - ООО «Запспецстрой»), о признании общества с ограниченной ответственностью «КапиталГрупп-Спб», адрес: 195009, Санкт-Петербург, Лесной пр., д. 3, лит. А, пом. 3-Н, ОГРН 1137847254380, ИНН 7840491815 (далее – Общество, должник) несостоятельным (банкротом) и возбуждено производство по делу.

Определением от 14.05.2018 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Атрощенко Владимир Васильевич. 

Решением от 11.10.2018 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден Куприянов Вячеслав Вячеславович.

Определением от 25.09.2020 Куприянов В.В. освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, новым конкурсным управляющим Обществом утвержден Иванов Игорь Георгиевич.

Конкурсный управляющий Куприянов В.В. обратился в суд с заявлением, в котором просил признать недействительными сделками платежи Общества по кредитным соглашениям с обществом с ограниченной ответственностью «Коммерческий банк «СИНКО-БАНК» (место нахождения: 107045, Москва, пер. Последний, д. 11, корп. 1, ОГРН 1027739563610, ИНН 7703004072, далее – Банк), осуществленные 11.10.2017 на сумму 3 700 000 руб. с основанием платежа «Погашение суммы ссудной задолженности по кредитному договору от 26.05.2017 № К-2017/39», на сумму 165 721 000 руб. с основанием платежа «Погашение суммы ссудной задолженности по кредитному договору от 18.02.2016 № КЛ-2016/19», от 24.10.2017 на сумму 4 150 808,65 руб. и 26 279 000 руб. с основанием платежа «Погашение суммы ссудной задолженности по кредитному договору от 18.02.2016 № КЛ-2016/19», и применить последствия недействительности сделок в виде обязания Банка возвратить 199 850 808,65 руб. в конкурсную массу должника. 

Определением от 12.12.2018 суд первой инстанции удовлетворил заявление конкурсного управляющего. 

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2019 определение от 12.12.2018 отменено, по делу принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 10.09.2019 определение от 12.12.2018 и постановление от 19.06.2019 отменены, дело направлено в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении определением от 05.03.2020 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Постановлением апелляционного суда от 17.08.2020 определение от 05.03.2020 отменено, заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично. Признаны недействительными сделками платежи на сумму 199 850 808,65 руб., применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с Банка в конкурсную массу Общества 166 794 808,56 руб. В остальной части в применении последствий недействительности сделок отказано.

В кассационной жалобе Банк, ссылаясь на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие его выводов фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, просит отменить постановление от 17.08.2020, определение от 05.03.2020 оставить в силе. 

Податель кассационной жалобы не согласен с выводами суда апелляционной инстанции о наличии в материалах дела надлежащих доказательств, подтверждающих осведомленность Банка о наличии у должника на момент совершения оспариваемого платежа просроченных обязательств перед иными кредиторами, а также об отличии спорных платежей по срокам и размеру от определенных в кредитных договорах обязательствах, и, как следствие, о наличии совокупности условий, необходимых для признания оспариваемых сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.3 Федерального Закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве).

По мнению Банка, суд апелляционной инстанции неправомерно не применил пункт 4 статьи 61.4 Закона о банкротстве к спорным правоотношениям. 

В отзыве, поступившем в 23.10.2020 в электронном виде, конкурсный управляющий Иванов И.Г. возражает против удовлетворения кассационной жалобы, просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

В судебном заседании представитель Банка поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, а представители конкурсного управляющего и учредителя Общества возражали против ее удовлетворения, считая постановление суда апелляционной инстанции законным и обоснованным.

Иные лица, участвующие в деле, в соответствии с частью 1 статьи                123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации                      (далее - АПК РФ) надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в силу статьи 284 названного Кодекса не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность постановления от 17.08.2020 проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 18.02.2016 Банк (кредитор) и Общество (заемщик) заключили договор об открытии невозобновляемой кредитной линии № КЛ-2016/19, с дополнительными соглашениями от 18.02.2016 № 1, от 03.11.2016 № 2, от 01.03.2017 № 3, от 31.03.2017 № 4, от 30.06.2017 № 5, от 01.09.2017 № 6, от 31.10.2017 № 7, по условиям которого Банк предоставил должнику кредит в размере 200 000 000 руб. с уплатой процентов в размере 22 % годовых и сроком возврата до 29.12.2017. 

В соответствии с пунктом 2.1 кредитного договора в редакции дополнительного соглашения от 01.03.2017 № 3 кредит предоставляется для создания объекта дошкольного образования в Ханты-Мансийском автономном округе - Югре («Детский сад на 200 мест «Алые паруса район ул. Сирина, 72, в г. Ханты-Мансийске»).

Исполнение заемщиком кредитных обязательств по кредитному договору от 18.02.2016 обеспечивалось залогом на основании следующих договоров залога (имущества):

1) от 18.02.2016 № ДЗ-2016/19-1 с дополнительными соглашениями от 02.07.2016 № 1, от 03.11.2016 № 2, от 31.03.2017 № 3, от 30.06.2017 № 4, от 01.09.2017 № 5, от 31.10.2017 № 6, заключенного между Банком и Обществом, в соответствии с условиями которого в залог Банку переданы транспортные средства и строительная техника согласно спецификации, приведенной в приложении № 1 к договору залога с учетом изменений, внесенных в перечень имущества на основании дополнительного соглашения от 12.07.2016 № 1; общая залоговая стоимость имущества составляет 60 550 000 руб. 

2) от 18.02.2016 № ДЗ-2016/19-2 с дополнительными соглашениями от 12.07.2016 № 1, от 03.11.2016 № 2, от 31.03.2017 № 3, от 30.06.2017 № 4, от 01.09.2017 № 5, от 31.10.2017 № 6, заключенного между Банком и ООО «АвтоДом», в соответствии с условиями которого в залог переданы транспортные средства и строительная техника согласно спецификации, приведенной в приложении № 1 к договору залога с учетом изменений, внесенных в перечень имущества на основании дополнительного соглашения от 12.07.2016 № 1; общая залоговая стоимость имущества составляет 23 870 000 руб.,

и поручительством на основании следующих договоров поручительства:

1) от 08.04.2016 № ДП-2016/19-2 с дополнительными соглашениями от 31.03.2017 № 1, от 30.06.2017 № 2, от 01.09.2017 № 3, от 31.10.2017 № 4, заключенного между Банком и Волковым Сергеем Валерьевичем (участником и бывшим руководителем должника); 

2) от 18.02.2016 № ДП-2016/19-2 с дополнительным соглашением                от 31.03.2017 № 1, заключенного между Банком и Каитовым М.К.

Также 26.05.2017 Банк и должник заключили кредитный договор № К-2017/39 с дополнительным соглашениями от 26.05.2017 № 1, от 30.06.2017 № 2, от 01.09.2017 № 3, по условиям которого Банк предоставил должнику кредит в размере 3 700 000 руб. с уплатой процентов в размере 22 % годовых и сроком возврата до 31.10.2017. 

В соответствии с пунктом 2.1 кредитного договора от 26.05.2017 кредит предоставлялся на пополнение оборотных средств. 

Исполнение заемщиком кредитных обязательств по кредитному договору от 26.05.2017 обеспечивалось поручительством на основании договора поручительства от 26.05.2017 № ДП-2017/39 с дополнительными соглашениями от 30.06.2017 № 1, от 01.09.2017 № 2, заключенного между Банком и Волковым С.В. (участником и бывшим руководителем должника). 

В процессе конкурсного производства конкурсный управляющий Куприянов В.В. выявил факт совершения должником следующих платежей в адрес Банка:

1) 11.10.2017 на 3 700 000 руб. с основанием платежа «Погашение суммы ссудной задолженности по кредитному договору № КЛ-2017/39 от 26.05.2017»;

2) 11.10.2017 на 165 721 000 руб. с основанием платежа «Погашение суммы ссудной задолженности по кредитному договору № КЛ-2016/19 от 18.02.2016»;

3) 24.10.2017 на 4 150 808,65 руб. с основанием платежа «Погашение суммы ссудной задолженности по кредитному договору № КЛ-2016/19 от 18.02.2016»;

4) 24.10.2017 на 26 279 000 руб. с основанием платежа «Погашение суммы ссудной задолженности по кредитному договору № КЛ-2016/19 от 18.02.2016».

Поскольку спорные платежи совершены должником после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и повлекли за собой оказание предпочтения Банку перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, конкурсный управляющий обратился в суд с требованием о признании спорных платежей недействительными сделками на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве.

При новом рассмотрении суд первой инстанции установил, что оспариваемые платежи совершены в процессе обычной хозяйственной деятельности при отсутствии обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности Банка, который согласился принять исполнение без учета принципов очередности и пропорциональности, и осведомленности Банка о недостаточности имущества должника для проведения расчетов с другими кредиторами, в связи с чем отказал в удовлетворении требований конкурсного управляющего.

Апелляционный суд не согласился с выводами суда первой инстанции, посчитав, что оспариваемые сделки совершены после принятия к производству суда заявления о признании Общества банкротом, на момент их совершения у должника имелись неисполненные обязательства перед другими кредиторами, Банк получил предпочтительное удовлетворение своих требований к должнику перед удовлетворением требований других кредиторов, не принял во внимание мотивированное возражение Банка, основанное на нормах статьи 61.4 Закона о банкротстве, при этом учел разъяснения, изложенные в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, и в этой связи пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего на основании пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве в части.

Изучив материалы дела, проверив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве

Согласно пункту 3 указанной статьи правила главы III.1 Закона о банкротстве могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским законодательством.

Под такими действиями понимаются в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору (подпункт 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63).

В соответствии с абзацем пятым пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора, может быть признана недействительной, если она привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности, предусмотренной Законом о банкротстве.

Такая сделка может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

Если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 11 Постановления № 63).

Суды установили, что оспариваемые платежи направлены на исполнение обязательств, вытекающих из кредитных договоров, заключенных между Обществом и Банком. 

С учетом этого обстоятельства при оценке обоснованности заявления конкурсного управляющего судам надлежало установить, возможно ли в данном случае применение к спорным правоотношениям положений пункта 4 статьи 61.4 Закона о банкротстве, который предусматривает, что сделки, связанные с исполнением денежных обязательств, вытекающих из кредитного договора, не могут быть оспорены на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве, если должник не имел к моменту исполнения, вытекающего из кредитного договора, известных соответствующему конкурсному кредитору денежных обязательств или обязанности по уплате обязательных платежей перед иными конкурсными кредиторами (уполномоченными органами), срок исполнения которых наступил, и исполнение денежного обязательства, вытекающего из кредитного договора, не отличалось по срокам и размеру уплаченных или взысканных платежей от определенных в кредитном договоре или законодательстве Российской Федерации обязательства или обязанности.

При этом для признания спорных операций недействительными сделками должна быть доказана совокупность условий, в частности, осведомленность Банка о наличии у должника просроченных денежных обязательств перед конкурсными кредиторами и отличие совершенных платежей по срокам и размеру от определенного в кредитном договоре обязательства.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Само по себе размещение на сайте Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в картотеке арбитражных дел информации о возбуждении дела о банкротстве должника не означает, что все кредиторы должны знать об этом. Однако это обстоятельство может быть принято во внимание, если с учетом характера сделки, личности кредитора и условий оборота проверка сведений о должнике должна была осуществляться в том числе путем проверки его по указанной картотеке.

В пункте 6 Постановления № 63 разъяснено, что при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве, из содержания которых следует, что под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

В рассматриваемом случае судом установлено, что на момент совершения спорных платежей у Общества имелась задолженность перед ООО «Запспецстрой» в размере 79 292 334,44 руб. на основании решения Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 12.05.2017 по делу № А81-7001/2016; перед обществом с ограниченной ответственностью «Трансинвестстрой» в размере 16 025 817,21 руб. на основании определения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.06.2017 по делу № А56-1167/2017, перед обществом с ограниченной ответственностью «Норд Юнион» в размере 11 808 129,23 руб. на основании определения Арбитражного суда Тюменской области от 06.06.2017 по делу № А70-3304/2017. 

Судом первой инстанции при повторном рассмотрении спора учтены нормы статьи 61.4 Закона о банкротстве и разъяснения, изложенные в пункте 12.2 Постановления № 63, согласно которой сам по себе тот факт, что другая сторона сделки является кредитной организацией, не может рассматриваться как единственное достаточное обоснование того, что она знала или должна была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 2 статьи 61.2 или пункт 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве); оспаривающее сделку лицо должно представить конкретные доказательства недобросовестности кредитной организации. В случаях, когда законодательство или кредитный договор предусматривают получение кредитной организацией от заемщика документов о его финансовом положении, судам следует в том числе учитывать, имелись ли в представленных документах конкретные сведения, заметно свидетельствующие о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В подтверждение осведомленности Банка конкурсный управляющий ссылался на то, что о наличии у Общества просроченной задолженности Банку было известно, во-первых, из заявления ООО «Запспецстрой» о банкротстве и определения о возбуждении производства по делу о банкротстве должника, во-вторых, из электронной переписки между сторонами, согласно которой Общество 10.08.2017 во исполнение пункта 17 кредитных договоров предоставило Банку последний отчет со сведениями о дебиторской и кредиторской задолженности Общества перед совершением сделок за второй квартал 2017 года.  

Вместе с тем, само по себе наличие арбитражных споров о взыскании денежных средств с Общества в рассматриваемый период не образует признаков неплатежеспособности в соответствии с абзацем тридцать пятым статьи 2 Закона о банкротстве. В такой ситуации невозможно безусловно утверждать, что неисполнение должником обязательств перед отдельными кредиторами было вызвано именно недостаточностью денежных средств.

Кроме того, суд принимает во внимание, что заявление ООО «Запспецстрой» о признании Общества банкротом определением от 06.03.2018 оставлено без рассмотрения, поскольку судебный акт, на котором было основано требование ООО «Запспецстрой», не вступил в законную силу.

В опровержение довода Банка об отсутствии прямого указания в кредитных договорах на возможность электронного документооборота конкурсный управляющий ссылался на установившийся во взаимоотношениях сторон по кредитным договорам порядок обмена документами.

Вместе с тем, при новом рассмотрении спора конкурсный управляющий не представил иных доказательств, подтверждающих установившийся во взаимоотношениях сторон по кредитным договорам названный им порядок обмена документами.

Банк, в свою очередь, представил доказательства электронного взаимодействия и обмена информацией между Банком и Обществом посредством системы «iBank 2». 

В силу изложенного суд первой инстанции обоснованно указал, что представленное конкурсным управляющим письмо от 10.08.2017 достоверно не подтверждает получение его Банком.

Поскольку в материалах дела имеется письмо Общества от 31.08.2017 № 276/1 об отсутствии просроченной задолженности, а также расшифровка кредиторской задолженности по состоянию на 01.10.2017, направленные в Банк, оригиналы которых были представлены на обозрение, вывод суда первой инстанции об отсутствии доказательств осведомленности Банка о наличии у должника просроченных денежных обязательств перед конкурсными кредиторами является правильным.

Вывод апелляционного суда о том, что неоднократная пролонгация кредитов в отсутствие доказательств злоупотребления правом свидетельствует о наличии признаков неплатежеспособности Общества, о которых знал Банк, не соответствует фактическим обстоятельствам дела и сложившейся судебной практике.

Доказательств нахождения в распоряжении Банка сведений, свидетельствующих о безусловном неудовлетворительном финансовом положении должника, конкурсным управляющим не представлено.

Применительно к условиям кредитных договоров о возможности предоставления дополнительных сведений суд обоснованно принял во внимание, что сами по себе они не свидетельствуют об указанных обстоятельствах с учетом разъяснений пункта 12.2 Постановления № 63.

При этом вывод суда апелляционной инстанции о том, что исчисление сроков периода подозрительности следует начинать с даты определения от 18.09.2017, которым принято заявление ООО «Запспецстрой» о признании Общества банкротом, является верным и соответствует разъяснениям, изложенным в пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве». 

Между тем неправильный вывод суда первой инстанции об обратном не привел к принятию неправильного судебного акта.

При оценке того, являлись ли спорные платежи совершенными в процессе обычной хозяйственной деятельности, судам при новом рассмотрении спора надлежало учесть следующее. 

В пункте 14 Постановления № 63 указано, что при определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и Интернет, уплата налогов и т.п.). Не могут быть, по общему правилу, отнесены к таким сделкам платеж со значительной просрочкой, предоставление отступного, а также не обоснованный разумными экономическими причинами досрочный возврат кредита. 

При новом рассмотрении судами установлено, что в соответствии с пунктом 4.3 кредитного договора от 18.02.2016 срок возврата кредита установлен до 31.03.2017.

Дополнительным соглашением от 31.03.2017 № 4 срок возврата кредита продлен до 30.06.2017.

Дополнительным соглашением от 30.06.2017 № 5 срок возврата кредита продлен до 01.09.2017.

Дополнительным соглашением от 01.09.2017 № 6 срок возврата кредита продлен до 31.10.2017. При этом согласно графику платежей, являющемуся приложением к названному дополнительному соглашению, установлено, что уплата кредитных денежных средств в размере 165 000 000 руб. производится в срок не позднее 11.10.2017, в размере 30 000 000 руб. - не позднее 24.10.2017, в размере 5 000 000 руб. - не позднее 31.10.2017.

Дополнительным соглашением от 31.10.2017 № 7 срок возврата кредита продлен до 29.12.2017. В указанном дополнительном соглашении зафиксирована сумма основного долга в размере 3 849 191,35 руб.

При этом возврат кредита осуществлен Обществом спорными платежами от 11.10.2017 на сумму 165 721 000 руб., от 24.10.2017 на сумму 30 429 808,65 руб. и платежом от 23.03.2018 на сумму 3 849 191,35 руб., совершенным третьим лицом.

В соответствии с пунктом 4.3 кредитного договора от 26.05.2017 срок возврата кредита установлен до 31.03.2017.

Дополнительным соглашением от 30.06.2017 № 2 срок возврата кредита продлен до 01.09.2017.

Дополнительным соглашением от 01.09.2017 № 3 срок возврата кредита продлен до 31.10.2017.

При этом возврат кредита осуществлен Обществом спорным платежом от 11.10.2017 на сумму 3 700 000 руб.

При новом рассмотрении судом первой инстанции учтены судебные акты по обособленному спору № А56-70649/2017/сд.17, согласно которым в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительными дополнительных соглашений от 01.09.2017 № 6 и от 31.10.2017 № 7 к кредитному договору от 18.02.2016 на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве и статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации отказано.

С учетом установленных в дополнительных соглашениях к кредитным договорам обязательств, а также дат и размеров оспариваемых платежей, следует признать, что вывод апелляционного суда о досрочном погашении кредитных обязательств не соответствует представленным доказательствам, в то время как согласие суда первой инстанции с доводом Банка об обратном является правильным.  

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно пришел к обоснованному выводу, что оспариваемые платежи не могут быть признаны недействительными на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве, поскольку отсутствует осведомленность Банка о наличии просроченных неисполненных обязательств Общества, и исполнение денежных обязательств, вытекающих из кредитных договоров, не отличалось по срокам и размеру уплаченных или взысканных платежей от определенных в кредитных договорах.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы суда первой инстанции основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют установленным им фактическим обстоятельствам.

При указанных обстоятельствах постановление суда апелляционной инстанции от 17.08.2020 подлежит отмене, определение суда первой инстанции от 05.03.2020 - оставлению в силе.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы взыскиваются с Общества в пользу Банка.

Приостановление исполнения постановления от 17.08.2020, принятое определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 15.09.2020, подлежит отмене в соответствии с частью 4 статьи 283 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.08.2020 по делу № А56-70649/2017 отменить.

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.03.2020 по тому же делу оставить в силе.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «КапиталГрупп-СПб» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Коммерческий банк «СИНКО-БАНК» 3000 руб. расходов по оплате государственной пошлины по кассационной жалобе.

Отменить приостановление исполнения постановления Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.08.2020 по делу № А56-70649/2017/сд.1, принятое определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 15.09.2020.

 

Председательствующий

Ю.В. Воробьева

Судьи

И.М. Тарасюк

А.Э. Яковлев